Kristin Orban_Molchanie muzhchin

1 Кристин Орбан Молчание мужчин OCR and Spellcheck: ilina Кристин Орбан «Молчание мужчин» : Рипол Классик , Москва , 2005 Оригинальное название : Christine Orban « Le Silence Des Bommes» , 2005 ISBN 5-7905-3867-3 Перевод : Т . А . Источникова Аннотация Она — тридцатилетняя женщина , хотевшая прожить жизнь , похожую на прекрасную мелодраму. Она удовлетворяла его фантазии , он удовлетворял ее мечты . Их тела понимали друг друга , но души находились в вечном противостоянии. Она бы ла просто женщиной , которая собирается открыть дверь мужчине , потому что не может ему сопротивляться. Он смотрел на нее , не говоря ни слова . Она захотела узнать , отчего этот человек молчит ... Нетривиальный психологизм , истинная страсть и еще одна загадка по имени «влюбленная женщина» в романе под названием «Молчание мужчин». Кристин Орбан Молчание мужчин Я писал молчание и ночь , выражал невыразимое , запечатлевал головокружительные мгновенья. Артюр Рембо Ваза придает форму пустоте, а музыка — безмолвию. Репе Шар О . от К. 1 Видение Этой ночью я увидела его во сне , непохожем на обычные сны . Скорее в трев ожном видении. У него были темные глаза с подвижными зрачками ; нос с горбинкой придавал его лицу выражение силы , которое привлекло меня ; каштановые волосы были давно не стрижены , и одна прядь падала на лоб. Он смотрел на меня , не говоря ни слова. Молчание было его речью . Любые произнесенные им слова стали бы просто отрывочными фразами , такими же далекими от реальности , как прогноз погоды. Молчание приводит в замешательство . Этот ложный смысл , этот развенчанный самозванец вызывает у нас сомнения : а что если все слова , которые мы обычно используем , вообще напрасны ? От молчания нечем защититься . Любое слово , в конечном счете , теряет силу перед ним. Однако все то , чего не говорил мне незнакомец , в конце концов , стало смыслом моей жизни. Он был игрой , загадкой , к анвой для вышивки , черно-белой картинкой для раскраски ; ему постоянно чего-то недоставало . Он существовал в пустоте , в воображении . А я должна была вышивать , раскрашивать , отражать . Он дал мне лишь контур , обводку , пустой сосуд , проблему , которую нужно бы л о решить . Он не дал мне ни содержания , ни решения. Отсутствие смысла раскрыло мне глаза на множество смыслов. Из пустоты возникло неодолимое влечение. Его особой , присущей только ему манерой было говорить без слов. Конечно , я бы предпочла , чтобы он поговорил со мной . Я предпочла бы слова этой пластинке без музыки , этой книге без единой строчки , этим мимолетным ласкам , этим молчаливым сигналам , которые он посылал мне и которые я должна была расшифровывать. Был ли у ме ня выбор ? Я присоединилась к нему там , где он был — в этом странном беззвучном таинственном мире , который принадлежал только ему и в который он меня увлек . Я приняла то , что он мне дал — то , что было невидимым и неслышимым для других. Сегодня я знаю , что п уть молчания создал меня и заставил создать нечто другое моими собственными силами . Я потеряла и вновь обрела себя в молчании. 2 Встреча Все началось в саду Марселя Пруста , довольно заурядно , хотя и не совсем обычно и , возможно , иллюзорно . Какой-то тип , сидевший на скамейке , вполголоса напевал легкий мотивчик — только для меня , я была в этом уверена . Ну , почти уверена. Я остановилась . Негромкие звуки доносились , словно из другого мира , вырываясь из тишины . Мы взглянули друг на друга , я — для того , чтобы у бедиться , что песенка адресована мне , а заодно чтобы выяснить , не знакомы ли мы . Так вполне могло быть . С первого взгляда этот неизвестный показался мне знакомым . Странно — знакомый незнакомец : абсурдная очевидность , смутное воспоминание , всплывшее из как и х-то дальних закоулков памяти. Я стояла перед ним , чувствуя себя добычей , которую заманивают в ловушку . Стояла и слушала . Несколько мгновений мы наблюдали друг за другом . Два-три брошенных взгляда , и все . Больше ничего не произошло . А может быть , и вовсе н ичего не произошло . Вполне вероятно даже , что человек , сидевший напротив , не сулил мне никаких обещаний , в нем не было никакого внутреннего огня , никакого намека на сбывшуюся мечту — все это существовало лишь в моем воображении . Я почувствовала , что красн е ю , и стала смотреть на свои босоножки из плетеных кожаных ремешков , словно ожидая , когда закончится это мучение . Когда я снова подняла голову , скамейка напротив меня была пуста. Он ушел. А я стала другой. Я долго спрашивала себя , не был ли это сон наяву. Он повторился тремя годами позже , на вернисаже в галерее современного искусства . Лицо среди других лиц . Могла ли я его не узнать ? Это был он , конечно , он , я была уверена в этом так же твердо , как в смене дня и ночи . Он заметно выделялся из толпы , хотя и н е был совершенным красавцем — но это был он , и мне этого было достаточно . На мне было легкое открытое платье , выбранное без всякого умысла . В это мгновение моей жизни , посреди шумного многолюдья , я была недалека от мысли , что все наше существование заключа е тся в ожидании чего-то , что никогда не произойдет. Я ошибалась . Человек , стоявший всего в нескольких метрах от меня , как две капли воды походил на незнакомца , сидевшего на скамейке . Два образа наложились один на другой и полностью совпали. Наконец я снова его нашла. Он в свою очередь заметил меня , и ему хватило мгновения , чтобы перенестись в тот же день , что и я. Мы пошли навстречу друг другу , с трудом продвигаясь в толпе. Я шла к нему , он — ко мне , и мы оба шли к человеку , которого не знали. Мы стояли лиц ом к лицу , он смотрел на меня , и его взгляд говорил : «Это действительно та самая девушка , которая была в саду Марселя Пруста ?» Я смотрела на него , словно говоря себе : «Без сомнения , это он». Легкое движение навстречу друг другу. Он : легкая улыбка в открыту ю. Я : широкая улыбка чуть в сторону. Он : вскинул голову. Я : это вызов ? Слегка наморщила лоб , изображая беспокойство. Он : утвердительный взгляд. Я : ослепленная , больше ничего не вижу , улыбаюсь в пустоту. Молчание , наполненное тайным смыслом. Он победил ; я отступила , сдалась , первая нарушила тишину. Несмело произнесла : — Здравствуйте... По правде говоря , образ незнакомца к тому времени уже стерся из моей памяти , где я долго удерживала его , сама не зная почему , словно подогревая на медленном огн е , как уже готовое блюдо , оживляя собственными чувствами , вызывая из мечты . Потом были Лоран , Лионель , и меня прочно захватила реальная жизнь . Но я была уверена , что однажды этот человек вернется , и сохраняла в душе место для него. Я (по-прежнему про себя ) : когда я смущена , я слишком много говорю . Мне следует научиться молчать , но я не знаю , что делать с молчанием . Оно приводит меня в замешательство. Я отступаю на шаг. Он делает шаг вперед. Забавный дуэт. У меня вид добычи , у него — хищника . Он сжимает мое запястье и увлекает меня к выходу . Совершенно уверен в себе. В голове у меня лихорадочно проносится : «Он ведет меня ... куда ? Не важно — он ведет меня». Да , я испытываю детскую радость , когда он сжимает мне запястье . Взрослым такая радость неведома : у них р абота , семья , обязанности , налоги , машина , — все это удерживает их на земле , привязывает к ней . Я же отрываюсь от нее и мчусь сломя голову , как девчонка. Мы выбираемся из толчеи и идем , не разбирая дороги . По мере того как мы удаляемся от галереи , простран ство , разделяющее нас , сужается. Его уверенная горячая рука по-прежнему сжимает мою , и я не пытаюсь освободиться . Мне нравится надменность этого жеста. И он это знает . По тому , как внезапно повлажнела его рука , я чувствую , что и он взволнован этим первым т елесным контактом . Мое сопротивление — не более чем кокетство. Я поворачиваю к нему голову , мои волосы оказываются у самого его лица , и он вдыхает запах моей цветочной туалетной воды. Мы шли по улице бок о бок , ничего не зная друг о друге. Я не знала ни его голоса , ни его имени и могла только догадываться о его намерениях. Никто не знакомил нас. На вид ему было лет сорок пять , у него были темные густые волосы и волевые черты лица , на котором резко выделялись морщины . Он б ыл одет без особого шика — голубая рубашка , простой галстук и светлый костюм , слегка помятый , — это заставляло предположить , что со вчерашнего дня он не заходил домой переодеться и что он об этом сожалеет , судя по тому , как он время от времени слегка пров о дил рукой по лацкану пиджака . Он выглядел как настоящий мужчина , открытый и бесхитростный . В детстве он , должно быть , носил короткие шорты , лазал по деревьям , играл в гоночные автомобильчики и в футбол , дразнил девчонок. Я все еще не слышала его голос. Ког да же он , наконец , заговорит ? Мы даже не поздоровались , даже не обнялись — по сути , мы друг друга не знали. Я : — Меня зовут Идиллия. Конечно , имя было вымышленным , но подходило мне , как перчатка. Он смотрел на мои загорелые плечи , не зная , какое солнце их ласкало ; он смотрел в глубину моих глаз . Заметил ли он , что я изменилась за эти три года ? У меня на лбу появились легкие вертикальные складочки , а когда я смеялась , в уголках глаз появлялись морщинки . Я с этим смирилась . Он не мог знать этого выражения ли ц а — наша встреча была недолгой , и у меня не было времени выразить свою радость . Он пристально рассматривал мой нос , рот — особенно рот — и чем дольше он на меня смотрел , изучал меня , тем сильнее меня охватывало желание ему понравиться и тем сильнее я сомн е валась в себе. — А вас как зовут ? Никакого ответа. Странно. Мы шли . Он по-прежнему держал меня за запястье , моя рука была напряжена — ничего общего с будущими любовниками , которые прогуливаются по тротуару , заигрывая друг с другом . Он вел меня , уверенный в том , что я не буду сопротивляться — вот и все. Его обручальное кольцо впивалось мне в руку . Значит , он женат ? Внезапно он остановилс я и выпустил мою руку . Она болела . Я стала растирать ее , и он улыбнулся. Теперь , когда наши тела не соприкасались , вдали от толпы , стоя под одним из тех деревьев , которые каким-то чудом растут среди асфальта , мы , возможно , могли бы поговорить ? Я повторила : «Как вас зовут ?» Он словно не услышал . Он сказал : — Если мужчина не видел женщину так долго , это еще не значит , что он не думал о ней... Это были первые слова , которые я от него услышала. — Вы думали обо мне ? Он не ответил. Он изучал меня . Мужчины хорошо умеют молчать , но не могут помешать своим глазам говорить . Его глаза действовали на меня сильнее любых слов. И вот я сказала ему то , что он хотел услышать : что я живу недалеко отсюда , и другие , гораздо более рискованные вещи . Я назвала свою фамилию и адрес , а также номера телефонов — городского и мобильного . Я сказала ему все . Предоставила все возможности отыскать меня. Он не удивился — я всего лишь ответила на его немой вопрос . Резким движением вскинул руку , едва не задев меня по лицу , и быстро взглянул на часы. Он что , собирается пойти ко мне ? Ни единого слова . Он лишь едва заметно покачал головой в знак отрицания . Он отклонял приглашение , которого добился. Он мог хотя бы соблюсти приличия — например , сказать , что сожалеет , но вынужден удалиться ; что он ча сто думал обо мне , целыми днями напролет ; что искал меня во всех парках , на всех улицах , что выкрикивал бы мое имя с Эйфелевой башни , если бы только его знал . Он мог бы сказать , что однажды потерял меня в этом городе , но больше никогда не потеряет . Но для этого ему пришлось бы прибегнуть к словам , составить одну-две фразы . Заговорить ! Он сказал только : — Завтра. — Завтра ? Я даже не была уверена , что правильно расслышала — так тихо он говорил. Я уже собиралась добавить : «До завтра еще далеко» , но он помешал мне , приложив указательный палец к моим губам : — Тс-с... — Что это значит ? — Просто «тс-с». — Но почему ?.. Я сделала еще одну попытку : — Скажите хотя бы , вы любите шоколад ? Почему я задала ему этот дурацкий вопрос ? Потому что он собирался уходить , а мне хотелось его удержать. Он улыбнулся и повторил : — Тс-с... Это значит — молчание ? Итак , пароль был произнесен. 3 E - mail Идиллии Клементине Я снова встретила того типа , котор ый был в саду Марселя Пруста . И знаешь , что он мне сказал ? «Тс-с». Он загадочный , его молчание меня интригует . Ты веришь , что существует молчание влюбленных ? E-mail Клементины Идиллии Да это просто эпидемия какая-то ! Мой муж тоже заразился . Говорит все меньше и меньше , это меня бесит ! Я думаю , что это скорее свойственно мужчинам , которые перестали любить . Можешь представить , в каких я расстроенных чувствах ! 4 Визит первый — Это я… — п ослышался тихий мужской голос в домофоне. Кто — я ? — Кто ? — спросила я , надеясь услышать что-нибудь еще. — Я , — невозмутимо повторил мужчина. Голос был тот же самый , который накануне произнес : «Если мужчина не видел женщ ину так долго , это еще не значит , что он не думал о ней». Этот голос не был ни слабым , ни прерывистым , ни дрожащим , ни глухим , ни сдавленным , ни резким , ни крикливым , ни пронзительным , ни мелодичным , в нем не ощущалось привычки к болтовне , — это был мужско й голос , глубокий , вибрирующий , сильный , теплый , но словно бы потусторонний . Голос , который не растрачивал себя по пустякам , не обращался к кому попало . И в нем звучала радость в предвкушении нашей новой встречи. Я не слышала шума лифта — должно быть , он п однимался на пятый этаж пешком . Прижавшись ухом к двери , я пыталась услышать его шаги. Он несколько мгновений стоял на лестничной площадке , прежде чем позвонить . Колебался ? Переводил дыхание ? Затем нажал на кнопку звонка. Замок был из позолоченной меди ; чтобы открыть дверь , нужно было оттянуть задвижку и повернуть ручку — два простых движения . Все внимание , все ощущения , все свое лихорадочное ожидание я вложила в них. Мужчина , которого я потеряла три года назад , приблизился , как в кино ... Осторожно. Словно пелена перед глазами... Смутное воспоминание о временах непринужденного обращения... Невозможно представить , чтобы Шопенгауэр отказался открыть дверь Флоре Вейсс , а Ницше — Лу Андреас Саломэ , когда те звонили у их дверей . Звяканье дверного колокольчика может потрясти основы любой философии . Что до моей , если бы она и была , это было бы переворачивание всего вверх дном. Прозвенел звонок ; слишком поздно отступать . Риск — часть нашей жизни . Моя рука повернула дверную ручку . У м еня перехватило дыхание , но я открыла дверь . Он стоял там , в обрамлении дверного проема — черноволосый , изящный , в темном костюме с галстуком ... остальное я не успела сразу разглядеть . И , разумеется , молчал. — Здравствуйте ... — сказала я. В ответ он усмехн улся уголком рта . Взгляд казался тяжелым от невысказанной злобы. Он вошел следом за мной в гостиную , огляделся , чтобы понять , куда попал : белая , залитая солнцем вселенная книг и продуманного беспорядка . Ничего экстраординарного , согласна , но достаточно пре длогов для начала разговора. О , кажется , его взгляд остановился на коллекции ракушек. Речь могла зайти об океанских глубинах , о вещах , о комфорте , об излишестве , о безделушках ... Нет. — Мне нравится слушать шум моря , — сказала я только ради того , чтобы заг оворить. Он : что-то вроде «хм» , как обычно говорят психоаналитики. Затем он прошелся по комнате , но кроме этого нечленораздельного звука так больше ничего и не произнес . Не похвалил даже изящного букетика анютиных глазок , хотя было очевидно , что цветы пост авлены здесь специально к его приходу. Он мог бы произнести какую-нибудь банальную фразу , неважно какую. «Как вы поживаете ?» «Как вы оказались на той выставке ?» «Хорошая погода сегодня». «Рад снова вас увидеть». «Приятно пахнет эта ароматическая свеча . Что за запах ?» «Меня зовут...» «Идиллия — необычное имя». Почти все в начале знакомства говорят нечто подобное. Но с ним никаких точек опоры не существует. Возвращаемся в пункт отправления. Я двигаюсь по видимым ориентирам. Я начинаю. Делаю первые шаги. Я оказалась лицом к лицу с новой загадкой — мужчиной , стойким как скала. Никто не может одолеть скалу. Он ничего не говорит , ему безразличны все правила хорошего тона , ему плевать на мои духи , мои цветы , мое здоровье , мои мотивы и представления . Он — в как ом-то другом мире , и я не знаю , где. Он уходит . Потом возвращается. Неизбежно возвращается , мчась без остановок. Он бродит по комнате. Мне неуютно не столько от его присутствия , сколько от его молчания . Я знала мужчин , хотя и немногих , но никогда не сталки валась с молчанием . Мне знакомо было молчание пожилых супружеских пар , сидящих за столиком в ресторане , молчание врачей , борющихся с болезнью , молчание ночи , снега — но я не знала молчания мужчин. Слова теснились у меня в горле — самые обычные слова , чтобы вырваться , наполнить , взломать эту тишину , прозвучать. Не найдя ничего лучше , я предложила ему сесть. — Мне кажется , нам есть о чем поговорить друг с другом... Он отрицательно покачал головой , отвергая мое предложение . Моя мать наверняка спросила бы у нег о : «Что , язык проглотил ?» Но я была не моя мать и не его , а он — не маленький мальчик. Он остался стоять. Я предложила ему оранжад , сама выжала апельсины и протянула ему фарфоровую тарелочку , на которой аккуратно разложила несколько маленьких пирожных , усы панных засахаренными лепестками фиалок . Он удивленно взглянул на них — должно быть , никогда таких не видел . Не знал , что цветы тоже можно готовить. Он отказался от песочного печенья и пирожных с фиалковыми лепестками . Вид у него был недоверчивый . Я задавал а ему классические вопросы — что он делал все это время , какой была его жизнь и т.п . Ничего оригинального , пусть так . Но он не отвечал. Он направился в мою сторону , по дороге отодвинув стул , и приблизился ко мне вплотную . Я забилась в самый угол. Вскинув п одбородок , он повелительно смотрел на меня. Я , наклонив голову , покорно смотрела на него. Он обхватил меня за талию и притянул к себе . Я вздрогнула — это произошло слишком рано , слишком быстро . Мне хотелось хоть немного слов , взглядов... Я резко качнула го ловой из стороны в сторону , уклоняясь от его поцелуев ; мне нужно было узнать , почему он не заговорил со мной в саду , почему он ушел ; если он все это время думал обо мне , то я хотела знать о его чувствах , его впечатлениях. Он снова привлек меня к себе , на с ей раз с некоторой грубостью . Он презирал мое сопротивление , принуждая подчиняться. — Скажи мне ... кто ты ? Он не ответил. — Скажи... Он молчал. Я подчинилась. Его желание не нуждалось в словах. Его тело напряглось , губы прижались к моим губам. Его ласки до стигли цели . Руки скользнули вниз , к животу , и осмелились спуститься еще ниже . Он расстегнул мою блузку , стянул трусики , даже не глядя на них , и прильнул губами к моим соскам , словно стремясь утолить жажду . Я расстегнула ему ширинку и принялась ласкать ег о пенис . Итак , я тоже могла обходиться без слов. Его тело внушало мне уверенность . Он поцеловал меня. Тело не способно лгать. — Истинная страсть — в поцелуях , — прошептала я ему. Он ответил : — Ты права. Его действия служили тому убедительным доказательством . Разговоры были излишни . Я слишком много говорила. Он снова поцеловал меня — без сомнения , чтобы заставить замолчать. Наши губы долго не размыкались , потом он целовал мои закрытые глаза , и эти поцелуи вводили меня в гипнотическое состояние . Он напоминал мне ребенка — не из-за того , что сосал мою грудь , но из-за этой настойчивой потребности целоваться , словно совершая жизненно важное действие . Время , казалось , замерло на наших сплетающихся языках , в наш е й смешавшейся слюне. Нет ничего более интимного , чем поцелуй. Все мои ощущения сосредоточены на движениях его языка , который проникает мне в рот и снова выходит , скользит по моим зубам , деснам , нёбу . Его язык — настоящий виртуоз , он достигает глубины моей гортани , на мгновение замирает неподвижно , чтобы отдохнуть , а потом совершает еще более захватывающие кульбиты . Этот мужчина словно впивает меня ; он охватывает мой язык своим и , не отпуская , увлекает его в глубину своего рта — теперь он хочет , чтобы я нан е сла ему ответный визит , чтобы изучила его , попробовала на вкус , привыкла к нему , слилась с ним . Он вдыхает меня , впитывает , всасывает , затягивает вглубь и не отпускает , мой язык становится пленником , заточенным в тесном узилище его рта . Мне больно , я начи н аю стонать , и он отпускает меня ; я чувствую , как его губы раздвигаются в улыбке . Нет , я не умею обращаться с мужчинами . Он щадит меня , вновь приближает свои губы к моим , и поцелуй продолжается , такой , как обычно . Он длится долго , долго — но все равно недо с таточно долго . Мне хорошо в его объятиях , мне нравятся его надежные широкие плечи , его кожа , сливающаяся с моей — у нас одинаковый оттенок кожи. Внезапно он слегка отталкивает меня . Теперь его руки , по-прежнему обхватывающие меня за талию , не привлекают ме ня к нему , а прижимают к стене , и вместо его обжигающей кожи я ощущаю ее холод . Что происходит ? Он ничего не объясняет . Мне становится страшно. Почему он меня оттолкнул ? Я спрашиваю : «Почему ?» — тянусь к его губам , целую их , насыщаюсь ими . Я хочу понять , н есмотря на отсутствие слов. Я черпаю в этом поцелуе силу и уверенность , которых меня лишает его поведение . Я не наслаждаюсь им во всей полноте , лишь ищу поддержку , я боюсь зимы , разлуки , опустошения. Он размыкает губы : — Нужно установить линию... Сперва я думаю , что он хочет установить у себя дома отдельную телефонную линию только для меня . Я спрашиваю : — Телефонную линию только для нас двоих ? — Нет . Линию поведения. — Вот как ? У него озабоченный вид ; он говорит , что должен уйти. Уйти ? Вот так , сейчас ? В ч ем дело ? Я никогда не плакала перед мужчинами и очень хотела бы удержаться от этого перед ним , тем , кого вовсе не знаю — и вот слезы струятся по моим щекам , и я не могу их сдержать. Я : вытираю слезы тыльной стороной ладони. Он : странно смотрит на меня , сло вно не уверен , что я действительно испытываю какие-то эмоции. Он целует меня снова , и мои слезы придают солоноватый вкус этому поцелую . Быть может , последнему ? Ведь этот человек — лишь случайный встречный , незнакомец , поцеловавший меня. Он ничего больше не говорит , он пьет мои слезы , смешавшиеся со слюной в уголках губ . Он с жадностью впивает то , что вызвал . Ему нравится вода , текущая из глаз , и он проводит языком вдоль моей щеки , направляясь к ее источнику . Он лижет мои веки , ресницы , и я уже ничего не ви ж у , кроме этого кусочка плоти , поглощающего меня. Он любит меня ? Презирает ? Слишком рано говорить о любви ? Только не для меня : любовь зарождается сразу же или никогда . И потом , у меня такое впечатление , что эта история длится уже три года. Тем временем он з астегнул ширинку. Он уходит , чтобы быть уверенным , что сохранил над собой контроль . Какое тщеславие ! Какую власть надо мной он себе присвоил ? Почему он оставляет меня , разгоряченную от его ласк ? Я ищу смысл в его поведении , но не нахожу. Никакого смысла. Но почему в этом должна быть какая-то логика ? Кто из нас ненормальный ? Он ? Я ? Он : качает головой слева направо. Отрицание . Он больше не хочет моих слез . Он насытился ими . Бедняжка ! Прости меня ! Плачущая женщина — какое непристойное зрелище ! Но , знаешь , жен щины плачут не обязательно оттого , что им грустно — они еще плачут , когда разочарованы , раздосадованы , взволнованы — и даже когда счастливы . В счастье или в несчастье слезы остаются наиболее подходящим для нас способом , чтобы выразить свои чувства. Можно с казать , что у нас и серьезные раны заживают быстро , тогда как у вас , мужчин , даже самые пустяковые не заживают никогда . Вот и объяснение . Как видишь , иногда полезно поплакать. Такие речи были для него непривычны. Он : отрицательно качает головой : нет-нет , х ватит поцелуев и слез , я хочу сопротивления , я хочу трудностей. Я : значит , я не смогу предложить ему себя такой , какая есть — нужно будет сочинять , приукрашивать , не выдавать своих истинных чувств — обычный цирк . Предлагать не ту себя , которая существует на самом деле , а себя вымышленную , чтобы его соблазнить. Вывод : подлинность является препятствием. Классический вариант. Очень немногие мужчины способны на такую щедрость : любить вас такой , какая вы есть . Всем нужны сильные женщины , кото рых не надо утешать — которые , напротив , иногда сами могут оказать поддержку . Женщина , которая чересчур сильно любит — это слишком обременительно. Вот цена , которую я заплатила за то , чтобы остаться свободной , без всяких привязанностей — та цена , когда быт ь любовницей становится наивысшей целью. Любовница существует для наилучшего , а не для наихудшего. Наихудшее остается со мной , я не делю его с мужчинами — мужчины не умеют плакать . Когда они еще маленькие , их учат , что нужно научиться сдерживать слезы , ког да больно или грустно — и вот , когда они встречают женщину , которая присвоила себе право плакать , они мстят . Я не должна раздражать его. Слезы любовниц похожи на слезы мужчин. Те и другие проглатывают их , загоняют внутрь. Я нарушила неписаный закон . Я прош у прощения. Это никогда не повторится , я больше не поставлю тебя в неловкое положение , обещаю. Слишком поздно. Он ушел. Тем хуже. Эпоха джентльменов прошла. Тем лучше. У мужчин двадцать первого века сложный характер . У них свои маленькие страхи , свои мален ькие неврозы . Хрупкость больше не является достоянием одних только женщин . Уже давно два потока стремятся поменять направление : женщины забирают силу мужчин , мужчины — слабость женщин . Но в том , что касается слез , мужчины еще сопротивляются. Результат : кат астрофа. Бедная Идиллия , которая готовилась прожить жизнь , похожую на прекрасную мелодраму ! Будет ли у этого поцелуя продолжение ? 5 E-mail Идиллии Клементине Оба моих бывших (Лоран и Лионель ), вместе взятые , никогда не вызывали у меня и четверти тех эмоций , которые вызвал мужчина из сада Марселя Пруста. E-mail Клементины Идиллии Этот тип похож на пропасть , в которую ты уже готова броситься... Пока , Идиллия ! 6 После Мои наблюдения : Я слишком доверчива , мне не очень нравятся загадки . А ему свойственна скрытность . Но что , если он прав ? Всегда можно сказать то , на что раньше не отваживался , но тогда уже ничего не изменить. Что же произошло ? Мои слова и слезы его напугали ; я совершила ошибку . Он пришел за любовью , болтовня его не интересовала . Пожалуй , даже физическая сторона любви не была для него самой важной. Когда мы с Клементиной учились на одном факультете , то изобрели «Правило шести «нет»». Цепочка из шести «нет» должна была предшествовать «да». 1. Систематически отменять назначаемые свидания (стервозный трюк , который почти всегда срабатывает ). Остальные правила , само собой , были связаны с первым. 2. Не спешить. 3. Не слишком откровенничать , пока не выяснишь , с кем имеешь дело. 4. Не отдаваться. 5. Не звонить самой и только изредка отвечать на звонки. 6. Как в дрессировке , использовать метод кнута и пряника. Наконец , согласиться на поцелуй , если объект того заслуживает. Это было легко в теории , но совершенно невыполнимо на практике. Вероятно , в любви теория и практика никогда не уживаются друг с другом . В реальности правила существуют лишь затем , чтобы нарушаться , а желания — удовлетворяться. Неверно думать , что сумасшедшие не ориентируются в пространстве , и не стоит недооценивать частичку мазохизма , которая есть в каждом из нас . Сумасшедшие свободно бродят по городу , также как и мазохисты ; иногда они даже встречаются. И тогда нежные слова вызы вают отвращение , а грубость становится привлекательна. Отсутствие логики. Внутреннее потрясение. Перемена ценностей. Отмена «правила шести «нет»» , бесполезного , когда мужчина уходит. Пустота возводится в новую норму. Меня притягивает что-то , чего я не знаю . Что именно ? Сложность ? Я уже ни рассудительна , ни логична ; я себя не понимаю. Должно быть , я влюбилась . Иначе я бы просто выгнала его . Жизнь была бы такой простой , если бы состояла в том , чтобы не любить того , кто плох. Но тот , кто плох , хорош. По сущест ву. В каждом человеческом существе таится загадка , которую хочется или не хочется разгадать . Может быть , даже любовь способна родиться из того любопытства , которое вызывает у одного человека загадка другого . Я хочу узнать , отчего этот человек молчит . Узнат ь , кроется ли за его молчанием тайный умысел или романтизм. 7 Он называет себя «я» Спустя лишь несколько минут после его ухода раздался телефонный звонок . Звонил он. — Это «я». Он назвал себя «я» , этого было достаточно. Я подумала , что он сожалеет о случ ившемся и собирается вернуться , чтобы извиниться за столь поспешный уход . И , конечно , я его уже простила. — У меня в кармане твоя сережка , — бесстрастно сказал он . — Не знаю , как она там очутилась . Я верну ее завтра . Буду у тебя в два часа. А как же мои ле кции в лицее ? Этот человек думает , что я полностью в его распоряжении ? Я была полностью в его распоряжении. Я , боровшаяся за то , чтобы мужчинам и женщинам платили одинаковую зарплату , добровольно подчинилась мужчине , нарушила свой обычный распорядок , совра ла , что мне нездоровится , отменила лекции и заказанные завтраки. Ничто не остановит влюбленную женщину — никакие принципы , никакие устои , никакие гипотезы , никакие постулаты , никакие обязательства , никакая логика. Чтобы удержать меня , пришлось бы меня связать. У влюбленной женщины нет ни гордости , ни самомнения. Но у нее могут оставаться дерзость и высокомерие. Чуть не забыла : у влюбленной женщины нет будущего. 8 Визит второй Апельсин ы были выжаты , волосы на ногах сбриты , уборка пылесосом сделана , простыни сменены , подмышки присыпаны тальком , губы покрыты блеском , бесцветным и неклейким , кожа умащена , давление — на максимуме , эго — на минимуме , музыка приглушена . Я не была ни гордой , н и приниженной : я была просто женщиной , которая собирается открыть дверь мужчине , потому что не может ему сопротивляться. Мои ученики вернутся к прерванным лекциям о Лотреамоне на следующем занятии — я не простила бы себе пропущенного свидания. Зазвонил дом офон , и я испугалась сильнее , чем в первый раз. Я знала лишь его губы , его прерывистое дыхание , его жадные поцелуи , его манеру ничего не говорить , его запах. Меня восхищали его поцелуи . И он это понимал. Он прошел за мной в гостиную , я налила ему свежевыжа того апельсинового сока , но он , слегка покачав головой , отодвинул бокал. — А что ты любишь ? — Кофе. — Я приготовлю. Он слегка прищелкнул языком в знак отрицания. Универсальный язык ? — Хочешь кофе с шоколадом , с ликером , After eight или Киндер-сюрприз ? У ме ня все есть. Снова прищелкивание языком. Универсальный отказ ? Он не любит шоколад ? Плохой знак. С легкой гримасой , искривившей его рот , он вынул из кармана пиджака жемчужную сережку. — Держи , — сказал он , не приближаясь ко мне. Я взяла сережку кончиками па льцев и вдела ее в мочку уха небрежным , даже фамильярным жестом и поблагодарила его . Прислонилась спиной к стене . Он расхаживал туда-сюда вдоль гостиной , она явно была для него тесной . Вдруг он остановился передо мной. — У меня больше нет ничего твоего ! — сказал он. Я застыла в изумлении . Хочет ли он , чтобы я вернула ему сережку ? Но зачем ? Чтобы думать обо мне , когда меня не будет рядом ? Или он собирается оставить меня , но не забывать обо мне ? Он подошел ко мне , поцеловал мои закрытые глаза и обнял меня так , словно отправлялся на войну — подводником или пилотом бомбардировщика ; словно уже не надеялся увидеть меня снова. Я спросила : — Почему ты такой ? Он встряхнул головой , жесткие волосы рассыпались , как в рекламе «л 'Ореаль» ; ему шел этот жест . Затем он увлек меня к выходу , не разжимая объятий. Он явно собирался уходить . Он пришел для того , чтобы уйти . Ему нравилось уходить. Он думает , что любовь гибель на для существования , и лишь мужчины , которые уходят , могут избежать этого проклятья. Он оказался недостойным той мечты , которую пробудил . Я окликнула его : — Ты мне позвонишь ? Кивок головой сверху вниз. — Когда ? — Завтра. Я задавала ненужные вопросы . Я пре вратилась в учебник «Как не надо поступать». Но как оставаться молчаливой рядом с мужчиной , который почти не разговаривает ? А если бы я не задавала ему никаких вопросов , его поведение изменилось бы ? Пришел бы он , если бы я его об этом не просила ? Невозможн о оценить заранее эффект того или иного произнесенного слова и его способность причинять вред. 9 E-mail Клементины Идиллии Я ищу мужчину , который предпочел бы меня чтению , охоте , финансам , бриджу , гольфу , приятелям , телевизору , газетам. E-mail Идиллии Клементине Таких не существует . Мой был бы совершенством , если бы не отключился от всего. Я пытаюсь его включить. E-mail Клементины Идиллии Даже если тебе рано или поздно это удастся , ты будешь разочарована . В твоем оркестре не прозвучит ни одной ноты . Ты услышишь лишь эхо своего собственного голоса. 10 Визит третий Он позвонил . И пришел , не извинившись за свое вчерашнее поведение . Не останавливаясь , пересек гостиную и направился к небольшому алькову , где стояла моя кровать — низкая , с матрасом почти на уровне пола. Он быстро разделся и указал пальцем на мое коротенькое платье в цветочек . Я повиновалась этому жесту и сбросила его без всяких возражений , даже не пытаясь протестовать. Возможно , это было моей первой ошибкой. Повин оваться его жесту , его взгляду , позволить ему даже не утруждать себя разговором. Уступить. Он нырнул под простыни и укрыл нас обоих с головой , так что мы оказались будто в палатке . Он лег на спину , я вытянулась рядом с ним и положила ему голову на плечо , с ловно законная супруга , утомленная любовью и собирающаяся заснуть. Но совместный сон явно не входил в его намерения. Я гладила его по груди , и иногда мои пальцы запутывались в завитках волос. — Как ты спишь ? — спросила я. Вместо ответа он издал лишь невесе лый приглушенный смешок . Обидно — почему-то мне казалось важным узнать , как он спит. И вот мы начали заниматься любовью. Я предугадывала малейшие его движения . Хотел ли он перевернуть меня , как куклу — и кукла переворачивалась сама , так же легко , как профе ссиональная танцовщица , ведомая опытным партнером . Я отдавалась , лежа на животе , потом на спине — он хотел видеть мою грудь , ягодицы , не хотел ничего упускать , ему нужно было познать все сразу , взять и отдать все , с нежностью , без резких акробатических но м еров . Он был виртуоз , он продемонстрировал все мастерство , на которое я его вдохновила . Его движения были восхитительны ; раньше мне не доводилось встречать такого совершенства , я не представляла , что подобный импровизированный дуэт возможен . Он обхватывал мою голову ладонями , я ощущала на лице его дыхание , и мне хотелось сказать ему что-то — я точно не знала , но что-то вроде : «Этого притяжения ты боишься ?» Но он не давал мне такой возможности , он обнимал меня слишком сильно . Я попыталась перевести дыхание, но не смогла . Он стискивал меня в объятиях , я прижималась к нему всем телом. И говорила себе , что женщина , которая испытала подобное , не зря прожила свою жизнь. Наконец он рухнул на меня , и его расслабленное тело словно налилось свинцом ; меня восхищало это ощущение его тяжести на моей груди , бедрах , ногах . Но он недолго оставался так лежать — очевидно , это казалось ему слабостью ; он приподнялся , в последний раз напрягая мускулы , и лег рядом со мной . Теперь наши тела больше не соприкасались , словно расклеил и сь листки бумаги. Затем , оперевшись на руки , он склонился надо мной и поцеловал меня в живот , еще влажный от испарины , словно в знак благодарности , и попросил разрешения принять душ. Впервые принять душ у меня. Я даже не пыталась попросить его остаться . Он был не из тех мужчин , которые надолго задерживаются в вашей постели , рассказывая историю своей жизни , или засыпают с легкой улыбкой в уголках губ. Мы не были похожи на сложившуюся пару — ни единой минуты... Впрочем , и на недавних знакомых тоже — ведь все началось гораздо раньше... Мне хотелось снова ощутить его ласки , его грубость ... хотя бы недолго . Но на сегодня все было кончено. Я слышала звук льющейся воды — больше ничего . Он не пел , не издавал никакого шума. Я не могла запретить себе думать о его обна женном теле , влажной коже ... Я встала с постели. Он слегка удивился , увидев , как я вхожу в душ . Какая фамильярность , не так ли ? Тем не менее он обнял меня и прижал к себе . Потом намылил мне спину и скользнул рукой между моих ягодиц. Я в свою очередь намыли ла его , мои руки скользили вокруг его пениса , то охватывая его , то отпуская . Мы долго стояли , обнявшиеся , счастливые , покрытые душистой пеной , под струями прохладной воды. Затем он слегка вздрогнул , и я поняла , что сцена нежности окончена . Ему приходилось уже сдерживаться , его плоть напряглась , он убрал руку с моих ягодиц и слегка отстранил меня . Я не должна была становиться причиной его слабости и забывать о его истинной натуре. Он энергично растерся полотенцем , натянул трусы — этот жест всегда одинаков , начиная с появления кальсон , — потом брюки , затянул ремень , надел носки — не без усилий , потому что кожа была еще влажной , застегнул на запястье часы и подобрал несколько выпавших из кармана бумажных купюр. — Как тебя зовут ? — спросила я. Не отвечая , он улыбнулся. Я подошла к нему так близко , что наши тела соприкасались , и прошептала на ухо : — Скажи мне... Молчание. Я слегка отстранилась — как раз достаточно , чтобы увидеть , что он улыбается ; тогда я стиснула кулаки , слегка толкнула его в пл ечи и повторила : — Скажи мне ! Ну же ! Потом , уже громче : — Ты знаешь мое имя , адрес , номер телефона , а я — что я о тебе знаю ? Я снова толкнула его кулаками , словно в боксе. — Зачем тебе знать ? Он схватил меня за запястья . Я не уступила и продолжала сопротив ляться , пока не почувствовала боль . Наконец он сдался : — Жан. — Жан , и все ? Неужели у этого мужчины , такого великолепного , такого таинственного , с такими черными глазами , такое коротенькое заурядное имя ? — Жан — а да льше ? — Просто Жан . — Он устало вздохнул. Я повторила : — Жан — а дальше ? Потом , не удержавшись : — Тебе на меня наплевать ? Он улыбнулся . Ему было на меня наплевать . Уж лучше бы я молчала ! Этот человек был таким загадочным , что я ожидала услышать имя из тех, что слышишь во сне. Но я обманулась. — Скажи мне что-нибудь ... Мне нужно знать , о чем ты думаешь , здесь и сейчас ! Я избегала того , чтобы назвать его по имени — оно еще не стало для меня привычным . Кроме Жана де Лафонтена , Жана Расина и Жана д 'Ормессона , д ругих Жанов я не знала Жан де Лафонтен (1612-95) — французский писатель ; автор знаменитых «Басен» (1668-94). Жан Расин (1639-99) — французский драматург . Жан д 'Ормессон (р . 1925) — французский писатель и историк кино. . Никого из моих знакомых так не зва ли. Он оставался совершенно бесстрастным , и я вновь толкнула его сжатыми кулаками. Но что значили для него эти удары ? Он был тверд , как камень , скала , бетонная глыба — и так же нем. Почему он молчит ? Почему не разговаривает ? Может быть , его речь столь же банальна , как и его имя ? Слишком сильно нажимая на него , я рискую разочароваться . Итак , пусть тайна остается тайной. Он с легкостью схватил меня за запястья и сжал их. Я произнесла фр азу , забытую со времен начальной школы : — Ты злоупотребляешь своей силой. Его губы слегка раздвинулись , словно он не мог сдержать усмешку . Затем , без всякого предупреждения , он поцеловал меня в лоб и быстро отстранился. «Мерзавец !» — промелькнуло у меня в голове. Вслух я сказала : — Когда-нибудь ты заговоришь со мной , но я уже не захочу слушать ! Дверь за ним захлопнулась. 11 После любви Ни шороха , ни шепота , ни разговора вполголоса , ни нежности , ни засыпания вдвоем , ни сигарет , лишь немного шоколада , приго товленного для него , грусть , накатившая волной , заставляющая меня беспокойно ворочаться с боку на бок — не слишком приятное ощущение... Я еще раз повернулась , одурманенная , натянула на голову простыню , повторяя его жест , и снова оказалась под сводом палатк и… Простыни еще хранили его запах , и я вдыхала его . Он был особенным — кислород , углекислый газ ; он пробуждал жизнь и гасил ее , давал надежду и отбирал — с каждым вдохом и выдохом. Достаточно было бы поверить в него , в его благосклонность , чтобы начать зас ыпать . Но он не дал мне ничего , никак не утешил . Было бы слишком самоуверенно , оптимистично и наверняка опасно поверить во все , что бы он ни пообещал . Страсть непостоянна , неподконтрольна , а молчание полно ловушек , в которые я беспрестанно попадаю. Он дал мне свободное пространство , и я заполняю его словами. Если бы он заговорил со мной , я бы не знала , как это истолковать. Он дал мне молчание, Я вЂ” толковательница, Обитательница, Временная гостья, Повелительница тишины. Я живу в молчании , и молчание живет в о мне. До завтра — если захочешь , любовь моя. 12 E-mail Клементины Идиллии Идиллия , а что если ты влюбилась в молчание ? Чертовски ловкий прием ! Но мне бы хотелось быть любимой по-настоящему. Раньше мой муж был болтлив и влюблен. E-mail Идиллии Клементине Есть шанс , что в конце концов я начну все сначала. 13 Дорога в лицей Кроме невразумительного бормотания и нескольких нечленораздельных звуков за чашкой кофе , он ничего не произнес — ни одного слова из тех , что трогают душу и за ставляют ее раскрыться . Ни одной фразы из тех , что влекут за собой другие , словно изгибы горной дороги. Однако его молчание было загадочным , неведомым , беспокойным , обитаемым . В нем был трепет жизни. Посторонние звуки — городской шум , людские голоса , звуча щие на конференциях , в театрах , в кино , — заполняли атмосферу , но не проникали сквозь невидимую преграду . Все это имело гораздо меньше смысла , чем молчание Жана. Иногда кажется , что мужчина растворяется в своих словах . Жан полностью сосредоточен на себе , х ранит свои мысли и оберегает свою тайну. Мы не можем делать то , что хотим , с нашими жизнями : от мужчины не избавляются , как от слова в переводе , которое не имеет соответствия или точного определения или обладает разными смыслами . С Жаном произошло нечто об ратное : я любила его именно за несоответствие , за некую нереальность , за отрыв от действительности . Жан был вдохновением ; и я говорила себе , что в тот день , когда этот человек доверится мне , его слова путеводным огнем осветят мне дорогу и дадут ответ на в с е вопросы , остававшиеся без ответа со времен сотворения мира ; откроют мне загадку мужчин , любви , тайны желания , жизни и созидания. Он молчал как тот , кто знает. Я меньше доверяла Клементине , потому что она не понимала его ; нельзя понять Жана , если его не з нать . Ее советы были как плохо подогнанный костюм — они ему не шли . Она не различала молчание скуки и молчание любви . Возможно , я не могла ни истолковать всю глубину его молчания , ни уловить след , который он оставлял , уходя . Это было молчание , похожее на м олчание верующего в церкви , когда невозможно передать словами то , что он чувствует. Жан пролил для меня свет на молчание мужчин . Я бы хотела вычертить тот странный путь , который так и не привел меня к источнику этого логического несоответствия ... Может быт ь , зигзаг молнии ? Еще один удар этой проклятой молнии ? Поединок начался : Я хотела смириться с молчанием Жана. Хотела сломать его , заполнить его словами. Мне больше нужны были слова , чем вздохи. Я хотела , чтобы он забыл свои страхи , неврозы , все причины своего молчания. Я хотела привить ему вкус к дурачествам , к болтовне , намыливанию , массажу , прохладной воде , сплетению влажных от пота тел , откровениям , нашептанным на ухо , словам любви , смешным и серьезным. Я хотела , чтобы он сдался. Я хотела услышать , как он называет меня «дорогая» , « darling » , «любовь моя» , «кошечка» , «Идиль» , «Дидиль» — неважно какими прозвищами , пусть даже смешными , лишь бы они были. Я хотела , чтобы он писал мне письма , звонил , отправлял по почте телеграммы , присылал цветы , признания в любви , поцелуи. Я хотела , чтобы он говорил. Да , говорил со мной. Дарил мне слова. Я хотела заразить его своими чувствами , перетянуть на свою сторону , где был шум и была жизнь ; где были изобилие , из лияние , слияние. Порой плохие мысли проникают в чистоту молчания , как паразиты . А что если Жан по-прежнему будет заниматься любовью , не испытывая страсти , потому что он такой же , как все мужчины ? Я вздрагиваю. Жизнь , если бы в ней существовало единство , пр оходила бы лишь в глубине моей души . Разновидность автаркии . Даже любовь к музыке , композициям Малера и мазуркам Шопена , покинула бы меня , чтобы оставить наедине с его молчанием . С этим сумбурным потоком хаотических эмоций — в котором , однако , тоже присут с твовала своя музыка . Священная , духовная , легкая , классическая , современная , фольклорная , танцевальная , сценическая , камерная . Композиция , аранжировка , гармония , импровизация , переложение , преобразование . Мой сольный концерт может быть передан без всяких н от . Молчаливый человек — как книга , которую нужно написать. Как преследование кого-то , кто все время прячется. Занятие для мечтателя. Я была мечтательницей , я отправилась на его поиски. И втайне мне стало нравиться это путешествие , эта настойчивость , эта с осредоточенность на одной цели , отсекающая все остальные , эта нематериальность , которая спасала меня от посягательств времени. Но я застряла на полпути. Больше , чем любовь , мною завладела навязчивая идея , вопрос : есть ли метафизический выход из пустоты ? Во зникла путаница . Но какая любовь может поддерживать свои силы при полном отсутствии знаков , которые ее пробуждают ? В чем же был ее источник ? В опьянении. Чтобы присоединиться к Жану , я должна войти в его молчание . Но что я знаю об этом слишком глубоком мол чании ? Ничего. В сущности , я не понимаю , почему этот человек ничего не говорит . Я искала объяснений в книгах — у Дюрас Маргерит Дюрас (1914-96) — французская писательница. в « Los V . Stein » , где Татьяна восклицает : «Ах , эти слова ! Лучше помолчи ! Слова тая т в себе опасность !» ; у Петера Хандке Петер Хандке (р . 1942) — австрийский писатель. , у которого только молчаливый путник находит путь к себе ; у Ларошфуко , для кого «молчание — самое надежное средство не бояться самого себя» ; у психоаналитиков , чей мето д включает в себя использование молчания . Жан обладал всеми этими разновидностями молчания . Молчание убежища , молчание бегства ... Молчание соблазнителей , подлецов , трусов , застенчивых , закомплексованных , лентяев , грубиянов , тупых , глупых ... Молчание учены х , сильных мира сего , посвященных , правителей — ни одно не было ему чуждо . Но ему были знакомы и высшие виды молчания : молчание философов , молчание , направленное против ухищрений и двуличности , которые содержатся в словах , в песнях и даже в музыке , уводящи х нас от тревог бытия. Все те области , в которых жило молчание , были его. В чем-то я понимала Жана , сравнивая его с другими , но не могла понять полностью . Невозможно всецело понять другого человека. Жан был настоящим образцом молчания мужчин — его палитрой, диапазоном . Все виды молчания были в нем . Он был величайшим коллекционером разновидностей молчания . И я уже не могла прочитать ни единой фразы , где содержалось слово «молчание» , без того чтобы тут же не подумать о нем . Раньше я никогда не замечала , наско л ько молчание может быть выразительным , напряженным , красноречивым , полезным — в зависимости от разных ситуаций. Полное понимание невозможно . Психоаналитики это знают и примирились с этим , пусть и не всегда в этом признаются. Я не всегда понимала его молчание , но кое-что уловила и хотела бы сказать ему : «Слова предают тебя ? Ты сомневаешься , что они могут преодолеть расстояние между твоей мыслью и ее выражением ? Ты не можешь их произнести ? Когда-то твои нежные слова обернулись п ротив тебя и причинили тебе боль , ты был пойман в западню слов , они вышли из-под твоей власти , они были испорчены , извращены , урезаны , обнажены , всеми услышаны , повторены , заезжены . Однажды твой секрет раскрылся , был всеми обсужден , разделен с друзьями и в рагами. Над тобой и твоей нежностью насмеялись . Ты разозлился на слова , и они стали твоими противниками ? Итак , ты вступил в войну не с любовью , но со словами любви . Но внешне и то и другое выглядит одинаково , ты это знаешь ? Если из-за противоречий между яз ыком твоего тела и твоим молчанием я не смогу понять тебя , то однажды я уйду». Но вот он позвонил , и я забыла все свои вопросы , все претензии ; я сдалась. Его голос преображал меня , его слова , даже самые обычные , звучали для меня как откровение , и горечь и счезала . Жизнь становилась простой и понятной. Молчание заключает в себе притягательность извращения . Оно затянуло меня. 14 E-mail Идиллии Клементине Я поклялась себе , что однажды смогу заставить этого типа заговорить ! Я заставлю его болтать , как сорока , как консьержка , как завзятая сплетница ! Он уже не сможет остановиться ! Кроме шуток , иногда я ощущаю себя настолько неудовлетворенной , что так и слышу голос моего психоаналитика , спрашивающего : «Какова внутренняя схема возникновения одних и тех же сложно с тей ?» Это один из тех вопросов , на который я пыталась ответить четыре года подряд , но безуспешно. E-mail Клементины Идиллии Я хочу , чтобы ты сэкономила на психоаналитике : у тебя никогда не было сердечных ран , еще со школьных времен ты всегда пользовалась успехом у мужчин , и вот ты воспользовалась появлением этого таинственного красавчика , чтобы узнать , что такое любовные переживания ! Но это глупо — ты уже старовата для них ! Это как болезни вроде свинки , скарлатины и ветрянки — ими лучше всего переболеть в детстве , лежа в кровати рядом с постером Гаррисона Форда. Тебе всегда нравилось разговаривать в постели до трех часов утра , и я предсказываю , что твоя неудовлетворенность будет только расти ! Идиллия , поверь мне , теб е лучше прекратить все это , пока не поздно ! Не заражайся любовными страданиями — я знаю , что это такое , и могу тебе рассказать в красках ! 15 Забастовка на 63-й линии Поль , мой юный коллега , принес мне свою диссертацию , о которой я почти сразу же забыла . Затем наш директор сообщил мне о своем близящемся уходе на пенсию и о том , как его это огорчает , потому что он еще «в полном расцвете сил» . Все это мало меня трогало , я оставалась немой и безучастной , думая лишь об одном : побыстрее сесть в автобус и снова встретиться с Жаном — в молчании , как в прошлый раз. Я избегала всего , что нарушало музыку молчания . Я любила это молчание и Жана , который существовал в нем в свое удовольствие . Я бы хотела , чтобы он полностью растворился в нем . Молчание — это был он. Я ск ользила , я тонула , у меня слегка кружилась голова , как бывает , когда куришь рано утром . Молчание опьяняло меня , зачаровывало , преследовало , оплодотворяло , отделяло от всех , осеняло . Весь остальной мир , казалось , не существовал ; и однако я знала , что в оди н прекрасный день неизбежно спрошу : — Что творится у тебя в голове ? Ты слишком сильно увяз в трясине молчания , ты топишь в ней слова , уже готовые сорваться с губ , ты проглатываешь их , душишь — это так трудно ; неужели для мужчины сложнее говорить ? Для того чтобы раскрыть женщине свою душу , нужна смелость , и у тебя нет этой смелости. Я могла бы позвонить тебе по «твоей линии» , раз уж , несмотря на все оговорки , ты меня к ней допустил ; но ты меня заражаешь , смущаешь , подавляешь , зажимаешь мне рот , и те перь я боюсь слов , боюсь их неточности , боюсь оказаться смешной , если разоткровенничаюсь и не услышу ничего в ответ. Твое молчание тоже иногда лжет , оно маскируется , играет и скрытничает , потому что ты хитришь сам с собой. Надменность молчания , скупость мо лчания , трусость молчания... Ты хранишь почти все в тайне , и из того , что ты мне открываешь , я должна , как на рынке , отбирать лучшее — крупицы правды , которые ты роняешь , сам не желая того. Было бы заблуждением эти редкие откровения принять за искренние. Т вои слова порой устраивают тебе ловушку : они противоречат твоим жестам , не сочетаются с ними . Когда такое случается , именно в беспорядке твоих лихорадочных мыслей , затопляющих меня , я могу уловить то , что поддается расшифровке , зная , что , если слова будут для меня слишком ясными , ты обязательно скажешь нечто противоположное несколько мгновений или несколько дней спустя. Ты возникаешь повсюду — между строк , между точек , в компьютере , под столом и в скуке , которая исходит от окружающих . Раньше я думала , что м ы помним людей по их словам , письмам , песням ; ты остаешься в запахах , ощущениях , чувствах , жестах , в воздухе и дуновении ветра . Порывы ветра разрывают тишину , пустота вращается , и я вместе с ней... Я ничего не говорю — ты вынуждаешь меня молчать. Ты ведешь в этой игре , а я следую за тобой. Мое молчание — молчание испуганной , плачущей , заблудившейся , подчиненной , побежденной , второстепенной , сопровождающей ; молчание-тюрьма , молчание-кляп , ненавистное и восхитительное ; я не знаю , как от него освободиться . Я н е знаю , к какой цели ведет это молчание , не имеющее ни начала ни конца , беспредельное , бесплотное . Я хочу протестовать — но против чего ? Однажды я заговорю и уже не смогу остановиться , однажды я скажу тебе все и брошу мои слова на волю случая , не заботясь о том , пробьют ли они стену твоего молчания . Когда я заговорю , партия будет закончена. Напротив остановки 63-го автобуса — продуктовый магазин . В этот вечер я собиралась купить макарон , помидоров , свежей сметаны , пармезана , оливкового масла , бутылку италь янского красного вина и снова вернуться к доверительным беседам , шуткам , придиркам , поддразниваниям , легкости , реальности ; я собиралась пригласить Лорана или Лионеля — кого-то из мужчин , с которыми можно просто поговорить. На автоответчике было пять сообще ний. Первое — от Поля : «У вас было время , чтобы начать читать мою диссертацию ? Мне не терпится с вами поговорить». Второе — из секретариата лицея : «Здравствуйте , это мадам Шарра . Вы бы хотели прийти на вечеринку по случаю ухода директора на пенсию , в чет верг тридцать первого , и сдать деньги на прощальный подарок ?» Третье — от соседки снизу : «Дорогая Идиллия , моему сыну нужно написать комментарий к следующему изречению Гегеля : «Рок — это осознание самого себя как врага» . Мы все в панике ! Никто не в силах сказать ничего внятного , только вы одна можете нас спасти ! Умоляю вас , приходите в пятницу , я купила на рынке свежую камбалу , пообедаем по-домашнему». Четвертое — от Карла Ватто , галерейщика с улицы Сены : «Идиллия , вы мне не перезвонили по поводу ужина за втра вечером . Молчание — знак согласия ? Рассчитываю на вас — будет роскошное угощение и полно приглашенных». И , наконец , самое важное сообщение. Бип , бип ... молчание . Разумеется , за этим молчанием стоял Жан , и оно длилось несколько секунд до того , как он повесил трубку . Я снова прослушала запись — ни единого вздоха , только слабое потрескивание . Я замерла , пытаясь уловить легчайшие звуки. Словно соб ирала осколки тишины. 16 E-mail Клементины Идиллии Идиллия , ты — это не твой психоаналитик , брось эту затею ! Ты растеряешь все свое здоровье , но не заставишь этого типа заговорить ! E-mail Идиллии Клементине Вместо того чтобы призывать меня к капитуляц ии , лучше придумай мне вопросы , на которые он не сможет не ответить ! E-mail Клементины Идиллии Скажи ему , что ты случайно повстречалась с его женой в парикмахерской и у вас был долгий разговор ... Вот увидишь , как он сразу в тебя вцепится , чтобы заставить рассказать все подробности ! E-mail Идиллии Клементине Придумай что-нибудь другое. E-mail Клементины Идиллии Например , «У тебя расстегнута ширинка». «Ты оставил здесь какое-то письмо». «Это не ты ли тот самый «тайный поклонник» , который постоянно присы лает мне цветы ?» E-mail Идиллии Клементине Ты настоящая стерва ! Но ты так ничего и не поняла — речь идет не о шутках или розыгрышах , речь идет о любви — пусть непохожей на ту , что мы обычно встречаем , но все же о любви ! 17 Ужин На втором приеме у галерейщика , устроенном для потенциальных клиентов , собралось множество самых разных людей , что сделало возможным такую невероятную вещь , как наше общение с Жаном на публике. Высокие каблуки , шелковая юбка , розовато-бежевый блеск для губ , маечка «Пти Бато» , стильная стрижка — все в едином ансамбле. Он был здесь , у меня за спиной , и мне даже не нужно было оборачиваться , чтобы знать об этом . От него как будто шло излучение , окутывавшее меня. Я стояла неподвижно , не слыша ничего , кроме звука его постепенно приближающихся шагов. Когда он обошел меня и приблизился , чтобы приветствовать , я удивилась . Его манера держать себя на публике до сих пор была мне неизвестна. От него по-прежнему исходило ощущение тайны . Рядом с ним была женщина , которую я приняла за его жену — в брючном костюме и туфлях без каблуков , примерно того же возраста , что и он , довольно грузная , с лицом матери семейства , чья жизнь далеко не всегда была легкой. Он не стал притворяться , что не узнал меня , — напротив , он поздоровался со мной гораздо более тепло , чем у меня дома . Здесь это было менее опасно и более действенно . Он отошел от своей супруги , которая продолжала благожелательно улыбаться мне . Что же он за чудовище ?! Если бы двусмысленность ситуации не внушила мне желания иск упить свои грехи , я бы посочувствовала этой женщине , пришла ей на помощь — но он сделал меня такой же жестокой и эгоистичной , каким был сам. Мы с Жаном оказались за разными столами . Тем лучше. Я изо всех сил старалась не смотреть на него и сопротивлялась людскому потоку , уносившему нас в одном направлении . Я вновь вернулась к роли преследуемой и скрывающейся дичи. Напустив на себя заинтересованный вид , я пыталась слушать своего соседа , рассказывавшего о работе . Моя собственная работа казалась мне сейчас аб солютно неважной. Порой я напоминала себе , что я — преподаватель литературы , что нахожусь на званом ужине , что моя тарелка полна и надо время от времени подносить вилку ко рту. Но еда совсем не имела вкуса , и мне казалось , что я жую пластмассу , а не филе л осося. Жан был всего в двух шагах . Сидел позади меня . Невозможно было забыть о его присутствии и отогнать воспоминания о наших встречах. Я бы охотно покинула это сборище , чтобы оказаться с ним в постели , чтобы быть с ним — неважно где , лишь бы подальше от всех. Лишь бы избавиться от моего серого соседа и розового лосося. Если бы Жан приказал мне следовать за ним , я бы тут же вскочила с места , так , что моя шелковая юбка взметнулась бы выше колен — как в кино. Я бы все бросила. Но ему были незнакомы слова «По йдем» , «Уходим» , «Хватит» , «Этот цирк слишком долго продолжается» , «Я тебя провожу» , «Я слишком долго тебя ждал» , «Мы теряем время , попусту тратим всю жизнь» , — он понятия не имел об их существовании. Непринужденность его страшила . Кто знает , как далеко он а может завести ? В ней таится опасность. Лионель , который изучал медицину , однажды вечером , между двумя порциями спагетти , уверял меня , что злой человек — это тот , кто боится . Был ли Жан злым ? Не являлись ли все сложности его существования лишь завуалирова нными следствиями дурной натуры ? А я из-за этого попала в абсурдную ситуацию : приходится изображать безразличие , чтобы не напугать его . Потому что только в тех случаях , когда я отступаю , у него возникает желание преследовать меня. Чтобы не терять его из вида , я направилась к буфету в сопровождении наименее неприятного из моих соседей по столу. Я жеманничала , строила глазки , склоняла голову набок , улыбалась , притворно хмурилась — я тоже знала правила игры . Мое воркование могло раздра знить кого угодно. Я стояла у буфета с тарелкой в руках , делая вид , что жду , пока меня обслужат , но мысленно я была с ним , с удовлетворением отмечая , что , из-за небольшого количества женщин среди приглашенных , его соседями по столу оказались только мужчины. Я почти бессознательно улыбалась , и мне было наплевать , что окружающие могут принять меня за идиотку — главное , чтобы Жану казалось , что мне весело. Завтра , наверняка раньше условленного времени , он позвонит в мою дверь. Мне пришлось снова сесть — слишко м много эмоций . Сердце стучало , как барабан — казалось , оно колотится о ребра . В зале было душно , я задыхалась . Меня била дрожь («Что вы говорите ? Здесь жарко ? В самом деле ?» ), я мерзла — да , я знаю , я действительно странная , мне холодно , когда всем остал ь ным жарко , и это еще не самое странное во мне — ах , если бы вы знали ... но я не могу вам обо всем рассказать , впрочем , и никому другому — разве что Клементине , и то совсем немного , она надо мной смеется . Я ничего не могу рассказать , потому что человек , ко т орого я люблю , мне ничего не говорит. Странно , правда ? Он совсем недалеко от меня , со своей женой , но я не ревную , мне кажется , она славная женщина , и я не хотела бы оказаться на ее месте — мне не нужно то , что у нее есть , а только то , чего у нее нет. Мне бы хотелось , чтобы молчание было добровольным выбором , а не ложью виноватого человека. Он никогда не говорил : «Мы любовники». Кто же мы друг другу ? Никто. Его это устраивает. Он действует. И не собирается оценивать своих поступков. Тот , у кого нет имени , н е существует. Это великое молчание , в которое я погружаюсь , в котором живу , — может быть , всего лишь лицемерие женатого мужчины ? Я не требую официального статуса , мне не нужны дети , не нужна семейная жизнь — она мне неинтересна . Я не хочу оказаться в «рэнд ж-ровере» рядом с водителем , который не кто иной , как мой «супру㻠— это слово вызывает у меня смех , — крутить настройку радио , кричать на детей с липкими от варенья пальцами , галдящих на заднем сиденье , и молиться , чтобы лабрадор не сожрал бутерброды с т о нко нарезанными ломтиками жареного мяса , лежащие в дорожной сумке... Нет , я хочу всю жизнь быть любовницей , хочу , чтобы сердце лихорадочно билось при появлении мужчины , который обнимал бы меня , прислонял к стене и целовал так , как никого больше не целовали ... Я хочу мужчину , чье тело сплеталось бы с моим , который впивал бы мои запахи , — мужчину-зверя . Мужчину , который хочет стянуть с меня трусики сразу же , как только меня увидит . Мужчину , который требует , чтобы я целовала его ноги от самых ступней , постепе н но скользя губами вверх к промежности . Мужчину , который любит запахи , ощущение испарины на коже , который лижет , всасывает , пронзает , — который говорит лишь на языке тела. Я люблю его зубы , люблю зубную щетку , которая их чистит , люблю стоять радом , когда он принимает душ и , намыливаясь , приподнимает пенис ; мне нравятся его вещи , разбросанные в беспорядке , нравится , как он полоскает рот и потом резко выплевывает воду , нравится жест , которым он перебрасывает за спину полотенце и потом , наклоняясь , стирает кап л и воды , застрявшие между пальцами ног ; что меня пугает , так это угасшая страсть , тусклая привычная повседневность . Я люблю беспокойство , волнение , непрекращающееся движение . Я люблю , когда объятия причиняют боль. Я люблю , когда после его ухода беспокойство вспыхивает с новой силой. Я люблю продолжительное молчание . Неважно , здесь он или нет — в моих ушах его молчание всегда звучит как музыка. Я не гожусь ни для чего — только для него. Женщина , которая любит любовь , любит лишь любовь к единственному мужчине. Они могут сменять друг друга , но никогда не совмещаются. Женщина , которая любит мужчину , не заключает его в тесные рамки определений , объяснений , уточнений . Она принимает его манеру , его привычки , его правила . Я хочу заключать его только в объятия. Он при ходит , чтобы любить меня . Он приходит , чтобы действовать , а не говорить. Мы действуем заодно. Я вЂ” любовница. Я целую , ласкаю , обвиваюсь вокруг него , позволяю ему все , что он захочет . Я не разговариваю , если он не хочет , я встаю на колени , на четвереньки , я поднимаюсь и раздвигаю ноги — по его требованию . Я делаю все , я отдаюсь душой и телом , в молчании , которому он меня научил. Я отдаюсь так , как он того пожелает. Мой сосед по столу внимательно слушает меня , а я не могу вспомнить , что я ему говорила. Я уже давно не говорю о том , что живет в моей душе. Это тайна. Тайна , которая не воплощается в словах. Мой любовник протянул веревку между нами и теперь поднимает ее вверх. Скоро она натянется слишком сильно , и тогда... 18 E-mail Идиллии Клементине Если бы он был собакой , то — гончей , если женщиной , то — шлюхой , самой настоящей б ..., но он — мужчина . Мужчина , который бережет себя , трус , малопривлекательный тип , который исполняет танец семи вуалей , который блестяще владеет искусством молчания и отказа , с л овно капризная глупая старлетка перед ошеломленным продюсером . Он вынуждает меня играть роль , больше подходящую мужчине . Мне не хватает только сигары. E-mail Клементины Идиллии Мой , по крайней мере , не трус . Он никогда не играет в молчанку . Молчание для него — как внезапный удар молнии . Оно его убивает. А если бы он был собакой ... думаю , что лабрадором . Да , такой роскошной огромной псиной , которая не очень любит бегать. 19 Переговоры Когда я уходила с ужина , он провожал меня взглядом до самого выхода . Я физически ощущала этот взгляд , он обжигал мне икры. На следующий день , раззадоренный несоответствием между нашей тайной близостью и той сдержанностью , к которой нас вынуждали обстоятельства , он позвонил рано утром . Даже слишком рано. Классический вариант. Он зашел бы ко мне сразу после полудня . Он не предупреждает заранее (и он тоже ) и не звонит накануне , разве что изменятся обстоятельства . Я отказалась . Но мужчины очень хорошо знают , когда «нет» означает «да». Естественно. «Нет» , — сказала я непререкаемым тоном . В одной руке у меня была чашка чая , в другой — телефонная трубка . Меня бесило , что он ни разу не спросил меня о делах , о здоровье , что он назначает свидание , словно договаривается о приеме у дантиста или о визите в роскошный бордель. — Нет ? — эхом повторил он. — Я занята. — В два часа ! — Да. — Отмени свои дела. Я восхищалась его манерой приказывать . Я поставила чашку на стол . Я забыла о том , что все встречи случайны , и сказала себе , не без некоторой высокопарности , что только судьба могла создать обстоятельства нашего загадочного свидания в саду Марселя Пруста . И я сдалась — не ему , а своему желанию его увидеть. 20 E-mail Идиллии Клементине Я бы хотела прочитать ему стихи . Чтобы взломать его молчание словами. E-mail Клементины Идиллии Ты с ума сошла ! Я , правда , не знаю , имею ли право давать тебе советы . У меня та же ситуация , что и у тебя . Единственная разница в том , что я не выбрала молчание. Но если меня удерживает мысль о том , что бросать человека после восьми лет совместной жизни жестоко , то я не п онимаю , что удерживает тебя ! 21 Визит пятый Он сидел напротив меня , в его взгляде проскальзывала нерешительность . Разговор не клеился ; несколько произнесенных им фраз касались фасона моих туфель и способа варить кофе . Да , именно так , насколько я помню эт у часть нашей беседы : он взвешивал страсть , словно незнакомый деликатес , о котором еще неизвестно , пойдет ли он на пользу или во вред. Он сказал : «У тебя плохой кофе , тебе нужно купить кофеварку» . Так дословно звучала его фраза. Хам ! Обычно я пью чай , но д ля него куплю кофеварку . Я пойду за ней в «Дарти» сразу же после его ухода — а значит , очень скоро. Идиотка ! Он сказал : «Мне не нравятся твои туфли». Хам ! Я тут же сняла их и пообещала выбросить — впрочем , они обошлись мне всего в сто пятьдесят евро — плат а за несколько частных уроков , терпеливо преподанных соседскому ребенку с четвертого этажа. Сущие пустяки. Идиотка ! Эта идиотка счастлива от подобного вмешательства в ее личную жизнь — да , счастлива , что он интересуется ее обувью , пусть хотя бы только затем , чтобы ее раскритиковать ; счастлива , что он оценил ее манеру варить кофе — пусть даже и невысоко. Да , да. Хамы и идиотки порой образуют счастливые союзы. Так же , как пижоны и шлюхи. Разные виды неврозов находят и дополняют друг друга. Наши неврозы ворковали рядом , как голубки . Какая трогательная картина ! Я уже готова была благодарить его за такие лестные замечания. Он улыбнулся , удовлетворенный моей покорностью , этим пассивным сопроти влением его детской агрессивности. Он выиграл еще один раунд — браво , брависсимо ! Он такой сильный , а я такая слабая ! Если бы только я не была влюблена ... а он ? Пока еще слишком рано изводить себя моралью. Потому что колесо вращается — и в любви так же , ка к во всем остальном. Сейчас я была недалека от мысли , что он прав . Ничто в целом свете не будет слишком хорошо для него — а уж тем более я и мой дом. Он по-прежнему оставался серьезным. Должно быть , мои туфли и кофе подействовали ему на нервы . Я была в отч аянии ; я убрала злополучные туфли на платформе , действительно чуть высоковатой — хотя ни одна платформа не была бы достаточно высокой , чтобы достичь тех вершин , куда я их положила. Ему наверняка не понравилось , что вчера за ужином я разговаривала с другим мужчиной , но он ничего об этом не сказал. Классический мачо ! Может быть , я должна быть благодарна моему вчерашнему соседу ? Шлюхи , как ни спорь , возбуждают сильнее , чем идиотки. Мне нужно сосредоточиться. Он опирается подбородком на руку и вздыхает , словно собирается сказать что-то вроде : «Нам лучше больше не встречаться» , «Неизвестно , куда это нас заведет» , «Все это добром не кончится» , «Мы причиним друг другу боль» и т.д. Да , это очевидно. Он говорит : — Надо бы принять решение. Какое ? Он не говорит . Это сл ишком сложно , слишком долго формулировать ; я должна догадаться сама. Возможно , это будет «Нам лучше расстаться» . Только бы не «Нам надо пожить вместе». Ни та ни другая ситуация меня не устраивают , и его фраза не предвещает ничего хорошего . Спасибо условном у наклонению — ничто еще не решено , только предполагается. Спасение — в частице «бы» ? Но не превратится ли в ближайшем будущем условное наклонение в повелительное ? А в настоящем — в вопросительно-отрицательную форму ? Например : «Не стоит ли расстаться ?» Я в замешательстве , я не знаю , где искать решение — но уж конечно не в учебниках грамматики . И я не знаю никаких юридических тонкостей , связанных с условным наклонением . Ни один из моих мужчин не использовал его в подоб н ой ситуации. — Хм ? Я не очень хорошо понимаю , что значит это «Хм ?» Лишь по вопросительной интонации можно предположить примерно следующее : «Ну , и что ты об этом думаешь ?» Очередное хамство , только слегка завуалированное . Он хочет порвать со мной , но с моег о согласия — необычный трюк , напоминающий поведение пугливого животного , не очень агрессивного , — он пытается защититься от возможной неудачи и поэтому начинает ругать кофе или туфли , а не женщину , которую любит и которую именно по этой причине боится. Был о бы вполне в его духе по сто раз в день открывать телефонную книжку на букве «И» , где записано мое ненастоящее имя , и не звонить мне ; должно быть , он счастлив , испытывая таким образом свою способность к сопротивлению , счастлив от каждой своей маленькой п о беды над чувствами , над жизнью. Еще один шумный вздох. Перевод очевиден. Он берет меня за руку и притягивает к себе. Универсальный язык. Полное противоречие его бесстрастным речам. Самое худшее — это моя слепота , моя замкнутость , столь же непонятные , как и его намерения ; мой ум , некогда критичный и даже насмешливый , теперь молчит. Я едва осмеливаюсь сказать : — Ты нелогичен. — А зачем быть логичным ? — Ах вот как ? Действительно , об этом я не подумала. Он обходится лишь немногими словами , но их достаточно. Мя теж подавлен. Он не оставляет мне ни минуты для передышки . Когда я уже больше не понимаю молчания , когда молчание меня обескураживает , он соглашается произнести несколько слов , он идет на уступки , чтобы не потерять свою маленькую подружку для игр . С такими мазохистками , как я , это срабатывает . Однако я жалею , что не могу поговорить с ним о кулинарных деликатесах или о тайском массаже , о последнем понравившемся фильме — «Любовное настроение» Многие критики считают «Любовное настроение» (2000; режиссер Вонг Кар Вай ) лучшим фильмом о любви за последние 50-70 лет. , об увлечении азиатской культурой , о том , что не могу узнать его мнения о целительном воздействии философии . Ментальный тренинг ; встреча с самой собой , широко образованной с помощью газет , — не прив едет ли она в конечном итоге к эгоистической , опустошающей замкнутости ? Но как же иначе оказаться лицом к лицу с миром , со всеми его политическими и экономическими проблемами , с различными событиями , которые трогают нас или развлекают , — если мы не можем о казаться лицом к лицу с самими собой ? Как установить связь с мужчиной , если ничего не знать о его занятии , его пристрастиях , любимых местах отдыха , политических взглядах ; если не знать , нравятся ли ему прогулки , катание на лыжах , теннис , предпочитает ли о н сельскую местность или морское побережье , раздражают ли его жара или холод , есть ли у него братья или сестры ? Хорошо ли он воспитан ? Спит ли он обнаженным , или в пижаме , или в нижнем белье ? Смотрит ли выпуск новостей , перед тем как заснуть ? Любит ли он т а нцевать , смешат ли его братья Маркс Американские актеры . Выступали в кабаре и мюзик-холлах ; использовали экстравагантные трюки , веселую импровизацию ; обрушивали на зрителя потоки абсурдного юмора , парадоксальных положений , музыкальной эксцентриады ; снима лись в кино. ? Живы ли еще его родители ? Я : смотрю на него с вопросительным видом. Он : — Вчера , на ужине у Ватто , мы были только вдвоем... Странное представление об уединении ! — В некотором роде... Значит ли это , что он испытывал то же самое притяжение , чт о и я ? — Говори , произноси целые фразы , говори о конкретных вещах , говори же ! Нет , вчера вечером мы ужинали не вдвоем ; да , нужно быть логичным ; нет , ты не можешь меня любить и никогда мне этого не скажешь ! Нет , ты не можешь приходить и уходить , притягивать меня и снова отталкивать ! Почему ты такой ? И вот он снова замыкается в себе и окутывается молчанием. Я : — Скажи... Он : ничего. Я : — Ты ведь не собираешься на этом остановиться ! Даже если ты не скажешь ничего важного , все равно это уже прогресс . Говори , я же тебя похвалила... Он : улыбается , вокруг глаз собираются морщинки . Он неотразим , когда улыбается. Я : — Ты же видишь , говорить не т ак уж и трудно . Открываешь рот и воспроизводишь звуки . Только позаботься о том , чтобы они были разборчивыми . Ну , скажи что-нибудь... Он : молчание. Я : — Ты случайно не уснул ? Он : взгляд. Я : вздох. Я : — Ну вот опять... Он : глубокий вздох. Я : жду . Что-то долж но подняться из этих глубин... Наконец он решительно открывает рот. Ничего. Я : — Ты знаешь , что существуют слова , такие же прекрасные , как и молчание ? Он : — Хм... Снова это бормотание , которое помогало целым поколениям психоаналитиков поддерживать беседу , устанавливать доверительные отношения , подбадривать , понимать , иногда даже угрожать . Универсальное бормотание , одинаковое для городского рынка , для обоюдного непонимания , для затруднительных признаний. — Вот послушай... И за отсутствием других аргументов , я начинаю вполголоса читать стихи Валери , чтобы показать ему красоту и глубину слов — поскольку моих собственных недостаточно . Я выбрала вот это стихотворение : Спокойный кров среди гробниц и пиний, Где ходят голуби , где трепет синий ; Здесь мудрый Полдень копит пламена, Тебя , о море , вновь и вновь слагая ! Начало стихотворения «Кладбище у моря» , которое считается вершиной лирики Поля Валери (1871-1945), французского поэта и мыслителя . — Пер . В . Витковского. — Разве нет ничего , что пр имирило бы тебя со словами ? Слова тоже могут быть бесконечными , как воздух , как море , как молчание ... Разве нет ? — Хм... В этом «хм» явственно звучало недоверие. — В каждом из нас живет своя музыка , но у всех разная . Какая музыка у тебя ? Музыка цифр , музык а нот ? Скажи , что это за ноты ? «Не хочешь говорить ? Хранишь свою мелодию только для себя ? Послушай еще , на этот раз только одну фразу — но такую прекрасную , что я готова повторять ее миллион раз». Иногда я повторяю ее про себя , снова и снова : «Оглушительн ое молчание любви». «Так просто и прекрасно , не правда ли ? Ты удивлен ? Бывает так , что слова тебя удивляют ? Повтори эту фразу вполголоса , подчеркнув «ш» — и ты увидишь , как звуки перекатываются по строчкам , словно ноты по партитуре . Ты поешь , даже если не умеешь петь . Ты когда-нибудь поешь ? Под душем , например ? Или только чуть слышно напеваешь , сидя на скамейке в сквере» ? Есть слова внешние , для описаний , к которым не примешиваются никакие чувства : белый диван , коробка ракушек , зажигалка , комнатные цветы, спиртное , занавески , пирожное , туфли , кофе , телевизор , мобильный телефон , компьютер ... Их можно смешивать , до определенного предела , соединять без риска быть ими связанной . Можно спрашивать меня , подключена ли я к Canal Sat , работаю ли на «Макинтоше» или РС , предпочитаю ли SFR или Itineris , китайские или итальянские рестораны — все это слова , только слова , не наполненные глубинным смыслом . Слова , которые , как грузовики , перевозят лишь материальные предметы — ничего духовного. Но в этих словах невозможно об мануться . Они как будто подводят нас к воротам души — ведь можно определить характер человека по тому , нравится ли ему Лиза Экдаль Лиза Экдаль — молодая шведская певица , исполнительница «легкого» джаза. или Бартоли Чечилия Бартоли (р . 1967) — одна из лучших современных оперных певиц. , красное или белое вино , триллеры или мелодрамы . Когда говоришь «кофе» , имеешь в виду кофе , больше ничего . Никаких сложностей. Он : — Почему ты хочешь говорить ? Ну и что ответить на этот вопрос ? После десяти лет школы-инте рната , тайных откровений и перешептываний по ночам с одноклассницами я , кажется , встретила достаточно любопытный образчик человеческой породы . Но , может быть , и нет. Он был неприспособлен для нормальных отношений с нормальной женщиной. Изменился бы он , есл и бы стал моим другом , стал бы общаться со мной чаще , каждый день ? Может быть , он может позволить себе дружбу , в отличие от любви ? Я ждала от него того , что он не мог мне дать. Сидя напротив меня , он поднес к губам мою руку и поцеловал кончики пальцев — как мне показалось , с непритворной нежностью . Я растерялась , я уже не знала , чего хочу , у меня больше не было слов , которые могли бы послужить поддержкой , наша история тянулась , как всепоглощающее молчание без начала и конца . Слова были нужны мне как воз д ух . И я спросила : — Ты бы хотел , чтобы мы стали друзьями ? Он недоуменно посмотрел на меня. Кто поймет этих женщин ? Он ожидал моих слез. Но я не плакала. Он был разочарован. Возможно , он верил мне больше , чем я сама себе верила . Какой части его мозга , каких нервных клеток достигло мое предложение ? Он смотрел на меня . Моя фраза указывала ему путь . Какую внутреннюю реакцию она вызвала ? Какую извилистую тропинку смогла проложить к его сознанию ? На сей раз он должен был реагировать , возмущаться , протестовать . Уд ерживать любовь , отталкивать дружбу. Но нет , его любовь , которая довольствовалась пустяками , болтовней , ерундой , не стала тревожиться по такому ничтожному поводу . Все , что я отдавала ему до сегодняшнего дня , служило как раз этой цели : наполнить его любовью , дать ему уверенность , позволить ему уйти умиротворенным , возможно , даже счастливым. Кора головного мозга заключает в себя сознание , память , эмоции , речь , — все высшие функции , которые действуют по своим законам , словно вращающиеся планеты... Он сопротивл яется — самая коварная моя фраза не вызывает никакой реакции . Мне ужасно хочется пойти на кухню , найти там тонкие стальные шампуры , купленные в Марокко , или доставшиеся в наследство от тетушки серебряные вилки , вонзить их ему в ноги и пригрозить проткнуть язык , если он немедленно не заговорит — и пусть этот однажды запущенный мотор уже не останавливается ! Нужно , чтобы он наконец сдался , освободился — и я вместе с ним ! Мое предложение не слишком его пугает . Это не кате горический императив : «Останемся друзьями !» , не оставляющий возможности для возражений . И он это знает . Молчуны знают все. Верхняя губа Жана слегка вздрагивает , и у меня вновь появляется слабая надежда . Может быть , страх потерять меня все-таки прорвет плот ину молчания ? Может быть , он наконец решится заговорить ? Я жду , не отрывая взгляда от его губ. Ничего . Проходит несколько секунд , и мои ожидания вознаграждаются лишь слабой полуулыбкой. Предложение дружбы не вызвало у него желания высказаться. 22 Визит ше стой : «Я могу зайти на чашечку кофе ?» Он оставил меня совершенно разбитой , потом вернулся , верный своему непостоянству , своей тревоге , своей боязни любить , быть любимым , испытывать боль ; верный своему желанию соединить первый и последний раз , той одноврем енности рождения и смерти , которая наполняла все наши встречи день за днем. В восемь тридцать телефон снова зазвонил. — Я могу зайти на чашечку кофе ? — спросил он и не без юмора добавил : — «По-дружески» , чтобы утвердиться в своем намерении , не отказаться о т него , чтобы выполнить все эти сложные трюки , все эти общепринятые церемонии для успокоения совести. Слова невинны , внешние приличия соблюдены — даже если он звонит вопреки своим принципам . Столкнувшись с подобным типом , моя бабушка-итальянка наверняка по дняла бы глаза к небу и воскликнула : « Mamma mia !» . И была бы права , взывая к своей матери и к небесам . Что еще оставалось делать ? Я была недалека от того , чтобы поступить точно так же. Я умирала от желания его увидеть. Он пришел. Я еще раз спросила : — Поче му ты такой ? Его исчерпывающий ответ , произнесенный по-настоящему мужественным и обманчиво покровительственным тоном , звучал так : — Я здесь. Признание , вырванное силой. Визит побежденного. В его любви был отказ , капитуляция , слабость. Ничто не могло быть менее дружеским , чем эта «чашечка кофе». Прямо с порога он принялся раздевать меня , потом приказал мне повернуться — здесь же , в гостиной , даже не дав себе труда дойти до спальни . Мое вчерашнее предложение , вероятно , разбудило в нем гне в , возмущение , ярость — и нельзя сказать , чтобы мне это не нравилось. Такой ценой его душа одержала победу над телом. И его гнев придал еще более дикарский оттенок нашим любовным схваткам. Я хотела чувствовать его всем телом , скользить грудью по его животу , обнимать его за шею , видеть его — и я сопротивлялась , препятствуя его намерениям , но он заставил меня перевернуться , агрессивный , как все побежденные. Я : «Нет». Он : «Да». Я : «Остановись». Он : «Я хочу быстро». И он кончил несколькими секундами позже. Пробормотал что-то в извинение. У него был виноватый вид , но на самом деле он , кажется , не испытывал никакой вины. Чересчур в этот раз , сказал он , даже больно. Больше никаких комментариев. Разумеется. Мужчины не любят по казывать своих эмоций. Поспешность — свидетельство любви . Меня никогда особенно не привлекала постельная акробатика . Но с этим человеком все происходило не так , как с другими. Я оделась . Мне было жаль его , потому что он страдал. Я простила его , потому что любила . Не стала возмущаться . Погрузилась в какое-то оцепенение . Я не испытывала унижения — только легкую грусть . Снова принялась перебирать воспоминания . Никакой точки отсчета. Разве что его торопливость была моим наказанием ? Это в его манере — наказать м еня , прежде чем сломать . Возможно ли такое ? Да. Все расставания похожи — происходят они на вокзальной платформе или где-то еще . Но ему , конечно , надо делать все по-своему. Он тоже оделся и теперь сидел на белом диване напротив меня. После любви он избегал моих прикосновений , старался не приближаться. Я приготовила ему чашку «Нескафе» : так и не нашла времени на покупку кофеварки . Но , кажется , он не обратил на это внимания , так же как на кейк с йогуртом , приготовленный специально для не го . К сожалению , я все еще не научилась варить кофе как следует , и кейк с йогуртом — единственный сорт пирожных , который мне удается . Рецепт я взяла из «Детской кулинарной книги» Раймона Оливера , еще когда была маленькой . Однако для него я собиралась доби т ься больших успехов и приобрела книгу «Торты и пирожные». Я чувствовала себя скованной , молчание после любви вызывало у меня желание плакать . Сейчас я нуждалась в словах , как никогда — в словах , которые сближали бы плоть , были продолжением объятий , смягчал и бы шок от разъединения , разрыва , расставания . В конце концов , хватило бы и жеста ; но от него я не дождалась ни того , ни другого. Что означает его молчание сейчас ? Стыд ? Раскаяние ? Неприязнь ? Не знаю. Я сожалею о своей мягкотелости , о раболепстве , приноше ниях , покорности , благоговении , мольбе. Я провожу рукой всего в нескольких сантиметрах от его руки , но он к ней не прикасается . У него этого и в мыслях нет ; даже если есть , он все равно бездействует . Я не могу истолковать его молчание . Смотрю ему в глаза. В них скрывается что-то странное . Что именно ? Легкая ирония , претенциозность , самодовольство , язвительность. Он приподнимает подбородок , усмехается уголком рта и произносит : — Я сделал это нарочно. Снова молчание . На сей раз мое. Мой взгляд , должно быть , в ыражает естественную реакцию — удивление , непонимание , обескураженность , боль. — Сделал это нарочно ? — Угу. Я не знаю , смеяться мне или плакать , не знаю , что стоит за этими словами — извинение , оскорбление , грубость, слишком сильное желание . Я действительно не знаю . И не собираюсь гадать. — Зачем ? Невероятно — но он улыбнулся. Пусть он придумывает что хочет , чтобы больше не любить меня , я все равно ничего не смогу поделать . Но я не хочу помогать ему в этом сборе пожер твований в пользу нелюбви , не хочу , чтобы он использовал меня для этой цели — и тем более чтобы он вытирал о меня ноги . Я не чувствую себя униженной — только замаранной. Итак , он хочет создать впечатление , что совсем меня не любит . Или хочет замаскировать под тонкий расчет обычную потерю самоконтроля ? Сделать вид , что берет , ничего не давая взамен ? Но он всего лишь человек , и его тело бунтует : сердце колотится , пенис напрягается , и воля пасует перед этим объединенным воздействием. Разум бессилен . Он ничему не может помешать. И я останусь там , откуда любая другая женщина давно сбежала бы. Наши слабости нашли друг друга : его потребность господствовать встретилась с моей покорностью . Никогда еще я не была такой уступчивой. Я была загипнотизирована ; обречена , к ак последний из моих тортов , которые я не умела печь ; и если кто и был в этом виноват , то только я сама. — Скажи , зачем ? Он вздохнул и слегка пожал плечами , как будто хотел сказать , что жизнь — сложная штука и что он не в силах сдерживать своих наиболее им пульсивных реакций ; потом он покачал головой , давая понять , что не собирается отвечать на мой вопрос. 23 Непоследовательность Разрушительное воздействие этого постоянного чередования тепла и холода , этой непоследовательности , этого молчания было ему безразлично . Ему и в голову не приходило , что я беспокоюсь ; а если и приходило , это его устраивало. Он вызывал страсть . Сам об этом не подозревая , он использовал проверенный рецепт : отторжение любви порождает страсть . Он надеялся убить любовь , а вместо этого разжигал ее. Кто был передо мной ? Духовный палач , идиот , католик , пуританин , человек , искалеченный жизнью , неизвестным мне прошлы м , слишком любящей или , напротив , недостаточно любящей матерью , невротик , безумец , странный тип , упрямец , трус , бедняк , буржуа , муж , отец , ответственный , рассудительный , не думающий о том , что когда-нибудь ему придется умереть и , следовательно , безрассудн ы й , янсенист , девственник , простак , мерзавец , нарушитель закона , немой , страстный любитель тишины , который использует ее как средство защиты или нападения , или такая же жертва , как я ? Я ничего о нем не знала. Я знала только , что хочу его . Несмотря на непрес танные грубости , я хотела его . Чем больше трудностей он создавал , чем больше увеличивал дистанцию между нами , тем сильнее я его хотела. Чем больше он молчал , тем сильнее я хотела его услышать. Он высмеивал жизнь , а мне хотелось , чтобы он снова научился быт ь великодушным с ней . Я хотела вырвать его из молчания , из пустоты , из отрицания , из небытия , из черноты , из пробела , из пропасти , из неизвестности , из боязни любить , из печали , приходящей после любви . Спасение было рискованным — я могла заблудиться в зак о улках молчания , я не умела ориентироваться в предметах без названий , в музыке без нот , в любви без слов . Опыт молчания был мне незнаком . Я знала , что «молчание — золото» , тогда как «слово — серебро» , моя мать говорила мне об этом , когда я была еще маленьк о й . Она же говорила , что нужно семь раз повернуть язык во рту , прежде чем заговорить . Получалось , что в большинстве случаев молчание лучше болтовни . Но между нами и не могло быть никакой болтовни — этого я от него , кажется , не добивалась , просто хотела , чт о бы он отпустил слова на волю : пусть живут нормальной жизнью , пусть звучат , пусть вселяют уверенность , пусть , наконец , делают нас людьми . Молчание неестественно , оно внушает страх . Из-за этого я порой хотела услышать от Жана любые слова , пусть даже такие ж е агрессивные , как его поступки. Я хотела приручить молчание этого мужчины , задобрить , как пугливое животное ; вытащить его из молчания , как улитку из раковины , как медведя из берлоги , нежно привлечь к себе , научить его словам , как ребенка , научить говорить, когда он счастлив и несчастлив , не лгать себе , отвечать , когда задают вопрос , проявлять интерес к другим , спрашивать их о новостях , говорить «здравствуйте» , «до свидания» , «до скорого» , звонить , если пообещал , делать комплименты , благодарить , одобрять , п р иглашать , предлагать , любить. Я была бы терпеливой , не жаловалась бы , не заставляла бы его совершать необдуманные поступки , не задавала бы лишних вопросов , не раздражалась бы . Я ждала бы его там , куда он придет , когда сможет. 24 E-mail Клементины Идиллии Что происходит ? E-mail Идиллии Клементине Не знаю . Не понимаю. E-mail Клементины Идиллии Невроз — это обман , соблазн поддаться почти откровенному мошенничеству . Твой тип все время ускользает , чтобы ты не смогла обнаружить его пустоту . Он о ней знает. Наверняка ты не первая его жертва . Ты ничего не сможешь изменить . От пустоты и от безумия лекарств не существует . Если ты понимаешь , во что вляпалась , и не делаешь никаких попыток освободиться , ты заслуживаешь того , чтобы тебя одурачили ! Я понимаю , испор ч енные типы часто бывают привлекательны . Они загадочны , не похожи на других и постоянно уклоняются от разговоров , в которых их ненормальность могла бы обнаружиться . Они слушаются только своего безумия . В этой ситуации единственно верный метод — хирургическ и й : отрезать , отделить , удалить . Перевязка ничего не даст — она не уничтожит корень болезни . Странно : чем меньше теряешь от расставания с мужчиной , тем труднее расстаться , не так ли ? Женщины — благороднейшие создания ! Страдание , как и молчание — это бездон н ый колодец , и не советую тебе относиться к этому легкомысленно . Вспомни мои слова , когда придет расплата ! E-mail Идиллии Клементине Мне не хочется ни для кого наряжаться — только для него . Если я порву с ним , мне будет достаточно джинсов и двух-трех пуло веров. E-mail Клементины Идиллии Ты невыносима ! Оставайся в одних джинсах и порви с ним ! E-mail Идиллии Клементине Я не знаю как. E-mail Клементины Идиллии Ты такая же трусливая , как мужчины ! Если тебе не хватает храбрости , воспользуйся моментом , когда он тебе позвонит , и скажи , что у тебя пропал голос , ты не можешь говорить и перезвонишь ему , когда поправишься , идет ? Само собой , после этого ты не перезвонишь. E-mail Идиллии Клементине А если он сам перезвонит ? E-mail Клементины Идиллии Повторишь то же самое еще раз. 25 Я сказала : «Любовь моя» На моем автоответчике оказалось сообщение. Его голос . Но не тот , что сказал : «Я сделал это нарочно» . Другой , конечно , но по-прежнему узнаваемый ; хот я и звучащий совсем недолго , но решительным тоном назначивший мне свидание : — Я зайду к тебе на чашку кофе. Я подумала о Клементине ... но почти не колебалась — я была совершенно неспособна следовать ее советам . Я была похожа на весы , у которых одна чаша полностью перевесила другую . Клементина была на самом верху , Жан — в самом низу. Прости , Клементина , но отложим твой план на потом . Я знаю , ты разнесешь меня в п ух и прах ... но жизнь так или иначе кончается плохо . Будем же наслаждаться счастливыми моментами , когда они предоставляются. Он позвонил в час с четвертью , немного раньше обычного. Он забыл о том , что произошло ? Мне было все равно . Он протянул мне руки , и я укрылась в его объятиях . Положила голову ему на плечо . Он прижал меня к себе . Так мы стояли в неподвижности долгое время . Наши пробужденные тела говорили на своем языке плоти — объяснялись , мирились . Мы им не мешали. В этот день мы вошли в странное проти востояние , почти на грани разрыва. Он любил меня , злился на меня и на себя , бесился от этого желания , которое я в нем вызывала и которое приводило его ко мне . А за его суровостью , за его закрытыми глазами , за его спиной мы дарили друг другу наслаждение. Ме жду двумя вздохами , двумя ласками , когда он выполнял все требования моего тела , я улучила мгновение , чтобы прошептать ему на ухо слова , испугавшие его , которые я сдерживала слишком долго. «Любовь моя» , — прошептала я тихо , так тихо , что не была уверена , ус лышал ли он меня . Эти слова были такими простыми , но для него — такими сложными. И вот , вытянувшись рядом с ним , прижавшись губами к его губам , запустив руки в его жесткую шевелюру , я повторила эти запретные слова. Впервые результат превзошел мои ожидания : Жан позволил мне их произнести и не стал протестовать. Возможно даже , на краткий миг он принял и полюбил эти слова. Не могу сказать наверняка , но почти уверена в том , что он прошептал : «Дорогая» — только один раз. Перемирие . Время объятий. Потом эта уступ ка вызвала возмущение и гнев — его жесты явно свидетельствовали об этом , — и потрясение , которое испытали мы оба , превратило нашу интимную близость во вражду. Что-то дикое проскальзывало в наших ласках и поцелуях. 26 E-mail Клементины Идиллии Ну что , ты с ним порвала ? Я горжусь тобой ! Ты страдаешь ? Это нормально . Скажи себе , что ты избежала худшего . Вернись к Лорану , я уверена , ты сможешь сделать так , чтобы он тебя простил . И потом , он хороший журналист , а в этом много плюсов , например : когда он уезжает, тебе немного страшно , но ты предоставлена сама себе , а после тебе вдвойне приятно снова его увидеть . Съездите оба на уик-энд в Лондон — я купила роскошную кровать в спальню для гостей... 27 Визит восьмой В следующий раз он пришел уже после трагедии — не сколькими днями раньше Всемирный торговый центр превратился в груду развалин . Это событие , приковавшее меня , потрясенную и не верящую своим глазам , к экрану телевизора , заставило его вести себя немного иначе , чем всегда — один-единственный раз . Действител ь ность , какой бы неопровержимой она ни была , не затрагивала нас . Порывистый шаг , сделанный мне навстречу , слова , которые он произнес , непривычно долгий поцелуй — все это значило больше , чем известия со всего мира . Внешняя сторона жизни ничего для нас не зн а чила , мы не участвовали в ней . Наша общая жизнь — точнее , лишь немногие часы , проведенные вместе , проходили вдали от реальности , словно между скобками , которые мы никогда не забывали закрыть. Он толкнул дверь , и я перенеслась в другое измерение ; я , изнемог авшая без него под бременем слов , вдруг избавилась от них , стала немой , опустошенной , растерявшей мысли и чувства , безучастной к мировой скорби , ко всем человеческим горестям , даже к своим собственным . Я опустошила себя для него — чтобы дать ему место , ос в ободить все пространство , какое только есть ; чтобы наполниться им до краев , чтобы ничего не потерять — ни малейшей частицы его кожи , его дыхания , его настроения , его времени ; чтобы получить его целиком , чтобы во мне не было ничего другого , кроме него . Я с т аралась занять им все что можно ; я была лишь сердцем , которое бьется , лишь женщиной , которая любит. Он обнял меня в своей обычной манере — крепко , словно в последний раз перед смертью , и я чувствовала , как стучит его сердце рядом с моим : «Лестница крутая», — сказал он улыбаясь , чтобы я не вообразила , что это результат сильных эмоций . Затем он слегка отстранился , словно желая защитить меня от себя самого — словно хотел причинить мне боль и одновременно пытался смягчить ее. Другие выражения его лица были обыч ными : мужчина , который любит и хочет меня — это естественно ; мужчина , который не любит и не хочет , не проявляет никакого интереса. Он приблизился. Отстранился. У него нет времени ? Его жена стоит за дверью ? Он испытывает чувство вины ? Что происходит ? Может быть , это какая-то форма наказания для меня ? Он так мне и не простит , что я предложила ему дружбу ? Действительно ли это везение — встретиться с таким человеком ? Я ни за что не смогу рассказать Клементине о последних событиях — она , разумеется , тут же фыркнет : «Я же тебя предупреждала : это невроз , единственный выход — разойтись...» Мне хотелось плакать , уголки моих губ поползли вниз , потом дернулись вверх . Слезы уже подступали к глазам , и я едва смогла их сдержать. Под глазами Жана были круги. — У тебя усталый вид , — сказала я. Он кивнул . Мне захотелось отдать ему что-нибудь , принадлежащее мне — чтобы вдали от меня он продолжал думать обо мне. — Дай мне руку , — сказала я , — и закрой глаза. Он протянул мне ладонь , и я вложила в нее амулет , который всегда носила. (Ни в коем случае не говорить об этом Клементине !) Неподходящий момент ? Разумеется. Он этого не заслуживает ? Очевидно , да , но это уже неважно. У него вопросительный вид . Если бы он заговорил , то сказал бы : «Что это ?» Но его удивление выражается ли шь в легком движении ресниц — единственное , что оживляет черты его лица. — Это мой амулет , я тебе его дарю. В его взгляде появляется беспокойство (есть из-за чего ). Наконец он говорит : — Сердечко ? Но это драгоценный камень ? — Да. Он недоверчиво смотрит на меня . Должно быть , впервые в жизни женщина дарит ему драгоценность . Или я ошибаюсь ? — Сохрани его у себя для меня , — говорит он. Он не хочет обременять себя этой компрометирующей уликой — если только не считает мой п одарок слишком женским . Без сомнения , он предпочел бы галстук , коробку сигар , домашние черные бархатные туфли с монограммой . Но лично мне нравится мысль о том , что мужчина хранит в кармане подаренную женщиной безделушку в виде сердечка . Третий вариант : он прочитал теорию социологии Марселя Мосса и теперь опасается , что если примет мой подарок , то вынужден будет сделать ответный подарок мне . Интересно , он жадный ? Мое сердце принадлежало ему лишь мгновение . Он вернул мне его . Сам не зная того , он только что о тдал мне безделушку. — Спасибо , — наконец сказал он . — Очень красивая вещь , — добавил он слегка смущенно . — Мне нужно пойти отдохнуть . Я тебе позвоню , когда почувствую себя лучше. Такой язык я могла понять ; возможно , после слишком изнуряющего времяпрепровождения ему хочется принять душ и несколько часов побыть одному . Мне тоже хотелось бы прийти к нему в один из своих удачных дней , в приподнятом настроении , с гладкой от притираний к ожей , побритыми ногами , блестящими волосами и ногтями . Потратить несколько часов , полируя кожу скрабом , втирая в нее крем , приводя в порядок ногти — чтобы провести несколько минут с ним . Это нормально. Ничто не сравнится с ним. Вполне возможно , совершенная женщина смогла бы приручить этого непростого мужчину . У меня это не получится — я не совершенна. Я пишу ему письма , которые потом рву . Столько писем ! Я пишу , как будто молча вышиваю — я тоже молчу. Может быть , это его последний визит и кофеварка не понадо бится ? Впрочем , помимо кофеварки есть электрическая зубная щетка , купленная у Дарти , коробка пластинок в стиле соул , диванные подушки с гусиным пухом для удобства , абрикосовый крем от Диора , крем из авокадо от Сислей для гладкости кожи , дополнительные сеа н сы кик-боксинга , чтобы сохранить ее , и йоги , чтобы успокоиться , посещения дантиста , чтобы отбелить зубы , книги по психологии , чтобы понять этого человека ... И в довершение всего — кружевные подвязки для чулок. Молчание. Я говорю молчанием. Я отвечаю ему мо лчанием. Я одна ? Я говорю сама с собой ? Иногда мне случается сомневаться в его присутствии , как в присутствии Бога , поскольку ни тот , ни другой никак не обнаруживают себя . Конечно . Я думаю , что однажды он все же заговорит , чтобы избавиться от нарастающего давления моих вопросов , и что слова , сорвавшиеся с его губ , восторжествуют над молчанием , словно потоки воды , прорвавшие плотину. Я прочту ему вопросник Пруста , когда он будет засыпать , и добавлю от себя другие вопросы . Да , я спрошу , знал ли он уже любовно е разочарование , думает ли он , что шок может быть хорошим стимулом , боится ли он темноты , о чем мечтает , что ему нравится в женщинах , было ли в его жизни событие , которое изменило ее , счастлив ли он ? Дать волю словам , чтобы сказать — что ? «Все кончено» , «О становись» , «Давай прекратим» , «Я так больше не могу». Предупредит ли он меня , если захочет уйти ? Вряд ли . Зачем ему меня предупреждать ? А если я попрошу ? Но я даже не знаю , удастся ли мне сформулировать свои вопросы — ведь я так привыкла к молчанию , что с лова могут изменить мне . Я не знаю — вдруг истина , которую я постоянно отвергала , чтобы защитить его , исчезла навсегда ? Истина — не любовь . Возможно , я больше не смогу объясняться иначе как мысленно . Я не знаю , не стали ли мы с Жаном , постоянно отвергая с л ова , нереальными , невесомыми , невидимыми , как само молчание ? Где истина ? Истина — это утопия , точка зрения. Истина , если ее держать в неволе , мстит за себя . Теперь я свободна от невинных развлечений , от улыбок , которые на меня больше не действуют , от приго товлений к Рождеству , от лесных пожаров , от природных катастроф , от всех несчастий мира . Я вЂ” бессердечное чудовище , которое плачет лишь из-за него , свободное от всех эмоций , кроме тех , что вызывает он , и от всего вокруг , что не является им. Я замкнулась в самой себе , лишенная мыслей , одержимая , измученная , превращенная в эгоистку , бредящая , оглушенная молчанием , одурманенная им. Он отталкивает и притягивает меня одновременно . Его тело требует меня , его душа от меня ускользает. «Будь со мной» , — говорит он . Он прижимает меня к себе , когда мы входим в лифт , но его жест скорее напоминает рефлекторное движение , чем объятие. Бок о бок с ним я дохожу до двери подъезда . Оказывается , мы одинакового роста . Но это меня не смущает . Он собирается что-то сказать . Обмен л юбезностями ? Нет , даже не это. — До скорого , — говорит он. И уходит. Наступившая тишина — это тишина заурядной жизни. 28 E-mail Клементины Идиллии Никаких новостей — плохие новости ? Ты провалилась в бездну молчания ? Он утянул тебя за собой , а у тебя так и не хватило решимости перерезать веревку ? Это катастрофа ! Идиллия , в шоппинге тебе нет равных , но вот что касается мужчин ... Рядом со мной ты просто младенец ! Женщина , которая не знал а любовных разочарований , в этом вопросе не имеет права голоса ! Поэтому ты должна позволить своей опытной подруге давать тебе наставления . Для начала я бы заставила твоего молчальника прочитать алфавит задом наперед ! Сожги за собой мосты и скажи себе , что ты любила трудности , связанные с ним , а не его самого . Достаточно просто это понять . Трудности взаимозаменяемы . Типов со странностями на свете больше , чем ты думаешь . Я найду тебе других , и ты разработаешь для каждого из них свою стратегию в игре «Преодол е ваем трудности» . Это будет здорово ! E-mail Идиллии Клементине Расскажи о себе. E-mail Клементины Идиллии Тишь да гладь . Я чувствую себя свободной , чтобы встряхнуться , но ни один мужчина не пробуждает во мне такого желания . Ничего , ни малейшего проблеск а на горизонте ! Я встретилась с несколькими типами , не свободными , но красивыми , с хорошим положением , с хорошими манерами и т.д . Ничего ! Но когда я думаю о тебе , то предпочитаю мое спокойное одиночество одиночеству , отягощенному любовью с препятствиями . Д елай выводы ! 29 Тишина грохочет Он ушел . Тишина грохочет. Для того чтобы все эти мгновения , наполненные тишиной , имели смысл и значение , чтобы воздух и ветер прекратили кружить в моей голове и исчезли куда-нибудь , я хотела бы прошептать ему все слова , ко торые меня волнуют . Я хотела бы , чтобы он освободил меня от этой горы , этой пирамиды слов , которую нагромоздили его молчание и моя сдержанность . Я бы хотела бросить ему в лицо последствия его молчания . Вызвать бурю , ураган , который унесет его подальше от м еня . Мне казалось , что если я приоткрою дверь своего молчания , то больше не смогу ее закрыть . Молчание взбунтуется , найдет много раз повторенные про себя слова и забудет былую дипломатию и сдержанность. Оно сокрушит его. Я думала , что молчание приходит пос ле любви , после криков и ссор на краешке кровати или в кухне , после уничижительных фраз о том , что кто-то кого-то больше не любит , что кому-то надоел чей-то лишний вес , крашеные волосы , медальончик с первого причастия , жареная курица с эстрагоном. Оно нару шает ритм жизни , оно его опрокидывает. Молчание конца , ты возвращаешь его к началу. Любовь не умеет начинать с молчания. Любовь не объясняет , она лишь проявляет себя . За стеной молчания — ты , которого я едва знаю , но которого должна узнать — так предначерт ано . Ты сопротивляешься этому предначертанию , своей собственной плоти , глубинному зову всего своего существа. Порой я спрашиваю себя — может быть , меня привлекает всего лишь путешествие к неведомому ? Ты — остров , неизвестная земля , чистая тетрадь , которую нужно заполнить путевыми заметками . У меня кружится голова , но я погружаюсь в неизвестность. Молчание безнадежности непроницаемо . В нем — только пустота , ни слова , ни воспоминания , ни образа , даже собственного — ничто в него не проникает . Все скользит , рас творяется . Ничто не властно над этим молчанием. Я потеряла звуки , потеряла его образ , его улыбку . Потеряла тайные коды , которые позволяли мне видеть все с прозрачной ясностью , слышать среди полной тишины , потеряла нить , которая нас связывала. Надежда побле кла. Звонки друзей , коллег , нескольких учеников , Клементины , Поля , секретарши психоаналитика по поводу пропущенных сеансов и вновь напомнившего о себе астролога больше не имели смысла. Я хотела услышать только Жана , отвечающего на мои вопросы. Мне исполнился тридцать один год , а он об этом даже не догадывался . Мне удалили зуб мудрости , и я ему даже не пожаловалась . Я впервые приготовила телятину под белым винным соусом , а он ее даже не попробовал. Когда завеса тайны сгустилась , я обратилась к го роскопам . Выяснила , какой у него знак . Это был Скорпион — подходил ему как нельзя лучше . Настоящий подарок для врагов . Подарок настолько полезный , что стоило бы увеличить число Скорпионов — побуждать супружеские пары активно заниматься любовью в феврале , ч тобы к ноябрю получить хороший урожай . Целая армия закованных в броню пресмыкающихся с острыми клешнями и ядовитым жалом на хвосте . Скорпионы могут помочь перенаселенным странам . Я не верю в астрологию , но ухватилась бы за нее , как за путеводную нить , есл и бы Жан мне написал . Теперь я знаю , что Скорпионы непохожи на других , склонны к крайностям , трудны в общении , противоречивы , замкнуты — но я не понимаю , отчего мой Скорпион не разговаривает. Когда восходит Венера , у Скорпионов наступает благоприятный перио д для любви и они притягивают к себе внимание ; когда восходит Юпитер , проблемы возвращаются . Период с начала до середины октября насыщен событиями и романтическими приключениями . Предоставится шанс победить свои страхи . Что до меня , на тот же самый период Меркурий обещает мне «активную мыслительную деятельность». Проходит время. Я не знаю , чем заняться . Мне не хочется никуда идти — меня охватывает сонливость и жажда тишины. Перед тем как заснуть , я обхватываю подушку и думаю , что с большим удовольствием при жала бы к себе его пуловер или шарф — но он мне ничего не оставил. У меня есть только один предмет , на котором можно сосредоточиться , — красная пластмассовая зажигалка , которую он забыл и которую я ему не вернула . Она выпала у него из кармана . Но не могу ж е я признаться Клементине в своем желании спать с зажигалкой ! Проходит время. Ко мне возвращается надежда . Для этого и существует время. Надежда приносит желание , воодушевление , свет , нежные слова , и тишина исчезает , сменяясь нарастающим рокотом звуков . Д остаточно совсем немногого , чтобы начался этот концерт : воспоминания , более стойкого , чем меланхолия — и оркестр оживет . Жан настолько реален , что мне почти не нужно его присутствие. Существует некоторая привычка к пустоте , определенная гармония , продолжит ельность , прирученное небытие . Чаша скорби минует тебя , и наступает успокоение , где мечта граничит с реальностью , шум — с тишиной , тишина — с совершенством. Тишина может заполнить все вокруг , это отдельная страна , целый мир . У нее нет ничего общего с ожида нием , которое истощает мои силы , мою любовь , разрушает все , что я создала. Когда-нибудь все успокоится. 30 E-mail Клементины Идиллии Дорогая , к тебе вернулась способность соображать ? 31 Одиннадцать часов вечера — Я приду в одиннадцать вечера. Когда он произнес эти слова , стрелки моих часов замерли . С этого момента ход времени изменился. К своему стыду , я забыла о молчании. Однако инстинкт выживания побуждал меня больше общаться с ним в мечтах — до сих пор он был составным элементом моих вымыслов , — чем в реальности. — При условии , что ты будешь разговаривать , — ответила я. — Ты очень сильная. — Я притворяюсь. — Но результат один и тот же. Короткий приглушенный смешок. — Ты будешь говорить ? — Хм... — Это значит — да ? — До встречи. Я сдаюсь слишком быстро . Принимаю его условия . Этим вечером я хочу увидеть своего любовника — неважно , будет ли он говорить или молчать . В темноте кошки видят , хищники охотятся — а вдруг мужчины становятся более разговорчивыми ? Через н есколько часов он придет ... Я побежала покупать розы , шоколадные конфеты , кофе без кофеина — ведь будет уже поздно , — ароматические свечи . Я побывала у моего стилиста , расположила красивыми складками белые льняные занавески , выгладила белую ночную рубашку с синими шелковыми лентами . Я и мой дом обрели новую жизнь . Мы оба были готовы к его приходу и с радостью его ждали. Моя квартирка довольно скромная , но высокие окна и льющийся сквозь них яркий свет делают ее веселой и оживленной , даже зимой. За полчаса д о назначенного времени он позвонил мне по мобильнику : — Я стою под твоим балконом. Я выбежала на лестницу , придерживая спереди ночную рубашку , словно бальное платье , чтобы открыть дверь подъезда , запиравшуюся изнутри на замок после восьми вечера. — Входи ! И мы почти бегом поднялись по лестнице до моего шестого этажа. Дверь была слегка приоткрыта . Войдя , он закрыл ее за собой и , как в первый раз , крепко обнял меня , слегка приподняв в воздух . Я наслаждалась его поцелуями , но мне чего-то недоставало — как в ре чи без вступительного слова , в книге без введения , в журнале без обложки , в статье без заглавия , в парадном обеде без закусок . Он сразу набросился на главное блюдо , на середину книги , не обращая внимания на остальное . Я же хотела вначале узнать , как у нег о дела , приходится ли ему много работать , поедет ли он в отпуск — и о прочих самых обычных вещах , никаких допросов с пристрастием . Хотела рассказать ему о своих новостях — сказать , что скоро меня повысят в должности , что сейчас я пишу статью для «Ревю де м о нд» . Я хотела , чтобы мы поболтали за бокалом белого вина , чтобы он смотрел на меня и говорил , как ему нравится моя шелковая ночная рубашка и моя новая прическа. Чтобы осуществить свои планы , я попыталась оттолкнуть его и издала приглушенный стон в знак про теста , но он не обратил на это никакого внимания. Он как будто не видел меня и не слышал . Он целовал меня , настойчиво , жадно , самозабвенно , обхватив обеими руками мой затылок , чтобы я не могла отвернуться . Лишь когда он убедился в желаемом воздействии свои х поцелуев и увидел , что я предпочитаю их словам , он освободил мою голову , и его ладони скользнули к моей груди . Он расстегнул пуговицы на рубашке , и вскоре его пальцы уже сражались с застежкой моего бюстгальтера . Я по-прежнему отталкивала его , и когда мн е удалось , сделав резкое движение головой , освободиться от его губ , я заявила : — Хочу , чтобы ты меня выслушал. Его глаза по-прежнему были закрыты , а губы искали моих губ. — Послушай... Ответом было лишь приглушенное ворчание , похожее на то , которое издает с обака , когда у нее пытаются отнять кость. — Почему ? — спросила я. — Лучше скажи , как это расстегивается , — пробормотал он , не открывая глаз. — Почему ты не разговариваешь со мной ? — Застежка... — Ответь мне ! — Я здесь , — ответил он , уткнувшись лицом мне в плечо , довольный , что наконец-то справился с застежкой. Затем он , не отпуская меня , опрокинулся на диван и , приподняв мою ночную рубашку , усадил меня на себя в позе наездницы , стараясь одновременно спустить брюки . Он лас кал мои ягодицы , в то время как я проводила указательным пальцем по его лбу , носу , губам , подбородку , как будто это изучение его лица могло помочь мне проникнуть в его мысли . Но эти правильные черты хорошо скрывали запутанные ходы размышлений. — Я знал , чт о однажды увижу тебя в ночной рубашке , — сказал он. Почему именно это ? — Я бы хотела сказать тебе ночные слова... — Хм... — Но я боюсь , — добавила я. — Тс-с... И я замолчала. Я больше ничему не сопротивлялась , ни о чем не думала. Я принимала то , что он мне давал . Этого было достаточно. Уже после , обессиленный и расслабленный , он несколько мгновений оставался неподвижным — вплотную ко мне , внутри меня , — потом отстранился и погладил меня по голове , довольный свершившимся . Ему было чем гордиться . Меня испуга л его взгляд , когда любовная субстанция излилась из его тела ; страсть отнимает ее вместе с силами. Я по-прежнему лежала , распластавшись на диване ; он , обнаженный , стоял передо мной , улыбаясь. Улыбка казалась принужденной. Его взгляд уже не был прикован к м оему лицу — он блуждал где-то вдали . Он изменился. Его тело ослабло , и разум воспользовался этим , чтобы вернуться на место. Как только образовалась пустота , разум заполнил ее. Он снова заявил о своих правах. Передо мной был человек , совсем не похожий на то го , который пришел сегодня вечером полный желания , на того , которого я любила. Он направился в сторону ванной. Он собирался принять душ , намылиться , слегка оттянуть кожу с головки пениса , чтобы как следует его вымыть , потом прополоскать рот , чтобы смыть вк ус любви , а потом уйти. Он не собирался спать , курить , есть , разговаривать , ласкать меня , повторить все сначала. Он собирался уйти. Возможно , перед уходом он подарит мне одну-две невинные ласки , просто из вежливости , но больше ничего . И не скажет ни слова. Как бы я хотела услышать от него : «Я тебя люблю» ! Только в этот вечер , в первый и последний раз , потому что было уже поздно , и после этих слов я оставила бы его у себя ... Я слишком серьезно к этому отношусь ? Да , я самая обычная женщина , для которой эта ко ротенькая фраза так много значит ; да , я подчиняюсь той власти , которой она , возможно , и не обладает ; да , я сентиментальна и романтична . Я коллекционирую странных типов для своего удовольствия , собираю их вместе , добавляю все новые и новые экземпляры ... В э том деле мне нет равных. Чувствительна ? Сверх меры. Обидчива ? Очень. Восприимчива ? Чертовски. Проницательна ? Как карточная гадалка. Я смотрела «Касабланку» множество раз , я плакала в объятиях Хемфри Богарта Хемфри Богарт играл в «Касабланке» (1942; режиссер Майкл Кёртис ) главную роль. , я была Скарлетт О 'Хара в «Унесенных ветром» , мадам де Винтер в «Ребекке» «Ребекка» (1938) — один из самых известных и неоднократно экранизировавшихся романов Дафны Дю Морье (1907-1989). . Я повторяю одно и тоже , восстанавливаю в памяти все подробности , я верю в значимость слов , в те связи , которые они создают , я читаю молчание , невысказанные фразы , я угадываю намерения , расшифровываю взгляды. Разумеется , я заблуждаюсь . Я нед остаточно размышляю . Если я начну размышлять , то отдалюсь от него. Я встаю и прижимаюсь к нему , я обнажена , как и он. Я жду , чтобы он заговорил со мной. Он понимает , что не сможет освободиться из моих объятий , если ничего не скажет. Я ощущаю слабое дуновен ие воздуха из его ноздрей , слышу удары его сердца ; это напоминает звуки работающего механизма. Его губы , четко очерченные , созданы для того , чтобы целовать , играть на трубе , погружаться в шоколадный эклер , шептать нежные слова в темном кинозале или остават ься сомкнутыми , если он не хочет говорить. Чувствует ли он что-то снова , здесь , сейчас , когда какая-то часть его тела сжимается , разжимается , напрягается , расслабляется , изгибается , раздувается , окрашивается от прилива крови , вытягивается , опадает ? В конце концов , после всех этих физических изменений , напряжений , расслаблений , освобождений , умиротворений , он перейдет от животной жизни к человеческой , он будет использовать буквы алфавита , слова из словаря , находить в нем значения слов «любезный» , «любящий», «любимый» , которые наконец приведут его к глаголу «любить» . Любить : испытывать влечение , нежность , симпатию , привязанность . Диапазон широк : можно выбирать между «дорожить» , «восхищаться» , «обожествлять» , «привязываться» , «нравиться» , «интересоваться» ; мож н о вспомнить Андре Жида , который «любил беспорядочную жизнь» , Анатоля Франса , который «любил сходство» , Библию , которая призывает «возлюбить ближнего как самого себя» , Стендаля с его «влюбленный человек видит в том , кого любит , одно лишь совершенство» , Зол я , который «любил каждую вещь на своем месте» , и снова Жида , который «любил прогулки с отцом»... Он бы обязательно понял , что все рано или поздно произносят это слово . Каждый берет на себя смелость это сделать , чтобы разочароваться или стать счастливым . Жиз нь , прожитая без этих слов , не может считаться полной жизнью — это все равно что умереть , не увидев моря или гор , не попробовав карамельных тянучек , не прочитав Переса Гальдос Бенито Перес (1843-1920) — выдающийся испанский писатель-романист и драматург. или Достоевского , не услышав « Stormy Weather » в исполнении Сары Воэн Сара Воэн (1924-90) — величайшая джазовая певица , обладательница одного из наиболее удивительных голосов XX столетия. , не приняв вдвоем с любовником ванну с пеной , не оставив после завтрака в постели крошки круассанов , не полежав обнаженной на горячем песке пляжа , не пробудившись с хорошим воспоминанием , не заснув с тайной. Я прижалась к нему , повисла у него на шее , вцеп ившись изо всех сил , несгибаемая , неподвижная ; я обхватила его ноги своими и стиснула их. Если он собирается уходить , ему придется взять меня с собой. Мы одинакового роста ; он не сможет отцепиться от меня , пока со мной не заговорит . Я вЂ” довольно тяжелая но ша , вполне могу сломать ему пальцы на ногах — на каждую его ступню приходится по тридцать килограммов моего живого веса. Я жду , когда он скажет , что любит меня. И вот он обхватывает мою голову ладонями и говорит : — Я люблю тебя. Я в восторге , я плыву , пар ю , я не верю ему — тем хуже ; но как мне хорошо ! Почти тут же он добавляет : «Очень» . И теперь повторяет уже одним духом : — Я тебя очень люблю. Почему «очень» ? Почему он меня «очень любит» , а не просто «любит» , как говорят все на свете ? Почему он ни капельки не лжет , как большинство влюбленных , даже не отдавая себе в этом отчета ? Значит , он все же любит меня , поскольку любит «очень» ; зачем усложнять вещи ? В конце концов , что вообще значит — «любить» ? Обратимся к словарю : Первое значение : «испытывать привязанность». Второе : «иметь склонность к чему-либо». Мне ближе второе значение : этот человек имеет склонность ко мне. No comment . Насчет привязанности я менее уверена. Быть привязанным к кому-то — значит желать ему добра. Я не думала , что прилагательное , которое передает силу , сопротивление , мощь , надежность , твердость , может также сделать безвкусным глагол «любить» и уничтожить его магию. И вот я подняла голову , наши губы встретились , и я ответила ему (тем хуже для моего эго ): — Я просто тебя люблю. Я отпустила его , и он легкими шагами направился в душ . Его любовь была смягчена словом «очень». Я должна была чувствовать себя счастливой , ведь все могло быть гораздо хуже ; мне бы стоило сказать : «Я тебя ужасно люблю» , как моя тет я Маргарита , и тогда на шкале влюбленности я спустилась бы на одну отметку ниже . Я могла бы также использовать и отрицание : «Я тебя НЕ люблю» , — и все было бы кончено , или неопределенно-манерное : «Я так тебя люблю !» — и тогда значительно поднялась бы по ш к але пошлости. Прилагательные , как и наречия , прицепляясь к глаголу «любить» , ослабляют его. Они противоречат здравому смыслу , они абсурдны , они жестоки. Слово «любить» самодостаточно. Он этого не знает . Если бы знал , это было бы самое худшее. Я сожалею о е го молчании. Итак , я любовница человека , который любит меня «очень» и которого я люблю «просто». Вот в чем разница. 32 E-mail Клементины Идиллии Я нашла для Жана арабскую пословицу : «Ты господин своему слову , которого не сказал , и раб слову , которое про изнес» . По-моему , ему бы стоило выучить ее наизусть. 33 Шкатулка из белого фарфора Его сперма стекала по моим ногам . Я взяла с ночного столика упаковку «Клинекс» , чтобы вытереть ее . Эта волшебная жидкость пропитала бумажный платок насквозь ; я уже собирал ась выбросить его в мусорную корзину , но не решилась . Я слишком долго ждала этой ночи. Я искала в своих тайных глубинах все , что у него забрала , мне не х отелось терять ни единой капли ; потом я осторожно взяла набухший от впитанной жидкости платок и положила его в белую фарфоровую шкатулку , стоявшую здесь же , на ночном столике. Он вышел из ванной уже одетый. Некоторое время он сидел на диване , ожидая , пока сварится кофе . Потом я протянула ему чашку с горячим напитком , приготовленным в красивой хромированной кофеварке , купленной ради него . Он выпил кофе без сахара и съел маленькую плитку шоколада , которую я ему протянула . Потом посмотрел на часы , включил моб и льник — как будто даже сейчас не мог без него обойтись. — Уже поздно... Мне было наплевать , он мог уйти , как последний хам , он мог почти не смотреть на меня , смягчать свою речь обходительными выражениями , сдерживать жизнь , любовь , мгновенные побуждения , мо г сказать , что позвонит мне завтра , а вместо этого исчезнуть на несколько месяцев , мне было наплевать : теперь мне было чем питать свои мечты. — Хорошо... Зачем говорить «хорошо» , когда не остается ничего , кроме плохого ? — Чем ты собираешься заняться ? — Мне нужно проверить домашние задания... Я не говорю ему , что собираюсь перейти в другой лицей — зачем ? — Хорошо. — Да... — Нужно работать. — Да... — Это важно. — Да... Это хотя бы похоже на разговор . К чему жалеть о его «хм» , коротких вздохах , ворчании — обо всех этих нечленораздельных звуках ? Есть слова , в которых меньше смысла , чем в молчании. — Ну хорошо , я тебе позвоню... Еще одно плохое «хорошо». Я улыбаюсь ... Он понимает упрек , замаскированный этой улыбкой . И , слов но защищаясь , добавляет : — А ты мне никогда не звонишь ! И уходит. Я закрываю за ним дверь , защелкиваю замок. Едва вернувшись в альков , я приподнимаю крышечку белой фарфоровой шкатулки . И вот платок у меня в руках , влажный , готовый вот-вот порваться — крохо тный комочек , заключающий в себе основу жизни . Я дышу на этот застывший бумажный комок , и меня переполняют чувства , слова , ласки , истории , которые я хотела бы ему рассказать... Человек , который дал мне меньше всех , научил меня гораздо большему , чем остальн ые. Спокойной ночи , любовь моя. 34 E-mail Идиллии Клементине Он сказал : «Я приду в одиннадцать вечера» . Сказал : «Я стою под твоим балконом» . Сказал : «Как это расстегивается ?» , «Я знал , что однажды увижу тебя в ночной рубашке » , и «Я тебя очень люблю» . Сказал : «Хорошо» . Сказал : «Чем ты собираешься заняться ?» и даже «Ты мне никогда не звонишь» !!! Ты представляешь ? И , как всегда , «Хм». E-mail Клементины Идиллии «Хм» ? Это по-индийски ? Так , значит , «Хм» и еще целых восемь фраз ! Н у и болтун ! Его можно поздравить ? Бедняжка может ненароком сорвать голос , позаботься , чтобы этого не произошло ! Надеюсь , ему не нужно каждый вечер играть в театре ? Однако , должна тебе сказать , что «Я тебя очень люблю» абсолютно ничего не значит . А в самом деле , чем он занимается ? E-mail Идиллии Клементине Не знаю. E-mail Клементины Идиллии Тебе плевать на мое мнение ? E-mail Идиллии Клементине Нет. E-mail Клементины Идиллии По сути , он ничего тебе не сказал. E-mail Идиллии Клементине Слова очень ог раничены по сравнению с безмерностью молчания. E-mail Клементины Идиллии Ну вот , теперь и ты заразилась ! Потрогай лоб — он горячий ? Ты бредишь , дорогая ! Развейся , не сиди в оди ночестве ! Если ты еще в силах , хватай такси и приезжай ко мне , а еще лучше позвони в службу психиатрической помощи ! Я не шучу ! У меня тоже недавно был приступ меланхолии , и я отправилась в ночной клуб . Шум , толпа , возбуждение — все это побеждает тишину . А ты сидишь дома одна , как приклеенная — выйди на улицу , вытащи себя из этого клея , этого болота , этого невезения ! E-mail Идиллии Клементине Это слишком просто . Да , я могу отключить телефон , уйти из дома , прыгать и скакать в ночном клубе , попробовать переп лыть Тихий океан в ореховой скорлупке , пересечь пустыню верхом на верблюде ... Да , я могу отдалиться от него физически . Морально — нет . Будь я посреди океана , или в пустыне , или среди людей , танцующих на пляже , я постоянно буду думать о нем . Эта связь не п о рвется от поворота ключа в замке и от вызова такси до аэропорта . Это было бы слишком просто . Ты никогда не была влюблена ? E-mail Клементины Идиллии Хотела бы я это знать... А что такое — быть влюбленной ? E-mail Идиллии Клементине Быть влюбленной — это плыть наугад , натыкаться на слова , как на подводные камни , махать веслами в воздухе и тонуть в зеленой пустоте. E-mail Клементины Идиллии Я не заставляла тебя это говорить. E-mail Идиллии Клементине Кто сказал , что это «священное состояние» ? Это прокля тое состояние , состояние осады , войны , отупления , и за него приходится дорого платить . Но что делать ? Не ворчи на меня , я его не выбирала ! 35 Я хотела бы одеться в слова Я сняла пеньюар ; я смотрела на себя в зеркало и представляла , как он скользит губами по каждой частичке моего тела. Я хотела бы одеться в слова. Слова , которые он произносил бы , прикасаясь губами к моей груди , ко лбу , к низу живота. Слова только для меня , для меня одной. Слова , которые служили бы мне утешением в его отсутствие. Осушали бы мои слезы. Заполняли бы пустоту. Слова любви спасают меня от тоски. Но на него они нагоняют скуку . Одни и те же слова любви , затасканный , заезженный , траченный молью репер туар , слова актеров , сочинителей , оперных и уличных певцов , авторов пьес и сценариев , писателей , поэтов , лжецов , игроков , мошенников , комедиантов ... Он думает , что ни одно из них не может соперничать с бесконечностью , величием , свободой , мудростью , соверш е нством молчания . И особенно этот злосчастный глагол «любить» , повсеместно опошленный , используемый повсюду , как бульонный кубик , который добавляют во все соусы , даже в шоколадный . Можно ли любить в двадцать лет , как в сорок , женатым , как холостякам , в бра к е , как вне брака , больше , чем другие , или меньше , чем другие , любить море и горы , тепло и холод , ходьбу и плавание , теннис и футбол , работу и отпуск ? Одно-единственное слово , всегда одно и то же : любить. Жан , сознавая эту путаницу , захотел от нее избавитьс я , но поднял планку слишком высоко . В своем стремлении к совершенству он приговорил себя к молчанию. Я зажигаю сигарету , у меня кружится голова . Для этого хватает и одной , если долго не курить . Я ничего не знаю о человеке , с которым сплю . «Ты мне никогда не звонишь !» Я не думаю , что он побуждал меня раскрыть его тайну — просто хотел , чтобы следующее свидание назначила я сама. После целого дня , занятого лекциями , выслушиванием учеников , поездками на автобусе , проверками домашних заданий , я все еще не могла выбросить из головы эту случайно высказанную им идею , которая неотвязно преследовала меня : а что если я ему позвоню ? Только влюбленные могут бесконечно терзаться подобными вопросами. Звонить или не звонить ? Вот в чем вопрос ! Я взвешивала все «за» и «проти в» , оценивала , колебалась между «да» и «нет» перед тем , как совершить непоправимое — словно моя судьба , мое доверие к себе и способность завоевать этого мужчину зависели только от того , какое решение я приму. Я вытянулась на кровати с чашкой чая . Была поло вина седьмого вечера . Домашние задания ждали моей проверки , и будущие отметки зависели только от исхода моего предприятия . Жизнь несправедлива . Разумеется. Я боюсь . Почему жажда жизни , прочно угнездившаяся в теле , толкает меня на такие крайности ? Не была л и я более счастлива , когда жизнь предлагала мне меньше вопросов , больше объяснений , когда мужчина , с которым я ее делила , рассуждал о новостях политики , литературы , кино , когда вокруг меня были и другие люди , когда чай еще мог служить успокоительным средс т вом ? Наверно . Но у меня не было выбора . Подобный сорт любви — как наркотик : уже не можешь обходиться без этого ускорения , этих вибраций , этих сужающихся и расширяющихся вселенных , без риска , игры , восхищения пустотой — словно бросаешься с отвесной скалы на дельтаплане. Ничто не сравнится с таким состоянием . Лучше мне было бы никогда не встречать этого человека . Но я его встретила . Начался обратный отсчет , мне нужно было торопиться . Я не знала почему , но знала , что это необходимо . Я пребывала в постоянной сп ешке . Он в любой момент мог исчезнуть бог знает куда . Он всегда исчезал : на завтрак , на обед , на деловую встречу , в путешествие , на теннисный корт , к себе домой , за город — он исчезал. Было уже поздно . Если я позвоню , секретарша наверняка скажет , что он уе хал . Оставалось всего несколько минут , чтобы поменяться ролями и убедиться в этой перемене. 36 «Болеро» Равеля С пересохшим горлом , телефонной трубкой , прижатой к уху , дыханием таким же сбившимся , как мое представление о жизни , я набирала номер. Прошлое ? Прошлого нет. Настоящее ? Телефон . Только телефон. Будущее ? Я его не видела. Цифры мелькали под моими пальцами. На другом конце провода раздался звонок , похожий на все остальные звонки и в то же время отличающийся от них теми эмоциями , которые в нем содержались. Ответил женский голос . Я была умирающей от страха актрисой-дебютанткой , которую выталкивают на сцену в ве чер премьеры . «Не вешайте трубку» , — сказала женщина . Она как будто знала , что я думаю только о том , как бы повесить трубку , убежать со сцены. Не дожидаясь ответа , она включила музыкальный фон — «Болеро» Равеля . Раньше я никогда не замечала , как навязчива эта мелодия : один и тот же темп , один и тот же ритм , музыка , похожая на манию и как нельзя больше мне подходящая . Невозможно вырваться из этого непрерывного движения , постоянно возобновляющегося ; из этого замкнутого круга , из этого плена . «Болеро» Равеля — это наваждение. Заключить наваждение между линий нотной тетради или партитуры — может быть , это единственный способ от него избавиться ? Найти ему применение , преобразовать , оформить непонимание . Оставить последнее слово за собой. Снова раздается голос : «С кем вас соединить ?» Поскольку я медлю с ответом , а у женщины нет времени , она повторяет уже более требовательно : «Кто вам нужен ?» Мне лучше поторопиться : говорить с секретаршей — это совсем не то , что играть с молчанием , совсем не то , что ждать . Простите, я не собираюсь вас разыгрывать , но слова не приходят сразу , вы об этом знаете ? Я отвыкла от них . Вы не знаете ? Простите , это глупо , вы целый день занимаетесь важными делами , а у меня не получается говорить , потому что один человек установил для меня ценз у ру молчания ... Вам это кажется смешным , вы думаете , что я преувеличиваю ? Нет , с тех пор как я его встретила , я разучилась говорить по телефону . Должно быть , это граничит с паранойей . Нет-нет , эта разновидность болезни , которая обычно сопровождается манией преследования , бредом , а порой галлюцинациями , — не шутка . Я не страдала ею , пока его не встретила — мне не нужны были отмычки , чтобы взламывать запертые двери . Мужчины звонили мне , когда хотели пригласить меня на ужин или заняться любовью — чаще всего дл я того и другого — и я тоже звонила им когда хотела . Жизнь была так проста ... Интересно , у себя в офисе Жан такой же , как со мной ? Он молчит , чтобы выразить недовольство или даже поиздеваться ? С вами , например , он так обращается ? Я расходую , собираю , коплю — целые склады молчания и непроизнесенных слов. Молчание для слуха — то же , что мираж для глаз. Как определить мираж для слуха ? Голоса ? Я наконец услышу голос ? Зачем я позвонила ? Потому что я нахожу определенное удовольствие в том , чтобы стучать головой о стену. Замкнутый круг. Я закрываю глаза , произношу его имя и постукиваю по трубке , потому что секретарша , кажется , обо мне забыла. Я указываю на него , и он появляется из тумана. И вот — самое худшее. — Кто его спрашивает ? Я все еще могу отсоединиться , и то гда меня не вычислят . Нужно просто положить трубку . Слишком поздно , я уступаю , наша любовь , которая была тайной , уже больше ни для кого не тайна. — По какому вопросу ? — спрашивает голос. — По частному , — отвечаю я. Вопрос остается в силе. Мне нужно набрать ся смелости . Я просто обязана что-то сказать. И вот я уверенным тоном изрекаю страшную банальность : — Это личное дело. Браво ! Затишье во вражеском лагере. Я окружена. Секретарша наверняка задает себе вопрос , не аферистка ли я , или , может быть , любовница , ч ьего звонка ждут с надеждой и нетерпением ? Ни один вариант ей не нравится . Моя интонация не похожа на ту , с какой говорят деловые женщины . По голосу чувствуется , что я не собираюсь говорить ни о цифрах , ни о законах. Мой голос срывается , язык не слушается, я запинаюсь. Я должна убедить ее : больше серьезности , меньше писклявости , говорить побыстрее , не понижать голос в конце фразы , следить за языком . Да , конечно , я понимаю ваше недоверие , но нет причин драматизировать ситуацию ! Мой голос — это наследственное , у моей матери был такой же , но я вас понимаю : я тоже терпеть не могу слышать свой голос записанным на пленку ; вначале он раздражает , но со временем к нему привыкаешь . Мои ученики шутят , когда я сюсюкаю , что это кокетство ; но я делаю э т о не нарочно . О 'кей ? Но я не собираюсь вам этим докучать , иначе вы вообще перестанете меня слушать . Обещаю . Есть шанс , что Жан сейчас «на переговорах» , и наш разговор будет отложен на неопределенное время . Если нет , то совсем скоро я услышу его голос , еще незнакомый — деловой , измененный служебным положением ; он будет говорить быстро , короткими фразами , слегка напряженно — но эта напряженность будет отличаться от той , которая порой звучала в наших прежних разговорах. В этом мире не принято выражать личных ч увств по телефону . Только деловые проблемы что-то значат и способны повлиять на настроение : снижение продуктивности , объем продаж , повышение или падение акций , конкуренция , превышение кредитов , расходы , основные задачи на 2004 год , рентабельность , бюджет, прибыли , сокращение поступлений , баланс , лимитирование , налоги. Все эти слова врастают в реальность , как грязь в лошадиные копыта. Как перейти от этих враждебных слов , принадлежащих реальности , внешнему миру , служащих увеличению доходов , насыщенных агресси вностью , к словам нежности , интуиции , иллюзий , воображения , внутреннего мира , грез — этим словам , которые заучиваются наизусть еще в школе , — как перейти к ним сразу , без постепенного снижения напряженности ? Может быть , после определенного возраста их пер е стают использовать , их забывают , перестают любить ? Возможно , после пятидесяти лет мужчины предпочитают заниматься бизнесом , а не трахаться ; встречаться с деловыми партнерами , а не с красивыми женщинами , заключать контракты , а не писать любовные записки . Я знаю свои козыри , я могу противостоять конкуренции со стороны женщин — но как насчет мирового рынка , банков , президента республики ? Что делать ? Смириться с тем , что являешься просто «развлечением» ? А почему бы и нет ? Если его это устраивает , меня тоже . Но по крайней мере он мог бы так и сказать . Предупредить меня. Домашние задания помялись у меня под ногой , мой чай остыл , мне грозил сердечный приступ . Если успешной жизнью считается жизнь насыщенная , то моя вряд ли может считаться таковой : сейчас в ней толь ко недоброжелательное молчание преданной секретарши . Вместо того чтобы спокойно проверять работы учеников , погрузившись в сонное оцепенение , я испытываю собственную храбрость , и сердце колотится как сумасшедшее. Я предпочитаю войну миру , спокойствию , надеж де . Мне нравится дрожь с головы до ног , которая передается телефонной трубке , вибрирует в проводах... Вполне возможно , в этот самый момент Жан из-за своего рабочего стола делает знаки секретарше , объясняя , что для мадемуазель Идиллии его на месте нет. Я те ряю уважение к себе , по мере того как проходит секунда за секундой . Еще немного — и Жан , подойдя к телефону , обнаружит на другом конце провода жалкое существо , тряпку , ветошь. «Не кладите трубку» , — говорит секретарша и сразу же , раньше чем я успеваю хоть что-то сказать , включает «Болеро» Равеля. Раньше я обожала Равеля. Но — терпение , в конце концов вместо музыки я услышу знакомый голос. Моя выдержка не имеет границ. Я догадываюсь , что Жан где-то рядом , может быть , он слушает ту же самую музыку. Каждая сек унда мучительнее предыдущей . Меня не покидает ощущение , что я заблудилась и поворачивать назад уже поздно. Мои подруги , в первую очередь Клементина , сказали бы мне , что я набитая дура , что моя сентиментальная жизнь — сплошная неудача , как это всегда бывает у любителей откровенности . В любви , как и в политике , вознаграждается только ложь. «Болеро» останавливается , и голос Жана произносит : — Алло. Есть лица ожидающих в аэропорту , и есть голоса разговаривающих по телефону в офисе . Одного-единственного слова бы ло достаточно , чтобы понять : Жан говорит из офиса . Его голос был даже не резким , а совершенно автоматическим , бездушным , неестественным — наихудший из всех вариантов. Мой же голос выдавал праздность , дилетантские попытки флирта , скрытые намерения ; у него б ыл вкус пастилок «Вальда» , мятного сиропа , свободного времени . Я выдохнула : — Хотела сказать тебе : «Привет». Мне не хватило храбрости прямо сказать , как это делал он , что я приглашаю его завтра в два часа к себе на чашку кофе. Простое «привет» в качестве о правдания , почти не скрывающее моего желания укрыться в его объятиях , прижаться к нему , вдыхать его запах , а еще — услышать «Я по тебе скучал» , «Как я рад , что ты позвонила»... — Очень мило с твоей стороны , — произнес канцелярский голос. Потом : — Я был на совещании и вышел , чтобы с тобой поговорить. — Очень мило с твоей стороны ... — повторила я его шаблонную фразу. Во всем этом не было ничего «милого» , как вообще никогда между нами : было желание , отказ , вызов , возмущение , магическое притяжение , страсть , отч аяние . Депрессия ? Нет . Депрессию я отогнала , и она не осмеливается приближаться. Молчание. На этот раз оно меня обрадовало . Да , м не больше нравилось , когда Жан молчит , а не произносит дежурные фразы , хотя для полной ясности мне не хватало его лица . На лице можно прочесть радость , грусть , усталость , сострадание , тревогу — даже когда человек молчит . Но сейчас я была лишена всякой опо р ы. Где он ? Я совсем не знаю его мира , не знаю , какие стены его окружают — из сплошного стекла или бетона , покрашены они или оклеены обоями , белые или серые ; в галстуке ли он или с открытым воротником , в пуловере или твидовом пиджаке , стоит ли он или сидит на крутящемся стуле , выбрит или нет , напряжено его лицо или расслаблено . Я знаю только , что он держит в руке телефонную трубку и расставляет знаки препинания в своем молчании — бросает в воздух запятые , и они улетают в стратосферу , за ними уносится вихрь т очек , молнией ударяет вопросительный знак... Моя старшая сестра , которая боялась темноты , просила меня разговаривать с ней , пока она не заснет . На мой вопрос : «Какой смысл , ведь все равно темно ?» — она отвечала : «Слова освещают комнату». Но слова могут и з атемнить всю вселенную. Слова могут быть защитным покровом души. Канцелярские слова ничего не значат — шелуха , пустая оболочка. Телефонная линия вибрировала между моим и его молчанием , наше внутреннее напряжение нарастало одновременно . Не верите ? Вздохи в разговорах влюбленных значат больше , чем слова. Именно тогда , когда он не говорил , я слышала его наиболее отчетливо . Есть молчание , которое нельзя перевести словами. Кажется , он рад ; теперь я пришла к нему , любящая , влюбленная , нежная , покорная , однако сле гка нерешительная . Не знаю , думал ли он обо мне между двумя своими визитами . Если бы я , после недоверчивого молчания , спросила его об этом , он бы мог ответить : «Да , часто» , — как герцог де Линь . Должно быть , он и в самом деле часто думал обо мне , хотя нае д ине со мной почти все время молчал. Вот в чем разница между нами. Наша связь была ничем не похожа на обычную. Он вновь заговорил , но произнес только одно слово : — Подожди. Как долго я ждала его слов ! Телефонная линия удерживала меня , словно поводок — собак у , и у меня появилось иллюзорное ощущение , что я — всего лишь громкоговоритель , приемник , ухо исповедника , вспомогательное устройство — в то время как он собрался с силами и заговорил первым. Но тут ему помешали — наверное , кто-то вошел в кабинет . Он был в ынужден снова перейти на официальный тон , каким обычно разговаривают с коллегами , и возможно , его лицо сейчас было таким же , как у людей , ждущих в аэропорту , хотя я и не могла себе этого представить. В трубке что-то зашуршало. Он снова вернулся к делам . На верняка он не ограничивает себя в словах , которые не затрагивают души , не имеют отношения к любви — а лишь к деньгам , бизнесу , экономии , практической или профессиональной сфере . Он не использует лишь некоторые слова , но остальные — без ограничения. Несмотр я на то что сейчас он не держит трубку в руке , я слышу , как он говорит о каких-то заурядных вещах , не имеющих большого значения или глубокого смысла . Он не принадлежит к тем затворникам , которые живут вдали от мира , одни или в общинах , в аббатствах или в м онастырях , он не один из тех монахов или лам , которые должны следовать уставу , не позволяющему им отвечать на вопросы . Не будучи затворником , он все же молчит , сдерживается , скрывает свои чувства , остерегается . С самого начала он не произнес такое простое ясное слово — «любить». Я звоню ему , я словно взбираюсь на неизвестную гору , но этого недостаточно , чтобы вселить в него уверенность , теперь мне противостоит его другое молчание — телефонное , безликое . Если мой голос не слишком убедителен , тогда , может быт ь , знаменитые музыкальные произведения — «Аве Мария» в исполнении Каллас Мария Каллас (1923-77) — греческая оперная певица. , арии Дон Жуана , победная песнь Воглинды , дочери Рейна Воглинда — одна из трех дочерей Рейна , действующих лиц опер Р . Вагнера ( 1813-83) «Золото Рейна» и «Гибель Богов». , смогут разбить оковы его молчания , освободить его , увести к другим вершинам ? Может быть , мне нужно просто поднести трубку к музыкальной колонке ? Я не думаю , что он понимает те чувства , которые заставляет меня исп ытывать ; я даже не знаю , задавал ли он хоть раз себе вопрос , что должна чувствовать женщина , с которой мужчина почти не разговаривает. А что если бы я сказала : «Все , с меня хватит , я больше не хочу этого молчания ?» И , взведенная до предела , словно готовая взорваться бомба , замерла бы в ожидании его ответа. Так или иначе , когда-нибудь до этого дойдет : разрыв подразумевался с самого начала , меня все время окутывало ледяное молчание , я застывала среди этого моря небытия и не могла растопить лед . Я устала плыть против течения . Он не знает , что женщины способны совершать такие путешествия , обходясь лишь немногими словами . Он ничему не препятствовал , не отказался ни от одной из своих привычек . Он вполне мог бы отклонить мою фразу чем-то вроде : — Нет , нужно чтобы м ы остановились одновременно. Возможно ли такое ? В трубке послышалось , как хлопнула дверь — его собеседник ушел. — Все в порядке ? — спросил Жан , как будто читал мои мысли . — Я не заставил тебя ждать ? — Нет. — Наверное , мы чувствовали одно и то же , — неожиданно сказал он. Один из редких порывов откровенности. А что если это правда ? Что если мы думали об одном и том же ? Просто он не способен это выразить. — Мне нужно возвращаться на совещание . Я зайду к тебе завтра выпить кофе. 37 E-mail Клементины И диллии Даже если мужчины изначально не склонны к молчанию , они становятся молчаливыми с возрастом . Мой муж открывает рот только затем , чтобы попросить поставить на стол хлеб и вино . Представляю , каким будет Жан в пятьдесят ! Он у тебя даже соли не попросит ! У меня такое впечатление , что все к тому идет . Раньше Мишель разговаривал со мной , я знала все о его детстве , о первом увлечении , о том , как он впервые переспал с девушкой , о его службе в армии — он ничего от меня не скрывал . А потом , в один прекрасный д ень , все прекратилось без всякой причины — как будто радио выключили. Когда я смотрю на мужчин , которые окружают меня в рекламном агентстве , я спрашиваю себя — а какие они дома ? Я смотрю на них так , как будто раньше никогда не видела . Мне кажется , для меня настал момент завести любовника . Надеюсь , это не из-за моих капсул с магнием и бета-каротином — кажется , слишком много витаминов порождают в головах женщин радужные мечты ! E-mail Идиллии Клементине А может быть , те мужчины , которые изначально молчаливы, с возрастом становятся болтунами ? За полгода Жан не произнес ни одной фразы , где было бы больше семидесяти пяти букв . Я считала . Я ничего не знаю ни о его прошлом , ни о настоящем — за исключением его визитов ко мне . Жаль , я люблю прошлое , даже свое ; мои д ни рождения меня радуют ; годы помогают мне надежнее стоять на ногах , укореняться . Мне нравится оборачиваться назад и смотреть на пройденный путь , какими бы скромными ни были мои достижения. E-mail Клементины Идиллии Подожди еще лет сорок ! Что касается те х , кто изначально молчалив — я думаю , они такими и остаются . От молчания не избавиться. 38 Способ развеяться Возможно , наилучший способ — пойти в Body Shop . Ароматические эссенции , мятный шампунь , косметическое молочко для придания гладкости коже , помада с запахом земляники , крем для рук , смягчающий , удаляющий пигментные пятна и отмершие клетки , скраб для тела , ночной релакс-крем для тела , питательный крем для лица , эфирные масла с запахом амбры , розы , герани , может быть , помогут мне полюбить себя настол ь ко , что я буду неуязвимой для его молчания . Если я буду любить себя , то в моей душе будет больше места для себя и меньше — для него . Логично . Если бы еще в любви было место логике ! Во всяком случае , идти в книжный магазин — способ не самый подходящий . Совр еменные романы скорее усиливают тоску , чем развеивают . Остаются лишь книги по психоанализу и социологии , посвященные душевному равновесию , развитию личности , самоконтролю , самопознанию , аутотренингу — вроде «Восьмидесяти способов развивать самоуважение» и прочей чепухи. Стать собой и следовать советам Карла-Густава Юнга. Стать даоисткой , буддисткой. Усвоив все эти познания , стану ли я другой ? Еще один способ — полистать женские журналы : в одном утверждается , что нельзя любить безоглядно , в другом — что можно управлять своей жизнью с помощью рассудка , в третьем , подростковом , всерьез говорится о мерах и степенях любви. Рассудок , а не чувства , реальность , а не мечта , ты сама , а не кто-то другой . Эти женщины послали бы моего молчаливого влюбленного куд а подальше после первого же вопроса , оставшегося без ответа. Другие способы : — Путешествия . Подъем на Гималаи , «к вершинам эмоций» , подарит вам «картину неизведанного мира» и значительно расширит ваш кругозор. — Занятия колдовством . Я помню , как Клементина рассыпала по всей квартире крупную соль , чтобы защититься от влияния мужчины , и как Жислен топтала ногами кусочки свинца , произнося при этом имя своего любовника — по совету какого-то восточного колдуна. — Понимание ситуации . Я должна понять , что проециру ю свою душевную пустоту , вызванную смертью любимой кошки , на свои любовные переживания. — Метод Куэ : каждое утро после пробуждения и каждый вечер перед сном повторять по двадцать раз , закрыв глаза , одну и ту же фразу : «Он — всего лишь средство» Французск ий фармацевт Эмиль Куэ (1857-1926) был одним из основоположников так называемой аутогенной психотерапии . Разработал (1923) лечебную методику аутосуггестии (самовнушения ) — систему Куэ , куэизм. . — Месть . Сказать ему , что он молчит , чтобы замаскировать свою глупость. — Избавление любой ценой . «Ненависть привязывает к врагу» , и я хочу от него отвязаться. — Астрологи , ясновидящие , все эти оплачиваемые предсказатели , которые сообщат вам о неожиданной встрече и снова вселят надежду. — Гимнастика , шейпинг , упражн ения для упругости груди и ягодиц , степ-аэробика , растяжка , укрепление мышц — это помешает лишним мыслям закрадываться в голову. — Религия : любить , не ожидая награды. — Сублимация в искусстве , но я не творческий человек. — Встречаться с другими мужчинами , но не влюбляться в них : результат тот же , что в пункте «Гимнастика». — Новая любовь , которую можно включать и выключать по требованию , но я не знаю , как это сделать. — Уроки пения , аргентинского танго — чтобы обрести уверенность в себе. — Групповая психоте рапия — фразы , произносимые хором вслух , чтобы освободиться от проблем. — Клементина. — Шоппинг. — Время , которое проходит. — Пирожные со свежей клубникой и взбитыми сливками. — Случайности. — Еще более несчастные люди , чем я : персонажи «Любви» Дино Буццат и Дино Буццати (1906-72) — итальянский писатель. . Бунт все еще застаивается . Он как глубокая лужа с мутной зеленой водой. Я могла бы позвонить психоаналитику , восточному колдуну , прорицателю , пойти в церковь , устроить массовую скупку в Body Shop , занять ся шейпингом , вспомнить все слова любви , которые я знала , процитировать себе начало бодлеровского «Чужестранца» или конец «Мартина Идена» , разговор между Маленьким Принцем и Лисом , стихи Виктора Гюго на смерть Леопольдины , стихи Малларме , Верлена , Бодлера — но мне не удалось бы забыть о его молчании. 39 E-mail Клементины Идиллии Мой начальник по несколько раз в день без всякого повода заглядывает в мой кабинет , говорит мне какой-нибудь комплимент и снова исчезает . Я вдруг вспомнила о коробке засахаренных каштанов , подаренной мне на Рождество , о цветах на день рождения и увидела е г о в другом свете . Странно , как можно годами находиться рядом с человеком и почти его не замечать , а потом вдруг , в один момент , на тебя как будто нисходит озарение ; так и произошло со мной . Я это увидела . Моя секретарша утверждает , что он в меня влюблен , и , должна тебе сказать , это известие не оставило меня равнодушной . Интересно , не собирается ли он пригласить меня на свидание в какой-нибудь роскошный отель , «Риц» или что-то в этом роде ? Я стала тратить больше времени на себя и соблюдать режим ; сделала стр ижку , маникюр , педикюр , купила новое белье . Боюсь , он заметит , что перемен слишком много ... Но , может быть , он и не думал ни о чем другом , кроме комплиментов ? E-mail Идиллии Клементине При мысли об этом я чуть не умерла со смеху . Нет уж , лучше мой мрачны й молчальник , чем твой не в меру деликатный воздыхатель ! Внебрачные связи расписаны по минутам , ограничены несколькими квадратными метрами : кровать в метр двадцать или диван , напоминающий сиденье в метро ; никаких облицованных мрамором бассейнов или роскошн ых ванн ; никаких просторных комнат , канделябров , гравюр на стенах , широких кроватей , утонченной обстановки , долгих разговоров... Адюльтерщик — не болтун и не материалист. Самое важное ограничено. Самое важное молчаливо. Самое важное происходит. E-mail Кле ментины Идиллии Отлично ! Прямо в точку ! E-mail Идиллии Клементине Если уж я не могу разорвать нашу связь , мне бы хотелось по крайней мере освободиться от зависимости . Не знаешь ли хорошего способа ? Я помню , как ты рассыпала по квартире соль. E-mail Кле ментины Идиллии Расслабься ! Вся география нашего тела и души отражается на подошвах наших ног . Устрой себе массаж левого пальца ноги , чтобы перестать о нем думать . Это работает ! 40 Разные способы читать карту Страны Нежности Есть разные способы читать карту Страны Нежности. Бывают сумрачные дни , когда я не вижу на ней ничего хорошего , как на стершейся стороне монеты . В течение последних дней выражения его лица , приходившие мне на память , означали следующее : «Повернись» , «Я сде лал это нарочно» , «Тс-с» , «Хм» , «Не нужно». Но есть и другая дорога в Страну Нежности , идя по которой , я забрела в непроходимый лес чувств , — дорога , на которой спасительным убежищем становится молчание , где существуют лишь его вздохи , ласки , поцелуи , язык тела , которое не лжет , моя покорность и тайные мольбы . Как правильно истолковать этого таинственного человека ? Любит ли он меня , не любит или просто развлекается ? Все зависит от момента , от того , как смотреть на вещи , от импульса , от собственного восприя т ия других людей . Мое восприятие может быть неполным , я могу ошибаться . Мой страх может воздействовать на него. Снаружи продолжает светить беспощадное солнце , и Жан , как всегда , ничего мне не говорит . Бабье лето — последние дни , когда еще можно носить мусли новые юбки и босоножки и не носить чулки ; но вскоре орхидеи придут на смену гортензиям . Мировой круговорот продолжается , а Жан по-прежнему молчит ; нужно , чтобы старые любови умерли и родились новые , чтобы цветы увяли , а бутоны раскрылись ; чтобы мужчины об ъ яснились или ушли. Осень благоприятна для снятия урожая и принятия решений , весна — для любви ; жизнь подчиняется определенному ритму , и никто его не нарушает. Расставание и конец , к которым стремятся все существа и явления , внушают мне непреодолимый ужас . Во что превратилась бы наша жизнь , если бы мы не старались забыть , что связи ослабевают , тела устают , истощаются и наконец угасают ? Итак , я живу в молчании , чтобы удержать этого человека . Я погружаю в это молчание все свои надежды снова его увидеть и уже н е знаю , слышу ли его или эхо собственных мыслей. Если бы я верила в него , то ни за что не стала бы все это время ждать , пока он объяснится . Иначе это было бы лишь фанфаронством , хвастовством , пустым самодовольством... Я услышала его , потому что я его любил а. В сомнении я его теряю. 41 E-mail Клементины Идиллии Как ты думаешь , человек , который читает мне стихи Малларме и сравнивает меня с картиной Бёрн-Джонса , зайдет дальше Для поэзии Стефана Малларме (1842-98) характерно стремление к передаче «сверхчувственного» . Английский живописец и рисовальщик Эдуард Бёрн-Джонс (1833-98) писал лирические картины на темы легенд , прибегая к вычурной стилизации итальянской живописи XV в. ? E-mail Идиллии Клементине Нет. Но ведь ты умная женщина , что-нибудь придумаешь . Не объект создает желание , а желание — объекты. E-mail Клементины Идиллии Опять твои лекции ? Проблема в том , что у меня нет склонности ни к поэзии , ни к молчанию , ни тем более к философии. E-mail Идиллии Клементине Дорогуша , так выясни , приводит ли поэзия в постель ! (Хи-хи !) О , чуть не забыла тебе рассказать ! Вчера вечером я пошла на ужин к друз ьям . Ни с того ни с сего разговор зашел на уже немодную тему скандал с Моникой Левински . «Могло ли в самом деле такое быть ? — спросил мой сосед слева , имея в виду платьице от Оар . — Ни одна женщина на такое не способна ! Если бы подобная история появилась в каком-нибудь романе , никто бы в нее не поверил ! Вот вы могли бы такое придумать , если бы писали роман ?» Рискуя полностью шокировать моего соседа , я хладнокровно возразила : «Я вполне могла бы сохранить на память платье , на котором была бы сперма моего любо вника — что может быть более естественным ?» Он взглянул на меня с недоверием , не лишенным некоторого интереса. E-mail Клементины Идиллии Да ты с ума сошла — говорить подобные вещи ! E-mail Идиллии Клементине Говорить или делать ? E-mail Клементины Идилл ии И то и другое. E-mail Идиллии Клементине Я сказала это , потому что я это сделала. Я сказала об этом , потому что желание говорить было сильнее стыда. Я должна была об этом рассказать , чтобы отдалить его , прогнать от себя , превратить его всего лишь в п редмет разговора , в тему обсуждения , не хуже и не лучше любой другой : последний любовник , последний увиденный фильм , прочитанный роман , рецепт пирожных . Преобразить его в куклу , в марионетку , в Барби и Кена , в музыку , в грохот барабана , в военные марши , в похоронное шествие , в стихи , в шарады , в загадки , в папье-маше . Сказать. E-mail Клементины Идиллии Не сердись , я все поняла . Говори , если тебе так больше нравится , кто же запрещает ? Мой муж не обращается ко мне даже затем , чтобы попросить соль. E-mail Идиллии Клементине Существует ли молчание нелюбви ? E-mail Клементины Идиллии Боюсь , что да . И напротив , я не верю в молчание влюбленных — разве что на несколько секунд , совсем недолгое время , которого хватает на один взгляд . В молчание Жана или к ого бы то ни было . Я с самого начала не доверяла этому человеку . А когда я чего-то не понимаю , то предпочитаю сбежать ! 42 Другое время года Шесть месяцев слились в один . Я была замурована в его молчании без всякой надежды на избавление. Время шло , в витр инах «Эр» появились бикини кислотных расцветок ; в парках дети играли в мяч , в «резиночку» , в классики ; я шесть раз сделала эпиляцию на ногах , и это обошлось мне довольно дешево ; моя стрижка потеряла форму — волосы отрасли по крайней мере на восемь сантиме т ров , и за все это время я не услышала от него ни одной значительной фразы . Я тысячу раз повторяла про себя наблюдение Пруста : «Несомненно , даже обаяние человека гораздо реже становится причиной любви , чем фраза вроде : «Сегодня вечером я занят»» . Если бы я осмелилась применить подобную фразу на практике , возможно , это спровоцировало бы Жана . Наедине с собой я научилась , сложив губки бантиком , с легкостью произносить : «Нет». Услышать высказывание Пруста и не обратить на него внимания — значит быть современным или склонным к саморазрушению — что , впрочем , одно и то же. Но стоило Жану позвонить , как я забывала о Прусте. Пруст опоздал на целый век. Бесполезно копировать жизнь с литературы. Жизнь — не роман. Пруст ничего не знал о женщинах. Одетта и госпожа Вердюр ен не похожи на меня Одетта де Креси и госпожа Вердюрен — персонажи первых двух романов из цикла «В поисках утраченного времени» французского писателя Марселя Пруста (1871-1927). . Я уникальна. Я современна. Никто не может решать за меня. Я предпочитаю п латить за мои собственные ошибки , чем за ошибки других — пусть даже Марселя Пруста. Жан звонит , когда у него есть свободное время , я хочу его увидеть — зачем же отказываться ? Жизнь коротка. Баланс № 1: Извинения – грубости = ноль грубостей , сплошные извинения. Баланс № 2: Продолжительность жизни – часы сна + часы раздражения + дантист + налоговый инспектор + могильщик = зачем отказывать себе в приятных моментах ? Логика Идиллии : с ним и без того трудно , зачем создав ать лишние проблемы ? Совет Клементины — хирургия : отрезать , отделить , ампутировать... Медицинское заключение : Жан может страдать от длительного перерыва в словесном общении , но без нарушения , речи , разве что с некоторым замедлением. Ритуальная фраза : «Я за йду на чашку кофе». Без сахара , без повода. Обычная реакция на этот голос в вечерней обстановке , возле камина — на его обволакивающую мягкость и нежность , на его приглашение : я уступаю. Он приближается ко мне по коридору широкими мужскими шагами , я выхожу ему навстречу мелкими шажками женщины , чья походка стеснена узкой юбкой и слишком высокими каблуками . Он подходит , обнимает меня , а потом , когда я замираю от удовольствия , он отстраняется и начинает бродить по комнате , не говоря ни слова. Он не оставляет м не времени стать другой. Возможно , я боюсь потерять нечто гораздо более важное , чем он : чувство. Чувство , которое позволяет мне оставаться начеку , одержимость , которая поддерживает мои силы , делает незначительными все мировые проблемы , вплоть до того , что оставляет меня совершенно слепой и глухой к ним , защитный гипноз , восхитительный сон... Я боюсь возвращения к нормальной жизни — банальной , безмятежной . Боюсь потерять мечтательность , погрязнуть в материальности и в пустяковых заботах . Жан тоже станет реал ьным , если заговорит , и я увижу его таким , как он есть . Состоящим из слов . Слов , нагроможденных , словно камни в пирамиде , которые ограничат его . Может так случиться , что сон развеется и я увижу обычного человека — не сверхчеловека . Заурядного типа , не кра с авца и не гения . Обычного бабника , а не романтического влюбленного . С глазами орехового цвета , а не черными . Молчаливыми , а не загадочными . Может быть , даже выяснится , что Жан молчит , потому что ему нечего сказать . Потому что его внутренний мир совсем не п охож на мир Цвейга , и он слушает собеседника совсем не так , как слушал бы Фрейд. Он не сказал мне , может ли тайная любовь быть настоящей. Не сказал , верит ли он в тайну. Не сказал , почему он не разговаривает. Не сказал , как назвать то , что с нами происходи т. Вещи , люди , отношения имеют имена и названия . У всего есть название . Цветы , духи , бабочки , вирусы — все как-то называется . Энциклопедии перегружены определениями . Почему наши отношения , какими бы странными они ни были , не имеют названия ? При мысли об эт ом я испытываю возмущение , похожее на то , которое могла бы испытать в детстве против своего отца , который не сознавался бы в отцовстве . Нечто скрытое , напряженное , мучительное заслуживает того , чтобы быть названным , как дети заслуживают фамилии отца , а ме р твые — погребения . Я могу смириться даже с прекращением наших отношений , но не с тем , чтобы их никак не определять . Что мы пережили ? Как назвать эту состоявшую из отдельных эпизодов связь ? Зависимостью ? Величайшей нежностью ? Привязанностью , склонностью , с т растью ? Флиртом ? Нет , не флиртом — мы занимались любовью . Благодеянием ? Может быть , и в самом деле благодеянием ? Несмотря на улыбку , которую вызвала у меня мысль об этом , такая гипотеза меня не устраивала. Я больше всего похожа — и это еще печальнее — на ж енщину , которую мужчина постоянно ограничивает во всем — может быть , потому , что дорожит ею. Существуют мужчины , нечувствительные к боли и равнодушные к той боли , которую причиняют сами . Существуют мужчины , неспособные к малейшему усилию . Есть мужчины , нес пособные понять разницу между протяженностью дня и месяца , потому что их жизнь летит слишком быстро и они не могут себе представить , что у кого-то она может протекать иначе . Есть мужчины , не поддающиеся ничьему влиянию . Не подчиняющиеся определениям , опис а ниям , уточнениям , потому что определять — это почти одно и то же , что осуждать . Жан относится именно к этому типу. Он позвонил. Я дала ритуальный ответ на ритуальный вопрос : — Да. Слова помогают , а не мешают. Тело то же обладает памятью. — Я приду между половиной второго и без четверти три. Я вернулась из лицея к полудню , нагруженная книгами и домашними работами , я не купила по дороге ни цветов , ни пирожных , я даже не раскрыла «Кулинарную книгу для детей» на странице «Шоколадный мусс» , хотя практиковалась в кулинарии последние три месяца . К чему ? Все равно он уйдет , так ничего и не попробовав . Обойдемся без эстетики . Я сжала кулаки , словно кошка , втягивающая когти , чтобы спрятать ненакрашенные ногти. Моя манера держаться ни в коем случае не должна выглядеть показной. Если мои слова не могут его оттолкнуть , то , по крайней мере , моя одежда его обескуражит . Ничто из того , что на мне надето , не должно выдавать моей привязанности . Никакой юбки с разрезом , н икакого соблазнительного нижнего белья , ничего из того , что легко расстегивается . Преграды , которые создает моя одежда , влияют на мою доступность. Сохранять равновесие. Не терять головы. Я восхищаюсь им , когда он появляется передо мной , всегда в одном и то м же костюме (или очень похожих ), без особых изысков . Да , я могу восхищаться такой дурацкой вещью , как ничем непоколебимая уверенность , способность нравиться таким , как есть , без риска изменить себе. Что до последовательности событий , я о ней знала . Он мож ет сказать , что зашел «по-дружески» ; потом на смену дружбе постепенно придет желание ; последуют долгие или не слишком долгие объятия ; желание будет удовлетворено ; вернется чувство вины , и не останется места даже для дружбы , только для злости и отчуждения. Приятные вещи принадлежат миру молчания — потому что я сама их изобретаю ? Они происходят , а не произносятся. Жизнь идет , жизнь уходит . Он идет и уходит , как жизнь. Я удовлетворяю его фантазии , он удовлетворяет мои мечты. Он придет и снова окружит меня молч анием . Словно пироман , щелкающий зажигалкой. Он преступник. Он хочет убить любовь. И я не знаю , как ему помешать . Можно помешать грабителю , насильнику , убийце , самоубийце — но не тому , кто разочаровался во всем сам и разочаровывает других. Я знаю , как буду т разворачиваться события , я знаю о его затруднениях , как знаю и то , что он может успешно бороться с собой . Я могу ускорить ход событий. Жизнь повторяется. Но зачем повторять историю , возникшую из неудовлетворенности ? Сейчас половина первого , я уже дома и жду его , я отменила лекцию по Вовенаргу Люк де Клапье Вовенарг (1715-47) — французский писатель , моралист. — тем лучше : Вовенарг обманывается , когда утверждает , что «страсти не могут погубить человека , потому что по натуре он не зол». Неправда . Страсти, как и дурные натуры , существуют и могут быть очень прочными . Из них можно составить целые каталоги , как из сортов роз : холодоустойчивые , вьющиеся , ползучие , утыканные шипами... Страсть продолжает жить , пока встречает сопротивление , и угасает , когда станов ится разделенной . Моя жизнь — буги-вуги , рок-н-ролл без партнера . Я кручусь совершенно одна. Из проигрывателя компакт-дисков доносятся звуки соул , музыки души ... Почему я раньше не вслушивалась в слова Эллы и Сары Имеются в виду «первая леди джаза» амери канская певица Элла Фицджеральд (1918-96) и Сара Воэн. с таким вниманием ? Почему я позволила замуровать себя в молчании ? Потому что ни одна мелодия не совершенна , только в молчании Жана нет ни одной фальшивой ноты . «Совершенство нуждается в несовершенстве » , ты слышишь , Жан ? Это не мои слова . Мне нравится недостаток вкуса , неуклюжесть , ошибки в правописании , ударении , синтаксисе . Мне нравятся люди , которые говорят и не боятся ошибиться — все ошибаются , в том числе и те , кто молчит. Растяпы меня умиляют ; бок алы с красным вином , опрокинутые на белую льняную скатерть , нечаянно перевернутые тарелки вызывают у меня смех . Я люблю оплошности , неловкие комплименты , ошибки , промахи , бестактности. Из-за того , что Жан не позволяет себе говорить , его голос изменится . На чнет ломаться . Его голосовые связки будут издавать какие-то другие звуки , как у новорожденных или подростков. Я жду , когда он заговорит . Все на свете чего-то ждут . Кому-то всегда не хватает сестры , друга , бабушки , мамы , денег , дома , страны , тепла , признани я , собаки , жениха , ребенка , отца , брата , работы , пространства . Мне не хватает его голоса . Мужчина , которого я люблю , был бы идеальным , совершенным , если бы у него было больше слов . Ему не хватает слов , как другим не хватает кальция или фосфора. Жан страдае т от дефицита слов. Когда занятия окончились и я собиралась уходить , Поль предложил проводить меня . Я чуть не подпрыгнула , когда он заговорил со мной — начал произносить слова , множество слов , которые сцеплялись друг с другом , образовывали единое целое , им ели цель и значение . Он произносил одни фразы за другими , сложные , выстроенные по всем правилам , с подлежащим и сказуемым на своих местах . Это было так странно — слова , собранные вместе , фразы , произносимые , чтобы заинтересовать и соблазнить меня . Поль го в орил . Это было почти невероятно — мужчина , который говорит ! Даже если бы он был голым , он бы не смутил меня сильнее. Он говорил , и слова как будто раздевали его , вместо того , чтобы одеть. Мужчина , который говорит , не боится , что его осудят . Он подходит к вам без маски — потому что даже самые загадочные слова не так загадочны , как молчание. Поль высокий , и я поднимаю голову , когда разговариваю с ним . Он красивый , но это неважно — самое невер оятное то , что он произносит слова , и я отвечаю на них . Это как забытая и снова вернувшаяся привычка , как спортивное упражнение , которое я , вопреки ожиданиям , не разучилась выполнять , вроде катания на велосипеде или на лыжах — я кручу педали , я еду , я отв е чаю. У меня есть некоторый опыт в любовной болтовне , и сейчас я об этом вспоминаю , хотя раньше мне казалось , что я напрочь его утратила. — Страсти — это источник наиболее благородных поступков и самых прекрасных добродетелей , — говорит он. — Страсти могут разрушать , — отвечаю я. — Они обогащают тех , кто способен ими жить , — говорит он. — Вы так думаете ? — отвечаю я. — Такие стоические взгляды у вас появились благодаря мужчине ? — снова спрашивает он. Я смеюсь . Я так давно не смеялась ! — Что вы об этом знаете ? — спрашиваю я. — Я наблюдал за вами ... — отвечает он. — И вы все поняли ? Да вы провидец ! — восклицаю я. — Я очень хотел бы вас понять ... — шепчет он. Он знает все правила игры. — Я ваша коллега , — напоминаю я. — Вы женщина. Он действительно знает. Я укло няюсь от ответа и перехожу к другой теме . Как профессионал слова , я могу управлять беседой. — О чем вы сейчас пишете ? — интересуюсь я. Он отвечает , мы продолжаем говорить , мы оба умеем спрашивать , отвечать , восклицать , возмущаться , смеяться , развивать , уск орять или замедлять течение разговора. — Я пишу о наших страстях . Существуют ли они отдельно от нас самих ? Мы оба — нормальные люди. — И каков ваш ответ ? — Так просто не ответишь ... Я могу пригласить свою коллегу поужинать ? Он — нормальный человек. — Мне н ужно быть дома. Я вЂ” нормальная женщина , без всякого сомнения. — Вы отменили лекцию ? Почему ? — У меня голова болит. — Я вам не верю . Вам сейчас на все наплевать . Надеюсь , так будет не всегда , и мы когда-нибудь поужинаем вместе. Он спросил , я ответила , все было замечательно. Я разложила на низком столике свои папки , книгу «Введение в познание человеческой души» и журнал с интервью актрисы , которая утверждала , что «никогда не сожалела ни об одном принятом решении» . У меня слабость к интервью — я всегда извлекаю из них что-то полезное , как из путешествий или разговоров с подругами . Я еще не знала , какое решение приму , но чувствовала , как что-то во мне меняется , что-то , присущее мне , исчезает. Или точнее будет сказать : я что-то теряю ? Что меня , к сожалению , покидает способность переживать , отличать одного мужчину от другого , любить , в конце концов ? Самое главное — не сожалеть о принятом решении , как та актриса . Почему они такие сильные , эти женщины , которые поверяют свои секреты журна лам ? Хранят ли они что-то на дне души ? Безукоризненный внешний вид , надменность , и всегда — сила ... Что до меня , я часто испытываю сожаление . Как если бы множество дорог закрылось для меня навсегда. Нет , хватит самоанализа ; настало время действовать . На се й раз я скажу ему , что устала от этого немого языка , который связывает , а не освобождает , от этих самых необходимых слов , как будто взятых из каталога товаров : «кофе» , «туфли» , от того , что в его скупых фразах никогда не отражался хотя бы проблеск какой-т о эмоции. Я устала встречаться с типом , который не пьет ничего , кроме кофе , — ни вина , ни апельсинового сока , никогда не ест ни пирожных , ни спагетти , никаких деликатесов . У нас нет никакой близости , кроме сексуальной . Никаких проблем , никаких состояний душ и , никаких историй . Никакой головной боли или боли в спине , никаких посещений туалета перед уходом . Может быть , ты робот , запрограммированный на занятия любовью два-три раза в день , а молчание — одна из твоих опций ? Но ты не очень оригинален , Жан . Молчани е — не то свойство , которое обеспечит первый приз за оригинальность . Бог создал немало людей твоего образца . И на данный момент у тебя хватает клонов . Ты даже не отдаешь себе отчета , как быстро они размножаются , молчаливые дурачки. Априори мне нравится тако й вариант ! Робот не ворчит , не злится , не критикует , ни во что не вмешивается , не говорит ни о футболе , ни о налогах , ни о политике , и он лучше , чем собака , потому что не линяет и не начинает лаять , когда кто-то позвонит в дверь. Еще немного — и я сочту эт у идею вполне приемлемой ! На моем автоответчике обнаружилась запись : «Идиллия , это Поль . Завтра в восемь тридцать вечера в «Куполь» . Я не оставляю вам свой номер телефона , чтобы вы не позвонили и не отказались . Надеюсь , вы придете ! Выше голову ! Жизнь прекр асна !» Я открываю окно ; с тех пор как я стала рассыпать хлебные крошки на балконе , птицы слетаются сюда с самого утра . «Жизнь прекрасна !» — сказал он. Счастье уходит с важными событиями и возвращается с малыми ? Счастье возвращается со словами — словами , ко торые распускаются , как цветы , и поют , как птицы. Этот человек умеет произносить слова нежности , желания , нетерпения , возбуждения. Раньше я не знала , что говорить о любви так же важно , как заниматься ею. У меня на ногах снова отросли волосы , и выход только один — депилляционныи крем . Мой стилист уверяет меня , что влияние этого крема столь же пагубно , как и влияние бритвы . Ах , эта тирания волос ! 43 E-mail Клементины Идиллии Ты хотела выяснить , приводит ли поэзия в постель . Да ! E-mail Идиллии Клементине Джек-пот ! E-mail Клементины Идиллии Его зовут Жак. E-mail Идиллии Клементине Регламент соблюден идеально . Мы завершаем одну историю , чтобы начать другую. Я счастлива сменить пластинку ; старая уже истерлась. E-mail Клементины Идиллии Итак , ты решилась на разрыв ? Собираешься сбросить оковы молчания ? По крайней мере , нужно признать , что этот человек получил от ваших отношений больше , чем ты . Ты почти ничего не потеряешь. В твою жизнь ворвется поток свежего воздуха , как иногда ветер врыва ется в тесную улицу , опрокидывая все на своем пути . И ты восстановишь душевное равновесие. E-mail Идиллии Клементине Я столько вложила в это молчание : свои мечты , надежды , слова , которые мне хотелось бы услышать — и даже если он их не произнес , какая раз ница ! Он мне их внушил. E-mail Клементины Идиллии Ты путаешь вымышленную жизнь с реальной. E-mail Идиллии Клементине А что если он изменится ? Мне стоило бы дать ему еще один шанс. E-mail Клементины Идиллии Он не изменится. Переверни эту страницу , пок а ты окончательно не свихнулась ! Ты выйдешь из этой истории слегка потрепанной , но быстро придешь в форму. Ты обретешь твердую почву под ногами , услышишь реальные слова — да , это более ограниченно , но в конечном счете лучше , чем облака и химеры . Спустись на землю , дорогая . И здесь , в толпе , в Лондоне , Париже , в провинции , в офисе , в лицее , в лесу — в один прекрасный день ты встретишь человека , который будет спрашивать теб я о делах , говорить , как ему тебя не хватает , думать о тебе , и тогда мечты сменятся реальностью . Дай ей шанс. Ты выздоровеешь . Вот увидишь ! Выше голову , дорогая ! Свобода уже близко . Скоро мы ее отпразднуем. 44 Последний визит Повелитель тишины появится че рез три четверти часа . Сейчас его пульс начинает учащаться . Может быть , кто знает , он собирается по дороге заехать в церковь и преклонить колени в молитве . Его шофер останавливает «сафран» возле Нотр-Дам , и он молится , потом заказывает по телефону сумочку от Вуиттона или от Гермеса для своей жены . Немного дороговато . Я хорошо представляю , сколько может стоить такая сумочка. Шофер высаживает его на углу улицы , в двух-трех кварталах от моего дома . Дальше он пойдет пешком . Он хитер , мой Шерлок Холмс , настоящий профессионал. Я отворачиваюсь от окна . В комнате не прибрано ; мое жилище , как и я , в полном беспорядке . Розы увяли , вода , скорее всего , застоялась , ковер я не пылесосила уже лет сто. Жан придет через полчаса , а я еще не одета , и мне на это наплевать. Я сн ова слушаю голос Поля на автоответчике : «Жизнь прекрасна !» Да — если сам этого хочешь . Если избегаешь молчаливых людей , когда они встречаются на твоем пути. У меня нет никакого желания быть соблазнительной . На мне серые спортивные брюки . Ничего , сойдет... Он придет через двадцать минут , и все начнется сначала : учащенное сердцебиение , приближение , отдаление , мои просьбы , вопросы , обманутые надежды. Резюме : До : самые лучшие моменты , во всех отношениях. Во время : ситуация осложняется. После : он молчит. Вот и в есь сценарий. Есть вещи , которые делаешь и не знаешь почему . Есть также горы , на которые нельзя взобраться , препятствия , которые лошадь отказывается перепрыгивать , и кости , которые собаки предпочитают зарывать , а не грызть. Внезапно мое отчаяние , решительн ость и стремление к мятежу соединяются друг с другом . Эмоции захлестывают меня . Я больше не смогу открыть Жану дверь. Слишком много безразличия , холодности . Ему бы стоило отказаться от грубостей , а не нанизывать их одну за другой , словно жемчужины в колье, которого он мне никогда не подарит. Я больше не хочу этой связи , которая никак не называется , этого потерянного времени , непроизнесенных слов , обременительной любви. Я не хочу молчания , пустоты , пробела , химеры вместо общения ; я хочу настоящих свиданий , х очу есть спагетти , пить итальянское вино ; хочу , чтобы утром мне говорили : «Привет !» , а вечером — «Спокойной ночи» ; хочу книг , обмена мнениями , сообщества , взаимопонимания — не только присутствия. Прозвенел звонок в дверь — без предварительного сигнала домо фона ; должно быть , Жан вошел в подъезд вместе с кем-то из соседей . Я больше не смогу встретить его на лестнице. Он стоял за дверью , он был уверен , что я ему открою , и дальше все тоже будет как обычно . Он и не подозревал о готовящемся мятеже . Я всегда безро потно принимала его правила игры , так чего же ему опасаться сегодня ? Мне было больно от приближающегося разрыва . Расставания всегда заставляли меня плакать — даже в кино . Заговаривать о них первой было для меня невыносимо . «Мы никогда не сможем без боли в сердце сделать то , к чему привыкли , в последний раз» . Каждый раз , когда я вынуждена покинуть какое-то место или человека , даже если они не сделали меня счастливой , я глубоко чувствую истинность этой фразы из «Искусственного рая» Трактат о наркотиках (186 0) французского поэта Шарля Бодлера (1821-67). . К печали от того , что я больше их не увижу , добавляется ужас перед расставанием. К тому же мало кто способен пожертвовать пусть даже и посредственным настоящим ради лучшего будущего. Мое со знание работает , как банкир : лучше сэкономить сегодня , но получить прибыль завтра . Вот и меня заразила эта система , хотя раньше я всегда предпочитала настоящее будущему . Пара таблеток «Стилнокс» помогут мне преодолеть самую трудную часть пути . Вызванное и м и состояние похоже на кратковременную смерть . Я смогу отключиться от переживаний , которые мой неумеренный романтизм драматическим образом усиливает . Настоящее чудо фармакологии . Незаменимо в дальних поездках . Отличный способ забыть о любовных печалях. Я пр иготовлю себе чай и отрежу кусочек кекса с йогуртом перед тем как заснуть беспробудным сном на двенадцать часов кряду. Я раздеваюсь , как Клеопатра перед тем как опустить руку в корзину со смоквами , но с меньшей торжественностью . Отбрасываю туфли в один уго л , блузку — в другой , еще усиливая царящий в комнате беспорядок ; но мне все позволено , потому что сегодня я собираюсь сделать нечто очень трудное и мучительное . Итак , я не буду себе мешать и буду разбрасывать свои вещи , если мне так больше нравится. Да , се годня я собираюсь произвести ампутацию , вырвать человека из моих мыслей — даже не знаю , удастся ли мне это , будет ли моя воля достаточно сильной , чтобы восторжествовать ; не получится ли так , что в ходе операции , несмотря на то что я уже буду под воздейств и ем снотворного , на меня вдруг нахлынут сожаления и заставят открыть ему дверь , упасть перед ним на колени и заплетающимся языком просить прощения — за то , что заставила его ждать , за то , что пыталась от него ускользнуть , за беспорядок , за спортивные брюки, за таблетки «Стилнокс» , из-за которых я такая вялая , за то , что я сомневалась , открывать или нет , за то , что кажусь немного нелепой , за мое нетерпение. Нелегко порвать с человеком , даже если он плохой. Особенно если он плохой. Я запиваю патентованное снот ворное чашкой «Эрл Грей» . Никакого вкуса . Таблетки проскальзывают в горло и попадают в желудок. Через пятнадцать минут , что бы ни случилось , они отправят меня в объятия Морфея , а когда я проснусь , будет уже другой день — без Жана , стоящего за дверью . На мн е остались только трусики и светло-голубой топик на тоненьких бретельках . Ничего особенно возбуждающего — как раз подходящая одежда для того , чтобы просто заснуть . Хотя некоторые мужчины настолько глупы , что находят эти трусики фирмы «Пти Бато» сексуальны м и . У меня кружится голова , и больше всего мне хочется вытянуться плашмя на кровати . Я боюсь оказаться недостаточно сильной для сопротивления , боюсь , что меня хватит ненадолго... Прошло уже больше пяти минут . Это невероятно , но , несмотря на действие снотвор ного , я сожалею о том часе , который могла провести с ним и который у него отняла . Мое тело восстает против меня . Моя боль становится нестерпимой : я враг самой себе. Он изменится , я должна дать ему шанс ! Бесполезно ... Через несколько минут я достигну такого состояния , в котором сон будет для меня желаннее всего на свете — даже любви . Через несколько минут я успокоюсь. Терпение. Мне нравится , что ко мне приходит сила — пусть даже вызванная искусственным путем , — которая управляет моим поведением и все решает за меня . Моей воли хватило лишь на то , чтобы проглотить пару таблеток. Как я дошла до такого ? Он звонит в дверь. Тишина. Я стараюсь не дышать. Он снова звонит. Невозможно оставаться на месте. Я поднимаюсь. Он звонит. Я открываю фарфоровую шкатулку , достаю свернутую салфетку , вдыхаю ее запах , которого уже почти не чувствуется , и она становится влажной от моих слез. Он звонит. Я возвращаюсь в маленький альков , опускаюсь на колени и закрываю лицо ладонями. Он звонит. Звуки резко отдаются у меня в голове. Должн о быть , он не понимает , что происходит . Впервые он не услышал моих торопливых шагов к двери. Он звонит. Я слышу его голос. Не помню , называл он раньше меня по имени. Он стучит в дверь. Колотит по ней кулаками. Я встаю , испытывая сильное искушение подойти к двери , но вместо этого направляюсь в ванную с салфеткой в руке , бросаю ее в унитаз и спускаю воду. Теперь у меня от него больше ничего не осталось. Я лежу , вытянувшись , на кровати . У меня кружится голова , я хо чу , чтобы он обнял меня , хотя бы только затем , чтобы заснуть в его объятиях . Человек , которого я люблю , стоит за дверью , а я ему не открываю . Изо всех сил борюсь с собой . Что же я делаю ? Я хочу вернуться назад , засунуть пальцы в горло , выблевать таблетки, умыться , почистить зубы , попудрить нос ... Но пока я буду все это делать , он уже уйдет ! Мое дыхание успокаивается , действие снотворного уже началось ; оно унесет меня туда , где мне будет не так больно , туда , где исчезнут желания и мечты . Мои глаза закроются, и я уже ничего не увижу. Я прогоняю его не затем , чтобы сильнее привязать , у меня нет стратегических планов — я прогоняю его , чтобы он больше не возвращался. Он стучит в дверь костяшками пальцев . Сейчас соседи услышат шум и начнут возмущаться. Я переворач иваюсь со спины на живот , чтобы заснуть , хотя меня еще не сильно клонит в сон . Когда спасительная жажда сна придет мне на помощь ? Я закрываю голову двумя подушками — своей и его , на которой он никогда не спал. Я считаю вслух , но заснуть все не удается . Я к олочу ногами по матрасу . Мне хочется исчезнуть. Не закрывая глаз , я пытаюсь представить себе Поля . Сможет ли он спасти меня ? Смогу ли я любить его достаточно сильно , чтобы забыть Жана ? Сможет ли Поль погрузить меня в такую же безумную мечту ? Умеет ли он пр оизносить слова любви ? Будет ли мое счастье таким большим , чтобы заслонить собой несчастье ? Звонит телефон . Номер в окошке определителя не высвечивается . Повелитель молчания звонит с мобильного . Я не снимаю трубку , и он отсоединяется , не оставив сообщения. Он повсюду — за дверью и на пленке автоответчика , но , как всегда , ничего не объясняет и не извиняется . Одно лишь молчаливое загадочное присутствие . Но благодаря снотворным таблеткам я тоже могу загадочно молчать. Я плачу , я рыдаю , слезы меня душат . Таблет ки подействовали только на мое тело , но мозг все еще бодрствует , и все мысли — только о нем . Можно подумать , что я выпила цикуту . Это действительно конец — и дело не в одной-двух таблетках снотворного , а в том , что я его больше не увижу . Расставание похож е на смерть , и я буду носить траур по тому , чего я так и не узнала , но могла бы узнать ; по тому , что хотела ему сказать и не сказала . По тому , чего он не знает . У меня перехватывает дыхание . Почему он никогда не позволял мне говорить ? Как только я пыталась это сделать , он или целовал меня , или уходил . Я должна была попробовать совершить государственный переворот в чувствах — может быть , он втайне надеялся , что я так и сделаю и это освободит меня от власти его молчания . Может быть , он из тех мужчин , которым н равятся непокорные женщины ? Пыталась ли я на самом деле ? — Слишком поздно , — говорю я , мой голос заглушён подушкой. Я пытаюсь думать о Поле . Я мало его знаю . У него всегда слегка надменный вид , как будто он знает больше остальных , и иногда это меня раздраж ает . Чего стоит его манера набрасывать куртку на одно плечо , сдвигать солнечные очки на лоб , носить свой портфель так , словно он весит тонну , и , перед тем как уйти , оглядываться на меня с таким видом , словно мы прощаемся навсегда . Я помню , что была им заи н тригована , если честно , даже больше чем заинтригована . Однако его возраст меня беспокоит . Я никогда не занималась любовью с мужчинами младше меня. Жан стучит в дверь. Я поднимаюсь и медленно иду к двери . Я дура , мазохистка , я отказываюсь признать , что этот человек не любит меня так , как я бы хотела . У меня очередной каприз , я хочу развлекаться , мне нужно время , внимание , слова , комплименты . Я хочу быть любимой и сознавать это. Жан стучит. Очень трудно впервые произнести «Нет» — это самоотречение , самоистяза ние , тяжелая операция , насилие над собой. Мое тело упорствует , оно не подчиняется мне , не слушает доводов рассудка и само управляет мной . Когда властвует тело , начинается полный хаос ; наши тела понимали друг друга , но души находились в вечном противостояни и . Его тело зовет меня , его душа — отталкивает . Он стоит за дверью , но я почти чувствую на ощупь его матовую гладкую кожу , и меня охватывает дрожь . Я встаю с кровати , делаю несколько шагов , останавливаюсь почти рядом с дверью , трогаю ее , глажу и плачу ; но его тело сейчас не властвует , а подчиняется , его душа запрещает ему быть заботливым любовником , даже просто любовником. И с его душой я не могу ничего сделать. Я бы хотела наполнить фарфоровую шкатулку до краев , хотела бы коллекционировать салфетки «клинекс» , полные им , набрать их десять тысяч и больше ... Может быть , в другой жизни , в один прекрасный день я бы и собрала десять тысяч ... Я бы вдыхала их запах , хра н ила бы их в специальном сосуде , где бы запах не выветривался , специально достала бы такой в химической лаборатории . Я бы без всякого стеснения объяснила врачам , психиатрам , биологам , что я хочу сохранить сперму моего любовника свежей и влажной , и не хочу, чтобы она высохла и испарилась. Я скажу , что не собираюсь его шантажировать или отправлять в тюрьму , не собираюсь заиметь таким образом ребенка — мне просто нужна его сперма , чтобы вдыхать ее запах по вечерам , перед тем как ложиться спать , потому что мы , п онимаете ли , не спим вместе . Потому что мы не живем вместе , потому что я его тайная любовница , и мне нужно быть осторожной , чтобы это не стало известно. Жан стучит в дверь. Я тянусь к нему , я понимаю , что было бы слишком легко погрузить его в молчание , кот орое он меня заставил испытать на себе. Но молчание — это не мой стиль. Я прижимаюсь губами к замочной скважине и произношу без всяких эмоций : — С меня хватит. Ответ Жана : молчание. — Я сплю , — добавляю я. Молчание. — Я сплю , но не потому , что устала : прос то выпила две таблетки снотворного. Молчание. — Я бы хотела , чтобы ты был ревнив , как итальянец . Хотя по темпераменту ты мог бы быть итальянцем , но морально ты ближе к северу , к Северному полюсу . Ты как ледяной. — Мадемуазель , с вами все в порядке ? — Жан ? — Нет , это не Жан. — Нет ? — Это консьержка , мадемуазель . Вам не нужна помощь ? Я не разобрала , что вы сейчас говорили. — Мадам Гриффарен ? — Я стучала вам в дверь , звонила вам с мобильного телефона , но не получила отв ета . У вас что-то не так ? Вы одна ? Вам нужна помощь ? — Что вы делаете у меня за дверью ? — Я пришла , чтобы отдать вам письмо . Его оставил какой-то господин и просил сразу вам передать. — Письмо ? А что это был за человек ? — Он называл вас Идиллией. — Просунь те письмо под дверь. — Может быть , вызвать врача ?.. — Нет , все в порядке. — Вы уверены ? — Да . Пожалуйста , просуньте письмо под дверь. И мадам Гриффарен просовывает под дверь бледно-голубой конверт , на котором черными чернилами написано : « Идиллии , лично в руки ». Я быстро вскрываю конверт и вынимаю два листка бумаги , исписанные с обеих сторон . Но у меня кружится голова , а почерк слишком мелкий , и это мешает читать . Я похожа на лодку , которая попала в жестокий шторм и вот-вот пойдет ко дну . Глаза у меня слипаются . Вот они , слова , которых я так ждала — они появились передо мной , выстроились в ряд , но я не могу их разобрать . Они танцуют перед глазами и отдаляются , как мираж . Кажется , несколько раз мелькает слово «любить» , но я не могу точно ск а зать , в каком времени — в настоящем или прошлом . Такова ирония судьбы. Но , может быть , это и к лучшему ? Я больше не хочу раскрыть тайну этого человека. Молчание объединило нас , и оно же нас разъединит . Я целую бумагу , глажу ее , провожу по ней губами — как делала раньше с его пенисом . Я ощущаю Жана между строк . Я люблю его в последний раз , я прикасаюсь губами к словам , которых он не произносил , потом вкладываю письмо в конверт и убираю его подальше , где , надеюсь , больше его не найду . Снова падаю в кровать. В от и все. После долгих месяцев надежд у меня осталось его письмо , хромированная кофеварка «Мажимикс» за пятьсот евро , которую я купила ради него , но которая будет работать для кого-то другого , красная пластмассовая зажигалка , которая выпала у него из карма на и застряла между диванными подушками , сердце , отданное ему , но оставшееся моим. И , разумеется , у меня останется его молчание. Я любила его в молчании. Его молчание нас соединяло. Его молчание было домом , в котором он меня поселил. Я занималась обстановк ой. Я не буду читать письмо. Прощай , моя любовь. 45 E-mail Клементины Идиллии Идиллия , тебе грустно ? E-mail Идиллии Клементине Я скажу тебе завтра.

Приложенные файлы

  • rtf 18357168
    Размер файла: 2 MB Загрузок: 0

Добавить комментарий