Konspekt_monografii (1)


Конспект
подготовил студент
1-го курса (РЛ-151)
Гришакин Виктор



Конспект монографии Гудзий Н.К. История древней русской литературы. М., 1966.



Николай Каллиникович Гудзий (1887 1964) родился в городе Могилеве-Подольском на Украине. В 1911 году окончил историко-филологический факультет Университета. Св. Владимира. До 1922 года он работал в Симферопольском государственном университете. С 1922 г. Н. К. Гудзий работал в Москве, был профессором Второго государственного университета, Института красной профессуры, Московского института истории, философии и литературы (МИФЛИ) и МГУ.
В 19411945 гг. Николай Каллиникович Гудзий был деканом сначала филологического факультета ИФЛИ, а затем филологического факультета МГУ. Он организовывал всю учебно-научную работу факультета во время эвакуации в Свердловске. С 1938 г. по 1947 г. руководил отделом древнерусской литературы в ИМЛИ.

Научную работу начал в 1908 году в семинарии В. Н. Перетца в Киевском университете, который окончил в 1911 году. Первая статья Гудзия напечатана в 1910 году.

Работал в высших учебных заведениях Киева, Симферополя, Москвы. Руководил отделом древнерусской литературы в Институте мировой литературы им. А. М. Горького АН СССР (19381947), отделом русской литературы (19451952) и отделом украинской древней литературы (19521961) в Институте литературы им. Т. Г. Шевченко АН УССР.
Разносторонним научным интересам Н. К. Гудзия соответствовал широкий диапазон его педагогической деятельности. Только в Московском университете он читал курсы по истории древнерусской литературы, по источниковедению и текстологии, спецкурсы о творчестве Л. Н. Толстого, вел семинарские занятия по истории древнерусской повести, “Слову о полку Игореве”, по творчеству Л. Н. Толстого, семинар аспирантов.


Основной сферой научной и научно-педагогической деятельности Гудзия была история древнерусской литературы. Гудзий автор первого учебника по истории древнерусской литературы (М., 1938) и составитель хрестоматии по литературе XIXVII вв. (М., 1935; дополнялась и переиздавалась неоднократно, используется в преподавании и сейчас).

Н. К. Гудзий автор статей, посвященных творчеству А. С. Пушкина, А. Н. Островского, Н. С. Лескова, Ф. И. Тютчева и других писателей, и поэтов XIX века, исследования “Юношеское творчество Брюсова”, монография “Л. Н. Толстой”. Вел научно-организаторскую работу по истории филологических наук.

За безупречную плодотворную работу в области подготовки советских специалистов-филологов Н. К. Гудзий Был награжден орденом Ленина и двумя орденами Трудового Красного Знамени.


Нет практически ни одного периода в истории русской литературы, который не привлек бы к себе внимание ученого. В поле его научного зрения находилась вся многовековая русская литература от древнерусских летописей до писателей нового времени. Н. К. Гудзий был создателем первого советского учебника по истории древнерусской литературы (первое издание 1938 г.). Огромную текстологическую работу Н. К. Гудзий проделал, готовя к изданию целый ряд томов юбилейного издания полного собрания сочинений Л. Н. Толстого в 90 томах. С 1945 года, с момента избрания его действительным членом Академии наук УССР, Н. К. Гудзий был руководителем отдела украинской древней литературы Института литературы им. Т. Г. Шевченко.

Главной задачей в своем самом большом труде «История древней русской литературы» Н.К. Гудзий ставит не только донесения текста в его первоначальном, самом «нетронутом» варианте, но и заинтересовать читателя, написав книгу очень живо, избегая присущей научным работам «сухости». Безусловно, у Гудзия Н.К. это получается: книга читается легко, практически на одном дыхании.
Для Н. К. Гудзия бесспорна первичность текста перед любой концепцией. Концепции рушатся, их подтачивает неумолимое время, а изучаемые тексты остаются.
Учебник Н. К. Гудзия отражает более ранний условно говоря, долихачевский период в изучении средневековой русской книжности.
Основным материалом исследования для Н. К. Гудзия оставалась древнерусская словесность. Его наиболее известные и поныне сохранившие ценность работы посвящены «Слову» и «Молению» Даниила Заточника, «Слову о полку Игореве», «Житию протопопа Аввакума» и другим древнерусским памятникам. В них он опирался не только на сами тексты, но и на труды А. Н. Пыпина и Н. С. Тихонравова, работы В. Н. Перетца учителя Н. К. Гудзия.
Первое, что бросается в глаза читателю учебника Н. К. Гудзия, подробный пересказ содержания древнерусских текстов.
Пересказывая древнерусские произведения, Н. К. Гудзий приближает их к нам, освобождает от немоты голоса древнерусских книжников. Изложение древнерусских произведений увлекательное и живое.
Анализ и выводы естественно следуют, вытекают из краткого изложения содержания памятников. Характеристики поэтики древнерусских памятников всегда выверены, далеки от произвольности и необязательности, от неуместной и для педагога, и для ученого оценочности. Н. К. Гудзия отличает замечательный дар разглядеть своеобразное в похожем и кажущемся одинаковым.

Что касается структуры самой книги, то она предельно проста: встречает нас учебник введением, написанным автором как «общие замечания». Во введении автор повествует об истории русской литературы, времени ее существования «древняя русская литература насчитывает приблизительно шесть с половиной веков», о предпосылках к возникновению того или иного периода, говорит о необходимости сохранения памятников в их первозданном виде, если это возможно, рассказывает о методах передачи информации, из чего вытекают причины огромной утери произведений (их частей) того или иного периода.

Сразу за введением следует глава «ДРЕВНЕЙШАЯ УСТНАЯ ПОЭЗИЯ НА РУСИ». В которой автор повествует о том, что «задолго до возникновения на Руси книжной литературы восточные славяне обладали широко развитой устной поэзией в разнообразных её видах и жанрах, зародившейся ещё в дофеодальный период, в пору общинного родового строя». Цитируя Горького, Николай Каллиникович говорит о том, что фольклор – был и является не отменной частью истории не только литературы, но и всей истории в целом, сопутствуя друг другу они всегда идут «в ногу».
Приводя доказательства на примере «Слова о полку Игореве» а также из свидетельств иностранных путешественников и историков.
Еще одним доказательством существования фольклора является существования былин русских народных эпических песен о богатырях.
«Таким образом, устное и письменное творчество в старину находилось у нас во многих случаях в состоянии органического взаимодействия и взаимопроникновения».

После этой главы следует «ДРЕВНЕХРИСТИАНСКАЯ КНИЖНОСТЬ НА РУСИ» в которой автор говорит о том, что в связи с принятием Русью христианства, должен был последовать приток книжности.
«Христианская книжность на первых порах не только расширяла умственный горизонт древнерусского писателя и читателя, но и знакомила его с новыми общественными и нравственными понятиями, содействовала усвоению более передовых форм гражданского общежития. Вместе с тем она пополняла тот запас средств словесного выражения, который уже имелся в русском языке.»
Большую роль для русской литературы сыграла литература переводная, особенно старшая христианская литература.
«Точно так же, как и литература оригинальная, переводная литература на русской почве на протяжении своего бытования подвергалась чаще всего процессу редакционных переработок и вместе с тем органически включалась в общий литературный поток, стиравший грани между чужим и своим. В этом смысле она стала фактом русской литературы в такой же мере, в какой им стали позже, например, переводные произведения Жуковского».

Из это главы плавно вытекает следующая «БИБЛЕЙСКИЕ КНИГИ».
В которой рассказывается о библейских книгах Старого и Нового заветов.
Древняя русская литература часто пользовалась библейскими цитатами и в ряде случаев использовала библейскую стилистику и образные средства Библии. Особенная популярность с древнейших времён выпала на долю Псалтири.
Далее следует глава, повествующая о таких переводных памятниках, обращавшихся к библейским мотивам, как «АПОКРИФЫ».
В буквальном переводе слово «апокрифический» означает «тайный», «сокровенный», доступный лишь для особо умудрённых людей, для знатоков, а не для широкой массы. Такое значение это слово имело ещё в дохристианскую эпоху и затем в первые века христианства.
Далее Николай Каллиникович дает свое определение апокрифам «в своём окончательно установившемся на христианской почве понимании апокрифы представляли собойтакого рода легендарно-религиозную литературу, которая, тематически будучи тесно связана с каноническим писанием Ветхого или Нового заветов, в самых своих сюжетах или трактовке их заключала «еретические» элементы, отвергаемые ортодоксальным церковным учением».
Чем же объясняется то, что памятник, столь красочно изображавший адские мучения и, казалось бы, способный устрашить грешников и внушить им мысль о необходимости праведной жизни, подвергался церковью запрещению и отнесён был ею к числу «ложных», «отреченных» книг? Прежде всего, очевидно, тем, что по основной своей тенденции он заключал в себе критическую переоценку, как бы ревизию тех традиционных представлений о божеской справедливости, которые поддерживались канонической литературой. Живое сочувствие богородицы мучениям грешников, заставляющее её то и дело проливать слёзы, противопоставляется здесь суровому и безучастному божьему суду. Только после настойчивых молений богородицы, поддержанных молитвами ангельского и святительского чина, который перед этим богородица укоряет в равнодушии к человеческим мукам, грешники получают временный перерыв в своих мучениях. Весь апокриф проникнут свободомыслием в отношении к установленным религией нормам и понятиям; он не щадит грешников, не только рядовых, но и таких, которые, в силу своего иерархического положения, были под защитой официальной церкви: епископов, патриархов, черниц, немилостивых князей и царей, не творящих воли божьей. «Хождение богородицы по мукам» отразило в себе оппозиционное отношение известной группы верующих к учению ортодоксальной церкви и одновременно моральное переосмысление прямолинейно-бездушной официальной христианской доктрины.
В то же время этот апокриф, независимо от своей идейной сущности и художественной силы, должен был привлекать читателя живым, реалистическим колоритом, притом очень красочным и декоративным. Не говоря уже о фигурах грешников, зачастую наделённых обычными бытовыми пороками (сплетницы, выносящие сор из избы, вздорщики, лежебоки, просыпающие заутреню, и т. п.), и центральная фигура апокрифа богородица при всей своей эпичности отличается свойствами реальной человеческой личности. Она сострадательно относится к людскому горю, но вместе с тем выступает и как рядовая женщина-мать, которой свойственно чувство озлобления, когда дело касается участи её сына. Наконец, самая картина адских мук со всеми её подробностями сугубо натуралистична. Она не могла не действовать своими ужасами на воображение старинного читателя, и одновременно апокриф в целом привлекал общей своей гуманной тенденцией, что и обеспечило ему широкое распространение в списках вплоть до XIX в. и проникновение его в устную поэзию.

После этой главы следует глава «ЖИТИЙНАЯ ЛИТЕРАТУРА», в которой автор рассказывает о жанре «житие», об авторе жития, главном идеальном герое и влиянии на всю литературу в целом. «Автор жития, агиограф, преследовал прежде всего задачу дать такой образ святого, который соответствовал бы установившемуся представлению об идеальном церковном герое». Автор повествует о внутренней стороне жития, как следствия, повлиявшем на литературу: «С внутренней стороны житие характеризуется в общем теми же особенностями, какие присущи и светской повествовательной литературе. В нём часто присутствует психологическая характеристика персонажей, особенно персонажа основного, причём для неё большей частью используются его размышления; обычны монологи, раскрывающие душевное состояние действующих лиц, сплошь и рядом в форме лирического плача, причитания; обычна также диалогическая форма речи, служащая для оживления повествования и для его драматизации». Далее автор говорит о житиях переводных, которые издавна обращались у нас либо в распространённой форме, либо в краткой.
«В XIXII вв. в отдельных списках известны были на Руси переводные жития Николая Чудотворца, Антония Великого, Иоанна Златоуста, Саввы Освященного, Василия Нового, Андрея Юродивого, Алексея человека божия, Вячеслава Чешского (последнее западнославянского происхождения) и др.».

Так же на русской почве в древнейшее время известны были и переводные сборники кратких новелл, повествовавших о каком-либо назидательном эпизоде из жизни христианского подвижника. Сборники эти, носившие название «Патериков» или «Отечников», объединяли в себе повести об аскетах и отшельниках, живших в определённой местности или в определённом монастыре, либо о таких событиях и разнообразных жизненных случаях, свидетелями и очевидцами которых были эти отшельники.

После этих вводных глав, следуют главы, определяющие большие разделы в истории русской литературы.
Академик Гудзий Николай Каллиникович объединил их в такие разделы как:
Литература Киевской Руси
Литература периода феодальной раздробленности XIII-XIV вв.
Литература периода объединения Северо-Восточной Руси и образования Русского централизованного государства (с конца XIV до начала XVI в.)
Литература периода укрепления Русского централизованного государства (XVI-XVII вв.)

«ЛИТЕРАТУРА КИЕВСКОЙ РУСИ» включает в себя главы:
Древнейшее Летописание
Церковное Ораторство
«Поучение» Владимира Мономаха
Житийная Литература
Паломническая Литература
«Слово О Полку Игореве»
Переводные Повести

Данный раздел посвящен литературе 882 – 1169 годов.
Литература Киевской Руси на первых же порах своего существования достигла высокой степени развития, что соответствовало высокому уровню общей культуры Киевского государства. Высота его культуры сказалась, помимо народно поэтического и литературного творчества, и в памятниках церковного зодчества, большей частью сохранившихся до нашего времени (киевская София, София новгородская, Спас черниговский и др.), а также зодчества гражданского (княжий дворец, воздвигнутый в Киеве в X в., киевские Золотые ворота), и живописи (фрески киевской Софии, новгородской церкви Спаса Нередицы), и в музыкальном искусстве, и в блестящих достижениях древнерусского художественною ремесла.
Культурный расцвет Киевской Руси подготовлен был всем предшествовавшим развитием культуры восточных славян, о котором свидетельствуют памятники материальной культуры начиная ещё с VI в., но быстрому росту её содействовало приобщение Руси в конце X в. к христианству, диктовавшееся государственными и общественными потребностями феодализировавшегося государства. Одновременно с принятием христианства на Руси заведено было школьное обучение. Летопись сообщает о том, что Владимир после возвращения из Греции в Киев «нача поимати у нарочитые чади дети и даяти нача на учение книжное». Как правильно указывает Б. Д. Греков, «учение книжное» было не простым обучением элементарной грамотности, а чем-то гораздо более сложным и серьёзным, приближавшимся к системе обучения в греческих школах '. «Учение книжное» получило у нас дальнейшее развитие при Ярославе Мудром, великом книголюбе, организаторе школы в Новгороде для трёхсот детей.
Только допустив, что в Киевской Руси широко было поставлено школьное дело, можно понять, каким образом в очень короткий срок, через несколько десятилетий после принятия христианства, на Руси возникли такие замечательные литературные памятники, как древнейший летописный свод или «Слово о законе и благодати» священника, впоследствии митрополита Илариона, а также такие выдающиеся по языку и по богатству образных средств самостоятельные русские переводы с греческого, как перевод «Иудейской войны» Иосифа Флавия.
Первые произведения оригинальной древнерусской литературы, дошедшие до нас, относятся к середине XI столетия. Их создание обусловлено ростом политического, патриотического сознания раннефеодального общества, стремящегося упрочить новые формы государственности, утвердить суверенность Русской земли.

Обосновывая идеи политической и религиозной самостоятельности Руси, литература стремится закрепить новые формы христианской этики, авторитет власти светской и духовной, показать незыблемость, «вечность» феодальных отношений, норм правопорядка.

Основные жанры литературы этого времени исторические: предание, сказание, повесть и религиозно-дидактические: торжественные слова, поучения, жития, хождения. Исторические жанры древнерусской литературы, как правило, бытуют не отдельно, а в составе летописей, где принцип погодного изложения давил возможность включать в нее разнообразный материал: погодную запись, сказание, повесть.

Эти исторические жанры были посвящены важнейшим событиям, связанным с военными походами, борьбой против внешних врагов Руси, строительной деятельностью князя, усобицами, необычными явлениями природынебесными знамениями.

В то же время летопись включала и церковную легенду, элементы жития и даже целые жития, юридические документы.

Одним из древнейших дошедших до нас величайших исторических и литературных памятников второй половины XI начала XII столетия является «Повесть временных лет».
Первые века рассматриваемой литературы это века собственно древнерусской литературы XIXIII вв. К этому периоду относится еще не расчлененное единство всего восточного славянства.

Независимо от того, где создавались отдельные произведения в Новгороде, Киеве, Ростове, Владимире-Волынском, Галиче или Турове, они распространялись по всей восточнославянской территории и включались в единую литературу, которую мы считаем возможным называть собственно древнерусской (восточнославянские племена называли себя «русскими», но в отличие от русских великорусов мы предпочитаем говорить о них как о древнерусских племенах, а литературу называть древнерусской).

Начиная с XVI в. наступает важный период постепенного формирования национальных особенностей трех будущих восточнославянских наций: великорусской, украинской и белорусской.

Начинается формирование особой литературной традиции у каждого из трех братских восточнославянских народов, но только с XVI в. мы можем говорить о литературе древне велико русской, древне украинской и древне белорусской. К XVII в. их национальные особенности оформляются окончательно.

После этого раздела следует раздел побольше «ЛИТЕРАТУРА ПЕРИОДА ФЕОДАЛЬНОЙ РАЗДРОБЛЕННОСТИ XIII-XIV вв.»
Включающий в себя такие главы как:
«Моление Даниила Заточника»
Повести О Татарском Нашествии
«Слово О Погибели Рускыя Земли»
Житие Александра Невского
Проповеди Серапиона Владимирского
Галицко-Волынская Летопись
Другие Памятники Этой Поры
Переводные Повести
В данном разделе автор повествует о литературе в период феодальной раздробленности. Это период литературы борьбы с завоевателями. Монголо-татарское нашествие нанесло непоправимый урон древнерусской литературе, привело к ее заметному сокращению и упадку, на долгое время прервало книжные связи с другими славянами.
Поражения в борьбе с внешними врагами Русской земли, проводимая Золотой Ордой политика на Руси усиливали процесс феодального дробления государства, обособления отдельных княжеств. Однако одновременно с этим процессом все настойчивее зрела идея необходимости объединения русских земель, в первую очередь находившая отражение в памятниках литературы.

Эта идея возникала из сознания того, что именно раздробленность русских княжеств привела к поражению и установлению золотоордынского владычества. Внутренними стимулами ее были: единый язык (при наличии местных диалектов), единая религия, единая история, сознание этнического родства.

Монголо-татарское нашествие принесло жесточайший урон русской материальной культуре, затормозило процесс культурного развития страны. Людские потери были чрезвычайно велики. Захватчики уничтожили многие города Северо-Восточной и Южной Руси, были разрушены ценнейшие архитектурные памятники, под развалинами и в огне пожарищ гибли произведения ремесленников, памятники изобразительного искусства, книги. Как пишет академик Б. А. Рыбаков, «русское городское ремесло было совершенно уничтожено.

Русь была отброшена назад на несколько столетий, и в века, когда цеховая промышленность Запада переходила к эпохе первоначального накопления, русская ремесленная промышленность должна была вторично проходить часть того исторического пути, который был проделан до Батыя».

Но духовно русский народ не был ни уничтожен, ни порабощен. Борьба с монголо-татарами вызвала подъем патриотизма. Патриотическая тема становится основной темой литературы XIII в. Она нашла отражение и в летописании, и в агиографии, и в памятниках красноречия.
Остро звучит в произведениях XIII в. тема сильной княжеской власти, осуждение княжеских междоусобий и несогласованности действий против врагов. Идеалом князя выступает князь воин и мудрый государственный деятель. В воспоминаниях о прошлом таким князем рисуется Владимир Мономах, среди современных князей Александр Невский, каким он представлен в житии, написанном в 70-е гг. XIII в.

В XIII в. в литературе бытуют те же жанры, что и в предшествующее время, летописание, агиография, ораторская проза. Но, как мы увидим далее, памятники этих жанров во многом отличаются своеобразием, выходят за рамки традиционных жанров.

После этого раздела следует самый большой раздел данной книги, названный автором «ЛИТЕРАТУРА ПЕРИОДА ОБЬЕДИНЕНИЯ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЙ РУСИ И ОБРАЗОВАНИЯ РУССКОГО ЦЕНТРАЛИЗОВАННОГО ГОСУДАРСТВА»
Включающая в себя такие главы как:

Литература С Преобладающими Общерусскими Тенденциями, возникшая преимущественно На Московской Почве
Летописная Повесть О Мамаевом Побоище
«Задонщина»
«Сказание О Побоище Великого Князя Дмитрия Ивановича»
«Слово О Житии И О Преставлении Великого Князя Дмитрия Ивановича, Царя Русьскаго»
Житийная Литература Конца Xiv Xv Вв.
Московское Летописание
Повесть Нестора-Искандера О Взятии Царьграда
Повести О Вавилонском Царстве, «Сказание О Князех Владимирских»
Повесть О Мутьянском Воеводе Дракуле
Повесть О Грузинской Царице Динаре
«Хожение За Три Моря» Афанасия Никитина
Повесть О Петре И Феврони
Церковные И Противоцерковные Направления Во Второй Половине Xv В
Литература С Преобладающими Областническими Тенденциями
Сказание О Знамении От Иконы Богородицы
Повесть О Путешествии Иоанна Новгородского На Бесе В Иерусалим
Повесть О Новгородском Посаднике Щиле
Сказания О Конце Новгорода
Повесть О Новгородском Белом Клобуке
Инока Фомы «Слово Похвальное» Великому Князю Борису Александровичу
Повесть О Меркурии Смоленском
Повесть О Псковском Взятии

Этот раздел повествует о литературе в период образования централизованного государства. Казалось бы, его можно объединить со следующим разделом, но в нем больше рассматривается литература периода объединения северо-восточной Руси в частности.
Данный раздел повествует о Новгородском периоде и периоде Руси после борьбы с моного-татарами.
Завоевание турками православных стран проходило на фоне постепенного возвышения Москвы как духовного и политического центра.
Великой победе объединенных русских войск над татарами на поле Куликовом 8 сентября 1380 г. посвящен цикл произведений конца XIV – начала XVI в. В него входят лиро-эпическая «Задонщина», подражавшая «Слову о полку Игореве», испытавшая влияние фольклора и продолжавшая традиции воинских повестей, «Сказание о Мамаевом побоище» – самый подробный и увлекательный рассказ о Куликовской битве, «Слово о житии и о преставлении великого князя Дмитрия Ивановича, царя Русского» – торжественный панегирик в честь победителя татар Дмитрия Донского, близкий по языку и риторическим приемам литературной манере Епифания Премудрого и, возможно, им написанный.
XVI в. – время обобщающих литературных предприятий энциклопедического характера. Под руководством Макария, архиепископа Новгородского (1526–1542 гг.) и митрополита всея Руси (1542–1563 гг.), были составлены Великие Минеи Четии – грандиозный свод душеполезной литературы в 12 книгах, расположенной в порядке церковного месяцеслова. Работа, начатая в Новгороде в 1529/1530 г. и законченная в Москве около 1554 г., заключалась в поиске источников, отборе лучших списков, их редактировании, создании новых памятников и редакций. Макарий объединил усилия известных книжников, переводчиков и писцов.
Среди них была жемчужина древнерусской литературы – «Повесть о Петре и Февронии Муромских» (кон. 1540-х гг.) Ермолая-Еразма. Писатель изобразил любовь крестьянской девушки из Рязанской земли, дочери простого бортника, и муромского князя, побеждающую все препятствия и даже смерть.

Следующий, не менее значимый и величественный по своим размерам раздел называется «ЛИТЕРАТУРА ПЕРИОДА УКРЕПЛЕНИЯ РУССКОГО ЦЕНТРАЛИЗОВАННОГО ГОСУДАРСТВА».
Литература XVI В.
Идейные Направления В Первой Половине Xvi В. И Их Литературное Выражение
Литературные Произведения, Возвеличивавшие И Закреплявшие Московские Политические И Церковные Традиции
«История О Казанском Царстве»
Публицистическая Литература Xvi В.
Сказание О Киевских Богатырях, Повесть О Сухане
Литература XVII В.
Повести О «Смутном Времени»
Житие Юлиании Лазаревской
Русская Историческая И Бытовая Повесть Преимущественно Второй Половины Xvii В.
Повесть Об Азовском Осадном Сидении Донских Казаков
Повесть О Еруслане Лазаревиче
«Повесть О Горе И Злочастии»
Повесть О Савве Грудцыне
Повесть О Фроле Скобееве
Повести О Происхождении Табака, О Бесноватой Соломонии, О Начале Москвы, Об Основании Тверского Отроча Монастыря
Сатирическая Литература
Повесть О Ерше Ершовиче
Повесть О Шемякином Суде
Азбука О Голом И Небогатом Человеке
Повесть О Куре И О Лисице
Повесть О Бражнике
Калязинская Челобитная
Сказание О Попе Саве
Повесть О Карпе Сутулове
Праздник Кабацких Ярыжек
Сказание О Крестьянском Сыне
Переводы И Переработки На Русской Почве Западной Повести
Западная Рыцарская Повесть На Русской Почве
Сборники Анекдотических И Шуточных Рассказов, Басен И Пр.
Сборники Нравоучительных Повестей И Рассказов
Старообрядческая Литература
Протопоп Аввакум И Его Сочинения
Стихотворство В Xvii В.
Досияпабические Вирши
Силлабическое Стихотворство
Начало Русского Театра И Русской Драматурги

В самом начале данного раздела автор дает точную историческую характеристику данному периоду, для более четкого понимания глубины и предпосылок данной литературы.
Далее автор показывает произведения 16 века, переплетая их с историческими фактами современного им времени, что и помогает добиться легкости текста, простоты его восприятия.
К примеру, рассказывая о Смутном Времени Гудзий Н.К. он дает пример творчества того времени, показывая повести, анализируя их.
Мне очень импонирует тот вывод об этом времени, который делает сам автор, хотелось бы привести его в качестве цитаты и некого завершения данного раздела: «Социальный протест широких народных слоев, нашедший своё выражение в старообрядчестве, искал себе поддержки в отживавших религиозных и общественных устоях, но и старообрядческое литературное творчество в лице наиболее яркого его выразителя протопопа Аввакума принесло новые художественные достижения, обогатившие нашу литературу образной народной речью и бытовым содержанием.
В наследство XVIII в. литература XVII в. передаёт опыты чисто светского творчества в области повести, сатиры, лирической поэзии и драматургии. Она же закладывает основы классического стиля, в XVIII в. получающего преобладающее значение.
Вместе с тем XVII в. создаёт литературную традицию, возникающую в тех «низовых» слоях, которые в предшествующие века почти не имели доступа к письменной литературе. Возникает ряд оппозиционных по своему содержанию и новых по своему языковому обличью произведений, написанных авторами выходцами из посадской и частью из крестьянской среды. И в этом отношении литература XVII в. также прокладывает дорогу литературе следующего XVIII в., когда рядом с дворянским классическим стилем и дворянской тематикой развиваются стиль и тематика демократических социальных слоев, обогащающих русскую литературу элементами реализма, который прочно утверждается у нас в XIX в.»





Заголовок 115

Приложенные файлы

  • doc 18357382
    Размер файла: 90 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий