Monastyr


Решение
Мысль о поездке возникла внезапно, в один из вечеров в вездесущем контакте я задал вопрос своему знакомому Константину полушутя, не надеясь на какую-то конкретику, когда мы поедем в Корнилие - Палеостровский мужской монастырь. Константин служит дьяконом в Храме Преподобного Серафима Саровского в Старом Петергофе и, по совместительству, он преподаватель факультета дополнительного образования Свято-Тихоновского университета по предмету Священное Писание Нового Завета. Я много слышал от него об этом монастыре как об одном из немногих удаленных, закрытых и труднодоступных монастырей. А если учитывать то, что он расположен на острове с названием Палеостров в красивейшем месте Русского Севера-Онежском озере в Карелии, а также то, что в 2013 году я побывал в тех же местах - в Муромском Свято-Успенском мужском монастыре на Онеге, мое горячее желание, коим уже 2 года я терзал Константина, было легко объяснимо. Каково же было моё удивление, когда я в ответ услышал от него что есть возможность поехать в понедельник, 19 января, прямо в Крещенскую неделю!
И тут начались сложности. Оказывается, что собралось ехать уже человек 6-7 и что спать придётся в спальнике на полу и это если конечно мне, не крещёному, вообще настоятель разрешит приезжать. Как оказалось, в монастыре совсем не приветствуется регулярное и многочисленное паломничество, даже трудников отец игумен старается не приглашать, полагаясь на силы немногочисленной братии и помощь Божию. Более того, буквально в пятницу 16 января возникла причина по которой было обязательно моё присутствие на рабочем месте в течении всей недели, внедорожник на котором я планировал ехать внезапно оказался нужен для других дальних поездок, а служба погоды Gismeteo впереди, словно добивая, весело предвещало 20 градусные морозы аккурат на день поездки. Таким образом, мне светила весьма дальняя поездка с туманными перспективами на уже не новой Nexia, в бодрый морозец, по обледеневшим после недавней оттепели, дорогам. Вдобавок, я совсем не был уверен, что моё нахождение в монастыре будет уместно в плане религиозно-этических соображений и что мне вообще это самому нужно. Присутствие человека праздного с любопытством туриста в местах совершения аскезы людьми, отринувшими всё мирское ради служения Богу и спасения души…уж незнаю, но я себя представлял уместным там как Pussy Riot уместны в храме Христа Спасителя.
Легко понять мой скептицизм, коим я был обуреваем все выходные. Единственным светлым пятном в воскресенье стало то, что количество людей сократилось до 3 и мы все влезали в одну машину. План был таков - доехать до подворья монастыря в Петрозаводске, там переночевать и с утра, на одной машине доехать через Медвежьегорск до поселка Толвуя, откуда нас заберут на снегоходах в сам монастырь. На утро понедельника я был как обычно на работе, уже никуда не собираясь, прекрасно понимая что если ехать думно, то нужно уже выезжать, иначе большая часть незнакомого мне пути пройдёт в ночное время. Но что-то внутри в душе мне не давало покою, мысль, что если я сейчас не поеду, то я буду очень долго ,возможно, всю оставшуюся, сколько мне отмеряно, жизнь, сожалеть об этом. И стоит ради этого опыта, ради этой поездки пожертвовать своими удобствами, своим временем и безопасностью. Оторвать задницу от стула и ехать, совершить свой маленький личный подвиг, победив самого себя. Душевные терзания достигли апогея, когда я оказался на обеде дома. Не имея возможности самостоятельно принять решение, человек обычно перекладывает его принятие на других, я не был исключением и поэтому позвонил о. Сергию (Щербакову) за добрым советом. И даже после его совета (за что ему большое спасибо) выбор оставался по прежнему за мной. Отчаявшись, я написал Константину о том, что я полностью расписался в собственной возможности что-то решить самостоятельно, на что получил ответ - «Подожди». Оказывается, он за меня просил благословения на мою поездку у отца настоятеля монастыря Иоанна. Ответ не заставил себя долго ждать. Телефон брякнул словом «Езжай», решение было принято за меня свыше. Верующие люди в таких случаях говорят, что бесы всегда чинят препоны богоугодным делам, в моём случае бесы явно проиграли этот раунд.
Дорога туда
Мне что собираться то -только подпоясаться! Я был одет и сумка была собрана в рекордные для подготовки к таким поездки срокам - за полчаса. Супруга уже заранее была в курсе поездки и ничего долго объяснять не пришлось, посидели-помолчали на дорожку, услышал напутственное «Будь осторожен» и «Мы тебя ждём, возвращайся скорее» да и поехал. Гораздо дольше занял сам выезд из города с учётом что надо было забрать навигатор у друга, заправить машину и заехать на работу, дать последние ЦУ. На работе ничего не стал объяснять персоналу во избежание долгих расспросов и объяснений, просто сказал чтоб сообщили руководству что «Я уехал», в надежде что руководство поймёт что это значит, тем паче что мы заранее это обсуждали. Только вот решение о поездке было принято с обратным знаком, ну да «-« всегда легко превращается в «+».
Так или иначе, я выехал из города около 15:00, следуя совету ехать через Кириллов и дальше до Вытегры. Уже под Кирилловым я понял, что моё путешествие перестаёт быть томным, наблюдая в наступающем сумраке весёлый отблеск фар встречных машин на практически ровном льду дороги. Скорость в максимум 80км/ч предвещала ночь богатую на различные события и встречи. Там же в районе Кириллова я услышал от своего руководства по телефону, что я болен на голову раз рискнул ехать на ЭТОЙ машине В ТАКУЮ ДАЛЬ по ТАКИМ дорогам, чему я был несказанно рад - значит ещё не весь душевный задор и бесшабашность съела ржа повседневной жизни. Посему в моём положении оставалось только уповать на исправность автомобиля и на помощь ангела хранителя по молитвам близких мне людей. Видимо он (ангел) был не сильно обременён другими делами и всетаки приглядывал за своим безголовым чадом, ибо я был цел и не вредим в Вытегре уже часов в 9 вечера. Помятуя о том, что мне нужно пробираться в Петрозаводск по западной части Онежского озера и о том что дорога там всегда отличалась прифронтовым своим состоянием я поспешил справиться у местного охранника АЗС о том как там дорога. То, что я услышал от него, убедило меня, что моё руководство в принципе было право. Оказывается, на моём пути, лежала понтонная переправа через какую-то местную речушку. В обычное время последний понтон был в 9 вечера, а первый в 6 утра, а в зимнее время вообще никто не может сказать, есть ли переправа в принципе. Это был удар под дых! И рисовалось 2 возможности – либо я ночую в гостинице в Вытегре и с утра еду интересоваться «А как там наша переправа поживает?», но тогда я совсем не попадаю утром в Петрозаводск, а в лучшем случае к обеду, что ставит под удар весь смысл поездки - никто не будет меня там до обеда ждать, либо я рисую себе к карме плюсом пару сотен километров, добавляя ночных приключений и еду прямо сейчас через Лодейное поле. Как вы думаете, учитывая мнение руководства, какой вариант я выбрал?
Когда долго едешь ночью по пустынным проселочным дорогам, среди темного леса и нет ни встречных машин, ни жилых деревень с мирным желтым светом в занавешенных окошечках, когда нет запахов людского жилья и лишь снежная сыпь метёт по дороге. Часто думаешь о том, что по сути современный человек в такие моменты, по-прежнему, одинок и беспомощен перед любыми неожиданными препятствиями которые могут возникнуть в дороге. Темнота обступает, и в ней таятся демоны готовые взяться за тебя, как только представиться малейшая возможность. Дорога сужается до конуса света фар и кто-то потихоньку молится про себя, а кто-то, например, если позволяет Сеть, достаёт телефон и набирает самым близким людям чтоб услышать голос который развеет тьму и морок.
Ещё можно помечтать, как вот ты доберёшься до места назначения, выпьешь горячего чаю и рухнешь в блаженной истоме усталости в мягкую постель чтоб поскорей забыться во сне. Можно позавидовать и улыбнуться, подумав о своих компаньонах по путешествию, которые добрались до цели быстрее тебя и теперь сидят и беседуют в тепле и уюте. Скорей бы, скорей! О, песня хорошая, сейчас спою!

«Ночные беседы»
Около 12 ночи я был у Лодейного поля. Мышцы шеи и плеч нещадно ныли, требуя прекратить издевательство над ними, я был уставшим и голодным, ибо обед был последним, что я ел, а останавливаться не хотелось. Я понимал, что в моих интересах быстрее доехать, поесть и лечь спать, чем засыпать за рулём после еды. Навигатор, соглашаясь со мной, кивал и в лучших традициях Шалтая-Болтая отклеивался присоской и падал на панель приборов с завидной регулярностью. Радовало одно - я ушёл с грунтовых трасс и нёсся по асфальтовому шоссе, стараясь не вспоминать ночной ледяной кошмар. Около 2 ночи сотрудникам стационарного поста ДПС где-то в Карелии было видение белой Nexia, раскрашенной наклейками «Патруль» и «Охрана» с 35 регионом на номерах. Чуть позже глубокий ночной сон продавца фирменной АЗС «Лукойл» под Петрозаводском был нарушен появлением помятого типа, который пытался найти там дешёвую палёную «незамерзайку». И наконец, около 3 часов ночи я был в Петрозаводске. Навигатор, протащив меня через самый центр спящего города и заведя меня в какие-то деревянные трущобы, соглашаясь со мной, в последний раз за сегодня мне кивнул и отвалился. Само подворье я нашёл почти на ощупь, разбудив при этом Константина. Следует отдать ему должное - как мог он меня сопровождал всю дорогу своими звонками, подбадривая, интересуясь как моё состояние и где я еду. Без его помощи и помощи моих родных дорога была бы во сто крат тяжелее. Бросив машину на первое попавшееся свободное место, я наскоро попил чаю и повалился на кровать в комнате для паломников. 12 часов за рулём и 720 км по большей части далеко не лучших дорог за онемевшими плечами, я сделал это!
Впрочем, долго поспать мне всё равно не дали. Часов в 7 ко мне в комнату довольно беспардонно завалились гости – пара местных любимцев котов, рыженький и черный с белыми пятнами. Рыжий кот довольно бесцеремонно меня обнюхал и нисколько не смущаясь, забрался ко мне под покрывало. Второй видимо обидевшись, что ему там места больше не нашлось начал пытаться выковыривать лапой рыжего из тёплого гнёздышка. Я наблюдал за этим баловством, почти не двигаясь, сквозь прищур глаз. Отчего то, меня их игра ничуть не тревожила и даже сон ушёл прочь, было в этом что-то щемяще домашнее и очень уютное.

В 8 утра меня подняли, отвели на кухню и после короткой молитвы перед едой накормили яичницей и чаем с пирогами. За завтраком я узнал, что приезжал отец настоятель, отчитал о. Ферапонта, что кто-то посмел бросить машину на «круге почёта» и раздав короткие ценные указания (далее - ЦУ) отбыл в Медвежьегорск где мы и должны с ним были встретиться, это был следующий крупный населённый пункт нашего пути.

о.ФерапонтЗдесь я хотел бы сказать несколько слов об о. Ферапонте. Я раньше видел его фотографии и он мне сразу понравился, было что то в нём солнечное. И это вовсе не его рыжая борода. Точнее не только. Это как раз тот внутренний человеческий свет, которым лучатся люди чистые помыслами и душой. И я не обманулся. Улыбка, мягкий голос, сердечность, доброта, всё в нём настолько располагало к взаимному общению, что мне пришлось в итоге в спешке догонять своих спутников, неумело напоследок испросив у него благословения на наш дальнейший путь. Мы обязательно увидимся ещё, отче, даст Бог!
Путь до Медвежьегорска предполагал 170 км. пути по весьма неплохим дорогам и за разговорами прошёл незаметно. И вот именно тут произошла моя первая и, надеюсь, не последняя встреча с настоятелем монастыря, отцом Иоанном. Я даже и не мог предполагать, какими последствиями она могла бы для меня обернуться! Отец Иоанн, человек весьма крупных для монаха габаритов, с громким басом, активно жестикулирующий и, уверен, не менее активно отстаивающий интересы монастыря и всего подведомственного ему хозяйства, уделил мне ровно 2 минуты. Окинув меня взором из-за темных от солнца стёкол очков хамелеонов, враз пресёк мою робкую попытку получить у него благословение на посещение обители, зычным басом - «Ага, а это у нас, значит, Тимофей! Не, это не тот, тот по крупнее будет!». Увидев мой ступор от оценки моих массогабаритных характеристик, он рассказал историю следующего содержания. Уж не знаю, в какие годы и в каком месте, но свела его судьба с одним послушником из Череповца по имени Тимофей. На беду послушник тот оказался обычным бандитом и пытался завладеть монастырской кассой, чуть было не придушив отца настоятеля.
По моему мнению, бандит тот, учитывая габариты игумена, должен был быть ну или Гераклом или Ильёй Муромцем как минимум, ну да Бог ему судья. «Или веру принял или уж сгнил где-нибудь в земле» - поставил жирную точку в этом вопросе о. Иоанн. Махнул рукой - «Пущай едет!» - а это уже про меня, благословение получено!
о.ИоаннПозже о. Константин признался, что я легко мог быть развёрнут в Медвежьегорске в направлении обратно желаемому, и ехал бы ваш покорный слуга, не солоно хлебамши, в родной город вышеупомянутого лиходея.
Наш путь заканчивался в посёлке Толвуя, однако мы сделали ещё одну промежуточную остановку в деревеньке с названием непонятной этимологии. Надо сказать, что все деревни которые мы проезжали ничуть не отличимы от деревень и посёлков нашей области. Тот же конструктив домов, те же следы запущенности и былого расцвета, такие же люди, небогато одетые в основном возраста за 40, которые куда то спешат со своими авоськами по одним им известным повседневным делам. Ничем из них не выделялась и эта деревенька, разве что своим названием - Бор Пуданцев. Кто такие были эти пуданцы и причём тут бор и вообще, об этом ли речь, для меня так и осталось это загадкой. Единственно чего ради мы в ней остановились это был местный шмотошный развал на котором о. Константин прикупил налобный светодиодный фонарь, работоспособность которого продавец нам продемонстрировал вставив заиндевевшие батарейки. Актуальность покупки сего девайса я смог оценить по достоинству в тот же вечер.
Машину мы оставили у дома местного полицейского, подозреваю, что не мы первые и не мы последние это делали. Может он был у местных в авторитете и его гости и их имущество были неприкасаемы для местной шпаны, может это было символом нашей легитимизации в этих краях, а скорей всего это было и то и другое. Так или иначе, пока мы всячески утеплялись и переодевались на 20ти градусном морозе, из монастыря за нами пришло по льду Онеги два снегохода Yamaha с коробами на санях, в кои мы не замедлили погрузиться предварительно, по старой русской традиции, при знакомстве трижды обнявшись с их водителями. Так впервые я познакомился с о. Михеем и о. Тимофеем. Наш механизированный караван неспешно двинулся в путь по ледяной глади озера и вопреки ожиданиям к концу пути я даже согрелся, сочтя это за добрый знак.
Монастырь
Дабы не превращать своё беглое повествование в историческую справку, я сознательно отказался от описания истории возникновения сей монастырской обители. Эту информацию можно легко получить на официальном сайте монастыря http://paleostrov.ru/ где намного больше документального и художественного материала, чем мог бы предложить ваш скромный слуга. Я же постараюсь изложить наиболее доступно и лаконично собственные впечатления абсолютно неподготовленного человека от посещения этой обители.

Нынешние монастырские постройки малочисленны и добротны. Среди них есть все необходимые для нормальной жизни немногочисленной братии. Это и два жилых корпуса, один паломнический с трапезной всуе, другой монашеский, и аккуратная банька на самом берегу озера, домик настоятеля, дровяник, ангар для техники, он же мастерские, генераторная и, конечно, сам Храм. Все постройки небольшие, новые, ладно скроенные и в то же время предельно функциональные и строгие в плане удобств. В этом проявляется весь вековой дух монастыря и суровой северной природы - вкупе с монашеским укладом жизни сей монастырь известен как одна из самых закрытых, строгих и аскетичных обителей Русского Севера. Храм небольшой, сложен из крепких брёвен, богат наполнением и служит как бы скрепляющим центром поселения.

«Храм»
На фоне нынешних построек памятником былого расцвета и разора минувших эпох, стоит некогда белоснежное здание бывшего братского корпуса. Со стенами расписанными именами потомков тех, кто создавал и уничтожал эту обитель, стоит он и по сей день немым укором нам ныне живущим. Есть надежда на то, что в недалёком будущем он будет восстановлен, но пока ни финансовых, ни просто физических сил братии недостаточно, чтоб начать работы по его реставрации.
Удобства в монастыре минимальны, и хотя сам храм и обогревается батареями от отдельного котла на дровах, остальные жилые помещения обогреваются исключительно печами, установленными в каждой келье. Топят печи по разному, кому как удобно, мы, например, топили под утро, единственное неудобство, что для этого надо было вставать часа в 3 ночи, зато когда надо было просыпаться на заутреню не было характерного озноба со сна.
Электричество и свет вырабатываются генератором, он включается только в определённый промежуток времени-с 17:00 до 21:00, исключение делается лишь для кухни на время приготовления пищи, да и то только от аккумуляторов. Средства получения информации и коммуникации с внешним миром отсутствуют, исключением являются только сотовые у игумена и отца Михея – эконома обители. Поэтому за ненадобностью отсутствуют и розетки в кельях как таковые. Вот когда я это узнал, я понял, зачем покупался светодиодный фонарь о. Константином и я пожалел, что не спросил тогда его об этом. Из-за налобных фонариков передвижения монахов в тёмное время суток по территории монастыря со стороны напоминают неровный полёт весьма крупных и ярких светлячков, которые мечутся из здания в здание, причем совершенно непонятно кто же этим светлячком был, пока человек не подойдёт совсем близко к тебе. В то же время обнаружилось, что это весьма эффективно в плане индикации «свободно/занято» кабинок «с удобствами» расположенных на заднем дворе, уж не буду вдаваться в подробности почему. Зарядкой всех создающих свет устройств ведает инок, чьим послушанием является приготовление пищи для братии и делается это только с благословения отца эконома. Стоит отметить, что у большинства насельников имеются настольные аккумуляторные светодиодные фонари, коими они пользуются для чтения богоугодной литературы, тем самым подтверждая мои подозрения, что выключение света в 21:00 вовсе не является командой ко сну. Твоя беда если, зачитавшись, ты еле встанешь в 05:30 на Утреню.
Водопровод состоит из стопки разнокалиберных вёдер, которыми пара послушников носит воду из проруби на Онеге в ёмкости на кухне и в рукомойники, установленные в каждой келье. Работа эта не тяжёлая, но повседневная, вода в озере чистейшая и очень вкусная.

«Прорубь»
Сторожит монастырскую территорию огромный пёс по кличке Омар породы алабай, способ распознавания «свой-чужой» для вновь прибывших в монастырь очень простой - если о. Михей подвёл человека и разрешил его обнюхать, значит, человек «свой», если нет, думаю, Омар попробовал бы для начала откусить незваному гостю, например, ногу. Ну, а так как моё время пребывания в монастыре было ограниченно всего тремя днями, то знакомить меня с псом не посчитали нужным, а я в свою очередь не посчитал нужным проверять его фантазию…
Распорядок дня у братии очень простой:
5.30-Подъём 14.00-17.00 - послушание
6.00-8.00 – Утреня 17.00-17.30 – отдых
8.00-8.40 - свободное время 17.30-18.30 – Вечерня
8.40-9.00 - чай (вместо завтрака) 18.30-19.00 – ужин
9.00-12.30 – послушание
12.30-13.00 - Часы 19.00 – 20.00 – Повечерня
13.00-13.30 – обед 20.00 - 21.00 – свободное время
13.30-14.00 – отдых 21.00 - отбой

«Омар»
Кельи у братии весьма просты и единообразны, обычно в ней 1-2 кровати, рукомойник, скамейка, вешалка для одежды, для полотенец, печка и полки для книг и вещей. С различными вариациями присутствует небольшой иконостас, например в нашей келье у послушника Алексея на стене висело много икон и большой резной деревянный крест. А вот в соседней были просто голые стены. За избытком различных вещей и приспособлений в наших квартирах мы совсем забыли, как оказывается мало нужно человеку для вполне комфортного проживания. Я был сам удивлён, что единственно чего мне не хватало в келье это фонаря, чтоб подольше почитать. Алексей, когда ушёл из мирской жизни в монастырь перевёз с собой всю собственную православную библиотеку, все полки у него были заняты и собственными книгами и теми, что ему периодически подкидывал для самообразования о. Михей, таким образом, испросив моего разрешения он занял и несколько моих полок. В основном он читал святоотеческую литературу и жития святых отцов, я же с собой взял дочитывать давно начатые «рассказики», так их назвал отец эконом, хмыкнув при этом, увидев эту книгу в моих руках. Под «рассказиками» подразумевались «Несвятые святые» архимандрита Тихона (Шевкунова) - «Лучше бы житие преподобного Корнилия Палеостровского почитал!» - такова была его рекомендация. Обязательно прочту, отче!
Вообще чтению в монастыре посвящается практически всё свободное время, это и понятно, ведь, как известно для монаха «сказанное слово - серебро, а несказанное - золото». Чтение отвлекает от мыслей о мирском и от пустой болтовни, за которую потом приходится отчитываться на исповеди. Звенящая тишина природы острова, лики святых, внимательно наблюдающие за тобой со стен кельи, благостность мироощущения крайне способствуют погружению в молитву и чтению.

«о. Николай за чтением в своей келье»
Из местных достопримечательностей острова следует отметить поклонный крест старообрядцев установленный на высоком скалистом берегу в пяти минутах ходьбы от монастыря и место откуда начинался монашеский подвиг на этом острове – пещерку прп. Корнилия Палеостровского.

«Крест»
На вертикальной перекладине креста есть резная икона и вырезан текст следующего содержания:
«Святiй павел, епископ коломенский епископе павле, исповедьниче, святителю коломенскiй, обличивый прелесть, избиенный никоном неистовымъ, обидимымъ крепкая еси надежда,ты избави и спаси насъ твою свътлую памятъ празднующихъ върно»
Крест установлен на месте самосожжений раскольников в 1687 и 1689 годах, тогда в огне сгорело более 3000 человек, включая немногочисленную братию монастыря с игуменом. Спаси Господи их души! Время берёт своё и хотя кто-то старается поддерживать крест в удовлетворительном состоянии, все равно резное слово выкрашивается с годами. Но человеческая память о тех малоизвестных событиях государства Российского не должна быть утеряна никогда. Стоять кресту, пока жива Вера Православная!
А вот с пещеркой прп. Корнилия случилось одно из тех маленьких чудес, которые в состоянии подмечать только глубоко верующие люди, обыватели же объясняют это просто случайными совпадениями и игрой природы. Первоначально о. Михей поездку назначил на четверг, решали этот вопрос в среду во время обеда и он боялся, что до сумерек будет не успеть. Все уже успели разбрестись по своим послушаниям, как отче возвращается - «Едем!». Ехать тут всего ничего - минут 15, но нужно было успеть совершить небольшую службу. Все всегда описывают её как пещерку, но то, что я увидел в итоге, иначе как расселиной между двух валунов назвать было нельзя. В этой расселине есть небольшой пятачок 0,5м.*0,5м. на котором стоять ещё удобно, сидеть уже с трудом и только упираясь коленками в холодный гранит валунов, а уж про лежать тут даже и думать не приходиться. От слова «совсем». Добавьте к этому всякое отсутствие крыши плюс чудесный вид на залив Онеги в северном направлении, и вы поймёте, что тот, кто тут жил в одиночестве уже святой хотя бы потому, что он тут вообще мог жить. У нас начались мысленные вариации по поводу печки, крыши и загородки в пещерке, на что о. Михей нам дал отповедь - «Это нынешним нужны окна со стеклопакетами, а раньше люди проще были». Сомнений у него не было что это именно она, это подтверждали и старые фотографии паломников давних времён, местный люд всегда почитал это место и приплывал сюда с большой земли, чтоб попросить у святого защиты, совета или помощи. В одном из камней образующих стену пещерки есть углубление достаточное, чтоб поставить там свечу. Мы отслужили службу, окропили место святой водой и с поклонами отбыли обратно в монастырь.

«Знамение»
На обратном пути и было нам явление, которое о. Константин не преминул назвать знамением. Столп огненного закатного света взметнулся в темнеющие облака на горизонте. И сразу всплыло в памяти некогда прочитанное из книги Исхода, глава 13, стих 21,22:

И вот тут начинаются разночтения во мнениях. Человек неверующий (да и не всякий верующий) сочтёт это обычным явлением природы, и я даже соглашусь что все это легко объяснимо с точки зрения естественных наук и законов природы. НО! Я с трудом нахожу объяснение, почему это произошло именно в нужный момент. Посудите сами:
чтобы явление состоялось, должно быть определённое состояние атмосферы именно в данный момент
чтобы мы его увидели оно должно появится в течении нескольких минут за которые мы проезжали путь из-за мыса острова до монастырского причала (из самого монастыря это было не увидеть из-за губы которая закрывает закат)
о. Михей должен был изменить своё решение о поездке, ехать то мы не собирались
мы должны были выехать в путь в определённое время, служба должна была продолжаться тоже определённое время
Так что если подходить с научной точки зрения и теории относительности, уверен, что вероятность свершения события была бы чрезвычайно мала. По - иному сказать - да, это чудо и знамение! Как ни крути!
Ещё от о. Константина я узнал о скором появлении ещё одной достопримечательности острова – оказывается, планируется постройка скита для о. Ферапонта. Место уже выбрано и, как я понимаю, благословение на его постройку тоже получено. Освящать место съездил о. Михей с о. Гурием, к сожалению, мне не удалось побывать и увидеть его самому. Для меня пока остаётся загадкой, почему человек проживая в малой общине в одном из самых закрытых и труднодоступных монастырей, старается уйти в лес, чтоб жить отдельно от братии. Но для меня вообще много непонятного и загадочного в монашеской жизни и я не считаю корректным лезть с расспросами о причинах того или иного выбора или поступков. Это непонимание в свою очередь придаёт ауру некоторой мистичности, что ли…хотя я понимаю, что на самом деле все и проще и сложней одновременно. Для того чтоб понять что такое камень надо камнем побыть. Удача уже то, что мне удалось краешком глаза увидеть и прикоснуться к этому образу жизни.

«Освящение скита»

«о. Михей и о. Гурий»
lefttop00Послушания
Послушаниями в обители заведует отец эконом. Каждое утро за чаепитием он раздаёт задачи. Кто то из иноков имеет всегда одно и то же «рабочее место». Например, о. Гурий заведует кухней и приготовлением пищи, о. Тимофей даётся ему в помощь и пекёт хлеб, о. Николай всё то время что я жил в монастыре занимался заготовкой дров, а послушник Алексей в основном стройкой. Самое странное послушание с моей точки зрения было у о. Мефодия - он выпрямлял гвозди. Можно делать скидку на то, что в монастырском быту все используется рационально, да и чего скрывать я сам в детстве помогал отцу точно также. Другое дело что он занимается этой работой изо дня в день… И тут как раз есть тот самый факт который я не понимаю, хотя могу предположить, что именно такая работа именно для данного конкретного инока на протяжении определённого периода времени весьма полезна в плане смирения что и является основной целью послушания. Уж каким образом это выясняется и назначается о. Михеем для меня вообще загадка. С трудниками в плане послушания все значительно проще, нам как людям мирским дозволялось вообще отдыхать, если мы вдруг почувствовали усталость. Кроме нас, трудниками в обители работали ещё три человека, приехавших сюда из Мурманска и что-то я не заметил, чтоб кто-то откровенно отлынивал от работы. Наоборот, физическая работа на свежем воздухе и лёгком морозце для здоровых и крепких мужчин только в радость - разгоняет кровь и заставляет время лететь быстрее.
Айвару, одному из моих попутчиков назначили в виде послушания шитьё или штопанье какой-то вещи в домике настоятеля, Сергей же возился с дровами, помогая о. Николаю. У о. Константина была самое «креативное» послушание – он нас всех фотографировал. Именно благодаря этому у меня появилась возможность заполнить его фотографиями сухие страницы текста. Спаси Господи, отче!

«послушание Айвара»

«послушание о. Гурия»

«послушание о. Николая»

«моё послушание»
В первый день я занимался исключительно тяжелой физической работой - затаскивали на потолочные балки в ангаре садки для рыбы. Одно время братия пыталась разводить в озере форель, чтоб на трапезе всегда была свежая рыба, но пришла зима и стало понятно, что сил у общины на это не хватает, поэтому пришлось эксперимент закрыть. Теперь братия получает рыбу в виде замороженных «поленьев» покупая у местных рыбаков, а садки решили убрать до лучших времён в надежде на увеличение числа иноков.
На второй день о. Михей спросил, кто что-то понимает в электрике, я ему ответствовал, ну и на том с непрофильной для меня работой было покончено. Я менял светильники в трапезной, чинил проводку, разбирался с блоком бесперебойного питания, консультировал по зарядному для сотового и по сотовым вообще. Спасибо, отче, что назначил мне такое послушание, где я мог быть максимально полезным для общины. Вообще, по моим наблюдениям, всё в монастырской жизни подчинено определённому ритму, я не имею в виду, непосредственно, расписание дня, а именно темп выполнения тех или иных дел, будь то послушание или молитва. В этом всём присутствует какая-то неспешность – никто не суетиться, не летит сломя голову выполнять поручение, не спешит как можно больше всего успеть или делать несколько дел одновременно. Всё делается основательно и в одном темпе, будь то раскладывание печенюшек на блюдца в трапезной или брёвен в поленницу. Мне казалось, что мы, миряне – трудники, не вписываемся в этот медленный и размеренный для нас темп и тем самым вносим некоторый диссонанс в жизнь обители. Так или иначе, но каждый Божий день, все необходимые дела к Вечерней будут сделаны, братия, как и на той последней Тайной Вечери соберётся за столом, о. Михей произнесёт краткую молитву и все приступят к трапезе. А позже, на Повечерии, брат поклонится брату поясным поклоном, обнимет три раза и произнесёт – «Прости меня, брат!» услышав в ответ «Бог простит и ты меня прости!».
Молитва
Молитва в монашеской жизни занимает центральное место. С молитвой совершается всё, с молитвой просыпаются и отходят ко сну, с молитвой едят, живут и отходят к Богу. Монахи молятся на протяжении всей своей жизни, молятся за спасение своей души, за свою братию, за церковное начальство, за нашу страну, за наших правителей, за наше воинство и за мир и порядок на грешной земле. Монашеский подвиг состоит вовсе не в отречении от всего мирского, я считаю, что подвигом можно назвать именно молитвенное слово, произносимое на протяжении всей их жизни, ежедневно, за остальной род человеческий, который даже не ведает об этом.

«чтение»
Помните, я писал про фонарик и упоминал, что его у меня не было? Так вот, возможно его отсутствие мне даже помогло. Выйдя из кельи без фонарика, которым должно было светить вниз и освещать свой путь, я поднял голову вверх (что за блажь светить фонарём в небо?) и увидел великолепное ночное небо с миллиардами звёзд, которого никогда не бывает в городах из-за обилия искусственного света. Млечный путь, наша Галактика, пересекала его наискосок, словно гигантская звёздная стрелка, осью которой являлся купол и крест Храма. Звездное серебро и ночное золото, вся Вселенная над нашими головами вращаема вашими молитвами, братья! Мистерия.
В монастыре молятся не так как в миру. Молитва тиха и даже порой монотонна. Ввиду малости Храма всё слышно. В Храме стоит почти полная тишина, так тихо, что слышен шелест одеяний иноков. Каждый читает по разному и я, в последствии, начал выделять какое чтение мне нравится, а какое нет. Более всего меня впечатлило Шестопсалмие http://www.youtube.com/watch?x-yt-ts=1422579428&v=zmKw-5Qv8XI&x-yt-cl=85114404 на утренней молитве. В Храме гасится весь свет и зажигается лишь одна свеча на Псалтыре, читал его всегда о. Константин. В его чтении, в напряжённой атмосфере и в тексте молитвы я нашёл то, чего мне не хватало в службе – отклик душевный. Сам ритм чтения и голос окутывал, пульсировал в висках, молитва плыла и жила с ритмом стиха, хотелось ответить ей взаимностью и вторить, вторить, вторить… Как же я тогда пожалел, что я не знал старославянский церковный язык! Теперь она есть у меня в видеозаписях и в исполнении валаамского монаха, но тот первый раз мне не забыть никогда. Отец Константин, низкий тебе поклон за это Чудо!

«читает Алексей»
Когда мы ехали в монастырь о. Константин меня предупредил, что меня могут ждать некие испытания, как он называл это, могут проявиться какие-то скрытые страхи или подавляемые эмоции, которые могут сделать моё пребывание в монастыре непереносимым. Он так их и назвал - бесы. В пример приводил два случая: один произошёл с его другом, который прожив несколько недель в монастыре с целью стать послушником и остаться здесь иноком вдруг ни с того ни с сего поддался гордыне и начал учить монахов как им следует жить. После того как отец игумен запретил ему пребывание в обители он противился решению вплоть до мыслей остаться жить в скиту в лесу или на соседнем острове, а когда все таки покидал монастырь заявил что это неправильный монастырь. Говорят, с тех пор он сменил много обителей в поисках правильной, но нигде его душа не смогла найти приют. Другой случай был связан с трудником, который являлся человеком по характеру скрытным и малоразговорчивым. Но так как монахи не расспрашивают, как правило, о мирских делах приходящих к ним людей, то все принимали его таким как он есть. Утверждают, что однажды человек просто не выдержал и чуть ли не сломя голову, бросив все, погрузился в лодку и никому ничего не сказав отплыл из монастыря. Монахи говорят, что в такой уединенной закрытой аскетичной жизни очень близко присутствуют как Бог, так и бесы и человеческая душа является полем незримого боя двух воинств - Легионов Сатаны и Ангелов Божьих. Если человек не смиряется, не прилагает усилий в молитвах, не исповедуется и не причащается, слаб в вере и не раскаивается в своих грехах, то жизнь для него тут становится невыносимой. Как то о. Николай, на послушании, рассказывая о своём приходе в монастырь сказал, что живя здесь, он стал почти физически чувствовать присутствие этих сил. Обычный человек, услышав такое, скорей всего просто покрутит пальцем у виска - «Совсем старик из ума выжил, да и вообще вы все тут сумасшедшие». А они, сочувствуя, смотрят на нас - не завидуют, что нам придётся возвращаться в мир, исполненный греха и соблазнов и жить в нём. И вот я даже теперь не могу понять, кто из нас таки прав.
Для меня испытанием была первая Утреня. Мало того, что наложилась физическая усталость и недосып после вчерашней дороги и нещадно болели затёкшие плечи, да ещё и служба оказалась двойной - в монастыре по средам служат ещё и Литургию. Большинство времени службы я провел на ногах, это уже потом я узнал, что существуют определённые отрезки в богослужении, когда можно сидеть. Итого почти 3,5 часа на ногах в закрытом помещении, наполненном дымом ладана и меня начало пошатывать. Памятуя о том, что ничего в нашей жизни ценного нам не даётся просто так, а только через личный подвиг я стоически достоял до окончания службы, утренний морозный воздух был мне одновременно и наградой и лекарством. Конечно, о никакой проникновенности к молитве в первый раз и в таком состоянии быть и речи не могло, однако здесь был пройден определённый Рубикон, после которого, я стал уже различать некоторые оттенки и тонкости чтений, прислушиваться к словам и ритму молитвы и последующие службы мне давались сравнительно легко.
Краем глаза видел как совершает поясной поклон о. Николай - низко, рукой касаясь пола. Брало меня удивление - как человек, который целый день грузил в наклонку дрова, справляется с такими поклонами по вечерам и это в его то почтенном возрасте? Вот послушник Алексей, низко опустив голову замер в личной молитве, почти недвижим и как будто спит. Вот о. Константин кладёт степенный поклон и тут же снова берёт в руки фотоаппарат, ему единственному разрешено встраивать в чтение щелчок затвора. Вот о. Гурий присел на лавку в углу, его почти не видно в черных одеяниях и лишь свет лампы выдаёт его присутствие отблеском глаз. Отец Михей на каждении каждый раз использует разный ладан, цепь кадила поскрипывает, золоченый маятник отсчитывает наше время в этом мире. А мы лишь тени в дрожащем пламени свечи. Спаси нас, Господи!
Молитва звучит не переставая. Она не зависит от времени суток. Она не произносима порой, но читаема в душе. Каждое утро просыпаясь слышно тихое «Господи, помилуй» Алексея, каждый вечер уже после того как выключают свет я засыпал под перебор его чёток. От звенящей тишины, внешней изоляции от шума и мирской суеты чувства настолько обостряются, что в кромешной темноте я физически ощущал его молитву, обращённую к образам на стене. Трудно и, наверное, ненужно описывать некоторые моменты свидетелям которым я невольно стал, это нечто глубоко интимное и личное, душа любого из нас может быть полностью распахнута только перед нашим Творцом. Посему, я пожалуй помолчу.
Разговоры
Как я уже упоминал, обитель практически лишена средств связи и источников информации с внешнего мира. Поэтому носителями такой информации могли и являлись приезжавшие трудниками люди, в том числе и мы. В нарушение негласного запрета на обсуждение мирских дел иноками, некоторые из них активно интересовались, что сейчас происходит в стране. Например, судя по их словам, они обладали информацией по войне на Украине ориентировочно весна - лето 2014 года. Кризисы их не касались и когда мы рассказывали о повышении цен, о ситуации с курсами валют и состоянии экономики в стране, они охали и качали головами, видимо, сочувствуя нам, не представляя, как мы будем с этим справляться. Уж не знаю почему, но эта тема больше всех волновала о. Николая. Разговорившись с нами, он поведал коротко историю своего пострига. Оказывается он старый моряк, плавал и на торговом флоте и на военном всю свою жизнь. В миру его звали Владимир. Сказал, что пару раз тонул, но всякий раз Господь его спасал. Видимо, выйдя на пенсию, он приезжал уже сюда трудником, возможно молился за свою жену, которая тяжело болела. И однажды ему о. Михей сказал, что когда его жена умрёт, он приедет на Палеостров уже на постриг. Так и получилось.
Перед самым постригом он тщетно пытался выяснить у о. Михея своё новое имя, но тот до последнего скрывал его и когда он произнёс имя Николай, раб Божий Владимир заплакал – это имя ему дали в честь великого святого России, Николая Чудотворца, покровителя мореплавателей. Чудны дела твои, Господи!

«с о. Николаем»
С о. Гурием мы разговорились на кухне, занятые своими послушаниями. Из обрывочных рассказов о себе (негоже спрашивать иноков об их прежней жизни) я узнал, что он занимался раньше ландшафтным дизайном, судя по всему, был уже тогда глубоко верующим человеком и очень хотел приобрести собственное авто. И как любой верующий в серьёзных делах положился на Божию волю. Машину то он приобрёл, но вскорости её разбил, совершенно случайно задев другую. Уж не знаю, что его окончательно сподвигло на постриг и на жизнь в монастыре, возможно, в этом был и его неудачный опыт накопления материальных благ. Отче оказался скромным и общительным человеком, улыбчивым и добрым. Ощущения от общения с ним очень были похожи на те, что я испытывал от общения с о. Ферапонтом.
Фирменным блюдом о. Гурия по нашему общему мнению с Айваром и Сергеем была пшёнка с тыквой, сладкая до приторности (лично для меня, я тыкву терпеть не могу) . В общем, то что готовилось на кухне вполне было съедобным и порой даже стол был богатым. Баловали нас и яблоками и мандаринами и даже сдобным печеньем и мармеладом. Благодарю тебя, отче, за угощение и за добрые чтения на трапезе.
Но больше всего мне довелось пообщаться по душам с послушником Алексеем. Родом он откуда из Казахстана, последнее время жил где-то в Подмосковье. Алексей всегда мне удивлялся, как я могу в одном свитере разгуливать по улице в 20-ти градусный мороз и не мёрзнуть при этом. Сам же прежде чем выйти на улицу утеплялся основательно, одевая по 2 кофты или свитера под телогрейку.
Он также с интересом слушал мои пересказы аналитики, как по Украине, так и по ситуации в стране. Я видел, что он душой переживает за страну, но более всего его тревожила наша разобщенность и неверие в Бога. Я успокаивал его, что мы живём, возрождаемся и становимся сильней. Я полагаю, что Вера увлекла его давно, коль он успел собрать внушительную библиотеку, которую передал в дар монастырю. И я думаю, что в один прекрасный день, он осознал, что не в силах управлять своими привычками и всё возрастающими желаниями, «Зверь», так он охарактеризовал себя. Подозреваю, что это было бегство от самого себя, попытка спасти себя и свою душу. Он не был женат, не было детей и семьи. А моя семья ждала меня где-то, за сотни километров отсюда и мне пора было возвращаться к ней. Господи, дай ему сил!
Дорога обратно
Вот и настало время возвращаться домой. Накануне перед поездкой отец эконом вручил каждому из нас по буханке свежеиспечённого монастырского хлеба. С этим хлебом у о. Константина случилась оказия – кто то из местных котов забрался к нему в келью и сгрыз половину буханки. Теперь, поди разберись, кому предъявлять претензии. Еще каждому из нас вручили в дорогу по маленькой самодельной иконе прп. Корнилия, простенько и незамысловато сделанная она для меня теперь дороже любых покупных золочёных икон. После Утрени нас напоили чаем и мы, трижды обнявшись по христианскому обычаю с каждым из братии, отправились в путь в сопровождении о. Михея и о. Тимофея. Монастырь таял вдали, впереди нас ждал мир, от которого мы даже успели немного отвыкнуть за эти 3 дня. На душе было спокойно и немного грустно, но я надеялся, что я сюда ещё вернусь. Я не говорил «прощай», я сказал «до свиданья» благословенная обитель.
До машин добрались без приключений, прогрели, отчистили от инея и прогрели. К тому времени мороз спал, и даже переодеваясь в более лёгкую дорожную одежду, я не замёрз. Айвар выкурил сразу 3 или 4 сигареты, в монастыре не курил вообще, хотя запрета на это ему не было. Дорога до Петрозаводска ничем примечательным не ознаменовалась, разве что нас оштрафовало местный наряд ДПС на 500 рублей за грязный передний номер. Мы попали под действие всероссийской акции «Чистый номер». Это, пожалуй, единственный случай, когда попадание под действие акции ведёт не к барышу, а прямо обратному.

«возвращение»
Подворье нас встретило контрастами – весьма низкой температурой внутри и богатой пищей с пирогами. Отец Ферапонт всех нас благословив, уединился с о. Константином и что-то негромко обсуждали. Пока мы обедали, я предусмотрительно заведя машину, уже морально готовился скакать вокруг неё с бутылкой с горячей водой в попытке отлить примёрзшие задние колодки, но этого на удивление делать не пришлось. Навигатор вернулся на свое шалтай-болтайское место, маршрут был проложен с учётом предыдущих ошибок и мы, поклонившись Подворью и его временному насельнику о. Ферапонту, отбыли. На часах было 15:00.
Большую часть пути мы ехали караваном, точка расхождения было Лодейное поле, мигнув аварийкой, мои попутчики ушли в ночь до Питера. Мой же путь лежал по трассе Р37 почти до самого Тихвина с разворотом на «кольце с самолётом» на трассу А114 Вологда - Новая Ладога. Этой дорогой я последний раз ездил с другом летом пару годов назад. Тогда это была живописная ровная широкая грунтовка через редкие деревеньки и множеством извилин и поворотов. Ощущение в этот раз разительно отличались от летних воспоминаний. Дорога была темная, скользкая, пустынная даже казалось бы в насыщенный субботний вечер. Повороты были неожиданные настолько, что я их стал отслеживать только по навигатору, быстрее 70км/ч ехать было решительно невозможно. Я воспринимал это как последнюю трудность перед выходом на асфальт, стоило потерпеть эту сотню километров. Я почти доехал до кольца, остались какие-то жалкие 5 километров, когда при вхождении во внезапно возникшую ледяную колею, меня завертело волчком. Рулить было почти бесполезно, я как старался, гасил и без того невысокую (около 90км/ч) скорость надеясь что мне хватит ширины дороги чтоб не скинуло в кювет за которым маячили тёмные стволы деревьев. Страха и паники не было, скорей было огорчение, что я помну машину и застряну тут надолго, но видимо Ангел хранитель был по-прежнему со мной, встречных машин не появилось и я, на излёте, погасил вращение о снежный навал на обочине. Перекрестился, поблагодарил Господа Бога и осторожно тронулся в дальнейший путь. Буквально через пару километров проблесковые маячки ДПС и 03 возвестили о серьёзной аварии, Газель лоб в лоб сошлась на льду с какой то классикой из ВАЗа, почему то я был совсем не удивлён. Ехать решительно было невозможно, до кольца я дополз на 40км/ч, но я все-таки опять победил!
Трасса была чиста асфальтом и загружена фурами донельзя. Омыватель быстро кончился, фары решительно отказывались светить из-за слоя грязи летящей из-под колёс впереди идущих фур. Остановка для того чтоб их очистить превращалась в повторный обгон, что приводило к исходному результату. Мучения продолжались почти до границы Вологодской области, где поток стал меньше и то, что я снова попал под ту же самую «акцию» на посту ДПС на Бабаевской отворотке меня только обрадовало. В этот раз ограничились протиранием номера и коротким отдыхом. Где то под Коротово включили заставку Windows «Космос», летящие навстречу хлопья снега отвлекали внимание, рассеивали свет и гипнотизировали. В моём уставшем состоянии это было черевато очередной аварией. Снегом быстро закрыло дорогу и я теперь в гордом одиночестве ехал первым по совершенно белой ленте, на которой элементы разметки и границы обочины отсутствовали от слова «совсем». Тот кто там наверху крутит регулятор условий для конкретно взятого человека наверно устал выслушивать мои стенания по поводу различных неудобств: то ему машин много, то теперь он один едет тоже плохо; то грязь летит, теперь чистый снег-опять не так. Короче, я попросил вернуть всё взад ибо я проезжал Владимировку - тут уж мне всё нипочем, я был почти дома.
А дома я оказался почти в 00:30. Мои не спали, дочь бросилась на шею. Моё путешествие подошло к концу.
Итоги
Это были поиски. Поиски Бога, поиски Веры. Чтобы что-то найти, нужно сначала что-то потерять. Я потерял на эти несколько дней сначала семью и покой, потом связь с миром, а потом старое мироощущение как таковое. Теперь я живу с новыми реалиями и совершенно по-другому ощущаю всё, что окружает меня.
Я нашёл то зачем я ехал? И да и нет. Я нашёл не совсем то, что искал, потому что искал то, чего не может быть.
Стал ли я ближе к Богу? Стал, я был очень близко к нему там, и это ощущение мне понравилось, я хочу ещё. Отец Михей меня напутствовал словами: «Соверши своё главное дело в жизни, покрестись, а там Бог управит». Я сделаю это, отче, хотя мой выбор не стал от этого легче.
Почему эти люди живут в монастыре, что заставило их отречься от мира? Вера. Вера и понимание того что в этом мире всё тени и прах. Что в гроб с собой ничего не взять и придёт тот день, когда придётся платить по счетам, а карманы пусты и душа просит спасения. И любой из наших дней может стать для нас последним. Поэтому мне был дан ещё один наказ - «Не тяни с этим».
Мир стал другим. Переход на очередной виток спирали жизни совершился. В наших силах и за нами выбор вектора движения. Господи, спаси нас всех!
P.S. Отдельная благодарность о. Константину Селезнёву за предоставленный фотоматериал

«отец Константин»
И ещё немного летних фотографий Корнилие-Палеостровского мужского монастыря:

«осень 2014. Катер «прп. Корнилий»

«осень 2014. Отец игумен и отец эконом»

«Осень 2014. Вид с Онеги»

«один из подозреваемых в поедании хлеба. Кот Рыжик»

Приложенные файлы

  • docx 18357116
    Размер файла: 7 MB Загрузок: 0

Добавить комментарий