V_pustyne_net_slyoz

В пустыне нет слёз
http://ficbook.net/readfic/1819851

Автор: Chibi Sanmin (http://ficbook.net/authors/76164)
Беты (редакторы): Heydi Diamond
Фэндом: EXO - K/M
Персонажи: Чанёль, Бэкхён, Тао, Кенсу, Чонин, Сехун
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Фантастика, Экшн (action), POV, AU, Омегаверс
Предупреждения: Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, Underage
Размер: Макси, 106 страниц
Кол-во частей: 24
Статус: закончен

Описание:
Жизнь в новом мире далеко не самое лучшее, о чём можно мечтать, особенно если ты маленькая беззащитная омега. Здесь нет прекрасных альф, которые будут бегать за тобой, пока, наконец, не завоюют хрупкое сердечко. Зато есть множество желающих подмять под себя и сделать послушной игрушкой.

Публикация на других ресурсах:
Только с разрешения автора.

Примечания автора:
видео от Hikari Okami: http://vk.com/video-43930213_168721715

арт от May Uchiha: http://cs606326.vk.me/v606326129/73e8/CjPGXgN7z1s.jpg

арт от Екатерины Фроловой: http://cs7002.vk.me/c618930/v618930320/5aaf/6Vb2zWp8Ang.jpg

арт от Ады Хилл: https://pp.vk.me/c616020/v616020054/170dd/ciwREF1CyXY.jpg

http://vk.com/muza_san - подписывайтесь))
Глава 1

- 13 июня 2027 года была зафиксирована мощнейшая вспышка на Солнце, которая привела к резкому повышению температуры на Земле. В течение последующих двадцати четырёх часов были сожжены тысячи гектаров леса, горели здания, плавился асфальт. Люди были в панике и пытались прятаться в подземных сооружениях и метро. Жар Солнца всё увеличивался, и это привело к тому, что на крупнейшем в мире атомном заводе произошла серьёзная авария, спровоцировавшая выброс в атмосферу многочисленных ядовитых веществ. К весне 2028 года большая часть населения погибла от жары, токсических отравлений и голода. Выходить на поверхность земли считалось самоубийством. Почти все территории превратились в пустыню. Летом 2030 года температура на Солнце нормализовалась, но человеческих жизней и погибшей цивилизации уже было не вернуть.
Я осторожно закрыл тетрадь и спрятал её за спиной. Задумчивый учитель несколько секунд ещё смотрел в пустоту, после чего грустно улыбнулся и заправил за ухо седую прядь.
- Хорошо подготовился, Бэкхён. Я ставлю тебе «отлично»!
Я благодарно кивнул и прошёл за свою парту. Сидевший рядом Кенсу счастливо сжал кулачки, поздравляя с оценкой, а я лишь вяло отмахнулся, откинувшись на спинку стула.
- Ну ты чего какой? – продолжал тормошить меня друг, пока мы шли к общежитию.
- Отстань, - лениво отбивался я.
- Ну же, Бэк, не будь букой!
- Не быть? Хорошо! – я резко остановился и кинул недовольный взгляд на притихшего Кенсу. – Ты видел, какие глаза были у учителя, пока я читал доклад?! Для нас это набор предложений и возможность заработать оценку, а для него это реальность! Это его прошлое. То, что он пережил.
- Бэк
- Мы узнаём об этом из старых книг и газет, а для него это изломанная жизнь, погибшая семья и то, чего уже никогда не вернуть!
- Бэк, у тебя скоро течка, да? – с надеждой спросил Кенсу.
Я психанул и, не реагируя на крики за спиной, бросился к общежитию. Игнорируя попадавшихся на пути омег, поднялся на крышу и остановился, подставляя тело ласковому солнцу. Яркий диск привычно слепил глаза и нельзя было представить, что каких-то семнадцать лет назад он сжигал на своём пути всё живое.
Нашу небольшую омежью крепость, любовно прозванную «Белая лилия», со всех сторон окружали пески. Ни я, ни Кенсу, никто – не выходили за пределы высоких стен. Раньше здесь, по рассказам учителей, находился военный завод, тут же был городок, где жили рабочие. Местные инженеры проектировали бункер, с помощью которого можно было пережить ядерный взрыв. К счастью, к моменту вспышки на Солнце он был почти достроен. И пока всех альф в срочном порядке отправили на тушение пожаров и строительство защитных сооружений, омеги и дети остались в бункере.
Я родился там же, на месяц раньше Кенсу. И если некоторые малыши ещё помнили, что такое покрытые листвой деревья, то нам остались лишь жалкие картинки в выцветших журналах. Впрочем, это было не самое страшное. Страшное – это то, что ни один альфа не вернулся. Что мой папа умер от сердечного приступа, когда мне едва исполнился годик. Страшно, когда мы впервые покинули мрачные своды бункера.
Самое яркое воспоминание детства. Первое впечатление о мире. Мне четыре года. Меня и Кенсу держит на руках его папа. Я впервые вижу солнце, голубое небо и песок. Он лежит в моей ладошке, жжётся, ускользает сквозь пальцы. Этот песок везде. Он как пыль, лежащая толстым слоем на воспоминаниях плачущих омег.
Кое-как, но нам удалось восстановить быт. К счастью, у нас была крупная скважина с водой, немного земли и семена. А ещё умные, терпеливые омеги, которые поднимали малышей на своих плечах как могли, и ни словом не обмолвились о погибших в борьбе со стихией альф.
И вот сейчас я, шестнадцатилетний омега, смотрел на пустынный мир перед собой и не знал, что буду делать, когда закончу школу. Что мы все будем делать в мире, где нет альф? Не способные подарить кому-либо жизнь, мы так и сгинем среди песков, ничего не оставив после себя. Говорят, что где-то есть большие города, где царит благоденствие и счастье. Вот только как их найти, если ты слабый омежка, который в жизни не выходил за ворота городка? Для кого-то Земля - голубая планета, что вертится в просторах Вселенной. Для меня же она – клочок пустыни, где живу я и сотня омег.
- А кто такие альфы? – будучи маленьким, спрашивал я у папы Кенсу.
- Они очень сильные и мужественные, всегда готовые защитить и прийти на помощь. У каждого омеги должен быть свой альфа.
- И у меня будет?
Почему-то в ответ меня всегда гладили по голове и целовали в нос, будто это всё объясняло. А сейчас и спросить было не у кого – год назад Кенсу стал таким же сиротой, как и я. Его папа сгорел меньше, чем за месяц, а друг ещё полгода ходил как неживой, каждую ночь плача в подушку тайком от всех.
Когда я появился на пороге нашей комнаты, Кенсу обиженно отвернулся и сделал вид, что сосредоточен на выполнении домашнего задания.
- Может, после окончания школы пойдём в город? – присел я на краешке койки и с надеждой глянул на друга.
- Ты опять за своё? – нахмурился парень. – Я же говорил тебе, что бессмысленно идти в место, которое не знаешь где находится! Может город на востоке? Или на севере? А может его вообще нет? Сиди здесь, Бэк, и радуйся тому, что имеешь!
- А что я имею? Койку в общежитии и одинокое существование? – завёлся я.
- Почему одинокое? У тебя есть я, друзья, старшие омеги
- Однажды все умрут и никого не останется.
- Хочешь в мир альф? – усмехнулся Кенсу.
- Я хочу в мир! Боже, Кенсу, мы ничего не знаем! Может, люди потихоньку восстанавливают города, заново отстраивают цивилизацию, а мы торчим здесь и ничего не знаем! Семнадцать грёбаных лет мы никуда не выходили и никого не впускали! Откуда ты знаешь, что там?!
- Я никуда не пойду, - насупился друг, повернувшись ко мне спиной.
Даже обижаться не осталось сил. Я молча развернулся и вышел из комнаты, напоследок оглушительно хлопнув дверью.

***

Сегодня была моя очередь работать в теплице, и я с утра занимался тем, что подвязывал густые ветви томатов и пропалывал огуречные грядки. К обеду стало ломить спину, а под ногти забилась земля. Уже хотел устроить себе перерыв, как услышал с улицы взволнованные крики омег.
- Что случилось? – высунувшись из теплицы, спросил я у пробегающего мимо Бию, самого младшего омеги.
- Чужак! За воротами! – выпучив глаза, поведал он.
Тело мгновенно обмякло, а я будто отделился от него и смотрел на всё со стороны. Наверное, так чувствовали себя люди, которым довелось увидеть НЛО. Чужак? У наших ворот? Да быть такого не может!
Уже через пару минут я толкался вместе с другими омегами и вытягивал шею, чтобы лучше видеть. Наш негласный руководитель Чондэ - сорокалетний омега, пытался успокоить толпу, разделившуюся на два лагеря. Одни умоляли впустить незнакомца, а другие требовали разойтись по своим делам и плюнуть на него.
- Я увидел его первым с крыши. Он шёл с востока, едва живой, - шептал мне Бию.
- Альфа? – сорвалось с языка.
Парнишка лишь пожал плечами.
- Тихо! – громко крикнул Чондэ, подняв вверх руки. – Давайте будем человечными! Этот чужак не причинит нам зла! А мы, в свою очередь, должны ему помочь!
Толпа ещё немного повозмущалась и, наконец, дала своё согласие. Чондэ долго возился с замком, а когда ворота со скрипом приоткрылись, у меня в жилах застыла кровь. У подножия крепости «Белая лилия» стоял измученный жарой и жаждой рыжеволосый парень. Подняв на нас затуманенный взгляд, он покачнулся и тут же упал на песок, потеряв сознание.

***

Незнакомца звали Минсок и он оказался бетой. Милый парнишка, успевший за два дня познакомиться с каждым омегой, он и ко мне втёрся в доверие. Кенсу даже приревновал меня по такому случаю и принципиально не разговаривал, все дни проводя в гордом одиночестве.
А я вцепился в Минсока, как в спасительную соломинку. Он стал тем самым ветерком, что был необходим посреди засушливой пустыни. Мы всё время проводили вместе – я показывал ему нашу теплицу, школу, общежитие, библиотеку. А по вечерам мы торчали на крыше. Лежали рядышком, глядя на звёздное небо, и новый друг с жаром мне рассказывал о больших, заново отстроенных городах, благородных альфах и рычащих автомобилях.
- Ты возьмёшь нас с Кенсу в город? Покажешь, где он находится? – приставал я к Минсоку.
- Конечно, - улыбался бета и я верил этим искрящимся счастьем глазам.
На расспросы омег, как он здесь оказался, Минсок неизменно отвечал, что заблудился. Многие были неудовлетворенны этим ответом, но обезоруживающая улыбка беты действовала безотказно. А я поражался его выдержке и спокойствию, ведь этот вопрос ему задал каждый из сотни омег.
На утро третьего дня у Кенсу началась течка. В эти дни он становился особо вялым стонущим существом, грезящим об альфе. Я читал в книгах, что в дни течки все омежки становятся жутко озабоченными, но может потому, что мы с Кенсу никогда в глаза не видели альфу, у нас она протекала несколько спокойнее. Да, мы были по уши в смазке и в анусе свербило, но это можно пережить. Тем более, в аптечке всегда были чудо-таблетки, снимающие сексуальное напряжение.
- Ты как? – спросил я, склонившись над другом, и поёжился от тяжёлого взгляда.
- А тебе не всё равно? – Кенсу трагически закатил глаза, а я почувствовал себя последней сволочью.
- Может, таблеточку? – предложил я.
- Исчезни с моих глаз и его забери.
Ткнув пальцем в Минсока, друг перевернулся на бок и сделал вид, что жутко устал и хочет подремать.
- И как вы тут, без альф, справляетесь? – фыркнул Сюмин, когда мы поднялись на крышу.
- Нормально справляемся! Ты, кажется, недооцениваешь омег? – обиделся я, глядя на белое полотенце, трепещущееся на ветру.
Вчера, дурачась, мы привязали его на крыше, и представляли, что плывём с развевающимся парусом по бескрайнему синему морю.
- Прости, но я пойду к Кенсу. Ему там плохо одному, - извинился я.
- Омеги - мусор, - небрежно кинул мне в спину Минсок, а я недоумённо обернулся. – Да-да. Вы ни на что не способные существа, готовые раздвинуть ноги перед любым альфой. Хорошо, что я бета, и могу обойтись без таких мерзких подстилок.
- Ты чего, Мин? – в горле пересохло от подобных откровений.
- А то! Живёте здесь, как у Христа за пазухой, и горя не знаете! – бета посмотрел куда-то мне за плечо и победно усмехнулся. – Вашему раю пришёл конец!
Я медленно обернулся и застыл от удивления и страха – к крепости двигались две чёрные точки, которые, если не ошибаюсь, в прежнем мире назывались джипами. И я бы с удовольствием полюбовался на чудо техники, если бы из открытых окон машин не высовывались лохматые мужские головы и автоматы.
- Кто это? – я настороженно посмотрел на размахивающего руками Минсока, и вновь обернулся на приближающиеся автомобили.
- Мои друзья – альфы, - заржал бета и указал на полотенце. – Они, наконец-то, заметили мой сигнал!
Я не стал дослушивать его до конца. Пулей сбежав по лестнице, выскочил на улицу и бросился к воротам. Туда уже понемногу сбредались изумлённые омеги, взбудораженные незнакомым шумом.
- Кто там? Пропустите! – пробирался сквозь толпу Чондэ.
Я подумал, что за последние три дня «Белая лилия» приняла столько гостей, сколько не повидала за семнадцать лет заточения, но закончить мысль не успел – ржавые ворота слетели с петель, придавливая охнувших омег, когда джипы на полной скорости протаранили их. Незнакомые запахи ударили в нос и я испуганно спрятался за гаражом. Перепуганные омеги запаниковали и носились по двору, не взирая на крики Чондэ, а чужаки выбрались из джипов и пренебрежительно сплюнули.
Они совсем не были похожи на омег – высокие, широкоплечие и сильные. Один из них, мускулистый блондин, являющийся, видимо, главарём, равнодушно поднял в воздух автомат и выпустил очередь. Я зажал ладонями уши и сполз на колени от страха. Омеги мгновенно успокоились и со страхом уставились на альф.
- Тао, я ждал вас! – подошедший к главарю Минсок заискивающе улыбнулся. – Как мы и предполагали, это омежье царство, здесь нет ни одного альфы!
- Замечательно, - оскалился Тао, осматривая притихшую толпу. – Поздравляю, мужики, мы новые миллионеры! Представляете, сколько богатств нам дадут за омежек, которые, наравне с водой, стали дефицитом в новом мире?
Десяток альф ответил согласными воплями, а оскорблённый до глубины души Чондэ решил вмешаться.
- Простите, что вы себе позволяете? Ворвались в нашу крепость и
Договорить глава не успел – один из альф ударил его прикладом в висок, и Чондэ без чувств рухнул на песок. Омег захлестнула новая волна паники – они побежали, кто куда, голося на ходу. Кто-то выстрелил им в спины и двое старших омег рухнули замертво.
- Поймать их, живо! – скомандовал Тао.
Стараясь остаться незамеченным, я отполз по стенке за угол и помчался к общежитию.
- Это неправильные альфы! Они не могут быть такими! – шептал я, размазывая слёзы.
В пустом сейчас здании было непривычно тихо. Я поднялся на второй этаж и забежал в нашу комнату. Кенсу по-прежнему лежал на кровати и мило посапывал.
- Вставай! Пожалуйста, просыпайся! – тряс я друга, вздрагивая от каждого выстрела или омежьего крика.
- Отвали, Бэк. Иди к своему Минсокки, - пинался Кенсу.
- Там альфы, придурок! – взвыл я.
Парень моментально открыл глаза и удивлённо на меня уставился, будто я сморозил какую-то глупость.
- Отличная попытка меня разбудить! – кисло отозвался друг и потёр поясницу. – Правда, иди куда шёл! У меня болит живот и я хочу проблеваться!
- Нам надо уходить, пока не поздно! – слёзно умолял я, стягивая Кенсу с кровати.
Новый выстрел заставил омегу вскрикнуть и подбежать к окну.
- Что случилось? – прошептал он, глядя на незнакомых мужчин в камуфляже, таскающих омег за волосы по двору.
Заметив, как за гаражом, где я прятался пару минут назад, один из альф стягивал штаны с трепыхающегося Бию, я поспешно оттащил от окна Кенсу и швырнул в него брюки.
- Ну же, одевайся!
Превозмогая боль, друг натянул штаны, и вновь опустился на кровать.
- Ничего не вижу, перед глазами будто пелена, - простонал он, норовя вновь упасть на подушки.
- Да очнись ты! – встряхнул я его.
- У меня, блядь, течка! Чего ты хочешь?!
- Я хочу спасти твою задницу! – прорычал я.
Закинув тонкую ручку Кенсу себе на плечо, я потащил его на выход. Но не успел толкнуть дверь, как та сама распахнулась. На пороге комнаты стоял тот самый Тао и три его соратника.
- Да у нас сегодня праздник! Четвёртый течный омега, - торжественно произнёс главарь. – И, смею заметить, самый симпатичный.
Кенсу в моих руках как-то странно обмяк и соскользнул на пол.
- Ты что? – я присел рядом с ним и, стараясь не обращать внимание на альф, положил ладонь на плечо друга.
- Запах. Этот запах - Кенсу блаженно закатил глаза и даже не возразил, когда Тао легко поднял его на руках и бросил на кровать.
- Не трогай его! – я попытался помешать блондину, стягивающему брюки с друга, но пахнущий табаком альфа ловко меня поймал и прижал к широкой груди. – Ублюдок, отпусти!
- Ммм, какая сладенькая течная омежка, - глаза Тао потемнели от возбуждения и он сжал небольшой член Кенсу, вырывая рваный стон из его груди.
Не смотря на то, что из глаз ручьём текли слёзы, я прекрасно видел, как главарь стянул с себя брюки и ожесточённо вогнал член в анус Кенсу. Тот громко застонал и обхватил худыми ножками талию Тао.
- Нет, Кенсу, пожалуйста, - разрыдался я, пытаясь заткнуть уши, лишь бы не слышать этих звуков.
Всё должно было быть не так. Мы всегда думали, что все альфы благородные и надёжные. Мечтали, что наш первый раз будет по любви. А сейчас я видел, как совсем не благородный альфа трахал моего друга далеко не по любви. И, что самое обидное, тому это нравилось. И он не возразил, когда Тао сменил другой альфа. А потом ещё один. И ещё.
Всеми брошенный, я сидел в углу комнаты и беззвучно плакал. Вся моя привычная жизнь оказалась разрушена и от того хотелось выть, а ещё лучше вскрыть вены. Все мечты и надежды рассыпались прахом. Всё то, чем я жил шестнадцать лет, оказалось миражом.
- Эй, может и этого покатаем, - один из альф, спустив трусы, направился ко мне.
- Притормози! – тяжёлая ладонь Тао отбросила типа на кровать к Кенсу.
Главарь подошёл ко мне и присел на корточки. Повёл носом, после чего схватил за подбородок и заставил заглянуть в свои глаза.
- Как тебя зовут? – мрачно спросил он.
- Вы изнасиловали моего друга!
- А по-моему, он сам этому рад, - Тао кивнул на стонущего Кенсу, покорно раздвинувшего ноги перед альфой. – Вы всего лишь одичавшие без альф омеги. А мы альфы, одичавшие без вас. Это природа, малыш!
- Это преступление! – выкрикнул я.
- Как тебя зовут? – повторил свой вопрос блондин, сильнее стиснув мой подбородок.
Я упрямо молчал, хотя нижняя губа и тряслась от едва сдерживаемых рыданий.
- Сучка! – сильная пощёчина обожгла кожу, а в губы тут же впились чужие – обветренные и сухие.
Сердце пропустило удар – настолько мерзким и противным оказался мой первый поцелуй. Тао больно тянул меня за волосы, давил на скулы, но губ я так и не раскрыл.
- Шлюха! – он резко выпустил меня и разогнулся, глядя на то, как я отплёвываюсь и кашляю. – Знаешь, я даже трахать тебя не буду. Дождусь момента, когда ты сам придёшь и раздвинешь передо мной ноги. Ведь твоя течка скоро – да, крошка?
Я смотрел на него исподлобья и в тайне лелеял мысль, что моя течка закончилась неделю назад, и, как минимум, месяца два мне не грозит. Пусть радуется, сволочь альфовская!
- Заканчивайте с этим, - Тао указал на распластанного на кровати Кенсу, - а этого я заберу с собой.
Чужие пальцы больно обвились вокруг запястья, поднимая меня с пола, а я продолжал смотреть на безвольного друга, перепачканного в сперме, со следами засосов по всему телу. Пожалуй, он был прав, когда говорил, что не нужно никуда ехать. Счастье – это не присутствие альф. Счастье – когда ты окружён теми, кого любишь.
Глава 2

Удивительно, всё же, как в одночасье может меняться жизнь. Ещё неделю назад весь мой мир крутился вокруг горстки омег и не покидал пределов «Белой лилии», а уже сегодня ворота крепости широко раскрыты, и мне не хватает смелости выглянуть во двор из окна комнаты, в которой меня заперли.
Пока моих друзей продавали приезжающим со всех концов пустыни альфам, грязно насиловали и избивали, я сидел, будто заточённая в башне принцесса, и в одиночестве глотал слёзы. Нет, я совершенно не понимал, почему Тао остановил свой выбор на мне, но в какой-то мере был ему благодарен.
Не знаю, что он сказал альфам, но те меня не трогали – молча дежурили под дверью и приносили еду. А вечером приходил Тао – усталый, с тёмными кругами под глазами. Неизменно целовал, даже не пытаясь углубить поцелуй, а затем сцеплял наши запястья наручниками и укладывал в постель, узкую даже для одного. И пока он сладко сопел, уткнувшись носом мне в шею и вжавшись возбуждённым членом в задницу, я ревел в подушку и боялся пошевелиться.
- И чего он с тобой возится? – как-то спросил один из альф, когда передавал мне поднос с едой.
Я злобно зыркнул на него, но ничего не сказал. Охранник же, перед тем как закрыть дверь, ещё раз взглянул на меня и покачал головой.
- Належится тут с тобой, а потом бежит с утра в барак к омегам и рвёт им задницы своим членом!
От услышанных откровений стало дурно и к еде я так и не прикоснулся.
Обычно мы с Тао не разговаривали – он казался слишком усталым, а я принципиально хранил молчание. Но в один из дней альфа пришёл в прекрасном расположении духа. Нагло сцапал меня, усадил к себе на колени, а широкую ладонь положил на живот.
- Ну, как моей пленнице живётся? – промурлыкал он, забираясь пальцами под рубашку.
Внутри всё оборвалось и я поспешно отвернулся, чтобы мужчина не увидел моих слёз. Я не хотел, чтобы он меня касался. Мне был неприятен его мускусный запах, сильные руки и жёсткие светлые волосы. Я не мог больше сидеть в душной комнате, в полном одиночестве и тишине. Я хотел как раньше – проводить время на крыше, купаясь в солнечных лучах, и хватать губами раскалённый воздух.
- Ты совсем у меня дикий стал, - вздохнул Тао, осторожно тронув меня за коленку. – Да не дрожи ты так, Бэкхён. Я же сказал, что дождусь момента, когда ты сам на меня накинешься.
- Хочешь потешить своё самолюбие? – не выдержал я.
- Хочу доказать твою слабость, - улыбнулся он.
Уже ночью, когда металлический наручник плотно обвивал запястье, а мускулистая нога альфы была перекинута через моё бедро, он вновь заговорил.
- Завтра в крепости не будет чужих альф, так что выйдешь погулять, - пробормотал Тао, погружаясь в сон.

***

Я медленно шёл по двору в компании широко улыбающегося Тао, и старался не обращать внимания на его ладонь, сжимающую меня за талию. Открывшаяся передо мной картина была ужасающей – кругом грязь и мусор, двери теплицы сорваны с петель, внутрь я даже не решился заглянуть. Омег практически не видно, а те, что попадались на глаза, тут же испарялись бесследно, не забывая напоследок кинуть на меня полный презрения взгляд.
Кем я был для остальных омег? Избранным, которого выбрал главарь, запер в комнате, вдалеке ото всех, а сейчас вывел на прогулку, как породистую собачку.
Кем я был на самом деле? Маленьким хрупким омежкой, загнанным в угол. Тао был намного сильнее меня. Если бы захотел, давно изнасиловал. Но нет, он мучил ещё сильнее. Он знал, как сложно омеге находиться в течку рядом с альфой. Догадывался, что я не выдержу и наброшусь на него. Но мне было так мучительно страшно терять себя, предавать собственные принципы и мечты, что я всерьёз подумывал накануне течки свести счёты с жизнью. Уж слишком ярким было воспоминание о том, как невинный Кенсу стонал под группой альф и требовал продолжения. Я не хотел также. Грязно. Низко. По-животному. Глупо, но хотелось любви. Вот только альфы, кажется, совсем не способны на столь сильное чувство.
- Я сейчас, малыш, - шепнул Тао, чмокнув меня в висок, когда его позвал один из охранников.
Оставшись в одиночестве, я зябко поёжился, не смотря на удушающую жару, и решил наведаться в школу. Вряд ли там шли занятия, но почему-то хотелось прикоснуться к прошлой жизни, так по-детски наивно пахнущей мелом и жухлыми фиалками, растущими в горшочках на подоконниках.
Не успел я подняться на крыльцо, как дверь распахнулась и на пороге показался всклокоченный Кенсу, на ходу застёгивающий штаны. Из-за его плеча выглянул незнакомый мне альфа и, нагло сцапав омегу за задницу, облизнул порозовевшее ушко.
- Ещё увидимся, малыш, - промурлыкал он.
Проходя мимо меня, альфа замедлил шаг и усмехнулся.
- Ты, что ли, подстилка Тао? Золотой член выбрал? – мужчина пренебрежительно фыркнул и направился в сторону гаражей.
Я проглотил обиду и поднял затравленный взгляд на друга. Мы долгое время молчали, и, наконец, я решился первым нарушить тишину.
- Ты как? – глупый вопрос.
- Трахаюсь на двести лет вперёд, - холодно ответил Кенсу.
- Прости, я должен был успеть тебя спрятать
- Да какая разница? – бесцеремонно прервал меня друг. – Я жалею только об одном – что ты видел меня тогда.
Я шмыгнул носом и подошёл к Кенсу вплотную, боясь, что наш разговор может кто-то услышать.
- Давай сбежим? – заглядывая в карие глаза, предложил я.
- Опять ты за своё? Достал! – неожиданно зло крикнул парень, грубо толкнув меня в грудь. – Ты, блять, грёбаный мечтатель, живёшь себе с Тао и горя не знаешь, а нам жопы рвут из-за тебя! Ты хоть понимаешь, как мне херово?! Хотя, тебе не понять.
Во взгляде Кенсу было столько укора, что все слова оправданий застряли в горле, не найдя выхода. Друг ушёл и слыша, как стихают за спиной его шаги, я подумал, что это навсегда. Только что на нашей дружбе был поставлен огромный жирный крест. Я знал Кенсу слишком хорошо – он меня не простит.
Поглощённый тяжёлыми мыслями, я зашёл в школу и молча шагал по коридору, пока не услышал краем уха тонкие всхлипы и влажные шлепки. Мне бы убежать, куда глаза глядят, но я зачем-то толкнул дверь и заглянул в свой класс.
Плечистый альфа, гадко ухмыляясь, вгонял член в задницу рыдающего Бию, разложенного прямо на учительском столе. Младший омега, видимо, почувствовав чужое присутствие, приоткрыл зарёванные глаза и пристально посмотрел на меня. Не выдержав этого пронизывающего насквозь взора, я шагнул вперёд, чтобы сделать хоть что-то, но меня неожиданно дёрнули назад, а дверь с грохотом закрыли.
- Ты что здесь делаешь? – глаза Тао горели от злости. – Никогда больше не выйдешь из комнаты. Понял?!
Но из комнаты пришлось выйти уже через три дня. Дело в том, что я перестал пахнуть. Вот так, просто. Открыл утром глаза и увидел изумлённо склонившегося надо мной Тао. Он разве что подмышки ко мне не залез, продолжая принюхиваться.
- Гормональный сбой организма, - поведал старенький врач, к которому Тао притащил меня спустя полчаса. – Бэкхён, у тебя ничего не болит?
- Голова немного и живот, - немного подумав, признался я.
- Течка давно была? – доктор покосился на вздрогнувшего альфу и принялся что-то фиксировать в потрёпанном журнале.
- Недели три назад.
- Бэк всегда был очень впечатлительным мальчиком. Он перенервничал, поэтому потерял запах. Не исключаю, что и течка может задержаться, - осторожно пояснил Тао врач.
- Что?! – альфа подскочил и хлопнул кулаком по столу, от чего стоявшие на нём побрякушки предательски звякнули. – Старый хрен, сделай что-нибудь, а то мои самцы не посмотрят на твой возраст и хорошенько отдерут в зад!
- Бэкхёну нужен полный покой и поддержка, - дрогнув, произнёс старик.
- А мне нужен полноценный омега, который будет замечательно пахнуть и рожать мне детей! Если бы я хотел трахаться с фригидным бетой, то не ехал бы в такую даль! Так что, док, потрудитесь на славу, - Тао аккуратно поправил воротник белоснежного халата, и стряхнул с плеч врача невидимые пылинки. – А ты, Бэк, восстанавливай нервишки, иначе я за свои не ручаюсь!
Хлопок двери возвестил об уходе альфы, но я знал, что охранники всё ещё ждут меня в коридоре.
- Простите, - низко опустив голову, извинился я.
- Всё в порядке, малыш, - добро улыбнулся старик. – Скажи, между вами что-то было?
Я смутился – всё-таки непросто говорить на столь щекотливые темы с человеком, который в детстве делал тебе прививки и лечил от ветрянки.
- Не было, - едва слышно признался я.
- Знаешь, может и не так всё плохо? Я каждый день зашиваю изнасилованных омежек, а он к тебе даже пальцем не прикоснулся. Держись за Тао – он хоть и страшный человек, но к тебе что-то чувствует.
Я не стал кричать о том, что даже дышать с ним одним воздухом не могу, и молча поднялся. Прихватив выписанные мне таблетки, подошёл к двери и робко обернулся.
- Скажите, а ведь я смогу снова пахнуть? – кусая губу, выдохнул я.
Не то чтобы я хотел вернуть себе запах прямо здесь и сейчас, наоборот – подобная отсрочка была мне только на руку. Но вот глупая надежда, что однажды я встречу своего альфу, не желала покидать моё сердце.
- Конечно, твой запах ещё вернётся к тебе, мой вишнёвый мальчик, - сняв очки, устало улыбнулся доктор.

***

Тао больше не приковывал меня наручниками к себе. И на ночь не приходил. Заглядывал раз в пару дней, чтобы обнюхать и снова уйти. Я даже начал опасаться, что он от меня откажется и отдаст на растерзание альфам, но прежде, чем я озвучил эту мысль, Тао прочитал её по моему лицу.
- В цветнике течных омег мои мальчики на тебя даже не взглянут. Тебя теперь только на помойку выкинуть осталось или в городе на рынке продать. Говорят, из бет получаются неплохие рабы. Не дрожи, котёнок, не сексуальные, - Тао с усмешкой схватил меня за подбородок и прищурился. – Вожусь с тобой, как нянька. Надо избавиться прежде, чем остальные альфы меня засмеют!
Если он думал, что подобное обращение подразумевает под собой «полный покой и поддержку», то я давно должен был поправиться и раздвинуть перед ним ноги. Но этого не было. Тао бесился, я замыкался в себе. Время шло. Запах не возвращался.

***

Когда однажды утром Тао ураганом ворвался в мою комнату и за ногу стащил с кровати, я сперва решил, что началось землетрясение, но затем открыл глаза и лучше бы наша крепость рухнула в расщелину, чем я вновь получил возможность увидеть эти злые глаза.
- Одевайся, - рявкнул альфа.
- Куда ты меня? – я замялся, не спеша выполнять приказ.
- Я сказал, чтобы ты оделся, - прошипел Тао, опустившись на стул.
Я послушно натянул на себя брюки и рубашку, немного смущаясь пристального взгляда. Когда мужчина подошёл ко мне, я вздрогнул и отвернулся, но он обхватил меня за щёки и поцеловал – напористее, чем обычно. Когда я привычно не раскрыл губы, он залепил мне резкую пощёчину и, грубо схватив за руку, выволок в коридор.
Не заботясь о том, что я могу упасть с лестницы, Тао вытащил меня на улицу и направился к джипу, внутри которого уже сидели двое альф и Бию. Блондин, гневно сопя, затолкал меня на заднее сидение к младшему омежке, и сел рядом.
- Поехали, - скомандовал он.
Когда ворота крепости распахнулись, я невольно задрожал и вцепился в холодную ладонь Бию. Мальчик, на удивление, выглядел спокойным и отрешённым.
- Куда мы едем? – шепнул я, испуганно глядя на Тао.
Я не мог усидеть на месте и нервно крутился. Слишком многое было для меня впервые: ехать на автомобиле, покидать «Белую лилию», видеть её со стороны, а не смотреть на мир с уютной крыши. Кто знает, какой мир за пределами крепости? Лучше? Хуже? Хотя, куда уж...
- Не крутись! – процедил Тао.
Я зажмурился и принялся считать до десяти, чтобы хоть немного успокоиться. Почему-то казалось, что ещё немного и песок разверзнется под колёсами и ухнем мы прямиком в Преисподнюю. Но ничего не происходило – мотор всё так же успокаивающе урчал, а в салоне царила духота.
- Воды дай, - обратился Тао к альфе, сидящему впереди.
Я с трудом сглотнул, косясь на прозрачную жидкость, плещущуюся в бутылке, и почувствовал слепящую жажду. Блондин же, будто наслаждаясь моим состоянием, пил нарочито медленно и небрежно – капля живительной влаги медленно стекала по его шее.
- Бию, хочешь водички? – Тао перегнулся через меня и протянул бутылку оживившемуся омеге.
- Спасибо, - паренёк поспешно присосался к горлышку, оставив лишь немного на дне.
- Отдай сюда, - прошипел альфа, когда бутылка оказалась в моих руках. – Фригидным сучкам пить не положено!
Охранники мерзко заржали. Даже Бию улыбнулся как-то презрительно, чувствуя своё превосходство - от него, не смотря на многочисленные засосы и царапины, по-прежнему дурманяще пахло шоколадом.
- И чего ты с ним возишься? – спросил тот, что сидел за рулём. – Он смазливый, не спорю. Но в омеге главное не красота, а задница!
Альфы снова заржали, а Тао криво усмехнулся.
- За Бию мы выручим много денег. Он очень старательный малыш. Мог бы многому тебя научить, - прошептал он мне на ухо.
Я нервно отстранился и обернулся – тёмное пятно крепости скрылось за барханом. Куда они увозят меня из дома? Что ждёт меня впереди?
- Меня ты тоже продашь? – спросил я, сложив ладони на коленях.
- Кому ты нужен! – процедил альфа, отвернувшись к окну.
Дальше мы ехали молча. Джип изредка подпрыгивал, пробираясь сквозь бесконечные пески, температура в салоне поднималась, а я думал лишь о том, как сильно хочу пить. Вот только гордость не позволяла сказать об этом Тао.
- Чёрт, этот омежка так охуенно пахнет. Может оприходуем его перед продажей? – водитель покосился на Тао и тяжело сглотнул.
- Ну, товар же надо проверять на качество, - вставил второй альфа. – Может, и бета твой чему научится!
Заржать типы не решились, тем более главный согласно кивнул головой. Джип моментально остановился, не доехав до спасительной тени сотню метров. Бию принялся безропотно расстёгивать рубашку, а я неловко покосился на Тао.
- Подожди снаружи, - открывая дверцу, бросил он.
Двигаться альфа и не думал, даже не смотря на мой красноречивый взгляд. В салоне, наравне с жарой, теперь разрастался запах похоти, и тошнота моментально подступила к горлу. Стараясь не касаться Тао, я перекинул через него ногу и уже хотел вывалиться из джипа, как его ладони грубо смяли мою задницу и с силой прижали к внушительному стояку.
- Пусти, - задрожав, взмолился я.
Глаза альфы потемнели и он грубо вытолкнул меня на песок, захлопнув дверцу. От соприкосновения с обжигающими песчинками, я подскочил, будто уж, и потёр обожжённую кожу. Пока с любопытством осматривался, машина начала равномерно покачиваться, а я поспешил отойти подальше, тем более впереди высились самые настоящие скалы, что раньше были знакомы мне лишь по картинкам.
- Красивые! – выдохнул я, слепо шагая в сторону гор.
Жил себе столько лет в «Белой лилии» и даже не представлял, что в двух часах езды есть такая красота. Подойдя ближе, изумлённо задрал голову и впервые за долгое время счастливо улыбнулся – здесь было прохладно, а ещё щемяще пустынно. Услышав за спиной короткий щелчок, я удивлённо обернулся и тут же отпрянул, побледнев – напротив меня стоял высокий мрачный блондин, а в его руке был зажат револьвер.
- Ты кто? – подозрительно прищурился тип.
- Простите, я не знал, что здесь нельзя гулять, - продолжив пятиться, пролепетал я.
- Гулять? – некое подобие улыбки промелькнуло на аристократичном лице. – Ты откуда, парень?
- Из крепости, - я неопределённо махнул рукой и коротко вскрикнул, уткнувшись во что-то тёплое.
- Это кто тут такой испуганный? – промурлыкал низкий бас над моим ухом.
Я уже хотел отпрыгнуть в страхе, как сильные руки крепко обхватили меня за талию, не позволив отстраниться.
- Омежка? Какая прелесть, - фыркнул незнакомец, а блондин, расслабившись, спрятал оружие в кобуру.
- У меня нет запаха, - предупредил я.
- Да ты вообще ущербный, - беззлобно отозвался голос, а руки мягко выпустили меня из тисков.
Я покачнулся и завалился вперёд, едва не рухнув под ноги поддержавшего меня блондина.
- Чанёль, да он совсем ребёнок, - рассматривая меня, отозвался парень с оружием. – Меня зовут Сехун. А тебя?
- Бён Бэкхён, - нехотя представился я. – Судя по внешности, ты меня не старше!
- Пф, по внешности, - закатив глаза, оскорбился парень.
Почесав нос, я осмелился обернуться и посмотреть на второго альфу, обладателя низкого баса и на удивление сильных рук. Им оказался высокий худой мужчина лет тридцати. Вроде бы, ничего примечательно – короткий ёршик чёрных волос, чуть припухлые губы и раскосые карие глаза. Но было в нём что-то особенное. То, чего я не наблюдал у альф, встретившихся мне до этого. То, чему я пока не мог дать определения.
- Ты чей? – улыбаясь, спросил так называемый Чанёль.
- Свой, - растерянно ответил я.
- Ответ неверный! У каждого омежки должен быть свой альфа, - Сехун положил руку мне на плечо, но в его прикосновении не было ни капли похоти.
- Я
Договорить мне не удалось, так как из-за скалы, за которой мы были спрятаны, донеслись гневные крики.
- А вот и альфа пожаловал, - усмехнулся Чанёль, вытащив револьвер из-под запылённой куртки. – Ты уж прости, Бён Бэкхён, но разбирайся с ним сам. И впредь далеко гулять не уходи!
Эти двое, ступая почти бесшумно, направились в сторону неприметной расщелины, а я испуганно прислушался к голосу Тао, звавшего меня по имени. Что лучше – знакомое зло или незнакомое, которое, может, и не зло вовсе? Ответ оказался очевиден.
- Пожалуйста, возьмите меня с собой! – взмолился я, бросившись за альфами.
Те растерянно остановились и переглянулись между собой.
- Это не лучшая идея, малыш, - фыркнул Чанёль, потянув Сехуна за рукав.
- Ну, пожалуйста! – я вцепился в куртку брюнета и повис на нём, отказываясь отпускать.
Чутьё подсказывало, что лучше с ним, чем со сволочью Тао. Чанёль взял меня за руки, пытаясь оторвать от себя, и тут
- Сука, отпусти моего омегу, пока я не прострелил твою тупую башку!
Глава 3

Казалось, будто время остановилось. В повисшей тишине было слышно лишь учащённое дыхание альф, да моё собственное – хриплое и прерывистое. В пальцах я всё ещё комкал куртку Чанёля, но в мыслях уже прощался с ним, скрываясь на чёрном джипе в бескрайней пустыне. Ведь он оттолкнёт меня, не так ли?
- Ты глухой или просто дебил? – издевательски протянул Тао, и тишина тут же разлетелась вдребезги.
- Ты хоть знаешь с кем разговариваешь, придурок?! – всплеснув руками, фыркнул Сехун.
- Тсс! – властно шикнул Чанёль, после чего опустил широкие ладони на мои плечи и крепко сжал. – Лучше скажи, что ты такого сделал своей омеге, что он пытается от тебя сбежать?
- Не твоё дело! – зарычал Тао и выпустил пулю в песок у моих ног.
Я тонко вскрикнул, а альфа неожиданно спрятал меня за свою спину, и лежавший до этого в кармане пистолет направил на растерявшегося блондина.
- Я шутить не буду и сразу отстрелю твоё ухо, - мрачно пообещал Чанёль, и я уверен, что ни у кого не осталось сомнений в серьёзности его слов.
В мгновение ока из милого парня брюнет превратился в жёсткого мужчину. Длинные пальцы крепко сжимали оружие и ничуть не дрожали, наоборот, как будто прекрасно знали, что нужно делать и как. Я сжался от страха и уткнулся лбом в широкую спину, будто самую надёжную опору на свете.
- Бэкхён, малыш, иди сюда! – ласково позвал меня Тао.
Я напрягся ещё сильнее и зажал уши ладошками, лишь бы не слышать этого насквозь пропитанного фальшью голоса. Может, именно из-за зажмуренных глаз и заткнутых ушей, я пропустил момент начала бойни. Беспорядочные выстрелы, испуганные крики, вопли, и чья-то горячая рука, крепко сжимающая мою.
Лишь больно приложившись спиной о скалу, я пришёл в себя и осмотрелся. Мы с Сехуном прятались за выступом, а Чанёль, выглядывающий из-за валуна, в кого-то прицельно стрелял. Но в общей картине появился ещё один действующий персонаж – высокий брюнет, стоявший с автоматом на вершине скалы. Оружие он держал наизготовке, но не стрелял, видимо, ожидая приказа.
Наконец, Чанёль дал отмашку, но незнакомый парень, вопреки моим ожиданиям, не выпустил очередь, а скрылся из виду. Альфа же, пригибаясь, добежал до нас и вновь жестом что-то объяснил Сехуну. Совершенно потерянный, я бежал за ними, тихо всхлипывая, когда ступни соскальзывали с гладких камней, заставляя подворачиваться ноги.
Уже через минуту мы добежали до небольшой расщелины и, с трудом через неё протиснувшись, выскочили на небольшую горную тропу, где стояли два блестящих мотоцикла. Пока я восхищённо их разглядывал – такие роскошные, ранее знакомые мне лишь по картинкам, вдалеке вновь засвистели пули, возвращая мыслям пугающую ясность.
- Чанёль, мне его взять? – незнакомый парень с автоматом небрежно кивнул в мою сторону, но альфа отрицательно тряхнул головой.
- Я сам.
Сехун мгновенно уселся позади незнакомца и они сорвались с места, подняв столб песка. Чанёль же небрежно швырнул мне шлем и легко закинул длинную ногу, поудобнее усевшись на гладком сидении.
- Давай же! – поторопил он меня.
С трудом натянув узкий шлем, я неуклюже примостился сзади и робко сложил руки на груди, совершенно не представляя, куда их можно примостить.
- Держись!
- За что? – робко пискнул я.
- За хуй! – заорал Чанёль, после чего яростно сгрёб мои запястья и положил себе на талию.
Когда мотоцикл тронулся, я едва сдержал полный отчаяния крик, но вовремя прикусил губу. Всё вокруг дребезжало и тарахтело, ветер свистел в ушах, картинки менялись одна за другой, меня подбрасывало на сидении, песок забивался в ботинки, ещё и сзади долго слышались гневные крики.
Чтобы хоть немного отвлечься, я принялся читать про себя детский стишок, который так любил отец Кенсу. Он рассказывал нам его перед сном, и немудрено, что снились мне те самые пушистые котята, живущие в коробке у окна.
- Кажется, отстали!
Я испуганно открыл глаза и осмотрелся – кругом горы, над которыми кружат чёрные точки птиц, и мир такой непривычно серый после набившего оскомину солнечного безумия.
Чанёль выдернул ключ и потёр ладони, до этого крепко сжимающие руль. Притормозившая невдалеке парочка уверенным шагом направлялась к нам, а я, внезапно испугавшись, торопливо спрыгнул с сидения и попытался стянуть шлем. Вот только как не силился, тот упорно плющил мой затылок и мешал дышать.
- Иди сюда! – ворчливо отозвался Чанёль, рывком сдёрнув с меня шлем. – Что же ты за неумёха такая?
- Простите, - пятясь назад, шепнул я.
- Давай знакомиться! – обаятельный брюнет преодолел одним шагом разделявшее нас расстояние, и протянул широкую ладонь. – Меня зовут Чонин. Я омега и брат Сехуна.
Поднятая было рука, стремительно опустилась, а рот приоткрылся от изумления. Ничего себе! Я впервые видел такого омегу – не субтильного милашку, а высокого стройного красавца, с крепкими мышцами, уверенной улыбкой и непослушными чёрными вихрами. От Чонина так и веяло силой и смелостью, а свисающий с плеча автомат придавал изрядную дозу неустрашимости. Ну, а если прибавить ко всему этому умение гонять на мотоцикле по горным тропам, то омега уже вырастал в моих глазах до уровня Бога.
- Очень приятно. Я Бэкхён! – я, наконец, пожал чужую руку, и робко улыбнулся. – Спасибо, что взяли меня с собой!
Повисло странное молчание, в котором мне тут же стало неуютно. Чанёль вытащил из кармана блестящий портсигар и закурил, комкая в зубах кончик самокрутки. Сехун грозно сложил руки на груди, явно готовый исполнить любой приказ босса. И что-то подсказывало мне, что этот приказ меня совершенно не устроит.
- Чего вы тут за представление устроили? Совсем мальчишку решили запугать? – внезапно пришёл мне на помощь Чонин. – Лучше расскажи, что это за альфы, от которых ты сбежал?
Мне совершенно не хотелось посвящать посторонних людей в подробности своей жизни, хотя с другой стороны понимал, что это необходимо.
- Давайте для начала устроим привал, а то, боюсь, рассказ этого дуралея растянется не на один час, - сплюнув, мрачно процедил Чанёль.
Уже минут через двадцать мы сидели вокруг небольшого костра и с нетерпением заглядывали в бурлящий котелок, куда минутой ранее был опущен кусок мяса. Смешно сказать, но я его никогда в жизни не пробовал. Да, в крепости были и овощи, и фрукты, а вот животных не было. Помню, будучи совсем маленьким, мне довелось отведать крохотный кусочек копчёной колбаски, оставшейся у кого-то ещё со времён того, когда мир был голубой планетой, а не выжженной дотла пустыней. Столько лет прошло, а я до сих пор помню этот немного приторный, пряный вкус.
- Выпей, у тебя все губы потрескались! – Чонин силой вложил мне в руки бутылку с водой и проследил за тем, чтобы я напился.
- Спасибо! – вытирая рукавом губы, поблагодарил я.
- Рассказывай теперь, кто ты такой и откуда, - приказал Чанёль, сидевший напротив, по другую сторону костра.
И я рассказал – о «Белой лилии»; нашей спокойной жизни; нападении альф; о Тао, выбравшем меня. Лицо Сехуна не выражало никаких эмоций – он был сосредоточен на процессе варки мяса. Чонин, наоборот, излишне бурно реагировал, вплоть до выступивших в уголках глаз слёз, когда рассказ дошёл до момента надругательства над лучшим другом. Чанёль молча курил и смотрел на огонь, будто мыслями был совсем далеко.
- Ты правильно сделал, что сбежал! Иначе бы этот урод и тебя однажды изнасиловал! – Чонин погладил меня по плечу и покосился на главного альфу. – Чанёль, ты же не бросишь этого малыша?
- А зачем он мне нужен? – тяжёлый взгляд карих глаз буквально пригвоздил меня к камню, на котором я сидел. – Юный, шестнадцатилетний омега, который никогда не видел настоящего мира и того беспредела, что творится за воротами крепости. Не умеет драться, обращаться с оружием, зато полон излишнего честолюбия. Так что надёжного бойца из него не получится, как не крути. Мало того, запах он потерял, течки нет, и такого трепетного девственника ни один уважающий альфа себе не купит. И на рынке мы его продать не сможем, как вывод.
- Меня не нужно продавать, - всхлипнул я, хотя приказывал себе держаться до последнего.
- Ты, Бэкхён, как нежный цветочек. Ты что, в теплице рос? – беззлобно спросил меня Чонин.
- Ну, да, - кивнул я и вздрогнул, глядя на внезапно фыркнувшую троицу. – А что вы смеётесь? Я с детства в тепличке находился, огурцы да помидоры пропалывал
Договорить я уже не смог – альфы содрогались от хохота, а Чонин, хоть и зажимал себе рот руками, далеко от них не ушёл. Когда приступ смеха немного утих, Чанёль уже более благосклонно посмотрел на меня и прищурился.
- Я люблю честность. А ты?
- И я
- Тогда давай я тебе тоже откровенно расскажу о том, кто я и эти ребята.
- Хорошо, - послушно кивнул я.
Сехун, тем временем, вытащил из котелка дымящееся мясо и принялся аккуратно разрезать его ножом.
- Итак. Меня зовут Пак Чанёль, мне тридцать один год. Я очень известный в городах человек. Чем я прославился? А тем, что толкаю в массы прекрасный сорт наркоты! Ты даже не представляешь, насколько сильно она ценится в новом мире! Всего лишь небольшая доза травки особого сорта, и тебе не нужно ни денег, ни воды, ни течной омеги. Ты оказываешься там, где хочешь. С тем, кого хочешь. То, что таится в молекулах этой травки – и называется, счастье.
Я смотрел, будто заворожённый, в эти карие глаза, и половина слов разбивалась о воздух, не достигая моих ушей. Что я знал о наркотиках? То, что это плохо. Но раз попробовав, от них уже нельзя отказаться. Так и эти чёрные глаза – засасывают в себя, не позволяя сопротивляться.
- Сехун мой помощник, правая рука. И, возможно, преемник, потому что быть наркобароном довольно-таки опасное занятие, друг мой! – Чанёль элегантно подцепил ножом кусок горячего мяса и отправил себе в рот. – В моей банде все альфы. Только Чонин затесался. И то потому, что он брат Сехуна. А ты знаешь, каким цветочком был он, когда мы в первый раз встретились? Но ничего, сделал из него достойного бойца, способного постоять за себя.
- И свою шлюшку, - шёпотом добавил блондин, но его слова были прекрасно услышаны каждым.
- Это было желание Чонина, - прорычал Чанёль, не глядя на вздрогнувшего омегу. – Всё дело в том, Бэкхён, что я всей душой ненавижу слабаков. То, что я сегодня вытащил тебя из лап этого Тао, говорит лишь о том, что этот парень задел моё самолюбие своими оскорблениями. До тебя мне нет дела.
Я съёжился и обхватил колени руками, исподтишка наблюдая за тем, как Сехун щедро делит мясо между братом, Чанёлем и собой. Поняв, что мне ни кусочка не перепадёт, я спрятал лицо под длинной чёлкой и принялся раскачиваться из стороны в сторону.
- Если ты думал, что мы будем за тобой бегать и исполнять каждое твоё желание лишь потому, что ты омега, то глубоко заблуждался, - хрипло рассмеялся Чанёль, облизывая испачканные в мясном соке пальцы. – Быть в моей команде – значит быть сильным. Я ни за кем не бегаю, никому не подаю руку помощи. Так что, если ты готов стать частью моей команды, то так и быть, я возьму тебя на испытательный срок. Но если хоть раз начнёшь ныть или жаловаться – вылетишь отсюда в два счёта!
- А что мне нужно будет делать? – едва слышно отозвался я.
- Всё, что я прикажу, - тяжёлый взгляд глаза в глаза. – И не вздумай подкупить меня своей течной задницей Хотя, о чём это я! Это ведь Чонину приходится пачками пить блокаторы запаха, а ты и так у нас неполноценный!
Сехун подхватил ржач шефа, а я уже было собрался убежать куда глаза глядят, но тёплая ладонь Чонина, предусмотрительно накрывшая мою, спасла от необдуманных действий.
- Ты когда-нибудь ел мясо? Оно вкусное, - было видно, что омега хочет поделиться кусочком, но Чанёль неусыпно следил за каждым его движением. – Мы ехали в лабораторию - дорога от города занимает сутки, поэтому взяли с собой сырое мясо. Это, конечно же, дефицит, но у Чанёля столько денег, что он может позволить себе не только свинину, но и специальную холодильную камеру, в которой она хранится!
Я понятливо кивнул и попытался силой мысли усмирить урчащий желудок. Впрочем, он вновь отозвался ленивым переливом, что не осталось незамеченным остальными.
- Иди сюда, - внезапно позвал меня разомлевший от горячей еды альфа.
Я испуганно посмотрел на Чонина, и тот незаметно кивнул. Поднявшись на дрожащих ногах, я подошёл к старшему и смущённо сложил руки за спиной.
- Садись! – похлопал он по месту рядом с собой.
Я послушно присел и обратил взгляд к огню. Чанёль сидел близко и я прекрасно чувствовал терпкий аромат его тела. Нервная дрожь покалывала кончики пальцев, я пытался незаметно дышать ртом, но запах упрямо забивался в ноздри и пробирался внутрь лёгких.
- Ну, так что, готов стать омегой на перевоспитании? – низкий бас ударил по перепонкам, и я съёжился ещё сильнее.
- У меня нет выхода, - мой голос звучал жалко и пискляво.
- Выход есть всегда, - альфа указал пальцем на вершину скалы, у подножия которой мы сидели. – С неё открывается прекрасный вид. А уж чувство полёта, ммм незабываемо! И не делай такие испуганные глазки. Ты же хоть и слабак, но умный – должен понимать, что иного выхода у тебя нет. Ты же ни на что не способен в одиночку, Бён Бэкхён
- Я согласен! – голос давно звенел от слёз, а в душе я уже сожалел, что сбежал от Тао.
Неизвестно, кто из этих двоих больший тиран. К счастью, тот, что рядом, хотя бы не сексуальный маньяк.
Когда альфа неожиданно протянул мне кусочек мяса, я даже глаза округлил от удивления.
- Попробуй! В честь твоего вступления в наши славные ряды!
Беззаботный голос внезапно преобразившегося Чанёля, лёгкая полуулыбка Сехуна, милое недоумение Чонина – всё это подстегнуло меня аккуратно подцепить мясо кончиками пальцев и отправить в рот.
- Ну? Как? – брюнет чуть под язык мне не заглядывал от любопытства.
- Вкусно, - тщательно прожёвывая, пробормотал я.
- Сочный вкус, правда? Такой солоноватый, с кислинкой, - заглядывая мне в глаза, воодушевлённо говорил Чанёль. – Не зря говорят, что человеческое мясо самое вкусное!
Я мгновенно подавился и ударил себя в грудь кулаком. Перед глазами всё поплыло, кусок встрял в горле и начал поспешно отвергаться организмом. Отбежав на пару шагов, я рухнул на колени и выблевал на камни всё скромное содержимое своего желудка. Спазмы продолжали скручивать его в спираль, слюна всё так же сочилась из уголка рта, а неугомонные альфы громогласно ржали, явно довольные произведённым эффектом.
- Не обращай внимания. Он не всегда такой, просто хочет показаться вредным, - успокаивал меня Чонин, гладя по спине, когда новая порция блевотины прошла по пищеводу на выход.
Вот так началось моё пребывание в банде Пак Чанёля.
Глава 4

Пока я скромно сидел в сторонке и отпаивался остатками водички, Чонин собирал в рюкзак разбросанные вещи, а альфы тщательно затаптывали костёр. Было страшно – а вдруг бросят? Не возьмут с собой? Но, вопреки опасениям, Чанёль махнул мне рукой и что-то процедил в духе: «Вставай, ленивая задница!».
Сехун и Чонин оседлали одного из железных коней и скрылись за выступом горы, а мы остались наедине с грозным Паком. Мне было неуютно в его присутствии, я подсознательно ждал пакости или очередной дурацкой шутки. В то же время понимал, что мужчина прав – одному мне не выжить за пределами «Белой лилии».
- Мы хотели ехать в лабораторию, но передумали, - закрепляя сумку на мотоцикле, произнёс Чанёль. – Вернёмся в город. Всё равно скоро стемнеет, а находиться ночью в горах без должного сопровождения – чистое самоубийство. Ты же ещё хочешь жить, омега?
- А город, он большой? – затаив дыхание, шепнул я.
- Город? – Чанёль улыбнулся и снисходительно посмотрел на меня с высоты своего роста. – Ну, больше твоей крепости раз в сто.
- Сто?! – восхищённо выдохнул я.
Мужчина засмеялся и помотал головой.
- Ладно, мелкий, легенда такова – ты бета. Ясно?
- Почему бета? – насторожился я.
- Ты хоть и бракованная омежка, но весьма симпатичная. Вдруг какой альфа глаз положит, проблем потом не оберёшься.
- Ну, бета так бета, - покорно согласился я.
- И ещё! – Чанёль поднял вверх указательный палец и критично посмотрел на меня. – Нужно придумать причину, по которой я взял дистрофичного малолетку в свою команду. Что ты умеешь, Бэкхён?
- Я неплохо учился в школе. Часто помогал на кухне. Готовлю вкусно!
- Хреновый ты повар, если даже мясо никогда не пробовал, - фыркнул Чанёль, а мой желудок предательски сжался. – Прости, но твоих кулинарных талантов я познать не хочу, да и от твоего умения читать и писать мне ни горячо, ни холодно. Что ты ещё в своей «Белой лилии» делал?
- В тепличке за грядками ухаживал, - насупившись, пробурчал я.
- Ммм - мужчина потёр подбородок и тут же хлопнул в ладоши, чем изрядно меня напугал. – Точно! Скажем, что ты супер-пупер учёный, который будет заниматься нашей наркотической плантацией. У нас там и теплицы, и грядочки, и зелень – всё, как ты любишь!
- А я не молод для учёного? – заволновался я.
- В современном мире люди и до тридцати не всегда доживают. Так что ты уже весьма зрелый, - альфа подмигнул мне и оседлал своего коня. – Прыгай, Бэкки.
- Бэкки? – смущённо покраснев, прошептал я.
На этот раз я уже более уверенно влез на мотоцикл, покорно натянул шлем и вцепился пальчиками в куртку Чанёля. Даже не вскрикнул, когда мы резко сорвались с места и полетели в тартарары по крутой горной тропе.
Хотя большую часть времени я крепко жмурился, за дорогой следить успевал. Мы долго ехали среди гор, затем вновь выехали в пустыню, но никаких городов на горизонте не появлялось. Я уже начал волноваться, что Чанёль меня обманул, как внезапно он резко затормозил, от чего я слабо пискнул и едва не свалился на песок.
- Твою мать! – ругнулся мужчина.
Затаив дыхание, я осторожно выглянул из-за его плеча и непонимающе нахмурился. Вдалеке, аккурат на нашем пути, высилось какое-то тёмное строение, не имеющее каких-либо опознавательных знаков. Издали немного походило на «Белую лилию», но утверждать я не брался, так как видел свою крепость со стороны лишь единожды.
- Что такое? – я осторожно дёрнул Чанёля за куртку и заранее втянул голову в плечи.
- Немного сбился с курса, - я заметил, как смуглые руки крепко вцепились в руль. – Ничего страшного, Бэкхён. Ты же не трусишка?
Мне показалось, что альфа разговаривал не со мной, а сам себя успокаивал. Пусть так, лишь бы не нервничал.
- Твою мать, что за нахуй! – видимо, я рано обрадовался. – Нам пиздец, Бэк! Просто ПИЗДЕЦ!
Я честно не понимал, что происходит, но уже начинал бояться. Пак Чанёль сам по себе выглядел устрашающе, а уж сейчас, с выпученными глазами и вздувшимися венами на шее
- Так, может быть, объедем? – осторожно предложил я.
- Ты что, блять, совсем тупой? – рыкнул Чанёль, развернувшись ко мне. – Лучше заткнись и не отсвечивай!
- Не кричи, пожалуйста, - едва слышно попросил я.
- Заткнись, урод! – взвился альфа, грубо столкнув меня в песок.
Я вскрикнул от боли в плече, и посмотрел на Чанёля глазами, полными слёз. За что он так со мной? Разве я виноват, что альфа сбился с курса?
- Мы не можем объехать эти развалины! – уже спокойнее, как маленькому, принялся объяснять мужчина. – Во-первых, нам не хватит бензина. Во-вторых, скоро стемнеет. А ты знаешь, какие холодные ночи в пустыне? Хотя, откуда это знать малышу, который кутался под тёплым одеяльцем, не высовывая носа на улицу до самого утра!
Поднатужившись, я стянул с головы шлем и аккуратно поставил его на песок рядом с собой. Пригладил растрепавшиеся волосы, одёрнул рубашку и медленно поднялся.
- Далеко собрался? – рыкнул Чанёль мне в спину.
Решив не нарываться, я лишь прибавил шагу, уверенно двигаясь в направлении, противоположном развалинам. Я знал, что поступаю глупо, но терпеть издевательства и унижения над собой уже не мог. Я же не прошу защищать меня и охранять, словно зеницу ока. Просто не орать и не применять силу. Он здоровенный тупой альфа, а я маленький омежка, который не может дать сдачи.
Я быстро стёр влажные дорожки слёз и прислушался – Чанёль не торопился меня догонять или звать по имени. Радовался, небось, что я ухожу – проблем меньше. Не выдержав, я обернулся и обиженно поджал губы. Альфа, как ни в чём не бывало, продолжал сидеть на мотоцикле, облокотившись на руль, и смаковал самокрутку.
- Успокоился? – равнодушно спросил он, выбросив окурок, когда я вернулся к нему, раздражённо сжав кулачки. – Садись и поехали.
Всю злость как рукой сняло и я понял, как глупо себя повёл. Торопливо натянул шлем и уселся сзади альфы, слабо вцепившись пальчиками в его бока. Альфа вздрогнул и медленно обернулся, прищурив красивые тёмные глаза.
- Плечо болит?
- Уже прошло.
Чанёль помолчал и отвернулся, заводя мотор.
- Постараемся проскочить. Ты, главное, держись покрепче.
Я согласно кивнул, хотя альфа и не видел этого жеста, и прижался к нему всем телом. С ним не страшно, хотя он и псих редкостный. Набравшись духу, я смело выглядывал из-за широкого плеча, с любопытством разглядывая полуразвалившееся строение. Возможно, раньше на этом месте был какой-то завод или фабрика. Сейчас же от него остались лишь полуразрушенные стены и покривившиеся ворота. Здание было довольно крупным, поэтому Чанёль не стал его объезжать, а смело заехал на территорию. Я обернулся в последний раз и увидел ярко-красное закатное солнце, скатывающееся за горизонт. Вечерняя прохлада ущипнула за пятки, и я ещё крепче прильнул к горячему телу Чанёля.
Пришлось сбавить скорость и медленно лавировать между проржавевшими остовами машин и горами мусора. Высокие стены отбрасывали на песок пугающие тени, но как бы я ни приглядывался к ним, они оставались неподвижны.
Постепенно спина альфы расслабилась, а ладони перестали так судорожно сжимать руль. Это состояние передалось и мне, я даже позволил себе закрыть глаза и положить голову на широкую спину. Вот только громкий лай и мат Чанёля мгновенно выдернули меня из состояния умиротворённости.
Распахнув ресницы, я тут же задохнулся от страха – из одного из зданий выскочила стая неизвестных мне животных, и помчалась за нашим мотоциклом.
- Ноги подними! – резко набрав скорость, приказал Чанёль.
Согнув конечности, как смог, я с ужасом смотрел на приближающихся, клацающих зубами монстров. Огромные, с горящими кровью глазами и полуободранной шкурой, они мчались за нами со всех лап, даже не думая отставать. Одному из хищников удалось намертво вцепиться зубами в штанину матерящегося Пака. Как тот ни старался сбросить животное, оно упорно волоклось за нами по песку, тормозя и без того небольшую скорость.
- Отстань! – тонко вскрикнул я, пнув зверя по загривку.
Тот взвыл и на мгновение расцепил зубы – этого хватило, чтобы выдернуть штанину и оторваться от стаи.
Подъехав к воротам с другой стороны здания, Чанёль ударил по тормозам и спрыгнул с мотоцикла. Подёргав замок, раздражённо пнул металлическую преграду и покосился на зверей, метнувшихся в обратном направлении.
- Блять, да что ж это за день такой! – взвыл мужчина. – Так, быстро, слазь!
Я с опаской спрыгнул с железного коня и поёжился – холод пробирал всё больше, а пространство начало медленно, но неотвратимо тонуть в сумерках.
- Давай сюда! Помоги мне! – скомандовал альфа.
Осторожно придерживая мотоцикл, мы покатили его к покосившемуся строению. К счастью, дверь на нём не была заперта, чем мы и воспользовались. Внутри было темно, холодно и сыро. К счастью, у Чанёля был фонарик, который он тут же вручил мне, приказав осветить дорогу.
Пока я осматривался, альфа подтащил к двери пару бочек и, до кучи, заблокировал её каким-то металлическим шестом, с трудом оторванным от пола. Приставив мотоцикл к стене, мы отправились изучать помещение. Оно было совсем небольшим – всего лишь два этажа. На первом большой холл, на втором четыре комнаты, три из которых заколочены. Пробравшись в единственно незапертую, на корточках добрались до затянутого плёнкой окна и выглянули наружу.
Приметив размытые силуэты нескольких мужчин и бегающих вокруг них зверей, я испуганно задрожал и сполз на пол.
- Где мы? Кто эти люди? – я вцепился в разорванную штанину альфы и нервно сглотнул.
- Песчаные бандиты, - скрипнул зубами Пак. – Днём шляются по пустыне, нападают на караваны, грабят и убивают случайных путников. А ночью отсиживаются здесь.
- А эти животные?
- Собаки? – я чувствовал по голосу, что Чанёль улыбнулся. – Когда-то они были друзьями человека, а теперь пища для них.
- Они их едят? – ужаснулся я, сразу вспомнив увиденные в учебниках фотографии домашних питомцев.
Как-то эти милые образы не слишком вязались с ободранными волкодавами.
- Ну да, а чем ещё питаться в пустыне? Пока хозяев нет, они охраняют территорию. Когда хозяева голодают, становятся их обедом. Это новый мир, Бэкхён, про который не пишут в учебниках.
- Но ведь они нас найдут и убьют? – шепнул я.
Чанёль вздохнул и сел рядом со мной. Положив руку мне на плечо, притянул к себе и некоторое время молчал – то ли задумался, то ли прислушивался к голосам снаружи.
- Скорее всего, они не успели нас заметить, хотя следы на песке хорошо видны. Возможно, решат поймать утром, ночью рисковать вряд ли станут. Они ведь не знают сколько нас и как мы вооружены.
- Мне страшно, - честно признался я, уткнувшись носом в потёртую куртку Пака.
- Не бзди, омежка, и не в такие переделки попадал дядюшка Чанёль, - хрипло рассмеялся альфа. – Я не самый худший боец, да и в запасе есть десяток патронов. Как раз хватит на этих уродов, ещё и на пару их зверёнышей останется.
- Как мы отсюда сбежим? – на улице раздался громкий смех, от которого я покрылся мелкими капельками пота.
- Ну, сказать честно или приукрасить?
- Честно, - попросил я.
- Хуй мы отсюда сбежим! – махнул рукой Пак. – Бежать сейчас бесполезно – эти волкодавы нам задницы отгрызут. Тянуть до утра – припрутся эти вонючие короли пустыни и будут наши мозги красоваться на ближайшей стеночке.
- Ты шутишь? Скажи, что шутишь! – громко зашептал я, намертво вцепившись в чужую куртку.
- Я не сдамся без боя! – клятвенно пообещал Чанёль. – Буду всех отстреливать по одному. А если тебя попросят в качестве откупа, то
- Отдашь, - скорее констатировал, чем спросил, я.
- Ни за что, - фыркнул альфа. – Ты только мой мальчик для битья. На ком я буду стресс снимать?
Слабая улыбка украсила моё лицо. Жаль, что из-за темноты её не было видно.
- А как же Чонин и Сехун? Они ведь уехали первыми. Наверняка уже обнаружили нашу пропажу! – ухватился я за ещё одну соломинку.
- Ты знаешь, какая пустыня большая? Мы в ней всего лишь две песчинки. Надеяться на кого-то, кроме себя, никогда не стоит. Так что ложись и спокойно спи. А я нас посторожу.
- Я не хочу спать! – заупрямился я.
- Тогда держи пистолет и неси вахту, - безропотно согласился Чанёль, вложив в мою ладошку холодное оружие.
Я недоумённо смотрел на то, как Пак укладывается на полу, долго ёрзает, в попытке принять удобную позу.
- Разбуди, если что-нибудь услышишь, - сонно промычал он, уже через минуту засопев.
- Да у него стальные нервы! – прошипел я, светя фонариком на пистолет. – Хоть бы объяснил, как обращаться с этой хреновиной.
Поняв, что быстрее себе ногу прострелю, чем попаду во врага, я положил оружие рядом с альфой, а сам подполз обратно к окну. Уже окончательно стемнело, поэтому я не боялся быть замеченным. Голоса и не думали стихать. Мало того, бандиты разожгли костёр и, судя по запаху, что-то жарили. Рвота вновь запросилась наружу, но я прижал ладошку ко рту и прислушался. Слов было не разобрать, но мужчины были совершенно спокойны – то ли не придали значения следам от мотоцикла на песке, то ли были уверены, что до утра мы никуда не денемся.
Часа через два, когда мои веки окончательно отяжелели, голоса людей и собачий лай утихли – на пустыню окончательно опустилась ночь. Я сидел на полу, прижав колени к груди, и смотрел в расплескавшуюся передо мной темноту. Как, всё же, быстро, умеет меняться жизнь. Ещё утром я был в стенах «Белой лилии», терпел домогательства и подколки Тао; а сейчас впервые ночую за пределами крепости. И не просто где-то, а в логове бандитов, которые утром отправятся на поиски меня и Чанёля. К слову, ещё утром я даже не знал о существовании Пака, а теперь его жизнь в моих руках.
- Не буду спать, нет! – приказал я себе и похлопал по щекам. – Это самое малое, что я могу для него сделать!
Вновь высунувшись в окно, я нахмурился и поджал губы – собаки носились по всей территории и изредка поскуливали, отрезая все пути к отступлению.
- Так вот ты какой, новый мир, - философски заметил я, растирая слипающиеся ресницы и прислушиваясь к ровному дыханию Пака.
Видимо, все романтичные и благородные альфы вымерли с наступлением Апокалипсиса, так что, если завтрашнее утро не станет для меня последним, то я клянусь навечно остаться девственником и не подпускать к себе ни одного из них. Все беды от альф, однозначно.
Глава 5

Не особо приятно просыпаться от нехватки воздуха и ощущения чего-то холодного и тяжёлого на щеке Стоп! Просыпаться?!
Я торопливо распахнул ресницы и нервно икнул – надо мной навис какой-то пещерный альфа, грязный, пыльный и вонючий. Его шершавая мозолистая ладонь была плотно прижата к моим губам, в то время, как пальцы другой, лежали на курке пистолета, вдавленного в мою щеку.
- Ахаха, - хрипло засмеялся мужик и повёл носом. – Ты что здесь забыл, сладкий?
Я попытался ответить, но вместо нормальной речи раздалось неразборчивое мычание. Альфа фыркнул и рывком поставил меня на ноги, для верности зафиксировав руку вокруг моей шеи и перекрыв наполовину доступ воздуха.
- Так откуда ты взялся, красавчик? – прошептал мужчина, проведя дулом по покрывшейся мурашками шее.
- Я заблудился, - дрожащим голосом пролепетал я, одновременно осматривая комнату на предмет присутствия Чанёля.
Но нет, здесь было ещё три грязных альфы и случайно забрёдший пёс, глухо рычавший и смотревший на меня исподлобья. Неужели Пак меня бросил?
- Для беты ты слишком хорош, парень, - широкая ладонь грубо смяла мою ягодицу, а я неумело вывернулся и хлопнулся на пол под издевательский гогот альф.
- Хватит с ним церемониться! Омега, бета – какая разница? Отдерём эту сучку по первое число, чтобы неделю добавки не просила! – заржал один из типов, успев уже раздеть и трахнуть меня взглядом.
- Вот тебе и клятвы про девственность и неприкосновенность, - шипел я, пока меня тащили к выходу из склада.
Проходя мимо мотоцикла, альфы замедлили шаг и переглянулись.
- Ты точно один приехал?
- Да, один.
- А эта хреновина откуда? Она дико дорогая, - засомневался всё тот же тип с пистолетом.
- Ну, я с альфой своим поссорился и угнал, - неуверенно замялся я.
- А ты горячая штучка, да?! – и вновь заливистый гогот, от которого закладывает уши.
Но почему-то, увидев мотоцикл, я догадался, что Чанёль никуда не ушёл. Может, спрятался и выжидает нужный момент. А может, что другое. Но он где-то рядом, определённо, потому что я спиной чувствую его взгляд, и мучительное чувство тревоги утихает само собой.
Наконец, меня вытащили во двор, под нещадно палящие лучи солнца, и швырнули на горячий песок. Я сдавленно охнул и, стоя на коленях, принялся тереть обожжённые ладони. Пока альфы громко обсуждали в какой позе меня отыметь, я быстро осмотрелся – неподалёку сидели волкодавы и звучно клацали зубами, мужчин же было шестеро. Вчера мне казалось, что их больше десяти, но то ли часть ушла в пустыню, то ли у страха глаза велики.
В покинутом нами складе раздался едва слышный грохот, которому никто не придал значения, кроме меня и ещё одного альфы. Он-то и отправился разведать обстановку.
- Осторожнее там! – крикнул ему тип с ружьём, и склонился надо мной. – А ты, девочка, снимай штанишки и подставляй нам попку!
От ядовитого смеха уже воротило, но я нашёл в себе силы положить пальцы на ширинку и робко сжать язычок молнии.
- Может, не надо? – попросил я, подняв глаза, полные слёз.
- Или ты сейчас же стягиваешь портки, или я делаю это сам и растягиваю тебя первым попавшимся сучком, ясно?! – зарычал альфа, грубо схватив меня за волосы. – Ну же, будь послушным и тебе понравится!
Пока я мысленно материл Чанёля и призывал пошевелиться, ширинка была расстёгнута, а штаны приспущены. Собаки испытующе смотрели на меня, высунув от жары языки и часто дышали. Они что, собираются изнасиловать меня на виду у зверей? Тошнота мгновенно подкатила к горлу и я зажал рот узкой ладошкой.
- Где носит этого дебила? – не выдержал тучный альфа в разорванной майке. – Может, проверить?
- Иди, только быстро. Возьми с собой Чжэ Вона, а то мало ли, - отрывисто бросил мой будущий насильник. – И потом не орите, что сливки снял я!
Стоило бубнящим мужчинам скрыться за металлической дверью, как альфа опрокинул меня на песок и навалился сверху. Спине было горячо даже через рубашку, из-за чего я начал вертеться будто уж на сковороде, чем изрядно злил своего мучителя.
- Да не дёргайся ты!
Короткий удар в висок и перед глазами тут же расплылась темнота, заполненная лишь цветными кругами и чьими-то тягучими голосами. Когда сознание вернулось, я обнаружил, что другие двое мужчин держат меня за ноги, а главный альфа гладит мой член через ткань трусов и сдавленно посмеивается. Его собственный уже стоит колом и топорщится сквозь грубую ткань штанов. А меня тошнит – от его липких ладоней, вонючего дыхания, отросшей щетины и мокрых подмышек. Мне хочется исчезнуть без следа, лишь бы не чувствовать неприятных прикосновений.
Три коротких выстрела, проследовавшие один за другим, подкосили альф. Те, что держали меня за ноги, упали ничком на песок, а самый главный, с простреленным лбом, рухнул прямо на меня. Рёбра предательски затрещали, а чужая кровь мгновенно окрасила светлую ткань моей рубашки. Забившись в истерике, я попытался сбросить с себя тело, но пришедшие в себя псы не позволили это сделать.
Подбежав ко мне всей стаей, они громко залаяли, а один пёс, особенно смелый, и вовсе ухватился за голень. Почувствовав, как острые зубы насквозь прошили кожу, я заорал от дикой боли и страха. Казалось, вокруг полнейший хаос – трупы убитых альф, лай псов, и я весь в крови с почти отгрызенной ногой.
- Чанёль! Чанёль! – сквозь слёзы звал я, боясь даже пошевелиться.
- Я здесь, маленький!
Крепко зажмурившись, чтобы стряхнуть с ресниц капли слёз, я широко открыл глаза и увидел подбегающего ко мне Пака. Точный выстрел и пёс, вцепившийся в меня клыками, разомкнул челюсти и распластался на песке. Остальные испуганно взвыли и, изредка тявкая, побежали прочь. Поднатужившись и сбросив с меня грузное тело убитого альфы, Чанёль тут же ойкнул, ибо мой кулак метко ударил его в скулу.
- Ты! Придурок! Где ты был так долго? Меня изнасиловали и укусили! Я подхвачу вирус и умру! Ты в этом виноват! Ты! – размахивая руками, кричал я.
Пак, вместо ответа, оторвал меня от земли и закинул на плечо. Я безвольно свисал с него и плакал, кусая губы, пока мужчина шёл к мотоциклу. Осторожно поставив меня на ноги, он натянул брюки и застегнул ремень, после чего вытер большими пальцами рук мои мокрые от слёз щёки и наклонившись, легко поцеловал в лоб.
- Чанёль! – разревелся я с новой силой, скомкав в пальцах рубашку альфы.
- Надо торопиться, - протянув мне шлем, строго произнёс он.
- Да-да, конечно, - кивнул я.
Когда мы выехали за пределы крепости, стало намного легче дышать. Ветер сушил мои слёзы, прогонял из головы мрачные мысли, и я всеми силами пытался убедить себя в том, что и насильник-альфа, и собаки мне привиделись. Вот только синяки на бёдрах и саднящая от боли голень, напоминали об обратном.
Я крепко прижимался к спине Чанёля, тяжело вздыхал и скрипел зубами, когда мотоцикл подпрыгивал на ухабах. Пак знает, что делает, можно не бояться.
- Приехали, - выдохнул альфа через пару часов.
Я почти задремал на жаре, поэтому сейчас удивлённо осматривался, видя перед собой лишь одинокие скалы, упирающиеся острыми верхушками в небо.
- Почему мы здесь? – растерянно спросил я, стянув шлем с вспотевшей головы.
- Это дорога к лаборатории. Сехун и Чонин в любом случае наведаются сюда, осталось лишь их дождаться, - сосредоточенно ответил Чанёль, одновременно пытаясь отвязать сумку от руля. – Всё равно, нашего бензина не хватило бы на то, чтобы добраться до города. А остановиться посреди пустыни – самоубийство.
Я понятливо кивнул и аккуратно согнул прокушенную ногу, боясь на неё наступать. Чанёль без лишних слов приказал мне оставаться на месте, а сам откатил мотоцикл к незаметной расщелине, скрытой за широким камнем. Пристроив там двухколёсного, вернулся ко мне и закинул руку себе на плечо.
- Здесь есть пещера, дойдёшь сам?
Опираясь на Пака, я допрыгал до тёмной впадины, и медленно прополз внутрь. Места там было не так уж много – как раз для нас двоих. Прислонившись к каменной стене, я облегчённо вздохнул и заинтересованно покосился на альфу. Тот устроился рядом со мной и принялся деловито ковыряться в дорожной сумке. В пещеру проникал слабый свет, и, благодаря ему, мне удалось увидеть мелькнувшую в руках Чанёля железную коробочку.
- Штаны снимай, - коротко приказал он, гремя бутылочкой из тёмного стекла.
- Это обязательно? – засомневался я.
- Ты же не хочешь, чтобы твоя нога загноилась и её пришлось отпиливать? – насмешливо глянул на меня Пак.
Я продолжал сидеть неподвижно, и тогда он не выдержал.
- Так, мелкий! Не трепли мне нервы! Если думаешь, что мне есть дело до твоей задницы, то глубоко заблуждаешься! Ты всё равно ничем не пахнешь, а я никогда не западу на мальчишку, младше меня в два раза! – нахмурившись, процедил альфа.
От его слов стало обидно, а ещё страшно – вдруг, действительно отпилят? Кому же нужен безногий омежка, у которого даже запаха нет? С тяжёлым вздохом я избавился от штанов, а уже в следующую секунду моя конечность удобно устроилась на коленях Чанёля.
- Не кричать, - предупредил он, и чем-то плеснул на рану.
Сказать, что это было больно, значит скромно промолчать. У меня искры из глаз полетели, а альтернатива отпилить ногу показалась абсолютной ерундой по сравнению с тем, что мне пришлось испытать.
- Тшш, сейчас будет легче! – Чанёль похлопал меня по заднице широкой ладошкой и глупо улыбнулся. – Ух ты, мягонькая какая!
- Эй, руки убери! – взвился я, ненароком приложившись коленом о пах альфы.
- Засранец! – сдавленно охнул он, схватившись за орган, хотя я мог поспорить, что удар был не особо сильным.
- Это месть! – взбрыкнул я.
- Вот и бинтуй себя сам!
Мне в лицо прилетел бинт, а сам Чанёль продолжил прощупывать член сквозь ткань. Убедившись, что тот в порядке, вдоволь поиздевался над моей попыткой завязать рану, и вновь взял дело в свои руки.
Минут через пять мы уже грызли полузасохший хлеб и изредка пригубляли воду, плескавшуюся на дне бутылки. В пещере было прохладно, не то что снаружи, а ещё как-то уютно. Но может дело не в укрытии, а в Паке? Ха, глупости!
- Мог бы предупредить, что придумал план, - пробурчал я, слегка касаясь пальцами перебинтованной ноги.
- Ты слишком крепко спал, - закатил глаза Чанёль. – Хорошо, что я услышал звуки шагов этих придурков прежде, чем они поднялись на второй этаж, а то нам бы уже ничего не помогло.
- Но я держался до последнего, правда! – возмутился я. – Сам не понял, когда заснул
- Ну, дядюшка Чанёль же спас тебя? – альфа шутливо толкнул меня в бок, и прислушался. – Неужели едут?
Мы притихли, и вскоре, действительно, раздалось гудение мотора.
- Это Чонин? – затеребил я мужчину.
- Надеюсь, - пожал он плечами.
Когда звуки мотоцикла стихли, сменившись торопливыми шагами по гальке, я неосознанно схватился за запястье Пака и попытался спрятаться за его спину, в то время как он был странно расслаблен.
- Вы тут?! – в проёме появилось обеспокоенное лицо Чонина, и я не сдержал радостной улыбки. – Чанёль, хорошо, что Сехун заметил твою метку, а то бы мы проехали мимо! Се, они тут!!!
- Бэк, оденься! – сунув мне брюки, шепнул Пак.
Тут же обернувшийся Чонин, нахмурился и поджал губы. Холодный взгляд коснулся моих обнажённых ног и перекинулся на невозмутимого альфу. Кажется, он хотел что-то сказать, но тут примчался Сехун и принялся возбуждённо тараторить. Я ни слова не понял из его сбивчивого рассказа. Смущаясь, натянул штаны и выбрался из пещеры. Чонин стоял в стороне и мрачно косился на меня, пока альфы продолжали о чём-то говорить.
- Возвращаемся в город, - наконец, объявил Чанёль.
- Ты поедешь со мной, - потащив меня к своему мотоциклу, мрачно произнёс омега.
Ревнует, что ли? Пф, да сдался мне его бесцеремонный Пак. Я, вроде как, девственность свою обещал хранить, и пока от принципов отказываться не собираюсь.
Глава 6

Казалось, что Чонин пытался выместить всю свою злость во время езды – он гнал на бешеной скорости, нарочно наезжал на многочисленные кочки и, наверняка, садистски усмехался, когда я вскрикивал, едва не соскальзывая с мотоцикла. Спина омеги всю дорогу была сильно напряжена и мне было боязно дотронуться до неё, поэтому я цеплялся за край кожаной курточки и печально поглядывал в сторону двух альф, ехавших чуть позади.
Чем ближе мы подъезжали к Городу, тем сильнее менялся окружающий мир. Нам всё чаще попадались путники, торопливо отскакивающие в стороны, чтобы не попасть под колёса; покосившиеся домишки, возле которых крутились непонятные типы.
Когда же на горизонте показались высокие стены крепости, я не смог сдержать восхищённого вздоха. Она величественно чернела в лучах заходящего солнца и казалась чем-то призрачным и нереальным, вроде миража.
Чонин, наконец, сбавил скорость, и позволил альфам вырваться вперёд. Я, завороженный увиденным зрелищем, даже не заметил, как мы подъехали к высоким воротам. Нам навстречу вышел мужчина в форме и с ружьём на плече. Подняв ладони, он смело преградил нам путь и насмешливо ухмыльнулся.
- Что, не узнаёшь? – сорвав с головы шлем, прохрипел взмокший Чанёль.
- Вас и не узнать? – скривился охранник. – Я вас прекрасно помню, как и то, что уезжали вы втроём
Почувствовав на себе испытующий взгляд, я нырнул за спину Чонина и затаился.
- Это бета, мы выкупили его в одном из караванов. Парень хорошо разбирается в наркоте, а ты знаешь, как для меня это важно, - невозмутимо ответил Чанёль.
- Скажи это хозяину! Он приказал не впускать в город чужаков, - холодно отрезал мужчина.
Сдавленно выругавшись, альфа слез с мотоцикла и отвёл охранника в сторонку. Они долго о чём-то разговаривали, после чего Чанёль незаметно положил в его карман прозрачный мешочек и вернулся к нам.
- Поехали, - махнул он рукой.
Проезжая мимо ухмыляющегося типа, я заметил его хитрый взгляд и поспешно отвернулся.
За стенами крепости царили оживление и суета. По вымощенной камнями дороге носились десятки людей, шумно переговаривающиеся между собой и спешащие куда-то. По краям стены ютились палатки торговцев – на прилавках был выложен разнообразный товар от мутной воды до блестевших на солнце побрякушек.
Проехав мимо рынка, мы завернули в немноголюдный проулок. Здесь было много покосившихся лачуг, а ещё витал неприятный запах помоев и тухлятины. Стараясь глубоко не дышать, я дождался, пока мотоцикл омеги минует трущобы, и восхищённо задержал дыхание – перед моим взглядом выросли два самых высоких здания, которые я когда-либо видел. Я несколько раз считал этажи, постоянно сбиваясь, но когда мотоциклы остановились у одного из них, всё-таки подвёл итог – девять в одном и семь в другом.
Мы остановились у того, что чуть пониже, и заглушили моторы. Я едва стоял на дрожавших от длительной поездки ногах, и изредка косился на многочисленных альф, охранявших вторую многоэтажку. Они явно были заинтересованы приездом Чанёля, хотя и ограничивались лишь наблюдением.
- Наконец-то вы приехали! – из дома выбежал улыбающийся мужчина, судя по отсутствующему запаху – бета.
- Попали в небольшую заварушку, - выдохнул Чанёль, пожимая протянутую руку.
- А это тот самый Бэкхён? – указав на меня, спросил бета.
- Да, - альфа подтолкнул меня к мужчине. – Познакомься, это начальник моей охраны Чунмён. Он будет приглядывать за тобой, а ты его слушайся. Понял?
Я кивнул и с любопытством рассмотрел нового знакомого. Не слишком старый, лет тридцати, но с многочисленными шрамами и морщинами на лице. А ещё очень загорелый, будто всю свою жизнь провёл под палящим солнцем. Несмотря на внешнюю суровость, взгляд у него был очень добрый и по-отечески тёплый.
- Проводи его в свободную квартиру, - приказал Чанёль, после чего повернулся к Сехуну и Чонину, и о чём-то заговорил с ними вполголоса.
Не отставая от Чунмёна, я прошёл в здание и изумлённо ахнул – на встречу нам спускались двое мощных альф с автоматами.
- Ребёнка не пугайте, - жёстко произнёс Чунмён, потянув меня за собой. – Это охрана дома, они тебя не тронут.
Мы медленно поднимались по лестнице, и пока я цеплялся взглядом за облупленные подъездные стены и ржавые от времени двери, бета проводил мне краткую экскурсию.
- Раньше здесь был большой город, но из-за вспышки на Солнце многие здания сгорели. Остались только эти два, и то за счёт того, что их строили из какого-то нового материала. В нём на самом деле двадцать этажей.
- А где ещё тринадцать? – недоверчиво хмыкнул я.
- Верхние четыре сгорели – всё-таки не выдержали солнечного накала. А остальные там, - Чунмён выразительно опустил вниз указательный палец.
- Как это там? – я невольно повторил его жест.
- Песком занесло, - пожал плечами бета. – В то время, пока люди прятались в укрытиях, здесь бушевали песчаные бури. Бэкхён, ты ведь, пока сюда ехал, проезжал и мимо рынка, и трущоб. Не так ли?
- Ну, да
- Так вот, всё это стоит поверх заметённого песком города. Под нами некогда оживлённые магистрали, аптеки, магазины, кладбища. Это как толстый слой пыли на фотографии из прошлого. Прошлого, от которого ничего не осталось.
Чунмён тяжело вздохнул и повёл меня дальше.
- Здесь живёт Сехун, а вот в этой квартире Чонин и Чанёль. Думаю, тебя стоит поселить на пятом этаже. Там не слишком жарко, к тому же я по соседству, - тепло улыбнулся мужчина.
Остановившись на нужной площадке, он открыл выуженным из кармана ключом дверь, и пропустил меня внутрь. Оказавшись на пороге самой настоящей квартиры, в подобной которой жили мои родители, я восхищённо затаил дыхание. Пожелтевшие обои на стенах, осыпавшаяся с потолка штукатурка. Мебели почти нет, только небольшой стол и узкая койка.
- Балкон?!
- Я бы не советовал тебе туда выходить, - придержал меня за рубашку Чунмён. – Во-первых, он ненадёжный. Во-вторых, тебе незачем светиться перед окнами хозяина Города.
- Он живёт там? – я указал на девятиэтажку, находившуюся напротив.
- Именно.
Я отошёл подальше от окна и ещё раз осмотрелся.
- Тут есть и туалет, и ванна, но теперь в них нет проку, так как канализация давно не работает. Если захочешь испражниться, спускайся на первый этаж, мы там сделали отхожее место. Проголодаешься – заходи ко мне, накормлю. Оставлять еду у тебя бессмысленно, она в два счёта протухнет на такой жаре.
- И на этом спасибо! – низко поклонившись, поблагодарил я.
- Знаешь, о чём мечтает Чанёль? – уже в дверях, обернулся Чунмён. – Найти однажды город, в котором ещё никто не был. Город, на останках которого можно начать новую жизнь. Наверное, каждый из нас об этом мечтает. Иногда я завидую тем, кто не видел погибшего мира.
Дверь за бетой давно закрылась, а я всё продолжал стоять неподвижно, осмысливая услышанные только что слова.

***

Уже через час мне стало невыносимо скучно. Квартиру я облазил вдоль и поперёк, немного прибрался, даже койку передвинул, чтобы было удобнее спать. Когда стемнело, осмелился подойти к окну и выглянул на улицу – тут и там горели костры, слышались шумные голоса. Город действительно был огромный для такого маленького меня - я не видел его большей части, но у меня уже скопились тысячи вопросов, которые некому было задать.
Ни один из новых знакомых не навестил меня, из-за чего я чувствовал себя покинутым. Я понимал, что у них много дел и забот, но сидеть в четырёх стенах и ничего не делать было слишком тошно. Мне тоже хотелось помочь, хоть чем-то, самую малость.
Решив выбраться из квартиры под благовидным предлогом – в туалет-то давно хотелось, я несмело открыл дверь и выглянул на площадку. Кругом было пустынно, тихо и весьма темно. Вцепившись в перила, я осторожно спускался вниз, но когда услышал вопли в квартире подо мной, аж присел от страха. Прислушавшись, я облегчённо вздохнул – судя по голосам, это были Чанёль и Чонин. А если вникнуть в содержание беседы, то они ругались из-за меня!
- Ты с ним трахался, да?!
- Совсем дурной? Он же ребёнок!
- А что же он тогда сидел без штанов у тебя на коленях?!
- Его покусала собака!
- А ты решил успокоить бедное дитя!
- Хватит устраивать мне сцены! Ты, помнится, больше всех был рад и упрашивал меня оставить Бэкхёна!
- Потому что я не думал, что эта течная сука сразу раздвинет перед тобой ноги!
Я вздрогнул и, зажав уши ладошками, бросился обратно наверх. Упав на кровать, свернулся клубочком, и мелко дрожал, настойчиво игнорируя позывы тела, требующего еды и туалета. На сердце было больно и тяжело, будто его облили кипятком. Почему Чонин обвиняет меня во всём? Почему не хочет разобраться?
- Бэкхён?
Я резко сел и распахнул ресницы – на пороге комнаты стоял Чанёль и внимательно смотрел на меня. Неужели пришёл, чтобы выгнать? Вдруг Чонин поставил ему ультиматум?
- Напугал тебя? – альфа медленно приблизился и сел на край скрипнувшей койки. – Как нога? Болит?
- Немножко, - едва слышно шепнул я.
- Эй, ты всё слышал? – Чанёль мягко приподнял мой подбородок пальцами и заставил посмотреть в свои глаза. – Чонин всего лишь глупая омега. Будь выше этого.
- Но ведь он не прав!
- Я знаю. И ты это знаешь. Это ведь главное, не так ли?
Альфа положил руку мне на плечи и притянул к себе. Когда широкая ладонь зарылась в мои волосы, я скукожился ещё сильнее и наморщил нос, едва сдерживая слёзы.
- Не бойся меня, Бэкхён. Я не причиню тебе зла.
- Ты меня бьёшь.
- Пф, когда это было? – хотя было темно, я почувствовал, что Чанёль улыбается. – И буду бить, если не будешь слушаться. А вообще, ты напоминаешь мне одного мальчика из прошлого.
- Какого мальчика? – заинтересовался я.
Немного поворочавшись, я удобно уложил голову альфе на плечо и затих. Рядом с ним было тепло и уютно, а ещё странно спокойно.
- Когда всё началось, я был не дома. Родители отправили меня на каникулы к тёте, которая не смогла встретить на вокзале. Я самостоятельно спустился в метро, доехал до нужной станции, но выбраться так и не смог – люди в панике спускались вниз, толкали друг друга, кричали. Я не сразу понял, что там – ад, - Чанёль тяжело вздохнул и крепко сжал кулаки. – Понимая, что мы отрезаны от внешнего мира на неопределённый срок, мы стали жить там, под землёй. Умирали, влюблялись, рожали детей. В метро были свои правила и принципы. Одни станции нападали на другие, грабили, издевались над омегами и детьми. Мне было пятнадцать, я был домашним мальчиком, который ничего не знал о жизни. У меня не было там ни одного близкого человека, пока в один из дней я не познакомился с омегой – хрупким мальчишкой лет тринадцати. Его родителей убили во время одного из нападений, и я взял над ним опеку. Это вряд ли была любовь, скорее дружба. Мы всё время проводили вместе, делились корочкой хлеба, последним глотком воды.
- А дальше что? – не выдержал я, когда молчание затянулось, хотя и догадывался, что финал истории печальный.
- Его забрали, - отчеканил Чанёль. – В одну из ночей на нашу станцию напали альфы. Они отбирали не продукты и не воду, а омег. Моего друга тоже похитили. Я пытался вернуть его, кричал, умолял, дрался, но ничего не смог сделать. Меня толкнули, я сильно ударился затылком, но перед тем, как потерять сознание, увидел своего друга – его, упирающегося, тащили по рельсам в чёрную пасть тоннеля, а он протягивал ко мне руки и звал по имени.
Чанёль судорожно вздохнул и отвернулся, а я, не зная как утешить, крепко обвил руками за талию и уткнулся носом в шею.
- Ты больше его не видел?
- Никогда.
Мы так и сидели в обнимку, не шевелясь, почти не дыша. Я успел задремать, когда альфа вновь заговорил.
- Знаешь, когда сегодня на тебя напали собаки, а ты плакал и звал меня, я будто перенёсся туда, в метро, на пятнадцать лет назад. Бэк, я не верю в Бога, но благодарю судьбу за то, что свела меня с тобой. Она словно дала мне второй шанс уберечь беззащитного омегу, и я не могу от него отказаться.
Я уже открыл рот, чтобы ответить, как мой желудок разразился недовольным ворчанием.
- Проголодался? – фыркнул мужчина. – И молчишь?!
- Ну, ты же говорил.
- Пф, ты и так тощий, куда уж больше. Сиди тут, я принесу чего-нибудь съестного.
Прежде, чем я успел возразить, Чанёля и след простыл. Глупо улыбнувшись, я лёг на матрас и, обхватив руками подушку, прикрыл глаза. Дождаться ужина мне так и не довелось – сон слишком быстро сморил уставшее за день тело.
Глава 7

Когда я проснулся, то не обнаружил рядом Чанёля, зато на полу нашёлся стакан воды и вкусно пахнущая лепёшка. Толком не разодрав слипшиеся ресницы, я торопливо схватил завтрак и проглотил его в два счёта. Посидев немного на кровати, непроизвольно сжался и, слабо пискнув, бросился наутёк из квартиры.
- Ааа, блаженство! – выдохнул я, когда облегчившись, вышел из туалета.
На улице ярко светило солнце, горячий песок обжигал пятки даже через толстую подошву, для полного счастья не хватало лишь ярко-синего моря, как на выцветших картинках из прошлого.
- Какая попка! – кто-то присвистнул у меня за спиной.
Я молниеносно обернулся и замер от страха – ко мне подходили трое альф с автоматами и гадко усмехались. Я нервно сглотнул и попятился, тут же уткнувшись в дверь туалета. Беспомощно покосился на прохожих, которым явно не было дела до разборок за колючим забором, и попытался принять невозмутимый вид.
- Позвольте пройти! – тихо, но твёрдо, попросил я.
- А ты что, торопишься? - усмехнулся один из альф, подцепив мой подбородок пальцем.
- Не трогайте! – взбрыкнул я, резко отбросив руку.
- Мм, какая строптивая бета! Мне нравится, - промурлыкал второй, навалившись на меня всем телом.
Я едва позорно не завизжал, когда широкая лапища ухватила меня за ягодицу. Вместо этого пнул обидчика под коленную чашечку и выскочил, наконец, из плотного кольца.
- У тебя что, альфа есть? – крикнул один из охранников, пока его товарищ, тихо матерясь, потирал ушибленную конечность.
- Нет!
- Тогда чего ломаешься?
Отвечать я не стал – лишь обиженно поджал губы и бросился наутёк, слыша за спиной громкие улюлюканья и свист.
- Чего это у вас там происходит? – столкнувшись в дверях с Чунмёном, я вздрогнул от неожиданности.
- Ничего, - пробормотал я.
- Они к тебе пристают? – бета смерил строгим взглядом разом заткнувшихся альф и повернулся ко мне. – Не выходи во двор в одиночестве – это опасно. И зайди, пожалуйста, к Чонину, он ждёт тебя.
Пока я поднимался на четвёртый этаж, хорошее настроение окончательно улетучилось. День не задался с самого утра – вначале мочевой пузырь чуть не лопнул, затем альфы почти изнасиловали, а теперь и главная омега зовёт в свою обитель, чтобы придушить без свидетелей.
- Почему я не родился красивым и опасным альфой, которому всё нипочём? – спросил я у тишины, прежде чем робко постучаться в дверь.
- Войдите, - лениво отозвался Чонин, и я на цыпочках прошёл в квартиру.
Она оказалась гораздо больше и роскошнее моей – сияла чистотой и блеском, мебель была крепкая и очень красивая, будто её сделали совсем недавно.
- Сюда иди, - выглянул из одной из комнат Чонин и поманил меня за собой.
Кажется, это была гостиная. Пока я с любопытством разглядывал яркие обои на стенах, светлые занавески и широкое зеркало, омега лениво восседал в кресле, закинув нога на ногу. На нём была надета одна рубашка, явно большая по размеру и, судя по запаху, принадлежащая Чанёлю. Не знаю, какую речь он для меня уготовил, да и это было не столь важно, ведь сейчас мне на глаза попалась полка с книгами.
- Не трогай! Это Чанёля, - крикнул Чонин, когда моя рука потянулась к потемневшим от времени переплётам.
- Прости, - я отдёрнул пальцы и отошёл подальше от книг.
- Как спалось? – издевательски протянул брюнет.
- Нормально, - я пожал плечами и принюхался – от омеги пахло особенно сладко и приятно, будто его запах смешался с чьим-то чужим. – А ты?
- Я? Замечательно! – хлопнул в ладоши Чонин. – Мы помирились с Чанёлем! Три раза!
До меня не сразу дошёл смысл фразы, но когда я понял, что имел в виду омега, то смущённо покраснел.
- Скажи мне, у тебя с ним действительно ничего не было? – ледяным тоном поинтересовался брюнет.
Я отрицательно помотал головой, не отрывая взгляда от пола.
- Я так и думал. Чанёль слишком хорош для такого оборванца, как ты. Кстати об оборванцах! – Чонин грациозно поднялся и вышел из комнаты.
Его не было несколько минут и я уже хотел слинять, как омега вернулся с охапкой одежды в руках.
- Вот, возьми, - он передал мне вещи и картинно отряхнул ладони. – Я ходил в этом, когда был помладше. Тебе должно быть впору.
- Спасибо, - растерянно поблагодарил я.
- Да не за что, - потрепав меня по волосам, неожиданно тепло улыбнулся Чонин. – Ты прости, что я вчера так себя повёл. Просто Чанёль мне слишком дорог и я его никому не отдам.
Я согласно кивнул и покинул квартиру. Вернувшись в свою, внимательно рассмотрел отданную мне одежду. Здесь были несколько рубашек, брюки и даже трусы. Аккуратно разложив всё стопочками на подоконнике, я подумал, что ещё можно сделать, чтобы помещение стало более уютным. Если бы у меня были деньги, я бы обязательно сходил на рынок и купил каких-нибудь побрякушек и милых вещиц. Но у меня не было ни сбережений, ни малейшего понятия о том, что служило деньгами в новом мире.
После обеда ко мне заглянул Чунмён. В его руках было целое ведро немного мутной воды и кусочек мыла.
- Помойся, а я пока принесу тебе еды и лампу. Ночью, небось, темно? – бета подмигнул мне и закрыл за собой дверь.
Не теряя ни минуты, я схватил ведро и потащил в ванну. Стянул с себя одежду и сбросил в углу, а затем трепетно, стараясь не пролить ни одной лишней капли, принялся мыть голову.
- Водичка! – блаженно вздыхал я, смывая с волос пену.
Как же я давно мечтал помыться и теперь моя мечта сбылась. Когда с головой было покончено, я смочил тело, намылил его и затем аккуратно протёр влажной тряпочкой. Наконец-то я избавился от грязных разводов, засохшей корочки крови и слабого запаха пота.
Я успел надеть лишь трусы, когда в коридоре раздались шаги. К сожалению, чистой одежды я с собой не захватил, а надевать старую желания не было. Выждав пару минут, я вышел из ванной с мыслью, что Чунмён уже ушёл, а если по-прежнему находится здесь, то в этом нет ничего страшного.
Каково же было моё удивление, когда в комнате я обнаружил сидящего на диване Чанёля. Так и замер шокировано в дверях, пока альфа, не менее изумлённый, пристально разглядывал меня. Его взгляд хаотично скользил по нервно подёргивающемуся кадыку, ещё влажной груди, впалому животу, слишком пухлым для парня бёдрам, и зрачки медленно, но неотвратимо расширялись.
- Отвернись, пожалуйста, - сдавленно попросил я, прикрыв ладошками, кажущийся мне слишком маленьким, член.
Чанёль закашлялся и торопливо прикрыл глаза рукой. Я же на цыпочках пробрался к подоконнику и, схватив первую попавшуюся рубашку, натянул её на себя.
- Можешь не закрываться, - натягивая брюки, разрешил я.
- Прости, я не думал, что ты раздет, - хрипло отозвался альфа. – Встретил Чунмёна и решил, что сам тебя навещу.
Я мило улыбнулся, заметив поднос с едой и лампу.
- Спасибо!
Присев рядом с мужчиной, я поставил поднос себе на колени и принялся с аппетитом уплетать похлёбку.
- Где ты был? – спросил я, привлекая внимание Чанёля.
- Мы с Сехуном ездили по делам, - задумчиво ответил альфа. – Тебя никто не обижал?
- Ну
- Бэкхён?
Я скукожился под строгим взглядом и закусил губу. Сказать или не сказать?
- Те альфы приставали ко мне, - нехотя признался я.
- Какие именно? – сурово процедил Чанёль.
- Я не знаю, как их зовут, - растерялся я.
Не говоря лишних слов, мужчина схватил меня за ладошку и потащил к дверям. Я попытался упираться, но один пристальный взгляд мгновенно лишил меня желания сопротивляться.
Мы сбежали по ступенькам и вышли во двор. Чанёль продолжал держать меня за руку, пока мы шли навстречу к тем самым альфам, зажавшим меня этим утром.
- Смирно! – гаркнул он.
Типы, подавившись сигаретным дымом, тут же выбросили окурки и вытянулись по струнке. Чанёль наградил их испепеляющим взглядом, а затем положил горячую ладонь мне на плечо.
- Повторяю один раз – если вы посмеете прикоснуться к Бэкхёну, я лично прострелю каждому башку. Я не для того вытаскивал вас из дерьма, чтобы вы распускали руки перед такими детьми, как эта бета!
Альфы стояли, не шелохнувшись, и поочерёдно смотрели то на Чанёля, то на меня.
- Так вы бы сказали, что он ваш, мы бы и не
Договорить мой утренний обидчик так и не успел – Чанёль ударил его так сильно и молниеносно, что он отлетел назад на пару метров и распластался на песке.
- Кому ещё объяснить этот урок? – дунув на сбитые костяшки, издевательски произнёс мужчина.
Желающих не нашлось и мы спокойно вернулись в дом.
- Круто ты их уделал! – восхищённо пробормотал я, прыгая по ступенькам за Чанёлем.
- Такие вещи нужно пресекать на корню! – строго отрезал он. – Поэтому я и хочу, чтобы ты научился сам за себя постоять. Где надо - ударить, когда надо - убежать.
- Я бы тоже хотел это уметь, - признался я.
Мы остановились на площадке четвёртого этажа и внимательно посмотрели друг на друга.
- Скажи, а мне так и придётся сидеть безвылазно в своей комнатушке? Может это и наглость, но я бы хотел посмотреть Город, да и вообще приносить какую-то пользу. Я ведь много чего умею! – неуверенно поведал я.
- Что, например? – присев на ступеньку, добродушно усмехнулся Чанёль.
- Например, читать и писать! – я робко примостился рядышком.
- О да, это очень важное умение, - рассмеялся альфа. – Вообще, я хотел отправить тебя в лабораторию. Ходил бы вдоль грядочек, да следил за моей волшебной травкой.
- Я там буду один? – расстроился я.
- Почему же? Там много бет, они бы всему тебя научили.
Я поджал губы и сложил подбородок на острые коленки, прижатые к груди.
- Эй, тебя это не вдохновляет? – толкнул меня Чанёль.
- Ты обещал обо мне заботиться, а сам хочешь в какую-то оранжерею сплавить, - надулся я.
- В Городе опасно
- С тобой – нет! – бесцеремонно прервал я альфу.
Он некоторое время изучал меня взглядом, после чего чуть нахмурился и сцепил руки в замок.
- Я покажу тебе завтра Город, а послезавтра отвезу в лабораторию. Тебе нечего здесь делать.
- Я не хочу туда! – заупрямился я.
- Мне плевать, что ты хочешь! – рыкнул Чанёль.
- А мне плевать, что хочешь ты! Почему ты мной командуешь? Я не твой альфа-охранник, я сам по себе!
Я резво вскочил и побежал к себе на этаж. Чанёль догнал меня в два прыжка и прижал к облупленной подъездной стене. Длинные пальцы крепко сжали хрупкую шею, вероятно, оставив на ней бордовые следы.
- Ну что, ударишь меня? – мой голос звенел от предательских слёз, а коленки дрожали.
- Не смей показывать мне свой характер, дрянной мальчишка! – мрачно прошипел альфа. – Если что-то не устраивает, то катись прямо сейчас на все четыре стороны.
- Ты же обещал, что будешь обо мне заботиться! – с вызовом крикнул я.
- Я дурак, доверил тебе свой секрет, - отпуская мою шею, печально усмехнулся Чанёль. – Ты ещё ребёнок, не видишь его ценности. Для тебя всё это шутка, попытка манипулировать мной Лучше забудь ту ночь и мои слова.
В голосе мужчины было столько горечи, что я не нашёл в себе сил хоть что-то возразить. Лишь проводил взглядом его спину и вздрогнул от громкого хлопка закрывшейся двери.
Глава 8

Иногда так хочется отмотать время назад, чтобы исправить уже случившееся – промолчать или сказать что-то другое; обнять или, наоборот, оттолкнуть. Вот только это невозможно. Остаётся только раскаиваться в содеянном и лихорадочно искать способ устранить последствия.
Я никогда не думал, что окажусь когда-либо в подобной ситуации. Мне действительно было стыдно перед Чанёлем, я обзывал себя последними словами, но найти в себе силы, чтобы просто подойти и извиниться, не мог. Казалось, что Чанёль рассмеётся мне в лицо или, что ещё хуже, прогонит. Не выслушает. Не простит. Он ведь спас мне жизнь, а я повёл себя как последний дурак.
Ночь прошла без сна – я наворачивал круги по квартирке, прислушивался к звукам из подъезда, вздыхал и тёр заплаканные глаза. Первая мысль – сбежать, почти сразу была отметена. Ну вот куда мне идти? Я без Чанёля и шага не сделаю, дня не проживу. Я маленький хрупкий омежка, ничего не умеющий в этой жизни. Я должен держаться за альфу и не уставать благодарить его за то, что он для меня сделал.
Когда за окном стало светать, я выбрался на площадку и сел в том углу, откуда открывался прекрасный вид на четвёртый этаж. Для меня было важно не пропустить Чанёля и, одновременно, не нарваться на Чонина. Задача была сложная, но выполнимая.
Точно не знаю, сколько я просидел в таком положении, прежде чем одна из дверей распахнулась и из неё вышел заспанный Сехун. Не разлепляя ресниц, он протопал мимо квартиры Чанёля и направился вниз. Когда его шаги стихли, я облегчённо вздохнул и вытер ладошкой вспотевший лоб. Чуть поёрзав, я продолжил гипнотизировать взглядом чужую дверь, и совершенно не расслышал тихого скрипа подошв о каменные ступени.
- Давно здесь сидишь?
Я растерянно поднял голову и открыл от удивления рот – сверху спускался растрёпанный Чанёль, на ходу застёгивающий молнию лёгкой курточки.
- Ты как там - хлопая ресницами, лепетал я.
- Ночевал на шестом этаже, - альфа схватил меня за плечи и рывком поставил на ноги. – Зачем на холодном полу сидишь? Тебе ещё детей рожать!
- Не рожать! – взбрыкнул я. – Я решил, что останусь девственником!
- Ох, и многое же ты потеряешь, парень! – подмигнул мне Чанёль и продолжил путь.
- Подожди! – я вцепился в его ладонь, не давая сдвинуться с места.
Мужчина настороженно нахмурился и, осмотревшись, зашёл в мою квартиру, ведя меня за собой. Мы сели на разных краях кровати и одновременно вздохнули. Чанёль не торопился заговаривать, а я, видимо, растерял весь словарный запас.
- Почему ты не ночевал с Чонином? – ляпнул я совсем не то, что хотел. – Он сказал, что вы помирились.
- У него скоро течка, он стал слишком раздражительным, - пожал плечами альфа. – Ты хотел только это сказать? Если да, то я пошёл.
- Да подожди ты! – я повис на плече привставшего Чанёля и ему пришлось сесть обратно. – Прости меня, пожалуйста, за вчерашнее! Я придурок.
- Если ты извиняешься только из-за страха, что я не покажу тебе Город, то не стоит – я и так сдержу своё обещание, - сухо произнёс мужчина.
- Ты тоже дурак, раз так думаешь, - пробормотал я, не выпуская из хватки руки альфы. – Плевать на Город, просто прими мои извинения. Я всю ночь не спал, переживал.
- Да? А я думал, что разрабатывал план побега, - усмехнулся Чанёль.
- Куда мне бежать? Не омега, не бета. Тысяча проблем и дрянной характер – вот каков я на самом деле.
- Вот это самокритичность, - альфа погладил меня по голове и аккуратно расцепил мои пальцы. – Ты поспи пока, у меня дела есть. А после обеда устрою тебе экскурсию. По рукам?
Я вместо ответа поцеловал вздрогнувшего Чанёля в щёку и смущённо уткнулся носом в подушку, делая вид, что очень хочу спать. Он ещё немного посидел и бесшумно вышел, а я украдкой лизнул губы, на которых остался горький вкус его кожи, и глупо улыбнулся.

***

Когда Чунмён сообщил, что Чанёль ждёт меня внизу, я подорвался и, едва не сбив начальника охраны с ног, вылетел из квартиры. Выбежав под испепеляющие лучи солнца, я увидел стоявших у забора Сехуна и Чанёля – они курили и о чём-то тихо переговаривались.
- Привет! – широко улыбнувшись, я подошёл к ним.
- Сгореть решил? – фыркнул младший альфа.
Пока я недоумённо рассматривал свою рубашку с коротким рукавом, он отдал мне свою потрёпанную куртку с капюшоном.
- Так жарко же будет, - пробурчал я, нехотя натягивая вещь.
- Хочешь волдырями покрыться? – выкинув окурок, прошипел Чанёль, и рывком натянул мне на голову капюшон. – Держись рядом с нами, не отставай. И ни с кем не разговаривай. Понял?
- А ты с нами пойдёшь? – покосился я на Сехуна.
- Придётся. Чонин отказывался отпускать с тобой Чана одного.
- Ничем не обоснованная ревность, - надулся я.
- Если будешь так делать, то выдашь в себе омегу, - нагнувшись, шепнул мне на ухо Чанёль.
Я покрылся румянцем и сердито отпихнул от себя альфу. Чувствую, нам предстоит весёлая экскурсия.
Стоило выйти за пределы отгороженного двора, как мы тут же влились в толпу народа – шумную, спешащую, пёструю.
- В Город прибыли два каравана, - крикнул Чанёлю Сехун, одновременно оттаскивая меня ближе к краю дороги. – Куда в самую гущу лезешь? Затопчут!
- А что такое караваны? – полюбопытствовал я, схватив на всякий случай молодого альфу за край рубахи.
- Ну, это торговцы, которые путешествуют из Города в Город. Перекупают у одних, продают другим. Иногда воруют, иногда убивают. А ещё устраивают всякие массовые раскопки, поэтому если хочешь приобрести что-то из обихода прошлой жизни – обращайся к караванщикам, - щурясь на солнце, поведал Чанёль.
- А ещё он, - Сехун кивнул на старшего альфу, - тоже хотел к ним примкнуть. Ну, знаешь, дойти до конца света и найти там островок прошлой жизни – чтобы зелено было и море шумело.
- Я мечтал об этом давно, - набычился мужчина, совсем как маленький.
- А куда мы идём? – спросил я, подёргав Сехуна за рукав.
- В самое крутое место Города – рынок! – с гордостью поведал блондин.
Судя по количеству народа, это место действительно было эпицентром городской жизни. Многочисленные прилавки простирались так далеко, настолько хватало взгляда. Чего здесь только не было – аж глаза разбегались. И пока альфы с завидным упрямством тащили меня за собой, я хлопал горящими глазками и пищал от всех блестящих на солнце побрякушек, встретившихся на моём пути.
- Настоящее золото! Покупайте! – привязался ко мне один из торговцев.
- Золото? – удивился я, когда мне в ладошку опустилась тонкая цепочка.
- Случайно нашли на раскопках. Такому красивому отдам за полцены! – не отставал от меня тучный продавец с чёрными пышными усами.
- Бэк, верни побрякушку! – Чанёль отобрал у меня цепочку и вернул мужчине.
- Ну, ты чего? Она такая красивая! – для вида поупирался я, особо не усердствуя, чтобы не навлечь ненужный гнев.
- Ты бета! – схватив меня за плечи, прошипел альфа. – Беты не падки на блестящую ерунду, не улыбаются так мило и не виляют бёдрами!
Мужчина вновь натянул мне на голову снятый минуту назад капюшон и потащил вслед за скрывшимся вдалеке Сехуном. Младшего мы нашли у одной из лавок. Я не сразу понял, что именно его привлекло среди полуистлевших пыльных тряпиц, но когда торговец поманил нас за прилавок, насторожился.
- Идём, - шепнул Чанёль, подталкивая меня вперёд.
Мы втроём нырнули в глубину лавки, а продавец, зашедший последним, наглухо задвинул полоску ткани, отгораживая нас от шумного рынка.
- Это кто? – настороженно покосился на меня загорелый мужчина.
- Мой новый работник, - ответил Чанёль, положив руку мне на плечо.
Кажется, этого объяснения было достаточно, так как торговец поднял с пола увесистую коробку и поставил на высокий стул. Альфы со знанием дела принялись изучать её содержимое, а мне было ничего не видно из-за их широких спин. Кое-как вывернувшись, я просунул нос подмышкой Сехуна и шокировано застыл – коробка была полна оружием и пулями.
- Берите больше, наша лавочка скоро закроется, - поморщился мужчина.
- Давно ли в Ифане над алчностью стала преобладать жадность? – усмехнулся Чанёль.
- Ты же знаешь, запасов осталось не так много. Если Ифань останется без всего, то долго не протянет. К тому же
Договорить торговец не успел – кто-то яростно забарабанил в закрытые створки лавки, требуя немедленно открыть и показать товар.
- Сейчас! – крикнул загорелый, повернувшись к альфам. – Ну так что?
- Берём всё! – кивнул Чанёль.

***

Местный бар больше походил на дешёвую забегаловку, но выцветшая вывеска над входом носила гордое название «Джентельмен-клуб». Как я не старался, но ни одного джентльмена не нашёл, зато пьяных в доску альф и хмельных бет было выше крыши. За те полчаса, что мы здесь просидели, местные успели два раза подраться с караванщиками, и усталый хозяин-бета в очередной раз покорно отжимал окровавленную тряпку за грубо сбитой стойкой.
Если вначале нос щипало от резких неприятных запахов, то вскоре я принюхался и даже распробовал на вкус горячую похлёбку. Чанёль и Сехун сидели напротив меня и внимательно следили за тем, чтобы к нашему столику никто не приближался. Оно и понятно, будешь осторожным, когда у ног лежит коробка, набитая оружием.
- А кто такой Ифань? – подавшись вперёд, шепнул я.
- Если ты доел, то уходим, - грубо отрезал отчего-то взвинченный Чанёль.
- Да ладно тебе! – отмахнулся Сехун, пересев ко мне поближе. – Этот Ифань очень влиятельный альфа и заклятый враг хозяина Города и Чанёля. Когда-то давно он был песчаным бандитом, но ему и его дружкам удалось сорвать джек-пот в виде заброшенного военного склада. Он был почти полностью засыпан песком, но этим говнюкам удалось пробраться внутрь, а там, судя по слухам, тысячи оружий и миллионы патронов! Может, и ещё что есть – кто знает. Так вот, Ифань стал торговать этим добром, сколотил неплохое состояние, воздвигнул вокруг склада крепость и живёт там. Вот только есть одно «но» - ни патроны, ни высокий забор не спасут тебя, если во всей округе нет воды. Естественно, что им невыгодно менять оружие на воду, поэтому Ифань попросился принять его в Город.
- А ему отказали? – догадался я.
- Именно, - кивнул Сехун. – Хозяин не любит чужаков, а к Ифаню у него тем более нет доверия. Тот слишком влиятелен и, если будет иметь доступ к воде, то станет ещё более опасным, чем сейчас. Но Ифань не отчаялся и попросился в команду Чанёля. Но наш альфа тоже ему отказал.
- Почему? – поджав губы, я внимательно посмотрел на мрачного Чанёля.
- Потому что он песчаный бандит. Кому, как не тебе, знать, какие они отморозки.
По спине пробежала крупная дрожь, а боль в прокушенной ноге отдалась болезненным нытьём. Но прежде, чем я успел ответить, Чанёль едва заметно, одними губами, приказал нам заткнуться. Сехун понял его с полуслова и, легко подтолкнув меня в бок, кивнул на соседний столик.
Там сидело трое, уже изрядно подвыпивших, караванщиков. Дело пахло третьей дракой, так как местные уже давно недобро косились на троицу, но моих альф, похоже, волновало совсем другое.
- Ну что, изобьёте нас? Ха! Дерзайте! Всё равно Ифань хочет напасть на ваш Город и захватить его в свои руки! – пьяно крикнул один из торговцев.
- Чего?! – возмутились местные.
- Ничего! Слухи по пустыне быстро разлетаются, так что ждите нападения!
- Уходим, - подхватив коробку, шепнул Чанёль.
Я поспешил за альфами, стараясь не обращать внимания на разраставшуюся в груди панику.
Глава 9

- Отвали! Я же сказал, что никуда не поеду!
- Не ори на меня! Ты не дурак и должен понимать, что это единственный выход! Так что собирай вещи – завтра утром отправишься с Сехуном в лабораторию!
- Решил от меня избавиться, да?!
- У тебя не сегодня-завтра течка начнётся! Как ты драться будешь?!
- А это уже не твои проблемы, дорогой!
Вопли продолжались уже более получаса, то стихая, то разгораясь с новой силой. Всё это время мы сидели с Сехуном на кухне и сосредоточенно играли в помятые, жёлтые от времени карты. Ни он, ни я не показывали виду, что нам есть дело до криков из комнаты, но когда Чонин в очередной раз что-то со звоном разбивал об стену, невольно вздрагивали и сконфуженно переглядывались.
Вообще, я бы давно умотал в свою спокойную квартирку, но злой как собака Чанёль приказал сидеть здесь и не сметь даже за порог шагнуть. Раз уж даже Сехун не мог его ослушаться, я и подавно жизнью рисковать не стал.
- А что, этот Ифань действительно так опасен? – продув очередную партию, спросил я.
- Так неинтересно играть. Давай на желание? – перемешивая карты, фыркнул альфа.
Я надулся из-за того, что мой вопрос проигнорировали, а Сехун неожиданно подался вперёд и растрепал мою отросшую чёлку.
- Ты милый, Бэкхён! Совсем не такой, как мой брат!
- Зато твой брат вкусно пахнет, а я урод, - опустив голову, пробубнил я.
- Эй, ты чего нос повесил? – парень невесомо погладил меня по щеке и вернулся к перетасовке карт. – Не нужно тебе учиться драться и убивать – в мире должен остаться хотя бы один непорочный омега со светлой и нежной душой.
Я смущённо зарделся от услышанных слов и принялся нервно ковырять отлупившуюся штукатурку на стене.
- А у тебя есть омега? – неожиданно ляпнул я, едва удержавшись, чтобы не зажать рот ладошкой.
- Нет, конечно! Я не настолько крут, как хозяин Города или Чанёль, так что довольствуюсь бетами. Омеги в новом мире на вес золота. Даже дороже воды. А что, ты хотел предложить мне встречаться? – хитро ухмыльнувшись, подмигнул мне Сехун.
Я на минуту замешкался, а затем приметил застывшего в дверях кухни Чанёля. Его брови медленно сходились на переносице, что явно не сулило мне ничего хорошего.
- Дурак! – глупо захихикал я, ударив блондина по плечу, и тут же почти полностью сполз под стол.
- Развлекаетесь? – сорванный голос Чанёля сильно хрипел.
В два шага преодолев расстояние до нас, альфа упёрся ладонями в крышку стола и бросил на меня недовольный взгляд.
- К тебе это тоже относится.
- Что? – запаниковал я.
- Завтра с Чонином едете в лабораторию. Оба!
- Но я не хочу!
- Бэкхён! – от утробного рыка мурашки побежали по спине. – Мы, кажется, всё с тобой решили! Либо ты делаешь то, что я говорю, либо
- Хорошо, я понял, - не поднимая глаз, набычился я.
- Иди к себе!
- Хватит командовать! – возмутился я, но всё же покорно вылез из-за стола.
Уже в дверях кухни столкнулся с недовольным всклокоченным Чонином и поспешно отпрыгнул к стене, давая ему пройти. Всё же хорошо, что у меня нет течки – глядишь, меньше шансов превратиться в неконтролируемую злую фурию.

***

Я послушно собрал в мешочек скудный запас своих вещей, аккуратно сложил его на подоконнике и начал думать, чем бы заняться. Первая мысль – прогуляться, сразу же была отметена, ведь стоило высунуться на площадку, как я поспешил спрятаться обратно – по подъезду сновали вооружённые альфы и о чём-то громко переговаривались.
В самой же квартире было решительно нечего делать. Глупо слоняться из угла в угол мне быстро надоело, поэтому я забрался под тонкое одеяло и постарался уснуть. Не помогло.
Мысли скомканные, обрывчатые, налетели на меня вихрем и до отказа заполонили черепную коробку. Перед глазами, словно киноплёнка, поплыли кадры недавнего прошлого. Прошлого, в котором я был счастлив. Где у меня был дом, семья, друг. А сейчас нет никого.
Болезненно застонав, я уткнулся лицом в подушку, и не сразу расслышал тихие приближающиеся шаги. Когда же дошло, что я не один в комнате, то резво подскочил и ахнул – на краю кровати сидел Чанёль и внимательно смотрел на меня.
- Напугал?
- Нет, - я отрицательно замотал головой и опустился обратно на подушку.
- Я думал, ты спишь, - заботливо поправив на мне одеяло, произнёс альфа. – Ты ужинал?
- Не хочется, - соврал я. – Где ты был?
- Ходил к хозяину Города. Мы решили укреплять границы крепости, чтобы в случае внезапного нападения Ифаня быть во всеоружии.
- Будь осторожен, - искренне попросил я. – Мне будет тебя не хватать.
Чанёль неловко почесал затылок и нахмурился, я же робко сжался и прикрыл глаза, незаметно прижав ладошку к заурчавшему желудку.
- Это так ты не хочешь есть?! – моментально взвился альфа.
- Я не хочу есть один! – нехотя признался я. – Раньше мы всегда кушали вместе с Кенсу. Мы всегда всё делали вместе. Мне его очень не хватает!
- Что за Кенсу?
- Мой друг из «Белой лилии». Он остался там.
Слёзы подступили к горлу и я поспешно забрался с головой под одеяло. Не хотелось, чтобы Чанёль видел мою слабость. К тому же, это было слишком дорого для меня, чтобы выставлять напоказ.
Мой хороший друг Кенсу. Заботливый и ласковый. Немного вздорный. Обидчивый. Нежный. Он всегда смешил меня; поддерживал, когда я уставал; подкармливал любимыми лакомствами, щедро разделяя свою порцию; мы вместе читали книги; вместе смотрели на звёзды; вместе мечтали о чистой любви. А теперь мы враги, стоящие по разные стороны баррикад.
- Эй, Бэк, хватит реветь.
Чанёль с трудом распутал кокон из одеяла и, взяв меня за плечи, осторожно усадил. Я же отчаянно вырывался, дёргался в его руках, пытался прикрыться волосами, лишь бы он не увидел моих слёз.
- Йа, успокойся уже! – альфа, намотав на кулак рукав длинной куртки, неуклюже вытирал влажные дорожки на моих щеках.
- Чанёль, у меня же никого нет! Я совсем один! Совсем! – глупо отбиваясь, продолжал реветь я. – Уходи, пожалуйста! Оставь меня!
И каково же было моё разочарование, когда мужчина послушно поднялся и вышел из квартиры. Разревевшись пуще прежнего, я рухнул на подушку и в истерике забил ногами. Единственный близкий мне сейчас человек равнодушно оставил меня одного в тот момент, когда был так нужен. И что с того, что я сам его прогнал? Он должен был наоборот остаться и крепко обнять меня! Да если бы я не был по жизни трусом, то давно выпрыгнул из окна и попрощался со своим пустым, никчёмным существованием.
- Вот же болото развёл.
Я с трудом оторвал зарёванное лицо от подушки и непонимающе уставился на вернувшегося Чанёля. В его руках была зажата тарелка с какой-то ароматной вкусняшкой, а под подмышкой, о Боги, две книги.
- Кушай, - альфа вложил мне в руки глиняное блюдо, а сам занял прежнее место на краю. – Вот, книжки тебе принёс. Не знаю, может ты их и читал, но они интересные! Такие и перечитывать не надоедает.
- Спасибо, я не читал! – прижав потрёпанные книжки к груди, благодарно улыбнулся я.
- Только сейчас не читай, а то уже темно, глаза испортишь.
Моя мордашка вновь скривилась, готовясь разрыдаться с новой силой, до того тепло стало на душе от этих простых, незамысловатых слов.
- Бэк, пожалей меня! Внизу Чонин истерит, здесь ты рыдаешь
- Я больше не буду, только не уходи!
Я переполз поближе к альфе и, удобно устроившись у него под боком, подцепил ложку каши. Она казалась более солёной из-за слёз, оставшихся на губах, но вкуснее я всё равно ничего не пробовал.
- Ты совсем не умеешь общаться с омегами, - с аппетитом облизнув ложку, подвёл я итог.
- В смысле? – грозно уставился на меня Чанёль, вот только я знал, что это всё напускное.
- Нет бы слова нужные сказал, к груди прижал, - загибал я пальчики.
- Я знаю только один действенный способ, - припечатал меня словами альфа.
- Какой? – заинтересовался я.
- Поцелуй, - ответил Чанёль, задерживая взгляд на моих губах. – Но ты ещё слишком маленький для таких вещей.
- Всё равно у меня никогда не будет альфы, - я сполз с кровати и подошёл к подоконнику, чтобы осторожно запихать книги в мешочек с вещами.
- С чего ты взял?
- Кому нужен омега-урод? Если бы я только пах, как прежде
- Какой у тебя запах?
Я и не заметил, когда Чанёль подошёл ко мне сзади и остановился в паре ничтожных сантиметров. Кончик его носа невесомо скользнул по шее, принюхиваясь, от чего по коже разбежались мурашки.
- Мне говорили, что так пахла вишня, - робко обернувшись, пролепетал я.
Сердце отчего-то громко стучало, отдаваясь эхом в висках. Ладошки намокли, и я неловко вытер их о ткань штанов, смущённо опустил глаза и судорожно вздохнул, когда горячие пальцы Чанёля коснулись моей щеки.
- Никогда не называй себя уродом. Ты гораздо прекраснее, чем можешь себе представить.
Резко отпрянув, альфа направился к двери, не забыв обернуться на пороге.
- Спокойной ночи, Бэкхён!
- Спокойной ночи, - радуясь сумеркам, надёжно спрятавшим румянец на моих щеках, отозвался я.
- Завтра утром я сам отвезу вас в лабораторию!
Ответить я не успел – дверь хлопнула, заглушив шорох шагов, а на губах расцвела растерянная, усталая улыбка.
Глава 10

Мы должны были выехать гораздо позже, но, то ли Чанёлю не спалось, то ли он опять что-то себе надумал, однако Чунмён пришёл будить меня, лишь на небе начал заниматься рассвет.
Напялив на себя брюки, майку и лёгкую курточку, я покорно спустился вниз и встал с закрытыми глазами посреди двора. Тёплый ветер приятно убаюкивал, забирался под полы одежды и щекотал смуглую кожу. Хотелось свернуться клубочком прямо на земле и досматривать прекрасный яркий сон, в котором меня ждал улыбающийся Кенсу и бескрайнее звёздное небо.
Заслышав приближающиеся шаги вооружённых альф, я недовольно передёрнул плечами и выбрался за пределы отгороженного двора – встречаться с этими хамами совершенно не хотелось. Город, на удивление, уже не спал, и узкие улочки были полны спешащего по делам народа.
Я прислонился к забору и сонно зевнул, понемногу сбрасывая с себя дрёму. С любопытством следил за облаками, медленно окрашивающимся нежно-розовым оттенком, и глупо улыбался, сравнивая их со своими щеками, так часто, в последнее время, покрывающимся румянцем.
Забавно всё-таки. Вот вроде бы Апокалипсис и мир стёрт с лица земли. От прежней жизни не осталось и следа – всё вокруг заметено песком, будто пылью. А небо над головой всё такое же – глубокое, синее, бескрайнее. Ему то что, оно само по себе. И от того, будет Земля или её не станет, ничего не изменится. Вот и я такая же крохотная планетка, до которой никому нет дела. Сегодня Бён Бэкхён был. Завтра его не стало. А послезавтра люди спросят: «Кто такой был этот Бэкхён?». И никто не сможет дать точного ответа.
Внезапно почувствовав себя неуютно, я поёжился и осмотрелся. Улица всё так же была полна народу и, кажется, на меня никто не обращал внимания. Решив не испытывать судьбу, я уже хотел вернуться во двор, как меня привлекла неподвижная фигура по ту сторону дороги. Чуть подавшись вперёд, я прищурился и резко отпрянул, врезавшись спиной в забор – на меня, неприятно усмехаясь, смотрел Минсок.
«Я нашёл тебя!» - прочитал я по его губам. Сердце ухнуло в пятки, а меня самого будто пригвоздили к земле. Я не мог даже пошевелиться, неотрывно следя за кривой усмешкой, разрезавшей надвое лицо беты.
- Бэк!
Я позорно вскрикнул и закрыл лицо ладонями, когда на моё плечо опустилась чья-то горячая рука.
- Йа, ты что тут делаешь? Совсем сдурел? – узнав голос Чанёля, я испуганно поднял голову и посмотрел на альфу. – Что случилось? Бэк, ты в порядке?
Я торопливо повернулся в сторону, где секундой ранее стоял Минсок, но там уже никого не было.
- Бэкхён! – альфа схватил меня за плечи и встряхнул, будто куклу. – Ты вообще меня слушаешь?!
Я запаниковал, продолжив лихорадочно осматриваться. Никак нельзя, чтобы Минсок увидел меня рядом с Чанёлем - я не хочу, чтобы у альфы были проблемы. Но больше всего, мне не хотелось встречаться с Тао. Меня пугало даже его имя, а сейчас я кожей чувствовал его присутствие. Он где-то здесь. Слишком близко. Опасно.
Чанёль психанул и, оставив попытки докричаться до меня, схватил за шкирку, будто нашкодившего котёнка, и потащил во двор.
- Едем! – приказал он, швырнув меня в объятия Чунмёна.
- Чанёль, подожди, я должен - причитал я, стоя между альфой и бетой. – Я там увидел
- Бэкхён! – заорал мужчина, указав на едва живого Чонина, распластавшегося на сидении мотоцикла.
Я только сейчас ощутил сильный сладкий запах, исходивший от него, ясно показывающий, что течка уже не за горами. Теперь понятно, почему так взвинчен Чанёль – на Чонина смотрели все альфы без исключения, машинально сжавшие пальцы на оружии до побелевших костяшек. Оба – и Чанёль, и омега – были мокрыми от пота и слегка подрагивали от возбуждения.
Я согласно кивнул и послушно сел на второй мотоцикл. Понял, что не имею права затягивать время и навешивать на альфу свою очередную проблему. В том, что меня нашёл Минсок, только моя вина. И Ёль, и Чонин найдут силы за себя постоять. А сейчас я не имею права продлевать их мучительную пытку – эти двое слишком много для меня сделали.
- Чонин, нам нельзя ехать вместе, - альфа трепетно обхватил щёки омеги и аккуратно стёр капли пота подушечками пальцев.
- Пожалуйста, не надо с ним, - взмолился Чонин.
И хоть он и не смотрел на меня, я понял, о ком идёт речь. Чунмён сел впереди меня и я покорно схватился пальцами за край его курточки. Всё это время стоявший у стены здания Сехун, помахал мне рукой на прощание и слабо улыбнулся. Кивнув ему в ответ, я молча принял протянутый шлем, радуясь, что смогу скрыть под ним непрошенные слёзы.
Чанёль выехал за ворота первым и тут же ударил по газам, заставляя огромную толпу расступиться. Почуяв запах течной омеги, изголодавшиеся альфы зарычали, а особо отчаянные даже бросились вслед за мотоциклом. Нас же с Чунмёном смело толпой и, если бы не моя крепкая хватка, меня бы точно столкнули с сидения. Вздрагивая от частых ударов локтями в бок, абсолютно игнорировавших моё присутствие альф, кричавших вслед уехавшему мотоциклу пошлые шутки и проклятия, я чувствовал себя грязным, как никогда.
Мне уже никогда не стать настоящей омегой. Меня никто и никогда не будет отчаянно желать. Я никогда не верну свой запах. Никогда не встречу своего альфу. Скоро меня найдёт Тао. И я умру, потому что лучше так, чем с ним.

***

Когда мы выехали за пределы Города, Чанёль был далеко впереди. В воздухе успел рассеяться сладкий запах Чонина – будто песок впитал его в себя, навсегда сохранив в памяти, как самое прекрасное, что случалось с ним за последнее время.
Мы несколько раз делали короткие привалы. За это время я успевал сделать пару глотков воды из помятой пластиковой бутылки, и вытереть ладошкой с лица пот, перемешанный со слезами.
Когда мы доехали до гор, сердце мелко задрожало, грозясь разразиться новой истерикой. Слишком свежи были воспоминания о «Белой лилии», мерзавце Тао, песчаных бандитах, бешеных псах и горячих ладонях Чанёля, бережно бинтовавших мою ногу. Сильнее прижавшись к спине Чунмёна, я рвано вдохнул раскалённый воздух и зашёлся в глухих рыданиях.
Настолько увлечённый собственными переживаниями, я напряжённо замер, когда бета заглушил мотор в очередной раз, а воздух разрезал короткий щелчок автомата.
- Привет, Чунмён! Проезжай!
Я испуганно выглянул из-за плеча мужчины и с губ сорвался облегчённый вздох – на вершине горы, куда мы приехали, стоял небольшой пост с вооружёнными бетами. Узнавшие начальника охраны, они приветливо улыбнулись и подняли шлагбаум.
Через пять минут мы уже были на месте. И я бы честно любовался небольшим кирпичным зданием, окружённом аккуратными теплицами, если бы не сдавленные стоны, вырывающиеся из приоткрытого окна на первом этаже.
Уже успев спрыгнуть с мотоцикла и стянуть с себя шлем, я моментально покраснел и неуверенно посмотрел на сосредоточенного Чунмёна, успешно делающего вид, что ничего не слышит.
Странно, но нас никто не вышел встречать. Мы стояли посреди пустынного, чисто выметенного двора, и слушали непередаваемую симфонию из стонов, вскриков и шлепков.
- Пойдём, я покажу твою комнату! – бета торопливо схватил меня за запястье и потащил к зданию.
Внутри оказалось также чисто, как и снаружи. Белые стены, будто в больнице, высокие потолки и какая-то пугающая тишина. Я покорно шагал за Чунмёном и отчаянно желал остаться в одиночестве, чтобы нареветься вдоволь.
- А где все? – не выдержал я, устав идти по бесконечному коридору.
- М? Рабочий день в разгаре, они трудятся в теплицах. Здесь не всегда так скучно, не переживай, - подмигнул мне мужчина. – К слову, живут здесь только беты, так что можешь не опасаться, что к тебе кто-то будет приставать.
- Да кому я нужен, - едва слышно прошелестел я.
Чунмён остановился и, задумчиво потеребив нижнюю губу, толкнул одну из дверей.
- А вот и твоя комната! – излишне воодушевлённо выдал он.
Я несмело перешагнул порог и осмотрелся – уже с первого взгляда было ясно, что это место гораздо уютнее моей прежней комнатки в доме Чанёля. Здесь была кровать, застеленная чистым бельём; небольшая тумбочка для личных вещей. На стене висела полка, на окнах занавески, светлые обои радовали глаз.
- Здесь мило, - прижимая к груди мешочек с вещами, признался я.
- Ты пока осмотрись, а я принесу что-нибудь поесть. Вечером покажу тебе всё остальное и познакомлю с бетами!
- Постой! – окликнул я Чунмёна. – Разве ты не уедешь?
- Чанёль попросил остаться и присмотреть за своими омегами! – подмигнул мне бета, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Я присел на кровать и она протяжно скрипнула, приняв на себя мой вес.
- Своими омегами? – спросил я у тишины и устало помотал головой.
Развязав мешочек, я принялся раскладывать вещи по местам. С особым трепетом прижав к груди книги, я долго просидел с ними в обнимку, а потом осторожно поставил на полку, предварительно смахнув с той пыль. Почти дом.
Услышав громкие голоса, я подбежал к окну и взволнованно выглянул из-за шторки. Во двор вышел слегка помятый Чанёль, со свисающим с его шеи тяжело дышащим Чонином. Омега беспорядочно выцеловывал его лицо, зарывшись длинными пальцами в тёмные волосы, и, кажется, плакал.
На душе стало гадко, будто я смотрел в замочную скважину на ничего не подозревающих людей – словно воришка какой-то. Вот только сил отпрянуть всё равно не было, и я продолжал следить за каждым движением альфы. Он что-то твердил отчаянно мотающему головой Чонину, а затем плюнул и крепко его поцеловал, от чего у омеги подкосились ноги.
С трудом оторвавшись от сладко пахнущего тела, Чанёль сел на мотоцикл и, что-то крикнув оставшемуся стоять на крыльце Чунмёну, резко сорвался с места.
- А как же я? – рвано выдохнул я, разрыдавшись в унисон с Чонином.
Только тот рухнул на горячие камни, а я распластался на полу. Он успел почувствовать тепло Чанёля, а я так и остался ни с чем.
Глава 11

Жизнь вдали от города летела удивительно быстро. Скорее всего, это было связано с тем, что у меня наконец-то появилось занятие по душе, которому я уделял всё свободное время. И хотя Чунмён не настаивал на том, чтобы я работал в теплицах наравне с другими бетами, меня было не остановить.
Быстро сдружившись с обитателями лаборатории, я, под их чутким руководством, тщательно обучался ухаживать за растениями, разбираться в удобрениях и следить за температурой внутри полупрозрачных теплиц. Это дело захватило меня с головой – сколько уже раз меня, чумазого и голодного, за уши вытаскивал Чунмён и тащил в дом.
По вечерам все беты собирались в комнате отдыха и травили байки. Здесь было много пожилых людей, поэтому я с удовольствием слушал их рассказы о прежней жизни, задавал тысячи вопросов, а некоторые из ответов даже фиксировал огрызком карандаша в блокноте, вымоленном у Чунмёна.
Течка Чонина продолжалась почти неделю. Я прекрасно слышал его болезненные стоны и чертыханья, но заглянуть к нему в комнату не решался, да и чем я мог ему помочь? Мысль о том, что история повторится, слишком сильно меня пугала – однажды из-за течки я лишился своего друга, не хотел ещё и Чонина подвергать опасности. К счастью, за это время на территории лаборатории не появилось ни одного альфы, и опасения, что Тао может меня найти, оказались развенчаны. Если уж он не нашёл меня по запаху течной омеги, что разлился густым шлейфом на пару километров в округе, то теперь тем более не найдёт.
Когда в один из вечеров на пороге комнаты отдыха показался усталый похудевший Чонин, я взволнованно затаил дыхание. Осмотревшись, он заметил меня и с улыбкой направился навстречу.
- Как дела? – присев на край дивана, поинтересовался он.
- Мне выделили целую теплицу и я теперь пытаюсь вывести новый сорт растений, - робко, но с гордостью, поведал я.
- Какой молодец! – потрепав меня по макушке, хмыкнул омега.
Я дар речи потерял от подобного поведения и пугливо покосился на Чунмёна, сидевшего неподалёку.
- Мён, подготовь к утру мой мотоцикл! Я возвращаюсь в город! – тоном, не терпящим возражений, приказал Чонин.
- К сожалению, это невозможно, - развёл руками бета. – Чанёль приказал дожидаться его здесь и не оставил никаких средств передвижения.
Омега шумно выдохнул и заковыристо ругнулся.
- Порой я его ненавижу!
Посидев ещё немного, дуясь на весь свет, Чонин поднялся и схватил меня за руку.
- Не составишь мне компанию в душе? Одному скучно!
Чунмён незаметно мне кивнул, давая понять, что будет начеку, и я принял предложение старшего омеги.
Каждый раз, когда я посещал ванную комнату в лаборатории, моя душа преисполнялась гордости за бет – эти, на первый взгляд, неприметные люди, обладали незаурядным умом и смекалкой. Они построили своими руками не только лабораторию и теплицы, но ещё и умудрились создать мудрёную систему канализации, позволявшую брать воду из подземного источника, каким-то чудом обнаруженного неподалёку. Конечно, чрезмерно расходовать воду не советовалось, но поплескаться можно было.
Оставив одежду на деревянной лавке, мы с Чонином прошли под душ. Щедро уступая друг другу место, намочили голову и тела, после чего принялись намыливаться. Нечаянно опустив взгляд, я посмотрел на довольно крупный член омеги и тут же сравнил его со своим.
- Ты ещё маленький, так что он вырастет, - с улыбкой подметил Чонин.
- Я не
- Да ладно, это нормальная реакция! – отмахнулся он.
Омега повернулся ко мне спиной и принялся намыливать грудь, а я, тем временем, разглядывал его упругие покрасневшие ягодицы и вдыхал ещё сохранившийся после течки сладкий аромат. Пока Чонин не видел, пощупал свою задницу и пришёл к выводу, что хотя бы с этим всё не так плохо.
- Ты не сердись на меня, ладно? – посмотрев на меня через плечо, попросил омега. – Я в последнее время много психовал и ревновал. Это всё из-за течки. Ну и, не только из-за неё. Люблю я его, понимаешь?
Столкнувшись с почерневшими глазами Чонина, я согласно кивнул и отвернулся. При упоминании о Чанёле сердце странно быстро забилось, будто грозило разорвать грудную клетку изнутри.
- Я надеюсь, что Ифань не напал на Город, и Чанёль с Сехуном целы, - дрожащим голоском произнёс я.
- Я тоже на это надеюсь, - грустно улыбнулся Чонин. – Знаешь, Чанёль всем хорош, кроме одного – он упорно считает, что омега не может быть сильной и равной альфе. А я всю жизнь пытаюсь доказать ему обратное. Я ведь был когда-то таким же, как ты – нежным, хрупким, беспомощным. А теперь могу хладнокровно убивать и одним ударом сбивать с ног альф. Но нет же, он запрятал меня здесь, словно какую-то принцессу, будто я ничего не стою!
- Просто он тоже любит тебя и волнуется, - выдохнул я, превозмогая мучительную боль в груди.
- Ты думаешь? – растерянно спросил омега.
- Я уверен! Чанёль очень тебя любит. У него это на лице написано!
Чонин затаённо хихикнул и принялся гораздо активнее намыливаться.
- Кстати, как тебе мой братец? Мне показалось, что ты ему приглянулся! – весело заявил Чонин, оттеснив меня и заняв место под душем.
- Сехун? – удивился я. – Если честно, то я не ищу отношений с альфами и решил остаться девственником.
- Чего? – отфыркиваясь, омега убрал прилипшие к лицу волосы. – Парень, ты хоть понял, чего себя лишаешь?! Да секс – это же потрясающе! Особенно с альфой, который тебя любит!
Я лишь передёрнул плечами и сжал в кулачке мочалку.
- Ты когда-нибудь мастурбировал? – по-отечески поинтересовался Чонин.
- Прости? – побелел я.
- Берёшь в руку и вверх-вниз, вверх-вниз! – обхватив пальцами свой член, показал омега. – Можешь ещё с дырочкой поиграть, но не советую увлекаться, а то твои цветочки в тепличке завянут, пока ты будешь познавать чувствительные точки своего тела!
Щёлкнув меня по носу, Чонин выбрался из-под упругих струй и принялся обтираться полотенцем. Затем, пожелав мне спокойной ночи и что-то напевая себе под нос, удалился, а я всё продолжал стоять истуканом и растерянно хлопать влажными от воды ресницами.

***

Несмотря на то, что время давно перевалило за полночь, я продолжал ворочаться с боку на бок и заново проигрывать в голове недавний разговор с Чонином. Вот зачем он вспомнил о Чанёле? Я только и делал на протяжении семи дней, что забывал его, забивая сознание ненужными мыслями, а он взял и разрушил все мои потуги!
Как будто специально напомнил, мол, вот, Чанёль меня одного любит, а ты ему никто. И нечего реветь, что он с тобой не попрощался. Ты для него уродец, ненужный балласт, тысяча проблем, но никак не юная прекрасная омега.
- И не больно-то хотелось, - уткнувшись носом в подушку, злобно прошипел я.
Горестно вздохнув, я перевернулся на спину и посмотрел в потолок. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Может попробовать? Никто же не узнает. А я заодно буду уверен, что в моей девственности гораздо больше плюсов, чем минусов, и мне совсем незачем с ней расставаться.
Спрыгнув с кровати, я шустро добежал до двери и, приоткрыв её, воровато осмотрелся – никого. Запершись на щеколду и наглухо закрыв шторки, я торопливо стянул трусы и нырнул под одеяло. Начало ощутимо потряхивать и даже растянутая майка, надетая на голое тело, ни капли не согревала.
- Мужик я или не мужик?! – сердито проворчал я, отбросив в сторону одеяло.
Чуть прогнувшись в спине, приподнял майку и настороженно посмотрел на небольшой член, покоившийся между ног. Дотрагиваться до него было страшно и неприятно, но пересилив брезгливость, я крепко обхватил его ладошкой и сжал.
- Тёплый, - хмыкнул я, впрочем, ничего более не ощутив.
Я лёг на подушку, всё так же не выпуская член из руки, и нахмурил лоб. Вверх-вниз. Вверх-вниз.
- Да фигня какая-то! – не выдержал я.
Раздражённо укутавшись одеялом, я посопел две минуты, после чего вновь выбрался из ставшего душным кокона. Решительно стянул майку, отбросил её вслед за трусами, лёг обратно и судорожно облизнул губы.
- Надо подумать о чём-то возбуждающем, - рассуждал я вслух. – Лучше всего подойдёт альфа. А много ли альф я знаю?
В голове всплывали только Чанёль, Сехун и Тао. От последнего меня мутило и желание загибалось на корню, к Сехуну я испытывал исключительно братские чувства, а Чанёль принадлежал Чонину.
- Я неудачник! – всхлипнул я, потеряв всякую надежду.
Совершенно голый, свернувшись клубочком, я закрыл глаза и закусил дрожащую губу. Главное, успокоиться и перестать рыдать по каждому поводу. Я ведь уже не ребёнок.
Невольно перед глазами встал образ улыбающегося Чанёля. Он никогда не проявлял ко мне особой ласки, если не считать того случая в пещере, когда альфа бинтовал мою ногу. Но мне нравилось прижиматься к нему со спины, когда наш мотоцикл разрезал сухой воздух пустыни. Я любил ловить на себе его взгляд. Кушать еду, которую он приносил мне. Читать подаренные им книги. Украдкой любоваться его профилем. Вдыхать солоноватый запах кожи, перемешанный с потом и его собственным ароматом. Слушать низкий бас, даже не вникая в смысл сказанного.
- Ёль, - прошептал я, чуть пошевелившись, и тут же тихо простонал.
Испуганно приподняв ногу, я шокировано уставился на полувозбуждённый член, гордо приподнявший влажную головку.
- Мамочки! – ахнул я, схватив его в попытке опустить, но вместо этого застонал ещё громче.
Учащённо дыша, я прикрыл рот ладошкой и перелёг на спину. Чуть посомневавшись, широко расставил худые ноги, согнув их в коленях. Зажмурившись, повёл рукой ото рта по шее, к затвердевшим соскам и, едва их царапнув, спустился к напряжённому животу. Обвёл указательным пальцем пупок, мазнул по тазовой косточке и обхватил ладошкой горячий член.
- Ааах! – рвано выдохнул я, стоило немного пошевелить рукой.
Короткое вверх-вниз и меня выгнуло дугой до хруста в позвонках, ещё и в дырочке стало подозрительно пульсировать и увлажняться. Отбросив в сторону смущение, я отдался на волю инстинктам, взявшим под контроль распалённое тело, и медленно облизал пальцы свободной руки.
Не открывая глаз, опустил их к дырочке и чуть покружил, смачивая слюной вход. Волнующе. Странно. Непривычно. Меня ещё никто там не касался.
Стоило ввести на одну фалангу указательный палец, как член в ладони нервно дёрнулся и мне пришлось сжать его у основания, чтобы не кончить раньше времени. Чуть успокоившись, я одновременно погладил головку члена, и ввёл в себя до конца первый палец. Пошевелил им, несколько раз вытащил и вновь вставил до упора, и сдавленно простонал, чувствуя, как всё тело покрывают капельки пота.
- Бэк, - коснулся ушей призрачный хриплый шёпот, будто его обладатель был совсем рядом со мной. – Сделай это!
И я сделал. Безостановочно постанывая, как последняя шлюха, я увеличил количество пальцев до трёх и насаживался на них, будто безумный, всей душой желая, чтобы их заменил член моего любимого альфы.
Меня выгибало волной удовольствия – задница увлажнилась, член пульсировал. Перед тем, как меня накрыл первый в жизни оргазм, я ощутил себя крохотной точкой в огромной Вселенной, и бурно кончил себе на живот, прошептав тихое дрожащее: «Чанёль!».
А вот теперь, Бэк, попробуй себя убедить, что ты его не любишь.
Глава 12

Боже, как стыдно! Такое чувство, что этой ночью все беты слышали мои стоны и теперь смотрели сочувственно и с едва заметной усмешкой. Конечно, им-то что, выращивают цветочки и в ус не дуют, а я пусть и неполноценная, но всё же омега, до кучи ещё и влюбившаяся в несвободного альфу. Так всё же я люблю Чанёля?.. Нет-нет, даже думать об этом не хочу!
- Бэк, ты чего такой взвинченный? – на моё плечо опустилась рука Чунмёна и я ощутимо вздрогнул, едва не уронив на пол вилку.
Чонин, сидевший напротив, хитро хмыкнул и продолжил уплетать салат.
- Я, пожалуй, пойду в теплицу. Надо полить, да, - растерянно заявил я и сбежал из столовой под хохот старшей омеги и недовольное цоканье Чунмёна.
Лишь оказавшись за тонкими стенами из плёнки, я немного расслабился и восстановил дыхание. Закатал до локтя рукава клетчатой рубашки, оставил у входа растоптанные кеды и пошёл босиком по влажной тёплой земле. Это было непередаваемое ощущение восторга – идти не по горячим пескам, а по ароматному чернозёму. Будто я возвращался к истокам, перемахнув с помощью машины времени на сотню лет назад, когда зелёный цвет встречался на каждом повороте улицы, а не был сосредоточен до пары жухлых листочков, уныло свисающих с засохшего стебля.
Услышав приближающееся тарахтенье мотора, я резко поднялся и, не обращая внимания на выпачканные в земле коленки, выбежал на улицу. Сердце билось где-то в горле от непонятного страха и волнения – неужели Тао меня нашёл? Но когда я увидел знакомые мотоциклы и двух альф в шлемах, душа ухнула в пятки и я поспешно шмыгнул обратно в теплицу. Жаль, что на двери не было замка, а то бы я непременно закрылся.
- Успокойся, Бэк, не стоит волноваться! – уговаривал я себя, безуспешно одёргивая шорты, чтобы хоть немного прикрыть грязные коленки. – Чанёль даже не зайдёт со мной поздороваться! Он наверняка приехал за Чонином и скоро уедет!
Резко замолчав, я прислушался к голосам снаружи и жалобно наморщил нос – судя по воплям, Чонин бурно радовался возвращению возлюбленного. Конечно, так и должно быть. Мне нет места среди них, у них своя история любви.
Когда дверь скрипнула, я от неожиданности шлёпнулся на землю и принялся с остервенением окучивать грядку. Шаги продолжали приближаться и, принюхавшись, я с облегчением понял, что навестил меня отнюдь не Чанёль.
- Привет, садовод, - насмешливо фыркнул за моей спиной Сехун и ласково потрепал по волосам.
- Привет! – я обернулся с улыбкой и с довольным видом убедился, что блондин цел и невредим.
- Почему убежал? – в лоб спросил альфа, присев рядом со мной на корточки.
- Как дела в Городе? – я мило взмахнул ресницами, умело проигнорировав заданный вопрос.
- Кажется, все россказни про Ифаня были бреднями караванщиков! Мы держали осаду неделю, но за это время на горизонте не показалось ни одного врага, - развёл руками Сехун.
- Так это же здорово! – искренне обрадовался я.
- Мы приехали за Чонином.
- А я остаюсь здесь? – сердце пропустило удар, а пальцы ещё крепче вцепились в деревянный черенок тяпки.
- Чанёль решил, что здесь ты будешь в безопасности.
Глаза защипало от слёз и я торопливо отвернулся, не желая показывать, как меня расстроили слова Сехуна. Да, в лаборатории было замечательно и уютно, но я не хотел жить вечно среди бет, отрезанный от реального мира. Я слишком много лет просидел взаперти, и теперь узнав, каков на вкус мир вне душных стен, мучительно хотел на свободу.
- Вот вы где? – хриплый бас разрезал влажную духоту теплицы, а я съёжился ещё сильнее, боясь даже вдохнуть. – Сехун, иди поговори с братом. Он соскучился!
Младший альфа внимательно посмотрел на меня и, чуть помедлив, вышел на улицу, прикрыв за собой дверь.
- Как дела, Бэкхён? – холодно поинтересовался Чанёль, продолжая стоять в отдалении от меня.
Не было ни желания, ни сил ему отвечать. Пусть забирает своего Чонина и уезжает, как тогда, неделю назад. А вот я возьму и не удостою его даже взглядом, совсем как он меня! Пусть поймёт, каково это, быть проигнорированным и забытым!
- Бэк, я задал вопрос! – строго напомнил альфа.
- А я не хочу отвечать! – покрывшись мурашками, смело отрезал я.
- Даже так? – недоумённо протянул Чанёль. – Если бы не знал, что ты бракованный, то решил, что у тебя начинается течка.
А вот это было больно. Я поднялся и, низко опустив голову, попытался проскочить мимо мужчины, но он сцапал меня за плечо и развернул к себе лицом.
- Эй, мелкий, какая муха тебя укусила? – мрачно произнёс он, слегка меня встряхнув.
- А тебе не всё равно? Забирай своего драгоценного Чонина и возвращайся в Город, а я как-нибудь и один проживу! – обиженно всхлипнул я, отчаянно дёргаясь в попытке вырваться.
- Приказывать мне вздумал?! – подавшись вперёд, процедил Чанёль, но выражение его лица тут же сменилось со злого на недоумённое.
Медленно взмахнув ресницами, он неожиданно прильнул к моей шее и провёл вдоль неё носом. Я мелко задрожал и попытался отстраниться, но широкая ладонь, положенная на талию, грубо притянула меня вплотную, а её хозяин продолжил обнюхивать меня.
- Бэк, ты что, с кем-то спал? – наконец, выдохнул альфа.
Его глаза потемнели и сейчас прожигали во мне огромную дыру. К щекам прилила краска и я поспешил отрицательно помотать головой. Ещё не хватало, чтобы он узнал про мою вчерашнюю шалость.
- Здесь же только беты, а они никак не могли повлиять на твой запах, - рассуждал вслух Чанёль. – Так может ты украдкой встречался с каким-то альфой? Он приезжал сюда в моё отсутствие, да?
- О чём ты? Никто ко мне не приезжал! – заволновался я. – С чего у тебя вообще такие мысли?!
- Да с того, что от тебя пахнет грёбаной вишней! – заорал Пак, бесцеремонно ухватившись пальцами за мои волосы и оттянув голову назад. – От твоей шеи несёт ароматом, который я давно успел забыть!
Слова застряли в горле, а Чанёль продолжал держать меня за волосы и с каким-то маньячным блеском в глазах гипнотизировать бьющуюся на шее жилку. Он пугал меня до чёртиков, но, в то же время, заставлял что-то дрожать внизу живота и мучительно сжиматься от волнения. Странные чувства, пугающие, которым я не должен давать возможности прорасти.
Даже заглянувший в теплицу Чонин не заставил альфу выпутать свои пальцы из моих волос. Изменившись в лице, омега грубо оттолкнул меня от мужчины и перевёл на него колючий взгляд.
- Дорогой, ты ему голову хотел оторвать или трахнуть? – ядовито прошипел он, подобно змее.
- Он пахнет, - пропустив колкость мимо ушей, заторможено произнёс Чанёль.
- Бэк пахнет? – омега явно был озадачен и тут же принялся обнюхивать меня, подобно своей паре.
- Да отстаньте от меня! – торопливо отскочил я, устав от подобных домогательств и нарушения личного пространства.
- Чанёль, ты бредишь, от Бэка пахнет помидорками, которые он съел на завтрак, - фыркнул Чонин.
- Нет! Ты не понимаешь! – возмутился альфа. – Раз Бэкхён начал пахнуть, значит он с кем-то спал! Не выгораживай его! Скажи прямо – кто к нему наведывался ночами!
Я испуганно взглянул на омегу, будто моя судьба сейчас была сосредоточена в его руках, а он лишь ядовито рассмеялся.
- Да кому он нужен! Просто я научил его дрочить, вот мальчик и развлекался со своим дружком!
Задохнувшись от слёз, я торопливо выбежал из теплицы и бросился в дом. Запершись внутри своей комнаты, сполз по стене на пол и отдался на волю слезам. Отлично, я слабак и тряпка, который только и может, что нюни разводить, но это слишком сложно для меня.
Мне грёбаных шестнадцать лет, у меня нет ни одного близкого человека, которому я мог бы довериться и открыть свою душу. Мне не у кого спросить совета. Меня никто не любит. Никто не ждёт. Разве, только, засохшие стебёлечки, и то лишь из-за спасительной влаги, что я им даю.
Успокоился я лишь через пару часов. К моему удивлению, альфы не уехали, а их мотоциклы продолжали стоять под навесом. Когда наступило обеденное время, в дверь моей комнаты тактично постучал дежурный по кухне бета и пригласил к столу. Я ничего не ответил, лишь продолжил машинально оттирать с колен засохшую грязь.
Вместе с наступлением темноты меня одолело запоздалое чувство голода. Решив, что все наверняка уже разбрелись по комнатам и спят, я на цыпочках отправился на кухню. Там действительно никого не оказалось, зато в одной из кастрюлек я с улыбкой обнаружил оставленную для меня порцию каши. Разогрев поздний ужин, я присел за стол и принялся уплетать за обе щеки. Так увлёкся, что даже не заметил, что я на кухне уже давно не один.
- Что за чертовщина?
Я подавился кашей и закашлялся, краем глаза заметив стоявшего в дверях Чанёля. Растянутая чёрная майка не скрывала загорелых сильных рук, которые сейчас судорожно сжимали косяк, обнажая моему взгляду каждый напряжённый мускул.
- Ты о чём? – стерев кончиком пальца крупинку, оставшуюся на верхней губе, я смущённо опустил глаза.
- Твой запах Я почувствовал его, находясь в другом крыле здания. Я не мог не прийти.
Я смутился и отвернулся от альфы, лишь бы тот не заметил лихорадочного румянца на моих щеках. Нет, правда, о каком запахе он говорит, если я сам ничего не чувствую? Неужели один раз мог так повлиять на моё состояние? Раньше я никогда не занимался ничем подобным. Во время течек, которых у меня было не так уж и много, я кушал таблетки, уменьшающие половое влечение. У меня даже не стоял ни разу, именно поэтому я вчера так испугался. Да, наверное, правы все, кто называет меня неполноценным и бракованным.
- Ты поедешь со мной в Город.
Хриплый голос Чанёля раздался совсем рядом со мной, но я не решился даже плечом повести. Что-то он странный в последнее время. Куда только делись его хладнокровие и выдержка?
- Ты же сам сказал, что мне нужно остаться здесь, - обиженно надулся я.
- Кто же знал, что к тебе вернётся запах, - альфа немного отстранился и присел на соседний стул. – Буду держать под замком и оберегать твою девственность. А то скоро гормоны в голову ударят и начнёшь вешаться на всех альф без разбору!
- А по-моему, гормоны ударили тебе, а не мне, - я не смог удержаться от шпильки, хоть немного потешившей моё уязвлённое самолюбие.
Чанёль беззлобно шикнул на это замечание и неожиданно насторожился.
- Что случилось? – испугался я.
- Ты слышал?
- Слышал что? – я прислушался и взволнованно посмотрел на притихшего альфу.
Просидев в таком положении секунду, он резко вскочил и бросился прочь из кухни. Недолго думая, я побежал следом. Шумно промчавшись по длинному коридору, мы выскочили на крыльцо и замерли с приоткрытыми от ужаса ртами – половина теплиц плавилась, а внутри них уже вовсю бушевал огонь. В воздухе висел мерзкий запах тлеющей плёнки и задыхающейся от жара земли. Не веря своим глазам, я бросился на помощь погибающим в огне растениям, но Чанёль резко схватил меня за руку и притянул к себе. Я хотел было возмутиться, но внезапно перехватил его взгляд и остолбенел – в центре двора, победно усмехаясь, стоял кошмар всей моей жизни, а дуло сжимаемого им автомата было направленно аккурат на грудь Чанёля.
- Вот и встретились, малыш, - улыбнувшись мне, крикнул Тао.
И всё потеряло значение – шумевшие вокруг альфы, продолжавшие поджигать теплицы; просыпающиеся беты, с ужасом выглядывающие в окна. Я чувствовал только горячую ладонь Чанёля, в которой крепко была зажата моя собственная; и видел полный ненависти взгляд Тао, палец которого уверенно лёг на курок. Решение пришло внезапно и я поспешил исполнить его, пока смелость меня не покинула.
- Ты не посмеешь! – завопил я, выдернув свою руку и закрыв Чанёля собой.
Тао нахмурился, Чанёль изумлённо охнул, а я зажмурил глаза в ожидании смертельной пули.
Глава 13

- Бэк, ты сбрендил! – прошипел Чанёль над моим ухом и ловко перехватил за талию, в попытке спрятать за собой.
- Поставь на место моего омегу! – вскинув автомат, зарычал Тао.
- Ты на мушке у моего бойца, дорогуша! – сладко пропел Пак, в ту же секунду толкнув меня на землю и накрыв своим телом.
Я слышал как прогремел выстрел, зарычал от боли Тао и загалдели альфы, до этого занятые поджогом теплиц. Придавленный тяжёлым телом Пака, я рвано дышал, уткнувшись носом в его шею, и боялся пошевелиться.
- Всё хорошо? – шепнул он, пока над нашими головами свистели пули.
Я растерянно взмахнул ресницами, а Чанёль, задержавший взгляд на моих губах дольше положенного, ловко выхватил из-за ремня револьвер и направил его на уже поверженного Тао. Мой кошмар орал от боли, пока всклокоченный Чонин оседлал его, вжав щекой в землю, и скрутил за спиной руки, одна из которых была прострелена.
- Где остальные? – крикнул Чанёль.
- Чунмён и Сехун убежали за ними! – хрипло ответил омега.
Когда Пак сорвался с места и исчез в темноте, я медленно поднялся и закашлялся от дыма, забившегося в лёгкие. Испуганно покосившись на Тао, надёжно зафиксированного бёдрами Чонина, я поспешил на помощь бетам, безуспешно пытающимся затушить огонь. Схватив какой-то плед, я смело бросился в свою теплицу и принялся сбивать пламя с обуглившихся балок. Глаза щипало от дыма и слёз, я ничего не видел перед собой, душное марево забралось в лёгкие и я отключился, нелепо рухнув на горячую землю.

***

Я проснулся от лёгких, почти невесомых прикосновений к лицу. Радостная мысль, что я не умер и до сих пор жив, подтолкнула меня открыть глаза и зажмуриться от яркого дневного света. Поняв, что нахожусь у себя в комнате, я перевёл затуманенный взгляд на фигуру, сидевшую на краю кровати, и с радостью узнал Чанёля.
- Очнулся, придурок! – прошипел альфа, хотя мне на мгновение показалось, что его глаза радостно сверкнули. – Ты теперь всегда будешь на свою задницу приключения искать? А я бегать за тобой должен? Спасать?
Я поджал внезапно затрясшуюся губу и хотел отвернуться к стене, но тело совершенно не желало слушаться.
- Не кричи на меня, - тихо попросил я.
- Да я тебя убить готов, идиота такого! В спасателя решил поиграть? Пожарником стать? Хорошо, что вовремя нашёл тебя, а то так бы и скопытился, идиот малолетний! – продолжал сыпать ругательствами Пак.
- Ну и проваливай тогда, чего расселся?! – я собрал всю волю в кулак и заехал пяткой в бок ошарашенному альфе. – Уходи!
Не успел он высказать мне в лицо новую тираду, как в комнату заглянул улыбающийся Чунмён с тарелкой похлёбки.
- Чанёль, не мучай ребёнка своими нотациями, он и так настрадался, - строго отчитал его бета. – Иди лучше, там этот Тао опять вздумал бунтовать!
Пак бросил на меня уничтожающий взгляд, от которого я пошёл нервными пятнами, и бесшумно вышел в коридор. Бета тут же подсел ко мне и помог принять сидячее положение.
- Сам покушаешь или тебя покормить? – заботливо поинтересовался он.
- Сам, - проворчал я, забрав тарелку. - Сколько можно уже возиться со мной как с маленьким?
- Ты маленький и есть! – беззлобно фыркнул Чунмён. – Напугал же ты нас ночью, парень! Чанёль едва не поседел, когда вытащил тебя из теплицы, а ты не дышишь. И массаж сердца делал, и дыхание искусственное
-
·Он меня целовал?! – я едва не опрокинул тарелку с супом на себя.
- Йа, не выдавай желаемое за действительное! – одёрнул меня бета.
Я вновь покраснел и опустил глаза.
- А чего он тогда кричит на меня?
- Потому что волнуется.
Пока разговор не принял слишком смущающий оборот, я попытался перевести тему. Благо мне нужно было многое узнать, и я тут же принялся расспрашивать Чунмёна о том, что случилось после того, как потерял сознание.
Как оказалось, Тао проследил за мотоциклами Чанёля и Сехуна от самого города – странно, что альфы не заметили хвоста. Выяснив примерное местонахождение лаборатории, бандиты до темноты прятались в горах, после чего пошли в наступление, убив бет, стоявших на блокпосту. Затем добрались до теплиц и подожгли их, чтобы вызвать неразбериху в наших рядах. Вот только Тао, увидевший меня, забыл о самом главном – даже если Чанёль безоружен, это ещё не значит, что его спину никто не прикрывает.
Именно Чонин был тем, кто прострелил руку альфы и обезоружил его. Потерявшие командира, его щенки бросились прочь с территории, но их удалось догнать и уничтожить – на этом слове я поёжился, а их джип был конфискован в честь понесённых потерь, так как теплицы восстановлению не подлежали.
- Мне так жаль, - низко опустил я голову. – Из-за меня оказалась разрушена лаборатория, пострадали растения. Чанёль лишился дохода.
- Чанёль чуть не лишился тебя – вот что действительно важно, - Чунмён нежно потрепал меня по волосам и поднялся с кровати. – Сиди здесь и никуда не ходи!
Когда за мужчиной закрылась дверь, я озадаченно нахмурил лоб и отставил тарелку в сторону. Как расценивать его слова? Он что, намекает на чувства Чанёля ко мне? Ха, да этот альфа может ко мне испытывать только чувство ненависти. Ну, или жалости. И ещё неизвестно, что хуже.
Сидеть взаперти я не собирался, поэтому осторожно сполз с кровати и поковылял к тумбочке с одеждой. Сменив растянутую майку (о Боже, Чанёль видел мои тощие ноги и плоскую задницу) на светлую рубашку и брюки, я по стенке добрался до двери и с опаской выглянул в коридор – никого.
На улицу, откуда доносились крики бет и удары молотка, я не решился выходить, а направился на громкие голоса альф, доносившиеся из кухни. Совершенно не зная, что могу там увидеть, я робко заглянул через щёлку в помещение и нервно сглотнул – привязанный к стулу, там сидел Тао, а вокруг него столпились Чанёль, Сехун и, расположившийся чуть в стороне, Чонин. Губа альфы была рассечена, глаз подбит и, что-то мне подсказывало, что виновник такой красочной картины был никто иной, как Пак. Даже сейчас он грубо сжимал в кулаке короткие волосы блондина и примерялся ударить в наиболее пострадавшее место.
- Не надо! – крикнул я прежде, чем подумал.
Все одновременно посмотрели в мою сторону, явно недовольные присутствием постороннего.
- Заступаться за него вздумал? – прорычал Чанёль, выпустив из хватки многострадальные волосы Тао.
- Нет, просто
- Да я его прямо сейчас убью! – альфа прервал мой лепет и, ловко выхватив револьвер, направил чёрное дуло в лоб блондина.
- Остынь! – коротко одёрнул его неожиданно бледный Чонин. – Он ещё может нам пригодиться. Знаешь же это, так что нечего кривляться перед своим ненаглядным Бэкхёнчиком!
Проходя мимо, омега устало оттолкнул меня, а я вновь почувствовал себя лишним в жизни этих двоих.
Чанёль, немного подумав, убрал оружие, но хорошую затрещину пленнику всё-таки отвесил. Тао надсадно закашлялся и сплюнул кровью на пол, от чего волосы у меня на затылке зашевелились. Не то чтобы я жалел причинившего столько страданий альфу, просто это действительно больно.
- Бэк, уйди, тебе нечего здесь смотреть, - попросил меня Сехун.
- Вы не убьёте его? – с надеждой взмолился я.
- Мы просто немного побеседуем!
Я растерянно покосился на Тао, не сказавшего мне ни слова, даже не поднявшего головы, и закрыл дверь. Что-то странное творилось с альфой – то ли Чанёль вытряс из него эту непонятную зависимость ко мне; то ли дело было в чём-то другом.
Когда я, превозмогая боль и усталость, добрёл до выхода, то восхищённо замер – на улице вовсю развернулась стройка. Пока старые теплицы продолжали тлеть и дымиться, трудолюбивые беты начинали неподалёку строить новые, шумно переговариваться и улыбаться, будто ничего страшного не случилось.
На крыльце, повернувшись ко мне спиной, сидел Чонин и задумчиво смотрел вдаль. Решив, что не слишком его потревожу, я обессилено опустился рядом и прижал колени к груди, удобно примостив на них подбородок.
- Они не отчаиваются! – с гордостью заметил я после минуты молчания.
- Эта лаборатория – всё, что у них есть, - холодно ответил омега. – Вот у тебя, Бэкхён, какой смысл в жизни? Есть что-то или кто-то, ради кого ты живёшь?
Я замешкался с ответом, а Чонин устало махнул рукой, давая понять, что ему нет дела до этого. Он выглядел настолько несчастным, что я не выдержал и затеребил его за рукав.
- Послушай, у меня к тебе есть предложение!
- Чего? – нахмурился брюнет, недоверчиво разглядывая меня.
- Помогите мне избавить «Белую лилию» от захватчиков-альф, и я останусь там и не буду тебя нервировать. Тогда ты не будешь переживать по поводу Чанёля и злиться на меня, - хлопая ресницами, взволнованно лепетал я.
- Он чувствует твой запах даже тогда, когда никто другой его не ощущает! Неужели ты до сих пор ничего не понял, Бэкхён? – Чонин покачал головой и вернулся в дом.

***

Беты доверили мне ответственную работу – натягивать на балки плёнку, но лишь при том условии, что Чунмён всегда должен находиться неподалёку и следить за моим состоянием. Я брыкался, дулся, но в итоге меня лишь больше дразнили «ребёнком» и дружно смеялись над моими надувшимися, как у хомяка, щеками.
Несколько раз на крыльцо выходили Чанёль и Сехун. Они курили, о чём-то разговаривали, а перед уходом Пак неизменно бросал на меня нечитаемый взгляд, от которого бросало то в жар, то в холод.
Не знаю, куда дели Тао, но когда мы ужинали после тяжёлого трудового дня, кухня сияла чистотой и никаких следов побоища замечено не было. Уже после того, как беты разбрелись по комнатам, Чанёль поднял на всех тяжёлый взгляд и поморщился.
- Я посадил этого придурка в кладовку. Не понимаю, что случилось, но ему будто язык прищемило – он не сказал ни слова!
- Полагаю, что всему виной мой братец, - усмехнулся Сехун. – Небось, когда узнал, что его омега на лопатки положила, весь его прежний мир пошёл по швам!
Альфы заржали, Чунмён тактично улыбнулся, Чонин закатил глаза и потёр виски, а я в очередной раз пожалел, что никому не могу дать отпор. Цветочек какой-то, а не омега!
- И что будем с ним делать? Раз именно в наших омегах разгорелся огонь гуманизма, то пусть они и предлагают возможные варианты, - развалился на стуле Чанёль.
- Он хороший боец. Можем взять его в свою команду! – внезапно выпалил Чонин.
На кухне повисло неловкое молчание – даже я растерялся, что уж говорить про альф.
- Ты в своём уме? Он же песчаный бандит! – поёжился Сехун.
- А что лучше? Прострелить ему башку и повесить на забор, чтобы врагов отпугивать? – взвился омега.
- Нет, лучше дать ему в руки автомат и добровольно позволить нас расстрелять, - развёл руками Чанёль.
- Ты просто боишься, что он попытается отобрать твоего драгоценного
- Хватит цеплять Бэка! – эта фраза была сказана спокойно, но от тона альфы всё равно по спине пробежал холодок.
Чонин психанул и, выбравшись из-за стола, громко топая, вышел из кухни.
- Чунмён, присмотри за ним, чтобы глупостей не натворил, - взяв в руки кружку с водой, попросил Чанёль.
Бета послушно ушёл вслед за Чонином и мы остались втроём. Я не находил себе места из-за чувства вины, но и говорить бессмысленные слова извинения не считал необходимым – разве они что-то изменят? Может, если я скажу «простите», Чонин перестанет ревновать меня к Паку? Или Тао, хлопком в ладоши, восстановит сожжённые теплицы и погибшие растения?
- У меня есть предложение, - робко произнёс я, глядя на альф снизу вверх.
- Говори, - разрешил Чанёль.
- Верните меня в «Белую лилию». Там мой дом, родные мне люди. Там остался мой друг, которому нужна помощь и поддержка! – выпалил я.
- Твой друг тоже омега? Симпатичная? – мечтательно улыбнулся Сехун.
- Он очень красивый! – закивал я, ещё не понимая, куда клонит блондин.
- Мм, было бы круто, если он оказался моим истинным. Тогда бы не только у Пака, но и у меня была своя пара, - глупо хихикнул альфа и тут же вскрикнул, ибо Чанёль шумно пнул под его столом, что не осталось незамеченным мной.
- В том то и дело! У Чанёля есть пара и мне больно видеть, как страдает Чонин. Я не хочу мешать вашему счастью!
Сехун хрюкнул и, согнувшись пополам от смеха, засеменил в сторону выхода. Я растерянно посмотрел ему вслед, а когда дверь за ним закрылась, перевёл растерянный взгляд на помрачневшего Чанёля. Не говоря ни слова, он пересел ко мне и, уперевшись ладонями в колени, подался вперёд.
- Что? – отклонившись назад, пискнул я.
- Чувствуешь?
- Чувствую что?
Пока я хлопал ресницами, Чанёль пыхтел от злости и хмурился. Мне казалось, что он меня сейчас прибьёт и начинал ещё сильнее трястись, отчаянно не понимая, чего от меня хотят. Когда Пак протянул руку и сгрёб меня за шею, я испуганно вскрикнул и зажмурился, но вместо удара меня вплотную притянули к широкой груди и вдавили носом в ткань футболки.
- Ну? – рыкнул Чанёль, пока я несмело вырывался и пихал его острыми кулачками в живот. – Чем пахнет?
Он позволил мне отстраниться и жадно заглянул в моё покрасневшее лицо, будто пытался что-то прочитать.
- Не знаю Потом?
Альфа со всей дури хлопнул кулаком по столу, от чего стоявшие на нём тарелки звякнули, и подцепил пальцами мой подбородок, заставив посмотреть на себя.
- Завтра мы едем в «Белую лилию», чтобы забрать с собой твоего друга! Что будет с остальными омегами – мне плевать, я не миротворец, ясно тебе?
Я счастливо улыбнулся и часто закивал, с трудом веря в то, что смогу снова быть рядом с Кенсу.
- И ещё – этой ночью ты будешь ночевать с Чунмёном! Пусть присматривает за тобой, идиотом! – прошипел Пак мне в лицо.
Напоследок он невесомо мазнул подушечкой большого пальца по моим губам, не успев заметить, как меня затрясло от этого простого прикосновения. С трудом стерев с лица глупую улыбочку, я принялся собирать грязную посуду и складывать в раковину.
- Только дождись меня, Кенсу, - попросил я у ночной тишины и с жаром принялся за уборку кухни.
Глава 14

- Кенсу больше нет в «Белой лилии», - невозмутимо произнёс Тао, а я подумал, что лучше бы он и дальше молчал, чем разбивал одной фразой все мои надежды.
Альфу вытащили из кладовки всего лишь минуту назад, чтобы отвести к джипу и, по дороге, рассказать о цели своей поездки к крепости. Встав как вкопанный, блондин громко рассмеялся, после чего и произнёс ужаснувшие меня слова.
- Куда ты его дел?! – подскочив к Тао, завопил я.
Хорошо, что он по-прежнему был связан и его, с двух сторон, удерживали Сехун и Чунмён. Альфа сощурился и пристально на меня взглянул, заставив сделать пусть и крохотный, но всё равно позорный, шаг назад.
- Продал, - отчеканил он.
- Кому?! – я вновь подскочил к нему и сжал кулаки.
- Одному очень влиятельному альфе. Уж очень ему приглянулся твой дружок, - слова Тао резали больно, прямо по живому. – К слову, «Белая лилия» сейчас опустела. Все омеги или распроданы, или убиты. Я же думал, что без проблем заберу своего котёнка и будем мы жить в любви и радости, смотря на мир с крыши крепости!
На этот раз меня опередил Чанёль и с удовольствием ударил альфу кулаком в челюсть. Раздался неприятный хруст, но Тао лишь тряхнул головой и растянул в улыбке разбитые губы.
- Крутого ты защитника себе выбрал, малыш! – не глядя на Пака, издевательски протянул блондин. – Избивать связанного альфу – это верх мужественности!
- Что? – фыркнул Чанёль. – Да будь ты хоть с оружием, я тебя одной левой уложу!
- Сразимся? – прищурился Тао. – Я думаю, нам есть, что делить!
Чонин странно побледнел и попытался образумить Чанёля, но тот уже разрезал ножом верёвку, стянувшую запястья блондина.
- У тебя прострелена рука, так что я буду драться одной левой, - с хрустом размяв шею, произнёс Пак.
- Как мило! – почувствовав свободу, оскалился Тао.
Во дворе тут же повисла пугающая тишина. Беты, до этого с энтузиазмом строившие теплицы, неподвижно застыли на своих местах; а Сехун и Чунмён, нахмурившись, схватили нас с Чонином за шкирки и оттащили подальше, освободив центр площадки для двух, полных ярости альф.
Тао слегка пошевелил пальцами простреленной руки и неожиданно сорвался с места, нанося по Паку прицельный удар. В последний момент тот успел увернуться, но тяжёлый кулак хорошенько мазнул его по щеке. Усмехнувшись, Чанёль чуть отклонился назад и выставил вперёд ногу, точно ударив в грудь блондина. Тао пошатнулся, но устоял, а затем с гневным рыком перехватил Пака за талию и они вместе рухнули на землю.
Не выдержав, я зажмурился, каждый раз вздрагивая, когда до меня доносились хриплые крики и глухие удары. Набравшись смелости, я слегка приоткрыл один глаз и дёрнулся вперёд, благо Чунмён успел меня удержать.
- Чанёль! – звонко закричал я, глядя на то, как Тао оседлал его и целенаправленно бил по лицу.
- Нужно остановить их! – поддержал меня Чонин.
- Не время, - отрезал Сехун.
Зарычав, Чанёль сбросил с себя альфу и с трудом поднялся, тряхнув головой. Тао двигался куда легче и, едва приняв вертикальное положение, вновь бросился в атаку. Ловкая подсечка и вот он уже распластался на песке, надсадно кашляя от тяжёлого удара ботинком в грудь.
- Он мой! – прохрипел блондин, не замечая выступившей на губах крови.
- А ты спросил, хочет ли он быть твоим?! – заорал Чанёль.
- Я тоже этого не хочу, но инстинктам не прикажешь! – Тао поднялся из последних сил и вперил в Пака ненавидящий взгляд. – Мне плевать на твоё мнение. Это природа и ты, обмудок, не сможешь нам помешать!
Развернувшись, блондин направился в мою сторону, а у меня сердце ухнуло в пятки. Тао надвигался на меня огромной тенью – окровавленной, тяжело дышащей, похожей на раненого зверя. Я растерянно смотрел на Чанёля, уже догонявшего альфу, как тот схватил за руку опустившего голову Чонина и впился в его губы грубым поцелуем.
Кажется, время остановилось, а рты всех присутствующих медленно приоткрылись в шоке от увиденного. Чанёль так и стоял с занесённым для удара кулаком, а Тао, перехватив Чонина поперёк талии, предпринимал отчаянные попытки углубить поцелуй.
- Отвали, урод! – вывернулся, наконец, омега, и нанёс альфе оглушительный хук слева.
Блондин покачнулся и, нелепо взмахнув руками, вновь встретился с землёй. Чонин же, закусив дрожащую губу, пулей залетел в дом.
- И что это было? – озвучил повисший в воздухе вопрос Сехун.
- Полагаю, что Чонин и есть истинный омега Тао, - предположил Чунмён.
У меня даже сердце остановилось от этих слов. Неужели это правда? Ведь если это действительно так, то Чонин не сможет мне помешать любить Чанёля. Конечно, быть с ним я по-прежнему не смогу, но он хотя бы прекратит меня цеплять, да и Тао забудет о моём существовании.
- Я думал, что Бэкхён мой омега. Мне так нравился его сладкий запах, - Тао с шипением облизнул разбитую губу и исподлобья посмотрел на Чанёля. – Как так получается, что мне остаются все объедки после тебя, мудака?
- Не смей называть моего брата объедком! – рассвирепел Сехун.
- А ты думаешь, я рад, что моей парой оказался такой псих? Омега должен быть нежным и чувствительным, а не вырубать своего альфу одной левой! Ну, ничего, я его приструню и научу себя уважать!
- Чонин никогда не будет с тобой! Ты песчаный бандит! – продолжал возмущаться Сехун, порываясь после каждой реплики ударить Тао, благо Чунмён не позволял.
- Да хоть сам Дьявол! Он потерпит до течки, а потом подставит мне свою задницу! Я тоже от него не в восторге, я вообще ехал сюда за Бэком, но этот мальчишка теперь для меня лишён всякого аромата! Я ничего не чувствую, кроме запаха этого сраного Чонина!
В челюсть Тао всё же прилетел кулак Сехуна, а Чанёль, бросив на меня нечитаемый взгляд, внезапно ушёл следом за Чонином. Сам не понимая, что творю, я тенью бросился за ним.
Стараясь не шуметь, я осторожно проследил за Паком и на цыпочках пробрался к той комнате, где он скрылся. Прижав ухо к замочной скважине, я сел на корточки и прислушался. Судя по всхлипам, Чонин плакал, а Чанёль пытался его утешить.
- Как такое могло случиться, Чанни? – рвано дышал омега.
- Я не знаю. Почему ты не сказал, что он твой истинный?
- Я сам в это не верил. Я думал, что мне кажется. Но его запах он он преследовал меня с того момента, как я его увидел!
- Почему ты плачешь тогда? Это же счастье, что ты встретил свою истинную пару!
- Я люблю тебя! Тебя, а не его! – разрыдался Чонин с новой силой.
- Прекрати, ты же понимаешь, что это не так! Ты просто привязался ко мне, но настоящие чувства у тебя должны быть к Тао. Вспомни, в самом начале наших отношений мы поклялись друг другу, что когда встретим истинных, то расстанемся без сожаления. Чонин, я понимаю, что Тао урод и последняя сволочь, но дай ему шанс! Если хочешь, я прямо сейчас пойду и убью его, но подумай, станешь ли ты от этого счастливее?
Голоса стихли и я, запаниковав, прильнул глазом к скважине – Чонин и Чанёль стояли посреди комнаты и обнимались. Судя по всему, омежка рыдал на груди альфы, а тот лишь вздыхал, крепко прижимая его к себе.
- Почему не ты мой альфа? Ну, почему? – продолжал твердить брюнет, будто заведённый. – Я люблю тебя, Чанёль! Мне не нужен Тао!
- Прости, но ты же знаешь, что я не люблю тебя, - глухо ответил Пак.
Омега оторвал лицо от его груди и нахмурился. Его щёки были влажными от слёз, но он решительно их вытер рукавом рубашки и оправился.
- Ты любишь Бэка, да? Он твой истинный? – издевательски протянул Чонин.
- Он не мой истинный. Он не чувствует меня, - опустил голову Чанёль.
- Когда надумаешь с ним трахнуться, вспомни, на сколько лет ты старше его! – небрежно бросил омега.
Я едва успел скрыться за углом, как дверь распахнулась, выпуская наружу всклокоченного Чонина и растерянного альфу.

***

Сехун и Чонин, как самые предусмотрительные, сидели в тени, на крыльце. Тао вытащил из дома табуретку и сейчас пытался самостоятельно оттереть с лица влажным полотенцем засохшую кровь, изредка бросая гневные взгляды на задумчивого Чонина, даже не думавшего ему помогать. Чанёль развалился на капоте джипа, словно не боялся обжечься о раскалённый на солнце металл. Чунмён стоял рядом с ним, прямой словно струна и не нуждающийся в местечке посидеть. А я? Я сидел на земле, подтянув колени к груди и спрятав в них нос.
Минутой ранее я узнал, что Кенсу продали не кому-нибудь, а тому самому Ифаню – владельцу военного завода и тысяч различных оружий.
- Он заявился в «Белую лилию» пару дней назад – скупил всех оставшихся омег, - продолжил свой рассказ Тао. – Спрашивал, не хочу ли я продать крепость.
- А ты? – нахмурился Чанёль.
- Сказал, что подумаю, - пожал плечами блондин. – Я же не дурак, знаю, за чем он охотится.
- Судя по карте, «Белая лилия» находится довольно далеко от завода Ифаня, - задумчиво произнёс Чунмён. – Города далеко, нужно много топлива, чтобы добираться до туда.
- Возможно, он хочет перебраться туда? Перевезёт своих людей и остатки оружия, зато будет иметь долгожданный доступ к воде и не прятаться под землёй, как крыса! – злобно фыркнул Сехун.
- Сейчас «Белую лилию» кто-нибудь охраняет? – подал голос Чанёль.
- Там остался десяток моих ребят. Но сам понимаешь, если Ифань решит атаковать, то его пушки не сдержит пара автоматов, - оскалился Тао.
- Может, это и к лучшему? Продать ему «Белую лилию» и дело с концом, - лениво потянулся Чонин. – Будет у него вода, значит и на Город он нападать не станет!
- А вот здесь ты глубоко заблуждаешься! – мотнул головой Пак. – Если Ифань получит воду, то станет всемогущим! Он давно хотел напасть на Город и его ничто не остановит!
- И что же нам делать? – спросил Сехун.
- Прибрать «Белую лилию» к своим рукам, - улыбнулся Чанёль. – Судя по рассказам Бэкхёна, место там действительно обустроенное. Переберёмся туда из Города и
- Да кто тебя туда пустит! Это моя территория! – взвился Тао.
- Это территория омег, которых вы насиловали и продавали! – не выдержал я. – Мы там жили и никого не трогали, а потом появились вы и всё разрушили!
Мой голос звенел от слёз, но я не собирался молчать – слишком долго я это делал.
- Это вы убивали моих друзей! Это из-за вас они оказались подстилками для богатых альф! Ради того, чтобы набить собственные карманы, вы просто уничтожили сотню омег!
- Омеги и нужны для того, чтобы раздвигать ноги! – продолжал гнуть своё Тао. – Посмотри на Пака – да он спит и видит, как трахнуть тебя! Думаешь, у него к тебе большая и светлая любовь?
- Заткнись! – рявкнул Чанёль, сделав вид, что не заметил моего взгляда. – Мне плевать, что ты говоришь про свою территорию. Бэкхён прав – это место принадлежало омегам. И я не допущу, чтобы в нём хозяйничали такие твари, как ты или Ифань. Так что выбирай – либо ты добровольно уступаешь нам крепость и, так и быть, остаёшься там со своими людьми; либо мы захватим её силой и перестреляем вас, как собак. И не думай, что у меня есть недостаток в бойцах!
Тао поджал губы и сощурился. Было видно, что он не хочет уступать Чанёлю, но его положение, по крайней мере сейчас, было совершенно безвыходным.
- Хрен с вами, забирайте, - наконец, выдохнул он. – Только мы всё равно с тобой сочтёмся, Пак Чанёль!
- Взаимно, обмудок, - прошипел альфа.
Глава 15

Альфы единогласно решили, что завтра утром следует выехать в Город, чтобы запастись бойцами и оружием, а уже потом наведаться в «Белую лилию». Тао от такого расклада лишь скрипел зубами, но спорить не стал – понимал, что бессмысленно.
После позднего ужина все разошлись – Тао вновь заперли под замок в кладовке, но я прекрасно видел, как сердобольный Чонин незаметно швырнул в тёмную комнату плед и подушку; Сехун и Чанёль обсуждали за закрытыми дверями очередные военные тайны; а Чунмён о чём-то общался с бетами, расстроенными отъездом хозяина.
Я же, совершенно не зная, чем себя занять, сидел на полу своей комнаты и смотрел невидящим взглядом на стену, по которой метались причудливые тени от языков пламени, пляшущих в стеклянной колбе керосиновой лампы. На коленях лежала книга, которую я так и не удосужился раскрыть – в голове мыслей было куда больше, чем заложил в потрёпанный переплёт давно канувший в Лету автор.
Я думал о Кенсу и о том, как не сладко ему пришлось. Сможет ли он когда-нибудь простить меня? Я же не виноват, что Тао меня пожалел, что мне удалось сбежать и повстречать Чанёля и Сехуна. Возможно, это судьба или просто случайность. А может я просто счастливчик. Хотя Кого я обманываю? Я далеко не счастливчик.
- Он всего лишь хочет трахнуть меня, - шумно шмыгнув носом, прошептал я.
Мужчина, который так мне нравился даже несмотря на то, что от его запаха у меня не кружило голову, лишь мечтал затащить меня в койку. Меня обидело даже не то, что это предположение вылетело из уст Тао, а то, что Чанёль даже не попытался поспорить с ним. Значит, правда.
Первоначальная радость от осознания того, что Чонин нам больше не помешает, схлынула, оставив после себя горькое разочарование. В любом случае, всё напрасно. И Пак Чанёль недостоин того, чтобы я отдал ему свою девственность!
- Ты спать собираешься?
Я медленно задрал голову и вздрогнул – высунувшись из-за приоткрытой двери, на меня хмуро смотрел Чанёль. Насиловать пришёл, что ли?
- Уходи! – отвернувшись, фыркнул я.
Альфа, вместо того чтобы послушаться, прошёл в комнату и навис надо мной.
- Ты как со мной разговариваешь, мелкий? Давно не получал? - Пак тут же наградил меня несильным подзатыльником. – Быстро ложись, нам завтра рано вставать!
- А с чего ты взял, что я буду тебя слушаться? – дерзко возразил я. - Ты не мой альфа и я не обязан
Возможности договорить мне не дали – альфа подхватил меня легко, как пушинку, и вдавил в стену всей своей здоровой тушей. Ахнув, я упёрся кулачками в его грудь и зажмурился, готовясь, если что, кричать со всей мочи.
- Он тебя целовал? – уткнувшись носом в мои волосы, низко прошептал Чанёль.
По спине пробежались мурашки от этих вибраций и я невольно передёрнул плечами.
- Кто? Тао?
Альфа лишь рыкнул, обхватив меня ручищами за талию и вплотную притянув к себе.
- Ну было пару раз, - честно признался я.
- Нравилось? – от сердито суженных глаз стало немного не по себе, но странный трепет охватил всё моё существо, не позволяя отстраниться.
- Нет, - откровенно признался я.
- Тогда можно я тебя поцелую? – едва касаясь губами моего горящего от смущения ушка, прошептал Чанёль.
- Зачем тебе это? – пискнул я, чувствуя, как в животе всё стягивает тугой спиралью, а в трусах начинает свербить и чесаться.
- Как же ты пахнешь, - проигнорировал вопрос мужчина и облизнул влажным языком мою шею.
- Ах, Чан Ёль, - не ожидая подобного, я рвано глотнул воздух и сильнее запрокинул голову.
Вот так фокус – клялся, что никому не отдам свою девственность, а сейчас готов быть разложенным этим великолепным альфой прямо здесь, у обшарпанной стены.
- Ты мой, - прорычал Чанёль, резко отстранившись. – Если увижу с каким-нибудь альфой, убью!
Не дав мне и слова вставить, Пак пулей вылетел из комнаты, но я успел заметить, как топорщатся его брюки. Что самое ужасное – у меня всё обстояло не лучше. Пришлось сцепить зубы и воспользоваться проверенным советом Чонина. Надеюсь, никто не узнает, что я уже второй раз дрочу, как сумасшедший, на Пак Чанёля, а после реву в подушку, потому что моей руки слишком мало.

***

Бессонная ночь оставила отпечаток в виде кругов под глазами и болезненной бледности, но мне не было до этого дела. Гораздо острее стояла другая проблема – постараться понять, чего же на самом деле хочет от меня Чанёль. Круг лиц, к которым я мог обратиться с этим вопросом, был весьма ограничен. Не думаю, что Тао или, тем более, Чонин, захотят со мной общаться на эту тему. К Сехуну, в виду ночного предупреждения, я также боялся близко подходить. Оставался Чунмён, который сейчас деловито укладывал вещи в джип и задумчиво чесал подбородок.
- Можно у тебя кое-что спросить? – неслышно подойдя сзади, робко пролепетал я.
- Бэк, ты меня напугал! – бета схватился за сердце и прищурился от ярких солнечных лучей, бьющих в лицо. – Что случилось?
- Я - пришлось оглянуться, чтобы убедиться, что поблизости нет лишних ушей, - хотел спросить о Чанёле.
- А что с ним? – насторожился мужчина.
- Ну, он какой-то странный в последнее время.
- В смысле?
- Он по-другому ведёт себя со мной. Впрочем, глупости это! Прости, что побеспокоил!
Я уже хотел улизнуть, как бета сгрёб меня за воротник и поставил на прежнее место. Он несколько секунд внимательно разглядывал меня, а в глубине его тёмных глаз плясали смешинки, от которых становилось немного не по себе.
- Всё же он прав - ты хоть и очень красивый, но такой неопытный, - вздохнул Чунмён. – Но то, что ты начал задаваться этим вопросом, определённо о многом говорит.
Бета положил мне руку на плечо и отвёл в тенёк. Там, вдали от бурно развернувшейся стройки, мы могли говорить гораздо громче, потому не приходилось вслушиваться в слова друг друга.
- Понимаешь, я бета, и мне трудно говорить об этом – я не знаю всех нюансов. Но Чанёль, с тех пор, как почувствовал твой запах, считает, что ты его омега! – огорошил меня мужчина.
- Он мой альфа?! – вскрикнул я, тут же зажав рот ладошкой.
- Тут тоже есть определённые тонкости. Дело в том, что кроме Чанёля никто твой запах не чувствует. Согласись, что это странно, - осторожно подбирал слова Чунмён.
- Ему может казаться, что я пахну? – испугался я. – Вот же Он что, на солнышке перегрелся?
- Кто знает, Бэкки, - ласково потрепал меня по волосам бета. – А ты сам его чувствуешь? Тебе нравится запах Чанёля?
- Запах как запах, - пожал я плечами.
Не хотелось говорить Чунмёну о сокровенном. Например, что в Паке есть гораздо более прекрасные вещи, чем запах. Я балдею от его сильных рук, так редко сжимающихся на моей талии; тёмных глаз, в которых вечно горит огонь; пухлых губ, которые он часто кусает, когда впадает в задумчивость. Весь Чанёль нравится мне, от кончиков торчащих ушей до лап сорок пятого размера. Если это не любовь, то что тогда?
- Не бойся Чанёля, он не причинит тебе зла. Для него это тоже всё сложно – никто не знает, истинные вы или это простая влюблённость, - развёл руками Чунмён. – О, а вот и он!
Я взволнованно обернулся и тут же густо покраснел – к нам приближался хмурый Пак, на лице которого всеми цветами радуги расцвели синяки и подтёки.
- Хорошо же Тао постарался, - хохотнул бета и, похлопав меня по плечу, вернулся к сбору вещей.
- Как спалось? – буркнул Чанёль, наградив меня мрачным взглядом.
- Нормально, - всё ещё смущаясь, ответил я.
Интересно, если я действительно нравлюсь альфе, то почему нельзя прямо об этом сказать? А то «ты мой!», будто я вещь какая-то.
- Ты прости за вчерашнее, - Пак смотрел куда-то мне за голову и был мрачнее тучи. – Я не хотел тебя напугать.
- Ты и не напугал, - пискнул я.
Мужчина странно хмыкнул и прищурился, будто пытался прочитать мои мысли. Я же, набравшись духу, сделал крохотный шажок вперёд и коснулся ладошкой матовой гематомы на скуле Чанёля.
- Больно?
- Уже нет, - слишком низким голосом ответил альфа, накрыв мои пальцы своей огромной рукой.
- Ничего не хочешь мне сказать? – робко выдохнул я, затаившись в ожидании ответа.
- Ты очень сладко пахнешь.
- Я не пахну!
- Пахнешь! – Чанёль зарычал и, подхватив меня под попу, крепко прижал к себе, до боли вдавившись носом в шею и часто дыша. – Сладко, вкусно, безумно пахнешь!
- Не надо, - я попытался увернуться от холодного кончика чужого носа, и увидел вышедшего из дома Чонина. – Чанёль, отпусти меня! Сюда Чонин идёт!
Но непослушный альфа продолжал щекотать мои ключицы своим дыханием, а я висел на нём как обезьяна и старался не придавать значения горячим ладоням, надёжно обхватившим мою задницу.
- Как мило, аж зубы сводит, - прошипел омега, наградив меня убийственным взглядом. – Что, Чанёль, не успел от меня избавиться, как уже с малолеткой зажимаешься?
Альфа с трудом отстранился и поставил меня на ноги, после чего медленно обернулся к бывшему, глядя на него чуть расфокусированным помутневшим взглядом.
- Чонин, перестань язвить, - устало вздохнул он, крепко зажмурившись. – Все собрались?
- Сехун сейчас откроет кладовку и можно будет выдвигаться, - прошипел омега.
Мне хотелось провалиться сквозь землю от неловкости и стыда, но я ограничился тем, что спрятался за широкой спиной Чанёля и торопливо обмахивался ладошками, чтобы хоть немного прогнать краску с лица.
Когда Сехун вывел на крыльцо связанного Тао, Чонин уже сидел на переднем сидении джипа и отбивал пальцами торопливую дробь. Чунмён занял место за рулём, а вот Тао усадили сзади, как раз между сумками с вещами и коробками с оставшейся наркотой.
Сам Сехун сел на мотоцикл и уехал первым, чтобы проверить обстановку на дороге. Я же метался между байком Чанёля и джипом, не зная, куда лучше сесть.
- Хватит бегать, - альфа сунул мне шлем под нос и подошёл к Чунмёну, разговаривая с ним через открытое окно.
Наконец, автомобиль тронулся и мы остались с Паком одни. Он ловко перекинул ногу через сидение и терпеливо дождался, когда я пристроюсь сзади и крепко сомкну ладошки на его груди.
Не говоря ни слова, он завёл мотор и резко сорвался с места, оставляя позади приютившую меня лабораторию, ставшую на несколько дней домом.
И до чего же хорошо – ехать вот так с любимым альфой посреди мрачных гор и бесконечных песков, щуриться от бьющего в лицо ветра и палящих лучей солнца. Так и хочется крикнуть, что счастлив, но вместо этого лишь льнёшь плотнее к сильному телу и закрываешь глаза, понимая, что молчание гораздо красноречивее даже самых красивых слов.
Глава 16

Мы ехали довольно долго и моя пятая точка успела онеметь, когда Чанёль неожиданно притормозил и заглушил мотор. Выглянув из-за его плеча, я заметил ехавшего нам на встречу Сехуна.
- Что случилось? – стянув шлем, крикнул альфа.
Остановившийся в десятке шагов от нас Се, удивлённо покрутил головой и спрыгнул с мотоцикла.
- А где джип? – также избавившись от шлема, выдохнул парень. – Я забеспокоился, что его долго нет, и решил вернуться.
Между нами повисло тяжёлое молчание, во время которого мы пытались сложить воедино картину.
- Ёбаный Тао! – не стесняясь в выражениях, ударил по рулю Чанёль.
Я лишь пискнул от страха и прижал ладошки к груди.
- Хочешь сказать, что Тао освободился от верёвок и так просто расправился с Чунмёном и моим братцем? – фыркнул Сехун. – Нет, Чан, они просто могли свернуть не в том месте!
- Не будь идиотом! – прошипел альфа. – С горной тропы только один путь – в пустыню! Тао в этом районе ориентируется отлично, так что вполне возможно, что его люди, оставшиеся в «Белой лилии» уже нас поджидали! А также не забывай, что Чонин его омега
Договорить Чанёль не смог – Сехун неожиданно подскочил к нему и схватил за грудки, а я испуганно свалился с сидения, в страхе отползая подальше.
- Не смей так говорить о моём брате! – рычал молодой альфа, гневно раздувая ноздри. – Ты с ним встречался несколько лет! Чонин столько раз прикрывал твою задницу своей спиной! А теперь ты утверждаешь, что он предатель? Может тогда предатель ты, раз променял его так просто на эту мелочь?!
- Да отвали ты! – Чанёль рассерженно оттолкнул от себя Сехуна и одёрнул рубашку. – Совсем с ума сбрендил? Может ещё рожи друг другу разобьём, а?
- Не говори гадости про моего брата!
- Я всего лишь мыслю рационально!
- Тогда я могу с такой же уверенностью предположить, что Бэк с Тао заодно и именно он навёл всю эту банду на лабораторию! – криво улыбнулся Сехун.
Уже через мгновение оба альфы, лязгая зубами, катались по песку и, что есть силы, мутузили друг друга. Тут уже я не выдержал и, отряхнув ладошки, решительно поднялся на ноги.
- Эй вы, придурки, последние мозги расплылись на солнце?! – возвышаясь над ними, звонко закричал я.
Странно, но альфы притихли и даже виновато посмотрели на меня. Не сказав друг другу ни слова, расцепили казавшуюся мёртвой хватку и медленно встали.
- Поезжай в город за подмогой, а я проверю дорогу, чтобы понять, где они могли свернуть, - приказал Чанёль, возвращая прежнюю невозмутимость.
- А с ним что? – кивнув на меня, поинтересовался Сехун.
- А он, - альфа бросил на меня выразительный взгляд, - поедет со мной.
Дождавшись, когда мотоцикл младшего скроется на горизонте, Чанёль потянулся к шлему, повешенному на руль мотоцикла, но я неожиданно крепко вцепился в его руку и заставил посмотреть на себя.
- Хватит драться из-за всякой ерунды, на твоём лице и так живого места нет, - попросил я, всё ещё удерживая тонкими пальцами крепкую кисть.
- Я дрался не из-за ерунды
- Чанёль! Сехун и Чонин близкие тебе люди, они твои друзья, и я не хочу, чтобы из-за меня ты ссорился с ними. По сравнению с ними ерундой являюсь именно я, поэтому давай сейчас сядем и поедем, хорошо?
- Ты идиот! – прошипел альфа, смерив меня уничижительным взглядом.
Ничего на это не сказав, я натянул шлем и сел с краю сидения, как внезапно сильные руки Чанёля придвинули меня ближе к рулю, а сам он пристроился сзади.
- Ты чего это? – робко пискнул я, упираясь спиной в его грудь.
- Так безопаснее, - заводя мотор, выдохнул Пак.
Мы проехали совсем немного по тропе, когда между скалами мелькнул просвет, в который вполне мог протиснуться внушительных размеров джип. Не раздумывая долго, Чанёль свернул туда и уже через пару минут мы рассекали среди песков, значительно сбавив скорость. Альфа неотступно двигался по следам шин, оставшимся после колёс джипа, будто был охотничьей собакой, выслеживающей свою жертву.
Настолько увлёкшись процессом поимки врага, мы не ожидали, что поднявшись на очередной бархан, мотоцикл заглохнет, намертво застряв передним колесом в песке, а внизу нас будет поджидать компания усмехающихся альф с автоматами наперевес.
- Твою мать, - выдохнул Чанёль, прежде чем пули просвистели над нашими головами.
Я вскрикнул, когда мужчина столкнул меня на землю, а в сотне метров от нас донеслось довольное улюлюканье. Надо же, кажется теперь мы превратились в лёгкую добычу для охотников.
- Ты куда? – я сжал пальцы на плечах Чанёля, не позволяя ему подняться.
- Я должен вытащить мотоцикл из песка!
- Они убьют тебя!
- Я буду осторожен. Лежи! – шикнул на меня альфа, после чего привстал на корточки и уцепился за сидение мотоцикла, отчаянно потянув его на себя.
- Мы вас ждали! – вопили альфы, не пытаясь приблизиться. – Покажите свои личики, наши пули к вашим услугам!
- Это бойцы Тао, - привстав на локтях, узнал я неприглядного вида альф.
- Ложись! – заорал Чанёль, буквально вдавив меня носом в песок.
Пока я отфыркивался и тёр слезящиеся глаза, Пак понял, что мотоцикл ему не вытащить и поставил себе целью стянуть сумку, висевшую у руля.
- Не надо, Чанёль! – умолял я, держась за его ботинок.
Стоило альфе чуть приподняться, как новый рой пуль пронёсся над головой.
- Суки! – неожиданно разозлившись, зарычал мужчина и, выдернув ногу, встал в полный рост, чтобы без препятствий схватить сумку.
Очередной выстрел прошил его предплечье и альфа, вскрикнув от боли, рухнул на песок. Тут же бросившись к распластанному телу, я лихорадочно принялся бить Пака по щекам, но услышав приближающиеся голоса, робко вытянул голову.
- Чанёль, очнись, они идут сюда! – не помня себя от страха, затормошил я альфу.
- Твою мать, - прошипел он, после чего перевернулся на живот и сунул руку в сумку.
Нащупав там пистолет, он отполз чуть дальше и, подавая мне сигналы подняться, тут же встал и спрятал меня за своим телом. Я прижал к груди протянутую сумку и продолжил медленно пятиться назад, в то время как Чанёль, выставив вперёд здоровую руку с пистолетом, не сводил взгляда с брошенного мотоцикла.
Стоило из-за вершины бархана показаться двум давно нечёсаным макушкам, как альфа убил их парой точных выстрелов в лоб. Оставшийся последним бандит не спешил высовываться из укрытия, тогда Чанёль, оттащив меня ещё дальше, выпустил последнюю пулю в бак с топливом и уронил на песок, закрывая своим телом.
Оглушительный взрыв как следует встряхнул сухой воздух пустыни и в ярко-голубое небо поднялся столб чёрного дыма.
- Зачем ты это сделал? – закашлявшись, выдохнул я.
- Бежим, - скомандовал Чанёль.
Взявшись за руки и не жалея ног, мы побежали вперёд, впрочем, изредка оборачиваясь, чтобы проверить, нет ли за нами погони. Когда силы нас покинули, мы устало упали прямо на песок и долго рвано дышали, пока сердце не восстановило свой прежний ход.
- Так, что у нас есть, - Чанёль сел и принялся деловито рыться в сумке. – Ммм, зажигалка, пара косяков, фляжка воды и пустой барабан. Да мы богачи, Бэк!
- Ты все пули истратил на них? – поёжился я.
- Зато у меня есть это.
Альфа приподнял брючину и я заметил острый нож, торчащий из-под высокого ботинка.
- Хочешь попить? – Чанёль протянул мне фляжку с водой и я изумлённо уставился на перепачканные в крови пальцы.
Перехватив мой взгляд, Пак поспешно всучил мне воду, а руку спрятал подальше от моих глаз. Не говоря ни слова, я подполз к нему и принялся шустро расстёгивать пуговицы рубашки.
- Бэк, может не здесь? – игриво фыркнул альфа, хотя на дне его глаз плескалась грусть и едва заметная боль.
Стянув рубашку с раненого плеча, я невольно простонал и прикрыл рот ладошкой – из дырки в коже сочилась кровь и, судя по всему, останавливаться не собиралась.
- Идиот, я же говорил тебе не высовываться! – я легко ударил Чанёля ладошкой по здоровому плечу и закусил губу. – Что делать? Скажи, пожалуйста, я всё выполню!
- Бэк, не паникуй, рана сквозная – нужно просто остановить кровотечение
Не дослушав конец фразы, я уцепился за низ своей футболки и оторвал рваную полосу ткани. Закусив от напряжения губу, перехватил мускулистое предплечье и крепко затянул ткань, с тревогой глядя на всё ещё льющуюся кровь. Оторвав ещё немного от футболки, я начал аккуратно стирать красные разводы со смуглой кожи, стараясь не причинить альфе боли или дискомфорта.
Когда кровь, наконец, перестала вытекать из раны, я вздохнул спокойно и вытер ладошкой намокший от пота лоб. Чанёль же, не говоря ни слова, положил свою широкую ладонь на мой голый мягкий живот и притянул вплотную к себе, уткнувшись носом в растрёпанные волосы. Чувствуя себя немного неловко, я начал нервно ёрзать, но услышав предупредительный рык затих, и так уже в спину что-то упиралось.
- Что будем делать? – поинтересовался я, чтобы разрядить обстановку.
- Передохнём и пойдём.
- Куда?
- Не знаю, кажется мы заблудились, - откровенно признался альфа.
Я сердито зыркнул на него из-за плеча и в то же мгновение горячие губы коснулись моего подбородка, будто пробуя на вкус. Извернувшись в сильных руках, я положил ладошки на щёки Чанёля и, крепко зажмурившись, слепо ткнулся вперёд, мазнув дрожащими губами по его губам.
- И что это было? – хрипло шепнул Пак, когда я смущённо отстранился и покраснел.
- Благодарность, - буркнул я.
- За что? – хитро прищурился Чанёль.
- За то, что ты есть, - окончательно смутившись, пробормотал я.
Каково же было моё удивление, когда альфа вновь притянул меня к себе и сладко поцеловал, мучительно терзая мои губы и едва касаясь их влажным языком. В голове всё смешалось и перевернулось вверх дном – меня целовал Пак, чтоб его, Чанёль, а я, как последняя шлюшка, висел на его шее и тихо постанывал, ибо это слишком волшебно и невероятно.
Я-то думал, что все альфы целуются как Тао – грубо, властно, подавляя и желая подчинить. Но губы Чанёля были совершенно другими – нежными, трепетными, сводящими с ума, поэтому я смело приоткрыл рот, позволяя тёплому языку знакомиться с моим, робко прижатым к нёбу.
- Какой же ты вишнёвый! – прохрипел Чанёль, с трудом оторвавшись от меня, чтобы глотнуть воздуха.
Этой паузы было достаточно, чтобы я пришёл в себя и резко отстранился, стараясь не обращать внимания на внушительный бугорок в штанах альфы. Если всё, услышанное мной, правда, то пусть не надеется, что моя девственность так просто ему достанется. Напротив, я сделаю всё возможное, чтобы приберечь её для кого-нибудь гораздо более достойного, чем Пак. И ноги мои дрожат совсем не от того, что он крышесносно целуется. И в низу живота тянет лишь потому, что я ничего не ел с утра. И в голове путаница из-за всей этой заварушки с бандой Тао, но уж никак не по причине того, что Чанёль сейчас испепеляет меня взглядом и рычит на уровне ультразвука.
- Хватит сидеть! Пошли! – скомандовал я, элегантно закинув на плечо полупустую сумку.
- Нам в другую сторону, балда, - за спиной беззлобно фыркнул Чанёль.
Глава 17

Кажется, мы шли уже целую вечность, но на нашем пути так и не встретилось ничего живого. По моей шее катились ручьи пота, которые я даже не успевал смахивать; ступни тонули в песке и каждый бархан давался всё труднее. Периодически бросая на Чанёля испытующие взгляды, я пытался определить, насколько много вреда причинило ему ранение, но альфа двигался уверенно, лишь изредка пробуя шевельнуть простреленной рукой и тут же морщась.
- Чанёль, я хочу пить, - облизнув пересохшие губы, я встал как вкопанный и прищурился от бьющих в лицо лучей солнца.
- Осталась пара глотков, - тряхнув фляжкой, определил альфа.
- Мне пол глоточка хватит, - я мило взмахнул ресничками и Пак не выдержал, протянув мне воду.
Выпив ровно половину того, что плескалось на дне, я вернул фляжку Чанёлю и устало размял шею. Мужчина стоял, повернувшись ко мне спиной, и задумчиво осматривался, а я не сводил взгляда с широкой мускулистой спины, которая была скрыта от меня лишь тонким слоем сырой от пота ткани.
- Пойдём, Бэк – нам нужно найти до темноты ночлег, а то замёрзнем, - наконец, произнёс он, начав подъём по очередной песчаной насыпи.
- Чанёль, а почему днём в пустыне жарко, а ночью холодно? – привязался я к альфе, чтобы хоть как-то отвлечься от тягостных мыслей.
- Ты же недавно в школе учился, должен знать, - не оглянувшись, бросил Пак.
- А ты не знаешь? – сверкая глазами, фыркнул я. – А мне казался таким умным альфой
Чанёль наградил меня внимательным взглядом, но ничего не сказал, продолжив взбираться вверх.
- Ну, Чанни, поговори со мной, - заканючил я.
- Чанни? – альфа закатил глаза и встал на месте, дожидаясь, когда я его догоню. – Совсем страх потерял так меня называть?
- Мило же, - я пожал плечами и неопределённо хмыкнул.
- Как скажешь, Бэкочка! – оскалился Чанёль.
Я презрительно надул губы и тут же мысленно отвесил себе затрещину – веду себя как типичная омежка, заигрывающая с альфой. Кокетничаю, глазки строю – аж смотреть противно! Впрочем, сам Пак моего мнения не разделял и явно был доволен происходящим, о чём свидетельствовала его лапища, вольготно устроившаяся на моей талии.
- Пусти, мне неудобно так идти, - попытался вырваться я.
- Бэкусь, у меня перед глазами пелена. Не буду держаться – упаду, - прохрипел Чанёль и тут же надсадно закашлялся.
- Много крови потерял, да? – перепугался я.
Заботливо положив руку на поясницу альфы и поддерживая его, мы стали медленно спускаться по склону. Правда, уже через минуту ко мне в голову закралась мысль, что один из нас, не буду показывать пальцем, бессовестно симулирует, прикрывая слабость желанием меня облапать. Я цепко ухватился за ладонь в попытке выдернуть её из-под края своих брюк, как Чанёль резко затормозил и прищурился, что-то выглядывая на горизонте.
- Что там? – не на шутку перепугался я, щуря слезящиеся от солнца глаза.
- Дом? – озадаченно посмотрев на меня, предположил альфа.
- Дом? В пустыне?!
- Меня тоже настораживает.
Сцапав за ладошку, Чанёль сел на песок и утянул меня за собой. Напряжённо кусая губы, он смотрел на медленно катившийся к горизонту солнечный диск и хмурил брови.
- Нам нельзя оставаться ночью в пустыне. Будет холодно. Ты замёрзнешь.
- А если там песчаные бандиты? – шёпотом спросил я, будто нас могли услышать.
- Скорее, это кто-то из осевших в пустыне кочевников. Бандиты не ютятся в домиках, стоящих посреди песков. Не бойся, Бэкушка, переночуем, узнаем дорогу и с утра продолжим путь, - Чанёль ободряюще мне улыбнулся, не обращая внимания на моё раздражённое шипение. – Пойдём, мой вишнёвый!
- С тобой хоть на край света! – скрыв за раздражением искреннюю правду, я поднялся вслед за альфой и зашагал к темнеющей впереди точке.
Чем ближе мы подходили к дому, тем чаще переглядывались, с трудом веря своим глазам. Это был эдакий милый одноэтажный особнячок, будто сошедший со страниц выцветших журналов – для полной идиллии не хватало раскидистого сада на заднем плане. Территория была огорожена небольшими камушками, вдавленными в песок, перед которыми мы и остановились, не решаясь пересечь хрупкую границу.
Пока я испуганно, но с интересом разглядывал закрытые наглухо ставни и облупившиеся стены, рассохшаяся дверь заскрипела и Чанёль молниеносно спрятал меня за свою спину.
- Кто такие? – просипел старческий голос, а в тонкую щель выставилось дуло автомата.
- Чанни, идём отсюда, - пискнул я, вцепившись в его клетчатую рубашку.
- Тсс, - шепнул он и тут же заговорил громче. – Мы заблудились. Не могли бы вы пустить нас переночевать?
- А зачем вы мне нужны? Может, вы бандиты? Знаю я таких! Идите отсюда, пока я вам задницы не прострелил! – продолжал кряхтеть старик.
- Мы не бандиты, у нас даже оружия нет! – альфа поднял в воздух руки. – Посмотрите на этого ребёнка – он же замёрзнет ночью!
Ребёнок в моём лице сдавленно икнул и наотрез отказался выглядывать из-за широкой спины. Несколько секунд царило молчание, после чего дверь приоткрылась и на крыльце показалась косматая седая голова.
- Кинь сумку, я её проверю!
Пак послушно швырнул сумку в руки старика и тот принялся деловито в ней копаться. Особо его заинтересовал пистолет, но увидев, что в нём нет пуль, недовольно поморщился и покосился на нас.
- Карманы выверните!
- Что за цирк? – прошипел Чанёль, но послушно выполнил просьбу старика.
А я некстати вспомнил про нож в ботинке и покрылся холодным потом. Не думаю, что деду с автоматом этот сюрприз придётся по вкусу. По настоянию Чанёля, мне тоже пришлось продемонстрировать пустые карманы, и только после этого старик смилостивился и закинул оружие на плечо.
- Проходите!
Я с замиранием сердца переступил границу, выложенную камушками по песку, и медленно засеменил к крыльцу. По мере приближения я смог лучше разглядеть хозяина дома. Он несомненно был альфой – об этом свидетельствовали и высокий рост, и широкие плечи. Даже несмотря на то, что волевое лицо было покрыто паутиной морщин, а волосы стали белыми от седины, я чувствовал опасность, исходящую от этого человека. Кажется, Чанёль тоже это осознавал, постоянно прикрывая меня своим телом.
- Без сюрпризов мне, - предупредил старик, проходя вглубь дома.
Мы зашли в тёмный коридор и, двигаясь на ощупь, добрели до гостиной. Свет в неё пробивался сквозь узкие щёлки в створках, поэтому внутри дома царил приятный сумрак и прохлада.
- Садитесь! – старик указал на продавленный диван, а сам устроился в кресле качалке, всё так же прижимая автомат к груди. – Кто такие?
- Мы шли вместе с караваном к Городу, но отстали по дороге, - туманно пояснил Чанёль.
- Ммм, - усмехнулся мужчина. – Да уж, на бандитов вы не слишком похожи. Особенно этот милый омежка!
Я побледнел и вцепился ослабевшими пальцами в дырявую обивку дивана, а Пак лишь улыбнулся и пожал плечами.
- Какой же он омега? Натуральный бета!
- Бета? – старик недовольно поморщился и задержал взгляд на моём голом животе, отчего я насторожился пуще прежнего. – Меня зовут Карим.
- Чанёль, - Пак пожал протянутую мозолистую руку и кивнул на меня. – А это Бэкхён.
- Значит, вы только переночевать? – уточнил Карим. – Вы уж извините, я живу здесь в одиночестве десять лет, не привык к гостям!
Мой взгляд зацепился за потрёпанную фотографию, приколотую к стене, на которой была изображена милая супружеская пара.
- Это мой муж! – верно определил мой интерес Карим. – Сердце не выдержало, слабый омежка у меня был. Вот только и моё сердце вместе с его остановилось.
В гостиной повисла напряжённая тишина, а я вновь поймал на себе изучающий взгляд якобы страдающего по усопшему мужу Карима.
- Простите, а как вы этот дом построили? – наконец, заговорил Чанёль.
- Я, знаете ли, инженер, - надменно улыбнулся старик. – Мы с мужем отстроили заново этот особнячок на том месте, где был наш прежний дом. Специально не стали жить в Городах, не желая существовать по придуманным кем-то правилам. Эх, знали бы вы, сколько мы сил потратили, доставая необходимый материал, а потом отстраивая дом. Выкупали нужные инструменты у караванщиков, даже сами раскопки устраивали! Но после окончания строительства мой муж умер и я остался один в этом пустынном доме.
- Очень жаль, - решил я поддержать разговор.
- Ты даже не представляешь, малыш, сколько желающих было отобрать у меня этот дом! – тут же включился в диалог Карим. – Приходили – с собаками, оружием, альфами в расцвете сил. Никому не отдал!
- А где же вы пропитание берёте? Воду, в конце концов? – прищурился Чанёль.
- Покупаю у караванщиков. Проходят тут иногда, - старик закопошился в кресле и похлопал себя по карманам. – Не угостишь сигареткой?
Чанёль вытащил из сумки косяки и отдал их обрадовавшемуся Кариму. Тут же засунув папиросу между пожелтевшими зубами, он вытащил из кармана массивную зажигалку и, щёлкнув ей, с удовольствием затянулся.
- Хотите есть? У меня похлёбка была.
- Не откажемся! – кивнул Пак.
Стоило старику покинуть гостиную, как я вцепился в руку Чанёля и принялся его трясти.
- Давай уйдём отсюда, пожалуйста! – горячо зашептал я. – Он странный! Ты видел, как он на меня смотрел? А ещё у него оружие! Он же нас убьёт! Или отравит! Чанни, давай уйдём, я тебя очень прошу!
Я видел, что альфа колеблется и раздражался ещё сильнее.
- Как ты не поймёшь, что в пустыне ты замёрзнешь! – зашипел он.
- А здесь я буду изнасилован этим старым пердуном! – сердито пробубнил я напоследок и тут же мило улыбнулся вернувшемуся Кариму.
- Вот, ешьте! – он небрежно поставил перед нами две миски с тёмно-бурой похлёбкой. – Чем богаты, тем и рады!
Как и Чанёль, я послушно взял в руки тарелку и ложку, но есть не спешил, разглядывая странное варево, в котором что-то плавало и источало не совсем приятный аромат. Альфа же, наоборот, подцепил на ложку бульон и неопознанный сморщенный кусочек чего-то, и с аппетитом проглотил.
- Может, продашь мне Бэкхёна? – не отводя от меня взгляда, спросил Карим.
Я опрокинул тарелку себе на штаны, а Чанёль закашлялся, чуть не выплюнув вместе с супом лёгкие.
- Что ж ты какой неаккуратный, продукты мне переводишь? – зацокал языком старик.
А мне внезапно стало тошно – от прилипших к коленям брюк; спёртого запаха незнакомого дома; масляного взгляда Карима.
- Спасибо за гостеприимство, но мы, пожалуй, пойдём, - поднялся с дивана Чанёль и поманил меня за собой. – Скажи «до свидания» дяде Кариму.
- До свидания! – послушно повторил я.
- Не так быстро, - нахмурился старик, направив на нас автомат. – А убирать кто будет?
- Спокойно, - примирительно улыбнулся Чанёль, а что было дальше, не поддаётся омежьей логике.
Пак мягко толкнул меня в грудь и я упал обратно на диван, а он, совершив немыслимый рывок к Кариму, выбил оружие из его рук и приложил затылком к полу.
- Бэк, быстро, на выход! – приказал Чанёль, лихорадочно ища, чем связать старика.
Задержав взгляд на вновь закровившем плече мужчины, я бросился к двери, но, пару раз её толкнув, убедился, что она заперта.
- Чанни, он её закрыл! – вбежав в гостиную, крикнул я.
- Ищи ключи! – приказал альфа.
Пока я перерывал содержимое ящиков стола, Чанёль выворачивал карманы старика, но злополучного ключа нигде не было. Нащупав шкатулку, я высыпал её содержимое на стол и невольно замер, разглядывая многочисленные зажигалки, украшения, часы и, о ужас, даже золотые коронки.
- Твою мать! – о чём-то догадавшись, опешил Чанёль. – Бэк, забеги на кухню, может ключ там?
Я послушно бросился в ту комнату, откуда старик принёс суп, и осмотрелся. Глаза зацепились за небольшое отверстие в полу, небрежно прикрытое куском брезента. Отодвинув его, я тут же отпрянул от взмывших в воздух мух и неприятного запаха гнили. Приглядевшись, я рассмотрел лежащие там разделанные куски мяса, облепленные насекомыми, и прижал ладошку ко рту.
В гостиной вновь раздались звуки борьбы и я поспешно покинул кухню, мчась на помощь Чанёлю. Посреди комнаты барахтался Карим, безуспешно пытаясь сбросить с себя Пака. Тогда я, недолго думая, схватил валявшийся неподалёку автомат и, зажмурившись, приложил старика им по голове.
- Молодец, Бэк, - одобрил Чанёль. – Ох, и живуч этот старпёр! Ничего, сейчас прирежу его и дело с концом.
- Не надо! – испугался я, оттягивая мужчину от неподвижного тела. – Не пачкай об него руки! Давай просто убежим. Кажется, там есть ещё одна дверь!
Чанёль пристально посмотрел на Карима, после чего схватил меня за локоть и потащил к чёрному входу, находившемуся за кухней.
- Ты не взял автомат! – очнулся я, когда мы пробегали мимо хранилища с мясом.
- Он не заряжен, - рыкнул Пак, положив ладонь на ручку двери. – Давай его убьём! Мне неспокойно!
- Пошли! Я всё равно не останусь в этом доме! – поторопил я альфу, первым толкнув дверь.
Но едва мы шагнули за порог, как рухнули вниз. Короткий вскрик и я со всей дури рухнул на каменный пол, зажмурившись от острой боли в лодыжках. Когда боль утихла, я медленно распахнул ресницы и замер – мы с Чанёлем валялись в каком-то дурно пахнущем колодце, где кроме нас был ещё один человек, точнее то, что от него осталось.
- Нам отсюда не выбраться, да? – поспешно отвернувшись от полуразложившегося трупа, пропищал я.
Альфа поднялся и вытянул вверх руки – до края колодца было ещё около полутора метров.
- Ты цел? – обеспокоенно взглянул на меня Чанёль.
- Да! – закивал я. – Давай я залезу к тебе на плечи и попытаюсь выбраться и найти верёвку?
- Ага, попробуем! – кивнул Пак.
Но стоило ему присесть, а мне забраться на его плечи, как он взвыл от дикой боли и прижал ладонь к пульсирующей конечности.
- Прости, прости, прости, - зашептал я, прижимая к себе скрежещущего зубами альфу. – Сейчас я ещё что-нибудь придумаю!
Не успел Чанёль мне ответить, как сверху раздались шорохи и в просвете показалось довольное окровавленное лицо Карима.
- Попались, птички, - безумно улыбнулся он, едва не капая слюной. – Ну, ничего, я дождусь, когда твой альфа подохнет и вытащу тебя, мой милый Бэкхён. Будешь моим мужем!
- Пожалуй, его действительно стоило убить, - простонал я, уткнувшись носом в шею Чанёля, не отрывавшего испепеляющего взгляда от старика.
Глава 18

Кажется, мы сидели в колодце целую вечность, хотя на деле не прошло и пары часов – солнце ещё не успело скрыться за чертой горизонта. Карим больше не показывался, Чанёль молчал, и тишину нарушало лишь жужжание мух, продолжавших кружить над трупом.
Судя по зелёному оттенку лица Пака, он успел догадаться, ложку чего съел ранее, и сейчас отчаянно боролся с тошнотой. Меня же больше беспокоило всё увеличивающееся на его рубашке кровавое пятно. Не хватало, чтобы альфа безвестно сгинул в этой яме, пройдя через столько ярких и победных сражений.
- Чанни, ты как? – решился заговорить я, впервые после долгого молчания.
- Ещё живой, - пробурчал он, прислонившись затылком к стене.
- Прости, ты был прав – нам нужно было убить Карима, - я осторожно подбирал слова и неотрывно следил за реакцией Пака.
- Да, это твоя вина, - меланхолично подтвердил Чанёль. – Но ничего, ты в любом случае останешься в плюсе – видишь, какого мужа тебе судьба уготовила. Как тебе, кстати, его запах? Слаще моего?
Я изумлённо покосился на альфу, полагая, что он шутит, но тот был совершенно серьёзен и мрачен, как никогда.
- Я лучше покончу жизнь самоубийством, чем позволю ему к себе прикоснуться! – обиженно крикнул я и отвернулся в сторону.
- Почему нет? Он ещё силён, защитить тебя сможет. Всякими лакомствами потчевать будет
- Чанёль! – я не выдержал и пнул длинную ногу, вытянутую к противоположной стене. – Что за ерунду ты сейчас говоришь?! Он не мой альфа! Он мне противен!
- Я тоже не твой альфа! Я тебе противен? – неожиданно зло взглянул на меня Пак.
Всю ярость как рукой сняло. На смену ей пришло чувство облегчения и лёгкого недоумения. Вот уж не подумал бы, что этот уверенный в себе альфа-самец будет закатывать мне истерики на почве ревности. Да ещё и где? В вонючем колодце рядом с разлагающимся трупом. Романтика!
- Глупый ты, - миролюбиво фыркнул я, подобравшись под бок Чанёля. – Мне холодно. Разве не погреешь?
Мужчина продолжал дуться и демонстративно разглядывать клочок темнеющего неба.
- Ну, как хочешь! Я тогда Карима позову
Но не успел я прочистить горло, как альфа сграбастал меня в свои огромные ручищи и накрыл губы жадным мокрым поцелуем. Я даже пискнуть не успел, а его язык уже вовсю хозяйничал в моём рту, жадно вылизывал нёбо, острый ряд зубов и дрожащие от подобного напора губы. Я задыхался, упирался острыми кулачками в плечи мужчины, но даже не думал отстраняться, потому что целоваться с ним было слишком крышесносно и волнующе. Кажется, теперь я понимаю, почему Чонин не хотел мне его отдавать.
- Какой ты сладкий! Вишнёвый! Не могу! – хрипел Чанёль, покрывая лихорадочными поцелуями мою шею и ключицы.
Я лишь рвано дышал, послушно выгибаясь в его руках и мысленно прощаясь со своей девственностью. Когда острые зубы сомкнулись на моей шее, нежно прикусывая тонкую кожу и тут же целуя в извинение, я будто проснулся и отпрянул в угол колодца.
- Ты что сделал? – похолодел я, ощупывая пальцами след укуса.
- Это называется «поставил метку». Теперь ни один альфа к тебе не приблизится! – прошипел Чанёль, пытаясь прикрыть внушительный стояк в штанах. – Ты мог бы и раньше меня оттолкнуть, а не доводить дело до критической точки!
- Ты чуть меня не изнасиловал в яме рядом с трупом! Ты животное! – скорее для виду злился я. – Ещё и метку свою поставил! Даже разрешения не спросил!
- Я твой альфа и мне не нужно твоё разрешение! И то, что ты не чувствуешь моего запаха, говорит лишь о том, что ты бракованный и у тебя проблемы с обонянием! – эмоционально размахивал руками Чанёль.
- Офигеть! – пришла моя очередь возмущаться. – Вот все вы, альфы, такие! Подавить, подчинить, властвовать! Но мы, омеги, тоже на многое способны! И не смей мне командовать, что делать! Метку он мне поставил! А о последствиях ты подумал, дурья башка?! Теперь каждый поймёт, что я омежка!
- Будешь рубашкой прикрывать. Или шарфик купим, - предложил Чанёль, зацепившись взглядом за покрасневшее место укуса.
Сердито пыхтя, я не стал отвечать, а лишь покрылся краской смущения. Если подумать, то Пак сейчас доказал свои чувства ко мне – не стал бы он метить чужую омегу просто так, из любопытства или чувства превосходства. Значит, я действительно ему нравлюсь и он хотел бы быть со мной? Этот сильный, уверенный в себе альфа, способный расправиться с кучей врагов, смело бросающийся в любые авантюры, обладатель сногсшибательного пресса, длинных ног, красивой улыбки и огромных карих глаз – мой?
- Иди сюда, холодно уже, - Чанёль притянул меня к себе здоровой рукой и крепко обнял, позволяя согреться.
Действительно стало ощутимо холодать – какой-то загробный морозец хватал за пятки, забирался за шиворот и разбегался мурашками по всему телу. Неприятно.
- Чанёль? – шёпотом позвал я, вжимаясь щекой в грудь альфы.
- Что? – мгновенно отозвался он.
- Я тебе нравлюсь? – кажется, даже сердце остановилось в ожидании ответа.
- Нравишься, - без тени сомнения.
- Ты мне, кажется, тоже.
Чанёль не ответил - его руки лишь крепче меня сжали.

***

Склонившись над скрюченным телом Чанёля, я рвано дышал и молча глотал слёзы. Яркие лучи утреннего солнца прекрасно освещали дно колодца, где к разлагающемуся трупу добавилось ещё одно бездыханное тело.
- Карим! Карим!!! – задрав голову, протяжно закричал я.
Старик будто только и ожидал моего вопля – не прошло и минуты, как я услышал приближающиеся шаги и скрип двери.
- Что случилось? – недовольно крикнул он, явив мне перебинтованное грязной тряпкой лицо.
- Он умер, Карим! – разрыдался я, тыча пальцем в Чанёля. – Я проснулся, а он не дышит! Посмотри, что с ним! Пожалуйста!
- Сдох? – кривая ухмылка разрезала морщинистое лицо. – Правильно я сделал, что не стал тратить на него патроны! По нему было видно, что не жилец!
- Вытащи меня отсюда! Пожалуйста! – я разрыдался с новой силой и отполз в дальний угол.
Карим недоверчиво посмотрел на неподвижное тело Пака, затем на меня, бьющегося в истерике, и, что-то для себя решив, скрылся из виду. Меня всего трясло от страха и волнения, перед глазами расплывались цветные круги, горло сдавило спазмом, поэтому когда в колодец опустилась верёвочная лестница, позорно взвизгнул и зажмурился.
- Вылезай, давай, мой маленький! А то провоняешь мертвечиной, - победно скалясь, вещал Карим.
В последний раз взглянув на распластавшегося на дне колодца Чанёля, я прижал ладошку к ещё горевшим от его поцелуя губам, и подошёл к лестнице. Пока я медленно поднимался, стараясь не смотреть вниз, Карим рассказывал мне какие деликатесы сделает из такого вкусного, натренированного альфы. Старый труп он, видимо, уже списал со счетов, и держал в колодце лишь для антуража и устрашения случайных путников, попавших в ловкий капкан.
- Иди сюда, мой сладкий! – сахарным голосом пропел он.
Схватив меня за ремень брюк, старик вытащил из колодца и уложил на землю. Склонился надо мной, закрывая солнце, и широко улыбнулся.
- Какой маленький хорошенький омежка! Ох, и повеселимся мы с тобой! Утехой мне станешь на старости лет!
Крючковатые от старости пальцы коснулись голого живота и надавили, будто хотели оставить синяк. Меня в буквальном смысле колотило и выворачивало наизнанку от ужаса, а Карим и не думал останавливаться, склонившись надо мной и водя носом по моему телу. Он прошёлся вдоль груди, подмышек, зарылся в волосы, а мне хотелось пнуть его, как следует, и сбросить в яму, да вот только сил было недостаточно. Когда холодный нос остановился в миллиметре от шеи, я затаил дыхание и даже зажмурился от воцарившегося напряжения.
- Метка? – охнул Карим, и это стало его последним словом.
Мне в лицо брызнула горячая кровь, а через секунду я услышал звук упавшего на дно колодца тела.
- Ты как, Бэкки? – Чанёль, не обратив внимания на боль в плече, подхватил меня на руки и прижал к себе. – Он ничего тебе не сделал?!
- Почему ты так долго поднимался, - обхватив тонкими руками чужую шею, всхлипывал я.
- Зато наш план удался, не так ли? – улыбнулся альфа.
Поставив меня на землю, он вытер окровавленное лезвие о штанину, а я испуганно заглянул в яму, увидев на дне распластавшегося Карима с перерезанным горлом. Жуткое зрелище.
- Идём, нечего тут смотреть! – потащил меня за собой Чанёль.
Хоть я и не хотел заниматься подобным мародёрством, но нам всё же пришлось порыться в вещах старика. Захватив с собой чудом найденную бутылку с водой, автомат и десяток пуль, а так же тёплые вещи, мы покинули столь «гостеприимный» дом, чуть ли не бегом бросившись прочь.
- Что теперь? – спросил я, цепляясь за ладонь Чанёля.
- Если идти вперёд, то обязательно куда-нибудь придём, - улыбнулся альфа, ещё час назад с успехом притворявшийся мёртвым. – На самом деле, в пустыне очень много людей. Это и караванщики, и песчаные бандиты, и вот такие каннибалы тоже встречаются, как ты заметил. Да и Городов сейчас немало – и больших, и маленьких. Так что не переживай, не пропадём! Ты не сильно проголодался?
- Немножко. Но кушать человечину всё равно не стану, - замотал головой я.
Чанёль лишь закинул руку на моё плечо и крепко притянул к себе. Так и шли с ним в обнимку, почти не разговаривая и изредка прихлёбывая из фляжки.
Видимо, к концу выматывающего и чрезвычайно длинного дня, судьба над нами сжалилась. Поднявшись на очередной бархан, мы не поверили своим глазам – там, внизу, раскинулось настоящее поселение, состоявшее из множества цветастых шатров и десятков людей, прохаживающихся вдоль них.
- Караванщики! – победно воскликнул Чанёль, крепко сжав мою ладошку.

***

Нам несказанно повезло, что среди караванщиков затесался Чимин – тот самый торговец, что поставлял Чанёлю оружие Ифаня. Он с интересом выслушал описанную в красках историю со стариком, посмеялся над выражением лица Пака, когда тот рассказывал про изведанное им кушанье, а потом обрадовал, сказав, что их караван как раз направляется к Городу.
- Из-за нашего многолетнего сотрудничества, я позволю тебе воспользоваться своим шатром, а сам переберусь в соседний, - лукаво поглядывая на меня, усмехнулся Чимин. – Вы идите, отдыхайте, а я вам пока еды принесу!
Уже уходя, он наклонился к Чанёлю и шепнул довольно громко, так, что даже я услышал.
- Ты зачем метку поставил на самом видном месте? Тебе же за такую омежку каждый день бои будут устраивать!
- А мне плевать! Я любого за него убью! – отрезал Чанёль. – А ты чего уши развесил? Пошли!
Немного грубо, чтобы скрыть неловкость, альфа потащил меня к находившемуся в отдалении шатру, а я улыбался как дурак и не обращал внимания на поглядывающих на нас караванщиков.
Уже гораздо позже, когда мы плотно поужинали, а посторонние звуки стихли, Чанёль воровато высунулся из шатра и убедившись, что поселение охраняется несколькими бетами, облегчённо вздохнул.
- Трудный день был, - лишь бы не молчать, сказал я первое, что пришло в голову.
- Ты прав. Будем спать? – предложил альфа, посмотрев на меня почерневшими глазами.
Я согласно кивнул и лёг на тонкое одеяло, повернувшись лицом к стене. Чанёль чуть повозился и пристроился сзади, удобно устроив широкую ладонь на моей талии.
- Как твоё плечо? – внутри всё похолодело, но я старался держаться до последнего.
- Уже лучше, Чимин намазал рану какой-то мазью, - промычал Чанёль, уткнувшись носом мне в затылок.
От этих вибраций мурашки побежали по коже и я попытался отстраниться, но меня тут же вернули на прежнее место.
- Лежи и не двигайся, - приказал Пак.
Вскоре его дыхание выровнялось, а вот я всё ещё не мог совладать с собой. С ума сойти - я лежал, прижавшись к альфе, явственно чувствуя стояк, упирающийся в задницу. Я не то что пошевелиться, вздохнуть боялся. Вдруг он слетит с катушек и изнасилует меня? А что, всем альфам только это и нужно. Не думаю, что Чанёль исключение.
Занятый такими невесёлыми мыслями, я пропустил тот момент, когда пальцы Пака невесомо сползли по моему бедру и потянули за ширинку. Запоздало дёрнувшись, я тут же оказался вдавлен сильным телом в одеяло, и мне оставалось лишь сдавленно пискнуть.
- Тсс, - успокаивающе прошептал Чанёль мне на ухо. – Прости, я больше не могу сдерживаться! Твой запах сводит меня с ума. Такой сладкий вишнёвый
Заслушавшись низким хриплым басом, я на мгновение ослабил хватку, а чужая рука уже нырнула за резинку трусов, пробираясь к моему девственному, но отчего-то оживившемуся члену.
- Пусти, я не хочу, - вновь затрепыхался я, в попытке уйти от пальцев, но в итоге ещё сильнее вдавившись в стояк Чанёля.
- Тебе понравится, - он покрывал мою шею горячими поцелуями, хрипел в самое ухо, а ловкая ладонь уже накрыла мой орган и ласково сжала.
Я зашипел, крепко зажмурившись, и видел лишь цветные размазанные круги, летающие вокруг меня в хаотичном порядке. Длинные пальцы творили в моих трусах настоящее безумие – нежно гладили ствол, щекотали головку, сжимали яички и вновь проходились по всей длине, унося в неведомые ранее дали райского блаженства. Всё тело прошивало разрядами тока, в низу живота скрутился тугой клубок болезненного удовольствия, все нервы и чувства обострились до чрезвычайности, внося сумятицу в и без того идущую кругом голову.
В трусах было невыносимо горячо, анус чесался, будто перед течкой, и в нём стало подозрительно влажно. Толкаясь в руку Чанёля, тихо постанывая и потираясь попкой об его стояк, я понимал, что полностью капитулировал. Непостоянная омежья сучность сдалась во власть альфы-самца, готовясь раздвинуть перед ним ноги и кричать от наслаждения, пока горячий член будет вытрахивать упругую задницу.
От этих порочных мыслей голова пошла кругом и я кончил, тонко всхлипнув и забрызгав спермой руку Чанёля. Он, ещё не достигший пика удовольствия, продолжал гладить обмякший орган и рычать, вдавливаясь пахом в мою задницу. Не знаю, что на меня нашло, но я начал подаваться ему навстречу и потираться о внушительный стояк, сладко при этом постанывая. Хватило пары движений, чтобы Пак задохнулся от оглушительного оргазма, крепко вжавшись в меня и дрожа всем телом.
Мы понемногу восстанавливали дыхание и ждали, когда рассеется безумный туман в голове, возвращая прежнюю трезвость и расчётливость ума. Ладонь Чанёля всё ещё была в моих трусах, что теперь изрядно меня смущало и нервировало, но оттолкнуть его просто не было сил.
- Негодный мальчишка, у меня теперь все штаны мокрые, - наконец, пробурчал альфа, выпустив мой член и сев.
Найдя в себе смелость, я покосился на него и вздрогнул – Чанёль облизывал испачканные в сперме пальцы и порочно улыбался.
- Что смотришь? Должен же я знать, каков мой омежка на вкус! – подмигнул он мне.
- Ты самый мерзкий извращенец, что встречался в моей жизни! – завопил я, торопливо застёгивая ширинку.
Пробравшись к выходу, я уже высунул нос наружу, но тут же отпрянул – привычный ещё с прошлой ночи морозец цапнул и отбил всё желание спать на улице.
- Даже не приближайся ко мне! – приказал я, отгородившись сумкой и рюкзаком с вещами.
- Замёрзнешь и сам придёшь, - хохотнул альфа, довольный донельзя и раскинувшийся на одеяле за моей спиной.
Глава 19

Замёрз и пришёл. Сам. Честно, удивился, когда, проснувшись, обнаружил себя в объятиях любимого альфы. Первое желание – оттолкнуть и выбежать из шатра, оказалось тут же задушено на корню, стоило только взглянуть в расслабленное сейчас лицо.
Немного повозившись, чтобы не нарушить чувствительный сон Чанёля, я удобно устроился в его объятиях и внимательно вгляделся в ставшие такими родными черты лица. Сейчас я впервые видел его так близко и никак не мог насмотреться, отмечая каждую мелочь, будь то морщинки в уголках глаз или пара седых волосков на висках.
Вблизи я видел, что возраст успел оставить на Чанёле свой след. Нет, он не выглядел старым, но жёсткие черты лица, небольшие шрамы и складки на лбу, спрятанные под густой чёлкой, явно указывали на то, что передо мной не двадцатилетний парень. Но мне нравился весь Пак – таким, каким он был. Временами грубый и заносчивый, порочный, и в то же время надёжный и заботливый. И его мозолистые руки, лежащие на моей талии, казались самыми сильными и тёплыми в мире. И я готов был выцеловывать каждую морщинку, каждый рубец, в качестве безмолвного принятия своих чувств к альфе.
Внезапно уколовшая сознание мысль, подтолкнула меня выбраться вначале из тёплых объятий, а затем и из шатра. Караванщики понемногу просыпались и сейчас лениво прохаживались, неторопливо собирая вещи или греясь у костра. Ночная прохлада ещё не отступила до конца, поэтому я крепко обхватил себя руками и направился к окраине поселения, подальше от людей и их любопытных взглядов.
Усевшись на песок, я обратил лицо к светлеющему небу и глубоко вдохнул. Осознание того, что разница между мной и альфой – целых пятнадцать лет – навалилось совершенно неожиданно. Возможно, в прежней жизни подобная разница не казалась пугающей, но сейчас же всё поменялось. Чанёль застал старый мир. Он видел своими глазами всё то, что мне было знакомо лишь по выцветшим картинкам в старых журналах и книгах. Он ел настоящую вишню, о вкусе которой я мог лишь догадываться. Пережил апокалипсис. Научился жить в новом мире. Не сломался. Выстоял. Помог спастись другим. Интересно ли ему будет с шестнадцатилетним парнишкой, который до сих пор ничего не добился в этой жизни? Я слабый, чувствительный и порой совершенно беспомощный, а ещё до безумия в него влюблённый.
- Ты почему здесь? – знакомый низкий бас коснулся ушей, и в то же мгновение на мои плечи опустилась тёплая куртка.
- Уже проснулся? – я обернулся со смущённой улыбкой, и вздрогнул от короткого, но нежного поцелуя.
- Не уходи никуда без меня, - строго произнёс альфа, помогая мне подняться. – Позавтракаем и двинемся в путь.
- Вместе с караванщиками? – вцепившись в широкую ладонь, выдохнул я.
- Нет, вдвоём. Нам некогда их ждать, - помотал головой Чанёль.

***

Прихватив с собой немного запасов еды и воды, а также криво начерченную Чимином карту, мы тепло попрощались с караванщиками и продолжили путь. Теперь, имея в наличии автомат, я чувствовал себя более спокойно. Да и плечо альфы, кажется, пошло на поправку – по крайней мере, перестало кровоточить, как раньше.
- И долго нам идти до Города? – щурясь на солнышке, спросил я.
- К вечеру должны быть на месте, - отозвался Чанёль. – Поэтому никаких привалов, а то опять придётся морозить задницы на песке.
- Если честно, я так устал. Хочется поспать в тёплой кроватке. А ещё было бы неплохо помыться! – мечтал я, стараясь не замечать жадного взгляда, блуждающего по моей заднице.
- Да уж, а ещё покушать бы не мешало, а то скоро одни кости останутся, - констатировал альфа, будто невзначай коснувшись моих ягодиц.
- Не лапай! – взбрыкнул я, бросив на него испепеляющий взгляд из-под ресниц.
- Бэк, ты почему такой вредный? – фыркнул Чанёль. – Сам вчера стонал в моих руках, бурно кончил, но всё равно продолжаешь корчить из себя недотрогу.
- Ничего я из себя не корчу! – искренне оскорбился я. – Тебе, конечно, проще – ты взрослый альфа, у которого в постели перебывали сотни омег! А ты у меня первый. Как я могу быть уверен в том, что ты не воспользуешься мной? Я не хочу остаться один. Кому нужен бракованный омежка?!
- Первый и последний, - пропустив всё остальное мимо ушей, припечатал Пак.
- Почему я?
- Что «почему я»? – не понял альфа.
- Почему я твой омежка? Почему ты выбрал меня? Я же маленький и неопытный, - тихо произнёс я, приоткрывая завесу над своими недавними страхами.
- Не я выбрал, а природа, - нахмурился Чанёль. – И вообще, лучше бы ты задался вопросом о том, почему не чувствуешь меня и мой запах? Или я тебе не нравлюсь? Я слишком стар для тебя? Ты из-за этого переживаешь?
Я невольно закатил глаза и подавил довольную улыбку – всё же, у моего альфы слишком много страхов. Надеюсь, это не кризис среднего возраста.
- Ты самый лучший, - я развернулся к нему и, привстав на цыпочки, целомудренно поцеловал в щёку. – Пойдём быстрее, я хочу домой!
Вновь сцапав мою ладошку, Чанёль широко улыбнулся и, чуть ли не вприпрыжку, побежал вперёд.
Привал нам, всё же, пришлось сделать. Пока я обессилено сидел на песке, прикладывая ко лбу смоченную в воде тряпицу, Чанёль убежал вперёд, продолжая на бегу сверяться с картой и делать какие-то пометки. Надеюсь, мы не заблудились.
Я потянулся на ощупь к фляжке, как внезапно услышал тихое шипение сбоку от себя. Растерянно повернув голову, я застыл от ужаса и едва не лишился чувств – в метре от меня, выгнувшись причудливой дугой, нависала кобра, угрожающе раскрыв капюшон. Ранее виденная мной лишь на картинках, сейчас она казалась плодом больного воображения и распалённого жарой сознания. Безумно красивая, живая, настоящая, и, в то же время, смертельно ядовитая.
- Бэк, только не шевелись, - услышал я сдавленный шёпот Чанёля.
Да я даже моргать боялся, не то что шевелиться.
Смотрел на покачивающуюся змею, будто загипнотизированный, и чувствовал себя кроликом, которого вот-вот съедят. Некстати вспомнилось, что змеи могут целиком проглатывать человека. Хотя, может это не кобры? Или речь шла о мелких зверьках? Или это были просто страшилки Кенсу, чтобы меня попугать? К чёрту всё! Мне ещё рано умирать, я молодой и неопытный, я ещё не познал вкуса взрослой любви в объятиях Чанёля.
Пока я мысленно истерил, альфа не стоял без дела – он присел на корточки и подполз к кобре с другой стороны, заставляя её развернуться к себе.
- Ползи! – шепнул он.
- Куда? – так же тихо ответил я.
- Подальше! – сверкнул глазами Пак.
Стараясь дышать через раз, я осторожно, по миллиметру, стал отодвигаться от змеи, мысленно умоляя судьбу в очередной раз спасти мою задницу. Когда же мне, наконец, удалось отползти на безопасное расстояние, я поднялся с песка и бросился со всех ног куда подальше. Чанёль догнал меня через минуту и крепко обнял, вдавив лицом в свою грудь.
- Чанни, ты убил её? – лихорадочно дрожа, спросил я.
- Посмотри на неё, - альфа обернулся к кобре, всё ещё сидящей рядом с брошенным на песке рюкзаком. – Змей почти не осталось. Возможно, она последняя. Она – как память о прошлой жизни. Она тоже выжила. Как я, как ты, как другие.
- Мы остались без воды, - пробубнил я, впрочем, не став спорить с Чанёлем.
- Скоро уже Город, не переживай, - и от улыбки мужчины стало спокойнее.

***

К счастью, до Города мы добрались без приключений, и прошли через главные ворота, когда солнце ещё лишь катилось к горизонту. Дома нас встречал не только всклокоченный Сехун с тёмными кругами под глазами от недосыпа и усталости, но ещё и незнакомый мне альфа с глубоким шрамом на правой щеке. Почувствовав на себе его внимательный взгляд, я испуганно нырнул за спину Чанёля, совершенно не желая нажить себе очередных проблем.
- Хён, где вы были так долго?! Мне пришлось отправить людей в пустыню! – Сехун крепко обнимал альфу и едва не плакал. – Знал бы, что так случится, не отпустил одних!
- Рад, что с тобой всё в порядке! – усмехнулся мужчина с шрамом, пожимая протянутую руку. – Не желаешь меня познакомить с этим чудом?
Я чуть не присел от страха, до того подозрительной показалась мне его фраза.
- Это Бэкхён, бета. Я выкупил его у караванщиков, - произнёс Чанёль, чуть подталкивая меня вперёд. – Познакомься, это хозяин Города – Чжан Исин.
- Здравствуйте! – выдохнул я.
- Ты слишком хорош для беты, - прищурился мужчина, пока я тихо радовался, что спрятал метку за воротником куртки. – Мне нужно поговорить с вами двумя наедине, без лишних ушей.
Что-то коротко приказав охранникам, Пак ушёл вместе с Сехуном, а мне не оставалось ничего иного, как бегом броситься в свою квартиру.
Первым делом я помылся и привёл себя в относительный порядок. Свежая рубашка и брюки приятно холодили кожу, а впервые за долгое время расчёсанные волосы перестали напоминать воронье гнездо.
Без толку послонявшись по дому, я сел на диван в ожидании Чанёля и сам не заметил, как задремал, уставший от долгой дороги.
Разбудили меня поцелуи, короткими разрядами пробегающиеся по коже. Я чуть взволнованно приоткрыл ресницы, но увидев нависающего надо мной Чанёля, расслабился и улыбнулся, зарываясь пальчиками в его лохматую шевелюру.
- Прости, что разбудил, - сверкая глазами в темноте, извинился он.
- Я ждал тебя. Ты покушал? – странно, но ночью всё стеснение как рукой снимало.
- Заботишься обо мне?
- Конечно, - беззлобно фыркнул я.
- Я только немножко посижу с тобой и пойду.
- Куда?
- Хозяин Города просил возглавить охрану у крепости – он боится нападения Ифаня. Так что буду дежурить там всю ночь, а утром отправимся к «Белой лилии» вызволять Чонина и Чунмёна.
- Но ты же не отдохнул! – растерялся я.
- Бэкки, моих людей недостаточно, чтобы ввязываться в бойню с Тао. Исин обещал помочь, если я подежурю этой ночью.
Стало страшно за альфу, так тяжело и устало дышавшего рядом со мной, я крепко обвил его шею руками и зажмурился, глубоко вдыхая чужой запах.
- Что ты делаешь? – прохрипел Чанёль, пока я водил носом по его шее и жадно дышал, впитывая по крупицам аромат.
- Знаешь, мне нравится, - наконец, вынес я вердикт. – Звёздочек в глазах, конечно, нет, но сладкий привкус на языке остаётся! А вообще, мы оба странные – я не чувствую толком твой запах, а мой чувствуешь только ты.
- Мы достойны друг друга, - уткнувшись в мои волосы, прошептал альфа. – Я пойду, Бэкки. Не переживай – я прикажу охранять твою дверь, но ты запрись изнутри на всякий случай. А утром обязательно зайду попрощаться и зацелую!
- Ты не возьмёшь меня? – надулся я.
- Я не готов рисковать своей хрупкой омежкой, - сказал, как отрезал, Чанёль. – Не скучай и спи сладко, а я пойду.
С сожалением расцепив мои объятия, мужчина поднялся с дивана и направился к выходу, а у меня внезапно защемило в сердце.
- Чанни?
- Что? – с надеждой обернулся альфа.
- Ты можешь немного задержаться?

***

Я без сожаления расставался с одеждой, будто змея, сбрасывающая кожу, и обнажал перед Чанёлем всю свою сущность – нежную, трепетную, принадлежащую ему одному. Я не желал больше хранить девственность, потому что дороже её для меня был мой альфа, уже не раз жертвовавший собой и своей жизнью ради меня. Если любит, то никуда не денется. Не обидит и не забудет. Не предаст. И моё тело – всего лишь крошечная плата за ту заботу, что он ко мне проявлял.
Лишь сейчас, в его руках, я понимал, что хранить нужно не девственность, а верность и преданность. Защищать не свою невинность, а того, кого любишь. Беречь не себя, а свои чувства.
- Бэкки, - восхищённо и едва слышно прошептал Чанёль, когда я предстал перед ним полностью обнажённым.
Мы стояли напротив друг друга – огромный альфа и хрупкий омега. И моя тонкая ладошка так органично смотрелась в его широкой руке, что сердце сладко замирало и будто падало в бездну.
- Люблю тебя, - сжимая мои обнажённые ягодицы, выдохнул мужчина.
- И я тебя люблю, - приподнявшись на носочках, признался я.
Мы целовались нежно и трепетно, никуда не торопясь и не срываясь на слепую страсть. Я покорно приоткрыл губы, встречая язык Чанёля, посасывая его и тут же передавая инициативу в поцелуе. Внутренности обжигало пламенем, но больно не было – было правильно. И осознание того, что я сейчас открываюсь Чанёлю, впервые не страшило меня.
- Какой же ты у меня маленький, - в перерывах между поцелуями, шептал мужчина.
Его губы медленно скользили по скулам, тонкой шее, едва касались ключиц и вновь возвращались к приоткрытым в немом стоне губам. Заботливо подхватив меня на руки и уложив на диван, Чанёль сел на пол и принялся скользить уверенными движениями по белеющим в темноте бёдрам.
- Так стыдно, - улыбнулся я, жмуря ресницы, когда он поцеловал мои коленки, всё ближе подбираясь к члену.
- Ты мой, я хочу тебя всего попробовать, - усмехнулся Чанёль, прежде чем накрыть губами влажную головку.
Я протяжно простонал и подкинул вверх бёдра, толкаясь вглубь чужого рта и тут же одёргивая себя за подобную вольность. Но альфа не сопротивлялся и покорно заглотил член по самое основание, чуть щекоча чувствительные к ласкам яички.
Бесстыдно раскинув ноги, я стонал и комкал в пальцах простынь, умоляя Чанёля не останавливаться. Мучительно краснея, я тайком дёрнул себя за сосок и невольно выгнулся дугой. Заметив этот фокус, альфа отбросил мою руку и сам начал ласкать тяжело вздымающуюся грудь.
- Я сейчас - задрожав, предупредил я.
Мужчина моментально отстранился и ловким движением перевернул меня, поставив на корточки. Не говоря ни слова, начал покрывать обжигающими поцелуями крылья-лопатки, выступающие позвонки и ямочки на пояснице. А я лежал, уткнувшись в подушку, и плакал от счастья, потому что это было слишком мучительно и прекрасно.
Почувствовав на ягодицах чужие губы, я сжался, но когда язык скользнул в колечко мышц, мои коленки невольно разъехались и я кляксой стёк на простынь. Не отрываясь от вылизывания ануса, Чанёль подхватил меня под живот и вернул в прежнюю позицию, продолжив поддерживать моё бьющееся в судорогах тело.
- Позволь, я сам, - отстранившись через минуту, попросил я.
Чанёль послушно отодвинулся, а я, встав на колени, завёл руки за спину и коснулся пальчиком влажного колечка мышц. Зажмурившись, протолкнул его внутрь и слегка пошевелил. Когда глухая боль утихла, я добавил второй палец и начал мягко их разводить, подготавливая свою девственную задницу для члена Чанёля. Кстати, о нём – я умудрился свободной рукой нащупать ствол альфы и восхищённо замереть, так как, судя по ощущениям, он был очень большим и твёрдым.
- Незабываемое зрелище, - промурлыкал Чанёль над моим ухом, протискивая к моим двум свой палец.
- Мне так стыдно, - всхлипнул я, прильнув спиной к груди мужчины.
- Даже не представляешь, как хорошо тебе сейчас будет, - самодовольно заявил альфа, надавливая на поясницу и возвращая меня в прежнюю позицию.
Чувствую, что выглядел я крайне пошло – полностью раскрытый перед Чанёлем, с растянутой оттопыренной задницей, прижатым к животу возбуждённым членом. Просто вали и трахай, чем он, собственно говоря, и готов был заняться.
- Ты уверен? Точно готов? – наклонившись ко мне, шепнул альфа.
- А что, ты ещё можешь остановиться? – чуть повернув голову, спросил я.
- Нет, но спросить следовало, - хмыкнул он, подавшись вперёд.
Горячий член прошёлся между ягодицами, поддразнивая, а затем упёрся во вновь сжавшееся колечко мышц.
- Выдохни и расслабься, - строго приказал Чанёль.
Я послушно выдохнул и тут же тонко пискнул – головка резко вошла в меня, а следом за ней, по ничтожному миллиметру, начал протискиваться крупный ствол альфы. Чувствуя себя слабой бабочкой, которую насквозь прошили булавкой, я скрючился от горячей боли и затих.
- Тшш, маленький, уже всё, - войдя полностью, успокаивающе шептал Чанёль.
Его пальцы надрачивали мой опавший член, возвращая к жизни заодно и меня. Немного привыкнув к распирающему чувству, я чуть дёрнул бёдрами и альфа понял меня без слов. Положив широкие ладони на мои ягодицы, Чанёль начал осторожно вбиваться в меня, понемногу увеличивая темп. Если вначале у меня всё дико болело и я желал скорейшего финала, то вскоре начал ощущать ни с чем не сравнимое удовольствие, особенно когда Чанёль начал входить в меня под определённым углом. Не прошло и двух минут, а я уже кричал от наслаждения, наверняка перебудив весь Город своими воплями. Особый кайф я чувствовал, когда его яички ударялись о мою кожу, и каждый раз я пытался прогнуться сильнее и ещё глубже насадиться на горячий член, чтобы почувствовать это лёгкое прикосновение.
Когда пальцы Чанёля уверенно обвели по кругу мою истекающую смазкой головку, я не выдержал и бурно кончил, заляпав спермой простынь и подушку. Крепко сжав внутри член альфы, я уже надеялся, что он кончит в меня и мы сцепимся, но Чанёль с рыком вышел и излился на мою спину.
Обессиленные и вымотанные до предела, мы лениво целовались, сбросив испачканное бельё на пол, и вскоре я отключился, так и не выпустив из своей руки ладонь мужчины.
Но сон мой длился недолго, и на этот раз пробуждение было гораздо менее приятным, чем в прошлый раз. С трудом разлепив ресницы, я услышал отчётливые выстрелы на улице и громкие вопли. Машинально положив ладонь на то место, где должен был лежать Чанёль, я почувствовал лишь пустоту и холод обивки.
Подбежав к окну, я не поверил своим глазам – по улицам разъезжали незнакомые джипы, повсюду гремели выстрелы, валялись тела, а из-за полыхающего рынка было светло как днём.
- Чанёль! – задыхаясь от страха, я подбежал к одежде и начал поспешно натягивать вещи.
Прогремевший на улице взрыв заставил меня присесть, а стёкла в окнах испуганно задрожать. В сердце что-то мучительно оборвалось, будто только что я потерял самое ценное, что было в моей жизни.
Глава 20

Немного придя в себя, я подбежал к двери и испуганно выглянул в глазок – обещанного Чанёлем телохранителя видно не было. Что ж, тогда тем более нет смысла здесь отсиживаться!
Стараясь не шуметь, я выбрался на площадку и зябко поёжился. Лишь рваные отблески огней, падающие на стены сквозь разбитые окна, освещали мой путь. Но стоило мне спуститься на один пролёт, как подъездная дверь хлопнула, судя по голосам, впуская несколько человек.
- Он должен быть здесь!
- Быстро проверить все квартиры!
Не понял, это что – меня ищут?! Прижавшись к стене, я поднялся на свой этаж и нырнул в квартиру, тут же запершись изнутри. Зажав ладошкой рот, я нервно мялся у порога и не знал, что делать. Раньше рядом всегда был Чанёль – опытный и сильный боец, с оружием, крепкими кулаками и недюжинной смекалкой. Но сейчас-то я был совершенно один, и мой скудный омежий мозг не мог выдать ни единой стоящей идеи.
- Нужно найти Чанни! – наконец, решил я, и прислушался к звукам из подъезда.
Судя по приближающимся крикам, незнакомцы уже были совсем рядом, так что медлить некогда. Впервые за всё время пребывания в квартире, я осмелился выйти на балкон и осмотреться – рядом с ним проходила пожарная лестница, но до неё ещё нужно было дотянуться.
Немаленькая высота изрядно меня страшила, но ещё больше пугали альфы, что сейчас рыскали по дому, поэтому я осторожно забрался на ограду балкона и, одной рукой крепко уцепившись за кирпичный выступ, второй потянулся к лестнице. Ощутив в ладони холодный металл, облегчённо выдохнул, и, подобно мартышке, перебрался на неё полностью.
Странно, никогда не замечал за собой особой смелости, но тут, видимо, страх оказаться пойманным сказался. Я шустро перебирал конечностями, всё ближе приближаясь к земле, когда на балкон второго этажа, мимо которого я проползал, вышел незнакомый альфа с автоматом на плече. Я так и замер с приоткрытым в ужасе ртом, в глупой надежде, что он меня не заметит.
- Хорошо горит! – удовлетворённо посмотрев на полыхающий рынок, заметил мужчина, и уже хотел уйти, как его взгляд упал на меня.
- Здравствуйте, - ляпнул я первое, что пришло на ум, и продолжил карабкаться вниз.
Альфе, на осмысление ситуации, потребовалось чуть более пяти секунд. Когда он дуром заорал, что нашёл омегу, мне не оставалось ничего иного, кроме как спрыгнуть вниз и взвыть от удара об землю. Схватившись за пострадавшие щиколотки и убедившись, что они целы и невредимы, я поднялся и заковылял в самую гущу вопящего народа, в надежде затеряться среди них.
- Мне нужно добежать до ворот. Там Чанёль, он спасёт меня! – уговаривал я сам себя, проталкиваясь через кричащую толпу.
Где-то за спиной прогремел очередной взрыв, зацепивший нескольких человек, но я продолжал упрямо двигаться вперёд. Я не знал, кто напал на Город. Не знал, кто ищет меня и зачем. Не знал, почему вокруг гремят автоматные очереди и ни в чём не повинные горожане замертво падают на песок, пропитывая его своей кровью.
- Ловите его!
- Вон он!
- Я вижу!
Поняв, что эти реплики относятся ко мне, я резко сменил курс и бросился в сторону трущоб, где сейчас толпились раненые альфы и беты. Пробежав пару домов, я устало прислонился к стене и прижал ладонь к колющему боку. Мой слабый организм не был приспособлен к долгой беготне, но внезапная мысль о том, что Чанёль обрадуется, когда узнает, как я убежал от врагов, подбодрила меня и толкнула вперёд.
Я вновь помчался по тёмным грязным проулкам, поэтому когда мне навстречу выпрыгнул ненавистный рыжий бета, едва не скрипнул зубами от отчаяния.
- Попался! – ухмыльнулся он, довольно потирая руки.
- Опять ты, Минсок?! – не на шутку разозлившись, прошипел я. – Когда ты уже отстанешь от меня, а? Вечно все мои проблемы с тобой связаны!
- Эй, я его нашёл! – игнорируя меня, завопил рыжий.
Уж не знаю, откуда во мне взялись силы, но я подскочил к бете и с хрустом впечатал свой кулак в его скулу. С удовлетворением отметив, как закатились глаза Минсока, а сам он мешком рухнул на землю, я похлопал сам себе и ловко через него перепрыгнул. Впрочем, далеко мне уйти не дали.
- Стой, где стоишь! – раздался за спиной грубый крик и щелчок затвора. – Руки за голову!
Поморщившись, я послушно выполнил приказ и тут же вскрикнул от боли – незнакомый альфа грубо схватил меня за плечо и развернул к себе лицом.
- А для омежки ты неплохо бегаешь! – с толикой восхищения, заметил он.
- Лучше убери свои руки, пока мой парень тебе их не оторвал! – смело прошипел я. И откуда только взялось?
- Ах ты, дерзкая дрянь! – альфа схватил меня за волосы и сильно встряхнул. – Если бы не приказ босса, стонал бы ты сейчас подо мной и отрабатывал каждое поганое слово, слетевшее с твоих нежных губ!
- О да, стонал бы я исключительно от отвращения! – продолжил зубоскалить я.
Альфа замахнулся, чтобы припечатать мне в глаз кулаком, как поднявшийся Минсок неожиданно пришёл мне на помощь.
- Не трогай! – предупредительно крикнул он, смерив меня уничижительным взглядом. – Иначе босс нам обоим головы оторвёт!
Скрутив руки за спиной, альфа потащил меня прочь из трущоб. Рыжий шёл впереди и расталкивал попадающихся ему навстречу раненых, а я продолжал вырываться и громко звать Чанёля. Почему-то казалось, что ему обязательно передадут, что видели меня в компании двух подозрительных типов, и он сразу же догадается, где я должен быть.
Наконец, меня дотащили до джипа, в котором сидело ещё двое мужчин, и грубо затолкали на заднее сидение, заткнув рот какой-то грязной тряпкой. Пока я подавлял в себе рвотные позывы, один из альф завёл мотор и поехал вдоль разрушенной улицы, прямиком к воротам. Другой тип, тот что скрутил меня, высунулся в открытое окно и беспорядочно стрелял из автомата, каждый раз победно свистя, когда ему удавалось кого-то подстрелить.
- Вмыдовыаодаоыдфажофано! – отчаянно дёргаясь, мычал я.
- Что ты сказал, упырь? – бросил на меня недовольный взгляд Минсок.
- Додаыовдаоыффжоа! – надрывался я.
- Я тебя не понимаю! – продолжал изгаляться рыжий.
- Фука! – кажется, вполне понятно вышло.
Тем более, что глаза беты сузились и он отомстил мне, с силой приложив о переднее сидение.

***

- Эй, вставай, придурок! – кто-то легко пнул меня, и я с трудом приоткрыл тяжёлые веки.
Картинка перед глазами всё время расплывалась, в горле пересохло, а голова была готова расколоться на части. Собрав последние силы, я сел и осмотрелся. Я лежал на каменном полу в небольшой комнатке. Судя по единственному зарешечённому окошку и тяжёлой бронированной двери – это было тюремная камера. Замечательно!
- Вставай! Тебя хочет видеть хозяин!
Только сейчас я обратил внимание на высокого альфу в форме. И что им всем от меня надо? Сдохнуть спокойно не дадут. Я опять повалился на бок, но мужчина схватил меня за шкирку и силком поставил на ноги. Вот, чёрт – запястья зажаты наручниками. Как ещё в деревянные кандалы не заковали, изверги!
Едва передвигая ногами, я устало плёлся за альфой по многочисленным петляющим коридорам, и нехотя размышлял на тему, кто этот хозяин и что ему от меня нужно. Но самый главный вопрос, волновавший меня, заключался в том – где Чанёль и как скоро он меня спасёт?
И вообще, может дело в том, что я нарушил свою клятву и переспал с ним, и тем самым навлёк беду? От этих мыслей стало ещё хуже, поэтому я решил вообще не думать и плыть по течению. Всё равно мозги спеклись и, судя по корочке крови на лбу, Минсок явно был чемпионом в боях по удару противника о сидения.
Наконец, альфа остановился и постучал в одну из дверей. Не дожидаясь ответа, дёрнул за ручку и протолкнул меня внутрь, а сам остался ждать снаружи.
Когда дверь за спиной хлопнула, я медленно поднял голову и вздрогнул – за широким столом, заваленном бумагами, сидел уже немолодой светловолосый альфа, и криво ухмылялся, глядя на меня. На длинных нервных пальцах сверкали многочисленные перстни, а сами подушечки торопливо стучали по крышке стола, будто в нетерпении. Мужчина был затянут в военную форму, подчёркивающую стройную фигуру, да и сам выглядел весьма аристократично и интригующе, вот только его запах – резкий, удушающий, портил всё впечатление.
- Ну, здравствуй, мой неуловимый омежка! – расплывшись в улыбке, поздоровался альфа.
- Я не ваш! – хрипло отрезал я, только сейчас заметив торчащие из-под стола тощие ножки.
- Не обращай внимания, он почти закончил, - отмахнулся, так называемый, хозяин. – Малыш, бери глубже, а то папочка будет ругаться!
Я напряг слух и услышал мерзкие причмокивающие звуки. Недовольно скривился и почувствовал тошноту, подбирающуюся к горлу. Это с кем это он так? И неужели я тоже буду однажды с ним
- Меня зовут Ифань! – тёмно-карие глаза чуть закатились от удовольствия, но мужчина вновь вернул прежнюю ясность взгляду. – Ты, наверное, задаёшься вопросом, зачем мне нужен?
- Я задаюсь лишь одним вопросом – нельзя ли было позвать меня на пять минут позже! – я выразительно кивнул на худые ножки и поморщился.
Альфа несколько мгновений недоумённо хлопал ресницами, а затем тихо рассмеялся.
- А ты мне нравишься! Забавный малый!
- К сожалению, не могу ответить взаимностью! – хмыкнул я.
Нет, правда, откуда во мне столько уверенности? Раньше я бы и рта раскрыть не посмел, а теперь Может, всему виной метка, горевшая огнём на шее? Теперь я знал, что у меня есть альфа – верный, надёжный и преданный. И он меня найдёт и спасёт из лап этого монстра, иначе и быть не может!
Ифань особенно громко простонал и откинулся на спинку стула. Отдышавшись, застегнул ширинку, и потрепал невидимого мне обладателя хрупких щиколоток.
- Можешь вылезать! Ты хорошо потрудился! – похвалил он, а у меня вырвался нервный смешок.
Но каковы же были мои шок и удивление, когда из-под стола выбрался растрёпанный, покрасневший Кенсу, торопливо стирающий с распухших губ чужую сперму. Заметив меня, он вздрогнул и отпрянул к стене, а в огромных глазах заблестели слёзы.
- Встреча старых друзей, что может быть милее? – усмехнулся Ифань, неусыпно следя за нашей реакцией. – Скажи мне спасибо, малыш, что я положил столько сил, чтобы найти твоего дружка! Кстати, Бэкхён, он научит тебя всем премудростям секса. Думаю, уже на днях мы попробуем развлечься втроём. Кенсу будет работать ротиком, он в этом профи, а я буду трахать твою девственную задницу!
- А вот хрен тебе! – оттянув ворот футболки, крикнул я.
Увидев метку, глаза Ифаня сузились, и он пулей подлетел ко мне, вдавив спиной в стену.
- Успел, значит? Пак, сукин сын! – шипел альфа, водя пальцем по метке. – А ты ведь действительно не пахнешь, поэтому я и не почуял ничего! Ну ладно, эту метку мы прижжём железом, а я тебе новую поставлю. М? Как тебе такая идея?
- Ты не посмеешь! Чанёль придёт и убьёт тебя! И всех твоих псов! И за Кенсу отомстит! Ясно тебе? – задрав голову, завопил я.
Грубая пощёчина едва не лишила меня чувств. Я слышал, сквозь гул в ушах, как меня тащили обратно в камеру, как бросили на холодный пол и хлопнула железная дверь за спиной. А потом отключился, в очередной раз.

***

- Бэкки, подними же голову.
Ласковый шёпот коснулся ушей и я послушно пошевелился, чувствуя, как меня заботливо уложили на худые колени. Когда же несколько капель упали на потрескавшиеся губы, я открыл глаза и торопливо выдернул из чужих рук стакан с водой, тут же осушив его до дна.
- Ааа, кайф! – я прикрыл ресницы и облегчённо вздохнул.
- Ты как?
Только сейчас поняв, что не один, я открыл глаза и увидел над собой обеспокоенное лицо Кенсу. Друг, стараясь не пересекаться со мной взглядом, отжал в глиняной миске чистую тряпку, и начал осторожно оттирать с моего лба кровь.
- Кенсу, я так скучал! – резко вскочив, я крепко прильнул к другу и совсем по-детски разревелся.
- Пусти! Я грязный! – тут же начал вырываться он.
- Грязный? – я недоумённо отстранился, глядя на Кенсу.
- Эту грязь не отмыть. Она внутри, - омежка вновь приложил холодную ткань к моему лбу. – Не дёргайся, пожалуйста, иначе я не смогу обработать рану.
Я послушно сидел и лишь изредка морщился, когда кожу начинало щипать. Заклеив мой лоб пластырем, Кенсу зацепился взглядом за метку и улыбнулся краешками губ.
- Ты нашёл своего альфу?
Краска хлынула к щекам, и мне стало стыдно за своё счастье. Если я признаюсь, что счастлив с Чанёлем, Кенсу никогда меня не простит, и будет прав. Это я должен был оказаться на его месте. Это меня должен был изнасиловать Тао. И это Кенсу нужно было сбежать из «Белой лилии». Я бы справился, выдержал. Я бы приложил все усилия, чтобы не сломаться, лишь бы не видеть этих печальных глаз сейчас, в которых, словно, скопилась вся боль мира.
- Не вини себя, Бэкхён, - будто прочитав мои мысли, вздохнул друг. – Я был неправ, когда наговорил тебе всё это. Никто не виноват в том, что так вышло. Просто моя судьба такая.
- Кенсу, это ненадолго! Чанёль наверняка уже едет сюда, чтобы спасти нас! – с жаром заверил его я.
- Бэкки, он едет спасать тебя!
- Ты мой друг! Я попрошу Чанни, и он заберёт тебя со мной! Он очень хороший, правда! Он тебе понравится!
- Ифань не так прост, - покачал головой Кенсу. – Я, правда, не знаю, зачем ты ему нужен. Он ничего не говорил мне о тебе
- Кенсу, я тебя никуда не отпущу! – я вжался лбом в его худое плечо и пожалел, что из-за наручников не могу его обнять.
- Помнишь, как раньше ты предлагал мне сбежать с тобой? Сейчас я с удовольствием на это соглашусь, - выдохнул в мои волосы омега, и я не смог сдержать счастливой улыбки.
Крепко прижавшись друг к другу, совсем как в детстве, мы сидели у стены и смотрели в окошко под потолком, из которого яркий полуденный свет мягко слепил глаза.
- Расскажи мне, какой он?
- Кто?
- Твой Чанёль!
Я смущённо улыбнулся и опустил глаза.
- Он очень сильный! И смелый! Правда, грубиян неотёсанный, но я уже привык. И ещё, он старше меня в два раза!
- Так это же хорошо! Опытнее, да и прошлую жизнь застал. Наверное, много всего интересного рассказал? – глаза Кенсу сверкали неподдельным любопытством.
- Ага, это точно! – закивал я.
- Вы давно вместе как пара?
- Нет, несколько дней! Мы только вчера были близки!
- И как? Тебе понравилось? – оживился друг.
- Ты меня смущаешь! – зарделся я.
- Ну, расскажи! У меня же никогда не было по любви! – пихнув меня в бок, надулся Кенсу.
- Это классно! И приятно!
- Мда, ты мастер описаний, - закатил глаза омега. – У вас там, кстати, нет симпатичных свободных альф?
- Ммм, есть один на примете, - игриво прищурился я, но друг тут же помрачнел и опустил голову.
- Прости, не стоило заводить этот разговор.
- Почему?
- Ни один приличный альфа со мной не свяжется, так что не стоит тешить себя глупыми надеждами, - пряча взгляд, отрезал Кенсу.
- Эй! Ты чем себе голову забиваешь?! И дураку же понятно, что ты это делаешь не по своей воле!
- Бэкки, я уже два раза делал аборт, - зажмурившись, признался друг. – Ещё один, и я никогда не смогу иметь детей!
В груди всё похолодело, и я крепко прижался к всхлипывающему Кенсу, беспорядочно целуя везде, где только мог дотянуться. Через несколько минут он немного расслабился, но всё так же дрожал рядом со мной и продолжал шмыгать носом.
Когда бронированная дверь распахнулась, являя моего надсмотрщика, мы с Кенсу притихли и вжались в стену.
- Хозяин просил передать, что мы выезжаем в «Белую лилию»! На выход!
Мы с другом неуверенно переглянулись и послушно выполнили приказ. Надеюсь, что Чанёль не собьётся со следа и обязательно меня найдёт.
Глава 21

До крепости мы добирались целой вооружённой колонной, состоявшей из четырёх джипов. В первом и последнем ехали охранники. Они высовывались по пояс из открытых окон и держали на изготовке автоматы, готовые в любую секунду разразиться пулемётной очередью. Кенсу ехал на пару с Ифанем во втором джипе – особенно надёжно бронированном и вместительном. Уж не знаю, чем они там занимались, но надеюсь, что блондин не приставал, по обыкновению, к моему другу.
Сам я ехал в третьем джипе, в компании ухмыляющегося Минсока и двух беспрестанно ржущих альф, бросавших на меня заинтересованные взгляды. На бету я принципиально не смотрел, делая вид, что мне интереснее пустыня за окном, чем его кривая рожа.
- И где твой спаситель, Бэкхённи? – не выдержав затянувшегося молчания, привязался рыжий.
- Не волнуйся, он ещё успеет надрать тебе зад! – фыркнул я.
- А что, он не только тебя дерёт, но и налево погуливает?!
- Очень смешно. Ха-ха-ха, - без тени веселья отчеканил я, вновь вернувшись к созерцанию унылого пейзажа.
- А хочешь, я тебе расскажу кое-что любопытное? – придвинувшись вплотную, шепнул Минсок.
- Мне неинтересны твои рассказы, - равнодушно возразил я.
- Правда? А я думал, что тебе интересна судьба Чанёля, которого ранило осколком гранаты
- Что? – я хищно прищурился и впился в рыжего испепеляющим взглядом.
- Железка в его желудке. Половина внутренних органов в кашу. Может, он вообще уже умер
- Ты сдурел? – обезумев, я вцепился в шею Минсока, и, если бы не альфы, точно задушил его.
- Успокойся, омега! – рыкнул тот, что сидел рядом с водителем. – Правду он говорит.
- Какую ещё правду? – сердце ухнуло в пятки, да там и осталось.
- Он увидел, как мы тебя увозим, и бросился за автомобилем. Кто-то кинул гранату и ба-бах! – Минсок, потирая шею, громко расхохотался, а я закрыл глаза, отказываясь верить услышанному. – Так что будешь такой же сучкой, как твой дружок Кенсу – отсосёшь хозяину, получишь корочку хлеба. Подставишь попку – водичкой напоят.
Странно, но слова рыжего не причинили никакой боли – сейчас все мои мысли были сосредоточены на Чанёле. Я отчаянно не желал верить, что всё, сказанное бетой, правда. Мой альфа не мог так глупо погибнуть, он бы не оставил меня Я торопливо стёр слезинку, пока её не заметили остальные, и продолжил смиренно трястись в душном салоне.
Видимо, колонна ехала по обходной дороге, потому что на нашем пути не то что Города, но даже караванщики ни разу не встретились. Когда на горизонте забрезжила «Белая лилия», сердце мучительно сжалось, но вовсе не от того, что я, по сути, возвращался туда, где всё и началось. Нет, моё внимание приковал человек, распятый на воротах, медленно погибающий от жажды и удушающей жары.
- Чунмён? – охнул я, когда мы подъехали ближе.
- Это для устрашения случайных путников. Хорошо висит! – мечтательно отозвался рыжий.
- Это ты там должен висеть! – заорал я.
- Если не заткнёшься, то приколочу тебя рядом с ним, ржавыми гвоздями. Понял, мразь? – процедил сквозь зубы Минсок.
Наплевав на его предупреждение, я высунулся в окно и громко позвал бету по имени. К моему ужасу, он даже не пошевелился – так и висел, уронив голову на грудь, обгоревший и бесчувственный.
Джипы заехали во внутренний двор, и я быстро осмотрелся, отмечая, как сильно изменилась крепость за эти пару месяцев. Не осталось ни теплиц, ни скамеечек. Кругом горы мусора, стёкла разбиты, двери сорваны с петель. Будто здесь прошёл смертоносный ураган, заодно унёсший с собой десятки невинных омежьих жизней.
- Чего расселся? Идём! – Минсок успел выбраться из джипа и, раскрыв мою дверцу, потянул за локоть.
- Знаешь, чего я не понимаю? – прищурившись, спросил я.
- И знать не хочу, - отозвался рыжий, всё же вытащив меня на песок.
- Почему ты с такой лёгкостью служишь альфам? То Тао, теперь Ифаню.
- Я служу тому, кто больше платит.
- Как собака? – сипло рассмеялся я. – Конечно, что ещё остаётся фригидной бете? Мстишь омегам за то, что твоя задница никогда не будет такой сладкой? М, девственник?
Судя по потемневшим от ярости глазам, я нашёл его слабое место. Зарычав, Минсок повалил меня на песок и принялся избивать. Я только и мог, что дрыгать ногами, так как руки по-прежнему были крепко связаны.
Вокруг загалдели альфы, раздался тонкий голосок Кенсу, приказ Ифаня не стрелять. В голове шумело – эта рыжая тварь, кажется, сломала мне нос, но всё это было неважно. Главное, прикинуться жертвой и с достоинством вытерпеть боль.
Когда кто-то за шкирку оттащил от меня бету, я вздохнул облегчённо и закашлялся. Кенсу упал рядом со мной на колени и осторожно прижал мою голову к груди, укачивая, будто маленького.
- Ты что творишь, ублюдок? – зарычал Ифань.
Быстро приблизившись к бете, он мощно ударил его под дых и презрительно сплюнул.
- Только я могу играть с омежками. Ясно тебе? – и, уже обращаясь к альфам, - повесить его на ворота вместо того беты!
- Слава Богу! – слетело с моих окровавленных губ.
Один из альф, о чём-то пошептавшись с Ифанем, рывком поднял меня на ноги и потащил в сторону дома. Я успел прочитать по побелевшим губам Кенсу: «Я спасу тебя!», и согласно кивнул, хотя и слабо представлял, что может сделать мой хрупкий друг.
Меня втащили в пустое сейчас общежитие, где я провёл всё своё детство, и толкнули к лестнице. Пока я поднимался, мерзкий альфа нагло облапал мой зад, а мне даже сил не хватало, чтобы отбрыкнуться.
Он провёл меня мимо нашей с Кенсу комнаты, и распахнул дверь угловой, в самом конце коридора. Не дав мне опомниться, затолкнул внутрь, и за спиной тут же щёлкнул запор на двери.
- Бэкки? – раздалось удивлённо.
Я резко поднял голову и обомлел – на полу, у зарешечённого окна сидел изумлённый Чонин. На его лице, всеми цветами радуги, сияли многочисленные синяки. Здесь были и совсем старые, успевшие пожелтеть, и свежие, ещё только набирающие силу. На пухлых губах засохла корочка крови, а костяшки пальцев были сбиты. Дрался?
- Ты что здесь делаешь? – спросили мы друг у друга одновременно, и облегчённо улыбнулись.
Чонин поднялся на ноги и приблизился ко мне, нежно обхватив ладонями моё лицо и повернув его к свету.
- Хорошо же тебя разукрасили, - вздохнул он.
- Кажется, нос сломали, - испуганно пискнул я.
Старший омега, со знанием дела, потрогал переносицу, и отрицательно помотал головой.
- Нет, цел твой носик, - беззаботно отозвался он.
Осторожно, будто тяжелобольного, он довёл меня до единственной койки в комнате, и помог ровно сесть. Затем отодрал от простыни ровную полосу ткани и смочил её водой, плескавшейся на дне пластиковой бутылки. Сев рядом, принялся сосредоточенно вытирать кровь, а я смотрел на свои дрожащие руки и едва сдерживался, чтобы не заплакать.
- Так почему ты здесь? Почему Чунмён висел на воротах? Это Тао виноват, да? – шёпотом спросил я, будто нас могли подслушивать.
- Нет, - мотнул головой омега. – Всё не так.
- А как? - с надеждой отозвался я.
Чонин отложил в сторону тряпку и закрыл лицо ладонями, будто собирался с мыслями. Он и говорить начал так, не убирая рук, из-за этого мне пришлось прислушиваться и даже податься вперёд, чтобы не пропустить ни слова.
- Мы поехали следом за Сехуном. Чунмён о чём-то беззаботно болтал, а Тао сверлил мой затылок взглядом. Я думал над тем, что его запах мне нравится, хотя это и неправильно. Что он враг и верить ему нельзя А потом в машину выстрелили. Чунмёна ранило в плечо, мне чуть в голову не попали, еле увернулся. Пока приходили в себя, из укрытия выбежали несколько альф, и пересадили нас на заднее сидение, предварительно вырубив прикладом по голове. Очнулся я уже тут. Как я понял, пока Тао не было, его альфы переметнулись на сторону Ифаня, решив, что босс их предал и стал заодно с Чанёлем. Именно они на нас и напали.
- А почему ты избитый? – спросил я во время образовавшейся паузы.
- Пытался сбежать несколько раз, пока меня не заперли здесь. На решётке замок, дверь так просто не выбьешь, - с горечью отозвался Чонин.
- А что с Тао?
- Не знаю. Но судя по запаху, что иногда долетает до меня, он ещё жив, - омега улыбнулся кончиками губ, и серьёзно посмотрел на меня. – А как ты здесь оказался? Где Чанёль?
Пришлось пересказывать недавние события, умолчав правда о наших отношениях с альфой, благоразумно понимая, что Чонину слышать об этом будет неприятно. Но вот незадача – я совсем забыл о метке, огнём горевшей на шее, а омега её сразу заметил и легко коснулся подушечкой указательного пальца.
- Его работа? – грустно улыбнулся брюнет.
- Прости, - слетело с губ прежде, чем щёки успели заалеть.
- Всё в порядке, - успокоил меня Чонин. – Знаешь, проторчав здесь столько дней, я много думал. Возможно, даже больше, чем за всю свою жизнь. Мы ведь и вправду не были с Чанёлем истинными. Просто он был для меня всем – кумиром, Богом, идеалом. Я видел только его, слепо считая, что имею право им обладать. Он же никогда не испытывал ко мне подобных чувств. Чанёль всегда был рядом, но в любой момент готов был исчезнуть. Именно в плане отношений, а не жизни. Раньше я ненавидел Тао, потому что из-за него не смог быть рядом с Чанёлем. Но теперь я ему благодарен – за те несколько дней, что мы провели бок о бок, я впервые узнал, что на меня тоже можно смотреть с искренним обожанием, вожделением, нежностью. Если нам удастся выбраться из этого дерьма, я определённо дам ему шанс!
Вместо ответа, я счастливо улыбнулся и ткнулся лбом в плечо омеги. Он простил, не держит на меня зла – и это главное, чёрт возьми!
- Как ты думаешь, с Чанёлем действительно случилась беда? – помрачнев, спросил я.
- Я уверен в другом – даже если он ранен или контужен – он найдёт нас и спасёт. Потому что для Чанёля слова «дружба» и «любовь» не простой набор звуков. В этом прогнившем мире он ценит чувства, а не количество воды и патронов в кармане. Романтик, - Чонин задумчиво улыбнулся и положил свою ладошку на моё колено, ободряюще его сжав. – Не расклеивайся, малыш, мы что-нибудь придумаем! Теперь нас двое и, я клянусь, что докажу этим тупоголовым альфам, что омеги не только задницами крутить умеют! Ты со мной, мелкий?
- Я с тобой! – горячо отозвался я.
До самого вечера мы разрабатывали план, делясь друг с другом мыслями. Конечно, для начала было бы неплохо выбраться из этой замурованной клетушки, но Чонин сказал, что без плана действий мы даже до лестницы не добежим. Что ж, он опытнее и ему виднее. А вообще, я был безмерно рад, что омега перестал на меня злиться и напоминал себя в нашу первую встречу.
- Как ты думаешь, что этому Ифаню от нас нужно? – я выглядывал в окно, выходившее во внутренний двор крепости, и с жалостью обводил останки поломанных теплиц с вытоптанными растениями.
- Ему нужен Чанёль. Ифань знает, что он придёт нас спасать.
- А зачем ему Чанёль?
- Ты совсем глупый? – раздражённо фыркнул Чонин. – Он не раз просил Чана о сотрудничестве, предлагал объединить силы, помочь попасть в Город, взять в свою команду. И каждый раз Пак отвечал ему отказом! Понимаешь, для него дело принципа – не иметь ничего общего с песчаными бандитами. А Ифань просто самовлюблённый мудак, который хочет отомстить!
Я хотел было ответить, как в коридоре раздались тихие шаги, а Чонин приложил палец к губам, призывая меня заткнуться. Замерев напротив двери, звуки стихли, а через секунду в узкую щель у самого пола с трудом протиснулась тонкая полоска бумаги.
Стоило шагам удалиться, как мы с омегой наперегонки бросились к двери. Чонин меня опередил, и первым схватил бумагу, в которой, как оказалось, был завёрнут небольшой складной нож. Не глядя вышвырнув бумажку, он принялся возиться с лезвием, а я подхватил листок и поднёс к глазам. Записка!
- Бэкхённи, надеюсь, с тобой всё в порядке и нож вам поможет! – начал читать я вслух. – Ифань расставил охранников по периметру всей крепости, ещё по двое стоят у обоих выходов из общежития. Тот бета, висевший на воротах, лежит в гараже. Он еле дышит, боюсь, что не доживёт до утра. А на первом этаже, в 109 комнате, держат Тао. Ифаня нет, он у ворот, а меня оставил в нашей прежней комнатке. Если будете убегать, попрощайся со мной. Твой Кенсу.
- Это твой друг? – спросил Чонин, активно ковыряясь ножом в щели между косяком и дверью.
- Да, - выдохнул я, прижимая записку к груди.
- Некогда нюни разводить, лучше помоги мне! – деловито приказал старший омега.
Когда ему всё же удалось подцепить брусок по ту сторону двери, и он послушно выскочил из пазов, мы вздохнули с облегчением.
- Действуем! – подмигнув мне, улыбнулся Чонин.
Глава 22

Сказать, что мне было страшно – значит скромно промолчать. У меня поджилки тряслись, пока я неловкой тенью скользил за бесшумно двигавшимся Чонином.
Он первым услышал приближающиеся шаги и затащил меня за угол, приложив палец к губам. Я понятливо кивнул и даже дыхание затаил, ожидая, когда альфа пройдёт мимо нас.
- Сейчас иди к своему другу, а я пойду в 109 вытаскивать Тао – без него будет сложновато! – шепнул омега, подтолкнув меня в спину и, на всякий случай, отдав нож.
Набрав полные лёгкие воздуха, я просеменил к нужной двери и тихо постучался. Пару секунд ответа не было, а затем в узкую щель просунулась тонкая ручка и за шкирку затащила меня внутрь.
- Наконец-то! – облегчённо выдохнул Кенсу, повиснув на моей шее.
- Эй, ты чего? – испугался я.
- Будь осторожен, на улице полно альф! – шептал друг, целуя меня в ухо. – Я буду скучать, Бэкки! Прости меня за всё!
- Кенсу, ты дурак?! – не выдержал я, оттолкнув паренька. – Сейчас Чонин сбегает за Тао и мы на пару придумаем, что делать дальше!
- Чонин твой новый лучший друг? – холодно поинтересовался Кенсу.
Ответить я не успел – в коридоре вновь раздались шаги, и, могу поспорить, что принадлежали они отнюдь не омеге.
- Живо под кровать! – прошипел Кенсу.
Не успел я забраться под свою бывшую койку, как дверь с грохотом распахнулась, явив на пороге незнакомого альфу. Мне были видны лишь пыльные армейские ботинки, но уже от одного их вида перехватило дыхание и стало как-то тошно.
Тяжело ступая, охранник подошёл к Кенсу и, нагло приподняв, крепко прижал к себе.
- Я слышал, что ты, малыш, с каждым желающим трахаешься? – ухмыльнулся альфа.
- Отпусти меня! Я всё расскажу Ифаню! – отчаянно пискнул Кенсу, трепыхаясь в стальных объятиях.
Я нервно сглотнул и сжал в ладошке раскладной ножик.
- Ну же, не ерепенься! Если будешь хорошей омежкой, я не порву тебя, - приторно сладко вещал альфа. – Вставай на коленочки, приспускай штанишки и сделай приятно дядюшке!
- Отвали от меня, грязный ублюдок! – заорал друг, и тут же раздался звук пощёчины.
Я не выдержал и со всей дури вогнал острое лезвие в ботинок альфы, насквозь проткнув его ступню. Тот взвыл дуром и схватился за пораненную конечность – этого времени хватило, чтобы я выбрался из-под кровати и толкнул его в грудь, с грохотом уронив на пол. Видимо, охранник крепко приложился затылком, потому что тут же заткнулся и закатил глаза.
- Давай его свяжем! Живо! – приказал я офигевшему Кенсу, стараясь не обращать внимания на его покрасневшую от удара щёку.
Пока мы возились с массивным альфой, дверь вновь распахнулась, едва не доведя нас до сердечного приступа, но это оказались лишь Чонин и Тао – избитые, но счастливые, и отчего-то с покрасневшими влажными губами.
- Ничего себе, - растерялся Тао, глядя на плоды наших трудов.
Я наградил его мрачным взглядом и, лихо вывернув из ноги дёрнувшегося альфы нож, картинно вытер окровавленное лезвие о штанину.
- Кажется, роман с Чанёлем превратил малыша в настоящего мужика, - издевательски протянул Тао. – Больше не плачешь, солнышко?
- Эй, сейчас не время для разборок! – нахмурился Чонин. – По дороге мы вырубили охранника. Теперь у нас есть это!
Омега вытащил из-за спины автомат и с любовью прижал его к груди.
- И это, - тихо добавил Кенсу, выдернув из-за ремня бесчувственного альфы небольшой револьвер.
- Пользоваться умеешь? – хмыкнул Тао.
- Тебе башку прострелить смогу, - спокойно отрезал мой друг.
Чонин хотел было ввязаться в диалог, но внезапно передумал и махнул рукой. Мы, омеги, прекрасно понимали друг друга. И я, и Кенсу видели, что эти двое истинные, но простить и принять Тао после всего случившегося не могли. Чонин же понимал, что нам он причинил много боли и страданий, поэтому и не пытался выгородить своего альфу. Всё же, истинных не выбирают.
Сложив охранника в углу и заткнув его рот тряпкой, мы подошли к окну и выглянули наружу. Основное скопление альф наблюдалось у главных ворот крепости, там же виднелась белобрысая макушка Ифаня, раздающего приказы направо и налево. Врагов было много, порядка тридцати человек. Что могли противопоставить им один раненый альфа, два цветочка-омеги и Чонин? Оставалось оккупироваться в комнате и ждать.
- Мелкие, вы здесь всё детство провели. Должны знать, может есть какие тайные входы-выходы? – не отрывая взгляда от Ифаня, спросил Тао.
- Нет, ничего такого, - пожал я плечами. – Если бы они были, мы бы не торчали в крепости столько времени, пока грёбаные альфы над нами издевались!
- Думаешь, я раскаюсь и буду просить прощения? – зло спросил блондин.
- Эй, вы, двое! Немедленно заткнулись! – рассерженно прошипел Чонин. – Нечего здесь отсиживаться. Скоро Ифаню приспичит наведать своего возлюбленного и тогда нам всем не поздоровится! Делаем ноги!
- Но их так много, - пролепетал Кенсу.
- У нас есть главное оружие – неожиданность!

***

Я шёл, пошатываясь, опираясь на стенку коридора, и картинно придерживался за живот, совершенно не контролируя громкость стонов. Немудрено, что на шум потянулся альфа. Увидев меня, он вначале обалдел, а затем прищурился, поведя носом.
- Ты почему здесь? Тебя же заперли! – задал он самый тупой вопрос на свете.
- У меня течка! В трусах влажно. Ах, возьми меня, - закатив глаза, простонал я.
Альфа молниеносно оказался рядом и поймал над самым полом мою грозившую свалиться без чувств тушку.
- Я сейчас, ты только не умирай! – расстёгивая ширинку, зашептал охранник.
- Что, прямо здесь? – капризно выгнул я бровь.
Ответить альфа не успел – Чонин ударил его прикладом по башке, а Тао за одну ногу оттащил в комнату, где мы складировали бесчувственные тела. Уже пятый за последние десять минут.
- И кто более тупой – альфы или омеги? – задал риторический вопрос Чонин.
- Надеюсь, Чанёль не узнает, чем я без него занимался, - прошептал я, смахнув со лба капли пота.
- Так, ладно, следующий заход! – скомандовал старший омега. – Подойди к лестнице, но особо не светись. Понял?
Оставив троицу в коридорчике, я несмело зашагал к площадке, как услышал приближающиеся шаги. Тут же приняв вид потёкшей омежки, я прислонился к стене и едва не заорал от страха, когда узнал вывернувшего из-за угла альфу.
- Ты?! – воскликнул покрасневший от гнева Ифань.
Пискнув, я бросился в противоположный от друзей коридор, лишь бы альфа их не заметил. Вопя от страха, я улепётывал от погнавшегося за мной блондина, в тайне радуясь, что, благодаря моим актёрским способностям, на этаже не осталось ни одного охранника.
- Стой, сука! Как ты сбежал?! – орал озверевший Ифань, которому каждый раз не хватало пары сантиметров, чтобы схватить меня за загривок.
Мне на руку было то, что крепость я знал как свои пять пальцев. И пусть тайных подземных ходов в «Белой лилии» не было, это ещё не значит, что вереница коридоров не могла показаться лабиринтом для первого встречного.
Я даже умудрился притормозить на одном из поворотов и резко открыть дверь прямо перед Ифанем. Судя по сдавленному стону, я разбил ему нос. Молодец!
Но пробежав ещё один переход, я понял, что сам себя загнал в тупик. Впереди виднелось лишь разбитое окно, ведущее во двор, а сзади напирал Ифань с окровавленной рожей. Догадавшись, что мышка попала в капкан, он даже бежать перестал – лишь нагло ухмыльнулся и потёр ладони.
- Хрен тебе я дамся! – топнув ногой, заорал я и прыгнул на подоконник. Зажмурился и сиганул вниз.
Мы с Кенсу как-то раз уже прыгали со второго этажа, только в тот раз под ногами был подстелен матрас, а в качестве зрителей не выступали два десятка альф.
Взвыв от боли, я свалился аккурат напротив них и задрал голову, видя в окне издевательскую рожу Ифаня. Он даже похлопал мне, после чего ловко спрыгнул следом и приземлился бесшумно, будто тигр. Он точно человек?
Схватив за волосы, блондин резко поставил меня на ноги и нахмурился. Я не знал, что он пытался выискать на моём лице, но упорно отводил взгляд.
- Проверить комнаты. Кажется, наши друзья сбежали, - бросил он одному из охранников. – Эй, а почему ворота никто не охраняет? Вы что, в цирке? Столпились тут!
Альфы что-то заблеяли, но тут же вздрогнули, упав на песок. Несколько пуль просвистели над ухом, прежде чем матерящийся Ифань оттащил меня за угол и торжествующе рассмеялся.
- Я знал, что твой альфа придёт, - всё ещё держа за волосы, прошипел он мне на ухо.
Не давая даже возможности пошевелиться, блондин отбуксировал меня за покорёженную теплицу и приставил к виску дуло пистолета.
- Пусть мальчики сражаются, а мы подождём нашего звёздного часа, - протянул Ифань, свято веруя в непобедимость своей команды. – Может, мне пометить тебя, чтобы Чанёль окончательно обезумел?
Но я толком не обращал на него внимания – весь обратился в слух, ловя каждый вскрик. Судя по выстрелам со второго этажа, моя троица тоже ввязалась в бой. Только бы Чанёль был жив! Только бы его не ранили!
Я зажмурился и шептал про себя слова молитвы – моей личной, придуманной прямо сейчас, на ходу. Я и сам не знал, кого просил – Бога, судьбу, этот день. Всего лишь хотел, чтобы мой Чанёль выжил и обязательно нашёл меня.
Но стоило холодным губам коснуться шеи, как я выгнулся дугой в чужих руках и забился, будто пойманная в силки пташка.
- Пусти! Не трожь! – шипел я, игнорируя дуло, упирающееся в щёку.
- Тебе же хуже будет, не дёргайся, - злился Ифань, тщетно пытаясь оставить на мне метку.
Я всё же умудрился ударить его локтём под дых и даже немного прополз вперёд, как мою шевелюру вновь намотали на кулак и отбросили назад, грубо ударив в и без того покорёженный нос.
- Бэкхён! – услышав родной голос, я даже выть перестал. – Бэкки, ты где?!
Выстрелы больше не были слышны – неужели наши победили?
- Я здесь! – звонко закричал я, лишь потом опомнившись. – Не ходи сюда!
Но поздно – растрёпанный Чанёль вынырнул из-за угла, тут же вскинув пистолет и направив его на Ифаня.
- Оружие выкинул! – приказал блондин, поднимаясь вместе со мной. – А то прострелю башку твоему мальчику!
Мой альфа побледнел и, всё ещё сомневаясь, отбросил пистолет в сторону.
- Малыш, ты как? – стоя на прежнем месте, спросил Чанёль.
А я лишь молча глотал слёзы, разглядывая закровивший бинт на его плече и заостряя внимание на широкой ладони, изредка касающейся живота – значит, и вправду задело. И плевать, что я опять реву как маленький – мой Чанёль рядом, но я не могу к нему прикоснуться.
- Руки подними! – скомандовал Ифань.
- Что ты хочешь? – с неохотой повиновавшись, спросил Пак.
- Убить тебя, - оскалился альфа.
Крепко сжав локоть вокруг моей шеи, блондин потащил меня обратно во двор, заодно оттесняя туда и Чанёля. Когда мы вывернули из-за угла, то поражённо замерли – кругом валялись трупы убитых альф, а в центре двора стояла вся наша команда. Тут даже хозяин Города оказался – стоял возле знакомого джипа и передёргивал затвор.
- Бэкки! – пискнул Кенсу, увидев, что меня взяли в заложники.
Альфы тут же оттеснили дёрнувшуюся омежку за спину. Вскинув автоматы, они направили дула на Ифаня и переглянулись. Я слышал как за моей спиной тихо выругался блондин. Не ожидал, урод?!
- Твоя игра окончена, - поморщившись, заметил Чанёль.
Я знал, как ему больно держать над головой руки.
- Главный козырь ещё у меня, - слишком серьёзно ответил Ифань.
- Эй, отпусти мальчишку! Давай договоримся. Чего ты хочешь? – вышел вперёд Исин. – Если тебе так нужно быть в Городе, то хорошо – я предоставлю пропуск!
- Да сдался мне твой город! – заорал альфа, едва не оглушив меня. – Вы только что уничтожили мою команду!
- Дорогуша, надо было бойцов покачественнее выбирать, - мило улыбнулся Чонин, на щеке которого багровел новый синяк. – К тому же, это ты первый ввязался в драку. Так что отпускай Бэкки, немедленно!
- А мне терять нечего. Я убью его, - припечатал Ифань, опустив палец на курок.
Я даже вдохнуть не смог – так и стоял, задыхаясь, и начинал прощаться со своей короткой, но такой безрассудной жизнью. Я видел, как Чанёль сжал зубы и, резко опустив руки, бросился ко мне. Мгновение и выстрел – аккурат в то же самое, раненное плечо.
- Что ты делаешь?! – заорал я, вновь начав вырываться, беспомощно глядя на то, как морщится от боли мой альфа.
- Я же сказал – не двигаться! – отступая, крикнул Ифань.
- Знаешь, что? Если ты убьёшь Бэка, тебя не оставят в живых! Мои парни не просто убьют - они из тебя кровь по капле выкачают, иголки под каждый ноготок засунут, отрежут тебе член и раздавят молотком яйца, - продолжив идти вперёд, мрачно обещал Чанёль.
И я, и Ифань знали, что он не шутит. Я чувствовал, как начали дрожать руки блондина, но он до последнего держал марку.
- Хорошо! – наконец, примирительно сообщил он. – Я готов отдать вам Бэка, но при условии, что вы гарантируете мне полную безопасность! Мне нужны оружие, вода и автомобиль! Я забираю его с собой, отъезжаю на безопасное расстояние и выкидываю посреди пустыни. И всё – мы расходимся!
Я едва не рассмеялся от осознания того, как жалко выглядит Ифань – он ведь собирался едва ли не мир поработить, когда рвался в «Белую лилию» за местью Чанёлю. А на деле оказалось, что не только бойцов лишился, но и былой силы и самоуверенности. Но смеяться я буду потом – когда моей заднице ничего не будет угрожать.
- Хорошо, но я не отпущу Бэкхёна одного. С тобой поедет кто-то из моих ребят, - властно произнёс Чанёль.
- Нет.
- Да!
Схлестнувшись взглядами, они будто отчаянно дрались, и, судя по разочарованному вздоху за спиной, мой Пак победил.
Меня вновь отбуксировали по песку – на этот раз, в направлении джипа. Проверив содержимое багажника и удовлетворившись увиденным, Ифань грубо затащил меня в салон и пристегнул ремнём. После пристегнулся сам и посмотрел на приближающегося к джипу Чонина, который и должен был проконтролировать условие выполнения договора.
- Хрен тебе! – прошипел альфа, едва стоило омеге потянуть за ручку.
Резко надавив на газ, он помчался прямиком к воротам, не беспокоясь, что одна створка закрыта. Наделав шума и изрядно покорёжив бампер, мы прорвались в пустыню, помчавшись по бескрайним песчаным просторам. Стрелять нам в след опасались, но я был уверен, что Чанёль уже организует хвост.
- Он тебя убьёт! Отпусти меня! – кричал я, глядя на обезумевшего блондина.
- Заткнись, пока я тебя не пристрелил! – прорычал он.
- Жаль, что тогда я не увижу, как твои яйца превратятся в фарш!
Ифань грубо ударил меня лбом о приборную доску, из-за чего я едва не лишился чувств. Перед глазами потемнело, голова предательски закружилась, но я успел заметить шевеление на заднем сидении. Ифань, кажется, тоже его обнаружил, но сделать ничего не успел – миниатюрный блондин, будто чёрт из табакерки, выпрыгнул из-за спины альфы и чётким ударом в висок отправил его в астрал.
Вертлявый и гибкий, парень перебрался вперёд и, распахнув дверцу, вышвырнул из салона Ифаня, а сам занял его место и ловко затормозил.
- Ты кто? – выдохнул я, ещё не придя в себя после удара.
- Меня зовут Лухан, я омега, - представился парень, насильно пожимая мою руку. – Я состою в общественной организации «Свободу омегам»! Недавно общался с теми омежками, что жили в «Белой лилии», и решил вмешаться в ход этого дела. Ещё в Городе выследил джип хозяина, забрался в багажник, благо во всеобщей суматохе этого никто не заметил, и вот я здесь. И, кажется, замочил главного злодея
- Откуда ты знал, что хозяин Города едет в «Белую лилию»? – почему-то этот вопрос первым всплыл в моей голове.
- Об этом гудели все горожане, - улыбнулся Лухан.
- А почему ты отправился один?
Омега замялся и неловко почесал затылок.
- Ну просто в организации пока только я состою
Увлечённый рассказом нового знакомого, я даже пропустил тот момент, когда рядом притормозил ещё один автомобиль, из которого выбежал насмерть перепуганный Чанёль. Распахнув дверцу с моей стороны, он поспешно отстегнул ремень и, вытащив меня наружу, крепко прижал к себе, целуя. Его губы были везде – на щеках, губах, подбородке, шее. Он рычал, шептал и плакал?
- Чанни, всё хорошо! Не плачь! – растерянно бормотал я, гладя ладошками впавшие влажные щёки.
- Я так боялся, что потеряю тебя, - не обращая внимания на боль в руке, выдыхал в мои волосы альфа.
Увлечённые друг другом, мы даже не заметили, как Сехун с Тао схватили и начали связывать пришедшего в себя Ифаня.
Вновь хлопнула дверца и к нам направился отчего-то бледный и недоумённый Лухан. Явно не веря своим глазам, он остановился рядом с моим альфой и нервно сглотнул. Тот тоже перевёл на него ещё мутный взгляд и затаил дыхание.
- Чанёль, неужели это ты? – закрыв рот ладошкой, шепнул омега.
- Лухан? – выпуская меня из объятий, выдохнул альфа.
Глава 23

- Нет, это уже ни в какие ворота не лезет! – не находил себе места я, наворачивая круги по бывшей омежьей столовой. – Они второй час наедине общаются!
- Бэк, успокойся. Он же сказал, что Лухан какой-то его друг детства, - постарался успокоить меня Кенсу.
- А вдруг он его истинный? – всхлипнул я. – Знаешь, как у Чанёля глаза загорелись, когда он этого омегу увидел?
- Не накручивай себя, а лучше помогай готовить – я в этом не силён! – пробурчал Чонин.
Солнце уже катилось к горизонту, а мы всё ещё были на ногах, не находя ни минутки, чтобы отдохнуть и зализать полученные раны. Вначале мы долго сгружали трупы – точнее, этим занимались альфы. Затем, несмотря на наши увещевания, уехал Исин, прихватив с собой Минсока и Ифаня, клятвенно заверив, что заточит их до конца дней в городской тюрьме. Правда, Сехун поговаривал, что хозяин Города застрелит их через пару километров, но узнать, так это или нет, нам было не суждено.
Вот и сейчас, когда страсти немного утихли, а вокруг крепости были расставлены бойцы Чанёля, охраняющие территорию, мы получили возможность немного придти в себя после выматывающего дня.
Пока мы с Чонином готовили нехитрый ужин, а Сехун развлекал нас болтовнёй, Кенсу убежал в туалет. Я посчитал это отличной возможностью поговорить о друге, а заодно отвлечься от тягостных мыслей о Чанёле и Лухане. Дикая ревность и страх разрывали меня напополам – я ведь так ждал Пака. Мечтал о том, что он будет обнимать меня и шептать, как сильно скучал, а он, вместо этого, сказал, что Лухан его давно потерянный друг, с которым они познакомились в метро, и заперся с ним один на один в комнате. И кто знает, чем они там занимались!
- Сехун, - тряхнув головой, позвал я.
- Чего? – живо откликнулся парень.
- Ты только не подумай ничего такого, - замялся я.
- Спрашивай уже! – хохотнул Чонин, как будто это его касалось, а не брата.
- Тебе нравится Кенсу? – спросил и щёки заалели, будто о себе интересовался.
- Ну, - Сехун вытянул губы трубочкой и задумался, - он милый, но от него воняет как от помойной бочки!
- Что ты сказал?! – мгновенно разозлился я, подскочив к альфе. – Он мой друг! Не смей так о нём говорить!
- Он прав, Бэк! – спокойно отозвался Чонин. – Для нас, омег, твой друг обычный паренёк. Но альфы ведь устроены иначе! С Кенсу переспало множество альф, и каждый из них наложил свой след и запах. Для любого альфы Кенсу сейчас будет пахнуть отвратительно, и, прости, но пары среди них он не найдёт!
- Но ведь он это делал не специально! – продолжал возмущаться я.
- Какая разница! – вздохнул старший омега.
- А вот от Лухана пахнет божественно – какими-то сладкими фруктами и цветочками. Ммм, аж мурашки по коже, - блаженно улыбаясь, промурлыкал Сехун.
Я посмотрел на альфу испепеляющим взглядом и повернулся к двери, мгновенно заметив исчезнувшую тень. Стараясь не шуметь, положил нож на стол и выбежал в коридор – только пятки Кенсу сверкнули.
Я отыскал друга на крыше общежития – он сидел на самом краю и, судя по дрожащим плечикам, плакал. Виновато опустив голову, я присел рядом и крепко его обнял. Не зная, как успокоить Кенсу, я принялся рассказывать ему о приключениях, пережитых в пустыне. Немного приукрашал их, где-то наоборот недоговаривал. Но затея удалась – вскоре друг лишь изредка всхлипывал, щуря красивые карие глаза, обрамлённые влажными от слёз ресницами.
Как бы я хотел, чтобы мой Кенсу был счастлив.

***

На ужине собрались все, кроме Чунмёна, отдыхающего наверху. Всё ещё обиженный на Чанёля, сидевшего во главе стола, я сел с другого края, рядом с Кенсу. К счастью или к несчастью – это как посмотреть – Лухан успел отреставрировать простреленное дважды плечо Пака и замотал свежим бинтом. Я бы, пожалуй, в обморок брякнулся от такой картины.
Счастливый Тао, не сводящий с Чонина влюблённого взгляда, притащил откуда-то из своих закромов бутылку вина и щедро наполнил ими кружки.
- Что ж, - поднялся из-за стола Чанёль, - сегодня мы выиграли тяжёлый бой. За вас, друзья!
Все обрадовано загудели, ударяясь металлическими кружками. Я лишь слегка пригубил алкоголь, а вот Кенсу выдул всё и долго ещё морщил гладкий лоб.
- Я подумал, что было бы неплохо остаться жить в «Белой лилии», - во время ужина заявил Чанёль. – Как вы думаете?
- А как же Город? – растерялся Сехун, до этого без устали подкатывающий к жующему Лухану.
- Ну, а что Город? – пожал плечами Пак. – Там мы чужие, а здесь создадим своё, общее. Восстановим крепость, теплицы, здания. Будет свой дом в бескрайней пустыне. Я раньше по молодости мечтал отправиться вместе с караванщиками по миру, искать остатки прежней жизни; её, потерявшие прежнюю красоту, обломки, а сейчас понял, что неважно где ты. Важно – с кем ты делишь свою жизнь. Сейчас здесь все мои друзья и я хотел бы остаться именно тут. Не хочу больше кочевать, искать невидимые идеалы
Чанёль замолчал и обвёл взглядом притихших друзей, задержав взгляд на мне.
- А что думает моя омежка, так безрассудно усевшаяся подальше от меня? – в доброжелательном тоне чётко угадывались стальные нотки.
- Было бы неплохо остаться здесь, - уткнувшись в тарелку, пробурчал я.
Сразу после окончания ужина Чанёль сгрёб меня в охапку и, невзирая на мои писки и слабые трепыхания, потащил на второй этаж. Напоследок я услышал хихиканья омег и смущённо покраснел – что они теперь обо мне подумают?
- А теперь говори, что это было! – рыкнул Пак, затолкнув меня в одну из свободных комнат.
- О чём ты? – изумился я.
- Моя омежка, ради которой я рисковал жизнью, даже не села рядом со мной во время ужина! – заорал Чанёль, яростно раздувая ноздри. – Как ты мне это объяснишь, а?!
- А ты не рычи на меня! – обиженно засопел я. – Сам заперся с этим своим Луханом на целый вечер. Откуда я знаю, чем вы там занимались?
- Он вытаскивал пулю из моего плеча! – рявкнул Чанёль. – А ещё рассказывал о том, как выжил после похищения! Как сбежал от тех альф, как искал меня по всему метро, как потом мотался по Городам, путешествовал с караванщиками, прикидываясь бетой!
- Все омеги такие сильные, а я цветочек, - тихо всхлипнул я, но альфа даже не услышал.
- Лучше скажи, что я сделал не так? Ты понял, что я слишком стар для тебя? Что не хочешь со мной быть? Или ты встретил истинного? – засыпал меня вопросами Пак.
- Всё сказал? – сложив руки на груди, поинтересовался я. – Нет, Чанёль, никого я себе не нашёл! Я о тебе, дураке таком, волновался! Места себе не находил! А ты, вместо этого
Но договорить мне не дали – сжали в жарких объятиях и начали страстно целовать. Вначале я покорно обхватил шею Пака руками, но когда воздух в лёгких закончился, принялся легко бить его кулачками по плечам.
- Мой сладкий, только мой, - шептал Чанёль, касаясь распухшими от поцелуя губами моих порозовевших скул. – Дай-ка я тебя понюхаю!
Этот изверг и собственник в мгновение ока избавил меня от одежды (и это с простреленной-то рукой!) и принялся обнюхивать с головы до пят, даже подмышки заглянул и коленные чашечки облизал!
- Вишнёвый мой, маленький мой, - бормотал он, изучая губами каждый изгиб моего тела.
- Чанни? – позвал я альфу, ёжась от приятных ощущений. – Ну, Чанни!
- Что? – сидя на коленях и играя языком с моим членом, недовольно отозвался альфа. – Как ты вообще можешь о чём-то думать, когда я тебя ласкаю?!
- Глупый, я же о тебе думаю, - улыбнулся я, поджимая от удовольствия пальчики на ногах.
- И что же ты надумал? – сложив широкие ладони на мои обнажённые ягодицы, полюбопытствовал Пак.
- Ты меня любишь?
- Люблю.
- Только меня?
- Да, глупый!
- А ничего, что я не умею драться? И что плачу постоянно?
- Пф, Чонин и твой мелкий дружок Кенсу успели мне в красках рассказать о твоих подвигах!
- Ты и с Кенсу успел познакомиться?!
- Да, пока ты дулся.
- А Лухан точно не твой истинный?
- Я тебя отшлёпаю, мало не покажется!
- А ты правда решил остаться в «Белой лилии»?
- Да.
- Почему?
- Потому что ты этого хочешь, а значит и я хочу!
- И я люблю тебя, Чанёлли! – узнав всё, что хотел, я счастливо зажмурился и задрал к потолку нос. – Можешь продолжать!
- Ты об этом, что ли? – фыркнул Пак, ткнув пальцем мой затвердевший член.
Увидев, что я вновь начал дуться, он счастливо рассмеялся и повалил меня на кровать, наклонившись сверху. Вот только боль в плече дала о себе знать и он медленно осел, полностью укрыв своим телом.
- Больно, Чанни? – встрепенулся я.
- До свадьбы заживёт.
- Какой свадьбы?
- До нашей!
- Ну ты загнул! – расхохотался я.
Захотев продолжить начатое, превозмогая смущение, я принялся расстёгивать рубашку на альфе, но увидев перебинтованный живот, побледнел и ойкнул.
- Эй, ты куда? – возмутился Пак, когда я поспешно укрыл нас одеялом и отвернулся к стене.
- Никуда! Спи давай!
- Что значит спи? А как же секс?!
- Какой секс? Ты весь в бинтах! – зашипел я.
- И что? Я же не умер!
- Я не хочу, чтобы ты пострадал ещё больше!
- Я пострадаю уже сейчас – у меня сперма из ушей вот-вот польётся!
- Тебе нельзя двигаться!
- Тогда сделай всё сам!
В комнате повисло неловкое молчание. Хорошо, что на улице уже стемнело, а в коридоре стихли последние шаги друзей, разошедшихся кто куда.
Превозмогая робость и смущение, я вновь отбросил в сторону одеяло и склонился над Чанёлем, неуклюже его целуя. Он специально не перехватывал инициативу в поцелуе, покорно приоткрыв губы, пропуская в рот мой язык. Поцелуй становился всё более влажным и пошлым, в то время как дрожащие руки боролись с ремнём и ширинкой.
Наконец, я стянул с альфы остатки одежды и неуверенно замялся, не зная, что делать дальше. Он же молча протянул здоровую руку и заправил мне за ухо прядь выбившихся чёрных волос. Улыбнулся, погладил по щеке и хитро прищурился.
- Садись поближе, я тебя растяну.
- Что? – я задохнулся от смущения и, если бы не твёрдая рука, сцапавшая меня за шею, точно убежал спать на крышу.
На этот раз главным в поцелуе был Чанёль. Пока я покусывал покрасневшие губы и жарко дышал ему в ухо, длинные пальцы щекотали вход в тело, заставляя мышцы расслабиться и подготовиться к вторжению.
- Оближи, - приказал он, поднося руку к моему рту.
Я принялся посасывать чужие пальцы, ощущая рецепторами языка всю солоноватость кожи. Увлёкшись, я не заметил, как потемнел взгляд Ёля, а из его рта вырвались неразборчивые хрипы.
- Больно, - нахмурился я, когда почувствовал в себе первый палец.
- Не ври!– отозвался Чанёль, глядя на меня блестящими в темноте глазами. – Говори – я стар для тебя?
- Нет, - простонал я, сжимая в себе палец.
- Тебе нравится мой запах?
- Ну, ничего так, - сглотнул я и тонко вскрикнул – в меня протиснулся ещё один.
- Ты не считаешь меня истинным? – издевался Пак, раздвигая внутри меня пальцы.
Я бы обязательно возмутился, но он нащупал комок нервов и нажимал на него с разной интенсивностью – то надавливая, то едва касаясь. Меня бросало то в жар, то в холод, собственный член истекал смазкой и просил разрядки, ещё и в анусе стало влажно и горячо – настоящее безумие.
- Ты не ответил, - вытащив пальцы, пробубнил Чанёль.
- Самый лучший! Самый любимый! Самый истинный! Возьми меня уже!!! – заголосил я, в нетерпении крутя задницей.
- Садись, - довольно фыркнул альфа, похлопав меня по ягодицам.
Обхватив пальчиками его член, я аккуратно погрузил в себя головку, а затем медленно сел полностью, теряясь от новых незнакомых ощущений.
- Тебе не больно? – выждав минуту, обеспокоенно спросил я.
- Давай уже трахаться, - прошипел Чанёль, стиснув мои бёдра и подкинув вверх.
Я ойкнул и, поймав ритм, стал самостоятельно насаживаться на его горячий член. Кажется, я стонал слишком громко и развратно. По-моему, весь этаж это слышал. Да что там - вся крепость была в курсе того, что главный альфа-самец развлекается со своим омежкой. Плевать, особенно когда так хорошо, что перед глазами всё летит, взрывается, кувыркается и
- ААА!!! – бурно кончив, одновременно простонали мы.
Пак успел выйти из меня до того, как развязался узел, и, уложив себе под бок, долго тяжело дышал, восстанавливая дыхание. Затем подцепил край одеяла, укутал нас и чмокнул в лоб, пожелав спокойной ночи.
Я лишь улыбнулся, когда горячая ладонь с поясницы медленно переползла на растерзанную, наверняка покрасневшую задницу.
- Увижу хоть с одним альфой – убью! – предупреждающе прошипел Чанёль.
- Себя или его? – хитро хмыкнул я.
- Ты на второй раунд напрашиваешься? – выгнул бровь Пак.
Мне оставалось лишь хихикнуть и пристроиться под горячим боком самого любимого альфы на свете.
Эпилог

- Я ещё никогда в жизни не чувствовал себя таким идиотом, - бурчал я, пока Кенсу заботливо поправлял на мне белоснежную рубашку и одёргивал такого же цвета брюки.
- Прекрати, это же так романтично, - болтая в воздухе ногами, вздыхал Лухан.
- Романтично, потому что тебя не касается! – огрызнулся я.
- И не коснётся, если продолжит игнорировать моего любимого братика, - скривился Чонин.
- Мне просто нравится, как Сехунни меня добивается, - выглядывая в окно, промурлыкал блондин. – Эх, какая же здесь красота!
Не сговариваясь, мы вчетвером столпились у подоконника и посмотрели на вновь ожившую «Белую лилию». За те три месяца, что мы здесь провели, крепость практически полностью вернула былую красоту. Дома и теплицы были отремонтированы заботливыми руками альф, растения восстанавливали уже омеги.
Теперь в супер организации Лухана состояло уже четверо омег, но мы знали, что это не предел – со всей пустыни к нам подтягивались одинокие и брошенные омежки, нашедшие здесь свой приют. Многие из них стали встречаться с альфами-охранниками, я видел даже парочку беременных. Идиллия, да и только!
Чанёль ходил гордый, будто лев, царственно наблюдая за своим прайдом. Но он не только приказы отвешивал, но и живо участвовал в жизни крепости. Я мог гордиться своим альфой и во всём старался соответствовать ему. Даже плакать почти перестал, благо и поводов для этого не было.
Недавно в крепости останавливались знакомые караванщики Чанёля. Они пробыли у нас два дня – рассказывали о местах где побывали, далёких Городах. Их рассказы были полны красок и чудес, особенно для нас с Кенсу, не знавших прежнего мира.
Больше всех поразила новость о том, что климат на Земле стал меняться. Ходили слухи, что на Востоке уже идут дожди и шумят грозы – невиданное событие за последние полтора десятка лет.
- А дождь, он какой? – как-то поливая в теплице помидоры, спросил я у прохаживающегося рядом Чонина.
- Мм, дождь? – он задумчиво отобрал у меня лейку и наклонил её, подставляя ладонь под прозрачные струи. – Вот такой же!
- Здорово, - наклонив голову, улыбнулся я.
К счастью, не только в моей жизни царили любовь и взаимопонимание. У моих друзей-омег тоже всё налаживалось. Чонин, например, учился мириться с недостатками Тао, потому что сам альфа уже давно принял своего омегу таким, какой он есть. Однако, это не мешало им с завидным упрямством ссориться, порой даже доводить свои скандалы до драк, а потом уединяться в комнате и предаваться бурным утехам. Все бежали из дома, когда эти двое начинали мириться, а им хоть бы хны!
У Сехуна с Луханом был затянувшийся период ухаживаний. Кажется, Лу нравилось играть с влюблённым альфой и он продолжал крутить хвостом и отделываться лёгким флиртом. Правда, судя по нервному тику и тёмным кругам под глазами О, радоваться Лу осталось недолго – скоро его поймают и накажут.
А вот Кенсу неожиданно сблизился с Чунмёном. Пока бета поправлялся, мой друг просиживал у его кровати сутками – менял компрессы, кормил с ложечки, книжки вслух читал. А когда бета поправился, внезапно испугался и стал его избегать. Они уже долго ходят вокруг да около, видно что нравятся друг другу, вот только шагов никаких не делают.
Я как-то спросил у Чанёля, может ли бета встречаться с омегой, и он сказал, что в новом мире возможно всё, тем более это.
- У бет не такой развитый нюх, как у альф. Тем более, жить с омегой – это очень круто! – объяснял мне Чанни. – Но Чунмён не поэтому вздыхает по Кенсу. Он ему действительно в душу запал. Просто они оба – яркие примеры комплекса неполноценности. Оба считают, что недостойны любви, но отчаянно ищут её друг в друге.
А вот сам Чанёль был свято уверен в том, что любовь свою нашёл. И нет бы ему угомониться и любить меня тихо-мирно, так нет же – приспичило моему льву свадьбу устроить. Да не просто абы какую, а на всю пустыню!
Правда, встреча с бетами из лаборатории, хозяином Города и его гаремом, а так же многочисленными друзьями-караванщиками предстояла на второй день. А вот в первый в крепости были лишь самые близкие нам люди.
- Если ты не хочешь свадьбы с Чанёлем, то зачем согласился? – сложив голову мне на плечо, хитро прищурился Кенсу.
- Откажешь ему, как же! – фыркнул я. – Он и так на меня обижался целый месяц, пока я отказом отвечал!
- Эй, омежье царство, невеста готова? – гаркнул по ту сторону двери Тао, заставив нас подскочить от неожиданности. – Там жених в предобморочном состоянии, а шаферы в алкогольном опьянении!
Судя по хихиканью, так оно и было.
- Вот же пьянчуги! – прошипел Кенсу, грозя кулаком в окно пошатывающемуся Чунмёну.
- Пошли уже, - рассмеялся Чонин, смело распахивая дверь.
На лестнице к нам присоединился чуть хмельной бета, так что на крышу мы забрались весьма шумной компанией.
Поднявшись последним, я спрятался за спиной Чунмёна и взволнованно сцепил руки на груди. Волнительно-то как! Я поднял взгляд к небу в немой мольбе, и изумлённо замер – с горизонта наползали тёмно-синие тучи, заволакивая идеально голубое небо. Я впервые в жизни видел, чтобы небо было такого насыщенного и мрачного цвета. Красивое зрелище.
Но ещё более волнующее меня поджидало после рыка Чанёля и расступившихся передо мной друзей. Робко взглянув на своего альфу, я залился краской до самых ушей и втянул голову в плечи. Чанёль был прекрасен – в таком же белом, как у меня, костюме, высокий и статный, уверенный в себе. На фоне такого незнакомого мне неба, чётко угадывался мужественный профиль. Даже дух захватывало от осознания, что он – мой.
- Иди ко мне! – протянув руку, улыбнулся Чанёль.
- Иди! Ну же! – замахали руками омежки, прилипнув каждый к своему избраннику.
Предатели. Эх, ладно. Шаг. Ещё один. Ещё немножко. И вот уже крепкие руки надёжно обвили меня вокруг талии, прижав к горячему сильному телу.
- Ах, как это мило! – хлопая ресницами, выдал Лухан.
- Хочешь так же? – без тени веселья, осведомился Сехун.
- Ну - поджав губы, растерялся блондин.
- Будет!
- Так, где там наш священник? – продолжив меня обнимать, крикнул Чанёль.
Довольно улыбаясь, вперёд вышел Кенсу и остановился напротив нас. Пришлось отстраниться от любимого и встать с ним рука об руку. Друг внимательно посмотрел на нас и тихо хлопнул в ладоши.
- Итак, друзья мои, сегодня мы собрались здесь по важному событию! Наши дорогие Пак Чанёль и Бён Бэкхён обрели, наконец, друг друга, остепенились и решили скрепить свои отношения узами брака! – обращаясь к собравшимся гостям, поведал Кенсу. – Я очень рад, когда вижу своего друга таким счастливым и улыбающимся! Бэк, я знаю тебя с детства. Ты мне как родной брат. И я уверен, что Чанёль – надёжный человек, который идеально подходит тебе
- Отставить лирику! – топнул ногой Тао и тут же добавил уже тише. – Винцо стынет же!
Я лишь закатил глаза и едва сдержал улыбку.
- Пак Чанёль, готов ли ты взять в мужья Бёна Бэкхёна, и поделиться с ним последним глотком воды? – торжественно спросил Кенсу.
- Готов, - без тени сомнения ответил мой альфа.
- Бён Бэкхён, готов ли ты стать мужем Пак Чанёля и стать ему опорой в трудные дни? – обратился уже ко мне Кенсу.
Я почувствовал, как затвердела рука Ёля, сжимающая мою талию.
- Конечно, готов! – с улыбкой кивнул я, и мой жених тут же расслабился.
На этот раз к нам подошёл Чунмён, держащий в руках поднос с двумя серебряными колечками, выкупленными у караванщиков за бешеную сумму.
Не отрывая от меня взгляда, Чанёль положил мою аккуратную ручку в свою широкую ладонь, и медленно надел на мой безымянный пальчик кольцо. Я последовал примеру и, волнуясь, надел перстенёк на его палец.
- Объявляем вас мужем и женой! – захлопав в ладоши, хором закричали друзья.
Крепко обнявшись, мы поцеловались нежно и трепетно, никуда не спеша, щедро делясь лаской и теплом. И было до того хорошо и уютно, что низ живота начало сладко тянуть, как перед
- Стоп! Вы чувствуете? – первым прозрел Сехун.
– Вишня! Пахнет вишней! – подхватил Тао.
Альфы одновременно уставились на меня, а омеги облегчённо вздохнули.
- Вот видишь, врач был прав, когда говорил, что вместе со спокойствием и течка вернётся! – тряхнул указательным пальцем Кенсу.
Заметив, как я судорожно вожу носом по его шее, Чанёль нервно сглотнул и лишь крепче сцепил объятия.
- Муж, ты меня чувствуешь? – едва слышно просипел он.
- Ты потрясающе пахнешь! Как я раньше этого не замечал?! – шокировано шептал я, не в силах надышаться таким чарующим ароматом родного тела.
На свадебный банкет мы не попали – пока друзья распивали вино и вкушали закуски, мы уединились в спальне, бурно проводя первый брачный день, плавно перетекающий в ночь.
Уже ближе к полуночи, вымотанный стараниями Чанёля, я проснулся, услышав странный шум на улице. Подошёл к окну и изумлённо замер, глядя на прилипшие по ту сторону стекла капли воды.
- Пошли на крышу, - шепнул на ухо проснувшийся Чанёль и потянул меня за собой.
Полураздетые, мы выбежали на крышу и взвизгнули от неожиданности – холодный ливень, льющий стеной, мгновенно намочил одежду и открытые участки кожи.
- Это дождь? Да, Чанни, дождь?! – восторженно кричал я, подставляя ладошки под крупные капли.
- Я думал, что не доживу до этого момента, - шептал альфа, подняв лицо к небу.
Вода стекала по его волосам, шее, запутывалась в складках одежды. Мы ловили дождь губами, кружились на скользкой крыше. Обнимались. Целовались. Мы были счастливы.
Не покидало ощущение, что этот дождь – лишь начало новой жизни. Да, старая оказалась безвозвратно погребена под тоннами песка. Но раз мы живы, значит это кому-нибудь нужно. Раз мы живы – глупо упускать шанс начать всё заново. Построить новый мир на обломках старого. Ещё более прекрасный и совершенный. Окружить себя теми, кого любишь и кто дорог. И ценить каждую прожитую минуту.
Комментарий к части

спасибо всем, кто читал и переживал вместе со мной непростую судьбу героев~ не могу делать Бэкёлей несчастными, поэтому ХЭ - полный и безоговорочный))
Не забудьте оставить свой отзыв: http://ficbook.net/readfic/1819851










15

Приложенные файлы

  • doc 18468020
    Размер файла: 669 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий