_literatura._19_vek._1_tret._prohorova.

/ Экзамен: История русской литературы. 19-ый век (первая треть) Преподаватель: Прохорова Ирина Евгеньевна
319 ауд., 15 января (вторник), 11.00

Билеты.
1. 1) Лит. развитие начала 19 века: традиции и новые тенденции. Общая характеристика творчества поэтов-«радищевцев» А.Е. Измайлова, В.А. Озерова.
2) Лирика А.С. Пушкина 2-ой половины 1820-х годов (после ссылки в Михайловское)

2. 1) Элегический и гражданский романтизм в русской литературе 1-ой четверти 19 века.
2) Общая характеристика творчества Пушкина поры Болдинской осени 1830 г. Лирика этого времени: темы, образы, жанры.

3. 1) Своеобразие романтизма К.Н. Батюшкова. В.Г. Белинский о его поэзии.
2) Социальная и нравственная проблематика в романе Пушкина «Дубровский».

4. 1) Идейное и художественное своеобразие баллад В.А. Жуковского.
2) Тема Петра I в творчестве Пушкина. Незаконченный роман «Арап Петра Великого».

5. 1) Полемика вокруг книги А.С. Шишкова «Рассуждение о старом и новом слоге российского языка». «Архаисты» и «новаторы» в лит. процессе начала 19 века.
2) Лирика Пушкина периода Южной ссылки.

6. 1) Лирика Жуковского. Белинский о творчестве первого русского поэта-романтика.
2) Повесть Пушкина «Пиковая дама».

7. 1) Поэт-декабрист К.Ф. Рылеев: лирика, агитационные песни.
2) Поэма Пушкина «Руслан и Людмила».

8. 1) Тема войны 1812 года в литературе 1-ой четверти 19 века.
2) «Цыганы» Пушкина и традиции романтической поэмы.

9. 1) И.А. Крылов – баснописец. Его место в ряду писателей сатириков 1-ой четверти 19 века.
2) Статьи Пушкина о драматургии: «Наброски предисловия к «Борису Годунову», «О народной драме».

10. 1) Творчество Д.В. Давыдова.
2) Философские мотивы в лирике Пушкина.

11. 1) «Беседа любителей русского слова» и «Арзамас» в литературной борьбе 1810-х гг.
2) Поэма Пушкина «Медный всадник».

12. 1) Поэма К.Ф. Рылеева «Войнаровский».
2) Лирика Пушкина 1831-36 гг.

13. 1) Лирика П.А. Вяземского.
2) Тема поэта и искусство поэзии в романе в стихах Пушкина «Евгений Онегин».

14. 1) Деятельность «Вольного общества любителей российской словесности», «Зеленой лампы».
2)Тема поэта и искусства поэзии в лирике Пушкина.

15. 1) Статья Жуковского «О баснях и баснях г.Крылова».
2) Ранняя лирика Пушкина (лицейский и петербургский периоды).

16. 1) К.Ф. Рылеев и А.А. Бестужев – издатели и критики. Концепция романтизма в статье Рылеева «Несколько мыслей».
2) Лирика Пушкина периода ссылки в Михайловское.

17. 1) А.А. Дельвиг – поэт и издатель.
2) «Маленькие трагедии» Пушкина.

18. 1) Деятельность «Любомудров». Творчество Д.В. Веневитинова.
2) Место «Евгения Онегина» в творчестве Пушкина.

19. 1) Поэзия Е.А. Боратынского.
2) Место трагедии «Борис Годунов» в творчестве Пушкина.

20. 1) Лирика Н.М. Языкова.
2) Пушкин-полемист: «Опровержение на критики».

21. 1) Черты классицизма, романтизма и реализма в комедии А.С. Грибоедова «Горе от ума».
2) Политическая лирика Пушкина 1826-36 гг.

22. 1) «Горе от ума» в оценке И.А. Гончарова («Мильон терзаний»).
2) «Кавказский пленник» Пушкина как романтическая поэма. Белинский о поэме.

23. 1) Статья Вяземского «Вместо предисловия к «Бахчисарайскому фонтану».
2) «Повести Белкина» Пушкина.

24. 1) «Думы» Рылеева.
2) Тема Наполеона в творчестве Пушкина.

25. 1) Становление реалистического направления в русской литературе середины 1820-х гг.
2) Политическая лирика Пушкина до 14 декабря 1825 г.

26. 1) Первые лит. общества: «Вольное общество любителей словесности, наук и художеств»; «Дружеское литературное общество»
2) Социальная и нравственная проблематика в романе Пушкина «Капитанская дочка».

27. 1)
2) Поэма Пушкина «Полтава».

28. 1) Статья Белинского «Иван Андреевич Крылов».
2) Онегин и Чацкий как «герои времени» (20-х годов 19 века).

29. 1) Пушкинский круг писателей: принципы объединения. Полемика о «лит. аристократии»
2) Тема народа и власти в трагедии Пушкина «Борис Годунов».

30. 1) Творчество Ф.Н. Глинки.
2) «Бахчисарайский фонтан» Пушкина как романтическая поэма. Белинский о поэме.


Вопросы.
Что такое Бессарабия и где сейчас находится?
Ответ: Бессарабия - Молдавия. Подробнее - в ПедиВикии.

Почему Измайлова называли "русским Теньером"?
Ответ: "Теньером русской словесности" называли современные авторы Измайлова за простоту его слога и внимание в баснях к "людям пятнадцатого класса", за бытовой "фламандский" колорит его произведений (Теньер, или Тенирс (современное чтение), был фламандским художником, чьи картины, изображающие простой быт с точностью и яркостью, тогда весьма ценились).
Словарь Литературных Терминов: "...у Измайлова (17791831), большая часть басен которого самостоятельна. Современники Измайлова и ближайшее к нему поколение очень ценили его басни за их естественность и простоту, давая автору имя «русского Теньера» и «дружки Крылова»".
Внимание: Теньер (правильнее - Тенирс) - не писатель, а фламандский художник 17-го века, друг Рубенса, отличившийся картинами бытового жанра, где он сумел проявиться как настоящий мастер. Картины Тенирса находятся в Эрмитаже, потому, видимо, литераторы 19-го века были знакомы с его трудами и могли соотносить "простоту и естественность" слога Измайлова с кистью Тенирса.

Что за река Лета в стихотворении Батюшкова "Видения на берегах Леты"?
Ответ: река в царстве мёртвых (Аиде) у древних греков; приносила забвение испившим её воды.

Что такое сибаритство? (это в связи с Рылеевым)
Ответ: (книжн., презрит.) Склонность к ведению сибаритского образа жизни, т.е. стремление к чувственным наслаждениям, роскоши, обильной изысканной пище и дорогим напиткам.
Привязка к Рылееву - Маша Б: "Выдержка из лекции про Рылеева и сибаритство:
1820 г. - Рылеев входит в лит. жизнь с лит. посланием "К временщику". Это сатира на Аракчеева, но было и обобщение. Обличение власти людей, умеющих выслужиться. "Гражданин": Не стоит быть сибаритом. <...> Герой деятельный, активный, стремящийся к героическому поведению."

Почему в статье Вяземского (вступлении к Бахчисарайскому фонтану") называются особые районы Петербурга, какое это имеет значение?
Ответ: Выборгская сторона и Васильевский остров упоминаются в статье Вяземского в связи с его полемикой с журналом "Благонамеренный". В этом журнале были злобные нападки на самого Вяземского. Вот что он пишет в письме к Сомову: "Какой-то тут Цертелев или Сомов лается на меня в "Благонамеренном" под именем жителя Васильевского острова или Выборгской стороны". В статье он высмеял его заявления, о чем смотрите соответствующий билет.

В каком фильме, которому скоро исполняется 30 лет, прозвучали стихи Вяземского?
Фильм: "О бедном гусаре замолвите слово", 1980. Режиссер Эльдар Рязанов.
Песня: "В сердце томная забота", автор Вяземский (стихотворение "Хандра"), композитор А. Петров.

Что такое ветрило в стихотворении Пушкина "Погасло дневное светило..."?
Ответ: парус.


1. Вика 1) Лит. развитие начала 19 века: традиции и новые тенденции. Общая характеристика творчества поэтов-«радищевцев» А.Е. Измайлова, В.А. Озерова.
По Измайлову найти материал не удалось.
Всякие народные крестьянские волнения портят кровь правительству Павла 1. Придворные тоже не отстают и с 11 на 12 марта 1801г. устраивают дворцовый переворот. Новый царь Александр 1 видя такое положение вещей поначалу идет на кой-какие уступки либерально настроенному обществу – разрешает частные типографии, ввоз книг из-за границы, вводит новый цензурный устав, ограничивающий административное вмешательство в дела печати, открывает кучу университетов и гимназий и т.п. следующий пункт нашей программы – война 1812 года, которая как война народная и священная пробудила народное самосознание и обнаружила огромные силы нации. Как ярость благородная вскипела волной, как рус. народ освободил от козлов французских всю Европу, так прямо и прочувствовал необходимость нац. освобождения. Отсюда все гражданские и рев. темы в литературе. Большие разговоры про отмену крепостного права, бочки на самодержавие и обществ. устройство страны.
Самые хитовые жанры лит-ры: издыхающий классицизм, сентиментализм, романтизм, реализм.
Вольное общество любителей словесности, наук и художеств. В начале 19 века меняется тип литератора. 18 столетие знало литератора-философа, социолога, моралиста, для которого литература оставалась все же главным занятием (Фонвизин, Муравьев). Оживление социологической и филологической мысли в начале александровского царствования приводит к появлению типа ученого, социолога, занимающегося литературной деятельностью. Образовавшееся в 1801 году «Вольное общество любителей словесности, наук и художеств» объединило литераторов именно этого рода (сначала под названием Дружеского общества любителей изящного). Передовые члены – Дмитриев, Востоков, Остолопов, Иванов, Тербенев, Пнин, Попугаев, Радищев и еще куча всяких членов. Попугаев: «Предметом упражнений своих избрало общ-во словесность, науки и художества с целью взаимно себя усовершенствовать в сих отраслях способностей человеческих». Поэтические и беллетристические опыты Пнина и Попугаева – наиболее видных деятелей общества, - как правило, неоригинальны и прямо зависят от господствующих сентиментальных и преромантических веяний; самые же значительные их труды - «Вопль невинности, отвергаемой законами» (1801), «Опыт о просвещении относительно к России» (1804) Пнина, «Негр» (1804) и «О благоденствии нар. обществ» (1807) Попугаева – являются, по существу, учеными или публицистическими сочинениями, поднимающими проблемы социального статуса «незаконных» детей, просвещения, крепостного права. В пнинском «Опыте о просвещении» фишка шла про причину обществ. зла – невежество и светлое будущее просвещения. Последнее Пнин понимал «в том, когда каждый член общ-ва совершенно знает и исполняет свои должности». Далее Пнин гонит на деспотизм – типа власть должна не повелевать, а управлять, т.е. соблюдать правосудие, соблюдать законы и охранять просвещение, и все такое. Книгу, кстати, запретили. У Попугаева в «Благоденствии анр. обществ» тоже наезды на крепостное рабство и соц. неравенство Даже самый крупный поэт Вольного общества – А.Х. Востоков – входит в русскую культуру более всего своими филологическими работами.
Тенденция к сокращению философии, социологии и литературы воздействовала и на шкалу эстетических ценностей, проблематику, жанровую систему, на саму поэтику. Вольное общество ориентировалось на умеренное, или левое, крыло французского просветительства – Монтескье, Мобли, Рейналя - и их социально-философские идеи, созвучные настроениям передового дворянства России, клало в основание литературного творчества. Все это предопределяло выбор тем и их освещения: антикрепостническая направленность, антитиранические мотивы; деизм просветительского толка окрашивал и целую серию философских од. Художественная проблематика произведений общества найдет свое продолжение в социальном дидактизме гражданской литературы 20-х годов. В стихах членов общества можно увидеть прямое предвестие тем и даже языка поэтов-декабристов – культ «поэта-гражданина», систему «слов-сигналов». Это была поэзия мысли, но мысли просветительской и преимущественно ориентированной в область социальной философии и политики.
Просветительские идеи выражались в периодических изданиях, издаваемых обществом и связанных с ним – альманах «Свиток муз» (1802 - 1803), жур. «Периодическое издание общ-ва любителей»(1804 – вышел только один номер), жур. «Северный вестник» (1804 - 1805), «Журнал рос. словесности» (1805), «Санкт-Петербургский вестник» (1812) и др. В журналах рядились все на те же темы крепостного права, гос. устройства и просвещения.
Общ-во просуществовало до 1807 года, после внутренних разборок руководство перешло к умеренным по взглядам членам, и оно зачахло, утратив прежнее значение.
Владислав Александрович Озеров (1769 - 1816).
Сентиментализм был одним из основных жанров рус. лит. начала 19 века. Его фишки – интерес автора к личности, характеру человека, его внутр. миру, стремление показать обыденную жизнь, обогащение худ. средств раскрытия внутр. мира людей, выражение авт. индивидуальности, разработка нового худ. языка, новых средств и приемов словесного выражения. Герои – простые люди. Проникает сент. и в драматургию, на сцене появляется туча сент. драм, где авторы сочувствуют страданиям простых людей, и соц. конфликты разрешаются победой великодушия и чувствительности, сближающих героев разл. соц. положений.
Центральным жанром классицизма была трагедия. Вершинной точкой ее развития было творчество Княжнина, затем начался упадок этого жанра. Но спас ее просочившийся и туда сент. Именно на фоне этого упадка трагедии Озерова явились как мгновенная и очень яркая вспышка; головокружительный успех «Эдипа в Афинах» (1804), «Фингала» (1805), «Димитрия Донского» (1806) и последующая неудача «Поликсены» (1808) были потрясением и для самого драматурга, во многом определив и его личную судьбу – душевную болезнь – и последующую «легенду об Озерове» как жертве зависти и интриг. Озеров начинал как ученик Княжнина, но успехам свои он был обязан как раз отклонениям от драматургической системы своего учителя: он ослабил действие, сделав трагедию статичной, и перенес центр тяжести на монолог, причем не трагический, а лирико-элегический.
Творчество Озерова знаменовало конец, или точнее перерождение классической трагедии.
По Белинскому: несмотря на дарование, ярко-замечательное, он был результатом направления данного русской литературе Карамзиным. В трагедиях Озерова преобладающий элемент – сентиментальность. По форме же они – сколок с французской трагедии.
«Эдип в Афинах». Сюжет Софокла переломляется через сентиментальную переделку франц. драматурга Дюси. Царь Эдип у О. – чувствительный отец, невинно страждущий и гонимый, готовый плакать и прощать. Но сильная и священная власть добродетели в самой себе несет утешение, так что гнев богов обрушивается на гонителя невинных Креона.
«Фингал». Сюжет спионерил у Оссиана, но при этом заставил своих героев подробно в духе сент. излагать свои чувства, суровую дикость героических характеров Оз. знаменит обильными розовыми соплями сентиментализма – чувствительностью и меланхолией, оттесняя на задний план героику битв. У Оссиана Оззи приколола суровая обстановка и мрачный северный колорит.
«Димитрий Донской». Основное внимание уделено личным разборкам Димы Донского и князя Тверского, кот. не могут поделить новгородскую княжну Ксению, и в принципе драка с татарами на Куликовом поле – из-за нее, родимой. Шоб жизнь медом не казалась, Оззи притаскивает девку накануне боя в стан русских воинов, что на хрен расстраивает всю их предбоевую подготовку и грозит полным абзацем всему войску, кабы не самоотверженность героев, сумевших сжать потенцию в кулак и подумать о гражданском долге. После победы над татарами впечатленный достоинствами Димы князь Тверской отказывается от бабы в пользу героя. Мудик. Исторической верности здесь нет ни в подробностях, ни в характерах, за что Оззи раскритиковали все подряд от Вяземского до Пушкина. Но публике понравилось, особенно во время наполеононенавистничества.
Главное завоевание драматургии Озерова – ее глубокий психологический анализ. Но он так и не решился окончательно порвать с трад. формой классич. трагедии, с условностями в изображении характеров и александрийским стихом, а в изображении характеров не освободился от условности и односторонности сентиментализма. Это выдвигало перед русскими драматургами новые задачи, не решенные драматургией Озерова.

Совсем немного и кратко про Измайлова:
Измайлов (Александр Ефимович, 1779 - 1831).
"Бедная Лиза" Карамзина вызвала большое количество подражаний. Сложился своеобразный жанр сентиментальной повести, например, "Бедная Маша" (1801) А.Е.Измайлова (где встречаются понимание и развитие лучших тенденций прозы Карамзина). Герои и окружающие их лица нарисованы довольно жизненно. Любопытен образ свахи, отличающейся большой бытовой верностью. Метко схвачены в повести некоторые черты быта. Однако реалистические тенденции не нашли развития в повести, и она заканчивается сентиментально-мелодраматическим описанием смерти героев.
В 1799 он написал роман «Евгений, или Пагубные следствия дурного воспитания и сообщества» (учтите, это был отрицательный персонаж, и звали его Евгением Негодяевым – можно приплести насчёт того, что у Пушкина неслучаен подбор имён героев в «ЕО» – народная и незабитая «Татьяна» и обычно изображающийся отрицательным «Евгений»), где он описал похождения отъявленного морального урода. Но при этом он очень чётко описывал некоторые бытовые моменты, за что его уважали реалисты. Потом стал писать басни, не такие и хорошие, но про быдло и низшее сословие, с омерзительными и отвратительными подробностями. Кроме заимствованных и общих баснописцам всех народов, у Измайлова есть ряд оригинальных басен с чисто русским юмором и на специально русские темы. В них и сказалась особенность его дарования - какая-то добродушная грубость, наклонность к реализму, что и заставило современников называть его "писателем не для дам", а критиков, искавших двойников русским писателям в западной литературе и западном искусстве, - российским Теньером 2-м (1-й Теньер - Нарежный ).
Позже стал издавать журнал "для дам", где публиковал всякий бред, задерживал выпуски, пропускал номера и вообще был отъявленным подонком и бездельником. А ещё после задержки номера оправдывался внутри в тексте от редактора в следующем ключе: "ну я же, типа, тоже человек, я вот запраздновался, с женой-детьми загулял, так что потому и выпускаю номер так поздно". Ну не скотина? Вспомните, как журналисты мечутся, чтобы успеть в дедлайн. Вот так.
2) Лирика А.С. Пушкина 2-ой половины 1820-х годов (после ссылки в Михайловское)
1824-1826 – ссылка в Михайловское
Творчество второй половины 1820-х гг. – сентября 1826 – начало сентября 1830
Хронологические рамки этого периода определены 2 событиями в жизни П. 1 - разговор с Николаем I в Москве 8 сентября 1826 года изменил его судьбу. П. был возвращен из ссылки, ему разрешили жить в Москве, в 1827 году и в Петербурге. 2 – приезд в Болдино для устройства имущественных дел накануне женитьбы на Н.Н. Гончаровой. Между этими событиями 4 года.
Размышления о современности, о перспективах нового царствования привели поэта к тема Петра I («Стансы», неоконченный исторический роман «Арап Петра Великого», поэма «Полтава». В «Стансах» (1826) П. призвал Николая I быть во всем похожим на “пращура». Новый царь поразил поэта прямотой и готовностью к реформам.
В 27-28 гг. П. испытал на себе коварство царя: у него требовали показаний по делам о распространившемся в списках отрывке из элегии «Андрей Шенье» 1825, озаглавленном «14 декабря», и об авторстве поэмы «Гавриилиада», написанной еще на юге. Политика «ласкового кнута»: царь великодушно миловал П. за литературные «грехи» молодости и обещал свое расположение, а через шефа жандармов А.Х. Бенкендорфа выражал неудовольствие поступками П., мелочно придираясь и требуя от него безусловной лояльности.
«Полтава» 28г. – единств. историческая поэма П. В ней представлена «героическая» концепция личности Петра I и Петровской эпохи. Подробнее о поэме в 27 билете, второй вопрос.
Вторая половина 20-х – время создания многих лирических шедевров – высокий уровень творческого самосознания Пушкина. Размышления о поэте получили законченный, концептуальный характер в программных стихотворениях “Поэт” (1827), “Поэт и толпа” (1828) и “Поэту” (1830). Усилился интерес Пушкина к философской проблематике: написаны стихотворения “Воспоминание” (“Когда для смертного умолкнет шумный день...”), “Дар напрасный, дар случайный...”, “Предчувствие”, “Утопленник”, “Анчар” (все 1828 г.), «Дорожные жалобы», «Жил на свете рыцарь бедный», «Брожу ли я вдоль улиц шумных...» (все - 1829 г.). Эти произведения отразили жизненный опыт поэта, круг философских вопросов, которые не переставали волновать его и в 1830-е гг.
Лирика второй половины 1820-х гг. свободна от жанровых и стилевых ограничений. Лирическому слову “возвращен был его предметный смысл, и тем самым поэту дано невиданно острое орудие для выражения насущной, современной мысли” (Л.Я.Гинзбург).
Осуществлению многих творческих замыслов Пушкина мешала суетная петербургская и московская жизнь. Поэт разрывался между светскими обязанностями и литературными делами, поездками и любовными увлечениями. С трудом продвигалась работа над заключительными главами “Евгения Онегина”.
В жизни Пушкина в конце 1820-х гг. появился новый мотив: поиск дома, семьи, общества близких людей. В 1828 г. П. сделал предложение А.А. Олениной и получил отказ. В декабре этого же года на балу у московского танцмейстера Иогеля он встретил Н.Н. Гончарову и 1 мая 1829 г. сделал ей предложение, однако родители красавицы дали неопределенный ответ.
В мае сентябре 1829 г., не получив разрешения царя, Пушкин совершил самое большое путешествие после южной ссылки на Кавказ (Орел, Кубань, Кабарда, Ингушетия, Армения). Его итогом стали дорожные записи, изданные в 1836 г. под названием “Путешествие в Арзрум”. В апреле 1830 г. Пушкин сделал повторное предложение Н.Н.Гончаровой. На этот раз оно было принято.

А дальше можно только разобрать стихи, которые он в эту пору написал.
Это в билете 14 (2)
Например:
Стихотворение “Поэт” квинтэссенция пушкинских размышлений о сущности поэта. Поэт предстает в стихотворении сложным существом, отмеченным Богом, наделенным частью его творящей силы, но в то же время обычным, земным человеком. Перемены начинаются в нем лишь тогда, когда Бог посылает ему вдохновение. Поэт преображается это уже не один из многих людей, втянутых в повседневную суету, а человек необыкновенный: его слух становится чутким, он способен услышать “божественный глагол”. Прежнюю жизнь он оценивает как “забавы мира”, людская молва его угнетает он готовится произнести новые слова о мире. Это уже не молва, а слова поэта, в котором нет ничего обыденного, пошлого. Просыпается душа поэта:
Душа поэта встрепенется,/Как пробудившийся орел.
Он становится гордым, “диким и суровым”, то есть погружается в себя, в свои творческие думы. Поэт не может творить, находясь среди обычных людей, в мирской суете. Вдохновение требует одиночества, свободы от повседневности. И т.д.

2. Серёжа 1) Элегический и гражданский романтизм в русской литературе 1-ой четверти 19 века.
В творчестве Жуковского и Батюшкова возникло новое литературное направление, принесшее окончательную гибель классицизму, - романтизм. Вокруг Жуковского и Батюшкова образовалась группа литераторов, которые подхватили, углубили и расширили полемику карамзинистов и сентименталистов вообще против «классиков». Они боролись не только во имя «нового слога», но и во имя новой литературы в целом. Выйдя за рамки сентиментализма, они стали романтиками.
Автор учебника приводит долгий спор о том, какими всё-таки терминами характеризовать две если не полностью противоположные, то по крайней мере различные тенденции в русском романтизме, существование которых признается всеми. Вместо терминов, какими пользуемся мы – элегический и гражданский, предлагалось огромное множество других наименований – регрессивный и прогрессивный, пассивный и активный, реакционный и революционный, индивидуалистический и социальный соответственно и т.д. Понятно, что некоторые термины (реакционный и революционный, например) применялись только в советское время с точки зрения маразматических и абсолютно бредовых теорий Маркса и Ленина. Другие термины недостаточно точны и объективны. Поэтому элегический (мечтательный, мистический) и гражданский (бунтарский, боевой, героический) самое то.
Главным представителем элегического романтизма является, конечно, Василий Андреевич Жуковский. Начал свое литературное творчество с элегий в сентиментальном духе и приобрел известность вольным переводом элегии Грея «Сельское кладбище» (1802), но, развив романтические тенденции, зародившиеся еще в эпоху сентиментализма, Жуковский скоро стал романтиком и вышел за пределы сентиментальной «чувствительности».
В творчестве Жуковского черты романтизма отчетливо обнаруживаются во второй половине первого десятилетия. В 1808 году в «Вестнике Европы» печатается баллада Жуковского «Людмила», представляющая собой вольный перевод баллады «Ленора» Бюргера, поэта немецкого предромантизма. Основанное на народных преданиях с их фантастикой и суровым колоритом, произведение Жуковского прозвучало новым словом в русской литературе.
Наряду с Жуковским в русской литературе выдвинулся и другой богато одаренный поэт нового направления – Константин Николаевич Батюшков. В 1805-1806 гг. в «Северном вестнике» и других журналах печатается ряд его стихотворений, в которых можно почувствовать критическое отношение автора к прежним литературным течениям («Послание к стихам моим»), расслышать мотивы новой романтической поэзии «Элегия», «Мечта», «Послание Н.И. Гнедичу») и подметить ту идейно-художественную тенденцию, которая найдет дальнейшее развитие в творчестве молодого поэта («Совет друзьям»).
Будучи ранним этапом в развитии русского романтизма, поэзия Жуковского, Батюшкова и их последователей отразила ранний этап социально-исторического перелома, наметившегося в России. В этом течение нет ещё решительного разрыва со старым, уходящим, а новое кажется непонятным, тревожным, опасным.
Элегический романтизм нес идею свободы, идею личности, свободной от оков. Но понятие свободы здесь далеко не равнозначно понятию политической свободы, воодушевлявшей романтиков гражданского романтизма. Для элегического романтизма характерно понимание свободы как категории психологической, моральной, а не социальной, политической. Личность рассматривалась абстрактно-психологически, вне зависимости от национальных, исторических и социальных условий.
Разлад с окружающим внешним миром заставляет лишь погружаться в свой внутренний мир, в переживания личности. Этим определялась свойственная романтизму субъективность как яркое проявление личности, ее дум и чувств в восприятии и изображении действительности. Но, в отличие от сентименталиста, остававшегося в пределах своей субъективности, романтик стремится противопоставить неприемлемой действительности иной, «лучший мир», созданный его мечтой.
Романтизм как новое литературное направление, глубоко затронувшее все области словесного искусства, создает не только новый идейно-образный мир, но и новый художественный метод, новые принципы и средства художественного отражения действительности. Противопоставляя свой «мечтательный мир» реальной действительности, поэт-романтик стремится воплотить этот мир в образах. Поэтому романтический образ, отражая те или иные элементы действительности, а это свойственно природе художественного образа, становится в то же время воплощением элементов, «явлений» романтического мира, созданного воображением поэта, воплощением его мечты, его идеалов. С таким соотношением реального и идеального, внешнего и внутреннего связана субъективность, свойственная художественному методу романтизма. Не объект, а субъект, не действительность, а личность художника становятся в романтизме основным принципом построения образа. Этим определяется роль лирического начала в творчестве романтиков, глубоко проникающего у них в эпические (баллада, поэма) и драматические жанры.
В элегическом романтизме складывается новый стиль, новая схема художественного языка. Романтики предпочитали эмоциональные эпитеты предметным, охотно пользовались экспрессивными интонационно-синтаксическими средствами (например, система повторений вопросительно-восклицательных предложений у Жуковского) и т.д.

Выход одного за другим двух изданий сборника стихотворений Жуковского (1815 и 1818) был значительным литературным событием. Вместе с вышедшими в 1817 «опытами в стихах и прозе» Батюшкова это явилось своего рода вехой в истории русской поэзии, но вехой, обозначавшей конец определенного периода. Элегический романтизм сыграл свою роль, и новая историческая обстановка потребовала расширения границ поэзии.
Окончательно оформились новые тенденции, существенно отличные от романтизма Жуковского и Батюшкова. Зародилось новое течение, которое МЫ называем гражданским романтизмом. Полного развития оно достигло в творчестве Пушкина и литераторов-декабристов.
Связь между двумя течениями очевидна, и в то же время между ними пролегает глубокий водораздел, который постепенно становится все заметнее. Новое романтическое течение складывалось на новой идейной основе и выражало иные, чем ранний романтизм, общественные интересы. Революционный романтизм явился выражением дворянской революционности как мощного и широкого идейного и общественно-политического движения. (Это, наверно, цитата из собрания сочинений Ленина ()
Одним из первых, кто отразил новые общественные настроения и литературные интересы был Федор Николаевич Глинка, член ранних декабристских организаций, позднее вышедший из тайного общества (Союз Благоденствия) и ставший во главе негласно связанного с декабристами Вольного общества любителей российской словесности. В «Рассуждении о необходимости иметь историю Отечественной войны 1812 года» Глинка, восхищаясь самоотверженностью и мужеством простого народа, спасшего отечество, призывает писателей прославить подвиги народных героев. Этой задаче будет отвечать слог, исполненный «важности, силы и ясности». Но он должен быть понятен «не для одних ученых, не для одних военных, но для людей всякого состояния, ибо все состояния участвовали в славе войны и в свободе Отечества.»
Новыми литературными интересами была вызвана организация многочисленных литературных обществ. В соответствии с уставом Союза Благоденствия, рекомендовавшим членам организации создавать вольные общества для распространения легальными средствами освободительных идей, было организовано литературное общество «Зеленая лампа» (Трубецкой, Глинка, Гнедич, Дельвиг, Энгельгардт и др.; частым гостем там был и Пушкин). Можно сказать, что, организуя литературные общества, декабристы распространяли передовые идеи в широких общественных кругах и оказывали свое влияние на литературную борьбу.
Гражданская эстетика романтизма формировалась в борьбе с «регрессивными» и «реакционными» течениями. Основной удар был направлен против эпигонского классицизма. Но, выступая в качестве представителей реакционных архаистов, дворянские революционеры отмежевывались и от тех романтиков, которые стали выразителями консервативных тенденций. Они вели последовательную борьбу против элегического, пассивного романтизма. Ведь в понимании декабристов литература должна стать действенным средством пропаганды передовых общественных идей, высоких гражданских идеалов. А этого, как мы помним, элегическим романтикам явно не доставало.
Важное место занимала идея народности литературы.
Что же касается художественного метода революционного романтизма, то социальный идеал, утверждаемый декабристами, оказывался в разрыве с окружающей действительностью, переход от неприемлемого сегодня к желанному завтра мыслился довольно неопределенно. (Понятное дело, что неопределенно! Это только Ленин с ВЧК и Дзержинским весьма определенно его представлял. Но – на то он и гений!) На этой идейной основе в творчестве декабристов возникало характерное для романтизма противопоставление, расхождение идеала и действительности. Мечты и реальности.
Отрицание существующего общественного порядка вызвало появление обличительно-критических тенденций в творчестве декабристов, особенно в лирике.
Историческое значение декабризма как широкого общественного движения помогает понять историческую роль и порожденного им гражданского романтизма. Это был важный этап в развитии русской эстетической мысли и литературы. Романтики выдвинули идею народности литературы как условия ее национальной самостоятельности и оригинальности; раскрыли общественно-воспитательное значение литературы, обязывающее поэтов и писателей служить своим искусством высоким гражданским принципам; обосновали необходимость новых жанровых и стилистических форм, отвечающих развитию жизни и новым историческим задачам.
2) Общая характеристика творчества Пушкина поры Болдинской осени 1830 г. Лирика этого времени: темы, образы, жанры.
В родовое имение отца, село Болдино Нижегородской губернии, Пушкин поехал всего на несколько дней для устройства имущественных дел с связи с предстоящей женитьбой на Н.Н. Гончаровой. Однако из-за начавшейся эпидемии холеры поэту пришлось пробыть там около трех месяцев. Как и в 1824-1825 в Михайловском, Пушкин снова оказался в русской деревне, вдали от столичной жизни. Многие замыслы и планы, теснившиеся в его сознании разом вырвались наружу; произошел могучий творческий взрыв, в результате которого трехмесячное болдинское «сидение» составило ярчайшую и самую насыщенную страницу пушкинской литературной биографии.
Соединение тишины и досуга, необходимых для раздумий, и тревожного и веселого напряжения, рождаемого чувством приближения грозных событий, выплеснулось неслыханным даже для Пушкина, даже для его «осенних досугов», когда ему бывало «любо писать», творческим подъемом. В сентябре были написаны «Гробовщик» и «Барышня-крестьянка», завершен «Евгений Онегин», написана «Сказка о попе и работнике его Балде» и ряд стихотворений. В октябре «Метель», «Выстрел», «Станционный смотритель», «Домик в Коломне», две «маленькие трагедии» «Скупой рыцарь» и «Моцарт и Сальери», писалась и была сожжена десятая глава «Евгения Онегина», создано много стихотворений, среди них такие, как «Моя родословная», «Румяный критик мой...», «Заклинание», ряд литературно-критических набросков. В ноябре «Каменный гость» и «Пир во время чумы», «История села Горюхина», критические статьи. В Болдинскую осень пушкинский талант достиг полного расцвета.
Однако как ни удивительно количество созданного Пушкиным в Болдине, еще более замечательным является необыкновенное многообразие болдинского творчества. Пушкин не только пишет в это время и в стихах, и в прозе, но и словно бы пробует всевозможные жанры словесного творчества – от тончайшей любовной лирики до социального памфлета («Моя родословная»), резкой полемической статьи, от психологической драмы исключительной глубины и проникновения до шутливой стихотворной повести, веселой пародии, нарочито упрощенной реалистической новеллы.
Но самым поразительным является даже не столько многообразие болдинского творчества, сколько наличие в нем совершенно различных элементов содержания и стиля, зачастую не только полярных друг другу, но, казалось бы, друг друга исключающих. Между тем эти элементы как-то уживались в творческом сознании Пушкина.
Пушкин приехал в Болдино в подавленном настроении. Не случайно первыми стихотворениями этой осени были одно из самых тревожных и напряженных стихотворений Пушкина «Бесы» и отдающая глубокой усталостью, в которой даже надежда на будущее счастье окрашена в меланхолические тона, «Элегия» («Безумных лет угасшее веселье...»).
Известия о холере в Москве вызвали энергичные меры правительства. Николай I, проявив решительность и личное мужество, прискакал в охваченный эпидемией город. Для Пушкина этот жест получил символическое значение: он увидел в нем соединение смелости и человеколюбия, залог готовности правительства не прятаться от событий, не цепляться за политические предрассудки, а смело пойти навстречу требованиям момента. Он ждал реформ и надеялся на прощение декабристов. Вяземскому он писал: «Каков государь? молодец! того и гляди, что наших каторжников простит дай Бог ему здоровье» (XIV, 122). В конце октября Пушкин написал стихотворение «Герой», которое тайно ото всех переслал Погодину в Москву с просьбой напечатать «где хотите, хоть в Ведомостях но прошу вас и требую именем нашей дружбы не объявлять никому моего имени. Если московская цензура не пропустит ее, то перешлите Дельвигу, но также без моего имени и не моей рукой переписанную...» (XIV, 121122). Стихотворение сюжетно посвящено Наполеону: величайшим деянием его поэт считает не военные победы, а милосердие и смелость, которые он якобы проявил, посетив чумный госпиталь в Яффе. И тема и дата под стихотворением намекали на приезд Николая I в холерную Москву. Этим и была обусловлена конспиративность публикации: Пушкин боялся и тени подозрения в лести открыто высказывая свое несогласие с правительством, он предпочитал одобрение выражать анонимно, тщательно скрывая свое авторство. Однако стихотворение имело и более общий смысл: Пушкин выдвигал идею гуманности как мерила исторического прогресса. Не всякое движение истории ценно поэт принимает лишь такое, которое основано на человечности. «Герой, будь прежде человек», писал он в 1826 г. в черновиках «Евгения Онегина». Теперь эту мысль поэт высказал печатно и более резко: Оставь герою сердце! Что же Он будет без него? Тиран... (III, 253)
Наряду с овеянной любовной романтикой элегией «Для берегов отчизны дальней» поэт привозит из Болдина такую резко реалистическую зарисовку «низкой природы», как замечательный и долго смущавший критику своей слишком «грубой натуральностью» отрывок «Румяный критик мой», который новейшие исследователи справедливо рассматривают в качестве одного из прямых предварений поэзии Некрасова. Маленькие трагедии с их углубленным психологизмом, романтикой обстановки и фабулы, трагической обреченностью героев сочетается в болдинском творчестве с незатейливым повествованием «кроткого» и «смиренного» Ивана Петровича Белкина, с простыми картинами русской помещичьей жизни начала ХIХ века, с рассказом о горькой участи бедного станционного смотрителя, с пародически наивным и вместе с тем заключающим в себе большие социальные обобщения повествованием («История села Горюхиан»). В то же время в творческом пути Пушкина болдинская осень 1830 года представляет собой момент великого перелома. Пушкин не только подводит итоговую черту под ранее сделанным – заканчивает многое, прежде начатое, осуществляет издавна лелеемые замыслы, но и смело устремляется вперед по тому, еще неизведанному пути, который был подготовлен всем предшествовавшем ему литературным развитием и который следом за ним закономерно стал магистральным путем русской классической литературы.

3. Оксана 1) Своеобразие романтизма К.Н. Батюшкова. В.Г. Белинский о его поэзии.
Наряду с Жуковским в русской литературе выдвинулся еще один поэт нового направления (романтизма, конечно же) Батюшков. В 1805-1806 г.г. в «Северном вестнике» и других журналах печатается ряд его стихотворений, в которых можно было почувствовать критическое отношение автора к прежним литературным направлениям, расслышать мотивы новой романтической поэзии (Элегия). И подметить ту новую идейно-художественную тенденцию ,которая найдет развитие в его творчестве.
Творчество Б. иногда рассматривалась как отдельное направление в рус.лит. начала 19в. – неоклассицизм. (Озерова тоже туда приплетали). Основание для этого усматривали в глубоком интересе писателей этой группа к античной литературе и культуре, в свойственных им элементах «классического» стиля, в стремлении к совершенству формы, гармонии частей, пластичности, что особенно заметно в поэтике Б. По этим признакам Белинский готов назвать его классиком, потому что в отличие от Жуковского, его романтизму не свойственна туманность, неопределенность. Но вместе с тем Белинский отмечает, что Б. как поэт того времени «не мог в свою очередь не заплатить дани романтизму. И как хорош романтизм Б! В нем столько определенности и ясности!»
Вся литературная деятельность и худ. система Б. была направлена против классицизма.
Античность, как и Возрождение Б. воспринимал и отражал романтически, пытаясь понять дух и стиль эпох. Поэтому более правы исследователи, которые относят Б. к романтизму, хотя своеобразии его твор-ва очевидно.
С Жуковским Батюшков сближается в неприятии современной действительности, неудовлетворяющим этическим и эстетическим идеалам поэта, утверждение личности и ее внутреннего мира как высшей ценности (поэты сами чувствовали свое духовное родство, Ж. ему пишет «По музе мне родной», а Б. ему: « по чувству мне родной»).
Романтизм Ж. и Б. отвечал идейным настроениям той группы дворянства, которая под влиянием оживления общественно-политической жизни в первые десятилетия 19в. Стала во враждебные отношения к реакционному лагерю и оказалась восприимчивой к либеральным веяниям эпохи.
Центральными идеями романтизма были идея свободы личности, идея человека и его достоинства вне сословного ранга. Но ни слова о политической свободе, воодушевляющей романтиков-революционеров.
Основное желание Б. : «Сохранить души возвышенной свободу» - свободу от блеска, мишуры, богатства, суеты.
Недостаточность свободы ощущал сам поэт, и в одной из своих записных книжек он писал : «человек в пустыне свободен, человек в обществе раб».
Батюшков как романтик не приемлет мир суеты, богатства и в «Мои пенаты» горячо желает, чтобы к его хижине не нашли дороги лица, развращенные своим богатым положением. Но Б. выбирает уйти от действительности, а не бороться с ней.
2) Социальная и нравственная проблематика в романе Пушкина «Дубровский».
Краткий пересказ:
Кирила Петрович Троекуров, старинный русский богатый барин жил в своем поместье. 2 раза в неделю страдал обжорством, был избалован. В домашнем быту выказывал все пороки человека необразованного. Его противоположностью был Андрей Гаврилович Дубровский, отставной поручик гвардии, имел только 70 душ. Социальная разница не мешала их дружбе. Дубровский (Д) часто бывал у Троекурова (Т). А Троекуров даже подумывал отдать свою Машу за Троекуровского Володьку, если из него получится хорошей человек. Но старший Дубровский был против. Как же так можно сделать своего сына приказчиком избалованной бабенки?
Зависть посеяла ссору между двумя друзьями. У Троекурова было много борзых собак ,он всегда ими хвастался, а гости считали себя обязанными хвалить его собак, и только Д. от зависти морду скрючил. И дерзко заявил, что собаки у него (у Т) живут лучше людей. Тут холоп двинулся защищать барскую честь и задел самолюбие дворянина своими словам, что будто псари у Т. живут лучше чем некоторые дворяне.
Д. уехал. Т. Посылал за ним 2 раза, тот не вернулся. Холопы Т. Стали лазить в именье Д. и воровать. Д отхлестал их прутьями, которые они же свистнули, а также приватизировал рабочий скот захваченных с поличным крестьян Т. Т. Это не понравилось. Он попросил Шабашника во что бы то ни стоило забрать Кистеневку (имение Д) у Д.
Они встретились в суде. Согласно приговору суда имение, где проживает господин Д. принадлежит Т. Потому что однажды отец Т. Продал это имение отцу Д. Но так как у Д. после пожара сгорели многие документы, то нужной бумажки у него нет, этим и воспользовались мошенники. Д. был в шоке и даже озверел. Секретаря толкнул, а в заместителя вообще чернильницу кинул. Д. заболел. Егоровна написала письмо его сыну Владимиру Дубровскому (В.Д.),чтобы он приехал к отцу. В.Д. служил в пехоте, играл в карты, был расточителен. Письмо отца взволновало его, так как он последний раз видел его в 8 лет и 12 лет не был дома. По дороге в Кистеневку, он проезжал родные места, вспомнил Машу Троекурову (М.Т.) и места, где они играли вместе когда-то.
В это время Т. Мучает совесть, он переживает за Д. и решает ехать помириться. В окне Д. видит Т., который в его глазах злостный человек, источник его бед. Д. хочет указать сыну на него, но паралич охватывает его. А В.Д. тем временем велит слуге послать Т. Куда подальше. Т. в шоке. Его лицо мрачнее ночи.
Похоронили Д. Приехал Шабашкин с мужиками в мундирах в Кистеневку, крестьяне не хотят подчиняться Т., просят защиты у В.Д. Они чуть было не устроили бунт, но В.Д. их остановил, обещал спасти. Шабашкин просит им постелить сену в зале.
Ночью никому не спится кроме гостией, котрые дрыхнут. Крестьяне жалуются на гостей ,просят помощи у В.Д. В.Д. всех собирает на улице и велит Архипу закрыть гостей, да и поджечь. Архип скрепя сердце закрывает, поджигает.ВД. уезжает и назначает свидание с крестьянами в Кистеневской роще. Чужие сгорели. Архип спас кошку и ушел.
Позднее участились грабежи , которые обошли стороной Троекуровсике имения. Ходили слухи ,что это дела В.Д.
Дочь Т. – Маша. 17 лет. Хороша собою. Не доверяет полностью отцу. Читает франц. Литру 18 в., особенно романы.
Появляется в их доме Дефорж француз , учитель грамматики для Саши. Т. проделывает с ним трюк как со своими слугами. Закрывает в комнате с медведем, которые за кольцо и веревку привязан к стене. Медведь бегает по всей комнате, кроме угла. Однако Дефорж угол искать не стал, он выстрелил и убил зверя.
Маша влюбляется в него.
Церковный праздник. Гости у Т. Спицын Антон ПАфнутьевич приезжает, опаздывает, вспоминает В.Д., боится его мести. Затем Глобова рассказывает, как ее приказчик обобрал ее. Она его послала на почту отправить деньги и письмо Ванюше, он натолкнулся на В.Д., который остановил его и отправил с Богом. А приказчик насочинял, будто его ограбили. Плакала-рыдала Глобова. Но один генерал лет 35-ти разоблачил приказчика, у увез его на перевоспитание. Глобова от удачи офигела и даже подумала,что тот генерла и есть В.Д После этого рассказа барышни за столами оживились и Маша тоже.
Спицын боялся разбойников и попросился переночевать с Дефоржем, не вместе, а на разных кроватях, естественно. Дефорж был только рад. Ночью Дефорж разбудил Пафнутьича, приставил пистолет и сказал «Молчать.Я Дубровский.»
Как Дубровский стал франц. Преподом. Случай на станции. Дубровский на станции встретился с реальным французом-преподом ,который ехал к Т. В.Д предложил ему 10 тыс. ,тот согласился и отдал ему документы.
Пафнутьич, конечно, обалдел от такого поворота событий ,побледнел и уехал домой пораньше.
Маша вся в амуре ждет не дождется каждого занятия музыкой со своим учителем (отчего ему быть учителем музыки? Когда успел?). Он ей в записке назначает свидание у ручья в беседке. Она ожидает признание ,а получает в ответ «до свидания». Он рассказал ,что есть Д. Его любовь к ней потушила ненависть к ее отцу. Ему свистнули , и он заставил ее поклясться ,что она обратиться к нему за помощью ,когда ей будет трудно. Уехал.
В доме Т. ищут Д. , Т. не верит ,что француз есть Д. Маша рыдает.
Князю Верейскому из Арбатова 50-ти лет с 3 тыс. душ. Приглянулась Маша. ОН пригласил Т. и Машу к себе в гости: ели, пили, катались на лодке, смотрели из окна салет в честь их приезда, переночевали у него. Ни Маша ,ни папаша ничего не подозревали о похотливости старика. На след день папаша им сказал: «Поцелуйтесь, дети мои». Маша ничего не сказала и расплакалась и ушла.
Д. все знал назначил ей встречу ночью. Они свиделись. Маша просила взять себя в жены. Он покраснел. В ответ пожелал умолять папашу.
Маша пишет письмо Верейскому, умоляет отказаться его жениться на ней. ОН ускоряет свадьбу. Она хотела пойти к Д., но была закрыта на ключ.
Саша пришел на помощь, она дала ему кольцо и поросила положить в дупло. Саша так и сделал, но выбежал рыжий Митька и забрал кольцо из дупла. Парни подрались. Появился Кирилла Петрович , Саша проболтался сам того не желая, а Митьку вообще закрыли ,потом отпустили. Т. узнал,что этот мальчик был из бывшего имения Д.
Т. стал догадываться, что Маша не шутила ,когда обещала призвать на помощь Дубровского
Пришлось венчаться. В церковь Дубровский не успел, он и его разбойники в полумасках встертили молодоженов по пути в Арбатово. Д:«Вы свободны». Маша : «Я обвенчана» ( Но я другому отдана и буду век ему верна)). Муж выстрелил в Д. Разбойники скрылись с Д.
Солдаты как ни пытались взять Д., не получилось.
Позднее Д. оставил грабительский образ жизни и этого посоветовал своим разбойникам. Д. уехал за границу.

Маша П:
В статье «О прозе» (1832), вступая в полемику с Полевым, который заявил, что проза Карамзина устарела, Пушкин указал на проблемы современной прозы, а именно: речевую избыточность, излишнюю метафоричность. Проза требовала «мыслей и мыслей», она должна была быть серьезной, без этого блестящие выражения были бессмысленны. Отличая современную прозу от «важной простоты» архаистов и жеманного изящества слога карамзинистов, Пушкин ратовал за точность, краткость, «изящную простоту». Именно это отразилось в «Повестях Белкина» и романе «Дубровский» (1831-33).
В романе «Дубровский» основная тема – тема бунта, которая является центром повествования. Действие происходит в современности, конец 20-х начало 30-х годов. Пушкин обращается к серьезному исследованию дворянства и крестьянства, их взаимодействия. Его интересует тема морали, нравственности и тема хода истории, соотношения в ней случайности и закономерности
Социальная проблематика
Проблема самодурства и произвола помещиков
Насколько я помню, Кирилла Петрович Троекуров – богатый русский барин, который распоряжается своими крепостными так, как ему вздумается. У него бывают жестокие наказания и расправы, он избалован, все и все должны делать по его прихотям. Собаки у него живут лучше, чем люди. Он позволяет себе мерзкие выходки: регулярно напивается и обжирается, его любимая шутка – заманить человека в комнату, где в углу привязан медведь. При этом ему подчиняются не только крепостные, но и дворяне. Они заискивают перед ним, вынуждены разделять с ним все его утехи.
Даже родная дочь вынуждена во всем подчиняться Троекурову. Он, не спросив ее согласия, женит ее «на деньгах» - старом 50-летнем князе Верейском.
В гневе Троекуров страшен. Его деньги позволяют ему без труда обманывать закон, нарушать справедливость. Суд всегда на его стороне. Ему без проблем удается лишить Дубровского имения.
Проблема бунта
Пушкин затрагивает больную тему российской действительности – проблему самодурства и произвола. Решить ее можно или «сверху» - реформами, либо «снизу», путем народного восстания. Пушкинское отношение к этому вопросу неоднозначно, что особенно проявится в романе «Капитанская дочка». Однако можно предположить, что он считал путь бунта бессмысленным и тупиковым. Не случайно в романе шайка Дубровского, оставшись непойманной, перестает существовать сразу после того, как ее лидер потерял веру в идею. Дубровский уехал за границу.
С другой стороны, нельзя не заметить, что действия разбойников пользуются большим успехом. Они грабят только тех, кто нажил богатства нечестно, и у кого денег много. Этакие «Робин гуды» российской действительности.
Проблема социального неравенства
О крестьянах все и так понятно. О бедных дворянах – то же. Нас интересует мсье Делорж, которым притворялся Дубровский, проникнув в дом Троекуровых. Маша изначально не видит в нем ничего выдающегося: «Воспитанная в аристократических предрассудках, учитель был для нее род слуги или мастерового, а слуга иль мастеровой не казался ей мужчиною». Как мы видим, даже на героиню частично распространяются отцовские нравы.
Жизнь дворянских семей
Здесь можно подробно рассказать о быте Троекурова, настоящего русского барина: пиры, попойки, охота, собаки, трата огромного количества денег, гостеприимство и т.д.
Нравственная проблематика
Проблема чести и долга
Обостренное чувство чести и достоинства мы видим как у отца Дубровского, который не смог снести оскорбление Троекурова и его слуги, так и у сына его, который все делает, чтобы отомстить за обиду, нанесенную отцу. В то же время Троекуров – бесчестный человек. Он пошел на подлость, предав друга и лишив его имения. Он воспользовался отсутствием у того документа и лишил юного Дубровского наследства.
Закон и мораль
Закон на стороне денег. О морали и говорить не приходится.
Воспитания
Маленький эпизод в трактире, вводящий в роман настоящего учителя Делоржа, отлично характеризует воспитание и образование в России: «Надобно вам знать, что я готовился не в учителя, а в кондиторы, но мне сказали, что в вашей земле звание учительское не в пример выгоднее».
В то же время Дубровский, получавший образование в Петербурге, образованный и благородный молодой человек, человек чести и высокой нравственности. Но закон и судьба не на его стороне (

4. Марина
1) Идейное и художественное своеобразие баллад В.А. Жуковского.
Краткое содержание:
Людмила: девушка роптала на судьбу и Бога, типа, где мой милый? Умер или нашел другую.. зачем жить? Пробила полночь, заявился женишок и говорит «пойдем со мной», а она пыталась возражать, но он настоял ехать в ночь. Поехали, едут-едут, оказались на кладбище и ее любимый лег в гроб и, весь такой синий, манит ее: «Дом твой –гроб/Жених – мертвец». Людмила пала мертвой на прах, а усопшие потянулись из могул. Мораль: «Смертных ропот безрассуден; Царь всевышний правосуден/Твой услышал стон творец/Час твой бил, настал КОНЕЦ»
Светлана: девушки гадали, а Светлане как раз плохо было: милого не было рядом и уже год от него нет вестей. Поставила зеркало, два прибора и смотрит в отражение. Вдруг стук – милый приехал, говорит, едем в церковь. Поехали, а милый вдруг пропал, и девушка осталась одна в снегах. Видит избушку и пошла туда. Посреди комнаты – гроб. Девушка зажалась в углу, прилетает голубь. Тут саван срывается и мертвец встает из гроба. Голубок полетел его остановить, а Светлана видит – это ее милый. Проснулась. Уже утро, и тут действительно милый приехал. Хэппи энд.
Пробовал себя в балладе, романсе, сказке. Баллада – лироэпическое произведение, необычного, фантастического, драматически-героического характера. Этот вид как нельзя лучше соответствовал мрачным переживаниям и раздумьям Ж о жизни и о судьбах человека. Баллады Ж. подразделяются на русские (Людмила, Светлана, 12 спящих дев), античные (Ахилл, Кассандра, Торжество победителей) и средневековые (Баллада о старушке, Поликратов перстень, Рыцарь Роллон). Но ранние рус. баллады прошли незамеченными, т.к. в них еще не было романтизма, одушевившего баллады Ж,. В русских балладах Жук воскрешает старинный мотив исторических и лирических песен. Время в балладе – это вечность. В 1808 г. в «Вестнике Европы» была напечатана первая баллада Жук «Людмила» с подзаголовком «рус. баллада» и с примечаниями «подражание Бюргеровой Леноре». (Бюргер в ней использовал нем. нар. предания) Жук пытается создать рус. балладу – он изменяет имя героини, переносит действие на Русь, придает обстановке некот. истор. черты (рать славян, дружина, Литва и Нарва как места военных действий), иногда вводит народнопоэтические выражения типа «борзый конь», «ветер буйный». Но главное – перед русксим читателем предстал неведомый романтический мир. Затрагивается тема любви и смерти – героиня не верит в любовь и желает себе смерти в полной безнадежности:
    «Милый друг, ВСЕМУ КОНЕЦ,
    Что прошло – невозвратимо.
    небо к нам неумолимо»
    Мать Людмилы предостерегает чадо от греховного ропота на провидение – «смертных ропот безрассуден». Ром. смысл баллады не сводится к религ. – моральной идее. Люда пожелала смерти и получила ее. Но неверие в загробную встречу с любимым привело ее к тому, что они соединяются не в вечной жизни, а в вечной смерти. Люда изменила ром. миропониманию и ром. идеалу. «Верь тому, что сердце скажет» - призывал Жук. «Сердце верить отказалось» - ответила Людмила. Получается, она отказывается верить в то, что жених вернется и в то, что Бог поможет ей. Романтизм этой баллады (по Белинскому) заключается не только в ее содержании, но и в фантастическом колорите красок. Психологический мир героев, тонка обрисовка персонажей, созерцательно-лирическая лексика (приуныв, вздыхала, тихий), лирико-эмоциональные эпитеты (томну голову, милый друг, прискорбны очи), остановки, умолчания, паузы, звукопись, повторения, пропуски членов пр. Но нет подлинной народности. Стихи, которыми была написана баллада – легкие, звучные, небывалый склад, новый и оригинальный. Белинский отмечает, что сейчас некоторые куски этого произведения вообще кажутся плохими, но тогда это было ново. Содержание баллады – самое романтическое, во вкусе средних веков: девушка, узнав, что милый ее пал на поле битвы, ропщет на судьбу, и за то ее постигает страшное наказание: милый приезжает за нею на коне и увозит ее – в могилу, и хор теней воет над нею моральную сентенцию. Романтизм этой баллады состоит не в одном нелепом содержании ее, на изобретении которого стало бы самого дюжинного таланта, но в фантастическом колорите красок, которыми оживлена местами это детски простодушная легенда и которые свидетельствуют о простодушии автора.
    В 1813 г. в «Вестнике Европы» он напечатал новую серию балета «Светлана», кот. была еще более популярна, чем Людмила. В ней уже присутствовали некот. черты народности. Сюжет трактован в рамках бытовой сцены гадания девушек в крещенский вечерок, что дало Жук возможность воспроизвести черты рус. национального быта, нар. обычаев. Ж. стремится передать и некот. особенности бытовой речи. Перенесение д-я в условия повседневного быта заставило автора отказаться от фантастики и мотивировать все сверхъестественное сном героини. Угрожающее Светлане соединение с мертвым женихом оказывается сном, и проснувшись она встречает живого и любящего жениха. Посвятив балладу Протасовой, Жук обращается к ней с разъяснением идеи произведения. Светлана, в отличие от Людмилы, не возроптала на провидение и поэтому обрела счастье. Но в балладе идейный смысл не сводится к прописной морали (молиться, поститься и слушать радио Радонеж) Жук верит в вечность любви и счастья, условием чего яв-ся верность до гроба и за гробом. Любовь сильнее смерти – ром. идея баллады. Жук уходит от фантастики, таинственного и ужасного (зомби и различные упыри остались в прошлом) не побоялся даже ввести балладу элементы шутки, что противоречило традиции. Вместе с тем Жук придавал произведению национальную окраску, отвечая каждому из требований романтизма.
Но потом испугался собственной дерзости (дерзкий!) и по этому пути не пошел. Он написал еще баллады, мне искренне жалко, что нам их читать не надо, особенно «ГРОМОБОЙ» и «Вадим», которые составили поэму «Двенадцать спящих дев». Это история кента, который продал дьяволу не только свою душу, но и души своих 12 дочерей.
    В балладах выразил характер человека в его связи с обычаями, традициями, верованиями. Баллады Жуковского – лироэпическое произведение с острым, напряженным, драматическим, большей частью фантастическим сюжетом, в котором рассказывается о поражении или победе человека при столкновении с судьбой. 
2) Тема Петра 1 в творчестве Пушкина. Незаконченный роман «Арап Петра великого».
Пушкин ценил и любил Петра 1. именно на него как на образец подражания указывал он Николаю 1 в своих лирических произведениях (Стансы). Именно его чуть идеализированный образ мы видим в поэме Полтава, где Петр – веселый и уверенный в себе полководец, властитель обширных земель, знающий о понятиях долга и чести, милостиво и справедливо управляющий своим народом. Не отходит он от своего восхищения российским царем и в романе «Арап Петра Великого». Роман писался в течение двух лет (1827-1829) и так и не был дописан. Помимо того, что роман связан с любимой темой П. – Петра, так он еще и затрагивает семейственные предания рода Пушкина. Дядя мамы Пушкина был Иван Абрамович Ганнибал. А главным героем романа является Ибрагим Ганнибал – арап, отправленный Петром во Францию, чтобы вернуться оттуда патриотом-преобразователем.
Краткий пересказ:
Ибрагим заканчивает парижское военное училище, становится капитаном артиллерии, принимает участие в Испанской войне, влюбляется в графиню Леонору. Она отвечает ему взаимностью. Она жената, но это не мешает ей и Ибрагиму любить друг друга. Скоро у нее рождается чернокожий ребенок, они его прячут и подменяют другим. Но слухи ползут в обществе. Ибрагим получает письмо от Петра 1, типа приезжай или оставайся – сам решай, но я скучаю. Ибрагим подумал, что Леонора может и разлюбить его, да и долг зовет. Так, несмотря на свою сердечную привязанность все же возвращается в Россию. Ибрагим сравнивает Россию и Фр и делает выбор в пользу Р, говоря, что Фр – общий вихрь веселых забав, а Р – это мастерская, где каждый работник подчиненный общему порядку, занят своим делом. Ибрагим становится на сторону Петра и помогает ему строить новую Россию, он удивляется царю, такому прекрасному и деятельному. Отчетливо противопоставлены герцог Орлеанский, жаждущий наслаждения и пребывающий в растерянности, и Петр Великий, государь «Высокой души», «вечный работник на троне».
Тем временем Ибрагим едет на ассамблею и там танцует с молодей девушкой Наташей, папаша которой ненавидит все заграничное, а тех, кто оттуда приезжает зовет «вертопрахами». Петр1 решил сосватать Ибрагима за Наташу, чтобы его развлечь. Ибрагим подумал: а почему нет? Все равно ему рассказал один чел, что Леонора уже нового любовника завела. Петр поехал к отцу Наташи Гавриле Афанасьевичу и рассказал свой мегаплан. У того волосы дыбом встали, но он виду не подал (дочь за негра отдать???!!!), мол, на все воля царя-батюшки. Наташа все услышала и упала в обморок. Она явно придерживалась непрогрессивных взглядов и была к тому же расисткой, решила, что лучше умереть. Тем более любила Валериана, сироту, которого ее отец пожалел и воспитал в своем доме. Валериана в армию загребли два года назад, но он взял и вернулся. И на самом интересном месте все закончилось...
Я что-то не могу нигде ничего найти про образ Петра, поэтому вот вам мой наблюдения. Петр в романе очень деятельный и веселый, простой, человек широких взглядов. Когда арап приезжает, то видит, что Петр работает с князьями, слушает их доклады и отходит ко сну только когда проверит по записной книжечке, все ли он сделал на сегодня. Постоянно чем-то занят. Например, когда из Франции приезжает Корсаков (кст, этот парень – образ презренного вертопраха, который считает, что Россия –страна дикарей, а сам он в реале болван неуклюжий и тупой, зацикленный на шмотках) то представляется царю на корабельной верфи, где царь лично лазит по мачтам и все проверяет. Потом на ассамблее, благодаря Петру, все красивые и культурные, так что этот самый Корсаков не может поверить, как все изменилось. Петр не все иностранное перенимает без оглядки: всякого разврата не терпит. Например, Петр сам любит одежду попроще, изысков не любит и даже высмеял Корсакова за его вельветовые штаны. Еще он запросто может завалиться ко всяким вельможам, потребовать анисовой водки и щей. Пушкин точно любит Петра: вот хотя бы вот эпиграф к роману: «Железной волею Петра преображенная Россия».
Но надо сказать, что образ Петра изменился потом, особенно в «Медном всаднике». Здесь Пушкин видит в Петре «мощного властелина судьбы», который сумел подчинить себе стихийную мощь России, но в то же время он уздой железной Россию поднял на дыбы. Поэт признает волю и творческий гений Петра, обернувшийся железной уздой, вздыбившей всю Россию. Бронзовый Петр в пушкинской поэме – символ государственной воли, энергии власти, освобожденной от человеческого начала. Столкнув в поэме бронзового Петра и бедного петербургского чиновника Евгения, Пушкин подчеркнул, что гос. власть и человек разделены бездной. Уравнивая все сословия одной «дубиной», усмиряя человеческую стихию России, Петр хотел превратить ее в покорный и податливый материал. Евгений должен был стать воплощением мечты самодержца о человеке-марионетке, лишенном исторической памяти, забывшем «родные предания», и своих предков.

5. Оля 1) Полемика вокруг книги А.С. Шишкова «Рассуждение о старом и новом слоге российского языка». «Архаисты» и «новаторы» в лит. процессе начала 19 века.
1803 г. – выход книги Шишкова «Рассуждение о старом и новом слоге российского языка»,в к-рой он выступает с решительными возражениями против «нового слога» Карамзина и его последователей. К Ш. примкнули литераторы старой школы (Ширинский-Шихматов, Хвостов, Шаховский). Выступление Ш.=>отповедь сторонников карамзинской реформы литер. языка=>начало длит. полемики по вопросам языка худ. лит.
Оч важно!, т.к. к нач. 19 в. процесс выработки норм рус. лит. языка ещё не завершился. Интенсивно шёл процесс формирования стилей худ. лит-ры.
В спорах о «старом» и «новом» слоге проявились не только литературные, но и идейно-политич. разногласия. Адмирал Ш. возглавил партию полит. и литер. реакционеров и долгие годы боролся против либерализма и новаторства. В период войны 1812 г. был приближен Адександром I; составлял манифесты и рескрипты; незадолго до восстания декабристов назначен министром народного просвещения. Кроме «Рассуждения» написал ряд других работ, напр., «Разговор о словесности» (1811).
Ш. выступал против изменений в языке лит-ры, произошедших к концу 18 в. и приведённых в систему Карамзиным. Сближение лит.языка с живой разговорной речью образованного об-ва; резкое ограничение книжных, церковнославянских эл-тов; создание новых слов / заимствования из других европейских языков.
Ш. обвинил К. и его последователей в пренебрежении церковнославянизмами. Он не допускал и смешения 3х стилей (. Но главным основанием борьбы против «нового слога» для Ш. были не стилистич., а морально-политич. мотивы. «Старый слог» для него в 1ую очередь ценен как хранитель старой идеологии. Это коренным образом отличало Ш. от Р. и поэтов-просветителей, к-рые использ. славянскую лексику и фразеологию для выражения высокого гражданского содерж.
Политич. основа выступлений Ш. по вопросам лит-ры ещё чотче проявилась в его борьбе против иноземных влияний. Противники якобы увлекались заимствованиями из франц.яз. и стремились создавать слова по образцу иностранных. Причём речь шла не о крайностях в заимствованиях, а о том, что исп-ние слов другого языка наносит вред Великому Ррррусскому языку. Рассматривал галлицизмы как путь проникновения в Россию идей евреев,масонов Французской революции.
Впрочем, Ш. нащупал 1 слабое место у эпигонов К.: пристрастие к перифразам и словесным украшениям (ведь они ориентировались на речевые нормы дворянского об-ва).
Скорбит об упадке не только языка, но и словесности (причина – чрезмерное «прилепление» к иностр. писателям). Образцами должны-де служить «священные книги», «летописи» и «все подобные им предания». !Поэт должен «напитаться» не только словами и выражениями предков, но и их мыслями. «Красоты мыслей никогда не стареются».
Ясно, что такая языковая политика вызвала протест со стороны последователей К. Сам он в это время отходил от лит-ры и в полемике не участвовал. Зато выступил П.И.Макаров, изд-ль журнала «Моск. Меркурий». Выдвинул тезис о непрерывном развитии языка под влиянием просвещения и появления новых предметов и понятий. + Необходимость сближения книжн. и разг. языков. + Невозможность и нецелесообразность возврата «к обычаям и к понятиям старинным».
Ещё один зашшитник – Д.В. Дашков, младш. тов-щ Жуковского по Благор. пансиону при Моск.Универ-е. Отвергает идею Ш. о единстве русского и славянского языков. Богатство языка достигается не сохранением в неизменном виде его сокровищ, а их расширением их в соотв. с новыми понятиями. + Призыв не мешать «суждения о словесности» и идеологию. На контратаки Ш-ва ответил книгой «О легчайшем способе возражать на критики» (1811) с разоблач. недопустимых приёмов полемики защитников «старого слога».
Полемика между архаистами и новаторами не сводилась к теории. Литер. «староверы» пытаются создавать пр-ния в традиц. жанрах и стилистич. формах. Эпич. поэмы о Петре I и других ист. героях; классич. эпопеи о событиях войны 12го года; оды классич. стиля.
Ширинский-Шихматов написал эпич. поэму «Пётр Великий» (1810) с обилием архаич. и церковнославянских эл-тов. Батюшков в эпиграмме «Совет эпич. стихотворцу» назвал её «поэмой полудикой». Стебал Шихматова и Пушкин.
1811г. – появляется лит.об-во «Беседа любителей русского слова», что придаёт собраниям сторонников Шишкова офиц. хар-р. Орган-ры постарались обеспечить ему правит. поддержку и привелегир. положение. Об-во было разделено на 4 разряда, каждый их к-рых имел своего попечителя. Председатели – Ш., Державин, Хвостов, Захаров.
Большая часть имён членов «Беседы» осталась в истории лит-ры мало известной / приобрела печальную славу. (Державин не в счёт, он занимал в лит-ре начала века особую позиции. Как и Крылов.) В 1816г. «Беседа», такскзть, умерла.
Классицизм пытался удержать позиции в сфере эстетич. теории и критики. В лит. критике старые эстетич. принципы защищал «Вестник Европы». Но и в лит. теории «классическая» доктрина давала трещины.
2) Лирика Пушкина периода Южной ссылки.
(тут частично из Соколова, из лекций и из тетрадей времени абитуриентства.кашеобразно)
1820-24гг. – период Юж. ссылки и одноврем-но – эпоха романтизма в тв-ве П.
Романтич. созн. конфликтно, т.к. романтик особ-но остро переживает разрыв между мечтой и реальностью, что мучительно=>душа ищет выход.->2 теч. в русском ром-ме: элегич. ром-м (Жуковский) [мотивы смирения ыыы, судьбы; обращ. к фолькл.] и гражданский ром-м (декабристы).
В это время формируется единство стиля его поэзии. Ему особенно близок Байрон!
«Погасло дневное светило» (1820). Позднее – подзаг-к «Подражание Байрону». Мотив прощания с родиной, но разработан не как у Б.. Уже начало ведёт к рус.нар.песне. Развитие традицию лицейск. элегич. поэзии, + глубок. искренность и сила переживания. Мотивы воспоминания, разочарования, бегства от родных мест, тайной и неразделённой (, мечтаний о новом. Движение в будущее vs. память о прошлом. Муз.рефрен стихотворения (песенность!) – образ волнующегося моря, к-рый будет сопров. П. в течение всего «южного» периода его тв-ва. Герой движения (душа пост-но в стремлении к трансцендентному).
Автор и герой достаточно близки, но не сливаются!
1820г. – нач. работу над 1й «южной» поэмой «Кавказский пленник». Обращена к реальной жизни, соврем-ти (ср. с «Рус. и Людм.»). Сам П. подчёркивал не только её лирич. окраш-ть, но и прямую автобиографичность образа гл. героя. Считал, что в этом сост. неудача разработки его хар-ра. + Байронбайрон; но! наряду с лирич. началом –и пристальное внимание поэта к окруж. действ-ти. В Пленнике П. «хотел изобразить это равнодушие к жизниэту преждевременную старость души, которые сделались отличит. чертами молодёжи 19го в.». К осуществлению этой задачи он идёт романтическим путём. Ставит героя в экзотич. обстановку. Из всей его жизни берет только 1 исключ. эпизод.; всё остальное окружено атмосф. тайны («изведал людей и свет», разоч-ся, «обнял» «грозное страданье», его сердце «увяло»; ищет только свободы). Романтична и любов. фабула поэмы, как и идеальный образ героинаи – «младой черкешенки». Стиль – возвышенно-лирический, в отл. от «Рус. и Людм.».
Субъективно-романтич. метод изображения гл. героя мешал П. воплотить свой замысел - воспроизвести типический образ героя-современника. Был недоволен. Действительно, образ не только недостаточно развит (даже имени не имеет, хха!), но и обрисован непоследовательно, подчас противоречиво. Наделён исключит., титанич. чертами в духе байронич. поэзии. Бесстрашен, в то же время – герой элегический, страдающий от нераздел. любви. .Однако уже этот «неудачный опыт» был худож. достижением П. Ему всё же удалось уловить характ. особ-ти целой эпохи. «Подобные лица часто встречаются в нынешнем положении об-ва» (Вяземский). В 1840е гг.: «Пленник, - это герой того времени, в к-ром были намечены черты героев нашего времени» ; П. 1м указал на них; «В этом смысле «К.п.» - поэма историч.» (это всё БЕЛИНСКИЙ!!%)). + Историч. же проблем-ка: вольнолюбивый герой vs. об-во – разреш-ся в соотв. с романтич. схемой: бегство из мира цивилизации в первобытный мир, «естеств. жизни». Осн.на реал.истории!
1823г. – романтич. поэма «Бахчисарайский фонтан». Тесная связь с крымскими впечатл. П. + автобиографич. эл-т (в лирич. излияниях). Романтич-ть сюжета, в основе к-рого местное предание об исключит. любви крымскаго хана к пленённой им польской княжне; яркость образов – мрачного Гирея, трагич. натуры Заремы, ангельски чистой Марии; эмоциональность тона, даже композиция («бессвязные отрывки»); таин. недоговоренность – всё это делает «Б.ф.» пр-нием, наиболее отвечающим поэтике байронич. поэмы. Но! более объективное драматизирован. изобр. героев, чем в «К.п.» Однако ещё не оч удачно.
9 мая 1823г. (!!!) – П. приступает к «Евг. Онег.».
Тема «вольнолюбив. надежд» составляет одну из осн. тем тв-ва П. периода Юж. ссылки.
«Узник» (1822). Мотив «бегства» и «узничества». Заканчивается освобождением!
«Наполеон» - истории. элегия. «Угас великий(!) человек» В чём величие и в чём беда? Образ сына революции и в то же время её палача. Диалог. Политич. аллюзии. Искушение скепсисом – 1 из важных этапов в развитии чел-а.
В 1823г. П. приходит к глубочайшему кризису – мировоззренческому и творческому: многие загадки невозможно разгадать, находясь в рамках ром-ма :(
«Свободы сеятель пустынный» (1823) – переосмысл. еванг. мотивов. Трагедия романтика. Горькое разочарование, как и в «Демоне» (1823). 2 героя: «я» и демон. Тут прототип – молодой Раевский, с к-рым подружился П. Но поэт не хотел, чтоб демон отожд. с конкр. чел-ом. Демон выраж. что-то важное в чел-е пушк. эпохи, но принять его полностью П. отказывается. Позиция вселенского отрицания понятна, ей можно сочувствовать, но жизненно и творчески она бесперспективна. Для демона нет ни любви, ни дружбы, ни искусства.
П. «разводит» образ своего «я» и образ романтич. героя. Намечается выход из кризиса.

6. Маша П 1) Лирика Жуковского. Белинский о творчестве первого русского поэта-романтика.
Василий Андреевич Жуковский (1783-1852)
Краткое содержание:
«Сельское кладбище» (элегия), 1802. Является вольным переводом ст-я Грея «Элегия, написанная на сельском кладбище». Посвящено Андрею Ивановичу Тургеневу, другу Ж по Благородному пансиону при Московском университете. Все происходит вечером, когда «бледнеет день, скрываясь за горою». Лирический герой заходит на сельское кладбище, где «праотцы села, в гробах уединенных, навеки затворяясь, сном непробудным спят». Герой думает об их незатейливой жизни, и понимает, что смерть для всех равна. А то, что над богатым больше почестей, не имеет значения. Потом размышляет о том, что и среди селян могли скрываться чувствительные, талантливые люди, но они не нашли талантам применения в простой жизни. Затем лирический герой думает о смерти. Что, если он, юноша, тоже скоро погибнет? Тогда о нем будут говорить селяне: «Он часто по утрам встречался здесь со мною, когда спешил на холм зарю предупредить». Кончается элегия эпитафией юноше-поэту: «он кроток сердцем был, чувствителен душою»
«Вечер» (элегия), 1806. Опять же действие происходит в сумерки. Вначале лирический герой призывает музу: «Приди, о Муза благодатна», чтобы петь вместе с ним туманный вечер. Картины природы: сумерки, закат («Восточных облаков хребты воспламенились»), появляется луна. Угасающая вечером природа напоминает герою о грустных воспоминаниях: где же друзья? Есть автобиографизм: имеются в виду друзья Ж по «Дружескому литературному обществу». Один из них умер (имеется в виду А. И. Тургенев, умер в 1803), другой сошел с ума (Родзянко). Думает герой, что друзья не должны быть чужды друг другу: «Нет, нет! Пусть всяк идет вослед судьбе своей, но в сердце любит незабвенных!» Ну а поэту суждено «творца, любовь и счастье воспевать», пока смерть не заберет его, что, ах, быть может, очень скоро (ага, если взглянуть на годы жизни, то можно считать эти строки просто пророческими – ещё 46 лет на Земле кантовался, старый сухарь).
«Певец во стане русских воинов», 1812. Написано в 1812 году, после сдачи Москвы Наполеону и перед Тарутинским сражением. Изображен пир перед боем, на котором певец стремится воодушевить воинов на правое дело. Он славит кого-то или что-то, а воины повторяют последние или первые строки, порой переиначивая их. Пьют они за дедов: Святослава (князя Киевского), Дмитрия Донского, Иоанна III и IV, за Петра I, за Суворова. Пусть они придут на помощь воинам в бою. Потом пьют за родину, за своих ратных вождей (Кутузова и его помощников: Ермолова, Милорадовича, Раевского, Платова и т.д.). Потом пьют за партизан, которые наводят ужас на врагов: Фигнера, Давыдова и т.д. Потом поднимают кубок за погибших (Багратион), за месть врагам, за святое братство, за любимых, за муз, за Бога. Не забывают распить бутылочку и за поэтов, певцов сражений с подначки последнего. Наконец, наступает утро, и они готовы к бою после пира. Последний кубок – прощанью. Если что, они еще увидятся «там». И потом все идут на бой.
«Теон и Эсхин», 1814. Имена Теона и Эсхина вымышлены, хотя и «косят» под античность. Действие происходит в Греции. Эсхин искал наслаждений в жизни, путешествуя по миру. Но не нашел их: «И роскошь, и слава, и Вакх, и Эрот лишь сердце его изнурили; цвет жизни был сорван; увяла душа; в ней скука сменила надежду». И, разочарованный, Эсхин вернулся к берегам реки Алфея. В отличие от него, Теон остался на родине и не разочаровался. Его взор, как и взор Эсхина, печален, но ясен, а не мрачен. Теон любил и был любимым. Но она умерла. Он не ропщет, потому что надеется встретить ее вновь, в загробном мире: «И скорбь о погибшем не есть ли, Эсхин, обет неизменной надежды?» С этой надеждой ему легко жить: «При мысли великой, что я человек, всегда возвышаюсь душою». Теон советует Эсхину утешиться в дружбе с ним, и тем, что и горесть и радость - необходимые следствия жизни.
«Невыразимое» (отрывок), 1819. Основная мысль в том, что есть в природе и в мире вещи, которые способна понять душа, но неспособен выразить язык: «Что наш язык пред дивною природой?», «Невыразимое подвластно ль выраженью?» Есть слова для блестящей красоты, но «то, что слито с сей блестящей красотою какой для них язык?...И лишь молчание понятно говорит». Тема стихотворения пересекается с «Лаллой Рук».
«Лалла Рук»
Лирическому герою приснился «милый сон, души пленитель», в котором он познал райское блаженство, видел землю обетованную. Там он видел прекрасного ангела, «гений чистой красоты» (а вы думали, Пушкин такой оригинальный? ни черта подобного, он «море», в которое «впадают» и канут в небытие современники-поэты, так что их уже почти никто не помнит, а Пушкина за эти самые плагиаты любят и чтят). Это был прекрасный призрак, которого наблюдал автор. Он пролетел мимо. Он лишь в чистые мгновенья Бытия бывает к нам
И приносит откровенья,
Благотворные сердцам; Видимо, этот ангел – вдохновение.
«Воспоминание», 1821. Четверостишие о том, что о милых спутниках, которые умерли, следует говорить не с тоской, что их нет, а с благодарностью, что они были.
«Море» (элегия), 1822. Нет рифмы, но есть ритм. Стихотворение о прекрасном море, которому не чужды человеческие чувства. Море «смятенной любовью, тревожною думой наполнено». Его «тянет из земныя неволи» далекое светлое небо. Когда же собираются тучи, море волнуется, потому что не видит неба. Начинается буря. И лишь когда облака рассеиваются, море успокаивается, хотя еще долго «дрожит» за небо.
Баллады.
«Людмила», 1808; «Светлана», 1808-1812.
Оба произведения являются вольным переводом баллады Бюргера «Ленора». Ж написал еще третий перевод, который и назывался «Ленора». Сходства баллад. Девушка ждет своего жениха издалека, а его все нет и нет. Начинает переживать: где же он? Может, он нашел там другую любимую? Или вообще умер? Различия. Людмила ропщет на Бога, говорит, что ей больше незачем жить, клянет судьбу. Испуганные родители говорят, что в такой ситуации надо смириться, «Ад – бунтующим сердцам». Но Людмиле все равно. И вот ночью к ней на коне приезжает любимый и зовет ехать к себе домой. Людмила просит подождать утра, но он говорит, что у него мало времени, а ехать сто верст. В Литве у него тесный «дом»: «Свежим дерном покровенный; саван, крест и шесть досок». Подозрительно. Людмила все же едет. После долгого пути и всяких плохих примет они приезжают на кладбище. Любимый прыгает в свежую могилу и зовет с собой Людмилу. Та обмирает от страха и падает в могилу. Приговор ей поет страшный хор мертвецов: «Смертных ропот безрассуден; царь всевышний правосуден; твой услышал стон творец; час твой бил, настал конец».
«Светлана» посвящена сестре возлюбленной Ж, Александре Войековой и подарена ей на свадьбу. Там, в отличие от Людмилы, есть картины русского быта (гадание). Гадание издавна считалось временем, когда девушки, стремясь узнать судьбу, вступали в сговор с нечистой силой. Светлана не ропщет на судьбу, хотя и тревожится за любимого. Она говорит: «Я молюсь и слезы лью». Девушка садится гадать у зеркала, чтобы увидеть суженого. А тут он и является. Он зовет ее венчаться, она с радостью соглашается. Едут они на коне, в ночи. Но любимый «бледен и унылый». Проезжают мимо церкви, где проходят похороны, ворон «каркает: печаль!», наконец, подъезжают к избушке, и жених вместе с конем исчезают. Светлана идет в дом, и видит гроб с покойником. От страха она забивается в угол, где молится Спасу. Появляется белый голубок – символ святого духа. Когда мертвец пытается встать, голубок его своими крылами лишает сил. Тут до Светланы доходит, что это жених ее – мертвец, и она просыпается. А в это время ко двору приезжает ее настоящий жених. А смысл всей баллады: «Лучший друг нам в жизни сей вера в провиденье Здесь несчастье – тихий сон, счастье - пробужденье».

Ж был внебрачным сыном богатого помещика Бунина и пленной турчанки Сальхи. Фамилию он получил от усыновившего его бедного дворянина. Положение «незаконного» сына в доме, где мать не имела равных прав с другими членами семьи, болезненно отразилось на душевном состоянии Ж.
1). Годы учебы в Благородном пансионе (1797-1801). Литературное образование: произведения классицистов и сентиментальная поэзия. Знакомство с семьей Тургеневых, вступление в «Дружеское литературное общество»
2). «Белевское уединение» (1802-1807). Ж. уехал из Москвы в Мишенское, свое родное село близ города Белева. Ж выступает как поэт-сентименталист с чертами классицизма. Переводит элегию «Сельское кладбище», пишет элегию «Вечер».
3). Расцвет творчества (1808-1825). Два печальных события: потеря друга (А. Тургенева) и любовь к племяннице Маше Протасовой, на брак с которой ему не дали согласия. Переход от сентиментализма к романтизму, тема любви и смерти. Особенно усиленная работа над балладным жанром. Патриотическая лирика 1812 года.
4). Кризис первых постдекабристских лет и новый творческий подъем (1826-1841). Тяготение к большим эпическим формам и переводам.
5). Заграничный период (1841-1852). Грандиозный труд – Ж переводит «Одиссею» Гомера. Перевод с немецкого подстрочника, но стилистическое своеобразие сохранено.
Элегичность и этико-психологическая сущность романтизма Жуковского
Начиная свой творческий путь как подражатель и переводчик европейских романтиков, Ж во многом усвоил те черты романтизма, которые были присущи их творчеству.
1). Самое большое значение имеют чувства, жизнь сердца. В основе романтизма лежала идеалистическая философия, согласно которой дух превосходил материю
2). Романтиков не интересовала окружающая действительность. Стихотворения посвящены исследованию чувств: автора или героев. Поэзия подчеркнуто эмоциональна.
3). Высшим существом для романтиков являлся творец, художник. Ему открыты высоты человеческого духа. (Не случайно в элегиях Ж лирический герой – юноша-певец).
4). Для романтизма характерен необычный герой с богатой внутренней жизнью, ярким воображением. Это сильный, страстный человек, часто одинокий и обреченный на непонимание.
5). Романтики не воспринимали окружающую действительность и не обращались к ее исследованию. Писали об идеальном поэтическом мире. Бегство от действительности было возможно в мир фантастики и мистики, в мир прошлого (но идеализированного), в географически удаленные государства (на Восток), использовался фольклор.
Лотман: «Поэтический мир романтического произведения был абстрагирован от реального быта, окружающего автора и его читателей. Если явления быта и вводились в текст, то это был чужой быт: экзотический быт других народов или старинный быт своего мог восприниматься поэтически».
6). Смысл романтических произведений – общечеловеческие ценности, историческая конкретика не важна.
7). Романтизм обусловил развитие жанров элегии, романса, послания, поэмы.
Особенностью романтической поэзии Жуковского был ее глубоко личный характер. «Жизнь и поэзия - одно», эти слова можно отнести ко всему его творчеству.
Главными темами в творчестве Ж были тема любви, дружбы, природы. Любовь понималась им как таинственная связь двух сердец. Романтическая любовь, по словам Ж, привлекает душу «к одному предмету», который удаляет ее от всех других», т.е. поглощает человека. Это духовное родство. Творчество Ж элегично, т.к. любовь, которую он воспевает, (Б) «питается грустью и без грусти имела бы чем поддержать свое существование». «Мы слышим в поэзии Ж стоны растерзанного сердца, видим слезы по несбывшимся сладостным надеждам». Скорбь и страдание – основные элементы романтической поэзии, и особенно у Ж.
Дружба – святой союз, сопровождающий людей до гроба. Природа – одушевленное существо, изображается Ж глубоко эмоционально. Природа так же чувствует, как человек, она переживает. Является «зеркалом души» лирического героя, он переносит свои чувства на жизнь природы. Изображаемая Ж природа – романтическая природа, живущая таинственной жизнью души и сердца, исполненная высшего смысла и значения.
Также для творчества Ж характерен мотив памяти, воспоминаний. Жить для Ж – значит помнить. Связь времен, эпох, прошлого, настоящего и будущего очень важна.
Основная идея романтизма Ж – романтическая идея двух миров.
Особенности поэтического мышления и образного строя его поэзии. Жанр элегии («Сельское кладбище», «Вечер», «Море»)
Элегия – это жанр, в котором есть философские размышления, слышится выражение скорби, печали, разочарования, присутствуют мысли о прошлом, воспоминания. Элегия как жанр относится к медитативной лирике.
«Сельское кладбище» (1802) – первый опыт Жуковского в жанре элегии. Перевод элегии Грея. Начинается характерным для «эпохи чувствительности» пейзажем: туманный сумрак, луна, темные вязы, сова. Поэт пришел на сельское кладбище, есть социальная тема. Равенство всех перед лицом смерти, скромный труд почивших селян, таланты, зарытые в землю из-за простоты жизни – вот предмет размышлений поэта. В конце элегии возникает образ сентиментального поэта, который найдет в могиле «приют от всех земных тревог».
В элегии «Вечер» (1806), наиболее значительной для раннего периода творчества Ж., отразился внутренний мир поэта. Есть автобиографизм: узнаются черты Мишенского, расположенного на берегу Оки. Бытовая конкретика отсутствует, поэтические образы условны. Этот романтический пейзаж – открытие Ж. Основное содержание элегии – природный мир, он дается в единстве с настроениями, чувствами героя.
Элегия начинается лирической картиной вечера. Лирический характер передается пейзажу с помощью восклицаний («Как тихая твоя гармония приятна!»). Природа не только порождает эмоциональный отклик, она рождает мечты, воспоминания, мысли. Движение природы от вечера к сумеркам совпадает со сменой настроений поэта. Поэт вспоминает о «священном круге» друзей, о своем призвании, о близкой смерти. Душевное состояние поэта передается природе. Вечер – с одной стороны время суток, с другой – вечер может пониматься как вечер жизни человека, предчувствующего свою близкую кончину, думающего о смерти. Основная идея элегии – вечно значимые гармония, творчество, красота природы, дружба – вечные ценности.
В «Вечере» Ж соединяет и романтические тенденции, и сентименталистскую подоплеку. Главное художественное открытие, которое сделал в элегии Ж., в утверждении биографизма как основы лирической поэзии. Но при этом лирическая биография не одно и то же, что обычная биография. В третьей части стихотворения Ж. «поет светило возрожденья», но думает о смерти. Мысль о конечности земного бытия не покидает романтика. Ощущение неизбежности смерти, стоическое отношение к жизни.
Уже в этом стихотворении мы видим элегическую сущность творчества Ж. «Меланхолия», которая у сентименталистов превратилась в условно-литературный шаблон, у Ж стала реальным психическим состоянием.
Элегия «Море» (1822) кажется на первый взгляд лишь пейзажной зарисовкой. Но в пейзаже нет конкретики. За морским пейзажем у Ж скрывается символ. Море, тянущееся к небу, так же как и человек не может существовать без того, что выше его. У Ж море – бездна, душа человека – тоже бездна. Человек тоже тоскует в разлуке с высоким, небесным. Море безмолвно, так же как и человек, подчас не может выразить свою душу, чувства. Море воздействует на поэта, а поэт наделяет природу жизнью. Концепция двоемирия.
Баллады Жуковского («Людмила», «Светлана»). Стремление к национальному колориту. Поэтика мистического, таинственного и чудесного.
Широкую известность Ж принесли баллады. Над жанром Ж начал работать в 1808 году. Ж. стремился создать оригинальную «русскую балладу со счастливым концом».
Он начал этот жанр и утвердил его в России. Под балладой подразумевали краткий рассказ о любви, большей частью несчастной; могилу, крест, привидение, ночь, луну, иногда домовых, ведьм и т.д. В балладе Ж был более глубокий философский смысл. Баллада – народная песня в средние века, прямое выражение романтизма.
Первой балладой, которая привлекла внимание общественности, была «Людмила». Подзаголовок – «русская баллада». Б: «Для русской публики все было ново в этой балладе. Стихи, которыми она писана не могли не удивить своей легкостью, звучностью, а главное – своим складом, совершенно небывалым, новым и оригинальным». Это романтическое произведение в духе средних веков. Романтизм был не только в сюжете, но и в «фантастическом колорите красок», т.е. в описаниях природы. Ж пытался сделать балладу «русской». Он изменил имя героини с Леноры на Людмилу, перенес действие на Русь, придал обстановке некоторые исторические черты (рать славян, дружина, Литва – связь с военными действиями). Иногда вводит народные выражения (борзый конь). Но это не сильно помогло, да и новаторство не в этом, а в новом романтическом мире. Затрагиваются темы любви и смерти, но не в надежде на счастье, а в полной безнадежности, «небо к нам неумолимо».
«Светлана» (1808-1812), была признана шедевром, Ж назвали «певцом Светланы». В этой балладе Ж лучше передал народный колорит. Он постарался показать обычаи русского народа: гадания в ночь перед Крещением (они лишь упоминаются, а не описываются подробно). Ему важна не этнографическая точность обряда, а новые средства для создания национального колорита, связанные с фольклором и песенно-сказочной традицией: метель, церковь, сани, поп, Спас, пурга, снег. Зима также является образом, связанным с русским колоритом. В балладе присутствуют просторечные слова («вынь себе колечко»). Романтизм этой баллады в фантастике и мистике. Правда, все фантастические элементы являются частью сна героини.
Тема судьбы и нравственного выбора человека (баллады, «Теон и Эсхин»)
Б считал «Теона и Эсхина» одним из самых романтических произведений Ж. «На это стихотворение можно смотреть, как на программу всей поэзии Ж, как на изложение основных принципов ее содержания». В «Теоне и Эсхине» Ж. сопоставляет две жизненные позиции, две философии, два нравственных выбора. Основная тема произведения – противопоставление «нетленных благ» и «изменяющих».
Эсхин – эпикуреец, искатель жизненных благ: роскоши, славы, веселья. В конце жизни его не покидает уныние – величайший грех.
Теон придерживается философии стоицизма, которая соответствует философским воззрениям самого Ж. Главное в жизни – это нетленные, вечные ценности, которые нам будут даны «там», а не преходящие земные наслаждения. Любовь и сладость возвышенных мыслей – вот в чем счастье жизни. Это умудренный жизнью романтик, для которого нет противоречия между идеалом и действительностью.
Точно так же мы можем противопоставить Людмилу и Светлану. Людмила пожелала смерти и получила ее. Но неверие в загробную встречу привело героиню к тому, что они соединяются не в вечной жизни, а в вечной смерти, в гробу. «Верь тому, что сердце скажет» - призывает Ж. «Сердце верить отказалось», - говорит Людмила. Героиня изменила романтическому миропониманию, романтическому идеалу. Это и привело ее к гибели.
Светлана не возроптала на провидение и поэтому обрела счастье. Она стоически отнеслась к жизненным испытаниям, была готова терпеть горе, и была вознаграждена. Но идейный смысл не сводится к этой простой морали. Ж. верит в вечность любви и счастья, условием чего является верность до гроба и за гробом. Любовь торжествует над смертью – вот романтическая идея баллады.
Своеобразие патриотической лирики времен войны 1812 г. («Певец во стане русских воинов»)
Как пишет Б, наиболее оригинальными произведениями (не подражаниями) являются патриотические стихотворения Ж.. Тем не менее, их дух полностью соответствует XVIII веку, в котором все было возвышенно и имело элемент дидактики, не вносило ничего нового. Б считает эти произведения Ж самыми слабыми. В «Певце во стане русских воинов» он не увидел в них жизни, чувства, движения, свободы. Нет даже чувства современной действительности, хотя действие происходит в современности. Вместо ружей – стрелы, мечи и щиты, певец похож на скандинавского скальда.
«Певец» сочинен в Тарутине, в обстановке военного бивака. Был очень популярен еще до выхода в печать. Это образец русской гражданской поэзии, но в нем нет ничего от романтизма. Ст-е связано с традициями одической поэзии. Это нашло отражение и в высоком патриотическом пафосе, и в славянизмах. Но есть и черты элегии (место, где певец пьет за любовь и вспоминает чью-то погибшую жену, которая и в небесах любит мужа).
Проблемы «философии искусства», идеи романтического «двоемирия» в лирике Жуковского («Невыразимое», «Лалла Рук»).
В эстетике романтиков существовала идея, что слов для выражения поэтической мысли недостаточно.
Основная идея романтизма Ж – романтическая идея двух миров. Мир видимый, мир реальный противопоставлен потустороннему. Нередко двоемирие выступает как противопоставление земли и неба (в элегии «Море»). Особенно сильно проблема «двоемирия» отражается в отрывке «Невыразимое». В начале стихотворения лирический герой задает риторический вопрос, а остальная часть стихотворения – попытка ответить. Природа разделяется на «видимую» и «невидимую». Если для выражения красоты «видимой природы» существуют слова, то для другой части таких слов нет, она представляет собой загадку, которую может постичь только душа человека, а выразить это словами невозможно («Лишь молчание понятно говорит»). Истинная природа неуловима, она прячется, скрывается – это тайна творца, создателя, и она открывается исключительно душе, невыразима в слове. На риторический вопрос ответ не находится.
В «Невыразимом» речь идет об искусстве, о возможностях поэзии. Затрагивается вопрос о пределах языка и искусства. И тому и другому доступна внешняя красота природы. Но передать ее внутренние таинства слово не может. Это манифест Ж-романтика. Поэтическое познание осуществляется за счет познания небесно прекрасного, таинственного, бесконечного, но поэт вынужден признать собственное бессилие. Отсюда – молчание.
«Лалла Рук». «Философию» ст-я Ж объясняет так: «Прекрасное существует, но его нет, ибо оно является нам только для того, чтобы исчезнуть, чтобы оживить, обновить душу – но удержать его, разглядеть и постигнуть мы не можем». Продолжая идею романтического «двоемирия», автор находит новый способ попасть из мира земного в мир небесный – во сне. Во сне приходит ему неземное видение, которое не только напоминает милый образ, некогда бывший с ним на земле, но и является источником вдохновения.
Он лишь в чистые мгновенья
Бытия бывает к нам
И приносит откровенья,
Благотворные сердцам;
Чтоб о небе сердце знало
В темной области земной, Нам туда сквозь покрывало
Он дает взглянуть порой;
И во всем, что здесь прекрасно,
Что наш мир животворит,
Убедительно и ясно
Он с душою говорит; Разделение на «здесь» и «там» выделено даже графически (курсивом).
Жуковский – «гений перевода» и его теория романтического перевода
Ж: «Переводчик в прозе есть раб, переводчик в стихах - соперник». Для Ж переводы были своеобразной формой выражения собственных мыслей и, чувств, стремлений. Ж: «У меня почти все или чужое или по поводу чужого – и все, однако, мое».
Вот что писал Белинский о Ж-переводчике. Ж привел романтизм путем подражания и заимствования, и первые его опыты как поэта-романтика были переводами с немецких и английских авторов: Шиллера, Гете, Матиссона, Уланда, Вальтера Скотта, Томаса Мура, Грея и других. Ж всегда действовал как необыкновенно даровитый переводчик. Он переводил особенно хорошо только то, что гармонировало с внутренней настроенностью его духа, и в это отношении брал свое везде, где только находил его. Многое он даже не столько переводил, сколько переделывал, иное заимствовал местами и вставлял в свои оригинальные произведения. «Венец поэзии Жуковского составляют его переводы в этом он самобытен, как единственный глава и представитель своей собственной школы».
В. Г. Белинский о Жуковском как о первом русском поэте-романтике.
Анализу поэзии Ж посвящена часть статьи второй из цикла «Сочинения Александра Пушкина». В этой статье Б рассматривает литературный путь от Карамзина до Пушкина, упоминая Ж и Батюшкова как самых важных представителей эпохи Карамзина. Также он объясняет, что вообще такое романтизм, прослеживая его развитие от античности и Средних веков до нового времени, т.е. XIX века. Сфера романтизма – это «вся внутренняя, задушевная жизнь человека, таинственная почва души и сердца, откуда подымаются все неопределенные стремления к лучшему и возвышенному, стараясь находить себе удовлетворение в идеалах, творимых фантазией». В основе романтизма лежит мистицизм.
Ж, в понимании Б, первый русский поэт-романтик. В этом отношении Б полемизирует с Полевым, который видит первого русского романтика в Пушкине.
«Ж проложил себе собственный путь, в котором не было ему предшественников; муза Ж возросла и воспиталась на почве, в то время никому из русских неведомой и недоступной». Романтизм нового времени появился под влиянием романтизма средних веков, но в России средних веков не было, и не могло быть самобытного романтизма. Тем больше заслуга Ж. Он ввел романтизм в русскую литературу путем подражания и заимствования. Благодаря ему для русского общества стала не только доступна, но и родственна романтическая поэзия средних веков и романтическая поэзия начала XIX века. «До Ж никто на Руси и не подозревал, чтоб жизнь человека могла быть в тесной связи с его поэзиею и чтобы произведения поэта могли быть вместе и лучшей его биографиею». Ж внес в поэзию автобиографизм, личные переживания становились лирическими переживаниями, и в этом новаторство. Его поэзия была «куплена им ценою тяжких утрат и горьких страданий».
Ж способствовал появлению нового жанра в русской литературе – жанра баллады. Хотя Б неточен, говоря, что Ж начал свое поэтическое поприще балладами, именно баллады принесли Ж известность. Не случайно Батюшков называл Ж «балладником».
Осознавая роль Ж в русской литературе и признавая его огромное влияние на Пушкина (сравнение с морем и реками, которые в него впадают), Б все же видел в его произведениях недостатки. Например: «Любовь играет главную роль в поэзии Ж. Но это не любовь, а скорее потребность, жажда любви, стремление к любви, и потому любовь в поэзии Ж – какое-то неопределенное чувство». Хотя чувство в поэзии Ж играет главную роль, нет живых образов. Кроме того, Б считает, что у Ж нет русских национальных элементов, как бы тот ни стремился их передать. Также Б говорил об односторонности поэзии Ж.
Значение Жуковского как «учителя» Пушкина. Место и роль творчества Жуковского во второй четверти XIX в.
«Если в поэзии П больше глубокого, разумного и определенного содержания, больше зрелости и мужественности мысли, чем в поэзии Ж, то это потому, что П имел своим предшественником Ж.». Без Ж не было бы П. Романтическая субъективность, введенная Ж., была шагом вперед в русской литературе. Ж. Не чувство вообще, как до этого, а собственное чувство поэта. Через лирику Ж литература шла к решению проблемы характера. Гуманистическая идея человека обостряла художественное внимание к человеческой психологии. Однако романтику Ж было еще далеко до реалистического раскрытия личности, что было позднее разработано другими авторами. Велико его значение в области стиха. Он обогатил русскую ритмику, показал, что стих может быть музыкальным. В частности, Ж стал широко пользоваться амфибрахием.
Ж. начал пролог «золотого века русской литературы». Это время преобладания поэзии, поэтическое слово имеет большее значение, чем проза.
2) Повесть Пушкина «Пиковая дама».
Краткое содержание: Жил в Петербурге сын обрусевшего немца, военный инженер Германн. У него был небольшой капитал, но жил он бедно, на одно жалованье, не позволяя себе крупных трат. Но в душе он был азартный игрок. Тем не менее, по его выражению, он не мог «жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее», но так как карты любил, то просиживал целыми вечерами за карточными столами и смотрел, как другие играют. Однажды, на вечере в доме конногвардейца Наумова, некто Paul Томский, рассказал анекдот о своей бабушке, графине Анне Федотовне. В свое время, в Париже, она увлекалась игрой в фараон и на эту игру спустила чуть ли не все деньги мужа. Однажды она проиграла ужас как много герцогу Орлеанскому, но дала ему слово, что долг отдаст. А дедушка отказался выдать ей денег: и так уже все имения заложили. Бабушка не знала, что делать: такому человеку задолжала, и не отдать – позор. Решила она одолжить этих денег еще у кого-нибудь. Среди ее парижских знакомых был граф Сен-Жермен, личность легендарная. Графиня попросила денег у него, но тот сказал, что и рад бы, но предлагает ей другой способ получить деньги: отыграться. А отыграться можно с помощью тайны, за которую всякий игрок дорого бы дал – как отгадать три карты подряд. Графиня на следующий день поехала на карточную игру к королеве, выбрала три карты, поставила их и «все три выиграли соника, и бабушка отыгралась совершенно». После этого графиня никогда не играла и никому не открывала тайны. Но однажды она помогла покойному Чаплицкому, тому самому, что умер в нищете, промотав миллионы. Она назвала ему три карты и взяла с него честное слово никогда больше не играть. Чаплицкий их поставил, отыгрался и еще остался в выигрыше.
На Германна история произвела впечатление. Он решил узнать секрет. Он даже был готов сделаться любовником графини, восьмидесятилетней старухи. Гуляя по Петербургу, он наткнулся на дом графини. Потом, когда снова гулял, опять увидел его. Словно неведомая сила тянула его к дому. Итак, он решился попасть внутрь. Для этого он воспользовался воспитанницей графини, Лизаветой Ивановной. Он часто проходил мимо окна, у которого девушка сидела за пяльцами, и пристально смотрел на нее. Потом во время прогулки передал ей письмо: «Письмо содержало в себе признание в любви: оно было нежно, почтительно и слово в слово взято из немецкого романа. Но Лизавета Ивановна по-немецки не умела и была им очень довольна». Через некоторое время между ними завязалась переписка. Наконец Лиза решила устроить с молодым человеком ночное свидание. Сама она с графиней должна была ехать на бал. В это время Германн мог пробраться в дом графини, в комнату Лизы. Но так как Германну Лиза вообще-то не особо была нужна, то, попав в графский дом, он отправился в кабинет старухи. Он пробыл там до приезда графини и сделался невольным свидетелем «отвратительных таинств ее туалета». Дождавшись, пока слуги уйдут, Германн вылез из укрытия и стал допрашивать графиню о картах. Старуха стала отпираться, говорила, что это была шутка. Он не поверил. Вначале стал умолять ее, а потом грозить ей незаряженным пистолетом. Старуха от страха умерла. Из дома Германна вывела Лиза, которая поняла, что ее использовали, и обозвала молодого человека разбойником, убийцей и чудовищем.
Германн пришел на отпевание старухи в монастыре. Когда он подошел к гробу, ему показалось, что старуха открыла один глаз и подмигнула ему. Лизавету в это время вынесли в обмороке. Ночью Германну явилась старуха и сказала, что она пришла против своей воли. Потом назвала три карты: тройка, семерка и туз помогут выиграть. Только ставить надо одну карту в сутки, после выигрыша никогда не играть и жениться на Лизавете.
Герман все выполнял, как она сказала. Поставил все деньги на тройку, потом на семерку, а на третий день выпала ему вместо туза пиковая дама, и картинка ужасно напоминала старуху, которая смеялась над ним. От горя Германн спятил, сидит теперь в Обуховской больнице в 17-м нумере и твердит: тройка-семерка-туз, тройка-семерка-дама
Лизавета вышла замуж за очень любезного молодого человека, и она воспитывает бедную родственницу.

Значение Пушкина для литературной прозы особенно велико. В статье «О прозе» (1832), вступая в полемику с Полевым, который заявил, что проза Карамзина устарела, Пушкин указал на проблемы современной прозы, а именно: речевую избыточность, излишнюю метафоричность. Проза требовала реформы. Проза требовала «мыслей и мыслей», она должна была быть серьезной, без этого блестящие выражения были бессмысленны. Отличая современную прозу от «важной простоты» архаистов и жеманного изящества слога карамзинистов, Пушкин ратовал за точность, краткость, «изящную простоту».
Именно этого он постарался добиться в своих повестях, среди которых и «Пиковая дама». Она была написана в 1833 году. Подзаголовок «петербургская повесть».
У этого произведения есть связь с «Красным и черным» Стендаля (1831). В центре романа Стендаля – талантливый сын крестьянина Жюльен Сорель, погубленный условиями французской действительности. Основной конфликт – между героем и правящими кругами эпохи Реставрации. Сорель убил в церкви свою бывшую любовницу. В заключительной речи на суде Сорель расценивает свой смертный приговор как месть всем простолюдинам, посмевшим попытаться завоевать себе место в обществе, достойное их ума и способностей (сходство в синдроме наполеонизма у главных героев – Сореля и Германна).
Пушкин ставит вопрос о цели и средствах. Он не драматизирует повествование, всегда есть иронический, снижающий элемент. Уже в заглавии он есть. В качестве эпиграфа используются строки из «Новейшей гадательной книги»: «Пиковая дама означает крайнюю недоброжелательность».
В финале произведения возникает мотив возвращения на круги своя. Лизавета Ивановна занимает позицию старой графини – берет в дом бедную родственницу на воспитание. Читатель может предположить вновь повторяющуюся схему борьбы человека за цель неприемлемыми средствами.
Что сказал Лотман: В комментарии в ЕО Лотман говорил о теме игры в творчестве Пушкина, а также о теме «проигранной жизни». В судьбе Германа прослеживается нечто похожее, проигранная жизнь.
Новый «герой времени»
Новый герой современности – Германн. Что его отличает? Наполеонический характер. Причем черты Наполеона отличают как его внешний, так и внутренний облик. По выражению Поля Томского (персонажа), «Этот Германн – лицо истинно романическое: у него профиль Наполеона, а душа Мефистофеля. Я думаю, что на его совести по крайней мере три злодейства». Второй раз Наполеона он напоминает Лизе: «Он сидел на окошке, сложа руки и грозно нахмурясь. В этом положении удивительно напоминал он портрет Наполеона». Германн – Наполеон и душой. Он хищник-стяжатель, имеет характер демонически-эгоистический. Он одержим страстью возвышения, для которой нужны деньги. Он не играет, потому что у него мало денег, хотя он и страстный игрок в душе, он расчетлив: «Расчет, умеренность и трудолюбие – вот мои три верные карты, вот что утроит, усемерит мой капитал и доставит мне покой и независимость!» Играть наобум, не зная, удастся ли выиграть – не по нем. Он хочет действовать наверняка, когда точно будет знать секрет беспроигрышной партии. Человек «сильных страстей и огненного воображения», Германн скрытен, честолюбив, азартен в душе, но расчетлив и бережлив почти до скупости. Ради достижения богатства он готов на все: и увлечь молодую девушку, которую он на самом деле не любит, и стать любовником восьмидесятилетней старухи, и даже пойти на убийство. Германн – предтеча Раскольникова.
Пушкин осознавал, что существует соотношение между случайным и необходимым в жизни каждого человека. Независимо от того, осознает ли герой свои жизненные установки или нет, случайность может обернуться для человека определенной закономерностью. Особенно соотношение случайного и закономерного важно для персонажей, относящихся к авантюрно-героическому архетипу (Германн). Поэтому для него таким важным является соотношение случайности и закономерности. Для этого архетипа характерна установка быть победителем в любой ситуации, любой ценой.

7. Егор 1) Поэт-декабрист К.Ф. Рылеев: лирика, агитационные песни.
Кондратий Фёдорович Рылеев поэт; один из пяти казненных руководителей восстания декабристов на Сенатской площади.
Родился 18 (29) сентября 1795 в c. Братово близ Петербурга в обедневшей мелкопоместной дворянской семе, учился в 1-й Петербургском кадетском корпусе. В юности обнаружил склонности к поэзии сохранилась его шуточная поэма Кулакияда, написанная «на смерть» корпусного повара. В 1814-1815 участвовал в зарубежных военных походах русской армии Швейцария, Франция (Париж).

В 1818 вышел в отставку. Вступил (1821) в Вольное общество любителей российской словесности и масонскую ложу «Пламенеющей звезды». С 1824 служил правителем канцелярии в Российско-американской компании, где познакомился со М.М.Сперанским и графом Н.С.Мордвиновым, которому посвятил оду Гражданское мужество.
К этому времени относится начало литературной деятельности в периодических изданиях «Сын Отечества», «Невский Зритель», «Благонамеренный», «Соревнователь Просвещения» печатаются его стихотворения и небольшие статьи. Из стихотворений этого периода наиболее известно К временщику, гневно обличающее аракчеевские порядки. Знакомится с литературным миром Петербурга, дружит с А.Пушкиным, А.А.Бестужевым-Марлинским, Ф.В.Булгариным и др. Принимает участие в организации новых литературных изданий в 1923 вместе с А.А.Бестужевым приступил к выпуску ежегодного альманаха «Полярная Звезда», просуществовавшего до 1825. Подготовленная в 1826 «Звездочка» альманах меньшего объема увидела свет только в 1870 в журнале «Русская старина».
Написал цикл исторических песен Думы (1825), куда вошли Олег Вещий, Мстислав Удалый, Смерть Ермака, Иван Сусанин, Петр Великий в Острогожске, Державин и др. Обращаясь к прошлому, переосмысливает национальных героев России в духе собственных гражданских идеалов. Пушкин критиковал Думы Рылеева за надуманность сюжетов и тем.

Центральное произведение Рылеева поэма Войнаровский (1825) получила высокую оценку Пушкина. Это исповедь главного героя, сподвижника Мазепы, сосланного в Сибирь за участие в мятеже против Петра I. Ради пропаганды декабристских идей Рылеев идеализирует Войнаровского и Мазепу (с такой концепцией позже спорил Пушкин в Полтаве), наделяет их чертами борцов за свободу, жертвующих всем ради ее идеалов. В образе Андрея Войнаровского передана общая направленность мыслей друзей-декабристов поэта, в судьбе героя угадываются их дальнейшие судьбы.
В неоконченной поэме Наливайко Рылеев обращается к теме национально-освободительной борьбы украинского казачества 16 в. против шляхты. В его гражданской лирике также фигурирует немало образов «рыцарей свободы», противостоящих угнетателям: Гражданин, На смерть Чернова, На смерть Байрона, к А.А.Бестужеву и др. Сатирические песни, написанные совместно с А.А.Бестужевым, Царь наш, немец русский, Ах, тошно мне и в родной стране и др. пронизаны ненавистью к самодержавно-крепостническому строю и содержат прямые призывы к его свержению. Первые собрания сочинений Рылеева были изданы в России только в 1872 Ч 1893.
14 декабря 1825 Рылеев участвовал в выступлении на Сенатской площади и на следующую ночь был арестован и заключен в каземат Алексеевского равелина. В крепости продолжал писать стихи, накалывая их иголкой на кленовые листы, они были переданы на волю Е.П.Оболенскому через сторожа.
Верховный суд приговорил его вместе с П.И.Пестелем, П.Г.Каховским, С.И.Муравьевым-Апостолом, М.П.Бестужевым-Рюминым к четвертованию, которое было высочайше заменено повешением. Написанное за несколько минут до казни письмо Рылеева несколько лет ходило в списках среди его друзей. 13 (25) июля 1826 вместе с другими четырьмя осужденными был казнен в Петропавловской крепости.

Для Рылеева литературное творчество было составной частью политического служения общественному благу. Он заявлял: «Я не поэт, я гражданин!» Развивал отечественную гражданскую лирику в духе дворянского революционного романтизма, цель которого поднимать на борьбу, обличать тиранов, взывать к высшей правде и будить лучшие гражданские чувства. В этом видел предназначение своей поэзии и политической деятельности.
Рылеева мы можем безоговорочно назвать поэтом-гражданином, в творчестве которого жизнь и поэзия слились в одно целое. Незадол го до восстания декабристов Рылеевым было написано небольшое, но очень сильное стихотворение "Гражданин". В нем поэт призывает выполнить свой гражданский долг и вместе с тем предостерегает тех, кто "с хладнокровием бросает хладный взор на бедствия страдающей отчизны". Развивая свою мысль, поэт говорит:
Они раскаются, когда народ, восстав,
Застанет их в объятьях праздной неги.
Такие политические стихи, как "Видение", "Гражданское мужество", "Я ль буду в роковое время...", поэмы "Войнаровский", "Наливаико", думы, агитационные песни, выводят Рылеева на первое место в литературном движении 1020-х годов XIX века.
Особое место занимают несколько песен, сложенных им в соавторстве с А. А. Бестужевым: "Ты скажи, говори...", "Ах, тошно мне...", "Уж как на небе две радуги...", "Как идет кузнец да из кузницы..." и другие. Своеобразие этих песен в том, что они очень близки по своему складу к народным. Они передают думы народа, порабощенного царской тиранией, барами и чиновниками:
Ах, тошно мне
И в родной стороне;
Все в неволе,
В тяжкой доле,
Видно, век вековать.
Нигде и ни в ком не находит народ правды: грабят его господа "без стыда", еще тяжелее народу от царских поборов:
Нас поборами царь
Иссушил, как сухарь,
То дороги,
То налоги
Разорили нас вконец.
Однако и в крайней беде народ не падает духом, он верит в свои силы и способности:
А что силой отнято
Силой выручим мы то.
Особое место в творчестве Рылеева занимает поэтический цикл "Думы", который создавался в 18211823 гг., а в 1825 г. был издан отдельной книгой. В предисловии к этой книге Рылеев объяснил происхождение и особенности жанра составляющих ее стихотворений и цель, которую он стремился достигнуть: "Напоминать юношеству о подвигах предков, знакомить его со светлейшими эпохами народной истории, сдружить любовь к отечеству с первыми впечатлениями памяти вот верный способ для привития народу сильной привязанности к родине..."
Центральное место в думах занимают образы борцов за независимость родины и свободу народа, борцов против деспотизма и угнетения. Поэт восхищается мужеством Святослава, Мстислава Удалого, Дмитрия Донского, Ермака, Ивана Сусанина. Особенно дорог ему Волынский, воплощение "доблести гражданской", "отчизны верный сын", "заклятый враг постыдного неправосудья". Не возникает сомнения, что мысли, которые высказывает Волынский: "Славна кончина за народ!.. За истину святую. И казнь мне будет торжеством!", его готовность, "любовью к родине дыша", стать "за страждущих железной грудью", все это были убеждения самого Рылеева.
Свой идеал поэта, "правды верного жреца", "поклонника пламенного добра", "органа истины священной", который "выше всех на свете благ/ Общественное благо ставил/ Святую добродетель славил", всегда оставался "гонимых обороной/ И зла непримиримым врагом", Рылеев воплотил в думе "Державин".
Следует заметить, что установка на поучение, на воспитание положительным примером помешала исторически верному изображению в думах событий и деятелей прошлого. Но огромная популярность рылеевских дум свидетельствовала о своевременности этих произведений и действенности средств, к которым обратился поэт. Особое место в цикле занимает "Иван Сусанин", единственная дума Рылеева, в центре которой стоит не царь, не князь, не вельможа, мнящий принести темным безмолвным массам свободу, просвещение, а человек из народа, который служит правому делу так, как он его понимает. Сусанин самый исторически правдивый характер из всех, которые мы видим в думах. Думу "Иван Сусанин" высоко ценил Пушкин. Глинка создал оперу "Иван Сусанин".
Общенародной известностью пользовалась дума "Смерть Ермака", которая стала народной песней ("Ревела буря, гром гремел").
В 1823 г. создается поэма "Войнаровский", отразившая значительные изменения, происходившие в творчестве Рылеева. В ней уже нет того слияния автора с героем, в уста которого поэт вкладывает свои мысли и убеждения, которое было характерно для дум. Поэт и герой уже по-разному смотрят на происходящее, по-разному оценивают его. Содержание поэмы составляет теперь повествование, ход событий, которым она посвящена. Своеобразие рылеевской поэмы отметил Пушкин: "Рылеева "Войнаровский" несравненно лучше всех его "Дум", писал он, слог его возмужал и становится истинно-повествовательным, чего у нас почти еще нет".
Ободренный высокой оценкой, которую получила у Пушкина первая поэма, Рылеев начинает поэму "Наливайко", посвященную борьбе за национальную независимость украинского казачества с панской Польшей в конце XVI века. Поэма осталась незаконченной. Судя по сохранившимся отрывкам, большое место в ней должно было занять изображение картин народной жизни и быта, участия народных масс в национально-освободительной борьбе. В главном герое поэмы подчеркнута его близость к народу, готовность отдать жизнь борьбе за освобождение народа от иноземного ига.
Герой поэмы "Наливайко" гетман, который поднял меч за свой край:
Могу ли равнодушно видеть
Порабощенных земляков?
Нет, нет! Мой жребий: ненавидеть
Равно тиранов и рабов
Гетман Наливайко предвидел трагический исход, однако это не остановило его. В поэме есть как бы пророческие слова главного ее героя:
Известно мне: погибель ждет
Того, кто первый восстает
На утеснителя народа
Судьба меня уж обрекла.
Но где, скажи, когда была
Без жертв искуплена свобода?
Погибну я за край родной,
Я это чувствую, я знаю.
Эти же слова можно отнести и к самому Рылееву. Декабрист Н. А. Бестужев увидел в них указание на "будущий жребий" поэта, и Рылеев согласился с ним. "Верь мне, сказал он, что каждый день убеждает меня в необходимости моих действий, в будущей погибели, которою мы должны купить нашу первую попытку для свободы России". Высшая доблесть и заслуга перед народом в его глазах это деятельность борца за освобождение собственной страны.
На стихах Рылеева воспитывались последующие поколения борцов за свободу России. Имя Рылеева было для них, по выражению Огарева, "доблестным заветом и путеводною звездою".
Маша П:
Декабрист Рылеев – поэт с самой короткой творческой жизнью. Он начал писать стихотворения в 1820 году. В 1821 г. он вступил в «Вольное общество любителей российской словесности», оттуда попал в Северное общество декабристов, и уже в 1825 его, вместе с 4 другими заговорщиками, повесили. Его казнили только со второго раза – первый раз петля оборвалась. Хотя по традиции такого человека милуют, его не помиловали.
Литература декабристов по своей сути дидактична.
Творческое и жизненное кредо поэта-декабриста («Гражданин», 1824, Посвящение Бестужеву из «Войнаровского»)
Венец гражданской лирики Рылеева, «Гражданин» - это публицистика в стихах. Противопоставлены 2 типа сознания. Первый - обывательский аристократизм, который сибаритствует и уходит от общественной жизни:
в объятьях сладострастья,
В постыдной праздности влачить свой век младой
Второй - активная общественная деятельность, гражданский тип поведения. Им чужды те, кто
Постигнуть не хотят предназначенья века
И не готовятся для будущей борьбы
За угнетенную свободу человека
В этом стихотворении есть традиционные олицетворения свободы и республиканской власти – Брут и Риега.
В стихотворении представлено творческое и жизненное кредо декабристов – приоритет общественной деятельности над любой другой. Это же выражается и в посвящении Бестужеву: «Я не поэт, я Гражданин». Гражданский романтизм предполагал значительное содержании, при, что и говорить, не всегда совершенной форме. Эта же мысль была продолжена им в «Думах», где для воспитания высоких нравственных чувств, с не очень точными историческими деталями и однообразной настойчивостью изображались разные исторические деятели.

Жанр сатиры у Рылеева («К временщику», 1820)
В литературную жизнь Рылеев вошел сатирическим посланием «К временщику». Это сатира, которая направлена на конкретную личность – на министра Аракчеева, в то время главного советника Александра I во всех делах. Сатира была злободневной (есть, например, намек на военные поселения, введенные Аракчеевым). Против Аракчеева в 1820 году было выступление Семеновского полка. Рылеев обличал того, кто не служил, а выслуживался:
Монарха хитрый льстец, и друг неблагодарный,
Неистовый тиран родной страны своей,
Взнесенный в важный сан пронырствами злодей!
Но прямого обращения к Аракчееву не было. Подзаголовок был «Подражание Персиевой сатире: К Рубеллию». Такой сатиры у Персия не было, это была попытка избежать цензуры. На самом деле это обличение современной власти.
Завуалировать послание помогают многочисленные отсылки к античности:
И в Цицероне мной не консул – сам он чтим
За то, что им спасен от Катилины Рим
В этих строках выражается и идеал общественной деятельности Рылеева – все на благо родины, служить не ради чинов, а ради дела. Впрочем, этого идеала придерживалось большинство последователей гражданского романтизма.
Каким образом Рылееву удалось избежать цензуры? Бестужев полагает, что Аракчеев его не наказал, так как если бы признал в сатире свой портрет, то признался бы в совершенных преступлениях.
Сатира у Рылеева имеет возвышенный характер, одические нотки.
Агитационно-сатирические песни (совместно с Бестужевым): тематика, своеобразие жанра и слога
Про агитационные песни я ничего не нашла. Их тематика – революционная. Соответственно, это обличение самодержавия и крепостничества и других проблем России:
Долго ль русский народ
Будет рухлядью господ
И людями,
Как скотами,
Долго ль будут торговать?
Очевидно, что агитационные песни предполагалось распространять среди простого народа, поэтому язык в них не просто разговорный, в просторечный. К тому же слов использовалось по минимуму, энергия и краткость. Рылеев и Бестужев стремились подражать народным жанрам.
Про кузнеца совсем песня жуткая:
Уж как шел кузнец
Да из кузницы.
Слава!
Нес кузнец
Три ножа.
Слава!
Первый нож
На бояр, на вельмож.
Слава!
Второй нож
На попов, на святош.
Слава!
А молитву сотвори,
Третий нож на царя.
Слава!
О том, насколько действенны были их дурацкие выкрики, можно судить по 14 декабря 1825 года.
Место и роль творчества Рылеева в развитии литературно-общественного процесса в России
Рылеев первым утвердил первенство общественного содержания над художественной формой в искусстве, выражением чего явилась знаменитая цитата: «Я не поэт, я гражданин».

Маша П 2) Поэма Пушкина «Руслан и Людмила».
Краткое содержание. Была у князя киевского Владимира младшая дочь, красавица Людмила. Было 4 претендента на ее руку: князь Руслан (основной), Рогдай – смелый воин, Фарлаф – большой трус, Ратмир –хазарский хан. Но после свадебного пира, когда Руслан уже повел невесту на ложе, ее кто-то взял и увел прямо из-под носа. Владимир объявил, что выдаст дочь за того, кто найдет Людмилу. Все 4 отправились в путь. Перед Днепром они разъехались в разные стороны. Руслан набрел на пещеру, в которой сидел старец Финн. Он сказал, что Людмилу украл развратник Черномор. И ничего он девушке не сделает, ибо хоть и колдун, но старый импотент. И суждено Руслану убить его. Финн рассказывает Руслану и свою историю. Был он пастухом, и любил красавицу Наину. Но она его отвергла. Он решил прославиться в военных походах, стал воином, но она и воином не полюбила его. Тогда он решил сделаться волшебником. Выучился всему и приворотил Наину. И тут она явилась – только не девушка, а старая сгорбленная старуха. Конечно, сорок лет прошло –а он удивляется. И как назло, чары подействовали. Финн убежал от Наины, которая тоже стала колдуньей. Но она поклялась отомстить ему за свою оскорбленную честь. Поэтому Руслан, получивший совет от Финна, автоматически становится врагом Наины. В это время, далеко от Руслана, Рогдай замыслил его сгубить. Он поехал обратно, но наткнулся на Фарлафа. Фарлаф в ужасе поскакал и свалился в ров. Когда Рогдай увидел, что это не Руслан, он в поехал дальше. Встретил Наину, а та сказала, где Руслан. Фарлафу она посоветовала вернуться домой, ему и так достанется Людмила. В это время Руслан встретил Рогдая, и Руслан его убил. А Людмила в это время ( увидела Черномора, который пришел ее соблазнять, и так завизжала, что карлик испугался, хотел убежать, но запутался в бороде. Потом Людмила нашла его шапку, примерила, а шапка оказалась невидимкой. Руслан еще встретил голову, брата Черномора, которому Черномор ее отсек от тела. Он убил голову и нашел меч, которым можно убить Черномора. Ратмир в это время нашел замок с 12 девушками, которые с ним долго развлекались, пока он не женился на простой селянке. В общем, Руслан доехал до замка Черномора, отрубил ему бороду и лишил его волшебной силы. Нашел бесчувственную Людмилу, которая спала волшебным сном. На обратном пути его, спящего, убил Фарлаф и забрал Людмилу. Руслана воскресил живой водой Финн, который дал ему кольцо, которое стоит приложить ко лбу Людмилы, и она проснется. Вернулся в Киев Руслан, посражался с печенегами, пробудил Людмилу, прогнал Фарлафа и наконец попировал на своей свадьбе на славу. «Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой».

История создания

В начале XIX века серьезно рассматривался вопрос создания героической поэмы нового типа – не классицистической, а романтической. Первый такой опыт произвел В. А. Жуковский, поэма «Шильонский узник» (1822). Но это перевод поэмы Байрона, а не самостоятельное произведение.
Поэма «Руслан и Людмила» была задумана Пушкиным еще в Лицее. Он начал писать ее в 1817 году. За 3 года он написал 6 песен, которые опубликовал, будучи на Кавказе. В 1824 году он добавил вступление «У Лукоморья дуб зеленый». За исключением «ЕО», он ни над каким произведением он не работал так долго.

Традиции ирои-комической поэмы и «эксперимент» молодого Пушкина

Пушкин вспоминал в связи со своей поэмой Вольтера, как автора «Орлеанской девственницы», весьма своеобразно использовавшего для сюжета традицию рыцарской поэмы итальянского поэта Ариосто «Неистовый Роланд». Хорошо были известны Пушкину и опыты русской ирои-комической, шутливой и сказочно-богатырской поэмы конца XVIII века («Елисей, или раздраженный Вакх» Майкова, «Душенька» Богдановича). В этой традиции было принято изображать высокие мысли и поступки в комически сниженных тонах (Зевс у Майкова, насколько помнится, страдает от обжорства).
Сюжет поэмы имеет сказочную основу, многое взято из фольклора. Главные герои – Руслан и Черномор – напоминают «Сказание о Еруслане Лазаревиче». Пушкин хорошо знал литературную традицию в этой области. Он использовал в качестве источника не только фольклор, но и переделки русских сказок в опытах Левшина, Чиркова и Попова. В частности, образ Леля – лесного божества – не является народным, его создали эти авторы. Лель – божество условной славянской мифологии, появившееся из песен, где часто были фразы типа «леле», «лели», «лель». Использовал Пушкин и западноевропейскую литературную традицию. Например, знаменитая фраза «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой», которой оканчивается шестая песнь, - это перевод из поэзии Оссиана, кельтского барда.
Единого сюжета нет. Это своеобразная смесь сказок с литературными реминисценциями.
В целом поэма Пушкина, использовавшего множество источников, является произведением новаторским.
Эта поэма - своеобразный эксперимент. В задачи Пушкина входило «геройство воспевать одно». Но в поэме воссоединены начала героическое и буффонное, высокое и низкое.
Буффонада – низкий жанр. Буффонного в поэме предостаточно. Это и визг Людмилы, от которого грозный колдун Черномор бежит и запутывается в бороде, и падение Фарлафа с коня в ров, и постоянные снижения ситуаций в тексте. Так, Людмила рассуждает о том, что без любимого умрет, не будет есть и пить, и тут же «начинает кушать». Потом видит быстрый поток, произносит речь, что туда прыгнет, но не прыгает. Есть пародийные моменты. Например, 12 девушек, развлекающих Ратмира – это пародия на поэму «12 спящих дев» Жуковского.
Пушкин не стремится перевоплотиться в Бояна. Он не имитирует внешнюю форму народного творчества, как это делал Карамзин своим «русским стихом». Он пользуется четырехстопным ямбом – любимым размером Ломоносова. Он запросто смещает временной план и даже не старается стилизовать поэму под старину. Хотя речь идет «делах давно минувших дней», Пушкин позволяет себе отступления, в которых отвечает на критику его первых песен, и упоминает Жуковского:
Поэзии чудесный гений,
Певец таинственных видений,
Любви, мечтаний и чертей,
Могил и рая верный житель
И музы ветреной хранитель!
Это все о Жуковском. Воздав ироническую похвалу своему учителю, Пушкин далее излагает, а потом пародирует сюжет «12 спящих дев». Мистика и возвышенность Жуковского намеренно снижается и превращается в эротику.
В то же время Пушкин стремится к условной исторической достоверности. Пользуясь как историческим источником «Историей государства Российского» Карамзина, он объясняет, что князь Рамдай (у Пушкина - Рогдай) – реальное лицо. Материал для зарисовок древнерусской жизни взят там же (свадебный пир киевлян, битва с печенегами).
Своей поэмой Пушкин наводил мосты между классицизмом и романтизмом. В ней есть элементы богатырской поэмы и элементы бурлеска (первым это заметил Дмитриев). Есть героическое и обыденное, возвышенное и шутливое, драматическое и смешное. Бурлескное начало в поэме действительно ощутимо, но это не исключительно бурлескная поэма. Это эксперимент с различными жанрами, и потому единого жанра у нее нет.
Довольно живо изображены характеры действующих лиц. Особенно примечателен образ любителя пирушек и труса Фарлафа, разработанный больше в комическом, чем в «злодейском» ключе и напоминающий по созвучию имен и характеру шекспировского Фальстафа. В отличие от романтических поэм Жуковского, пушкинские герои более реальные, а не романтически обобщенные образы.
Наряду с эпическим, в поэме есть лирическое начало – личность автора-рассказчика, который скреплял весь разнообразный материал в художественное целое. В зависимости от содержания главы авторский рассказ приобретал то ту, то иную окраску, но неизменно сохранял непринужднно-игривый тон, сочетавший лирику с иронией.
Жанровое разнообразие требовало и разнообразия языка. Поэма Пушкина написана в русле поэтического языка Батюшкова и Жуковского, развивавших традиции «нового слога» Карамзина. Литературный язык сближался с разговорной речью, но при этом находился в рамках карамзинской эстетики. Пушкин снимает эти ограничения и использует слова и «низкого штиля» там, где считает необходимым. За это он получил замечания критиков, которым не нравились неприличные слова и сравнения. Как мы видим, они придирались к частному, не замечая общего.
Своей поэмой Пушкин утверждал романтический принцип творческой свободы писателя о всякого рода педантических теорий и литературных условностей.

Мнение Пушкина о поэме
В «Опровержениях на критики», написанных во время Болдинской осени, Пушкин первым делом высказал свое мнение о «Руслане и Людмиле». Поэму приняли благосклонно, но никто не заметил, что поэма «холодна», и этим она слаба. Он отнесся к работе формально, экспериментируя с разными жанрами и не заботясь о сущности поэмы. В этом он видит свой промах.
Основной текст пользовался огромным успехом у публики. С этой поэмой к Пушкину пришла слава. Профессиональная критика же не знала, что делать с этим текстом, он слишком отличался от всего, что они видели до этого. Его нельзя было вогнать в рамки ни одного жанра, но черты многих они находили в поэме. Они упрекали Пушкина в безнравственности за некоторые «слегка сладострастные описания» и за пародию «12 спящих дев», за которое Пушкин и сам считает, что его «можно пожурить порядком, как за недостаток эсфетического чувства».
Жуковский принял это поэму очень хорошо. Его знаменитый жест – он подарил свой портрет Пушкину с подписью «Победителю-ученику от побежденного учителя», так как именно Пушкину удалось создать первую русскую поэму – то, к чему Ж стремился, но так и не смог достичь.
Белинский в статье 6 из цикла «Сочинения Александра Пушкина» (читать не надо) не считал поэму гениальной, отличая в ней только «хорошие, звучные стихи, ум, эстетический вкус и, местами, проблески поэзии». В остальном – «русского в ней, кроме имен, нет ничего; романтизма в ней тоже нет ни искорки; романтизм осмеян в ней в забавной выходке против «12 спящих дев». «Как бы то ни было, поэма эта – шалость сильного, еще незрелого таланта, который, кипя жаждою деятельности, схватился без разбора за первый предмет, мысль о котором как-то промелькнула перед ним в веселый час. Весь тон поэмы – шуточный. Поэт не принимает никакого участия в созданных его фантазией лицах. Он просто – чертил арабески и потешался их забавною странностью. Оттого, как сам Пушкин справедливо замечал впоследствии, она холодна. В самом деле, в ней много грации, игривости, остроумия; есть живость, движение и еще больше блеск, но очень мало жара. В эпизоде о Финне проглядывает чувство; оно вспыхивает на минуту в воззвании Руслана к усеянному костьми полю, но это воззвание оканчивается несколько риторически. Все остальное холодно».

8. Лариса 1) Тема войны 1812 года в литературе 1-ой четверти 19 века.
Надо сказать, что после победы в войне 1812г. все были, так сказать, в экстазе. Произошел резкий подъем патриотических чувств: поэты восхваляли Александра I, Кутузова, армию, разгромившую наполеоновское войско. Любовь к отечеству стала одним из самых популярных мотивов литературы.

Жуковский:
Во время Отечественной войны 1812г. Жуковский вступает офицером в Московское ополчение и присутствует в составе резерва на Бородинском поле во время сражения. Плодом патриотического вдохновения поэта явилась его ода-элегия «Певец во стане русских воинов», сочиненная в обстановке военного бивака, в Тарутине, в штабе Кутузова, где находился Жуковский после оставления Москвы. Гимн Жуковского получил широкое распространение и признание в армии еще до напечатания (был напечатан в 1812г. и 1813г. в «Вестнике Европы») и стал одним из лучших произведений, рожденных войной 1812г. Лажечников говорил, что «Певец во стане русских воинов» «сделал эпоху в русской словесности и в сердцах воинов».
Сюжет: вечером на поле брани певец в кругу воинов, поднимая кубок, хочет воздать славу героям Отечественной войны. Уносясь мыслями в прошлое, он называет исторических героев, послуживших обороне родины своей борьбой: Святослава, Дмитрия Донского, Петра I, Суворова. Жуковский вспоминает предков в назидание потомкам («Да в чадах к родине любовь зажгут отцов могилы»). Следующий кубок – Отчизне. Всякие теплые слова и задушевные интонации, выражающие его любовь к родине. Центральную часть занимает речь в честь «ратных и вождей», объединенных общей целью победить врага. Далее следуют портреты полководцев: Кутузова, Ермолова, Раевского, Милорадовича, Витгенштейна, Платова и др. Отдав долг погибшим, певец призывает живых отомстить врагу, посягнувшему на независимость народа. Жуковский отмечает оборонительный и освободительный характер войны, которую ведут русские воины.
Произведение Жуковского связано с традициями одической поэзии. Это нашло выражение не только в высоком патриотическом пафосе его гимна, но и в особенностях формы: славянизированная лексика (днесь и т.п.), отзвуки классицизма в батальной живописи (стрелы, щиты, перуны и т.д.), местами одической витийство, местами дидактические сентенции. Но вместе с тем стихотворение Жуковского принадлежит к романтической поэзии. Элементы оды сочетаются с чертами элегии. Певец запевает свою песнь на бранном поле, в ночной тиши, при свете луны. В высоте «воздушными полками» мчатся тени героев прошлого. Героическое и элегическое глубоко объединяются лирической интонацией, свойственной всему стихотворению.
После успешного сражения под Красным Жуковский пишет послание «Вождю победителей», обращенное к Кутузову и в торжественных ямбах рисующее общий ход войны с Наполеоном. Через два года, в связи с победоносным окончанием заграничного похода, Жуковский выступает с обширным посланием Александру I, написанным с позиций просвещенного абсолютизма. Отвергая «самовластительство» Наполеона, врага свободы, Жуковский считает гибельным и неповиновение трону. Но он хочет, чтобы уважение подданных было данью «не власти, не венцы, но человеку». Поэт призывает царя «поверить народы», все величие которого явилось в подвиге войны.

Батюшков:
Под влиянием общественного оживления Батюшков в 1807г. вступил в ополчение, чтобы участвовать в войне против Наполеона. В одном из сражений он был ранен. В 1810г. он оставил военную службу. В 1812г., незадолго до сдачи Москвы, Батюшков находился в Москве и наблюдал потом московских беженцев, покидающих город. В марте 1813г. он снова был забрит в армию и вместе с ней совершил заграничный поход. Он участвовал в сражении под Лейпцигом, в котором погиб его друг Петин, вступал с победной армией в Париж.
Общественно-исторические события, свидетелем и участником которых стал Батюшков, нашли отражение в ряде произведений поэта. В 1812г. под впечатлением московской трагедии он печатает послание «К Дашкову»: «Мой друг! Я видела море зла...» Поэт взволнованно описывает сцены бегства жителей Москвы, картины разоренной столицы и отказывается от привычной ему легкой, эпикурейской поэзии.
В 1813г. он пишет стихотворение «Переход русских войск через Неман 1 января 1813г. Отрывок из большого стихотворения». По стилю отрывок приближается к батальной поэзии классицизма (традиционные образы и выражения: «сгущенных копий лес», «гремят щиты, мечи и брони»).
В 1814г. он пишет стихотворение в форме элегии «Пленный», в которой русский воин, томящийся в плену на берегах Роны, горестно вспоминает «отчизны вьюги, непогоду», родной кров и жену. В 1817г. появляется историческая элегия «Переход через Рейн», где рисуется один из эпизодов похода 1814г. Находясь на берегу Рейна, Батюшков вспоминает исторические эпохи и события, свидетелем которых был эта река. Автор сознает себя участников и орудием больших исторических событий.

Можно сказать пару слов о Денисе Давыдове, который был участником войны 1812г., организатором партизанского движения. Сохранились его теоретически труды по вопросам партизанской войны и военные мемуары. В стихотворении «Ответ» он определял себя так: «Я не поэт, я – партизан, казак». Основная тема его произведений – военная. Однако он раскрывает эту традиционную тему с новой стороны. Он патетически раскрыл быт и психологию воина. В его поэзии возникает образ «гусара», лихого наездника и удалого рубаки, скрывающего, однако, благородные свойства воина-патриота: сознание воинского долга и воинской чести. Мужество и бесстрашие, отрицание светских условностей и своеобразное вольнолюбие. Вместо героической эпопеи и хвалебной оды, этих основных жанров батальной поэзии классицизма, поэт создает жанр гусарской песни, свободной от официальной героики, декламационно-патетического стиля (см. «Гусарский пир», «Моя песня», «Песня», «Песня старого гусара»). Однако все это не относится конкретно к войне 1812г. (лишь косвенно, т.к. это единственная война в которой участвовал Давыдов). Поэтому о нем можно только упомянуть в двух словах.
У Рылеева есть отрывок под названием «Партизаны», в котором он обращается к теме Отечественной войны 1812г. Но это тоже только чтобы выпендриться, т.к. в программу он не входит.

Пушкин:
Первый триумф Пушкина был связан со стихотворением «Воспоминания в Царском Селе», в значительной части посвященном Отечественной войне 1812г. «Воспоминания» были проникнуты горячим патриотическим чувством, отражавшим общее настроение передовых людей того времени.
В 1821г., получив известие о смерти Наполеона, Пушкин пишет одноименно стихотворение, в котором раскрывает глубоко эгоистическую природу наполеоновского героизма. Образ «могучего баловня побед» еще окружен здесь романтическим ореолом но в то же время герою-индивидуалисту, Наполеону, действиями которого управляла одна безмерная «жажда власти», Пушкин противопоставляет высокий патриотический подвиг русского народа, «сердца» которого не постигнул и не разгадал надменный завоеватель, народа, самоотверженно отстоявшего свою независимость и свою родную страну.
Есть еще стихотворение "Море", где "Одна скала, гробница славы... там угасал Наполеон". Наполеон как властитель дум (правда, это уже 24-25-е годы).

Еще следует упомянуть басни Крылова "Ворона и Курица" (написана после взятия Москвы), "Волк на псарне" (после того, как Наполеон запросил мира, а Кутузов отказался, а потом побил его в сражении). Ещё: "Горе от ума" написано в 1823, но запрещено цензурой целиком. В 1824 г. читается в литературных салонах Петербурга. Стала расходиться в списках - 40 тыс. экземпляров - рукописный тираж. Декабрь 1824 - отрывок из комедии опубликован в альманахе – «Русская талия" - возможность обсуждать комедию в печати.  1833 - 1-ое издание ( текст сильно сокращён ценз. купюрами. Первое полное издание после отмены креп. права 1862.
По моему, все-таки упомянуть о нем надо. Скалозуб рассуждает про Москву, что "по моему сужденью, пожар способствовал ей много к украшенью". А Чацкий - что "дома новы, а предрассудки стары". И еще - Скалозуб не патриотичен, он карьерист и на войне хорошо нажился..
2) «Цыганы» Пушкина и традиции романтической поэмы.
Краткий пересказ:
Сначала лирическое отступление о том, какие счастливые и беззаботные цыгане, которым плевать на все и на всех, как они таскаются с одного места на другое и им это нравится. В одном из шатров сидит старик и ждет свою дочку, которая загуляла и все никак не возвращается. Тут приходит дочка (ее зовут Земфира) и тащит с собой мальца (НЕцыгана) по имени Алеко. Тот говорит, что надоел ему свет и ничего ему не нужно, а хочет он остаться в таборе и жить вместе с цыганами. Старик дает добро и Алеко остается. Но перед этим он рассказывает о том, как когда-то царём к ним был сослан старик. Он развлекал табор песнями и рассказами, и все его любили, но он так и не смог привыкнуть к тяжелым условиям жизни цыган. Не мог приготовить себе еду, поймать рыбу, устроить ночлег. В итоге, не найдя покоя, он не придумал ничего лучшего, как умереть. Проходит 2 года. Алеко живет с Земфирой, учит их язык, таскает медведя и выступает с ним на ярмарках. Однажды вечером, когда Земфира укладывала ребенка, она стала петь ему колыбельную про старого грозного мужа, намекая на то, что таким стал Алеко. Тот говорит ей, чтоб заткнулась, но она продолжает петь, отвечая, что он вольная цыганка. В другой раз Земфира просыпается ночью и слышит, как Алеко разговаривает во сне. Называет ее имя, проклинает ее. На следующий день он приходит к старику (отцу Земфиры) и жалуется, что Земфира его больше не любит. Старик рассказывает ему о том, как он когда-то влюбился в цыганку по имени Мариула. У них родилась дочь Земфира. Но как-то рядом с их табором остановился еще один табор, и мамаша с утречка пораньше свалила с ними. Старик ее больше никогда не видел. Алеко удивляется, что старик не догнал ее и не прибил, говорит, что на его бы месте, измени ему женщина, он бы ее на месте пришиб. Тем временем, Земфира в их палатке развлекается с другим цыганом. Он успевает свалить до прихода Алеко, заранее договорившись с Земфирой встретиться за холмом на какой-то могиле. Ночью Алеко мучили странные сны, он просыпается, выходит из палатки, бродит-бродит, вдруг видит следы на земле и идет по ним. Дошел он до той могилы и застукал Земфиру с цыганом. Достал нож, убил цыгана, потом убил Земфиру. С утра цыгане стали копать гробницы, а безутешный старик смотрел на все это. Он сказал, что цыгане друг друга не казнят за преступления, но в их таборе ему не место. Вскоре поднялись телеги, и табор укатил. Осталась лишь одна телега Алеко. Пушкин заканчивает рассуждением о том, что даже у цыган нет счастья, хотя они вольны делать все, что вздумается и быть там, где им хочется.

Способ обрисовки характеров героев «Цыган» выдержан в духе поэтики «романтического стихотворения»: жизнь Алеко до появления его в поэме рисуется в самых общих, нарочито-отвлеченных, загадочно-неясных чертах. Многозначительная недосказанность присутствует и в конце поэмы. Неизвестна дальнейшая судьба Алеко: он приходит из степной «мглы», в течение действия поэмы находится в полосе света и снова теряется в неведомой таинственной мгле.
В поэме чётко и последовательно развит психологический облик Алеко. Если в «Кавказском пленнике» о свободолюбии главного героя упоминалось лишь самым общим и неопределенным образом, то в «Цыганах» в патетических репликах Алеко Земфире об этом говорится прямо. Тому, что в поэме именуется «оковами просвещенья», цивилизованной «рабской» жизни, «неволе душных городов», людям, как стадо скученным за «оградой», лишенным очарования природы, стыдящимся своих естественных чувств, торгующим своей свободой, противопоставляется вольная жизнь «дикого» кочевого племени. Алеко оказывается «изгнанником перелетным»: «Его преследует закон» (так, вероятно, он замочил какую-то старушку и свалил к цыганам).
Еще резче дан в «Цыганах» второй член антитезы – то вольное существование, в условия которого Алеко попадает. Свободные от оседлой, устоявшейся жизни, от сковывающей собственности, от связанных со всем этим «законов», вольные цыгане являют собой как бы предельное выражение искомой героем романтической «вольности», вместе с тем наиболее близкой к жизни кочевых народов. Алеко приходит в цыганский табор добровольно и в дальнейшем никто не мешает его свободе, которой он невозбранно и пользуется. Обретенная свобода приходится ему самому вполне по душе. Но Алеко внутренне не достоин этой свободы.
Белинский пишет об этом произведении, что Пушкин сделал не то, что хотел: «думая из этой поэмы создать апофеозу Алеко.. вместо этого сделал страшную сатиру на него и на подобных ему людей, изрек над ним суд неумолимо-трагический и вместе с тем горько-иронический». На самом деле в поэме нет ни «апофеозы», ни «сатиры». Если в образе Онегина «герой века» раскрывается без всякой романтизации, средствами и приемами критического реализма, то в «Цыганах» этот образ по-прежнему романтизирован. Но вместе с тем, и это делает пушкинскую поэму образцом, так сказать, «критического романтизма», поэт средствами и приемами романтического искусства снимает с героя (кожу? скальп?) возвеличивающий ореол, показывает не только сильные, но и слабые его стороны.
Алеко – незаурядный, резко выделяющийся из окружающей среды человек, обладающий многими несомненно положительными качествами – критическим умом, способностью к глубоким чувствам, сильной волей, смелостью, решительностью, он хорошо образован. И в то же время он глубоко не удовлетворен окружающим, искренне ненавидит современный ему рабский строй общества. Его бунт против общества – это бунт во имя вольности против рабства, во имя «естественности», «природы» - против общественных отношений, основанных на «деньгах и цепях» и сковывающих, порабощающих мысль и чувства человека. Рвущийся из «оков просвещенья», из «неволи городов», решительный вольнолюбец, не признающий власти «судьбы», идущий ей наперекор, Алеко оказывается игралищем «страстей», их «послушным» рабом и мучеником: «Но боже, как играли страсти его послушною душой».
По ходу поэмы раскрывается глубоко эгоистическая, «злая» природа этих страстей, порожденная тем самым собственноличным строем, на который он так яростно ополчается. Со всей наглядностью это проявляется на отношениях Алеко к Земфире. Земфира – предельное выражение степной, цыганской свободы (ох этот Соколов). Эту свободу она вносит и в свое чувство. Мгновенно и своенравно она увлеклась Алеко, с которым сошлась без всяких обрядов, без обязательств. Но через два года его любовь ей прискучила: «Его любовь постыла мне. Мне скучно, сердце воли просит». Когда сердце самого Алеко просило воли, он безоглядно бросил все и начал совершенно новую жизнь. Превращать себя – проповедника свободы – в тюремщика другого сердца, которое в свою очередь просит воли, казалось бы, ему не пристало. Но тут-то и пробуждаются злые «страсти» в душе Алеко, все те инстинкты, которые вскормлены его прошлым, его общественной средой. Требующий для себя безграничной свободы, Алеко ни в какой мере не склонен уважать свободу других. Он оказывается эгоистом, злым ревнивцем, собственником, рабовладельцем в душе. Так вскрываются в поэме злобные «страсти» - сокровенная суть, изнанка души и характера героя, совершающего под их влиянием страшное преступление – двойное убийство (господи, это звучит как выдержка из криминальной хроники). Главное отличие Алеко от других борцов за свободу – это то, что он жаждет воли «лишь для себя».
Белинский считает, что к такому понимаю и раскрытию характера героя поэмы Пушкин приходит совсем не в порядке бессознательного «непосредственно-творческого» элемента. Еще до начала работы над «Цыганами» Пушкин ясно понял и отчетливо сформулировал подлинную сущность романтического героя-индивидуалиста. Об этом он писал в «Евгении Онегине» («Все предрассудки истребя, мы почитаем всех нулями, а единицами – себя. Мы все глядим в Наполеоны.. и т.д.). А также: «Лорд Байрон прихотью удачной облек в унылый романтизм и безнадежный эгоизм».
«Безнадежный эгоизм» - основа характера Алеко, который несмотря на свои пламенные тирады, по существу добивается воли лишь для самого себя.
Вторым и не меньшим, чем обрисовка и раскрытие образа «современного человека», достижением Пушкина является изображение им цыган. Пушкин умалчивает о крепостной зависимости молдавских цыган, а также идеализирует образ старого цыгана. Вместе с романтической живописностью встречаются и «прозаические» детали, как пестрые лохмотья одежд, изодранные шатры, убогий ковер и т.д.
В поэме о цыганах, созданной на материале народно-песенного творчества, Пушкин раскрывает существо изображаемого им национального характера. Здесь выражается обязательное для романтиков стремление к «местному колориту». В песне Земфиры лежит народная цыганская хора (плясовая хороводная песня) на молдавском языке. Песня Земфиры органически включена в пожму: она имеет непосредственное отношение к содержанию «Цыган». На национально-фольклорной основе вырастает и эпическая мудрость речей старика-цыгана. Характеры всех цыганских персонажей поэмы строятся и развертываются на образах и мотивах народно-песенного творчества.
Теперь о художественной гармонии «Цыган». Характерны предельная сжатость, емкость поэтического языка, лаконизм. Описания цыганского быта при всей скупости отличаются живостью и яркой выразительностью. В поэме почти отсутствуют портретные описания (внешность Земфиры характеризуется всего лишь одним эпитетом: «черноокая»). Образы героев вырисовываются не путем описаний, а в их действиях и поступках, речи, драматических столкновениях. Нарочитая прерывистость, отрывочность, составляющая характерный композиционный признак романтической поэмы, свойственна и «Цыганам». Однако отрывки представляют собой единое, органически сочлененное целое.
В «Цыганах» Пушкин разрушает байроновскую иллюзию о возможности для цивилизованного человека вернуться назад в «природу». Появление среди цыган «ушельца из городов» явилось причиной кровавой драмы, нарушившей мирное цыганское существование. Однако и сам быт цыган не так уж безоблачно идилличен. «Роковые страсти» и связанные с ними беды существовали в таборе и до прихода туда Алеко. Счастья нет и у носителя простоты, мира и правда в поэме – старика-цыгана, уход от которого Мариулы, охваченность страстью. К другому, при всей «естественности» это страсти с точки зрения самого же старика, навсегда разбил его личную жизнь.»Старая печаль» живет в душе цыгана на протяжении всей жизни. Тем самым разбивается иллюзия руссоизма о ничем не омрачаемом счастье «золотого века» - докультурного, дикого человечества.
Пушкин преодолевается обаяние «гордого» героя-индивидуалиста, созданного Байроном и пользовавшегося популярностью в литературе того времени. Если по жанровой традиции поэму Пушкина можно назвать байронической, то этого нельзя никак сказать по ее идейному и художественному замыслу. В поэме Пушкина, наоборот, носителем высших ценностей является противостоящий этому герою – в существе своем «безнадежному эгоисту», ссылающемуся на свои «священные права» и добивающемуся воли лишь для себя, - вольный цыганский табор, представители которого наносят двойное поражение герою: его разлюбила Земфира (что невозможно для байронического героя); ему дает урок подлинно человеческого поведения (в рассказе об измене Мариулы), а затем произносит суровый, но справедливый моральный приговор старый цыган. Так с героя-индивидуалиста снимается романтический ореол. В «Цыганах» показано безысходно трагическое положение, в котором оказывается современный человек, сам зараженный пороками того «городского», собственнического общества, которое он так ненавидит и презирает, уходящий из своей классовой среды и неспособный прижиться на другой.
Современники воспринимали Алеко как дальнейшее развитие образа «Кавказского пленника», т. е. как романтического героя, не понятого и одинокого, не нашедшего себе успокоения даже в глубине бессарабских степей. Поэтому одни были недовольны «Цыганами» как новым апофеозом протеста против окружающей действительности (Жуковский), другие «правоверные» романтики сетовали на снижение романтического героя. Никто не замечал, что индивидуалистические черты героя развенчаны Пушкиным и что в этом и состоит одна из основ идейного замысла (или «цели», как тогда говорили) поэмы. Жуковский писал Пушкину: «Я ничего не знаю совершеннее по слогу твоих Цыган! Но, милый друг, какая цель! Скажи, чего ты хочешь от своего гения?»
Раздавались и упреки другого характера. Вяземский и Рылеев жаловались на то, что поэт заставил Алеко водить медведя; такое занятие казалось им недостойным романтического героя. Пушкин впоследствии так иронизировал по поводу этих упреков: «... Рылеев негодовал, зачем Алеко водит медведя и еще собирает деньги с глазеющей публики. Вяземский повторил то же замечание. (Рылеев просил меня сделать из Алека хоть кузнеца, что было бы не в пример благороднее). Всего бы лучше сделать из него чиновника 8 класса или помещика, а не цыгана»
Значительной чертой «Цыган» является романтическая, но уже выходящая за рамки внешнего «местного колорита», поднимающаяся о постижения национального «духа», национального характера их тесная связь с национально-фольклорной стихией. В «Цыганах» Пушкин начинает переходить от субъективно-лирического восприятия действительности к объективно-драматическому ее воспроизведению (например, членение на реплики действующих лиц, прямые авторские ремарки).

Подводя итог, привожу список романтических традиций в поэме «Цыганы»:
способ обрисовки характеров героев (прошлое и будущее даны расплывчато, зато настоящее дается подробно). Ярко рисуется психологический портрет главного героя поэмы.
образ главного героя романтизирован, однако это, так сказать, «критический романтизм».
Нарочитая прерывистость, отрывочность, составляющая характерный композиционный признак романтической поэмы, свойственна и «Цыганам». Однако отрывки представляют собой единое, органически сочлененное целое.
Связь с национально-фольклорной стихией (включение в сюжет народных песен, например).
Мир городской (душный, давящий, несвободный) и мир природы (собственно, где живут цыгане - свободный, счастливый и т.п.

9. Ира 1) И.А. Крылов – баснописец. Его место в ряду писателей сатириков 1-ой четверти 19 века.

Как мы помним из второго семестра, Крылов (1768 – 1845 - 77 лет) был сатириком, издавал соответствующие журналы, написал «Почту духов» (в-к Маликульмульк!) и «Каиба». Но по-настоящему его литературный талант раскрылся в баснях.
В 1805 г. Крылов встречается с баснописцем И. И. Дмитриевым (которой уже читал его драматургию и сказал, что это фигня), дает ему свои переводы басен Лафонтена (крутой франц. баснописец – прим. мои) «Дуб и Трость» и «Разборчивая невеста». Дмитриев: «Это истинный ваш род, вы, наконец, нашли его» - и отнёс басни в журнал «Московский зритель», где они были напечатаны в начале 1806 г. и имели большой успех. В 1809 г. Крылов выпускает первую книгу басен (при этом продолжает печататься в журналах). Каждая его новая басня – событие. Он всеобще признан и почитаем. Всего вышло 9 книг с 196 баснями (можно сказать «около 200»).
Что о нем писали критики:
Жуковский. «О басне и баснях Крылова». Писал, что Лафонтен крут, и Хемницер с Дмитриевым молодцы, что его так хорошо его перевели. Но то, что звучит хорошо по-французски, по-русски читать уже не очень интересно. Да и потом, это же просто перевод, а не авторство. Вот Крылов – это совсем другое дело. «Можно забыть, что читаешь стихи: так этот рассказ лёгок, прост и свободен. Между тем какая поэзия». Крылов использует свой стиль, свой язык, понятный, русский по духу.
Белинский. «Иван Андреевич Крылов». Рассуждает о том, что в 19 веке модно было быть народным поэтом (писателем). Все хотели быть народными, но в основном это выглядело пошло или смешно – потому что искусственное, напускное. Крылов же, лентяй и бездельник, ничего не делал, чтобы стать народным. Он просто таковым был с самого начала. Его басни (пусть и сюжеты чужие) – истинно русские, в них показаны наши люди, наша действительность. Б. отмечает «весёлое лукавство ума, насмешливость». Образ рассказчика – человек из народа, в котором отражаются черты национального характера.
Б. делит басни К. на 3 типа (по зрелости):
1) басни, в которых «он [К.] хотел быть моралистом»
«Ворона и Курица», «Конь и Всадник», «Волк на псарне»
2) басни, в которых «моральное направление борется с поэтическим»
«Ворона и Лисица», «Слон и Моська», «Обоз»
3) басни «сатирические, поэтические, лучшие»
«Тришкин кафтан», «Свинья под дубом», «Рыбья пляска»
(ребят, примеры выписывала из Белинского по принципу «самые известные мне»)
Таким образом, критики того времени единогласно восхищались народностью Крылова, его своеобразным слогом и тому, какие проблемы он поднимает.

Белинский Белинским, а вообще-то басни К. традиционно делят на социально-политические, нравственно-философские и бытовые. В социальных налицо противостояние «сильных» и «слабых», конфликт хищника и жертвы («Волк и ягненок», «Рыбья пляска»), картина общественного неустройства: «Лягушки, просящие царя» - из всех предложенных правителей лягушки выбрали цаплю-тирана, потому что та не церемонилась с подданными; «Квартет», «Обоз» - всякий чиновник тянет одеяло на себя, а в государстве бардак +bonus «Волк на псарне» - о войне 1812 года. Эти басни отвергают тиранию «сильных», беззаконие, общественную несправедливость. Примерами н.-ф. могут быть «Ворона и лисица» (легковерие и лесть), «Листы и Корни» (истинные и ложные заслуги), «Конь и всадник» (необходимая мера свободы), «Сочинитель и разбойник» (об ответственности писателя). Примеры бытовых - «Слон и Моська», «Тришкин кафтан» (у нас в списке нет).

Краткий пересказ (конечно, бред, но вдруг):
«Волк и Ягненок». Ягненок пьет воду. Волк говорит, что из-за него вода мутная. Я. возражает, что пьет ниже по течению, так что не фига. В. говорит, что ему все равно – он голодный, хватает Я. – и в лес. «У сильного всегда бессильный виноват»
«Листы и Корни». Листы говорят, что они шелестят на ветру, дают тень, прохладу, радуют глаз – на фига все остальное в дереве? Голос снизу (корни) – молчите, а то жрать не получите!
«Воспитание льва». У льва подрастает сын. Нужно воспитывать. Лиса-обманщица, крот – слепой, барс – коварный. Отдал Орлу. Через год счастливый сын с пятерками в аттестате рассказывает отцу, как нужно вить гнезда. Лев в шоке. (проблема инобразования)
«Волк на псарне». Волк лез к овцам, попал на псарню. «Товарищи, давайте договоримся!» - «Тамбовский волк тебе товарищ!». Собаки с него шкуру спустили. (так же Наполеон сунулся к нам)
«Ворона и курица» Москва горит, жители бегут. Курица кричит Вороне – валить отсюда надо. Ворона – мне по фиг, куриц едят, а ворон нет. Голодные солдаты не нашли в городе ничего съедобного, в суп угодила ворона
«Квартет» Мартышка, Осел, Козел, Мишка взяли муз. инструменты и начали играть. Ничего не получилось. Поделились на пары – опять ничего хорошего. Сели в ряд Мимо пролетал Соловей, его спросили, как им сесть. Он сказал, что надо сначала научится играть.
«Конь и всадник» Человек выдрессировал одного коня лучше всех, тот понимал его с полуслова. Тогда хозяин снял узду, конь почувствовал свободу и рванул, уронил всадника, свалился в овраг и «кони двинул». Всадник говорит: зря я ему полную свободу дал.
«Сочинитель и разбойник» Ад. Судят разбойника-убийцу и плохого писателя. Обоих сажают в котлы. Под разбойником сразу разгорается огромное пламя, под сочинителем еле тлеет. Проходят века. Разбойник давно сгорел, а под сочинителем пламя всё сильнее. Мегера объясняет: те, кому навредил разбойник, давно уже умерли, плоды же горе-писателя до сих пор развращают умы.
«Рыбья пляска» Мужик жарит на берегу речки рыбу. Идет мимо лев, царь зверей, возмущается, что мужик обижает его подданных. А мужик говорит, что никого он не обижает, все у них хорошо. А рыбы просто радуются, что Льва увидели. (и ничего, что на раскаленной сковородке)

Завершить можно тоже Б. «Повесть, комедия, юмористический очерк – только не просто басня». «Сатира и ирония – вот ее главные качества». Место Крылова уникально. Его последователи Грибоедов, Пушкин, Гоголь.
2) Статьи Пушкина о драматургии: «Наброски предисловия к «Борису Годунову», «О народной драме».
Сразу говорю, что у Пушкина написано очень коротко и ясно, поэтому если есть 15 минут – прочитайте лучше сами статьи, их я тоже присоединяю к письму.

«Наброски предисловия к «Борису Годунову»
П. пишет, что впервые просит у читателей некоторой лояльности, потому что критики на стихи он никогда не боялся, а это – его чуть ли не первый драматический опыт. К тому же писанный вдали от цивилизации, по работам Карамзина (светлая ему память – от П., не от меня) и летописям, которые оказались под рукой. П. опирался на опыт Шекспира, пытался создать народную драму (не придворную, как у Расина, к которой стремились все остальные), героическую, мрачную – в духе эпохи. П. несколько раз убедительно просит не судить его строго. Но в конце он пишет следующее: «Когда я писал эту трагедию, я был один, в деревне, никого не видал, читал одни газеты и т. д. тем охотнее, что я всегда полагал романтизм единственно пригодным для нашей сцены; я убедился, что ошибался. Я испытывал великое отвращение, отдавая читателям свою трагедию, и по крайней мере хотел предварить ее предисловием и сопроводить ее примечаниями. Но нахожу все это совершенно бесполезным».
Поэтому это так и осталось набросками.

«О народной драме и драме «Марфа-посадница»
Драма зарождается на площади.
Шекспир велик, Расин велик, потому что показали трагедию судьбы человеческой, судьбы народной. Для развития драмы автору нужна свобода.
Не нужно зацикливаться на деталях, как-то: несовпадения в одежде, в лексике. Нужно смотреть поверх этого, дать волю воображению автора, позволить показать ему собственное видение
Шекспир сделал трагедию народной, как человек просвещенный, он простыми словами написал о сложном, герои Ш. говорят, как конюхи. Расин, наоборот, приблизил драму ко двору: рассчитывая на просвещенного читателя, он пишет витиевато: у него Нерон не скажет «Я спрячусь в этой комнате», он скажет: «Сокрытый близ сих мест, я вас узрю, госпожа».
П. пишет, что в Россию драма пришла не как явление народное, но как прихоть дворян. Поэтому и сюжеты такие, и язык (как у Расина).
П. говорит, что нужно когда-то отказаться от этих аристократических замашек, и попробовать создать народную трагедию.
И прежде, чем ругать «Марфу-посадницу» - посмотреть, что в ней хорошего, как ярко показан образ Иоанна Грозного, как изображен Новгород. Есть чему поучится. Это, возможно пока единственный, образец народной драмы.

10. Сева 1) Творчество Д.В. Давыдова.
Один из старших современников Пушкина, Денис Давыдов родился - в 1784 году, на год позже «учителя» великого поэта, Жуковского, в семье состоятельного дворянина, профессионального военного, добившегося своего положения в походах Суворова, и проникнувшись «суворовским духом» юный Давыдов не мечтал ни о какой другой карьере, кроме военной. В 1801 году он поступает на службу в блестящий Кавалергардский полк, откуда его, впрочем, в 1804-м спешно переводят в гусарский полк, расположенный на Украине, в глубоком захолустье - за стихи молодого юнкера, расцененные властями как «возмутительные». Впоследствии на протяжении всей своей жизни репутация «неблагонадёжного» и «вольнодумца» не покидала Давыдова, и его военная карьера, несмотря на его заслуги перед отечеством, всячески «тормозилась», что вызывало подлинное возмущение в Денисе Васильевиче – ущемление его началось ещё в 1798-м году, когда его отец в результате, по-видимому, сфабрикованного обвинения в хищении оказался осуждён, а поместье Давыдовых было отобрано в казну. Смена Павла I Александром I не принесла перемены – наоборот, вместо возвращения уничтоженных Павлом привилегий русского дворянства, за которые военные крепко держались, вводились новые порядки по прусским образцам, армия стремительно бюрократизировалась, внимание сосредотачивалось на проведении парадов и на форме солдат и офицеров, а не на военной науке – что также вызывало протесты среди настоящих воинов-ветеранов, и протестующим тоном звучат строки давыдовских «гусарских песней» (например, стихотворение 1804-го года «Гусарский пир»; Давыдов, можно сказать, создаёт новую форму военной поэзии, отказавшись от написания традиционных классицистических напыщенных военных од), в которых создаётся, в противовес «высушенному» образу военного живой образ «еры и забияки», гусара, в бою не знающего страха, а на отдыхе – скуки: жизненным и красочным предстаёт в стихах Давыдова знаменитый своим буйным жизнелюбием и военными подвигами гусар Бурцов. Однако эти прославляющие вольную и весёлую гусарскую жизнь строки будут написаны Давыдовым позже, а пока, в первых годах нового века в обществе ходят списки вольнолюбивых стихотворений молодого поэта – и таким путём ещё долгое время распространяются многие его произведения – стихи Дениса Васильевич наконец официально издаются сборником только в 1832-м году, да и содержащем далеко не все стихотворения – например, лишь в 1872-ом году, при цензурных сокращениях официально публикуется одна из ранних его басен, примечательных своим «вольнодумством», «Голова и Ноги» (в басне первая заявляет о полной своей власти над последними, а ноги в ответ говорят, что их обязанность – выполнять приказы, но не прихоти - и как глава имеет право управлять, так и ноги имеют полное право «спотыкаться» и при падении «твоё Величество об камень расшибить»; мораль, заключает автор, само собой, понятна, но говорить её не следует, ведь «дурак, кто всё болтает»).
«Гусарский буйный дух», «стих могучий, /Достопамятно-живой, /Упоительный, кипучий, /И воинственно-летучий, /И разгульно-удалой» (как пишет в послании «Давыдову» Языков), простой русский язык (в произведениях Давыдова уместно смотрятся и просторечные выражения («Нутка, кивер на бекрень, /И ура! Счастливый день!»), и военные термины («Фланкируй, как фланкируешь» - из «Гусарского пира», жизнерадостного стихотворения, в котором поэт обращается к веселящимся за столом гусарам), а также образ гусара привносит в русскую литературу Давыдов. И среди его трудов встречаются не только стихотворения, среди которых как элегии, где гусар предстаёт со своими интимными переживаниями, так и гусарские песни, в которых отражается открытый и жизнелюбивый образ прошедшего войну героя гусара (в «Песне старого гусара» поэт с грустью замечает, что нет уж больше сидевших вместе допоздна с трубками и ковшами, полных водки, гусаров - на следующий день летевших в бой, вместо них теперь есть лишь блестящие офицеры, вальсирующие в залах, а не на боевых полях), но и проза, «Военные записки партизана Дениса Давыдова» - полные истинного патриотизма мемуары, в которых встречается целый ряд красочных образов-портретов русских военных деятелей первой четверти 19-го века.
В своём последнем стихотворном произведении, получившей неожиданную популярность «Современной песни» (1836) Давыдов резко критикует молодых либералов, кичащихся своим вольнодумством и бросающихся словами, взятыми из журналов и книг европейских мыслителей, в то же время в своих имениях жестоко обращающихся со своими крепостными; он называет людей прошлой эпохи богатырями, а современных ему сравнивает с насекомыми (характерная для позднего творчества Давыдова мысль), перечисляя длинный ряд мошек и букашек (для современников эти «аллегории» были вполне ясны – например, было ясно, что под «аббатиком» Давыдов подразумевает Чаадаева), в которых он отображает свет и заговорщицкие, либеральные напоказ беседы в нём; в конце стихотворения он заключает, что Руси, впрочем, эти букашки не страшны, и она на них просто не обращает внимания.
«Я не поэт, я – партизан, казак» - так характеризует сам себя Давыдов в стихотворении «Ответ» (1826), но в русскую литературу он навсегда вошёл именно как поэт-гусар, поэт-партизан, истинный патриот. Созданный им образ и вклад его в русскую литературную речь высоко ценили и Пушкин, и Белинский, а сам образ гусара прочно соединился с именем Дениса Давыдова и закрепился за ним.
Даша Бу 2) Философские мотивы в лирике Пушкина.
«Пирующие студенты»
«Свободы сеятель пустынный»
«Демон» 1823
«Пророк» 1825
«Дар напрасный, дар случайный» 1828
«Брожу ли я вдоль улиц шумных» 1829
«Элегия»1830
«Бесы»1830
«Пора, мой друг, пора!» 1834
«Я памятник себе воздвиг» 1837
Философия (да-да, она повсюду!): система идей, взглядов на мир, место человека в мире. Наука о наиболее общих законах природы, человеческого общества и мышления.
Нет полноценной личности без глубины самосознания. Каждый человек стремится осмыслить окружающий мир, постичь, как и во имя чего живут и умирают люди. Проблемы цели и смысла жизни, соотнесения бытия и личности – центральные вопросы русской литературы. На них не найти однозначного ответа, ибо всегда мучили и будут мучить людей. И это – залог бессмертия человечества, потому что вечная жизнь духа – в этой неуспокоенности., в этой бесконечной жажде самопознания. Пушкин полноценно прожил все возрастные периоды, глубоко прочувствовал и отразил в поэзии все человеческие состояния: от ранней юности до полного гармонического расцвета всех душевных, интеллектуальных и творческих сил взрослого человека. Его творчество – отражение духовного пути человека, вечного стремлении к самопознанию.
Философская тема – сквозная. Все так или иначе связано с размышлениями о ценности человеческой жизни, о нравственных критериях человеческой личности, связь человека с миром, связь прошлого и будущего.
Тема свободы сама по себе философская.
В ранних стихах: анакрионтика и эпикурейство. «Пирующие студенты», «Блаженство», «Гроб Анакрионта».
В Петербурге: влияние декабристов, гражданская озиция, желание славы и блага отечеству. «Вольность», «к Чаадаеву», «Деревня»
Во время южно ссылки размышляет о свободе, смысле жизни, гражданском долге, предназначении как поэта (т.е. смысле своей жизни, по сути).
«Демон»Сосредоточил в себе главные вопросы, терзающие поэта. Пушкин создает образ атеиста. «Злобный гений», Демон, искушающий героя безверием, бесконечно страшен. Он отрицает все высшие ценности: вдохновения, любовь, свободу, отрицает и само проведение, божественный замысле в основе бытия. А ведь если жизнь бесцельна, если не подчинена непознаваемому, то все равно, как жить, творить добро или зло, добрести до естественной смерти или покончить с собой. Лирический герой из последних сил сопротивляется искусу Демона и ужасается тому, что может не устоять. Сам поэт устоит перед духовным кризисом 1823 года. Демон – центральное стихотворение этого пероида, своеобразная исповедь.
«Свободы веятель пустынный». Лирического героя стихотворения "Свободы сеятель пустынный" мучит невозможность исполнить то, что кажется предназначением, он обвиняет "народы" в нежелании обрести волю: " К чему стадам дары свободы?"
Разочаровывается в народе, который не приемлет свободу
После казни декабристов – «Пророк». Был в пустыне, шестикрылый серафим вырвал язык вместо него положил змеиный, рассек грудь вложил вместо сердца положил угол, дал волшебный слух. Лежал как труп, измученный, но ангел сказал: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей». Итого: все горе от потери друзей это плата за высшее предназначение поэта. Вот, собственно, и смысл жизни нашелся.
Но позже, в 1828 в день рожденья, вроде праздник, пишет «Дар напрасный, дар случайный..» (жизнь, зачем ты мне дана). Все бесполезно. Трагизм, безысходность. «Цели нет передо мною: Сердце пусто, празден ум, И томит меня тоскою Однозвучный жизни шум». Это является своеобразной антитезой "Пророку", который написан также в трудный период жизни поэта, после казни декабристов, но где ответ на вопрос "зачем?" был найден: "Глаголом жги сердца людей". Но уже в стихотворениях следующего - 1829 года - "Брожу ли я вдоль улиц шумных" и "Дорожные жалобы" отражено некое приближение к гармонии, пониманию высшего замысла. В первом стихотворении, элегии "Брожу ли я" возникает образ "юношей безумных". Они безумны потому, что не задумались еще о смысле жизни, еще живут иллюзиями, какими жил и сам поэт - помните: «Мы ж утратим юность нашу Вместе с жизнью дорогой».
Последняя строфа элегии соединяет образы "младой жизни" и "равнодушной природы", стихотворение обретает кольцевую композицию. И жизнь представляется бесконечной в движении по этому кольцу: от безумной, чуждой осмыслению законов бытия юности, через муки поисков смысла жизни - к смерти, к "гробовому входу", вокруг которого уже шумит новая молодость. Вечная жизнь - в этой смене поколений, истина - в мудром примирении с круговоротом жизни: «Тебе я место уступаю: Мне время тлеть, тебе цвести.» И бессмертие есть: в том, чтобы за "гробовым входом", после смерти, слиться с родными местами - иначе не жгло бы человека желание быть похороненным там, где родился: «И хоть бесчувственному телу Равно повсюду истлевать, Но ближе к милому пределу Мне все б хотелось почивать.»
Пушкин думает и пишет о смерти, будто жизнь почти кончалась и он старец (30, как обычно, кризисный возраст). Но в 1830 все меняется. Женится на Натаьле Гончаровой. Дом. Семья. Новый смысл. В общем, вытащило это его.
В Болдино Пушкин написал "Бесы". Злая сила, окружающая человека, мучающая его, открылась пушкинскому Путнику с совершенно неожиданной стороны: это не всесильный Демон, искушающий провидение, - это бесы, они ущербны, они мучают путника - но и сами мучаются: их "гонят", они "жалобно поют". Путник оказывается недостижим для бесов, потому что, уловив в бесовском вое жалобу, в бесконечном их кружении - тоску, он их жалеет. Ибо человечность всегда победит зло; бесовской круговерти внешнего мира человек может противопоставить только внутреннюю гармонию.
В "Элегии" (1830) создает Пушкин свою "формулу жизни": «Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать. Вот - цель и смысл жизни. Жизнь - не в веселье, ибо Безумных лет угасшее веселье Мне тяжело, как смутное похмелье.»Жизнь - труд, работа, бесконечная работа мысли и духа. Только тогда возможны минуты истинного счастья: «Порой опять гармонией упьюсь, Над вымыслом слезами обольюсь, И может быть - на мой закат печальный Блеснет любовь улыбкою прощальной.»
Само понятие счастья в последние годы переоценивается Пушкиным: "На свете счастья нет, но есть покой и воля". "Покой и воля" - вот высшие ценности бытия, необходимые, как воздух: ибо без них поэт задыхается.
«Пора, мой друг, пора!» 1834
Сам Пушкин про него: «юность не имеет нужды в доме, зрелый возраст ужасается своего уединения. Блажен, кто находит подругу - тогда удались он домой. О, скоро ли перенесу я мои пенаты в деревню, - поля, сад, крестьяне, книги: труды поэтические, религия, смерть». Вот, что и есть покой и воля.

За два месяца до смерти создает Пушкин стихотворение "Я памятник себе воздвиг нерукотворный", здесь подводятся итоги жизни, итоги своей поэтической и человеческой судеб:
Нет, весь я не умру - душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит -
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.

Такой путь за свою короткую жизнь прошел Пушкин в философской лирике. На этом пути он простился с романтическим мировосприятием, с "безумными летами", пережил духовный кризис, но обрел гармонию с миром, Дом, пришел к пониманию того, что есть "самостоянье человека", в его сознании соединились жизнь, смерть и бессмертие.

11. Миша 1) «Беседа любителей русского слова» и «Арзамас» в литературной борьбе 1810-х гг.
Жил-был Карамзин, и решил он скрестить церковно-славянский язык с макаронической речью светских салонов. И был Шишков, которому язык и философия "Домостроя" нравились гораздо больше, чем попахивавшее вольнодумством смешение французского с нижегородским. В 1803 он родил "Рассуждение о старом и новом слоге российского языка", в котором и высказался прямо, что надобно читать книги старые, духовные. И за чистотой языка тоже следить надо. "Добледушие" (героизм), "лицедей" (актёр) и феерическое "хорошилище грядёт из ристалища на позорище по гульбищу в мокроступах и с растопыркой" (франт идёт из цирка в театр по бульвару в галошах и с зонтиком) - это всё он выдумал и на полном серьёзе предлагал употреблять. Следующие 8 лет шишковисты грызлись с карамзинистами, и все были довольны: Державин, Шаховской и всякая мелкая шушера боролись за чистоту русского языка, а Карамзин, Дашков, Макаров, Жуковский, Батюшков и прочие прогрессивные граждане боролись с шишковистами. В 1811 появилась "Беседа любителей русского слова", в которую вошли околовсяческие словенофилы (не путать со славянофилами) - упомянутые Державин с Шаховским, Ширинский-Шихматов, Хвостов, а главным был, естественно, Шишков. На собраниях они торжественно рассаживались по чинам, страдали бюрократией - в общем, беседовали о своей любви к русскому слову. В 1815 Шаховской написал комедии "Липецкие воды" и "Новый Стерн", в которых постебался над карамзинистами и нарвался: те объединились в "Арзамас" и поставили себе целью борьбу с устаревшими литературными вкусами и традициями. Вместо бюрократии у них была шуточная масонская эстетика с колпаками и партийными кличками, взятыми в основном из баллад Жуковского. На каждом заседании поедали гуся, делились поэтическими опытами и вообще весело проводили время. Жуковский, Пушкин и его дядя Василий (тоже Пушкин), Вяземский, Батюшков и многие другие. Полемика этих двух кружков гордо называлась "войной на Парнасе" и продолжалась до 1816, когда "Беседа" приказала долго жить. "Арзамас" потерял смысл своего существования. Сначала они решили издавать журнал и даже составили план, однако на этом всё и закончилось. Тут будущие декабристы Муравьёв и братья Тургеневы попытались сделать из "Арзамаса" "серьёзную организацию", как выразилась, так сказать, Прохорова. Серьёзной организации из этого сборища не получилось (см. басню Крылова "Квартет"), и в 1818 "Арзамас" развалился, а члены его разъехались из Петербурга в разные стороны.
Итого:
"Беседа" шишковистов: бюрократия, обрядовость. Считают себя преемниками классицизма, борются за чистоту русской речи и против реформы Карамзина. Шишков, Державин, Шаховской.
"Арзамас" карамзинистов: весёлая тусовка с элементами буффонады. Цель - воспитание вкуса, борьба с устаревшими традициями. Реформа Карамзина - модернизация языка путём разумного заимствования (которое по факту и так уже произошло в светских салонах). Жуковский, Вяземский, Батюшков, Пушкин, Блудов, Дашков, будущие декабристы типа Тургеневых или Муравьёва.
2) Поэма Пушкина «Медный всадник».
Краткий пересказ поэмы:
Вступление: на берегу пустынных волн стоит Он, смотрит на убогие хижины финских рыболовов и думает грозить отсюда шведу. Следующий кадр: 100 лет спустя. Пышный город, сады, дворцы, толпы кораблей в порту, парады на Марсовом поле, пьянки с шипучим вином, Пушкин, пишущий свои стихи во время белых ночей. Крысота.
Часть первая: бедный петербуржец Евгений думает о своей прекрасной невесте по имени Параша. Думает, в частности, то, что из-за непогоды снимут мосты, и он не сможет с ней встретиться ближайшие несколько дней. Потом думает, как они поженятся, он поступит на службу, и будут они жить долго и счастливо. Тут подул ветер, и река обратилась вспять. Народ сначала стоял на берегах и глазел, а потом вдруг взял и поплыл. Царь Николай печально смотрит с балкона Зимнего дворца на плывущие по улицам лодки и гробы с размытого кладбища, его генералы плавают на лодках и спасают людей, а Евгений сидит в позе Наполеона верхом на статуе льва и смотрит в сторону Парашиного домика. Рядом стоит конная статуя Петра Великого работы Фальконе и тоже куда-то смотрит.
Часть вторая: едва наводнение закончилось, Евгений нанимает лодку и отправляется к своей невесте. Приехав, не находит ни Параши, ни дома. В это время мусор с улиц быстро убрали, торгаши открывают свои лавки, графоман и шишковист граф Хвостов "уж пел бессмертными стихами несчастье невских берегов", а Евгений сошёл с ума и стал бродить по городу. Спал на пристанях, питался милостыней, бывал бит мальчишками и кучерами и жил так несколько месяцев, а в это время в его доме поселился какой-то поэт. Однажды во время прогулки Евгению показалось, что он тут уже был. И вправду: те же мраморные львы (см. "Итальянцев в России"), тот же кумир на бронзовом коне. Тут мысли Евгения прояснились, и Пушкин пишет все эти знаменитые слова про "ужасен он в окрестной мгле!" и "куда ты скачешь, гордый конь, и где опустишь ты копыта?". Прояснились мысли, как видно, не до конца, ибо дальше он храбро посмотрел "на лик державца полумира" и обратился к нему, словно к Лужкову: "Добро, строитель чудотворный! Ужо тебе!..". После чего убежал. И бегал по Питеру всю ночь, а за ним вроде бы гонялась эта статуя. Почему не догнала и не покарала - вопрос открытый. Более того, к утру она оказалась на своём законном месте, и Евгений с тех пор всякий раз снимал картуз и опускал глаза, проходя мимо Медного Всадника.
Последняя строфа: маленький островок где-то в Финском заливе, куда иногда приплывают рыбаки. На островке находят занесённый туда во время наводнения дом (угадайте, чей), а у порога - не совсем живого Евгения. "И тут же хладный труп его похоронили ради бога". Вот и сказке конец.

Прохорова называет МВс вершиной пушкинских размышлений о власти. Поэма не столько об образе Петра (во избежание лишних вопросов к автору есть одообразное вступление-панегирик), сколько о цели и средствах. Пушкин не даёт однозначной оценки, он просто показывает трагедию Евгения и в то же время восхищается деяниями Петра. Кроме того, это урбанистическая поэма о Петербурге. Феномен петербуржского текста (потом вылезет у Гоголя, Достоевского и компании): европеизированная столица, построенная по рационалистическому плану, но вопреки законам природы и совершенно антирационально. Пётр почти уравнивается с Творцом ("стоял _он_, дум великих полн"). Евгений оказывается той ценой, которую Россия платит за петровские преобразования и за столицу "под морем". Вся поэма, кроме вступления, выдержана в тоне не панегирика, а скорее рассказа о печальном событии. Образ маленького человека - редкость для лироэпического произведения. В "Шуриках" есть статья Красовского, которая больше исходного произведения в несколько раз. В этой статье происходит обсасывание сэлементами расчленения, и в результате мы видим три смысловых плана произведения: 1 - исторический (рассказ о наводнении), 2 - условно-литературный (урбанистическая поэма, "петербургская повесть" о несчастном человеке) и 3 - легендарно-мифологический (оживающий "кумир на бронзовом коне" - воплощение грозного царя, Нева постоянно сравнивается со зверем, с бунтом, с ворами и с разбойниками). В поэме много параллелей - композиционных и смысловых, - крутящихся вокруг образов Петра. Пётр помышляет о государственных делах - а Евгений думает о скромном счастье с Парашей; Пётр восседает на коне, протянув руку, а Евгений сидит рядом на мраморном льве, скрестив руки на груди. Противопоставление Петра-реформатора и Петра-тирана. Кроме того, у Евгения, в отличие от "кумира на бронзовом коне", есть сердце и душа. Ещё отмечается любовь Пушкина к образам роботов-убийц (см. "Каменный гость"). И конечно же, идеологически верная критика не может не отметить сцену бунта маленького человека против большой чугунной статуи. Приводится, правда, мнение, что это никакой не бунт, а пробуждение исторической памяти. То, что происходит дальше, - проявление конфликта человека и власти. То, что погоня статуи за человеком абсолютно ничем не заканчивается, символизирует неразрешимость этого конфликта. А то, что конфликт выведен в мифологическое пространство (там ведь статуи скачут), подчёркивает его фундаментальный характер.

12. Маша Т 1) Поэма К.Ф. Рылеева «Войнаровский».
Краткое содержание:
Поэма начинается с эпиграфа Данте: «Нет большего горя, чем вспоминать о счастливом времени в несчастье»

Далее следует стихотворение к А.А. Бестужеву, в котором лирический герой, подобно грустному, одинокому страннику, бродит в мире сиротой и отказывается верить дружбе бескорыстной. Но внезапно ему встречается он (наверное, речь о Бестужеве) и герой разуверяется и «вновь в небесной вышине звезда надежды засияла». Лирич. Герой предлагает Бестужеву принять «плоды трудов»:
Ты не увидишь в них искусства:
Зато найдешь живые чувства, -
Я не Поэт, а Гражданин.
Далее следует длинное и непонятное жизнеописание Мазепы, полное всяких исторических имен и дат. Вот кратко об этом жизнеописании:
Мазепа принадлежит к числу замечательнейших лиц в российской истории XVIII столетия. Место рождения и первые годы его жизни покрыты мраком неизвестности. Достоверно только, что он провел молодость свою при варшавском дворе. Несчастливые обстоятельства заставили его бежать из Польши. Он стал на службе у Самойловича, гетмана малороссийской Украины. В Москве Мазепа вошел в связи с первыми боярами царского двора и после неудачного похода любимца Сосрии князя Василья Васильевича Голицына в Крым в 1687 году, чтоб отклонить ответственность от сего вельможи, он приписал неуспех сей войны благодетелю своему Самойловичу; отправил о сем донос к царям Иоанну и Петру и в награду за сей поступок был, по проискам Голицына, возведен в звание гетмана обеих Украин.(вот гад :))
В то время произошла перемена в правлении, и власть перешла в руки Петра.
Мазепа, опасаясь разделить несчастную участь с вельможею, которому он обязан
был своим возвышением, решился объявить себя на стороне юного государя,
обвинил Голицына в лихоимстве и остался гетманом.
Утвержденный в сем достоинстве, Мазепа всячески старался снискать благоволение российского монарха. Он участвовал в азовском походе; во время путешествия Петра по чужим краям счастливо воевал с крымцами и один из первых советовал разорвать мир с шведами. В словах и поступках он казался самым ревностным поборником выгод России, изъявлял совершенное покорство воле Петра, предупреждал его желания. В письмах к царю Мазепа говорил про себя, что он один и что все окружающие его недоброжелательствуют России; просил, чтоб доставили ему случай показать свою верность, позволив участвовать в войне против шведов. Петр имел к нему неограниченную доверенность, осыпал его милостями, сообщал ему самые важные тайны, слушал его советов. Случалось ли, что недовольные, жалуясь на гетмана, обвиняли его в измене, государь велел отсылать их в Малороссию и судить как ябедников. Еще в конце 1705 года Мазепа писал к Головкину: "Никогда не отторгнусь от службы премилостивейшего моего государя". В начале 1706 года был он уже изменник. Ненавидя россиян в душе, он вдруг начал обходиться с ними самым приветливым образом; в письмах своих к государю уверял он более чем когда-нибудь в своей преданности, а между тем потаенными средствами раздувал между козаками неудовольствие против России. Мазепа притворяется больным и в это время, окружив себя докторами, ведет переписку с Карлом 12 и другие нехорошие дела))). Он умоляет Карла о скорейшем прибытии в Малороссию и избавлении его от ига русских.
Что побудило Мазепу к измене? Ответ: низкое, мелочное честолюбие.
Генеральный судья Василий Кочубей был давно уже в несогласии с Мазепою. Ненависть его к гетману после того, как Мазепа обольстил дочь Кочубея и, смеясь над жалобами родителей, продолжал с нею виновную связь. Кочубей поклялся отомстить Мазепе; узнав о преступных его замыслах, может быть, движимый усердием к царю, решился открыть их Петру. Согласившись с полтавским полковником Искрою, они отправили донос свой в Москву, а вскоре потом и сами туда явились; но двадцатилетняя верность Мазепы и шестьдесят четыре года жизни отдаляли от него всякое подозрение. Петр, приписывая поступок Кочубея и Искры личной ненависти на гетмана, велел отослать их в Малороссию, где сии несчастные, показав под пыткою, что их показания ложны, были казнены 14 июля
1708 года в Борщаговке, в 8 милях от Белой Церкви.
Примечание: подчеркнутые имена потом профигурируют в поэме, поэтому, ребята, сразу обратите внимание на них!!!

Примечание №2: это жизнеописание написано А. Корниловичем
Далее следует жизнеописание Войнаровского:
Андрей Войнаровский был сын родной сестры Мазепы, но об его отце и детстве нет никаких верных сведений. Знаем только, что бездетный гетман, провидя в племяннике своем дарования, объявил его своим наследником и послал учиться в Германию. В 1705 году Войнаровский послан был на службу царскую. Мазепа поручил его тогда особому покровительству графа Головкина; а в 1707 году мы уже встречаем В-ого атаманом пятитысячного отряда. Участник тайных замыслов своего дяди, Войнаровский в решительную минуту впадения Карла XII в Украину отправился к Меншикову, чтобы извинить медленность гетмана и заслонить его поведение. После измены Мазепы и прилучении части казацкого войска к Карлу 12 Войнаровский был наречен коронным воеводою Царства Польского, а Карл дал ему чин полковника шведских войск и по смерти Мазепы назначил гетманом обеих сторон Днепра. Наследовав после дяди знатное количество денег и драгоценных каменьев, Войнаровский стал очень роскошно жить в Вене, в Бреславле и Гамбурге. Его образованность и богатство ввели его в самый блестящий круг дворов германских. Намереваясь отправиться в Швецию для получения с Карла занятых им у Мазепы 240 000 талеров, он приехал в 1716 году в Гамбург, где и был схвачен на улице магистратом по требованию российского резидента Беттахера. В итоге Войнаровский сам решается отдаться милости Петра 1. Он представился
государю в день именин императрицы, и ее заступление спасло его от казни. Войнаровский был сослан со всем семейством в Якутск, где и кончил жизнь свою, но когда и как, неизвестно. Миллер, в бытность свою в Сибири в 1736 и1737 годах, видел его в Якутске, но уже одичавшего и почти забывшего иностранные языки и светское обхождение (это мы найдет в поэме)._
Такова была жизнь В. в общих чертах. Он был отважен, красноречив, решителен, обходителен. В. принадлежал к числу тех немногих людей, который великий Петр почтил именем опасных врагов.
Примечание: это жизнеописание написано А. Бестужевым.

Далее следует сама поэма, состоящая из 2 частей.

Часть первая открывается описанием «угрюмой» природы Якутска – безотрадной страны («В стране метелей и снегов, На берегу широкой Лены»). Здесь однообразно проводит дни житель одичалый, давно привезенный в «страну изгнанья» в крытой кибитке (это и есть Войнаровксий). 1-2 раза в год в Якутск приходит караван с русскими купцами: «На миг в то время оживится Якутск унылый и глухой». Оживление природы сравнивается с минутным весельем, которое посещает «в подземелье почти убитого тоской страдальца-узника». Изгнанник с видом нестерпимой муки простирает руки к западу со словами:
О край родной! Поля родные!
Мне вас уж боле не видать
Далее рисуется портрет героя: улыбки не видать никогда, поседели усы и борода, вид стал суровей вдвое, покоен он, могильным огоньком блещут очи. Всегда молчит он и дичится, ходит один. Потом следует повествование о «нашем» Миллере, кот завлечен сюда высокой страстью к познанию.
* В примечании про Миллера говорится следующее:
Российский истроиграф. Миллер начал свое поприще в России преподаванием латинского языка, географии и истории в верхнем классе академической гимназии. Затем Миллер произведен в профессоры истории и назначен действительным членом Академии (а еще в его честь назвали ириску «Миллер» :)).Он не искал непозволенными средствами того, чего имел право требовать, не унижал дарований своих, изменяя истине, а потому имел многих неприятелей. Даже великий наш Ломоносов, ни в чем не терпевший соперников, был врагом Миллера. На полезные труды его не обращали внимания. По званию российского историографа в 1747 г. занимался он составлением сибирской и разными исследованиями по части российской истории и географии, составлял родословные таблицы российских великих князей.
Со вступлением императрицы Екатерины занялась в России новая заря на
горизонте наук. Заслуги Миллера были наконец уважены: он стал директором Московского воспитательного дома, а потом определен в начальники Московского архива
иностранных дел. Никто лучше Миллера не мог исполнить обязанностей,
сопряженных с сим местом: он по
целым суткам проводил в сем хранилище отечественных хартий. Нравственные его качества не уступали его познаниям. Миллер знал, что человек, готовящийся к исправлению других, должен сам собою подавать пример. Избрав Россию своим отечеством, он любил ее как родной ее сын, всегда предпочитал ее пользу частным выгодам, никогда не жаловался на оказанные ему несправедливости и везде, где мог, старался быть ей полезным.
Миллер никогда не старался выставлять себя: скромность, отличительная черта истинного таланта, и даже некоторая застенчивость составляли главные черты его характера.
Он имел многих врагов, которые, завидуя его славе, старались очернить его в глазах современников; но справедливость восторжествовала: обвинения их, внушенные корыстолюбием, были опровергнуты, и Миллер в конце жизни своей имел утешение видеть, что истинное достоинство найдет всегда защитников и почитателей.

Итак, продолжаю повествование:)
Значит приехал Миллер в Якутск. Наблюдает здесь природу, всему дивится: природе, климату, нраву людей. Однажды, гнав оленя на лыжах в лесу, он видит, как бег оленя прервал охотник. То ссыльный был. Мил. просит его быть ему вожатым, просит показать дорогу в Якутск. Изгнанник объясняет, что уже поздно и Мил не успеет выбраться в поле. Предлагает ему отдохнуть на хуторе. В юрте ссыльный зажег «жирник» (т.е. ночник с каким-ниб маслом или жиром). Мил скрывает свой невольный страх. Ссыльный накрывает стол и заводит с Мил разговор. Мил поражен: 2 года назад он покинул родину и бродил сиротой в забытой стране и, наконец, впервые мог насладиться «беседой просвещенной». Изгнанник рассказывает свою мрачную историю, вверяет Миллеру свою тайну, обнажая «чувства сердца». Мил дивится тому, что перед ним сидит «друг и родственник Мазепы», т.е. Войнаровский. В. признается, что он вечный узник, в душе ко всему охладел (и к дружбе, и к любви), и поэтому уже ничего не хочет: «Ни до чего нет сердцу нужды». В. не хочет, чтоб его жалели, за дело чести и отчизны он готов слушать укоры, но не сожаление врага. В. вспоминает прошлое, когда любил людей, предавался радости и счастью на лоне свободы. (здесь следует подумать об эпиграфе вначале поэмы) Вспоминает свои воен походы против крымцев, поляков, когда он со своим войском, как «громовая туча», наезжал на вражеский стан громил всех в пух и прах. Они всем внушали страх, а враги «постыдной данью покупали сомнительный союз». В. также вспоминает бой, когда с малочисленной ватагой он сражался с поляками, а потом на них налетели крымцы и стали их тоже теснить. В. и его соратники покинули поле боя. Они кинулись врассыпную и побежали. В. страшился попасть в плен и стрелой летел к стране родной. Но конь его издох близ границ родины. В. оказался раненым и изнуренным в пустой степи, готовясь умереть. Его находит юная «черноокая» казачка. В. вспоминает «сладость первой встречи», ласковые речи, «полный состраданья взор». В-ого вносят в курень к отцу казачки, кот заботится теперь о В., собирая степные травы и коренья. В. «душою полной» полюбил казачку. Она его любовь его сначала не признала, а потом сама его полюбила. Не долго они таили любовь, вскоре открылись ее родителям, попросив благословения. 3 года они жили под кровом простой хижины: «Вполне узнал я цену счастья». Потом появился гетман (Мазепа), который переманил В. на свою сторону. Тогда В. утратил покой и счастье: «Нагрянул Карл на Русь войной – Все на Украине ополчилось». В. стал обращать внимание на молчаливого и равнодушного Мазепу, пытаясь разгадать вину таинственной тоски. Маз ото всех скрывался, но однажды поздней ночью пригласил к себе В., решив поверить ему свою тайну. Но прежде В. заверил Маз, что семью не пожалеет за Украину. «Себе одну оставлю честь». Маз называет В. «сыном Украины», прямым гражданином. В противоположность В-ому Мазепа говорит, что готов жертвовать и честью. Теперь М. открывает тайну В.: он враг Петра Великого. С тех пор лишь родина занимала мысли В-ого (« близка больба, борьба свободы с самовластьем!»), который слепо предается Мазепе и клянется пойти против Петра. В. признает, что, увлеченный страстью, не мог «дать цену» царю, относясь к нему то хорошо, то плохо.
1 часть завершается размышлением о том, что не дано ему, «рожденному с пылкой душой» быть в родном краю («Но как ужасно знать до время свою ужасную судьбу!»). В. знает, что умрет изгнанником и его очи засыплет «чужой песок».

2 часть открывается описанием зимнего пейзажа. Мил и в. сидят перед очагом. Мил слушает горестный рассказ и льет слезы. В. продолжает свое повествование:
Я жизни юной не щадил,
Я степи кровью обагрил
И свой булат в войне кровавой
О кости русских притупил.
В. рассказывает, что Маз давал в Украине бой за боем. Описывается ужасная картина кровавого поля, на кот разбросаны гниющие тела.
Но в грозной битве Карл свирепый
Против Петра не устоял!
Разбит, впервые он бежал;
Вослед ему - и мы с Мазепой.
5 дней они бежали, боясь погони. Перед костром Маз говорит В., что он не собирается унижаться духом и становиться рабом, а будет всё делать, чтобы помочь родине. В. дивится его уму. Мазепе приводят 2 пленных, у кот он спрашивает: «Что нового в стране родной?». Один из пленных отвечает, что в Батурине Петра народ благословлял, а Мазепу повсюду клянут украинцы. Все как прикованные смотрят на гетмана. В. признается, что так и не знал, какие замыслы таил Мазепа и что он готовил своему родному краю. С рассветом дня они отправляются в путь. И вот рубеж родной границы они видят перед собой. В. зарыдал. Он берет горсть земли «родимой» и пришивает к кресту с молитвой, чтоб утешаться на чужбине. С тех пор В-ому на родине побывать не удалось. Вновь они отправляются в путь. Гутман заболевает, задыхаясь, видит перед собой Кочубея с Искрой, которые идут на плаху, а потом палач отсекает им головы. То вдруг видит он Петра, то жену Кочубея. Маз ведет себя неадекватно: то плачет, почти рыдает, то хохочет. На 9 день со словами «О Петр! О родина!» он умирает. Настал день похорон.
Все предузнавали,
Что мы с Мазепой погребали
Свободу родины своей.
Сам Карл «вождя Украины» до могилы провожал.
В этот самый день заболел и сам В.
В., чтоб рассеять печаль, едет в «чужой предел», но его схватывает толпа врагов.
И в вечной ссылке очутился
Среди пустынных сих лесов.

Спасение и упованье
Была святая вера мне.
В. признается, что грустил об украинцах и родных. Он вопрошает:
Что сталось с родиной моей?
Кого в Петре - врага иль друга
Она нашла в беде своей?
В. продолжает повествование. Однажды, когда он стоял у одинокой сосны, он увидел женщину, едва несущую связку дров. В убитой тоской и работой женщине В. узнает свою казачку, которая, узнав о его участи, пошла искать его в изгнанье.
О странник! Тяжко было ей
Не разделять со мной страданье.
Встречала много на пути
Она страдальцев знаменитых,
Но не могла меня найти:
Увы! я здесь в числе забытых.
Закон велит молчать, кто я,
Начальник сам того не знает.
Об том и спрашивать меня
Никто в Якутске не дерзает.
И добрая моя жена,
Судьбой гонимая жестокой,
Была блуждать осуждена,
Тая тоску в душе высокой.
В. оживает с женой, но не находит детей при ней. Оказывается они уже «вкусили радостный конец». К В-ому возвращается спокойствие. Он реже тоскует. Но недолго длилось счастье: казачка заболела. Она старалась скрывать свою болезнь, но впоследствии она открывается В-ому, что умирает и что надеется свидеться с ним в «лучшей стране», где их никто не разлучит. После она умолкла В. похоронил ее близ юрты (насыпал ей «грустный холм»). В. говорит Миллеру, что с утратой сей он потерял веру в счастье и что много горя он испытал:
Как жизнь в изгнанье тяжела;
Мне б смерть отрадою была, -
Но жизнь и смерть я презираю...
Мне надо жить; еще во мне
Горит любовь к родной стране, -
Еще, быть может, друг народа
Спасет несчастных земляков,
И, достояние отцов,
Воскреснет прежняя свобода!..
Тут В. замолчал, изменился в лице и стал молиться. Мил. догадался, о чем молится В. и скрепил верную, «домогильную» дружбу рукопожатием.
Дни уходили с быстротой.
Зима обратно налетела.
Мил часто навещал В., разделял с ним тоску и грусть об Украине. Однажды Мил спешит к В. с отрадной вестью о прощенье.
С каким восторгом сладким я
Скажу: окончены страданья!
Мой друг, покинь страну изгнанья!
Лети в родимые края!
Там ждут тебя, в стране прекрасной,
Благословенье земляков.
И круг друзей с душою ясной,
И мирный дом твоих отцов!
Так добрый Миллер предавался
Дорогой сладостным мечтам.
Мил примчался к хижине, но никто его не встречает. В юрте пусто. Мил находит В. «в оцепененье роковом» (т.е. мертвым) на могильном холме своей жены:
В глазах недвижных хлад кончины,
Как мрамор, лоснится чело,
И от соседственной долины
Уж мертвеца до половины
Пушистым снегом занесло.
КонеЦ

Комментарий к поэме:
Рылеев ввел в поэму множество реальных подробностей, касающихся природы, обычаев и быта сурового края. В основу поэмы Рылеев положил действительное историческое событие, намереваясь подчеркнуть масштабность и драматизм личных судеб героев – Войнаровского, его жены и Мазепы. Однако поэма Рылеева оставалась романтической. В. выступал носителем авторских идей. Личность Войнаровского была в поэме идеализирована, эмоционально приподнята. С исторической точки зрения Войнаровский – изменник. Он, как и Мазепа, хотел отделить Украину от России, переметнулся к врагам Петра I и получал чины и награды то от польских магнатов, то от шведского короля Карла XII. В поэме же Рылеева Войнаровский – республиканец и тиран6оборец. Образ Войнаровского у Рылеева раздвоился: с одной стороны, Войнаровский изображен лично честным и не посвященным в замыслы Мазепы. Он не может нести ответственность за тайные намерения изменника, поскольку они ему неизвестны. С другой стороны, Рылеев связывает Войнаровского с исторически несправедливым общественным движением, и герой в ссылке задумывается над реальным содержанием своей деятельности, пытаясь понять, был ли он игрушкой в руках Мазепы или сподвижником гетмана. Это позволяет поэту сохранить высокий образ героя и одновременно показать Войнаровского на духовном распутье. Приглушая любовный сюжет, Рылеев выдвигает на первый план общественные мотивы поведения героя, его гражданские чувства. Драматизм поэмы заключен в том, что герой-тираноборец, в искреннем и убежденном свободолюбии которого автор не сомневается, поставлен в обстоятельства, заставляющие его оценить прожитую жизнь. Вся его душа по-прежнему обращена к родному краю. Он мечтает о свободе отчизны и жаждет видеть ее счастливой. Поэт не скрывает слабости Войнаровского. Гражданская страсть заполнила всю душу героя, но он вынужден признать, что многое не понял в исторических событиях, хотя и был их непосредственным и активным действующим лицом. Войнаровский несколько раз говорит о своей слепоте и заблуждениях: «Мазепе предался я слепо Ах, может, был я в заблужденье, Свою беседу с Мазепой Войнаровский называет «роковой» и считает ее началом выпавших на его долю бед. Он и теперь, в ссылке, недоумевает о подлинных мотивах предательства Мазепы, который был для него героем: «Мы в нем главу народа чтили, Мы обожали в нем отца, Мы в нем отечество любили. Не знаю я, хотел ли он Спасти от бед народ Украйны Иль в ней себе воздвигнуть трон, - Мне гетман не открыл сей тайны. Ко нраву хитрого вождя Успел я в десять лет привыкнуть; Но никогда не в силах я Был замыслов его проникнуть. Он скрытен был от юных дней, И, странник, повторю: не знаю, Что в глубине души своей Готовил он родному краю». Рылеевская поэма как бы предупреждала, что подлинный смысл гражданской деятельности зависит не только от желания личности, от ее активности и готовности принести себя в жертву общему благу, но и от существа общественного движения. Однако собственно художественное задание Рылеева расходилось с этим выводом. Основная цель поэта состояла в создании героического характера. Бескорыстие и личная честность в глазах поэта оправдывали Войнаровского, оставшегося непримиримым борцом против тирании.
2) Лирика Пушкина 1831-36 гг.
Это период зрелой лирики Пушкина. Отмечу, что в ранние годы творчества поэта больше всего волновала проблема социально-политической свободы, и разные аспекты этой проблемы (тирания, крепостное право, долг граждан) он отразил в своих стихотворениях, прибегая к образам, передающим современную автору дей-ть.
По мере взросления и приобретения автором жизненного опыта у него наступает время скепсиса по отношению к социально-политической свободе, т.е. время сомнений, неверия в то, что такая свобода может изменить общество. Такое настроение поэта, несомненно, нашло отражение в его творчестве, ведь теперь на первый план выходит у Пушкина не свобода социально-политическая, а свобода личная.
Так, в стих-ии «Из Пиндемонти» (1836), построенном на приеме антитезы, автор противопоставляет понятиям демократии (т.е. аспектам социально-политической свободы: свободы голоса, свободы печати, про которые он говорит: «Все это, видите ль, слова, слова, слова») свою систему общегуманистических ценностей, которые вечны, а именно: «божественные природы красоты» и «создания искусств и вдохновения». Автор приходит к выводу о том, что ему важна другая свобода – творческая независимость. О проблеме творческой независимости автор упоминает и в стих-ии «Пора, мой друг, пора», где свобода и покой – главные жизненные ценности. В уединенном месте («обитель дальняя трудов») автор испытывает наслаждение от возможности творить.
Обратимся к философской лирике поэта. Стихотворение « Вновь я посетил» относится к этому периоду. Здесь мы соприкасаемся с темой непрерывности жизни. Строчка: «И сам, покорный общему закону..», - говорит о том, что и природа, и человек живут по единым законам. Лир.герой доверяет жизни, принимает ее со всеми ее законами, поэтому интонация повествования спокойная. Тема вечности также отражена в этом стих-ии, мы видим слияние прошлого, настоящего и будущего. В настоящем лир.герой думает о прошлом, его посещают воспоминания о прошлом, об «уголке земли», где он провел изгнанником 2 года. Прошлое оживает, присутствует сейчас: « но здесь опять минувшее меня объемлет живо..». Так.образом, прошлое и наст сливаются в 1 миг. Будущее выражается в обращении к молодому поколению: «Здравствуй, племя младое, незнакомое! Я не увижу твой могучий поздний возраст». Там, «где некогда было пусто, голо, теперь младая роща разрослась» – все говорит о том, что старое обязательно сменяется новым. Но от человека зависит его бессмертие. И здесь мы соприкасаемся с темой памяти. Творчество, работа души не исчезает, прошлое остается жить в новых поколениях. Об этом и говорит лир.герой в конце стих-я: «Пройдет он (внук) мимо вас во мраке ночи и обо мне вспомянет». К фил лирике этого периода можно также отнести другое стих-е поэта – «не дай мне бог сойти с ума», которое затрагивает отнюдь не светлые (как было в прошлом стих-ии) стороны нашей жизни. Речь о том, что в мире так много страшного, и человек бывает беспомощен перед ее испытаниями, угрозами.
Украсило пейзажную лирику поэта стих-е «Осень». Как все мы знаем, П. обожал писать об осени, это было его люб.временем года. В стих-ии поэт говорит, что не любит весны («весной я болен»), «суровою зимой он более доволен», «ох, лето красное! Любил бы я тебя, когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи». Несмотря на то что осень – это пора усыпления природы, у П. свое парадоксальное восприятие природы. Он сравнивает осень с «чахоточной девой» (оксюморон) и говорит, что она ему нравится. Называет осень «очей очарованьем». Хотя осень – это время увядания, но П. «с каждой осень расцветает вновь» (психол.параллелизм). Больше всего П. любит осень, потому что он чувствует эмоцион., творческий подъем именно в это время года: «И мысли в голове волнуются в отваге, и рифмы легкие навстречу им бегут, и пальцы просятся к перу, перо к бумаге, минута – и стихи свободно потекут».
Завершаю все легендарным стих-ем «Я памятник себе воздвиг нерукотворный» (это своеобразный итог творчетва поэта, который он подводит себе сам), в котором мы соприкасаемся с темой памяти (которая возникает в фил лирике). Кроме того, Пушкин там пишет:
И долго буду тем любезен я народу, Что чувства добрые я лирой пробуждал, Что в мой жестокий век восславил я Свободу        И милость к падшим призывал.
Из сказанного следует, что Пушкин ставит себе в заслугу то, что в век дисгармоничных, зачастую деспотичных общественных отношений он воспел идеал свободы, «вольности святой», призывал проявлять милосердие к падшим, к тем, кто угнетен, кто в неволе (к рабам, декабристам), и исповедовал гуманизм и человеколюбие.
13. Лиза 1) Лирика П.А. Вяземского.
По лекциям, в интерпретации Миши:
Пётр Андреевич Вяземский – поэт мыслей. Нет единой философской идеи, но есть множество остроумных открытий. Один из тех, кто в начале цементировал круг поэтов-новаторов. Пушкинский круг писателей – наследие карамзинистов и «Арзамаса».
Критично настроен к немецкой литературе и философии. Удивительно чувствителен к новым достижениям романтизма, хотя и опирался на традицию 18 в. Один из первых, кто воспринял и пытался воплотить идеи либерализма.
«Петербург», «Негодование» - «катехизис мятежника». Конец 1810-х. Предвосхитили декабристскую поэзию. Идея конституционной монархии. «Пётр создал подданных, ты образуй граждан».
Невозможность напечататься не означает невозможность прославиться, ибо целевая аудитория вполне перекрывается рукописным самиздатом. Вяземского знали все просвещённые читатели, хотя ни одно из этих стихотворений не было напечатано.
Либерал не есть декабрист. Он не принимает насилия и тайных заговоров. Это помешало Вяземскому вступить в декабристское сообщество. Дело не в том, что он Рюрикович, а в том, что он не принимает этого способа борьбы. «Декабрист без декабря». Оппозиционность вяземского после 1825 г. сохраняется лучше пушкинской, который написал «Клеветникам России».
1828 – куплеты «Русский бог». Бог голодных, бог холодных, нищих вдоль и поперёк.
Вяземский, в отличие от декабристов и революционных демократов, не упирается в эту проблему, а мыслит шире: что происходит с российской нацией. Всеобщая российская неустроенность.
«3 века поэтов». Золотой, серебряный и железный. Вяземский допускал возможность торговать своими произведениями. Проблема взаимоотношений художника и общества.
Обращается к песенной народной лирике.
1834 – Ещё «тройка». Было положено на музыку и стало романсом («тройка мчится, тройка скачет»).
«Я пережил и многое, и многих», «Поминки» - «поэзия старости».
Вяземский – хранитель традиций «арзамасского братства». Складываются сложные взаимоотношения с поколениями 40-х и 60-х годов.
Записные книжки Вяземского – кладезь остроумных замечаний. Многократно переиздавались и стоят дорого.
Статья Вяземского – шедевр литкритики. Высмеял всех противников романтизма.
У Вяземского связаны романтизм и народность, всё это соотносится с идеей самобытности. Потом об этом будет говорить Рылеев.
Начинает жанр историко-биографических очерков о Дмитриеве, Озерове итд.
«Часто не соглашаюсь с его мыслями, но они заставляют мыслить» (с) Пушкин.

По Соколову и не только:
Петр Андреевич Вяземский (1792 – 1878) – один из активнейших арзамасцев. Вместе с Пушкиным вышел за узкие границы арзамасской поэзии и обратился к общественно-политическим темам. Вместе с другими арзамассцами он способствовал сближению поэзии с миром конкретных человеческих переживаний, с кругом реальных бытовых явлений.
Вяземский – член «пушкинской плеяды», группы поэтов, в том или ином отношении примыкавших к Пушкину как к своему учителю, участник войны 1812 г.
С появлением в общественной и литературной жизни демократических сил он окончательно отказывается от былого свободомыслия и переходит в лагерь реакционеров => упадок творчества поэта, не сумевшего понять передовых течений русского реализма.
Зная о существовании тайного общества – не стал его участником => умеренность политических настроений => прогрессивный романтизм.
Поэзия Вяземского, направленная на воспроизведение современной жизни и современного сознания, вышла из литературной реформы Карамзина. Интерес к злободневному – не преодоление карамзинизма, а его развитие.
Политически гораздо радикальнее Вяземский был в переписке, чем в поэзии.
Ведущие жанры поэзии Вяземского – дружеские послания «арзамасского стиля», сатирические стихотворения, куплеты.
Ближе всего к гражданской лирике революционного романтизма – «Негодование» (1820), в котором Вяземский провозгласил неизбежность торжества свободы над невежеством и рабством, считая, что свобода придет как «союз между граждан и троном», как результат стремления царей «ко благу». Гражданское негодование - один из поэтических терминов декабристской поэзии – продиктовало Вяземскому сильные слова и выражения, направленные против реакционной политики самодержавия и крепостнического гнета. Поэт выражает уверенность в том, что когда-то «загоритсядень торжества и казни», что свобода разорвет «рукой могущей насильства бедственный устав». Но сила этого гимна в честь свободы ослабляется идеей «союза между гражданами и троном» как гарантии свободы. Негодование было написано в традициях вольнолюбивой оды. Поэзия Вяземского не влилась в русло революционного романтизма.
В «Негодовании» Вяземский с большой силой выразил протест против бесчеловечных форм крепостного гнета, против реакционной политики царизма. Предвещая торжество свободы, Вяземский достиг в «Негодовании» (единственный, впрочем, раз) подлинно высокого гражданского пафоса:

Он загорится день, день торжества и казни,
День радостных надежд, день горестной боязни.
Раздастся песнь побед, вам, истины жрецы,
Вам, други чести и свободы!
Вам плач надгробный! вам, отступники природы!
Вам, притеснители!..
В «Негодовании» проявилась классовая ограниченность. Политические требования Вяземского, его реальная программа носили весьма умеренный характер. Так, в «Негодовании» поэт обращается к свободе:

Ты разорвешь рукой могущей
Насильства бедственный устав
И на досках судьбы грядущей
Снесешь нам книгу вечных прав,
Союз между граждан и троном,
Вдохнешь в царей ко благу страсть;
Невинность примиришь с законом,
С любовью подданного власть.

Дневники и переписка свидетельствуют о близости поэта к декабристам. После крушения заговора Вяземский затаил ненависть к николаевскому режиму, но он остался вне тайных обществ.
После расправы над декабристами Вяземский по-прежнему продолжал с отвращением относиться к царской бюрократии, о чем свидетельствует его сатира «Русский бог» (1828), стихотворение исключительно меткое, смелое и остроумное, обыденная интонация служит целям гражданственным. В то же время он понимал, что возможности активной дворянской оппозиции исчерпаны и, как типичный либерал, пришел к выводу, что нет другого пути, как смириться перед торжествующим самодержавием.
Последним стихотворением, отразившим оппозиционные настроения Вяземского, - сатира «Русский бог» (1828), напечатанная позднее Герценом и заинтересовавшая Маркса (в его бумагах сохранился немецкий перевод стихотворения), в которой назвал русского бога – богом голодных, холодных, «нищих вдоль и поперек» и «дворовых без сапог». «Русский бог» написан в куплетной форме. «Русский бог» резкий выпад против крепостнической системы, против невежественного и косного барства, против наемной царской бюрократии. Этот бог «некстати» покровительствует и мелким неурядицам, и большим бедам.

Бог голодных, бог холодных.
Нищих вдоль и поперек,
Бог имений недоходных,
Вот он, вот он русский бог.
............
Бог всех с анненской на шеях.
Бог дворовых без сапог,
Бар в санях при двух лакеях,
Вот он, вот он русский бог.

Вяземский – прочный приверженец индивидуалистического романтизма, сменившего «арзамасский» стиль его юности. Ему принадлежит ставшая программной трактовка романтизма как выражения в искусстве освободительных идей. Мысль как личное достояние – в этом его кредо.
Образ автора в поэзии Вяземского сугубо интеллектуален, острота интеллекта представляется свойством натуры.

Кстати: Эпиграф к первой главе «Онегина» «И жить торопится, и чувствовать спешит» Пушкин взял из элегии Вяземского «Первый снег», которую он высоко ценил и о которой он упоминает в пятой главе «Онегина», правда, с полемическим оттенком, противопоставляя своей «низкой природе» романтическое описание зимы у Вяземского и Баратынского.
Вяземский – автор предисловия к «Бахчисарайскому фонтану» Пушкина.
2) Тема поэта и искусство поэзии в романе в стихах Пушкина «Евгений Онегин».
По лекциям в интерпретации Миши:
В конце каждой главы появляется автор и обобщает сказанное. В конце первой главы он замечает «разность между Онегиным» и собой. Заявка на отказ от предшествующего груза романтизма. Подчёркивает принцип объективности, несовместимый с романтизмом. Противопоставление Байрону. Если Лермонтов в «Нет, я не Байрон, я другой» подчёркивает свою с Байроном связь, то Пушкин преодолевает байронизм. Это не роман о себе самом, Онегин не связан с автором, это стремление к объективности. Объективация повествования.
Турбин: ЕО – роман о романе (об авторских отступлениях). Скорее роман об авторе. Один из главных действующих лиц – Автор. Роман о творческой личности, которая интересуется всеми видами искусства. В отступлениях – теория и история литературы.
В первой главе целая строфа посвящена театру: «Волшебный край!..». Фонвизин, «переимчивый Княжнин», Озеров, Семёнова, Катенин, Шаховской.

По Соколову:
«ЕО» - общественно-бытовой роман. Субъективное лирическое начало занимает видное место. Все время ощущается присутствие поэта, который выражает свое отношение ко всему, о чем он рассказывает и что показывает, дает оценку героям, их поведению, поступкам. Это одна из отличительных особенностей «ЕО» от последующих русских классических романов. Но субъективное начало не является господствующим. Лирическая и эпическая стихии органично сочетаются, они равноправны; голос автора, который звучит на протяжении всего романа, способствует реалистической широте и правде рисуемых образов и картин. Стремление к художественному воссозданию объективного мира, таким какой он есть – ведущее в романе. «ЕО» - роман о современной поэту русской действительности, о пушкинском сегодняшнем дне, о людях пушкинского поколения и их судьбах. Субъективное, авторское, порой почти автобиографическое, начало сквозит в той или иной степени в создаваемых поэтом объективных образах. Но поэт не отождествляет (у Соколова написано «не сливает») себя ни с одним из персонажей романа, не подменяет героя самим собой.
Большое место занимает в романе лирический голос (внутренний образ самого поэта). Зеркало исторической эпохи, «ЕО» - зеркало внутреннего мира самого автора. Отношение между автором и его героями, изображаемой им действительностью носит принципиально новый характер, соответствует новому реалистическому качеству пушкинского романа в стихах. Поэт не равнодушен к героям своего произведения, ко всему, о чем в нем рассказывается. В его попутных суждениях, высказываниях, оценках – итог всего им пережитого, передуманного, перечувствованного – «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет». При этом за ними ощутим человек большого, горячего сердца, передовых понятий и идеалов, стоящий на равнее со своим веком, современник, друг, брат, товарищ декабристов.
В романе, в отличие от сентименталистов и романтиков, ярко выражено «сознание» автора, но не менее ярко предстает в нем не зависящее от сознания автора объективное «бытие». Действительность дана не в субъективных авторских оценках, она как бы живет в романе своей собственной жизнью, сама рассказывает о себе, звучит своими голосами. Осуществлено с помощью разнообразных художественно-стилистических приемов.

По Красовскому (кто учился на курсах, тот знает, что это за вредный дядька, который за опоздания на лекции отбирает пропуска):
Художественная уникальность романа во многом определяется тем особым положением, которое занимает в нем Автор. Автор в романе Пушкина – не традиционный рассказчик, который отделяет себя от героев и читателей, а является и создателем романа, и одновременно его героем. Герои романа – вымышленные, все, что о них сказано, не имеет отношения к реальным людям. Мир, в котором живут герои, - плод творческой фантазии Автора. Реальная жизнь – только материал для романа, отобранный и организованный творцом романного мира.
Автор ведет постоянный диалог с читателем – делится «техническими секретами», пишет авторскую «критику» на свой роман и опровергает возможные мнения журнальных критиков, привлекает внимание к поворотам сюжетного действия, к разрывам во времени, вводит в текст планы и черновики => не дает забыть, что роман еще не дописан.
У Автора свое место в романе, определенное двумя его ролями: 1) роль повествователя, рассказчика, комментирующего все, что происходит с героями; 2) роль «представителя» жизни, которая тоже является частью романа, но не укладывается в рамки литературного сюжета.
Отдельные пересечения Автора и героев (встречи с Онегиным в СПб (1 гл), письмо Татьяны, попавшее к нему), подчеркивают, что герои романа – только часть той жизни, которую представляет в романе Автор.
Образ Автора создается иными средствами, чем образ Онегина, Татьяны, Ленского. Автор четко отделен от них, но между ним и главными героями возникают соответствия, смысловые параллели. Не будучи действующим лицом, Автор появляется в романе посредством авторских отступлений, которые играют роль в создании его образа. Это вполне завершенные по смыслу фрагменты текста, которые делят на несколько групп.
Большая часть отступлений – лирические и лирико-философские, в которых читателю открывается духовный мир Автора (театр, балы, стихи, женщины, их ноги, выпивка и т.д. и т.п.): это голос мудрого Поэта, много повидавшего и испытавшего в жизни. Сквозная тема его размышлений – молодость и зрелость. Автор – философ, узнавший много печальной правды о людях, но не переставший их любить.
Некоторые отступления проникнуты духом литературной полемики (знакомит читателя с планом своего «романа на старый лад»; включается в споры о русском литературном языке, подчеркивая верность «карамзинистским» идеалам юности). Критически оценивая литературные мнения оппонентов, Автор определяет свою литературную позицию.
Иронические отступления – Автор высмеивает чуждые ему представления о жизни (лицемерие, душевная лень, пошлость, зависть и т.д. и т.п.). Он верен свободе, дружбе, искренности, любви, чести.
Иногда Автор предстает как петербургский поэт, современник героев романа. Автобиографические отступления – биографические «точки»: лицей – СПб – Юг – деревня – Москва – СПб, => складывается внешний фон авторских монологов.
Полнота духовной жизни, способность к целостному восприятию мира в единстве светлых и темных сторон – главные черты личности Автора, отличающие его от героев романа. В Авторе Пушкин воплотил свой идеал человека и поэта.

Маша П:
Вопрос в билете не столько про образ автора, сколько про тему поэта и поэзии в романе. Т.е., помимо образа автора:
1. Авторские отступления, в которых содержатся рассуждения о поэзии (особенно - литературный спор классицистов с романтиками);
2. Образ Ленского как поэта-мечтателя;
3. Неспособность сочинять стихи Онегина и как это его характеризует;
4. Многочисленные образы поэтов в романе (Катенин, Фонвизин, Вяземский, Баратынский, Кюхельбекер и т.д.)
5. Намеки, которых полно по роману (см. Лотмана)
6. В шестой главе (конец первой части романа) шутливое "Я классицизму отдал честь, /хоть поздно, но вступленье есть", обращение к музе в середине романа.

14. Маша Б 1) Литература 1-ой четверти 19 века и декабристское движение. Деятельность «Вольного общества любителей российской словесности», «Зеленой лампы».
Первая четверть 19 в. проходит под знаком романтизма в жизни и в поэзии.
Разочарование в разумности мира. Достижения свободолюбивых идеалов мыслятся не только в литературе. Гражданственный романтизм связан с декабристами, с дворянской революционностью. Они шли ради народа, но без народа. Кондратьев (?), Рылеев, Глинка, Кюхельбекер, после восстания – Одоевский, Бестужев-Марлинский.
Декабристское влияние на литературу:
- яркая просветительская идея политического влияния на литературу;
- под влиянием левого крыла выделяется группа соревнователей и благотворителей, или общество любителей словесности. Возглавлял Глинка. Либерально настроенные левые радикалы (Рылеев, Бестужев). Образование тайных обществ. Союз благоденствия. 4 общества: вольное общество, «Зеленая лампа».
Явную политическую окраску в связи с развивавшимся декабристским движением имели «Вольное общество любителей русской словесности» и "Зеленая лампа".
«ЗЕЛЕНАЯ ЛАМПА». 1819-1820 гг.
Одним из негласных кружков, где рассуждения о литературе и театре и чтение литературных произведений сопровождалось мечтаниями о вольности, было общество Зеленой Лампы, собиравшееся у его учредителя Никиты Всеволжского. Число участников примерно 20.Членами кружка были офицер лейб-гвардии Егерского полка Д.Н. Барков; офицер Генерального штаба М.А. Щербина (к которому обращены строки, приведенные в эпиграфе); лейб-улан Ф.Ф. Юрьев; В.В. Энгельгардт, известный своим «открытым образом жизни»; лейб-гусар П.П. Каверин; прославившийся своими дуэлями А.И. Якубович, впоследствии декабрист; адьютант П.Б. Мансуров; наконец, выпускник лицея Пушкин, а позднее и брат его Лев.
Война 1812 1814 годов принесла Российской империи не только ореол славы победительницы, но и способствовала серьезному брожению в умах представителей дворянского сословия. Победоносный марш через Европу имел для империи свои негативные последствия: сравнение оказалось не в пользу страны, где крепостные порядки приравнивали человеческую жизнь к стоимости борзых щенков. Побежденная Франция осталась символом свободы. Высший свет охватила лихорадочная мода на тайные общества, масонские ложи и парламентские заседания. Порождением той же моды стало общество «Зеленая лампа». На заседаниях читались и разбирались произведения «лампистов». Силами участников общества были поставлены представления «Изгнание Адама и Евы», «Погибель Содома и Гоморры» и другие. Сильным аргументом в пользу вольтерьянства и свободомыслия членов сообщества является присутствие на заседаниях таких людей, как П.П. Каверин член «Союза благоденствия» и Н.И. Гнедич. Однако, по воспоминаниям Я.Н. Толстого, их участие сводилось к обычным литературным дискуссиям.
Целью общества было "чтение лит. произведений", однако его деятельность имела несомненно полит. оттенок. "З. л." являлась "вольным обществом" ранней декабристской организации - "Союза благоденствия". Общество получило свое название от лампы с зеленым абажуром, висевшей в зале, где за дружеским столом собирались участники. На заседаниях читались стихи (в т.ч. "стихи против государя и против правительства"), обзоры театральной жизни СПб., исторические и публицистические статьи членов общества, лирико-вакхические произведения. Политические воззрения членов общества наиболее ярко выражены в стих. Глинки "Шарада" и в социальной утопии Улыбышева "Сон". Члены «З. л.» на собраниях ратовали за свободу, равенство, уничтожение тирании. Наиболее ярко политические воззрения их выражены в стихотворениях Пушкина, стих. Глинки "Шарада" и в социальной утопии Улыбышева "Сон «З. л.» увековечена посланием Пушкина к Я. Н. Толстому от 26 сентября 1822:
Горишь ли ты, лампада наша,
Подруга бдений и пиров
Вот он, приют любви и вольных муз
Желай мне здравия, Калмык.
Девиз «Совет и надежда». Кольца с вырезанными на них лампами. Шутливый ритуал: «амфитрион Никита» кормил приятелей обедами и поил шампанским с веселыми обрядами. Слуга-калмык следил за ними и, если кто ругался непечатными словами, подносил «штрафной» бокал с восклицанием «Здравия желаю!»? Вероятно, иногда в пирушках ЗЛ принимали участие актрисы, чаще – «Лаисы» вроде Штейнгель, Ольги Масон, Наденьки (упоминаются в стихах Пушкина). Однажды полковник Жадовский, член общества, сообщил, что полиция узнала о его существовании и может начать преследование (ведь формального разрешения не было). Тут же решили больше не собираться.
Примерно в 1816 г. создается «Вольное общество любителей российской словесности» (1816- 1825). Его возглавлял Федор Глинка. Четче идейные искания (по сравнению с «Вольным обществом любителей словесности, наук и художест»).
Вольное общество любителей российской словесности оставило заметный след в истории русской литературы и журналистики. Это одна из первых организаций передовых писателей России. Деятельность была тесно связана с деятельностью декабристов, многие из которых были членами этого общества.
Всего в Обществе насчитывалось свыше 240 членов (82 «действительных члена», 24 «члена-сотрудника», 39«членов-корреспондентов» и 96 «почетных членов»). В составе Общества находилось около 20 членов Союза благоденствия, которые и «задавали тон». Датой возникновения Общества соревнователей просвещения и благотворения (первоначальное название) следует считать 17 января1816 года. На смену Союзу спасения (1816-1817) пришел Союз Благоденствия (1818-1821). Союз Благоденствия заботился об объединении прогрессивных национальных сил и большой просветительской работе. Отсюда в Союзе Благоденствия, в его пропагандистских занятиях такое важное место занимают конституционные проекты, петиции, легальные просветительские мероприятия, литература и наука. «Правила общества любителей словесности» в политическом смысле были вне всяких подозрений. Основная цель сводилась к чтению и исправлению читавшихся на собраниях произведений. В конце 1817 года, по предложению Никитина, Обществом было решено издавать журнал «Труды Вольного общества любителей российской словесности», который выходит также и под названием «Соревнователь просвещения и благотворения». До 1818 года Общество именовалось просто Общество любителей российской словесности, только в этом году получив дополнение: Вольное. Но и после этого деятельность Вольного общества была неактивна, проходила в мелких распрях и в чтении заурядных произведений. Попытки Глинки и Никитина привить Обществу гражданское направление не имели успеха. Однако Никитин не успокаивается, выдвигая одну идею за другой. В его лице Глинка имел верного помощника. В 1818 году в «упражнениях» членов Вольного общества намечается выход к гражданской теме. Для «успехов просвещения» в обновленном Обществе были организованы специальные «ученые упражнения»: публицистические выступления и художественные произведения. Одним из доказательств того, что Вольное общество любителей российской словесности стало прогрессивным обществом того времени, является список его членов. В 1818 году почетными членами Общества избираются крупнейшие поэты той поры – И.А.Крылов, В.А.Жуковский, К.Н.Батюшков, рекомендованные Ф.Н.Глинкой и А.Е.Измайловым. В конце 1819 г. приняты А.А.Дельвиг, П.А.Плетнев, В.К.Кюхельбекер. 1 апреля 1818 года Никитин для «вящей пользы» предложил сделать в уставе Общества «пополнение и перемену». Перемена была им предложена серьезная, Вольное общество становилось своеобразной республикой литераторов. Предложенная форма «ученой республики» во главе с президентом инсценировала республиканско-конституционный образ правления. Глинка 16 июля 1919 года становится ее президентом. Соревнователи-консерваторы в скором времени почувствовали себя в Обществе неуютно и перешли к открытой борьбе с теми порядками, которые насаждались Глинкой и Никитиным. Ученой республикой» в 1820 г. была организована политическая демонстрация против высылки А.С.Пушкина из Петербурга. В январе 1821 года признал себя распущенным близкий к провалу Союз Благоденствия. Новая пора в жизни «ученой республики». Общество окончательно становится центром, вокруг которого объединяются прогрессивные силы в литературе. В 1821 году в Вольном обществе активно сотрудничают Рылеев, братья Бестужевы, Корнилович. Тогда же в действительные члены были приняты Баратынский, Гнедич и др. В «ученые упражнения» закономерно входят фольклористические статьи, свидетельствующие о внимании «соревнователей» к народной поэзии. Общество занималось пропагандой фольклора и памятников древнерусской литературы. Характерную черту «ученых упражнений» 1822 года составляет повышенный интерес к национально-героической исторической теме. На первом план стояла история родной страны. В 1824 году был принят в Общество будущий издатель «Московского телеграфа» Н.А.Полевой. К осени относится знакомство Грибоедова с А.Бестужевым, Рылеевым и Глинкой. 15 декабря Грибоедов был избран в действительные члены «ученой республики». Конечно, далеко не все члены Общества были близки к декабризму. В Обществе состояли и принципиальные враги этого движения, и литераторы, не замешанные в политике вообще.
Издания Вольного общества любителей российской словесности.
«Сын отечества» был самым влиятельным и передовым журналом, в котором сотрудничали Жуковский, Пушкин, Крылов, Бестужев, Рылеев, Гнедич, Кюхельбекер, Ф.Глинка, Куницын, Сомов и др. видные литераторы. Выходил строго раз в недел), тираж примерно 400-600 экз. Основная линия литературной борьбы декабристов – за создание литературы «высоких» гражданских жанров и стиля. Одно из центральных мест занимала полемика вокруг «Руслана и Людмилы» Пушкина. В журнале была представлена линия романтизма (Бестужев, Сомов, Вяземский). Эти писатели не признавали архаических симпатий Катенина и Кюхельбекера. Центральное место в этом отношении занимает статья Вяземского о «Кавказском пленнике», помещенная в1822 г. Большое место занимали путешествия и научно-популярные статьи. Отдел поэзии выделялся участием лучших поэтов того времени, в большинстве своем – членов ВОЛРС. Художественная оригинальная проза почти не появлялась на страницах журнала, если не считать очерков и исторических описаний. После восстания декабристов «СО» не только лишается основной части своих сотрудников, но и круто поворачивает в лагерь реакции и очень скоро теряет всякое литературное значение.
«Соревнователь просвещения и благотворения». В конце 1817 г. на заседании Общества было решено издавать журнал «Соревнователь просвещения и благотворения» (второе название на титуле: «Труды Вольного общества любителей российской словесности»). В первые четыре части журнала (1818) вошли самые ранние произведения членов Общества, скопившиеся в большом количестве за 2 года заседаний. Из-за осторожности, вызванной цензурными соображениями, в журнале отсутствовали публицистические и художественные произведения с явной политической программой. На первое место выдвигалась просветительная задача, определяя энциклопедический характер журнала. Однако обращение к материалам отечественной истории и разработка национально-патриотических тем определяли его связь с декабризмом, тем более что связь «Соревнователя» с Вольным обществом носила не только идейный, но и организационный характер, в отличие от «Сына отечества» в котором члены Общества участвовали как влиятельные сотрудники. Содержание: Главное место занимали в журнале «науки и художества» и стихотворения, научно-популярные статьи, описания путешествий. В центре - статьи, посвященные филофско-эстетическим вопросам. Среди этих статей наиболее значительна речь Н.И.Гнедича, которую он произнес при вступлении его в действительные члены Вольного общества и которая была помещена в 15ой части «Соревнователя» за 1821 г. В своей речи Г. развивал программу, которой придерживалось большинство Общества, видя в литературе средство морального воспитания и улучшения нравов. «Пусть он (т.е. писатель) пишет не для человека, но для человечества». Та же идея выражена в «Европейских письмах» Кюхельбекера, печатавшихся в «Соревнователе». В 23ей м 24ой частях за 1823 г. были напечатаны статьи О.Сомова о романтизме, явившиеся первым по времени обоснованием в русской литературе эстетики и теории романтизма. «Соревнователь» начал подлинное изучение народного творчества и знакомил читателей с его лучшими образцами. В художественном отделе журнала, занимавшем сравнительно немного места, выделяются прежде всего стихи поэтов-декабристов – Рылеева, Кюхельбекера, Ф.Глинки. Кроме того, несколько стихотворений в «Соревнователе» напечатали Жуковский, Дельвиг, Баратынский, Гнедич и, наконец, Пушкин. И все же тираж журнала был мал. Очевидно, полному успеху «Соревнователя» мешало отсутствие политической информации, хотя бы зарубежной. «Невский зритель» В первом номере «Соревнователя» за 1820 год (ч. 9) появилось сообщение: «На сей 1820 год издается журнал под названием «Невский зритель». «НЗ» просуществовал с января 1820 по июнь 1821 года. Всего вышло 18 ежемесячных книг журнала, составивших 6 частей. Издателями журнала были Кругликов, Яковлев и Сниткин. «НЗ» отличался от «Соревнователя» в первую очередь преимущественным интересом к вопросам социальной истории, педагогики и экономики. Ведущее место в журнале занимали отделы «История и политика» и «Воспитание». В «НЗ» имелись следующие постоянные разделы: 1. История и политика. 2. Воспитание. 3. Нравы. 4. Литература. 5. Критика. 6. Изящные искусства. 7. Смесь. Общественная позиция журнала определялась верой в мирное улучшения общества путем просвещения и разумного законодательства. Значительное место в «Невском зрителе» уделялось вопросам экономики. Журнал стоял за развитие отечественной промышленности, советуя в вопросах торговли. Литературная часть журнала занимала значительно меньше места, чем публицистическая. Однако участие Пушкина, Рылеева, Кюхельбекера, Баратынского, Дельвига делало стихотворный раздел интересным и значительным. Отдел «изящной прозы» состоял преимущественно из переводных сентиментальных повестей. Критический отдел занимал важное место. В нем был опубликован «Взгляд на текущую словесность» Кюхельбекера, статьи Сомова и др. Представляет интерес и разбор «Руслана и Людмилы», помещенный в №7 за 1820 г. Совершенно неожиданно в середине 1821 года «НЗ» вынужден был прекратить свое существование. Ссылаясь на слабое здоровье и крайнюю занятость по службе, Иван Сниткин 29 июля 1821 года заявил в Петербургский цензурный комитет о том, что он «не в состоянии издавать оный журнал» и подписчикам возвращает деньги. Действительной причиной, принудившей в середине года закрыть журнал, было постоянное гонение цензуры. Журнал едва не был закрыт еще в октябре 1820 года, ибо помещенная в нем рылеевская сатира «К временщику» вызвала мщение графа.
2)Тема поэта и искусства поэзии в лирике Пушкина.
Тема поэта и искусства поэзии в лирике Пушкина.
Понимание роли поэта и назначении поэзии у П. менялось по мере развития его мировоззрения.
В лицейских стихах П. то поэт-мечтатель (как Жуковский), то поэт-эпикуреец (как Батюшков). Одновременно поэзия имеет для П. общественную значимость. «Лицинию»: «Воспоминания в Царском селе»: Да снова стройный глас героям в честь прольется,//И струны гордые посыплют огнь в сердца,//И ратник молодой вскипит и содрогнется//При звуках бранного певца.
К началу 20-х гг. П. – поэт-гражданин. («Вольность» (1817): Хочу воспеть Свободу миру,//На тронах поразить порок., «К Чаадаеву» (1818), «Деревня», «Кинжал»).
В сер. 20-х гг. П. задумался об отношениях поэта и народа («Б. Годунов»), но понятие «народ» для него еще неконкретно.
Углубляется историзм (это когда под движущей силой понимают народ). П. стоит на позициях реализма. («Разговор книгопродавца с поэтом», 1824. Скорее всего, это два голоса Пушкина. Речь идет о трех сферах жизни поэта: поэт как обычный человек, поэт-созидатель и поэт как профессия).
Поэтической декларацией стало стихотворение «Пророк» (1826), посвященное нравственному долгу поэта. Для П. поэзия имеет божественное происхождение и назначение. Пушкин ассоциирует свой лирический облик с образом пророка. Использует откровение пророка Исайи. Взял образ шестикрылого серафима с горящим углем, который осуществил обновление пророка. Но у П. показано не очищение, а перерождение, которое происходит последовательно. Оно дано как пробуждение всех творческих сил поэта, как посвящение в таинство творчества. Этот процесс полон муки и боли. Но в результате пророк всеведущ: все стихии бытия ему открыты. У П. пророк, как Библии, - прорицатель, обличитель общественного зла, носитель правды, защитник народа. Но с этим сочетается сознание высокого поэтического долга. Поэт получает свое оружие – слово.
В конце 20-х гг. у П. возникает вопрос о взаимоотношениях поэта и общества. По этому вопросу намечаются противоречия. С одной стороны, стихотворение «Поэт» (1827) (апеллирует к античной традиции) продолжает «Пророка»: Душа поэта встрепенется,//Как пробудившийся орел. Поэт предстает в стихотворении сложным существом, отмеченным Богом, наделенным частью его творящей силы, но в то же время обычным, земным человеком. Перемены начинаются в нем лишь тогда, когда Бог посылает ему вдохновение. Поэт преображается это уже не один из многих людей, втянутых в повседневную суету, а человек необыкновенный: его слух становится чутким, он способен услышать “божественный глагол”. Прежнюю жизнь он оценивает как “забавы мира”, людская молва его угнетает он готовится произнести новые слова о мире. Это уже не молва, а слова поэта, в котором нет ничего обыденного, пошлого. Но с другой – в ст. «Поэт и толпа» (1828) и «Поэту» (1830) поэт противопоставляется обществу. «Поэт и толпа»: Не для житейского волненья,//Не для корысти, не для битв,//Мы рождены для вдохновенья,//Для звуков сладких и молитв; «Поэту»: Поэт! не дорожи любовию народной. Он становится гордым, “диким и суровым”, то есть погружается в себя, в свои творческие думы. Поэт не может творить, находясь среди обычных людей, в мирской суете. Вдохновение требует одиночества, свободы от повседневности. В ст. “Поэту” Пушкин утверждает: поэт заканчивается тогда, когда начинает творить с оглядкой на мнение “толпы”. Никто не должен вторгаться в мир поэта. Это мир пустынный, “безлюдный”.
Ты царь: живи один. Дорогою свободной/Иди, куда влечет тебя свободный ум,/Усовершенствуя плоды любимых дум/,Не требуя наград за подвиг благородный.
Если поэт доволен своим произведением а это может быть “приговором” “высшего”, самого строгого и пристрастного собственного! суда, ему кажутся смешными все попытки толпы охаять его. Она не сможет осквернить поэта, внушить ему недоверие к самому себе:Доволен? Так пускай толпа его бранит//И плюет на алтарь, где твой огонь горит//И в детской резвости колеблет твой треножник.
Твердость, решительность, взыскательность, презрение к “суду глупца”, к наградам и почестям вот те качества, которые Пушкин считает обязательными для всех поэтов. Поэт слышит весь мир и должен быть глух только к мнению “непосвященных”. Эта тема вызвана нарастающим разладом П. с обществом, светом. Одиночество поэта подчеркивает даже эпиграф: «Прочь, непосвященные». Поэт обличает «чернь тупую».
Критик Писарев осмеял эти строки как обращенные к народу, позднее А. Блок подчеркивал, что «было бы неправильным думать, будто под чернью П. мог разуметь простой народ». К слову «чернь» П. часто присоединяет эпитет «светская». Это привилегированный слой, не обладающий духовностью, думающий о собственном благополучии и требующий пользы искусства. Эти требования воспринимаются поэтом как дидактизм поэзии, как покушение на независимость поэта. К тому же пороки черни уже неискоренимы. Тургенев: «Дело еще было в том, что время требовало другого поэта» (не эхо всего и вся, а поэта мести и печали, которым стал Некрасов).
Понятия «народ» и «чернь» диаметрально противоположны. П. был лишен возможности непосредственно обратиться к народу. Но он всегда осмысливал роль народных масс в истории. В стихотворении «Памятник» П.устраняет все противоречия. Поэт должен быть с народом даже тогда, когда народ его еще не понимает.
“19 октября” (1825): Служенье муз не терпит суеты;//Прекрасное должно быть величаво...
В “Элегии” («Безумных лет угасшее веселье») (1830) именно с творчеством поэт связывает грядущие “наслажденья”, которые помогут ему преодолеть усталость от жизни, настроения тоски и отчаяния: И ведаю, мне будут наслажденья//Меж горестей, забот и треволненья://Порой опять гармонией упьюсь,//Над вымыслом слезами обольюсь...
Поэт бежит от мирской суеты “на берега пустынных волн, // В широкошумные дубровы...” символы покоя и уединения, - чтобы стал “звучнее голос лирный, // Живее творческие сны”. Услышать мир и выразить его в слове можно только вдали от людского шума и мелких житейских забот. Позднее, в стихотворении “Эхо” (1831) Пушкин создал емкую метафору поэта, в которой выразил закон его существования в мире: поэт эхо мира слышит и отражает все его звуки, но самого поэта не может выразить никто. (Ты внемлешь грохоту громов,//И гласу бури и валов,//И крику сельских пастухов // И шлешь ответ;//Тебе ж нет отзыва... Таков//И ты, поэт!)
Поэт, подчеркнул Пушкин, существо двуприродное: он связан с землей, но он же, как сказано в стихотворении “Поэт и толпа”, “сын небес”. Земное слито в нем с небесным, с тем, что даровано Богом.
Именно верность этим принципам ведет поэта к бессмертию. Оглядываясь на свой творческий путь в стихотворении “Я памятник себе воздвиг нерукотворный...” (1836), Пушкин был особенно горд тем, что соответствовал высокому идеалу поэта, провозглашенному в поэтических манифестах. “Слово” и “дело” поэта совпали. Чеканная последняя строфа стихотворения подводит итог пушкинским размышлениям о свободе и звучит как завещание русской поэзии: Веленью божию, о муза, будь послушна,//Обиды не страшась, не требуя венца;//Хвалу и клевету приемли равнодушно//И не оспоривай глупца.

15. Даша Бу 1) Статья Жуковского «О баснях и баснях г.Крылова».
Если коротко, то Жуковскому Крылов понравился
·
В статье говорится о первом сборнике басен Крылова, который был напечатан в 1808. Получилась у Жуковского своего рода развернутая рецензия, но с уходами в глубинные анналы истории.
Начинает Жуковский с определения басни как таковой. Стихотворный рассказ происшествия, в котором действующими лицами обыкновенно бывают или животные, или твари неодушевленные. Цель впечатление в уме какой-нибудь нравственной истины. Истину, можно конечно и просто так сказать, но будет неэффективно. В одно ух влетает, в другое – вылетает, царапая корку мозга. То есть умом понимаешь, а глубже не проникает. Но если эту мысль украсить образами, алегорями, поэзией, то она станет восприниматься и разумом и душой и станет понятней. «Та же самая истина, представленная в Действии и, следовательно, пробуждающая в нас и чувство и воображение, принимает в глазах наших образ вещественный, запечатлевается в рассудке сильнее и должна сохраниться в нем долее».
Действующие лица в басне не люди по 4 причинам:
Особенности характера каждого животного. Волк – злой, лиса – хитрая, осел – тупой.
Удовольствие читателя сравнивать реальный мир и мир вымышленный, басенный, искать там параллельки. Отсюда моральная привлекательность.
Пощада самолюбию. На животных можно посмотреть со стороны, об упреках людям прямо не говорится. Пример воспринимается объективно. Если б людям сказали, мол есть человек вот с такими пороками, они бы закрылись
Прелесть чудесного. Фантастика в принципе привлекательней, чем сухой реальности.

Происхождение басни: Жуковский опровергает идею о том, что баси придумали рабы, чтобы не говорить хозяевам правду в глаза, потому что свободным людям тоже приходится обходить острые углы в угоду самолюбию, ибо это еще более страшный тиран. Он считает, что басни родились из аллегорий, произнесенных философами и ораторами.
Три этапа развития басни:
Риторический способ сравнения, оборот речи,
Один из действительнейших способов предложения моральной истины для оратора или философа нравственного. Такими мы называем басни Эзопа, Федра и Лессинга.
Басня стихотворная. Гораций, Лафонтен и его подражатели.
Басни прозаические: краткие, лишенные изысканности, чтобы не отвлекать на нее внимание; язык самый простой; характеры у героев не персонифицированные. Главное – мораль. Образы – тонкое покрывало морали.
Басни стихотворные: цель ее: нравиться воображению, образуя рассудок и сердце. Изыски делают басню привлекательней. Животные не просто животные, но и тот тип людей, который под ними подразумевается. Это должно угадываться. Задача – завладеть вниманием, тронуть чувство и вдолбить мораль.
Жуковскому определенно больше нравится стихотворная форма, поэтому про нее он дальше и рассуждает. Считает Лафонтена гением. Характер басни зависит от характера баснописца, так вот, Лафонтен был добродушным, простым, открытым, близким к природе, именно таким и должен быть, по его мнению, истинный баснописец-поэт. В общем, поэт-одуванчик, чистый, наивный, с полной богатой душой и проч. В своих баснях рассказывает будто о мире, который безумно любит, и хочет, чтобы читатель также его полюбил (здравствуй, дедушка Толкин), ему весело говорить, поэтому слог легкий, приятный, без натяжек. И вообще, Лафонтен во все это верит. Непринужденно соединят высокое с простым. Например, описывает бойню голубей и ястребов («Ястреба и голуби» соответственно) как эпическое сражение.
В России было два известных баснописца, это Дмитриев и Крылов. Они оба тырили сюжеты у Лафонтена. Но Жуковский их не осуждает, потому что переводить стихи это тоже творчество, а не механическая работа. Прекрасное редко переходит из одного языка в другой и приходится поэтому создавать его заново. Дмитриев переводил очень близко к тексту и, Ж считает, что здорово переводил, а у Крылова было полно самодеятельности, которая тоже приводит Ж в восторг.
Далее он сравнивает французский текст Лафонтена с двумя русскими вариантами. Дмитриева хвалит, а Крыловым восхищается, что тот сумел, отойдя от теста, написать также хорошо. Если б Лафонтен родился русским, он написал бы также. УКрылова он находит те же качества, что и у Лафонтена (см выше)
Лучшими баснями из XXIII, имеющих каждая свое достоинство, почитаем следующие: «Два Голубя», «Невеста», «Стрекоза и Муравей», «Пустынник и Медведь», «Лягушки, просящие царя». Вот эти басни здорово было бы прочитать, но перескажу. В «двух голубях» два голубя очень дружили, все у них было прекрасно, потм одному захотелось странствовать, он улетел, его чуть не убил ястреб и пришлось лететь обратно. Разночтения с Лафонтеном у Крылова в конце:
у Дмитриева
О вы, которых бог любви соединил, Хотите ль странствовать? Забудьте гордый Нил И дале ближнего ручья не разлучайтесь. Чем любоваться вам? Друг другом восхищайтесь; Пускай один в другом находит каждый час Прекрасный, новый мир, всегда разнообразный. Бывает ли в любви хоть миг для сердца праздный? Любовь, поверьте мне, все заменит для вас. Я сам любил тогда за луг уединенный, Присутствием моей любезной озаренный, Я не хотел бы взять ни мраморных палат, Ни царства в небесах... Придете ль вы назад. Минуты радостей, минуты восхищений? Иль буду я одним воспоминаньем жить? Ужель прошла пора столь милых Обольщений, И полно мне любить?



У Крылова
Кляня охоту видеть свет, Поплелся кое-как домой без новых бед... Счастлив еще: его там дружба ожидает! К отраде он своей, Услугу, лекаря и помощь видит в ней; С ней скоро и беды и горе забывает. О вы, которые объехать свет вокруг Желанием горите, Бы эту басенку прочтите И в дальний путь такой пускайтеся не вдруг: Что б ни сулило вам воображенье ваше Не верьте, той земли не сыщете вы краше, Где ваша милая и где живет ваш друг.

Крылов поставил одно имя дружбы в противоположность живой картине страдания, и вы спокойны насчет печального странника. Поэт дал полную волю вашему воображению представить вам все те отрады, которые найдет голубок его, возвратившись к своему другу.

Далее приводит цитирует «стрекоза у муравей», но думаю, сюжет помните (лето красное пропела, оглянуться не успела, а уже пришла зима).
Лягушки, просящеие царя: лягушки выпросили у Юпитера царя, он им скинул в болото чубан, которого они долго боялись, а потом на шею сели. Ж восхищается слом: «Что ходенем пошло трясинно государство...» -живопись в самых звуках! Два длинных слова: ходенем и трясинно прекрасно изображают потрясение болота. Легкость слога и «Поэзия», т.е. умение изображать вещи так, чтобы они казались реальностью. Короткие слова в строчке «В испуге пометались, Кто как успел, куда кто мог» имитируют прыжки лягушек.

«Пустынник и медведь»: Человек жил один в пустыне, было ему грустно, подружился с медведем (не спрашивайте, откуда в пустыне медведь), гуляли они, гуляли, пустынник решил поспать, а медведь по-дружески так прихлопнут муху у него на лице здоровенным булыжником (сразу Балу вспомнился в речке, с пузиком). Здесь тоже длинна слов влияет на восприятие. Все эти слова: Мишенька, увесистый, булыжник, корточки, переводит, думает, и у друга, подкарауля, прекрасно изображают медлительность и осторожность: за пятью длинными, тяжелыми стихами следует быстро полустишие: Хвать друга камнем в лоб.
И, подытоживает Ж: Слог Крылова кажется нам в иных местах растянутым и слабым (зато мы нигде не заметили ни малейшей принужденности в рассказе); попадаются погрешности против языка, выражения, противные вкусу, грубые и тем более заметные, что слог вообще везде и легок и приятен.
2) Ранняя лирика Пушкина (лицейский и петербургский периоды).
Лицейский период. Влияние идей французского и русского Просвещения на мировоззрение молодого Пушкина. Рецепция литературных традиций XVIII в., литературные «учителя». Пушкин и литературная борьба 1810-х гг. Основные мотивы поэзии («К другу-стихотворцу», «Воспоминание в Царском селе», «Пирующие студенты»).
Сам Лицей (1811-1817)
Основан Александром для воспитания братьев в отрыве от двора вместе с дворянами. Из-за давления императрицы Марии Федоровны, никто из царской семьи там не учился, но лицей все равно сделали. Благодаря Сперанскому, который терпеть не мог двор, директор Лицея В.Ф.Малиновский максимально оградил учеников от внешнего мира. Минимум встреч с родственниками, изоляция от жизни.
В поэзии Пушкина того возраста это вызвало образы монастыря, иноческой жизни, стремление вырваться из заточения. Это потом уже пришло благоговение перед Лицеем, а пока нет – как всякий, в общем-то, школьник.
Программа была обширной, но, в связи с неопытностью учителей как педагогов знания давались поверхностно. Первые три года: русский, французский, латынь, немецкий, математика, словесность, риторика, верховая езда, фехтование, плаванье. На старших курсах вообще четкой программы не было, и учились примерно тому же.
Многие преподаватели придерживались либеральных взглядов и действовали они больше не лекциями, а собственным примером. В лицее был дух независимости, уважения к собственному достоинству, отвращение к крепостничеству и раболепию. Отсюда, собственно, и растут ноги всей вольнолюбивой лирики. «Пушкинский выпуск» был воспитан в традициях просвещения, многие стали декабристами.
В библиотеке было свежей европейской литературы, поэтому о просвещение они узнавали не только от своих преподавателей.
Если коротко, что в лицее повлияло на Пушкина:
Отрыв от родителей
Культ дружбы
Читали все, хорошая подборка литературы (Шиллер, Байрон, Вольтер, Руссо, Расин, Мольер и т.п. привет Ванниковой).
Культивирование индивидуальности
Свободно высказывались
Вольное отношение к царям земным и небесным
Литературные издания лицея
В Лицее процветал культ дружбы. Тем не менее, ученики все равно ходили группками, а Пушкин так толком ни к одной и не мог примкнуть. Он почти все делал не в тему: острил, дерзил не к месту, а главное потом выкрутиться не мог. По воспоминанию Пущина, в нем была смесь смелости с застенчивостью, и то и другое невпопад. Был страшно неуверен в себе, что вызывало браваду, молодечество, стремление первенствовать. Но в конце концов все сдружились.
Первые стихи он начал писать лет в 13, в 15 их начали публиковать в лицейских журналах. А их было достаточно, например, «Неопытное перо»(1812), «Для удовольствия и пользы»(1813), «Юные пловцы»(1813), «Лицейский мудрец»(1815). Пушкин стремился вырвать пальму первенства с корнем у Илличевского, кеоторый считался самым талантливым поэтом, и это ему удалось. В 1814 его «К другу стихотворцу» было опубликовано в «Вестнике Европы», а в 1815 на открытых экзаменах он читал «Воспоминания в царском селе» и был замечен Державиным (ну это когда он там проснулся, аплодировал, Пушкин убежал и так далее, помните наверняка). После этого Дельвиг написал пророческое стихотворение «Пушкин», в котором предрекал ему славу.
В своих ранних произведениях Пушкин ориентировался в основном на французскую литературу (Вольтер, Парни). Пробует в разных жанрах (поэмы, сказки, элегии, послание, анакреонтические стихи, романсы, баллады, эпиграммы и т.п.). Пушкин усваивал достижение русских и европейских писателей и поэтов, вырабатывал собственный стиль.
Батюшков своей легкой, жизнерадостной поэзией был близок юному Пушкину в период 1813-1815. Тогда воспевал радости любви, дружбы, вина, свободу от государственных дел, учебы в конце концов. Такими анакреонтическими мотивами наполнено стихотворение «Пирующие студенты».
В нем, грубо говоря, красочна описывается пьянка лицейская, которая, увы, приснилась Сашеньке.
Вольный пересказ: когда все улеглись, и никто не пропалит «досужный час настал, все тихо, все в покое» Пушкин призывает их сбросить учебники, труды канта и др философов«Под стол ученых дураков мы полем овладеем» и начинают пьянку. Галича избирают президентом, он за это разливает пунш. Аналогия с Грецией. Пушкин обращается к участникам пира по одному: Спящий Дельвиг, остряк, повеса. Все пьют, пьют, пьют, потом у Пушкина все двоится-кружится и он просыпается на лекции и просит Вильгельма Кюхельбекера прочитать ему стихи, чтоб быстрей заснуть (подколол, да, негодяй).
От Батюшкова перенял еще и жанр исторической элегии, например, «Воспоминания в царском селе»: романтические пейзажи «угрюмой нощи», форма строфы (восьмистопный ямб). Однако есть и отличия. Если для Батюшкова ближе прекрасное прошлое, о котом он тоскует, то Пушкин не столько восхваляет Екатерину и ее победы, сколько победу 1812ого, и если Батюшков меланхолично грустил, то Пушкин взволнованно восхищается этим великим историческим событием. Это не подражание – это самостоятельное произведение.
Пушкин обожал Вольтера. Восхищался им и как философом и как писателем.. способным работать в разных формах.
В русской же литературе он выделяет анакреонтику (пить, любить, отрываться), басню, сатирическую комедию(Крылов), шутливую стихотворную повести(Богданович), - все то. Что противостояло тяжеловесному классицизму.
Таким образом, в литературном споре 10-х годов между классицизмом и романтизмом он занимает позицию романтизма
В 1816-17 годах Пушкин был покорен Жуковским и его мистикой. В его стихах появились мотивы неизбежной смерти, несчастной любви.
Давыдова очень любил. Он простой, прямой, Пушкин говорил, что его стихи показали ему, что можно быть оригинальным. В общем, воспринял все.
«К другу стихотворцу» - сатирическое послание поэту, которого Пушкин убеждает бросить писать, пугает бесславием, безденежьем другими невзгодами. Поэтов много, признанных – мало. Не-поэту хорошо. Ему спокойно, он «над экспромтами неделю не сидит», критиков не боится, вдохновения не ищет. Сатира на то что мол, куда е плюнь – везде поэты.

Первый петербургский период. Участие в «Арзамасе», «Зеленой лампе». Пушкин и деятели тайных обществ. Гражданская поэзия: тематика и жанрово-стилистические особенности («Вольность», «К Чаадаеву», «Деревня»). Сатирические жанры («Сказки », эпиграмма «На Аракчеева»).
Во втором десятилетии стало появляться много литературных кружков. Каждый из кружков, интересный Пушкину, имеет определенное литературно-политическое лицо, в него входят люди обстрелянные, опытные. Если вступаешь в один кружок идти еще один – нельзя. Но Пушкину чужда такая односторонность. Он там был ищущим среди нашедших. Одним из самых известных был Арзамас. В лицее, заочно избранный в Арзамас под именем Сверчок. Он рвался к реальному участию, но когда оно осуществилось, кружок начал загибаться. Литература отошла на второй план, уступив место политике и став ее слугой, ее рупором. В 1817 об этом сказали вслух и объявили новую программу с упором на политику, после чего кружок, не готовый к политической активности, распался. Существовавал в 1815-1818 гг. Назван по связи с сатирой-шуткой Д.Н.Блудова «Видение в арзамасском трактире, изданное обществом ученых людей». «Арзамас» возник как литературное объединение в противовес литературному обществу «Беседа любителей русского слова», основанному А.С.Шишковым и ставившему главной задачей нападки на карамзинистов и сторонников романтизма В.А.Жуковского. Пушкина закрутило в новом питерском литературном обществе. Батюшков, Карамзин, Жуковский – они меркли перед проповедниками свободы, равенства, братства.
Пушкин подружился с Николаем Тургеневым. Требовательный, бескомпромиссный, честный, резкий категоричный. На поэзию смотрел свысока, видел ее лишь как полезную политическую, агитационную лирику. Обозначил поворот Пушкина от любви и розовых соплей к гражданскому долгу и проч. Доказательство влияния – «Деревня»
Условно его можно разделить на 2 части. В первой рассуждение о спокойствии деревни. Через нежное описание природы видно любовь к родине поэта. С радостью он представляет, что будут там в уединении учиться быть терпеливым, спокойным, будет работать, писать. Во второй же говорится о том, что мешает ему жить так спокойно и размеренно. Лирический герой видит что за кошмар творится, что барин забирает себе все, мучает крестьян, для его прихоти цветут девушки, «Здесь барство дикое, без чувства, без закона, Присвоило себе насильственной лозой И труд, и собственность, и время земледельца.» Эта ужасная мысль омрачат его душу. В конце высказывает предположение, что может все кончится, задет риторический вопрос: «Увижу ль, о друзья! народ неугнетенный И рабство, падшее по манию царя, И над отечеством свободы просвещенной Взойдет ли наконец прекрасная заря?»
Влияние Николая Тургенева видно и в оде «Вольность».В начале он просит Афродиты («Цитеры слабую царицу») сорвать с него венок и лир разломать, чтоб он стал вместо любовных песен писать гражданские стихи, что его элегии жгли сердца людей, и все его боялись, кто нечист перед законом. Для Пушкина важна именно буква закона. Осуждает Наполеона, ненавидит его, желает смерти и всяческих мук. Ненавидит тиранов вообще всех «Владыки! вам венец и трон Дает Закон а не природа; Стоите выше вы народа, Но вечный выше вас Закон». Людовика казни – негодяи – а все промолчали, это преступно. Вспоминает про убийство и в красках его описывает, хоть прямо и не говорит о Павле 1
Познакомился с Федором Николаевичем Глинкой. Храбрый, крайне человеколюбивый, ветеран войны, бедный, один из руководителей «Союза Благоденствия». Аскет, как и многие декабристы.
А Пушкин ну совсем не такой. Ему было ближе европейское просвещение с его стремлению к свободе во всем. Самоограничение – есть разновидность духовного рабства. Поэтому утоление страстей это даже идеологически. Любовь – знак непрерывного жизненного горения а шалость и лень – вызов обществу (-ты не должен вот так вот лежать! – хм, не должен yahoo, я бунтарь!).
Намного ближе ему оказался литературно-театральный кружок «Зеленая лампа». Объединял передовую дворянскую молодежь. Существовал с марта-апреля 1819 года до осени 1820 года. Название «Зеленая лампа» получила по зеленому абажуру на лампе в комнате заседаний, что символизировало «свет и надежду».Поддерживая идеи декабризма (говорили, что это официальных филиал союза благоденствия), они все равно сильно отличались от них. О собраниях общества в доме Всеволжсого слухи ходили, что там оргии каждый день, но такие авторитетные имена как Ф.Глинка, С.Трубецкой, Я.Толстой их легко развеяли. Зеленая лампа соединяла свободолюбие и серьезные интересы с игрой, буйным весельем, демонстративным вызовом «серьезному миру» (хиппи такие умные).
Бунтарство, вольнодумство пронизывают связанные с «Зеленой лампой» стихотворения и письма Пушкина. Однако все они имеют самый озорной характер, решительно чуждый серьезности Союза Благоденствия. Другу по «Лампе» П. Б. Мансурову, уехавшему по службе в аракчеевский Новгород (под Новгородом находились военные поселения), Пушкин писал 27 октября 1819 г.: «Зеленая Лампа нагорела кажется гаснет а жаль масло есть (т. е. шампанское нашего друга). Пишешь ли ты, мой собрат напишешь ли мне, мой холосеньской. Поговори мне о себе о военных поселеньях. Это всё мне нужно потому что я люблю тебя и ненавижу деспотизм. Прощай, лапочка» и подпись: «Свер<чок> А. Пушкин» (XIII, 11). Это сочетание «ненавижу деспотизм» с «холосенькой», «лапочка» (и другие выражения, еще значительно более свободные) характерно для «Зеленой лампы», но решительно чуждо духу декабристского подполья.
Про Аракчеева он вообще вон как написал На Аракчеева («Всей России притеснитель...»)[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть картинку ].
Всей России притеснитель, Губернаторов мучитель И Совета он учитель, А царю он друг и брат. Полон злобы, полон мести, Без ума, без чувств, без чести, Кто ж он? Преданный без лести, <Бл*ди> грошевой солдат.
В общем говорит само за себя. «преданный без лести» - девиз, написанный на гербе Аракчеева. А в последней строчке говорится про любовницу Аракчеева Анастасию Минкину, которую в 1825 забила до смерти прислуга за жестокость.
Пушкин, естественно знал про тайное общество, очень хотел туда попасть чтобы прославиться, но его никто не пускал. Потом он встретил Чаадаева, который его поддержал и учил уважать в себе человека, имя которого принадлежал потомству, требовал «в просвещении стать с веком наравне», в общем, готовил его в великие. Готовил его в герои. Общаясь с Чаадаевым Пушкин вырос политически и стал относиться к жизни серьезнее, чем раньше. В это время он пишет свои «Сказки. Noel». Сам по себе ноэль – это французская сатирическая песенка, в которой пародируется легенда о рождении Иисуса Христа. В своем ноэле Пушкин описывает, как «кочующий деспот» (за этим образом скрывается Александр I) приехал в Россию, где в тот момент был младенец Христос и его мать, и начал рассказывать, о том, сколько всего благостного он сделает для своего народа. При этом «Спаситель громко плачет, а с ним и весь народ». «Деспот» говорит, что он снимет с должностей Лаврова и Соца, что «милостью своей» даст людям права, которые даны им от рождения. И Спаситель уже было поверил уже в слова государя, который сам про себя говорит, что он «пил, и ел, и обещал», но делами не был «замучен», но мать успокаивает младенца, говоря, что все обещания – это лишь сказки для маленьких детей, под которые надобно засыпать чистым младенческим сном.
В 1818 году, Пушкин пишет свое послание «К Чаадаеву» в котором он обращается к своему другу, призывая «отчизне посвятить души прекрасные порывы» и если труд не пройдет зря, то тот день, когда Россия вспрянет ото сна» и падет «самовластье» (не монархия как таковая) обязательно настанет, и о них еще будут помнить в веках («и на обломках самовластья напишут наши имена») Здесь проявилась вся молодая горячность души Пушкина, которая стремится к свободе, но не только для себя, а для своей страны и для своего народа. Стихотворение «К Чаадаеву» разошлось в списках в кругах будущих декабристов и либерально настроенных молодых людей. Его отрывки можно было услышать от юношей, говорящих о политике, рассуждающих о судьбах отечества.
На него начали копать, во многом из-за горячности и умения злить врагов. Пока друзья пытались его отмазать как-нибудь, по Петербургу поел слух, что его тайно высекли. Александр Сергеевич думал, что такого позора он не переживет и думал, застрелиться или застрелить императора, косвенного виновника сплетни. Чаадаев же доказал ему, что все фигня и что великий должен презирать клевету и гонителей.

16. Сева 1) К.Ф. Рылеев и А.А. Бестужев – издатели и критики. Концепция романтизма в статье Рылеева «Несколько мыслей». Бестужев и Рылеев – декабристы, признанные современниками авторы, оставившие после себя как прозу, так и поэтические произведения, критики, в 1823-1825 выпускали альманах «Полярная звезда» (всего вышло 3 выпуска, плюс, альманах-приложение «Звёздочка», не вышедший в свет – тираж был после восстания декабристов задержан на складе), в котором им обоим удалось и проявить собственные литературные дарования (Рылеев помещал в ПЗ отрывки своих поэм, находившихся в работе, свои «Думы»; Бестужев опубликовал в издании соединяющую в себе черты отечественного сентиментализма и особенности «прекрасного романа» Вальтера Скотта повесть «Роман и Ольга», а также остросюжетный «ливонский цикл» («Замок Нейгаузен», «Ревельский турнир», «Кровь за кровь») и др.), и собрать практически «весь цвет» литературного сообщества того времени: в альманах отдавали свои произведения или отрывки из них и члены Вольного общества любителей российской словесности (в котором состояли и Бестужев, и Рылеев, а последний даже был участником цензурного комитета Общества), и карамзинисты (Жуковский, Вяземский, Пушкин), и их противники (Шаховской, Грибоедов). Целью издателей, по словам Бестужева, было не только издать альманах для забавы публики, но и отразить в нём широчайший круг предметов и литературных форм, которыми «лучшие писатели удостоили украсить Полярную звезду».
Бестужев к началу выпуска альманаха уже прослыв замечательным критиком (его критическую деятельность ценили современники, высокую оценку позже дал ей и Белинский), совмещал традиционный для критики того времени детальный подход к семантике и уместности употреблённых в произведении слов, к яркости и правдоподобности образов - со свойственным для него бесстрашием в «критических атаках» на произведения великих современников и красочности и неожиданности образов и определений. В «Полярной звезде» Бестужев выпустил своеобразную критическую трилогию – каждый из выпусков открывался статьёй-обозрением за авторством Бестужева, соответственно: «Взгляд на старую и новую словесность России», «Взгляд на русскую словесность в течение 1823 года», «Взгляд на русскую словесность в течение 1824 и начале 1825 годов». На критику Бестужев смотрел как на "краеугольный камень литературы". Понимая, что молодое общество, в котором "литературное имя можно подчас купить и завтраками", надо "водить под ручку", Бестужев, стоя с начала двадцатых годов на критической страже, "кричал как гусь капитолийский", не брезгая, как впоследствии и Белинский, и самыми ничтожными поводами: "кого бы и как бы ни разбирали, все-таки рано, поздно ли, это принесет пользу; в спорах критических образуется вкус, и правила языка принимают твердость". Элементарные воззрения его на критику быстро развились и усложнились, и уже в "Полярной Звезде" на 1823 г. появилась его большая и серьезная статья: "Взгляд на старую и новую словесность России". В первой статье, приводя обзор выдающихся русских авторов – от Нестора до современных ему писателей - после множества отрывочных, по большей части, комплиментных отзывов о современных писателях, Бестужев приходит к заключению, что русская литература находится, несмотря на множество писателей, еще в младенческом состоянии, что доказывается бедностью прозы и преобладанием стиха - этой "детской гремушки"; причины этого явления он усматривал в территориальной огромности России, мешающей "сосредоточиванию мнений", т. е. возникновению центров образованности, а также в пренебрежении общества к родному языку, в писательской кружковщине. В следующем обзоре: "Взгляд на русскую словесность в течение 1823 г." ("Полярная Звезда" за 1824 г.), Бестужев констатировал общий застой в литературе, наступивший, по его мнению, после периода войн (1812 - 1814), и недостаток творческих мыслей. Гораздо ценнее была его третья статья "Взгляд на русскую словесность в течение 1824 и начале 1825 годов" ("Полярная Звезда" за 1825 г.); в ней он прямо заявил, что "у нас нет литературы" (за ним это повторяли и другие критики), потому что нет воспитания, нет общественной жизни, где было бы поприще уму и характеру. Средства для борьбы с таким положением вещей Бестужев указал в напечатанной им позже статье, отмечая в современной ему литературе наклонность к реализму, удовлетворить которую может народность. В этой формуле видна попытка создать эклектическую связь между реализмом и романтизмом. Позднее в одной из своей статей Бестужев относит к романтизму всё самобытное, органически-народное, оригинальное; Белинский так трактует это мнение Бестужева: все талантливые писатели - романтики, а романизм - ключ ко всякой мудрости.
Свой взгляд на романтизм отражает Рылеев в статье «Несколько мыслей о поэзии», опубликованной в «Сыне отечества» в 1825-ом году, опубликованной под видом фрагмента письма к NN (А.С. Пушкину). Вступая в жарко горящую тогда дискуссию о соотношении поэзии романтизма и классицизма, Рылеев присоединяется к одной из сторон, называя в статье «Несколько мыслей» поэзию единой во всё время, неделимой на какие-то направления: дело в том, что ревностные классицисты – идиоты, взявшие за истукан-образец величайшие произведения древних поэтов и принявшиеся во всём им подражать – перенимая и три единства, и описываемые события. Но проблема состоит в том, что древние «классики» не должны быть идолами, они должны быть просто примером хорошего вкуса, великого вдохновения, поэтому надо вдохновляться их величием, ценить их, но никак не обожествлять и не подражать от начала до конца. Поэтому же и даже три единства – которые провозгласил Аристотель на основе анализа великих древнегреческих драм – были характерны только для греков, у которых сама общественная жизнь порождала аналогичную поэтику драм - все события происходили внутри одного полиса (что переросло в литературе в единство места), следовательно, быстро совершались (единство времени) и не успевали развиться и разрастись (единство действия).
Ввиду перемены общественных и государственных условий, смены особенностей мировоззрения современная поэзия отличается от древней большей содержательностью, чем вещественностью (поэтому и в Илиаде больше внимания к картинам быта и т.д.), большим ареалом действия, не укладывающимся в прежние три единства и др., но по сути истинная поэзия, по мнению Рылеева, всегда оставалась неизменна. И если романтическим называть всё оригинальное, самобытное – то романтиками можно назвать и Гомера, и Эсхила, и отчасти тех поэтов, что пишут классицистические трагедии на недревнегреческий сюжет. Но из-за того, что по традиции называют классицистическими как произведения оригинальные, так и их подражания (Вергилия (Энеида) ставят в один ряд с Гомером (Илиада, Одиссея), трагедии Вольтера рядом с трагедиями Эсхила), возникает путаница, и для того, чтобы выделить гениев, говорящих новое слово, отрывающихся от подражания (Т. Тассо, Данте, Шекспир, Гёте), немцы придумывают глупое слово «романтизм», вместо того, чтобы просто сделать деление – старая поэзия (древние греки и их удачливые подражатели) и новая поэзия (современные гении и люди, пытающиеся в рамки древних греков втиснуть современный или средневековый сюжет).
Отсюда выходит, что не существует ни романтизма, ни классицизма, а правильней делить поэзию на новую и старую.
В статье «Несколько мыслей» Рылеев также выражает точку зрения, что неверны по сути попытки дать определение поэзии в целом – понятию слишком идеальному и высокому. Ведь слишком частные определения относятся только до поэзии какого-нибудь века или автора, а слишком общие – могут быть отнесены и к философии, да и к любой другой гуманитарной науке. Поэзия же – необъятный и недостижимый предмет; попытки же постичь её бессмысленны, т.к. стоит дать чёткое определение и постичь поэзию, как можно будет сразу же достичь её верхов, и тогда последующим поколениям уже не надо будет стремиться сделать что-то в поэзии – идеал же уже был достигнут!
Поэтому – не стоит пытаться определить и обособить поэзию и не стоит обожествлять и благоговеть перед великими произведениями древних – нужно просто почитать их, оставить споры о романтизме и классицизме и пытаться самим творить что-то оригинальное, отражая в произведениях идеалы, истины и мысли.

Для завершения хочется сказать, что выпуск «Полярной звезды» прекратился и невыпуск «Звёздочки» состоялся в 1825 году в связи с восстанием декабристов, в результате которого Рылеев был повешен среди 5 казнённых декабристов, а Бестужев, явившийся с повинной, был лишён дворянского звания и поставлен в строй, где, дослужившись до прапорщика и продолжая постоянно публиковаться в журналах со своими романтическими произведениями (часто – под псевдонимом «Марлинский», однако истинное авторство недолго оставалось тайной; поэтому обычно критика и автора называют Бестужевым-Марлинским (дабы отличать его от братьев, также участвовавших в восстании)), благополучно погиб на Кавказе в стычке с Дунканом Маклаудом (или каким-то другим горцем). Хотя поговаривали, что на самом деле он сам ушёл в горцы и даже стал имамом Шамилем, придумавшим (если не ошибаюсь) весёлое и звонкое слово «джихад» и провозгласившим его России.
2) Лирика Пушкина периода ссылки в Михайловское.
Находясь в ссылке в Одессе, Пушкин, судя по стихам «Путешествия Онегина», довольно весело проводил время, и ничто не предвещало явления подкрадывающегося, как всегда, тихо и незаметно белого пушистого зверька песца. Однако вольнолюбивые стихи Александра Сергеевича, вырвавшись из под его поющего свободу обгрызенного пера (Пушкин писал именно такими, как свидетельствовал его современник), ходили окольными путями, смущая представителей власти: цензоров, городовых и даже дрессированных полицейских овчарок, не то, что кровавых псов режима. Говоря об отряде волкообразных, вернёмся к Пушкину: одним ясным, как ответ на вопрос, кто убил Кеннеди, утром Пушкину, как раз искупавшемуся в лучах рассвета в солёных морских волнах и готовящемуся начать свой завтрак традиционными Аи и Бордом, специально обученный почтовый песец принёс известие, по которому внучатому племяннику первого афророссиянина-дворянина следовало следовать в издавна принадлежащие семейству поэта имение в Михайловском для имения времени обдумать своё плохое поведение (как говорили в детском саду) (каламбурчики-каламбурчки, эх, убогие, ну да мы как бы и не напрягаемся). 9 августа 1824 г. Пушкин оказывается в неведомой глуши, среди лесов с волками и капканами, медведами да преведами, рядом со своим семейством и отцом, взявшим на себя перед властью почётную миссию надсматривать за шаловливым чадом. Впрочем, вскоре семья поэта, не в силах терпеть выходки озорного молодого человека, покидает имение, и Пушкин оказывается один в разваливающемся, требующим немедленной реставрации и цемента в фундамент родовом поместье, и что самое неприятное – вдали от компании, с которой в этой можно было бы в лесной глуши глушить дорогие напитки. Во всей округе, что определённо катастрофично для душевного состояния великого поэта, находится до крайности мало людей, а тем более уж - дам, чьи имена у Пушкина чесалось бы перо вписать в свой донжуанский список (няня Арина Родионовна, жившая в соседней с Пушкиным комнатой (риторический вопрос: с коего чёрта взрослому человеку, поэту и волоките, НЯНЯ?! Он же не молокосос, какой-нибудь, в конце концов!): лишь втёршись в доверие к своей соседке, помещице Осиповой, поэт добивается того, что содержимое чернильницы его не застаивается, и список пополняется новыми именами – их обладательницами являются многочисленные дочери помещицы; чуть в список не попадает по ошибке и имя Вулфа, сына-студента соседки, завязывающего с Александром Сергеевичем крепкую как текила дружбу, лично знакомящего последнего со студентом же в то время Языковым. Также в гостеприимном доме Осиповой Пушкин встречается и с дамой сомнительной репутации, но доброго сердца и соблазнительной внешности, увлечение которой, как считается, он также переживает и пережёвывает в стихотворении «К***» (или, по-другому, гимн таблеткам от склероза «Я помню чудное мгновенье»).
Тем не менее, заточение своё и удаление от общества поэт переживал весьма тяжело, хотя держать руку на пульсе литературной и общественной жизни ему удавалось благодаря постоянной перепиской при помощи как дедовских методов – почтовых карет, нагрузки мешками писем проезжающих мимо знакомых – так и при помощи электронной почты и спутниковой связи (аську Пушкин по непонятным причинам презирал, жалуясь, что «там нерусский дух, там Нерусью пахнет»; квип к тому времени ещё разработан не был). В это время Пушкин живёт напряжённой творческой жизнью, пополняя свои знания во многих областях, в том числе, в истории, зачитываясь бестселлером Карамзина (видимо, псевдоним Б. Акунина (Б. Акунин, кстати, тоже псевдоним, но не Карамзина)) «История государства российского», из которого он берёт сюжет и большинство персонажей для своего «Бориса Годунова», в котором воплощает своё видение роли народа в историческом развитии, положения правителя, пришедшего к власти через кровь и другие радости, о которых наверняка будет сказано в соответствующем билете по Пушкину.
Он также завершает множество стихотворений, начатых в Одессе (например, «К Морю»), «Цыган», 3-ю главу Евгения Онегина, пишет новые 3 главы, издаёт через посредство своих друзей небольшой сборник «Стихотворения Александра Пушкина», пишет вошедшую в сборник «Вакхическую песню», стихотворение памяти французского поэта «Андрей Шенье», «Подражания древним» и «Подражания Корану», «самую русскую» свою поэму «Жених», «Разговор книгопродавца с поэтом», составляет сборник эпиграмм (не дошедший до нас); кроме того Пушкин активно знакомится с народным творчеством, в частности, записывает рассказываемые Ариной Родионовной сказки (обязательно нужно процитировать фразу из письма брату Льву: «Что за прелесть эти сказки! каждая есть поэма!» - это делается во всех изданиях), песни, присказки и поговорки (так, практически в исходной своей форме, с незначительными изменениями, вошёл в классическое предисловие ко второму изданию «Руслана и Людмилы» «У лукоморья дуб зелёный» отрывок зачина, сказанного Пушкину няней). Знакомясь с фольклором и проникаясь народным духом, в то же время находясь большую часть времени в одиночестве, как пишет Юрий Лотман, Пушкин частично отходит от «масочного принципа», характерного для общества того времени (т.е., выбрав себе романтическую маску – поэта, роковой женщины и др. – человек повсюду вёл себя и говорил о своих чувствах так, как должен вести себя эталон этого образа, заимствуя примеры из романтических стихов и других произведений), он делает крупные шаги по направлению к реализму, и любопытно наблюдать его игру тонами (от серьёзного к романтическому и обратно) в посланиях, например, к Керн. Но вынужденное почти тюремное, оторванное от своего круга людей пребывание в Михайловском, приезд в который прежде воспринимался Пушкиным как возвращение домой, трансформирует в его сознании представление о «доме» как о средоточии благ и приятных воспоминаний, и теперь образ утопии своей жизни поэт переносит на Лицей и лицейское общество, хотя сам в своих относительно недавних стихах сравнивал лицейскую комнату с кельей и всего несколько лет назад всей душой мечтал вырваться из неё. Это ощущение в нём, впрочем, поддерживали и навестившие его в ссылке лицейские друзья Пущин (январь 1825-го) и Дельвиг (июль того же года).
В остальном же, как пишет Соколов, лирика Михайловского периода во многом непосредственно примыкает к южной лирике. Стихотворение «К морю», начатое в Одессе и завершённое в северной ссылке, несёт в себе общее романтическое настроение, которое можно увидеть и в «Разговоре книгопродавца с поэтом», дополнительным предисловием к готовящемуся изданию первой песни «Евгения Онегина». Но в «Разговоре» уже в форме диалога двух героев, вдохновенного поэта-романтика, жалеющего элегическими строками о том, что он вынужден отдавать порождение гармонии и музы толпе, и рассудительного и трезвого книгопродавца, говорящего иронически-дружеским тоном сакраментальную фразу «Не продаётся вдохновенье, /Но можно рукопись продать» (эта фраза неоднократно цитировалась в ходе лекций; будьте добры вспомнить и привести); стоит заметить, что ни одна из масок не отражает истинного мнения Пушкина, и лишь обоюдная диалогичность, видимо, содержится в сознании автора, хотя поэт к концу стихотворного «разговора» и переходит в речи на прозу и соглашается отдать рукопись торговцу.
«Избавившись от маски», Пушкин получает возможность отразить в своей лирике широкий спектр чувств и мыслей, а порой силой искренности и чистоты чувства (как в «К***») обозначить противостояние лицемерной мещанской морали. Так, Пушкин пишет «Вакхическую песню», «великолепный гимн радости», звучащую неожиданным оптимизмом и жизнелюбием, словно призывающую к празднеству и пиру; «19 октября», это обращение к далёким лицейским друзьям, с его мужественной печалью; «Сцену из Фауста», в которой Мефистофиль объясняет Фаусту вечную и всеобщую природу скуки; «Андрей Шенье», по Соколову - восторженный гимн «свободе», первому периоду французской революции; «Зимний вечер», задушевное обращение поэта к своей няне; «Пророк», принадлежащее циклу «Подражаний Корану», но в призме лирики Пушкина преломляющееся в видение им места поэта как пророка, отражающее пережитое им «перерождение», и другие стихи.
3-4 сентября 1826 г., спустя два года почти полного одиночества в ссылке, Пушкин «в своем экипаже свободно, не в виде арестанта», но в сопровождении фельдъегеря покидает Михайловское и едет в Петербург, где его ждёт свидание с Николаем I.

17. Аня 9 1) А.А. Дельвиг – поэт и издатель.
По лекции+ Вацуро, который рекомендуется в методичке для Дельвига:
Родился в Москве 6 августа 1798 г.; нач.образование - в частном пансионе. Семья - старинный баронский род, оскудневший, жили на жалованье отца – плац-майора в Москве..19 октября 1811 г. –в лицее. Учился плохо, Пушкин, ближайший и любимый его друг, вспоминал, что до 14 лет "он не знал ни одного иностранного языка и не оказывал склонности ни к какой науке". Большинство товарищей вспоминало о нем как о записном ленивце, более всего любящем поспать *наш человек – Дельвиг* Эта репутация отразилась в пушкинских "Пирующих студентах"(1814):
Дай руку, Дельвиг! Что ты спишь?
Проснись, ленивец сонный!
Дельвиг воплощает в себе миф об апатичном ленивце, однако лень Дельвига – особая, творческая лень. В его стихах "лень" и "сон" - более поэтические, чем бытовые понятия: темы эти были широко распространены в анакреонтической и горацианской лирике и постоянно встречаются у Батюшкова и в лицейских стихах Пушкина. Творчество Д. сложилось на традиции «легкой жизни» ( «Пою вино, любовь и граций» («К Евгению» 1819).
Вообще по жизни у Дельвига 2 творческих интереса:
Обращение к античности, разработка жанра идиллии и антологии, ощущение античного мира.
Интерес к античности – еще в лицейские годы, когда они вместе с Кюхельбекером занимаются изучением немецкой поэзией, а именно творчеством Клопштока и кружка «геттингенцев», кот. были как раз борцами за национальное искусство и бунтарями против классических норм. Античность - средство избежать вненациональной классической традиции(что пропаганд-ла франц.поэзия) Пишут "горацианские оды", элегии античным элегическим дистихом, гекзаметрические послания, дифирамбы; оба насыщают свои стихи античными мифологическими и историческими ассоциациями.
Культ земных радостей, эротические мотивы(кот.свойственны раннему Дельвигу) - лит. выражение романтического мироощущения, где жизненная полнота, почти языческое переживание жизни было едва ли не непременным свойством поэта.
2 жанра:
Антология
В 20егг. XIX в. антология - небольшие лирич.стихи, любовные или описательные, ориентированные на античную эпиграмму периода эллинизма. Античность понималась не как вневременной эталон, а как историческая и худ.определенность. Т.е. признавалось, что человек иной культурной эпохи мыслил и чувствовал в иных, отличных от современности, формах и что эти формы обладали своей эстетической самоценностью. Теоретически признать это было легко, но дать худ.воплощение – оч.трудно (чем Дельвиг и занимался)
Пушкин восхищался идиллиями Дельвига за необыкновенное "чутье изящного", с которым он угадал дух греческой поэзии - "эту роскошь, эту негу, эту прелесть более отрицательную, чем положительную, которая не допускает ничего напряженного в чувствах; тонкого, запутанного в мыслях; лишнего, неестественного в описаниях!" (собственно это и есть сущность "антологической поэзии").
Гармоническая уравновешенность, скульптурная пластичность образов – хар-е черты дельвиговских "подражаний древним". Причем "скульптурность" не метафора. Существовал особый тип греческой антологической эпиграммы, представлявшей собою надписи к произведениям пластического и живописного искусства. Пушкин называл Д. "художников друг и советник", пр-я Д. печатались в «Журнале изящных искусств», где писали про скульптуры, живопись и т.д.
Идиллия
Антологическая и идиллическая лирика близки. Общее - единое понимание человеческого характера эпохи античности. Дельвиг решает проблему, которой была занята русская литература с XVIII в. вплоть до Льва Толстого: проблему "естественного человека".
Его условный аркадский мир - это мир, как бы заново открываемый естественным сознанием, наивным и гармоничным. В нем есть все: всегубящее время, и неразделенная любовь, и смерть, - но есть и любовь счастливая, и дружба, и наслаждение, и они-то движут людьми в этом идиллическом обществе. Это мир чувственный, а не интеллектуальный и более языческий, чем христианский.
П.писал о его идиллиях: «Какую силу воображения должно иметь, дабы так совершенно перенестись из 19 столетия в золотой век, и какое необыкновенное чутье изящного, дабы так передать греческую поэзию». Мечта о золотом веке – тема всех его идиллий (в т.ч. и той, что в обяз.списке)
Разработка народной русской песни – романса
Дельвиг разрабатывал жанр «русской песни». Однако он не имитировал народную песнь, за что его упрекали в «литературности» и отсутствии подлинной народности. Для Д.русская народная культура - своеобразный аналог античной культуры.
Дельвиг уловил те черты фольклорной поэтики, мимо которых прошла письменная литература его времени: атмосферу, созданную не прямо, а опосредствованно, сдержанность и силу чувства, характерный символизм скупой образности.
Нац.хар-р в его песнях - "наивный" и патриархальный. Это была своеобразная "антология", - но на русском национальном материале. В этих песнях идеология и стиль дворянства нередко вступают в противоречие с мироощущением и поэтикой нар. творчества, на кот. ориентировался Д., но уже нет ни сентиментальности, ни пасторальности, которыми грешили песни предшественников. Д. уже приближается к романтическому пониманию этого жанра как выражения нар. чувствований.
Многие его слова положены на музыку: романсы Глинки, Даргомыжского, Алябьева, или М. Яковлева на слова Дельвига - "Соловей", "Когда, душа, просилась ты..." и др.

Участие Дельвига в кружках кройки и шитья. Отношения с декабристами
С юности участвует во всевозможных лит.общ-вах, в т.ч. «Союз поэтов» (раннее общ-во лицеистов), "Вольном обществе любителей словесности, наук и художеств" ("Михайловское" или "Измайловское"), "Вольном обществе любителей российской словесности" и т.д. Однако к декабристам не присоединяется, ибо рев-ция ему чужда.
Сам он любил противопоставлять свое отношение к жизни отношению к жизни поэтов декабристского круга:
«Веселая бедность и лень» - у Дельвига и Бо(а)ратынского
«Суровая бедность и труд» - у поэтов декабристского круга
Кстати, тема поэта (о ней идет речь во «Вдохновении») раскрывается у него, как и у П.: Поэты – «любимцы муз», пророки, страдальцы, противопоставленные "безумной толпе" и презираемые ею, бросающие свой вызов року и судьбе. Самая поэзия - жертвенное служение. Поэтому приобщение к ней есть своего рода акт посвящения (прочтите «Вдохновение», там все предельно ясно)

Дельвиг – издатель:
«Северные цветы»
В 1823-1824 гг. Д. участвует в "Полярной звезде", однако ему чужды и рев-ция и открыто публицистическая гражданская литература.
Поэтому в 1824 г. Дельвиг начинает собирать свой собственный альманах "Северные цветы", вступивший в конкуренцию с "Полярной звездой".Он посещает Карамзиных, кружок Воейкова, слепого Козлова; близок с Жуковским и Гнедичем, хорош с Крыловым, налаживает контакты и с Вяземским, и с московскими литераторами. Альманах его становится своего рода организующим центром для петербургской и московской литературы.
После декабристского восстания Д. анонимно печатает в "Северных цветах» Кюхельбекера, Н. и А. Бестужевых, Рылеева, А. Одоевского.
После 1825г. "Северные цветы" - единственный русский альманах, объединяющий литературные силы, а дом Дельвига - своего рода центр столичной литературы. Печатают Жуковского, Вяземского, И. И. Козлова, Баратынского, Пушкина, Гнедича, Ф. Глинки, Языкова + молодых московских литераторов из кружка "любомудров" - Веневитинов, Погодин, Шевырев + следующее поколение лицеистов и пансионеров (А. Подолинский, М. Деларю). В 1831 г, в альманах приходит и молодой Гоголь.В 1828 г. в Петербург возвращается Пушкин и сразу же входит в дельвиговский круг на правах одного из идеологических руководителей.
К этому времени "Северные цветы" уже настолько обеспечены литературным материалом, что возникают предпосылки для издания газеты.
«Литературная газета»
1 января 1830 г. - первый номер "Литературной газеты" под формальным редакторством Дельвига. Фактически политику определяли Пушкин, Дельвиг и Вяземский. С первого номера "Литературная газета" приобрела вынужденно полемический характер. В первом номере в анонимной заметке, принадлежавшей Пушкину, газета декларировала кружковый характер, объявив, что она издается "не столько для публики, сколько для некоторого числа писателей, не могущих по разным отношениям являться под своим именем ни в одном нз петербургских или московских журналов"
Обвиняли в "литературном аристократизме", элитарности, пренебрежении читателем(особенно старались "Северная пчела" Булгарина и "Московский телеграф" Н. Полевого).
Критические схватки продолжались недолго: в ноябре 1830 г. "Литературная газета" была закрыта. В конце октября за помещение четверостишия, посвященного жертвам Июльской революции (1830), Дельвиг был вызван в кабинет шефа жандармов (не первый раз его туда вызывали, кстати). Бенкендорф был убежден, что кружок Дельвига собирает людей, настроенных против правительства, и что руководят им сам Дельвиг, Пушкин и Вяземский, которых он пообещал "упрятать в Сибирь".
Репрессии против "Литературной газеты" вызвали, однако, в обществе нежелательную для правительства реакцию. Дельвигу сочувствовали и влиятельные лица, - например управлявший Министерством юстиции Д. Н. Блудов. Бенкендорф вынужден был принести извинения за резкость и разрешить газету, но уже с другим формальным редактором. Им стал О. М. Сомов.
После отставки с поста редактора «Лит.газеты» Д.заболел простулой. Однако он и раньше был сильно болен. И случайная простуда, кот.Дельвиг не придавал значения, после нескольких дней болезни свела его в могилу 14 (26) января 1831 г.
2) «Маленькие трагедии» Пушкина.
По лекции Прохоровой+любимый Лотман:
4 «драматические сцены» или «опыты драматического изучения» (так их называл сам Пушкин). П.сам объединяет их в цикл. Замысел мал.трагедий родился почти сразу после написания БГ, в Михайловском в 1826г.. Были написаны в Болдино в 30-м году, когда в Москве была эпидемия холеры. Все трагедии-переработки уже известных произведений или сюжетов:
к теме «Скупого рыцаря» обращались Шекспир, Мольер, Вальтер Скотт, подзаголовок – «Сцены из ченстоновой трагикомедии: The Covetous Knight», кот.вообще-то не существует. 
«Моцарт и Сальери» - эпоха, близкая Пушкину(Сальери умер в 1825г., Моцарт в 1791г.), часто обсуждалось в тусовке, правда ли, что Сальери отравил М.или нет. Пушкин считал, что это вероятно
«Каменный гость» Дон Жуан – вообще национ.герой Испании. Также про него писали Мольер, Корнель и т.д. Ну и опера Моцарта.
«Пир во время чумы» - одна из сцен драм.поэмы Джона Вильсона «Чумный город» 1816г., которая описывает события лондонской чумы 1665г.
Постановки
При жизни Пушкина на сцене удалось поставить лишь "Моцарта и Сальери"
в Петербурге 27 января 1832 г (успеха не имела). "Скупой рыцарь" должен был быть поставлен 1 февраля 1837 г. в Александрийском театре, но был отложен всвязи с кончиной Пушкина, а затем и вовсе запрещен Николаем I из-за боязни"лишнего энтузиазма" и демонстраций по отношению к поэту.
Общее у трагедий
Общая черта всех трагедий – сохранение реалистического принципа в произведении. Реализм проявляется в детерминированности хар-ров в связи с эпохой, временем, средой. Г. А. Гуковский вскрыл в «маленьких трагедиях» истор.конфликты между хар-ми людей различных эпох (рыцарский и денежный век в «Скупом рыцаре», классицизм и романтизм в «Моцарте и Сальери», Ренессанс и Средние века в «Каменном госте» и Ренессанс и пуританизм в «Пире во время чумы»). Лотман этим не ограничивается: «Один «ужасный век» сменяется другим, но человек может или застыть в своем веке, полностью раствориться в среде, утратив и свободу суждений и действий, и моральную ответственность за поступки, или же встать выше «железного века», прославить, вопреки ему, свободу и быть свободным».
Характеры героев одномерны – носители какого-либо одного начала, одной страсти
Во всех трагедиях для П. очень важно исследование человеческих страстей, кот. олицетворяют его герои (1 герой – носитель 1(!)страсти) Композиция мал.трагедий с вынесением против.позиций показывает, что мир сложнее, чем кажется, нет одной правды, мир может быть интерпретирован по-разному
Скупой рыцарь
Основа – столкновение разных типов сознания: рыцарской идея и идеи денежного века. Не случайно в названии оксюморон – «скупой рыцарь», что для рыцарского века практически невозможно. Барон – носитель идеи буржуазного века, века феодализма Страсть Барона – страсть к деньгам: он пьет воду, ест сухие корки, чахнет над своим златом в сундуках. Вот счастье для него – добавить немного злата в очередной сундук. Золото для него – символ власти: «Что не подвластно мне? как некий демон отселе миром править я могу» Среди золота он чувствует, что он царствует. Пир для него – смотреть на раскрытые сундуки, «на блещущие груды».Сына считает «безумцем, расточителем», недостойным наследства.
Соединению феодального и буржуазного сознания противостоит молодой барон – носитель средневековой рыцарской идеи, ради которой он, казалось бы, готов на преступление. Однако оказывается, что душа Альбера не готова к убийству ради достижения высокой рыцарской цели. Для Альбера важны идеалы рыцарства: рыцарское слово (когда Жид отказывается дать ему бабла без заклада, он говорит: «Иль рыцарского слова тебе, собака, мало?»), честь. Поэтому когда Жид предлагает ему отравить отца, Альбер взбешивается и тут же выгоняет его. Однако и он жесток, почти с радостью принимая вызов отца.
Сам же Барон одержим свои золотом, он клевещет на сына, всячески поносит его при Герцоге, обвиняя его в попытке кражи. Он настолько одержим своей страстью, что бросает вызов сыну, кот.тот принимает почти с радостью. Уже сам факт вызова позволяет Герцогу (как судье) вынести приговор: «Ужасный век, ужасные сердца»
Моцарт и Сальери
Основа – столкновение 2х разных веков: романтизма и классицизма, вдохновения возвышенного и рационалистического. П.стремится к некой мифологизации этого сюжета, однако реализм - в противопоставлении романтической установки на гениальную одаренность, щедрость и классиц.установки на поддержание таланта, усердный труд.
Сальери – пример классиц.установки, он-ремесленник: «Ремесло поставил я подножием искусству». Он разлагает музыку, относится к ней с рационалист., научной точки зрения: «Музыку я разъял, как труп. Поверил я алгеброй искусству». Произведения создавал долго, сжигая предыд.труды, достигая совершенства постепенно, мучительными трудами. Страсть Сальери – желание славы, кот.он так долго добивался. А тут Моцарт со своими озарениями, «гуляка праздный, безумец». Кстати, изначально в заголовке стояла «Зависть».
Моцарт же гениален, причем своей гениальности не осознает даже. У него дар от Бога. В конце он говорит: «Нас мало избранных, счастливцев праздных, пренебрегающих презренной пользой» Короче, Моцарт – гениальная натура, Сальери – только лишь талантливый человек. Ну и помните, гений и злодейство – две вещи несовместные.
Каменный гость
Предмет исследования П.- любовная страсть. В большей степени новаторским в КГ является образ Дона Гуана (подчеркивается испанское происхождение) В трактовке этого образа П.следует за Мольером и представляет его не как пошлого распутника, а как человека, воплошающего в себе свободу чувства, который каждый раз любит искренне, истинно чувствует. Каждый раз влюбленность для него – истинное счастье.
Особая значимость в этой трагедии – сопоставление любви и смерти. При первой встречи Д.Г. требует смерти, ибо желание кончины – не признак безумие. Безумие – это жить любя, ночами петь серенады и прочая х-ня. «Что значит смерть?за сладкий миг свиданья отдам я жизнь» Дон Гуан готов умереть, только бы Дона Анна простила ему убийство ее мужа: «Вели – умру, вели – дышать я буду лишь для тебя»
Здесь возникает и тема наслаждения: если в первой трагедии наслаждение связано с богатством, то здесь наслаждение – минуты любви: «Наслаждаюсь молча, глубоко мыслью быть наедине с прелестной Доной Анной».Для него – это «райское блаженство». Любовь сравнивается с мелодией:
Из наслаждений жизни
Одной любви музыка уступает
Но и любовь мелодия
Пир во время чумы
В основе – нравственно-психологический конфликт. П.сам объединяет трагедии в цикл и неслучайно «Пир» завершает его. Сюжет – из мировой классики, «Пир» - перевод 1й сцены из драматической поэмы 1816г. «Чумный город» Вильсона, кот.описывает события страшной эпидемии чумы в Лондоне 1665г. Однако в трагедии присутствуют оригинальное – песни Мери и Председателя. Песня Мери – жалобная песнь о том, как все хорошо до чумы и как плохо во время нее: одно кладбище не пустеет *скажите это Прохоровой как-нибудь поизящнее* Луиза отмечает, что нынче такие песни не в моде.
Трагедия – философское произ-ние. Звучит идея эпикурейского противостояния чуме, страсть наслаждения опасностью. Герой находит наслаждение даже в игре со смертью. Председатель поет гимн чуме:
Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья –
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.
Можно увидеть и иные фил.корни – напрашивается сравнение с Монтенем, кот.в книге «Опыты» писал, что философствовать – учиться умирать и не бояться смерти.
Однако у самого Пушкина нет стоического презрения к жизни во славу смерти. Подчеркивается это введением 2го героя – Священника, кот.появляется в самом финале и напоминает Председателю о том, как он рыдал три недели назад над трупом матери. Гов-т, что их ждет ад, если они не прекратят этот чудовищный пир. Именно после его финальных слов идет авторская ремарка: «Уходит. Пир продолжается. Председатель остается, погруженный в глубокую задумчивость». Позиция Председателя в песне не кажется такой уж неуязвимой. Читатель видит признание правоты священника.

Народ, пересказ маленьких трагедий из сети+мои поправки, но, честно говоря, легче прочитать – они по 3-5стр. каждая. А когда сокращаешь – получается полный бред.

Скупой рыцарь
Сцены из ченстоновой трагикомедии: The Covetous Knight  
Сцена первая  
В башне.  Альбер и Иван  
Альбер во что бы то ни стало хочет попасть на рыцарский турнир. Рассмотрев шлем, видит, что он пробит, испорчен, его невозможно одеть. Альтер сердится на графа Делоржа, попортившего шлем. Иван успокаивает хозяина, достойно отомстившего обидчику граф едва поднялся через сутки. Альберу легче бы потерять голову, чем шлем, у него нет денег на новый, нет приличного платья. Он сетует на бедность, унижающую его достоинство. Причиной его ярости и смелости на поединке была скупость. К тому же конь захромал, но нет возможности купить нового, и ростовщик больше не дает в долг. Альбер сам беседует с жидом Соломоном, который вместо ссуды пришел получать старый долг. Соломону нужен заклад, т.к. слово рыцаря ценно, пока он жив, а как убьют его, кто на слово поверит ростовщику? Альбер не хочет ждать наследство годы, деньги ему нужны сейчас. Жид предлагает юноше яд, чтобы отравить отца и ускорить получение наследства. Альбер взбешен этим предложением Соломона, готов его убить. Жид в страхе лопочет: “Я... я шутил. Я деньги вам принес”. Альбер гонит ростовщика, но потом посылает слугу за деньгами, давая расписку. Альбер решается открыть герцогу свое плачевное состояние с тем, чтобы господин повлиял на отца
Сцена вторая  
Подвал.  Барон  чахнет над златом. Добавляет горсть в шестой сундук, кайфует. Думает, какой он молодец, что впустил все-таки к себе вдову с 3детьми, прямо чувствовал, что она принесет ему дублон за мужа. Устраивает себе пир, зажигая свечи и открывая все сундуки. Думает, что его сын неудачник и недостоин всех этих богатств.
Сцена третья  
Во дворце.  Альбер, герцог  
Альбер просит у герцога покровительства, тот обещает повлиять на барона. При их разговоре с герцогом барон клевещет на сына, якобы хотевшего убить его и обокрасть. Альбер не выдерживает оговора отца, барон вызывает его на дуэль, сын принимает вызов. Герцог просит их свалить, пока он думает. Старик падает и умирает, вспоминая лишь о ключах от сундуков. Герцог поражен: “Ужасный век, ужасные сердца!”

Моцарт и Сальери
Сцена первая  
Сальери рассуждает о своем пути к славе: с детства от всего отрекся, предался музыке. Изучал ее как науку, утончал слух и т.д. Долго кропотал над произведениями, сжигал то г*, что получалось в начале. Короче, мучался-мучался. И наконец к нему пришла слава. Никогда никому не завидовал, а тут бац! И Моцарт, гуляка и тупица, со своими озарениями. Зависть его съедает.
Входит Моцарт, рассказывает, что по пути слышал игру слепого музыканта. Он привел старика с собой и попросил его сыграть что-нибудь из Моцарта. Скрипач играет, страшно перевирая мелодию. Моцарту смешно, а Сальери возмущен, прогоняя его.
Моцарт пришел показать Сальери “безделицу”, которую сочинил накануне. Моцарт играет, а Сальери поражен, что, сочинив такое, Моцарт мог еще слушать старика:  
«Ты, Моцарт, недостоин сам себя»  Сальери приглашает Моцарта отобедать в трактире, решив там восстановить справедливость отравить Моцарта. Он избран, чтобы его остановить. Искусство Моцарт не поднимет, наследника не оставит.
Сцена вторая  
Комната в трактире, фортепиано. Моцарт и Сальери за столом. Моцарт несколько грустен, его беспокоит “Реквием”. Недели три тому назад человек, одетый во все черное, заказал композитору музыку, она уже готова, а заказчик не является. Моцарту жаль расставаться с этим произведением, ему кажется, что “черный человек” его преследует повсюду. Сальери успокаивает Моцарта, вспоминая Бомарше, предлагавшего в грустные минуты: “...Откупори шампанского бутылку // Иль перечти “Женитьбу Фигаро”. Моцарт слышал, что Бомарше кого-то отравил, но считает это невозможным: “Он же гений, // Как ты да я. А гений и злодейство // Две вещи несовместные. Не правда ль?” Моцарт пьет отравленное.вино и идет к инструменту исполнить “Реквием”. Сальери растроган до слез музыкой приятеля. Он уверен, что поступил правильно, отравив Моцарта. Вскоре музыканту становится плохо, и он уходит домой. Сальери остается в раздумьи:  
Но ужель он прав,  
И я не гений? Гений и злодейство  
Две вещи несовместные. Неправда:  
А Бонаротти? или это сказка  
Тупой, бессмысленной толпы и не был  
Убийцею создатель Ватикана?

Каменный гость
Сцена первая
Дон Гуан и Лепорелло Всадники добрались до Мадрида и ждут темноты, чтобы пробраться в город неузнанными. ДГ надоело в ссылке, где он едва не умер со скуки. Дон Гуан вспоминает своих возлюбленных. “А живы будем, будут и другие”, говорит Лепорелло. Теперь же Дон Гуан стремится к Лауре, одной из многих. Ожидая темноты в Антоньевом монастыре, он узнает от монаха, что сюда является Дона Анна, жена убитого им командора, поплакать на могиле мужа. Он решил познакомиться с вдовой, а пока спешит к Лауре.
Сцена вторая
Ужин у Лауры. Лаура поет, ее поклонники очарованы пением. Она исполняет песню, сочиненную Доном Гуаном. Дон Карлос раздражен: его брат убит Доном Гуаном. Кавалер ругает Лауру и ее любовника, та резко отвечает, но потом молодые люди мирятся, понимая бессмысленность их ссоры.
Гости расходятся, Лаура оставляет у себя Дона Карлоса. Он интересуется, что будет делать Лаура, когда красота ее пройдет? Но Лаура легкомысленна и не хочет об этом задумываться. Внезапно появляется Дон Гуан и гонит Дона Карлоса, тот узнает обидчика и вызывает его на дуэль. Дон Гуан согласен “убить” кавалера завтра, но Дон Карлос настаивает на немедленном поединке и вскоре падает сраженный.
Лаура возмущена убийством в ее доме, но рада Дон Гуану. Дон Гуан обещает разобраться с телом.
Сцена третья
Памятник командора Дон Гуан прячется в монастыре, вблизи памятника командору, наблюдая за Доной Анной. Он в одеянии монаха, чтобы женщина не дичилась его. Вдова предлагает ему помолиться вместе с ней, он возражает, что недостоин такой чести и признается Доне Анне, что не монах, а страстно влюбленный в нее. Женщина не желает слушать эти речи, они искушают ее при гробе мужа. Тогда Дон Гуан напрашивается на свидание в доме Доны Анны, она соглашается. Дон Гуан счастлив, он приказывает слуге позвать командора. Лепорелло трусит, ему кажется, что в ответ на приглашение статуя кивнула. Дон Гуан не верит и сам решает обратиться к статуе, трусит, видя кивок командора.
Сцена четвертая
Комната Доны Анны Дона Анна, не зная, что перед ней убийца мужа, беседует с Доном Гуаном, назвавшимся Диего. Она вышла замуж за богатого Дона Альвару по приказу матери. Дон Гуан клянется ей в страстной любви, вдове грешно слушать эти речи, но вообще-то она не против. Дон Диего не хочет лгать, он открывает ей свое имя. Дона Анна удивлена !шок!. Дон Гуан говорит, что молва описывала его злодеем, и, быть может, это и так, однако «весь переродился Вас полюбя”. Он вымаливает прощение Доны Анны, надеясь на продолжение свиданий, но входит приглашенный командор. ...О, тяжело Пожатье каменной его десницы! Оставь меня, пусти пусти мне руку... Я гибну кончено о Дона Анна! Проваливаются.

Пир во время чумы[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
(Из вильсоновой трагедии: The City of the Plague) Улица.
Накрытый стол. Несколько пирующих мужчин и женщин     Молодой человек предлагает вспомнить умершего Джаксона “...Я предлагаю выпить в его память // С веселым звоном рюмок, с восклицаньем, // Как будто б был он жив”. Председатель соглашается почтить память приятеля. Он просит Мери спеть “уныло и протяжно”. Полилась песня, рассказывающая о недавнем беззаботном и веселом времени, теперь же страх обуял людей. Они мрут от чумы. Председатель благодарен девушке за песню. В их разговор вмешивается Луиза, она укоряет Мери за слезливость, сама же падает без чувств при звуке приближающейся телеги, везущей трупы. Молодой человек просит Луизу спеть веселую песню, но председатель сам поет гимн в честь чумы:     Как от проказницы Зимы,     Запремся также от Чумы!     Зажжем огни, нальем бокалы,     Утопим весело умы     И, заварив пиры да балы,     Восславим царствие Чумы.         Проходящий священник корит молодых людей за кощунство пир во время чумы,грозит им муками ада. Молодым людям не хочется его слушать: “Он мастерски об аде говорит! // Ступай, старик! Ступай своей дорогой!” Священник узнает в председателе юношу, еще недавно рыдавшего над трупом матери. Председателю же не нужны тяжелые воспоминания и утешения священника: “Старик, иди же с миром; // Но проклят будь, кто за тобой пойдет!” Священник уходит, а председатель сидит в задумчивости.

18. Наташа 1) Деятельность «Любомудров». Творчество Д.В. Веневитинова.
"Общество любомудров"
В 1823 в Москве возник философский кружок «Общество любомудрия» во главе с В.Ф. Одоевским и Д.В. Венивитиновым. Основные члены – Кошелев, Киреевский, Рожалин, Титов, Погодин, Хомяков. Всех их объединяло в увлечение литературой и философией, серьезные занятия науками. Многие из них являлись одновременно членами литературного кружка Раича, где они занимались, в частности, переводами античных писателей. Там они иногда читали свои философские сочинения, а по большей части беседовали о прочтенных творениях немецких философов.
Они пытались построить цельную философскую систему как основу всего знания. Занимались изучением немецкой идеалистической философии Спинозы, Канта, Фихте и Шеллинга, а в центре их внимания оказалась эстетика, которая, по их мнению, должна была получить прочную философскую основу. Полного единства взглядов они так и не добились, т.к. часть их все же испытала воздействие освободительных идей и признала необходимость «произвести в России перемену в образе правления». К этой части относился Веневитинов, и еще пара человек. Перед восстанием 14 декабря 1825 оппозиционные настроения в кружке усилились и, как свидетельствует Кошелев, сочинения французских «политических писателей» оттеснили «с первого плана» немецкую философию. Но после восстания любомудры быстренько распустили общество (Одоевский торжественно спалил все протоколы заседаний и уставы). После 1825 года они объединяются вокруг просветительско-философского журнала "Московский вестник", который выпускался Веневитиновым же и другими любомудрами с 1826 года. Им сочувствовал Пушкин, довольно близко с ними общался, помогал им и выпускать журнал.

Д.В. Веневитинов
Краткая биография:
Дмитрий Владимирович Веневитинов родился в 1805 г. в Москве, в старинной и богатой дворянской семье. Получил классическое домашнее образование, изучил французский, латынь и греческий. Увлекся немецкой философией и романтической поэзией. Слушал отдельные лекции в Московском университете, в частности курсы А. Ф. Мерзлякова, И. И. Давыдова, М. Г. Павлова и Лодера. Участвовал в собраниях студенческого литературного кружка Н. Рожалина. В 1825 г. Веневитинов поступил на службу в московский архив коллегии иностранных дел. Организовал вместе с князем В.Ф. Одоевским в 1823 г. тайное философское «Общество любомудрия». В 1827 г. Веневитинов перебрался из Москвы в Петербург, поступив в канцелярию иностранной коллегии. При въезде в Петербург Веневитинов был арестован по подозрению в причастности в заговоре. Его спутника француза Воше, возвращавшегося из Сибири, куда тот сопровождал княгиню Трубецкую, взяли под арест. Самого Веневитинова долго допрашивали, продержали под арестом несколько дней, друзья писали, что это нанесло ему душевную травму. Поэт умер в 1827 г. в Петербурге. Это случилось неожиданно: он был на балу, после бала, разгоряченный, перебегая двор, на пути в свою квартиру, которая находилась в том же доме, схватил горячку. От горячки и умер. Есть и другая теория: когда он находился под арестом, его продуло и он сильно кашлял. Как бы то ни было, умер он в 22 года.
Нужно прочитать: "Сонет ("К тебе, о чистый дух, источник вдохновенья..."). Моя молитва. Три участи. Жизнь. К моему перстню.

Дмитрий Владимирович Веневитинов – человек периферии пушкинского общения. Веневитинов – философ, воспринявший идеалистические немецкие философские открытия. Проповедует отказ от житейской суеты. Основные мотивы его стихоплетства характерны для романтического идеализма. Так, в небольшом совсем стихотворении «Сонет» (1825) он мыслью устремляется к «чистому Духу, источнику вдохновения», облекшему себя «в завесу тайны вечной» и постигаемому только «во глубине сердечной».
"Моя молитва" (1826) - здесь поэт проповедует отказ от радостей в житейском проявлении; единственное счастье - творчество. Поэзия, по Веневитинову, - это единственное, что может быть противопоставлено унизительной прозе и бездуховности жизни. Только поэт, провидец и мудрец по своей природе, способен до конца и во всей глубине познать тайны мира. Стихотворение "Моя молитва" выражает своеобразное поэтическое и человеческое credo Веневитинова. Полное внутреннего напряжения и нервной силы, стихотворение это удивительно по чистоте мысли и душевной открытости. В нем и исповедь, и наказ поэта себе и другим людям, и утверждение высоких нравственных идеалов. В "Моей молитве" тесно слиты между собой и идеи, и слова, и звуки. Стих производит впечатление крепко сложенного, "литого". Можно отметить связь стихотворения с "Молтивой" Лермонтова.
В стихотворении "Три участи" (1826 или 27) поэт говорит о том, что завидны в этом мире три судьбы: тот, кто "вйка судьбой управляет", кому не важно признание или проклятия и о ком будут судить по его бессмертным делам; участь поэта с его непокорным умом и возможностью выплакать горе в "горючих слезах"; но счастливей всех "беспечный питомец забавы и лени", кто ни о чем вообще не волнуется. В конце поэт вопрошает – ну почему рок не дал ему этот удел?
Стихотворение "Жизнь" (1826) - отклик на утверждение о том, что жизнь в начале - увлекательный рассказ, который постепенно начинает надоедать и в итоге становится опостылым. Это свободные вариации на слова Шекспира: "Жизнь скучна, как сказка, дважды рассказанная засыпающему". Слова Шекспира - это то, от чего Веневитинов лишь оттолкнулся. Ими была задана поэтическая тема, давно ему уже близкая, и решает он ее, не только следуя за Шекспиром, но еще больше -- в соответствии со своими собственными воззрениями. Стихотворение, с его темой трагизма человеческого существования,-- это и целая философия, и вместе с тем это поэзия. Философская идея становится в нем поэтической между прочим и потому, что она психологически точно раскрыта через ряд художественных наблюдений-деталей: "...кой-что страшит издалека, но в этом страхе наслажденье"; "...мы привыкаем к чудесам -- потом на все глядим лениво"; "...скучна, как пересказанная сказка усталому пред часом сна". Интересно, что эти психологически и художественно верные детали относятся к сфере общего, а не частного. Как это нередко бывает у Веневитинова, героем стихотворения является не "я", а "мы", не отдельный человек и его неповторимая судьба, а человечество и судьба человечества.
Самой большой нежной привязанностью его жизни была Зинаида Волконская. С любовью к Волконской связана одна из самых трогательных легенд о жизни и смерти Веневитинова. Когда он уезжает из Москвы в Петербург, Волконская дарит ему на память перстень, найденный при раскопках Геркуланума и Помпеи в 1706 г. В стихотворении "К моему перстню" (1826 или 27) поэт пишет о том, что он его верный талисман: пусть он спасает его "от едкой славы ложной", обольстительной мечты, душевной пустоты, отвратит "свинец безумства" и тд.д В конце он говорит, что в предсмертный час умолит друга надеть перстень ему на палец. Этот перстень друзья поэта в последний час жизни Веневитинова, по его завещанию, и надевают поэту. В конце стихотворения он писал:
  
   Века промчатся, и быть может,
   Что кто-нибудь мой прах встревожит
   И в нем тебя отроет вновь...
  
   Удивительным образом это поэтическое предсказание Веневитинова сбылось. В 1930 г. могила Веневитинова, в связи с закрытием кладбища при бывшем Симоновом монастыре, была перенесена на Новодевичье кладбище. При эксгумации праха перстень был вынут и сейчас как реликвия хранится в Государственном Литературном музее в Москве.

Со смертью Веневитинова заканчивается пушкинский и начинается лермонтовский этап в русской литературе.
2) Место «Евгения Онегина» в творчестве Пушкина.
По-моему, вопрос поставлен по-идиотски. По идее, первая часть билета - собственно ответ; там про место романа и основные отличительные черты (из Лотмана). Но прилагаю еще лекцию (не очень уж, гм, хорошо записанную) Прохоровой.

Роман “Евгений Онегин” произведение удивительной творческой судьбы. Он создавался более семи лет с мая 1823 г. по сентябрь 1830 г. Но работа над текстом не прекращалась вплоть до появления первого полного издания в 1833 г. В 1831 году были внесены серьезные дополнения к роману, а также он был отредактирован (было убрано из основного текста путешествие Онегина). Последний авторский вариант романа был напечатан в 1837 г. У Пушкина нет произведений, которые имели бы столь же длительную творческую историю. Роман не писался “на едином дыхании”, а складывался из строф и глав, созданных в разное время, в разных обстоятельства, в разные периоды творчества. Работа над романом охватывает четыре периода творчества Пушкина от Южной ссылки до Болдинской осени 1830 г. Значение Болдинской осени в творчестве Пушкина определяется тем, что большинство написанных произведений реализация более ранних замыслов поэта и в то же время своеобразный пролог к его творчеству 1830-х годов.
Роман был итогом всего предшествующего пушкинского пути: «Кавказский пленник» и романтические элегии подготовили тип героя, «Руслан и Людмила» - контрастность и иронию стиля, дружеские послания - интимность авторского тона, «Таврида» - специфическую строфу, без которой онегинское повествование немыслимо.
И все же как в мировом контексте, так и в перспективе собственного творческого пути Пушкина «Евгений Онегин» был не только продолжением, но и преодолением предшествующего опыта.
Поэтическое слово романа одновременно обыденно и неожиданно. Обыденно, так как автор отказался от традиционных стилистических характеристик: «высокие» и «низкие» слова уравнены как материал, которым повествователь пользуется как бы по прихоти художественного произвола, создающего принципиально новую эстетику. Одновременно контрастное соположение слов, стихов, строф и глав, разрушение всей системы читательских ожиданий, инерции, воспитанной предшествующим художественным опытом, придает слову и тексту произведения краски первозданности. Неслыханное дотоле обилие цитат, реминисценций, намеков до предела активизирует культурную память читателя. Но на все это накладывается авторская ирония. Она обнажает условность любых литературных решений и призвана вырвать роман из сферы «литературности», включить его в контекст «жизни действительной».
Отсутствие в «Евгении Онегине» традиционных жанровых признаков: начала (ироническая экспозиция дана в конце седьмой главы), конца, традиционных признаков романного сюжета и привычных героев - было причиной того, что современная автору критика не разглядела в романе его новаторского содержания. Основой построения текста стал принцип неснятых и нерешенных противоречий.
Построение текста на пересечении многообразных точек зрения легло в основу пушкинской «поэзии действительности», что было принципиально новым этапом по сравнению с романтическим слиянием точек зрения автора и повествователя в едином лирическом «я».
Пушкин оборвал роман, «не договорив» сюжета. Он не хотел неисчерпаемость жизни сводить к завершенности литературного текста. Выносить приговор противоречило его поэтике. Но в «Евгении Онегине» он создал не только роман, но и формулу русского романа. Эта формула легла в основу всей последующей традиции русского реализма. Скрытые в ней возможности изучали и развивали и Тургенев, и Гончаров, и Толстой, и Достоевский.
«Евгений Онегин» задал тип «русского романа», в котором отношения героя и героини одновременно становятся моделью основных исторических и национальных коллизий русского общества XIX в. В образе Татьяны «глубинное» (нравственное, национальное) просвечивает сквозь поверхностный пласт личности (провинциальная барышня, светская дама). Сложность же характера Онегина заключается в том, что он в центральных и заключительных главах предстает перед нами и как герой последекабристской эпохи («все ставки жизни проиграл»), и одновременно как историческое лицо, еще далеко не исчерпавшее своих возможностей: он еще может трансформироваться и в Рудина, и в Бельтова, и в Раскольникова, и в Ставрогина, и в Чичикова, и в Обломова. Характерно, что при появлении каждого из этих типов менялось для читателей лицо Евгения Онегина. Ни один другой русский роман не проявил такой способности меняться в прочтениях новых поколений, т. е. оставаться современным.
Проблема народности включала для Пушкина в середине 1820-х годов два аспекта. Один касался отражения в литературе народной психики и народных этических представлений, другой - роли народа в истории. Первый повлиял на концепцию «Евгения Онегина», второй выразился в «Борисе Годунове» (1825, опубл. 1831).
Стремление к объективности, нараставшее в творчестве Пушкина, также могло реализовываться двояко: в игре «чужим словом», как в «Евгении Онегине», и в переходе к драматической форме. Оба пути вызревали уже в «Руслане и Людмиле» и «южных поэмах». Предпослав отдельному изданию первой главы «Евгения Онегина» поэтический диалог «Разговор книгопродавца с поэтом», Пушкин подчеркнул принципиальное единство этих путей.
Окончание “труда многолетнего” романа “Евгений Онегин” символический итог пушкинского художественного развития 1820-х годов. В творческом поле “романа в стихах” находились многие произведения стихотворения, поэмы, первые прозаические опыты. Именно в работе над “Евгением Онегиным” с наибольшей полнотой раскрылось движение Пушкина к “поэзии действительности”. Сбылось и высказанное в романе наблюдение автора: “лета к суровой прозе клонят”. “Повести Белкина”, в которых Пушкин “попрощался” с сюжетами и героями сентиментальной и романтической литературы, стали началом нового, “прозаического” периода творчества. Философская линия творчества Пушкина, мощно заявившая о себе в “маленьких трагедиях” и в лирических произведениях, написанных в Болдине, продолжилась в 1830-е гг.

Лекция Прохоровой:
С конца 90-х гг XIX в романтический роман становится ведущим жанром эпохи. Пушкин пишет своего "Евгения Онегина" с учетом тенденции к универсальности повествования, но все же по-новому. "Е.О." - масштабная поэтическая хроника эпохи. Этот роман - осознание эпохи в ее типических героях.
Пушкинское новаторство проявляется в построении романа. Пушкин проповедует необычные для своего времени идеи: он привлекает читателей к соавторству, наводя их на определенные мысли, играя, недоговаривая что-то; он показывает, что жизнь человечества безгранична, не умещается в жесткие романные рамки - это подчеркнуто незавершенностью романа. В нем ярко выражен мотив непредсказуемости.
В романе можно говорить о байроническом повествовании – объективизации повествования, множественности точек зрения, неоднозначности, противоречивости внутренней и внешней. Это проявляется в характерах главых героев, например, характеристика Онегина содержит такие строки: "Мечтам невольная приданность и резкий, охлажденный ум". Произведение отражает многообразность, многогранность жизни.
Пропущенные строфы в романе появились из-за цензуры, но не только из-за нее. Это помогало автору перескочить, перейти от одного эпизода к другому; показать, что прошел определенный период времени.
Авторское отношение к Онегину меняется на протяжении романа. Это можно заметить в конце произведения, когда звучит диалог об Онегине: "Он вам знаком? – И да, и нет".
Зеракальное отражение любовных линий. Сюжет - концентрический.
Автор вводит тип "лишнего человека" и новый женский образ в лице Татьяны. Онегин для Пушкина - представитель современного человека: гордого, мыслящего и рефлексирующего. Ленский - мечтатель, воплощает собой внутренний мир писательской братии. Его отличает неумение трезво смотреть на жизнь и отчужденность от пошлого общества. Пушкин с иронией относится к его поэтическим опытам. Татьяна Ларина - романтический, естественный характер, особенно в первой части. Ее отличает искренность; ее сравнивают с героинями Руссо (Юлией). Во второй части она преображается: принимает внешне формы общества, но не внутренне. Более многогранных характер. Татьяна делает выбор не изменять своему мужу (религиозность).

Совершенно трешевый краткий пересказ (но в общем передающий содержание произведения); вы извините, конечно, но "Е.О." прочитать НАДО:
Молодой дворянин Евгений Онегин едет из Петербурга в деревню к своему умирающему богатому дяде, досадуя на предстоящую скуку. Двадцатичетырехлетний Евгений получил в детстве домашнее образование, его воспитывали французские гувернеры. Он свободно изъяснялся по-французски, легко танцевал, немного знал латынь, в разговоре умел вовремя промолчать или блеснуть эпиграммой этого было достаточно, чтобы свет отнесся к нему благосклонно.
Онегин ведет жизнь, полную светских забав и любовных приключений. Каждый день он получает по нескольку приглашений на вечер, едет гулять на бульвар, затем обедает у ресторатора, а оттуда отправляется в театр. Дома Евгений много времени проводит перед зеркалом за туалетом. В его кабинете есть все модные украшения и приспособления: духи, гребенки, пилочки, ножницы, щетки. «Быть можно дельным человеком/И думать о красе ногтей». Онегин вновь спешит теперь на бал. Праздник в разгаре, звучит музыка, «летают ножки милых дам»
Вернувшись с бала, Евгений ложится спать рано утром, когда Петербург уже пробуждается. «И завтра то же, что вчера». Но счастлив ли Евгений? Нет, все ему наскучило: друзья, красавицы, свет, зрелища. Подобно байроновскому Чайльд-Гарольду, он угрюм и разочарован, Онегин, запершись дома, пробует много читать, пробует писать сам но все без толку. Им вновь овладевает хандра.
После смерти отца, жившего долгами и в конце концов разорившегося, Онегин, не желая заниматься тяжбами, отдает фамильное состояние заимодавцам. Он надеется унаследовать имущество своего дяди. И действительно, приехав к родственнику, Евгений узнает, что тот умер, оставив племяннику имение, заводы, леса и земли.
Евгений поселяется в деревне жизнь хоть как-то изменилась. Сначала новое положение его развлекает, но скоро он убеждается, что и здесь так же скучно, как в Петербурге.
Облегчая участь крестьян, Евгений заменил барщину оброком. Из-за таких нововведений, а также недостаточной учтивости Онегин прослыл среди соседей «опаснейшим чудаком».
В то же время в соседнее поместье возвращается из Германии восемнадцатилетний Владимир Ленский, «поклонник Канта и поэт». Его душа ещё не испорчена светом, он верит в любовь, славу, высшую и загадочную цель жизни. С милым простодушием он воспевает «нечто, и туманну даль» в возвышенных стихах. Красавец, выгодный жених, Ленский не желает стеснять себя ни узами брака, ни даже участием в житейских беседах соседей.
Совсем разные люди, Ленский и Онегин тем не менее сходятся и часто проводят время вместе. Евгений с улыбкой выслушивает «юный бред» Ленского. Полагая, что с годами заблуждения сами улетучатся, Онегин не спешит разочаровывать поэта, пылкость чувств Ленского все же вызывает в нем уважение. Ленский рассказывает другу о своей необыкновенной любви к Ольге, которую знает с детства и которую ему давно прочат в невесты.
На румяную, белокурую, всегда веселую Ольгу совсем не похожа её старшая сестра, Татьяна. Задумчивая и печальная, она предпочитает шумным играм одиночество и чтение иностранных романов.
Мать Татьяны и Ольги в свое время была выдана замуж против воли. В деревне, куда её увезли, она сначала плакала, но потом привыкла, освоилась, стала «самодержавно» управлять хозяйством и супругом. Дмитрий Ларин искренне любил свою жену, во всем ей доверяя. Семейство почитало старинные обычаи и обряды: в пост говели, в масленицу пекли блины. Так спокойно протекала их жизнь, пока «простой и добрый барин» не умер.
Ленский посещает могилу Ларина. Жизнь продолжается, одни поколения сменяются другими. Придет время, «наши внуки в добрый час/Из мира вытеснят и нас!».
В один из вечеров Ленский собирается в гости к Лариным. Онегину такое времяпровождение кажется скучным, но потом он решает присоединиться к другу, чтобы взглянуть на предмет его любви. На обратном пути Евгений откровенно делится своими впечатлениями: Ольга, по его мнению, заурядна, на месте юного поэта он выбрал бы скорее старшую сестру.
Между тем неожиданный визит друзей дал повод сплетням о будущей свадьбе Евгения и Татьяны. Сама Татьяна тайком думает об Онегине: «Пора пришла, она влюбилась». Погрузившись в чтение романов, Татьяна воображает себя их героиней, а Онегина героем. Ночью она не может заснуть и заводит разговор о любви с няней. Та рассказывает, как была выдана замуж в тринадцать лет, и понять барышню не может. Вдруг Татьяна просит перо, бумагу и принимается за письмо к Онегину. В нем доверчивая, послушная влечению чувства, Татьяна откровенна. Она в своей милой простоте не ведает об опасности, не соблюдает осторожность, присущую «недоступным» холодным петербургским красавицам и хитрым кокеткам, заманивающим поклонников в свои сети. Письмо написано по-французски, поскольку дамам в то время гораздо привычнее было изъясняться именно на этом языке. Татьяна верит, что Евгений ей «послан Богом», что никому другому она не может вверить свою судьбу. Она ждет от Онегина решения и ответа.
Утром Татьяна в волнении просит няню Филипьевну отослать письмо соседу. Наступает томительное ожидание. Приезжает Ленский, наконец, за ним Онегин. Татьяна быстро убегает в сад, там девушки-служанки поют, собирая ягоды. Татьяна никак не может успокоиться, и вдруг перед ней появляется Евгений
Искренность и простота письма Татьяны тронули Онегина. Не желая обманывать доверчивую Таню, Евгений обращается к ней с «исповедью»: если бы он искал спокойной семейной жизни, то выбрал бы себе в подруги именно Татьяну, но он не создан для блаженства. Постепенно «исповедь» становится «проповедью»: Онегин советует Татьяне сдерживать чувства, иначе неопытность доведет её до беды. Девушка в слезах выслушивает его.
Приходится признать, что Онегин поступил с Таней довольно благородно, как бы ни честили его враги и друзья. Мы в своей жизни не можем положиться ни на друзей, ни на родных, ни на любимых людей. Что же остается? «Любите самого себя»
После объяснения с Онегиным Татьяна «увядает, бледнеет, гаснет и молчит». Ленский и Ольга, напротив, веселы. Они все время вместе. Ленский украшает рисунками и элегиями Ольгин альбом.
А Онегин тем временем предается спокойной деревенской жизни: «прогулки, чтенье, сон глубокий». Северное лето быстро проходит, наступает скучная осенняя пора, а за ней и морозы. Зимними днями Онегин сидит дома, в гости к нему заезжает Ленский. Друзья пьют вино, беседуют у камина, вспоминают и о соседях. Ленский передает Евгению приглашение на именины Татьяны, увлеченно рассказывая об Ольге. Уже намечена свадьба, Ленский не сомневается в том, что он любим, поэтому он счастлив. Его вера наивна, но разве лучше тому, в ком «сердце опыт остудил»?
Татьяна любит русскую зиму: катание на санях, солнечные морозные дни и темные вечера. Наступают святки. Гадания, старинные предания, сны и приметы во все это Татьяна верит. Ночью она собирается ворожить, но ей становится страшно. Татьяна ложится спать, сняв свой шелковый поясок. Ей снится странный сон.
Она одна идет по снегу, впереди шумит ручей, над ним тонкий мосток. Внезапно появляется огромный медведь, который помогает Татьяне перебраться на другой берег, а потом преследует её. Татьяна пытается бежать, но в изнеможении падает. Медведь приносит её к какому-то шалашу и исчезает. Опомнившись, Татьяна слышит крики и шум, а через щёлку в двери видит невероятных чудовищ, среди них как хозяин Онегин! Вдруг от дуновения ветра дверь раскрывается, и вся шайка адских привидений, дико смеясь, приближается к ней. Услышав грозное слово Онегина, все исчезают. Евгений привлекает Татьяну к себе, но тут появляются Ольга и Ленский. Разгорается спор. Онегин, недовольный незваными гостями, хватает нож и убивает Ленского. Темнота, крик Татьяна просыпается и сразу пытается разгадать сон, листая сонник Мартына Задеки.
Приходит день именин. Съезжаются гости: Пустяков, Скотинины, Буянов, мосье Трике и другие забавные фигуры. Приход Онегина приводит Таню в волнение, а Евгения это раздражает. Он негодует на Ленского, позвавшего его сюда. После обеда начинается бал. Онегин находит предлог отомстить Ленскому: он любезничает с Ольгой, постоянно танцует с ней. Ленский изумлен. Он хочет пригласить Ольгу на следующий танец, но его невеста уже дала слово Онегину. Оскорбленный Ленский удаляется: только дуэль сможет теперь разрешить его судьбу.
На следующее утро Онегин получает от Ленского записку с вызовом на дуэль. Письмо привозит секундант Зарецкий, циничный, но неглупый человек, в прошлом буян, картежный вор, заядлый дуэлист, умевший и поссорить и помирить друзей. Теперь он мирный помещик. Онегин принимает вызов спокойно, но в душе остается недоволен собой: не нужно было так зло шутить над любовью друга.
Ленский с нетерпением ждет ответа, он рад, что Онегин не стал избегать поединка. После некоторых колебаний Владимир все же отправляется к Лариным. Его как ни в чем не бывало весело встречает Ольга. Смущенный, умиленный, счастливый Ленский больше не ревнует, но спасти возлюбленную от «развратителя» он все же обязан. Если бы Татьяна знала обо всем, она, быть может, предотвратила бы предстоящий поединок. Но и Онегин, и Ленский хранят молчание.
Вечером юный поэт в лирическом жару слагает прощальные стихи. Немного задремавшего Ленского будит сосед. Евгений же, проспав, опаздывает на встречу. Его давно ждут у мельницы. Онегин представляет в качестве секунданта своего слугу Гильо, что вызывает недовольство Зарецкого.
Словно в страшном сне, «враги» хладнокровно готовят друг другу гибель. Они могли бы помириться, но приходится платить дань светским обычаям: искренний порыв был бы принят за трусость. Закончены приготовления. Противники по команде сходятся, целятся Евгений успевает выстрелить первым. Ленский убит. Онегин подбегает, зовет его все напрасно.
Быть может, молодого поэта ждала вечная слава, а может быть и обыкновенная скучная жизнь. Но как бы там ни было, юный мечтатель мертв. Зарецкий увозит оледенелый труп домой.
Пришла весна. У ручья, в тени двух сосен, стоит простой памятник: здесь покоится поэт Владимир Ленский. Когда-то сюда часто приходили погрустить сестры Ларины, теперь это место забыто людьми.
Ольга после гибели Ленского недолго плакала полюбив улана, она обвенчалась, а вскоре и уехала с ним. Татьяна осталась одна. Она по-прежнему думает об Онегине, хотя должна была бы ненавидеть его за убийство Ленского. Гуляя однажды вечером, Татьяна приходит в опустевшую усадьбу Онегина. Ключница проводит её в дом. Татьяна с умилением разглядывает «модную келью». С тех пор она часто приходит сюда, чтобы читать книги из библиотеки Евгения. Внимательно разглядывает Татьяна отметки на полях, с их помощью она начинает яснее понимать того, кого так обожала. Кто же он: ангел или бес, «уж не пародия ли он»?
Мать Татьяны тревожится: дочь отказывает всем женихам. Следуя советам соседей, она решает поехать в Москву, «на ярмарку невест». Татьяна прощается с любимыми лесами, лугами, со свободой, которую ей придется сменить на суету света.
Зимой Ларины наконец заканчивают шумные сборы, прощаются со слугами, усаживаются в возок и отправляются в долгую дорогу. В Москве они останавливаются у постаревшей кузины Алины. Все дни заняты визитами к многочисленным родственникам. Девицы окружают Таню, поверяют ей свои сердечные тайны, но та ничего не рассказывает им о своей любви. Пошлый вздор, равнодушные речи, сплетни слышит Татьяна в светских гостиных. В собрании среди шума, грохота музыки Татьяна уносится мечтой в свою деревню, к цветам и аллеям, к воспоминаниям о нем. Она не видит никого вокруг, но с нее самой не сводит глаз какой-то важный генерал
Через два с лишним года в Петербурге на светском рауте появляется одинокий и безмолвный Онегин. Вновь он остается чужим для общества. И того, кто, избавившись от ненужных мечтаний, вовремя добивается славы, денег и чинов, все признают «прекрасным человеком». Но грустно глядеть на жизнь как на обряд и послушно следовать за всеми. Онегин, дожив «без службы, без жены, без дел» до двадцати шести лет, не знает, чем заняться. Он уехал из деревни, но и путешествия ему надоели. И вот, вернувшись, он попадает «с корабля на бал».
Всеобщее внимание привлекает появившаяся в сопровождении важного генерала дама. Хотя её и нельзя назвать прекрасной, все в ней мило и просто, без малейшей доли вульгарности. Смутные догадки Евгения подтверждаются: это та самая Татьяна, теперь княгиня. Князь представляет супруге своего друга Онегина. Евгений смущен, Татьяна же совершенно спокойна.
На следующий день, получив от князя приглашение, Онегин с нетерпением ждет вечера, чтобы поскорее увидеть Татьяну. Но наедине с ней он вновь чувствует неловкость. Появляются гости. Онегин занят только Татьяной. Таковы все люди: их влечет лишь запретный плод. Не оценив в свое время прелесть «девчонки нежной», Евгений влюбляется в неприступную и величавую «законодательницу» высшего света. Он неотступно следует за княгиней, но не может добиться внимания с её стороны. В отчаянье он пишет Татьяне страстное послание, где оправдывается за свою былую холодность и умоляет о взаимности. Но Онегин не получает ответа ни на это, ни на другие письма. При встречах Татьяна холодна и не замечает его. Онегин запирается в кабинете и принимается за чтение, но мысли постоянно уносят его в прошлое.
Однажды весенним утром Онегин оставляет свое заточение и отправляется к Татьяне. Княгиня одна читает какое-то письмо и тихо плачет. Сейчас в ней можно узнать прежнюю бедную Таню. Онегин падает к её ногам. Татьяна после долгого молчания обращается к Евгению: настала его очередь слушать. Когда-то он отверг любовь смиренной девочки. Зачем же преследовать её теперь? Потому ли, что она богата и знатна, что её позор принес бы Онегину «соблазнительную честь»? Татьяне чужды пышность, блеск светской жизни. Она была бы рада отдать все это за бедное жилище, за сад, где впервые она встретила Онегина. Но её судьба решена. Ей пришлось, уступив мольбам матери, выйти замуж. Татьяна признается, что любит Онегина. И все-таки он должен её оставить. «Но я другому отдана; Я буду век ему верна» с этими словами она уходит. Евгений поражен. Внезапно появляется муж Татьяны

19. Вика 1) Поэзия Е.А. Боратынского.
Евгений Абрамович Баратынский (1800-1844)
Из небогатой дворянской семьи, был отдан на воспитание в Пажеский корпус. Потом был оттуда исключен за проказы, с исключением всякой службы, кроме военной в качестве рядового. В начале 20-х унтер-офицером его назначают в Финляндию.
При своем вступление в литературу (в конце 10-х) Баратынский сближается с Пушкиным и будущими декабристами. В поэзии Баратынского появляются прогрессивные мотивы: утверждение свободной человеческой личности, признание высокой ценности независимой мысли, сильного и свободно развивающегося человеческого чувства, культ возвышенной дружбы, служение высокому искусству. В некоторых стихах Б. начинают звучать политические мотивы. В нач. 25 г. Б. пишет острую эпиграмму на Аракчеева (она не была напечатана в свое время), называет его «врагом отчизны».
«Любовью к чести пламенею» - говорит он о себе в послании «Д.Давыдову». В стихе «Родина» (впервые напечатанном в 1828 г. Под названием «Стансы») Баратынский пишет:
Я братьев знал; но сны младые
Соединили нас на миг:
Далече бедствуют иные;
И в мире нет уже других
Этим стихом Б. тепло откликнулся на горестную судьбу декабристов, разделяя их «ко благу пылкое стремленье». Но в этих строчках Б. выразил и свою непрочную связь с освободительным движением. Принадлежность Б. к лагерю прогрессивных романтиков первой половины 20-х не устраняла глубоких расхождений его с ними. В отличие от Пушкина, гражданская скорбь Б. не порождает у него настроений политического протеста, он ждет успокоения в кругу семьи. Возникают пессимистические мысли о тщетности стремлений к лучшему, настроения полной безнадежности.
В дорогу жизни снаряжая
Своих сынов, безумцев нас,
Снов золотых судьба благая
Дает известный нам запас.
Нас быстро годы почтовые
С корчмы довозят до корчмы,
И снами теми роковые
Прогоны жизни платим мы, -
Пишет Б. в стихе «Дорога жизни» 1825. Общественной позицией Б. объясняется то, почему основным жанром в первом сборнике его стихов (1827г) оказалась элегия. Элегии писали все поэты того времени, но уже здесь проявилась оригинальность Б. Первая его элегия «Финляндия» (1820) намечала путь дальнейшего развития жанра, хотя была похожа на элегию Батюшкова «На развалинах замка в Швеции». Баратынский не ограничивается элегическим раздумьем о бренности славы и могущества, о непреложности «закона уничтожения», но утверждает как высшую ценность человеческую личность с ее бесстрашием перед судьбой, с ее любовью к жизни, с ее способностью находить удовлетворение в мечтах и звуках поэзии.
Не вечный для времен, я вечен для себя, -
афористически выражает он идею самоценности человека.
Одним из первых Б. ищет в лирике пути к реализму. Очень реально Б. изображает душевные состояния в элегии «Признание» (1824). Пушкин на это написал Бестужеву, что Баратынский «прелесть и чудо» (как мило=))))) и что он после него больше не станет печатать своих элегий.
Тот же путь Б. избрал и в своих поэмах. «Эда» (1826). Отличие от пушкинских поэм в обыкновенности сюжета, обилии подробностей, отсутствии лирического тона. Б. рассказывает грустную историю простой крестьянки и героя-соблазнителя. Фоном становится суровая и однообразная картина севера. Поэма построена на постепенном раскрытии переживаний Эды. Но создать полную реалистичную стихотворную повесть Б. не удалось, в образе Эды проступили черты сентиментально-романтической барышни. «Эда» не имела успеха. Но Б. не сдается и пытается развивать то же направление в своих след. поэмах. Переносит действие в современный дворянский быт, рисует образы светских людей. Но опять его герои наделены романтической исключительностью.
В 25 г. У него намечается творческий кризис. Б. сближается с любомудрами, испытывая влияние идеалистической эстетики и философии, что находит отражение в его творчестве. Б. уходит в область философской лирики, основная тема – судьба поэта-мечтателя. Пытаясь представить себе «последнюю судьбу» человечества, поэт рисует «ужасную картину» гибели всего живого как неизбежный итог высокого развития техники и культуры (стих «Последняя смерть» 1828).
Последний сборник стихов Б. вышел в 1842, назывался «Сумерки», открывался стихом «Последний поэт» (впервые напечатан в 1835). Б. дал в нем оч точное определение неприемлемых для него тенденций развития действительности:
Век шествует путем своим железным,
В сердцах корысть, и общая мечта
Час от часу насущным и полезным
Отчетливей, бесстыдней занята.
Исчезнули при свете просвещенья
Поэзии ребяческие сны,
И не о ней хлопочут поколенья,
Промышленным заботам преданы.
В такую эпоху дар поэта, его мечты оказываются бесполезными и ему остается искать покоя в морских волнах.
В философской лирике и проявилось то «лица необщее выраженье», которое приписывал свое музе Б. («Муза» 1830). «Он шел своей дорого один и независим» - писал Пушкин про Б., усматривая оригинальность Б. в самостоятельности и глубине его мысли. Так же оценил Б. и Белинский.
Б. осуждал капиталистические тенденции развития жизни не с демографических, а с дворянских позиций. Ему казалось, что новый общественный уклад принесет гибель духовной человеческой культуре. Пессимизм Б. был отражением экономического и духовного оскудения дворянско-помещичьего класса в условиях кризиса крепостнической системы. Белинский справедливо признал ложной основную мысль последних стихов Б. «Бедный век наш, - писал критик, - сколько на него нападок, каким чудовищем считают его! И все это за железные дороги, за пароходы – эти великие победы его, уже не над материею только, но над пространством и временем! Правда, дух меркантильности уже чересчур овладел им; правда, он уже слишком низко послоняется золотому тельцу; но это отнюдь не значит, чтоб человечество дряхлело и чтоб наш век выражал собою начало этого дряхления; нет, это значит только, что человечество в 19 в. вступило в переходный момент своего развития». Непонимание этого и было причиной трагедии Баратынского.
2) Место трагедии «Борис Годунов» в творчестве Пушкина.
Решающим моментом творческой эволюции Пушкина явилась трагедия "Борис Годунов" (1825), в которой заложены основы реализма, народности и историзма зрелого Пушкина. В политической и исторической концепции трагедии Пушкин, не прибегая к поверхностным аллюзиям, по существу спорит как с карамзинской монархической концепцией русского исторического процесса, так и с романтическими и рационалистическими чертами идеологии декабристов. Тема трагедии - история и человек; в центре внимания - не столько отдельные персонажи, сколько сам исторический процесс, жизнь с её объективными законами: не "свершения" действующих лиц, а их судьбы - "судьба человеческая, судьба народная". Действия героев влияют на их собственную участь, но логики жизни изменить не могут. Политическая по теме, эта трагедия в то же время есть трагедия историческая, философская и нравственная. Мысли о драме, к которым Пушкин пришёл во время работы над трагедией (в набросках предисловия к "Борису Годунову" и заметках "О народной драме...", 1830), имеют громадное эстетическое и философское значение. Сам Пушкин расценивал свою трагедию как поворот к объективному, беспристрастному изучению законов бытия и человеческой жизни.

О самой трагедии:
Пушкин первым ввел историческое направление в русскую литературу. В своей трагедии П. подходит к истории как поэт – стремится оживить ее, развернуть яркую картину прошлого, пытается «воскресить минувший век во всей его истине». «Б.Г.» почти совершенно лишен художественного вымысла. П. полностью отвергает искусственную драматургию классицизма. Субъективная манера театра романтиков тоже не удовлетворяет П. Во имя правдивого изображения жизни и истории П. взял своим руководящим принципом полную свободу от всех действовавших в это время в драматургии стеснений, правил и условностей. Вместо 24-х часов действия (как мы помним, в классицизме) «Б.Г.» охватывает 7 с лишним лет. Вместо одного места действия (классицизм) действие «Б.Г.» переходит из дворца на площадь, из монастырской кельи в корчму, из палат патриарха на поля сражения, переносится из одной страны в другую (Россия-Польша). Пушкин и вовсе отказывается от деления своей трагедии на действия, акты и разбивает ее на двадцать три сцены. П. строит свою трагедию почти без любви и во всяком случае без центральной любовной интриги. В «Б.Г.» огромное количество (около 60) действующих лиц (в классицизме – не больше 10), в числе которых представители всех слоев тогдашнего общества. В трагедии нет главного героя, она названа именем царя, но он фигурирует всего в 6 сценах из двадцати трех. Немногим больше – 8 – отведено и самозванцу. Русь конца 16 – начала 17 в. явл. гл. действующим лицом трагедии. П. наделяет героев своим, четко индивидуализированным языком (каждого). Язык отдельных персонажей высок там, где этого требуют обстоятельства (обращение Бориса к патриарху и боярам после избрания на царство), и он же обыкновенен в обычной обстановке (разговор Бориса с сыном). Пушкин порвал и с единством жанра «классической» трагедии. В «Б.Г.» П. вводит наряду со сценами, полными трагизма, не только бытовые сцены, но и сцены, полные комизма, «простонародные»; некоторые из них даже написаны прозой. П. создал пьесу глубоко демократическую, «народную». Показывает он в своей трагедии и человеческие характеры. В лепке характеров сказывается новый метод художественного реализма – «поэзия действительности».
В изложении исторических событий П. в основном следовал за «Историей государства Российского» Карамзина. У Карамзина там выдержки из подлинных документов эпохи. П. взял почти весь фактический материал.
Центр тяжести трагедии Бориса лежит не в социальных отношениях эпохи, а в борьбе социальных сил. Борьба родовитого боярства с Борисом – весьма существенный момент в борьбе соц. сил. В трагедию П. не только включена еще одна социальная сила – народ, слово «народ» появляется с первых же строк первой сцены, есть и сцены, где народ говорит сам – т.е. является непосредственным участником и даже главным действующим лицом. Только благодаря «мнению народному» и могучей народной поддержке, противникам Бориса удалось одолеть его. Но самому народу не стало легче – его победа была полностью узурпирована боярами. Но явно враждебное «безмолвие» народа как бы свидетельствует, что так будет не всегда. Завтра народ может уже заговорить, и тогда горе тому, против кого он поднимет свой голос. В безмолвии народа не только судьба самозванца, в нем затаен грозный гул грядущих крестьянских восстаний под предводительством Болотникова, Разина, Пугачева.
П. называет свою трагедию истинно романтической. «Истинный романтизм» в понимании П. – это «верность» изображения лиц и времени, это развитие характеров и событий в соответствии с историей, другими словами – это осмысленное и правдивое художественное воссоздание соответствующей исторической эпохи.

20. Серёжа 1) Лирика Н.М. Языкова.
Среди поэтов пушкинско- декабристского окружения Языков был наиболее близок к поэзии гражданского романтизма. Талантливый и своеобразный поэт, он по-своему выразил вольнолюбие передовой молодежи декабристской поры. Его творческий путь можно разделить на два этапа – в конце 20-х годов в мировоззрении Языкова стал назревать перелом.
Наиболее своеобразный жанр его лирики вырос из бытовой обстановки, в которой проходили молодые годы Языкова, студента Дерптского университета. Это были студенческие песни, полные юношеского задора и смелого вольномыслия. Подобно тому, как Денис Давыдов на основе жизненных впечатлений ввел в литературу образ «гусара», Языков создал лирический характер гуляки-студента, у которого, однако, за внешней бравадой скрывается любовь к родине и свободе.
Широкую и длительную популярность в кругах демократической молодежи приобрели (1827-1829) песни «Из страны, страны далекой» и «Пловец» («Нелюдимо наше море»). Возможно, стихи Языкова не были столь сильны в своей оппозиционности, как произведения поэтов-декабристов, но его антиправительственные стихи тоже приобретали известность.
Значительное место в поэзии Языкова занимает жанр исторической баллады, популярной в гражданском романтизме. С Рылеевым и другими поэтами-декабристами Языков сближается и в выборе, и в трактовке исторической тематики. В отличие от декабристов, облюбовавших тему древненовгородской свободы, Языков с особенной любовью писал о борьбе русских людей с татаро-монгольскими захватчиками. Образ древнерусского народного певца, к которому обращался Языков, свидетельствует, что он, подобно Рылееву, связывал жанр исторической баллады с национально-народными традициями.
Это вытекало из общих принципов Языкова, сближавшихся с эстетикой декабристов. Языков заявил себя сторонником национально-самобытного содержания и формы литературы. Одним из источников этого он признавал русское народное творчество. На этом же основании он отрицательно относился к элегическому романтизму Жуковского и пропагандировал высокую гражданскую поэзию.
Оригинальная тематика языковского романтизма проявилась и в своеобразии его поэтической речи. Черты высокого гражданского стиля, характерные для поэзии декабристов, были свойственны историческим балладам, дружеским посланиям, а иногда даже элегиям Языкова, содержавшим раздумья поэта над вопросами общественно-политической жизни.
Стиль Языкова был резок, звучен, энергичен. Особенной стремительностью обладают песенные хореи Языкова («Пловец»). Мастерски пользовался он и звуковой формой стиха («Волги вал белоголовый» - блестяще! [прим.ред.])
Автор учебника, как бы это помягче, считает, что Языков не выдержал проверки 14 декабря, что «толкнуло его в стан реакционеров». И далее – Знакомство и сближение Языкова с Пушкиным (летом 1826 г., когда он гостил в Тригорском), вызвавшее появление цикла языковских стихов, запечатлевших дружбу поэтов («А.С. Пушкину» или «О ты, чья дружба»), способствовало на некоторое время сохранению дерптским студентом его вольномыслия. Но с конца 20-хх годов Языков завязывает другие связи, более соответствовавшие его новым религиозно-националистическим настроениям, - с будущими славянофилами братьями Кириевскими, А.С. Хомяковым. Языков всакоре становится защитником славянофильства и пишет памфлеты против Герцена, Грановского, Чаадаева («Не нашим»).
В общем, шел Языков своим путем, который потом дружно заклеймили хорошо нам знакомые товарищи – Белинский, Добролюбов, Маркс, Энгельс и Ленин! (
2) Пушкин-полемист: «Опровержение на критики».
Начинаем с того, что болдинская осень 1830 – это один самых плодотворных и разносторонних этапов литературной биографии Пушкина (см. мой билет 2(2))И потом говорим, что в это время он еще различные литературно-полемические комментарии писал: «Нынче в несносные часы карантинного заключения, не имея с собою ни книг, ни товарища, вздумал я для препровождения времени писать опровержение на все критики, которые мог только припомнить, и собственные замечания на собственные же сочинения»
Литературно-полемические разъяснения, условно объединяемые в шести разделах настоящей публикации, тематически, которые сам Пушкин предполагал включить в статью «Опыт отражения некоторых нелитературных обвинений». И те и другие материалы первоначально предназначались для одной статьи, над которой он работал в Болдине в октябре ноябре 1830 г., но после того как значительная часть заготовленных Пушкиным фрагментов переключена была в «Опыт», сам поэт никак не определил своего отношения к судьбе полемических и автобиографических набросков, оказавшихся за пределами нового замысла. Возможно, конечно, что все эти заготовки оформились бы впоследствии в особую статью, посвященную опровержению уже чисто литературных обвинений, но после возвращения из Болдина Пушкин должен был отказаться от активного участия в «Литературной газете», в связи с чем ему не пришлось использовать эти материалы в печати. Из них частично опубликованы были поэтом только заметки о «Полтаве».
В академическом издании сочинений Пушкина литературно-полемические наброски и заметки болдинской поры объединены были в статье, условно озаглавленной «Опровержение на критики» (т. XI, 1949, стр. 143163), причем в эту же публикацию включена была и большая часть отрывков из «Опыта отражения некоторых нелитературных обвинений» (о «Графе Нулине», о «Полтаве», о публикациях стихотворений Пушкина в «Северной пчеле», о роде Пушкиных, о выступлениях «Северной пчелы» против «Литературной газеты» и т. п.). Эта произвольная композиция, реставрирующая начальную, а не последнюю редакцию статьи, потребовала к тому же печатания некоторых заметок Пушкина дважды один раз в «Опровержении на критики», другой в «Опыте отражения некоторых нелитературных обвинений».
Строки от: Будучи русским писателем до могут быть довольны, которыми Пушкин начал свои литературно-полемические заметки в Болдине 2 октября 1830 г., были затем зачеркнуты в связи с перемещением в «Опыт» концовки абзаца («Если в течение 16-летней авторской жизни...» и далее
Пушкин в жизни был человеком не лишенным чувства юмора, и некоторые отрывки из «Опровержения на критики» наглядно иллюстрируют это замечательное пушкинское чувство юмора (до Довлатова ему, конечно, далеко, но будем делать скидку товарищи! Не все же такие ну ладно ():
«О «Цыганах» одна дама заметила, что во всей поэме один только честный человек, и то медведь. Покойный Рылеев негодовал, зачем Алеко водит медведя и еще собирает деньги с глазеющей публики. Вяземский повторил то же замечание. (Рылеев просил меня сделать из Алеко хоть кузнеца, что было бы не в пример благороднее.) Всего бы лучше сделать из него чиновника 8 класса или помещика, а не цыгана. В таком случае, правда, не было бы и всей поэмы, ma tanto meglio1).»
«Кстати о грамматике. Я пишу цыганы, а не цыгане, татаре, а не татары. Почему? потому что все имена существительные, кончающиеся на анин, янин, арин и ярин, имеют свой родительный во множественном на ан, ян, ар и яр, а именительный множественного на ане, яне, аре и яре. Все же существительные, кончающиеся на ан и ян, ар и яр, имеют во множественном именительный на аны, яны, ары и яры, а родительный на анов, янов, аров, яров.
Единственное исключение: имена собственные. Потомки г-на Булгарина будут гг. Булгарины, а не Булгаре.»

21. Оксана 1) Черты классицизма, романтизма и реализма в комедии А.С. Грибоедова «Горе от ума».
Написанная в начале XIX столетия, а именно в 1821 году, комедия Александра Сергеевича Грибоедова "Горе от ума" впитала в себя все особенности литературного процесса того времени. Интересно проанализировать формальные и содержательные особенности комедии с точки зрения художественного метода. Литература, как и все общественные явления, подвержена конкретно-историческому развитию, поэтому на рубеже веков складывается ситуация параллельного существования трех методов: классицизма, романтизма и критического реализма. Комедия А. С. Грибоедова была своеобразным опытом соединения всех этих методов, отдельные их черты четко вырисовываются и на уровне содержания и на уровне формы.     Из теории литературы известно, что эти два понятия неразрывно связаны между собой, и нередко можно встретить мнение о том, что содержание всегда формально, а форма содержательна. Поэтому при рассмотрении содержания комедии А. С. Грибоедова мы будем обращаться к теме, проблеме и идейно-эмоциональной оценке, а в вопросах формы будем изучать предметную изобразительность, сюжет, композицию и художественную речь.     Суть комедии -- горе человека, и горе это проистекает от его ума. Нужно сказать, что сама проблема "ума" в грибоедовское время была весьма злободневной и "ум" понимался широко -- как вообще интеллигентность, просвещенность, культурность. С понятиями "умный", "умник" связывалось тогда представление о человеке не просто умном, но "вольнодумном", носителе новых идей. Пылкость таких "умников" сплошь и рядом оборачивалась в глазах реакционеров и обывателей "безумием", "горем от ума".     Именно ум Чацкого в этом широком и особом понимании ставит его вне круга Фамусовых, молчалиных, скалозубов и загорецких, вне привычных для них норм и правил общественного поведения. Именно на этом основано в комедии развитие конфликта героя и среды: лучшие человеческие свойства и склонности героя делают его в представлении окружающих сперва "чудаком", "странным человеком", а потом -- просто сумасшедшим. "Ну что? не видишь ты, что он с ума сошел?" -- уже с полной уверенностью говорит Фамусов под занавес.     Личная драма Чацкого, его неразделенная любовь к Софье, естественно, включается в основную тему комедии. Софья, при всех своих душевных задатках, все же целиком принадлежит фамусовскому миру. Она не может полюбить Чацкого, который всем складом своего ума и своей души противостоит этому миру. Она тоже оказывается в числе "мучителей", оскорбивших свежий ум Чацкого. Именно поэтому личная и общественная драмы главного героя не противоречат, но взаимно дополняют одна другую: конфликт героя с окружающей средой распространяется на все его житейские отношения, в том числе и на любовные.     Отсюда можно сделать вывод, что проблематика комедии А. С. Грибоедова не классицистическая, ибо мы не наблюдаем борьбы между долгом и чувством; наоборот, конфликты существуют параллельно, один дополняет другой.     Можно выделить еще одну неклассицистическую черту в этом произведении. Если из закона "трех единств" единство места и времени соблюдено, то единство действия -- нет. Действительно, все четыре действия происходят в Москве, в доме Фамусова. В течение одних суток Чацкий открывает обман, и, появившись на рассвете, он на рассвете уезжает. А вот линия сюжета не однолинейна. В пьесе две завязки: одна -- это холодный прием Чацкого Софьей, другая -- столкновение между Чацким и Фамусовым и фаму-совским обществом; две сюжетные линии, две кульминации и одна общая развязка. Такая форма произведения показала новаторство А, С. Грибоедова.     Но в комедии сохраняются некоторые другие черты классицизма. Так, главный герой Чацкий -- дворянин, образованный, начитанный, остроумный молодой человек. Здесь художник верен традиции французских классицистов -- ставить в центре героев, царей, военачальников или вельмож. Интересен образ Лизы. В "Горе от ума" она слишком     вольно держится для служанки и похожа на героиню классической комедии, бойкую, находчивую, вмешивающуюся в любовные интриги своих господ.     К тому же комедия написана преимущественно низким стилем и в этом тоже новаторство А. С. Грибоедова.     Весьма интересно проявились черты романтизма в произведении, ибо проблематика "Горя от ума" частично носит романтический характер. В центре не только дворянин, но и человек, разочаровавшийся в силе разума, ищущий себя в сфере иррационального, в сфере чувств, но Чацкий несчастен в любви, он фатально одинок. Отсюда -- социальный конфликт с представителями московского барства, трагедия ума.     Характерна для романтизма и тема скитаний по свету: Чацкий, не успев приехать в Москву, с рассветом ее покидает.     В комедии А. С. Грибоедова проявляются зачатки нового для того времени метода -- критического реализма. В частности, соблюдаются два из трех его правил. Это социальность и эстетический материализм.     Грибоедов верен действительности. Умея выделить в ней самое существенное, он так изобразил своих героев, что мы видим стоящие за ними социальные законы, определяющие их психологию и поведение. В "Горе от ума" создана обширная галерея реалистических художественных типов, то есть в комедии появляются типические герои в типических обстоятельствах. Имена персонажей великой комедии стали нарицательными. Они до сих пор служат обозначением таких явлений, как чванство (фамусовщина), подлость и подхалимство (молчалинство), дешевое либеральное пустословие (репетиловщина).     Но выходит, что и Чацкий, герой по сути романтический, имеет реалистические черты. Он социален. Он не обусловлен средой, но противостоит ей. Чацкий эмблематичен. Возникает контраст личности и среды, человек противостоит обществу. Но в любом случае -- это жесткая связь. Человек и общество в реалистических произведениях всегда неразрывно связаны.     Также синкретичен и язык комедии А. С. Грибоедова. Написанная низким стилем, по законам классицизма, она впитала в себя всю прелесть живого великого русского языка. Еще А. С. Пушкин предсказал, что добрая часть фраз комедии станут крылатыми.     Таким образом, комедия Александра Сергеевича Грибоедова -- это сложный синтез трех литературных методов, соединение, с одной стороны, отдельных их черт, а с другой -- целостная панорама русской жизни начала XIX века.

Маша П: краткий план ответа.
Черты классицизма:
1). Пространные, объемные монологи. В монологах герои выражают свою общественную позицию, на их основе построены оба конфликта в пьесе.
2). «Триединство»: места, времени, практически действия. Места – все происходит в доме Фамусова. Времени – меньше одного дня. Действия – главное значение имеет одна сюжетная линия (конфликт с фамусовским обществом, тем более что Софья включается в него).
3). Очевидно резкое противопоставление положительных и отрицательных персонажей. Кстати, Чацкий не один: с ним племянник Хрюминой, который химик и ботаник, и «профессоры» петербургского университета.
4). У второстепенных и эпизодических персонажей акцент делается на одну черту характера, нет всестороннего исследования характера.
5). Используются говорящие фамилии (Тугоуховские, Скалозуб и т.д.)
Черты романтизма:
1). Любовная линия, самоанализ Чацкого, сильные чувства.
2). Герой необычный, с богатым внутренним миром, сильный, страстный, непонятый обществом, одинокий.
Черты критического реализма:
1). Передан дух эпохи, основной конфликт эпохи. Столкновение «века нынешнего» и «века минувшего».
2). Реалистический финал. Все являются и победителями, и проигравшими. Нет дидактики, абстрактности, закономерность с точки зрения характеров.
3). Главный конфликт остается неразрешенным.
4). Типичные характеры эпохи.

2) Политическая лирика Пушкина 1826-36 гг.
Новая общественно-политическая обстановка (после подавления восстании декабристов) ставила перед передовыми современниками новые вопросы и задачи. В крушении восстания декабристов особенно трагически сказалась уже раньше горько ощущавшаяся Пушкиным разобщенность между революционной дворянской интеллигенцией и народом.
По-прежнему важнейшим разделом лирики Пушкина являются его стихи гражданско-политические («Стансы» - «В надежде славы и добра», послание в Сибирь – «Во глубине Сибирских руд», «Арион», «Друзьям», «Анчар»). Но если до 14 декабря 1825 года его стихи были проникнуты непосредственным пафосом освободительной борьбы, теперь пафос их направленности существенно меняется. В его стихах также появляются философские мотивы.
Пушкин отразил в своих стихах не только личные переживания, пессимистические настроения, но и тягчайший кризис всего поколения, то всеобщее уныние, о котором свидетельствовал Герцен – настроения последекабристского тупика. Пушкин в своих произведениях на общественно-политические темы старается найти выход из этого тупика и в известной степени такой выход указывает.
В этих стихах отразились и резкие изменения, которые произошли в общественно-политической обстановке страны после декабристской катастрофы. Но лирика П. не утрачивает своей вольнолюбивой сущности. В послании в Сибирь, вдохновленный подвигом жен декабристов, многие из которых добились разрешения поехать туда вслед за своими мужьями, поэт стремиться вдохнуть бодрость и веселье в сердца свои братьев ,друзей, товарищей не только надеждой на то ,что «темницы рухнут», но и утверждением великого исторического значения их дела: «не пропадет ваш скорбный труд/ и дум высокое стремленье.
В стихе «Арион», Пушкин в форме прозрачной аллегории не только объявляет себя литературным соучастником, но и подчеркивает свою верность общим с ними чаяниям и идеалам («Я гимны прежние пою»). И это не декларация. Через полтора года после «Ариона» создается одно из самых значительных и по существу своему глубоко гражданских стихотворений П. «Анчар» ( конец 1828), в котором как бы развивая слова Радищева о «зверообразном самовластии», «когда человек повелевает человеком», поэт с исключительной силой раскрывает обесчеловечивающий и раба, и владыку характер таких социальных отношений, которые основаны на рабстве и угнетении.
Прямое и для того времени бесспорно прогрессивное общественно-политическое значение имело настойчивое обращение Пушкина в эти годы к образу и теме Петра Первого: «Стансы» (1826).

22. Марина 1) «Горе от ума» в оценке И.А. Гончарова («Мильон терзаний»).
1. Место комедии в русской литературе
А) в чем злободневность комедии?
Комедия «Горе от ума» держится каким-то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью от других произведений слова. Полотно ее захватывает длинный период русской жизни от Екатерины до императора Николая. В группе двадцати лиц отразилась, как луч света в капле воды, вся прежняя Москва, ее рисунок, тогдашний ее дух, исторический момент и нравы. Колорит не сгладился совсем; век не отделился от нашего, как отрезанный ломоть: мы кое-что оттуда унаследовали, хотя Фамусовы, Молчалины, Загорецкие и прочие видоизменились так, что не влезут уже в кожу грибоедовских типов. Но пока будет существовать стремление к почестям помимо заслуги, пока будут водиться мастера и охотники угодничать и «награжденья брать и весело пожить», пока сплетни, безделье, пустота будут господствовать не как пороки, а как стихии общественной жизни, до тех пор, конечно, будут мелькать и в современном обществе черты Фамусовых, Молчалиных и других..

Б) Язык комедии.
Соль, эпиграмма, сатира, этот разговорный стих, кажется, никогда не умрут, как и сам рассыпанный в них острый и едкий, живой русский ум.. Нельзя представить себе, чтоб могла явиться когда-нибудь другая, более естественная, простая, более взятая из жизни речь. Проза и стих слились здесь во что-то нераздельное, затем, кажется, чтобы их легче было удержать в памяти и пустить опять в оборот весь собранный автором ум, юмор, шутку и злость русского ума и языка.

В) движение сюжета.
Действие, то есть собственно интрига в ней, перед этими капитальными сторонами кажется бледным, лишним, почти ненужным. Как нет движения? Есть живое, непрерывное, от первого появления Чацкого на сцене до последнего его слова: «Карету мне, карету!» Всякий шаг, почти всякое слово связано с игрой чувства ег к Софье, раздраженного какой-то ложью, в ее поступках, которую он боялся разгадать до самого конца.

2. Чацкий
А) деятельность.
Чацкий готовится к серьезной деятельности. Он, конечно, путешествовал недаром, учился, читал, принимался за труд, был в сношении с министрами разошелся, не трудно сказать почему. Чацкий чувствовал свою силу и говорил уверенно. Но борьба его истощила. Он вечный обличитель лжи, запрятавшейся в пословицу «один в поле не воин». Нет, воин, если он Чацкий, и притом победитель, но передовой воин и всегда жертва.
Б) любовь. Не помышляет он о любви, как о « науке страсти нежной» и тем более занятии. Он видит в Софье будущую жену. Он и в Москву приехал, очевидно для Софьи и к одной Софье.
В) психологизм роли.
Главная роль – роль Чацкого без которой была бы картина нравов. ..его ум играл страдальческую роль. Он не только грустен, но и желчен, придирчив. Чацкого роль – роль страдальческая: оно иначе и быть не может. Такова роль всех Чацких, хотя она в то же время и всегда победительная. Но они не знают о своей победе, они сеют только, а пожинают другие – и в этом их главное страдание, т.е. в безнадежности успеха. Чацкий больше всего обличитель лжи и всего, что отжило, что заглушает новую жизнь, «жизнь свободную». Его идеал свободной жизни определен. Это свобода от всех этих исчисленных цепей рабства, которыми оковано общество, а потом свобода – «вперить в науки ум, алчущий познаний». Чацкий, очевидно, ослабел от этого «мильона терзаний». Он как раненый собирает все силы, делает вызов толпе – и наносит удар всем, - но не хватило у него мощи против соединенного врага. Он требует места и свободы своему веку: просит дела, но не хочет прислуживаться, и клеймит позором низкопоклонство и шутовство, «служит дели, а не лицам» и т.д.

3. Оценка фамусовского общества
Образовались два лагеря, или, с одной стороны, целый лагерь Фамусовых и всей братии «отцов и старших», с другой один пылкий и отважный боец, «враг исканий». Фамусов хочет быть «тузом» «есть на серебре и на золоте, ездить цугом, весь в орденах, быть богатым и видеть детей богатыми, в чинах, в орденах и с ключом» и так без конца, и все это только за то, что он подписывает бумаги, не читая и боясь одного, «чтоб множество не накопилось их». Горичевы: «муж-мальчик», «муж-слуга», идеал московских мужей», по определению Чацкого, - под башмачком приторной, жеманной, светской супруги, московской дамы. А эти 6 княжон и графиня-внучка, весь этот контингент невест.. Эта Хлестова, остаток Екатерининского века.. Загорецкий – явный мошенник..

4. Отношение к Софье.
Софья Петровна не так виновата, как кажется. Это смесь хороших инстинктов с ложью, живого ума с отсутствием всякого намека на идеи убеждения, - путаница понятий, умственная и нравственная слепота – все это не имеет в ней характера личных пороков, а является, как общие черты ее круга. Вообще к Софье трудно отнестись не симпатично. В ней есть сильные задатки недюжинной натуры, живого ума, страстности, женской мягкости. И ваще хачу на ней жаниться.
2) «Кавказский пленник» Пушкина как романтическая поэма. Белинский о поэме.
Краткое содержание, если кто не знает. Черкесы поймали русского пленника и привели к себе в аул, а он, которому все надоело – он искал лишь свободы – чем быть в плену, так лучше сдохнуть. Но тут ему принесла кумыс прекрасная черкешенка. Немного времени прошло, она влюбилась, но как бы она не была прекрасна, Пленник не мог ее любить, т.к. уже отдал свое сердце другой, которая не любила его в ответ. Поэтому сердце его умерло тэкскать. Тогда черкешенка, когда все уснули, пилой перерезала его оковы. Он предложил ей бежать с ним. Но черкешенка отказалась, т.к. знала, что это лишь минутный его порыв. Пленник переплыл реку и понял, что девушка утонула.

Об образе Пленника Пушкин замечал: «Я в нем хотел изобразить равнодушие к жизни и к ее наслаждениям, эту преждевременную старость души, которые сделались отличительными чертами молодежи 19 века». В начале южного романтического этапа он ставит себе художественного отображения действительности НО к осуществлению этой задачи поэт идет романтическим, субъективным путем. Психологический портрет Пленника он в основном списывает с себя. Своего героя ставит в необычайную, экзотическую обстановку. Из всей его жизни берет только один, также весьма романтический эпизод, окутывает все остальное атмосферой таинственности, сознательной недосказанности и вместе с тем многозначительных намеков, делаемых в весьма приподнятой, патетической форме. Из них мы узнаем лишь, что герой «изведал людей и свет», разочаровался во всем, что в прошлом он «обнял» некое «грозное страданье», что его сердце увяло, наконец, «охладев ко всему, он ищет в мире лишь одного – свободы. Весьма романтична любовная фабула поэмы, как и поэтический, романтизированный, идеальный образ героини – «младой черкешенки».Всему этому соответствует и стиль «Кавказского пленника» – возвышенный, лишенный и тени иронии. Образ Пленника недостаточно развит (это все критики говорят, а не я тут Пушкина критикую), обрисован непоследовательно, противоречиво. Он наделен титаническими чертами в духе «байронической поэзии». Пленник глядит в лицо смерти, «с радостью» внимает буре, даже черкесы дивились на его и его suicide missions. Но в то же время он выступает вянущим от неразделенной любви. Но Белинский не мог промолчать и вот...

Белинский о поэме:
"Кавказский пленник" был принят публикою еще с большим восторгом, чем "Руслан и Людмила", и, надо сказать, эта маленькая поэма вполне достойна была того приема, которым ее встретили. В ней Пушкин явился вполне самим собою и вместе с тем вполне представителем своей эпохи: "Кавказский пленник" насквозь проникнут ее пафосом. Впрочем, пафос этой поэмы двойственный: поэт был явно увлечен двумя предметами - поэтическою жизнию диких и вольных горцев, и потом - элегическим идеалом души, разочарованной жизнию. Изображение того и другого слилось у него в одну роскошно поэтическую картину. Грандиозный образ Кавказа с его воинственными жителями в первый раз был воспроизведен русскою поэзиею, - и только в поэме Пушкина в первый раз русское общество познакомилось с Кавказом, давно уже знакомым России по оружию.
Несмотря на всю незрелость таланта, которая так часто проглядывает в "Кавказском пленнике", несмотря на слишком _юношеское_ одушевление зрелищем гор и жизнию их обитателей, многие картины Кавказа в этой поэме и теперь еще не потеряли своей поэтической ценности. Принимаясь за "Кавказского пленника" с гордым намерением слегка перелистовать его, вы незаметно увлекаетесь им, перечитываете его до конца и говорите: "Все это юно, незрело, и однако так хорошо».
Как истинный поэт, Пушкин не мог описаний Кавказа вместить в свою поэму, как эпизод _кстати: это было бы слишком дидактически, а следовательно, и прозаически, и потому он тесно связал свои живые картины Кавказа с действием поэмы. Он рисует их не от себя, но передает их как впечатления и наблюдения пленника - героя поэмы, и оттого они дышат особенною жизнию, как будто сам читатель видит их собственными глазами на самом месте. Кто был на Кавказе, тот не мог не удивляться верности картин Пушкина.
Описания дикой воли, разбойнического героизма и домашней жизни горцев дышат чертами ярко верными. Но черкешенка, особенно связывающая собою обе половины поэмы, есть лицо совершенно идеальное и только _внешним образом_ верное действительности. В изображении черкешенки особенно выказалась вся незрелость, вся юность таланта Пушкина в то время. Самое положение, в которое поставил поэт два главные лица своей поэмы, черкешенку и пленника, - это положение, наиболее пленившее публику, отзывается мелодрамою и, может быть, по тому самому так сильно увлекло самого молодого поэта. Но - такова сила истинного таланта! - при всей театральности положения, на котором завязан узел поэмы, при всей его бесцветности в отношении к действительности, - в речах черкешенки и пленника столько элегической истины чувства, столько сердечности, столько страсти и страдания, что ничем нельзя оградиться от их обаятельного увлечения, при самом ясном сознании в то жевремя, что на всем этом лежит печать какой-то детскости.

Вы понимаете, что, исполненный этого чувства свободы, пленник не мог не предложить своей освободительнице того, в чем прежде так основательно и благородно отказывал ей; но вы понимаете также, что это только порыв, и что черкешенка, наученная страданием, не могла увлечься этим порывом. И,несмотря на всю грусть вашу о погибшей красавице, мученическая смерть которой нарисована так поэтически, вы чувствуете, что грудь ваша дышит свободнее по мере того как пленнику, в тумане, начинают сверкать русские штыки, а до его слуха доходят оклики сторожевых казаков...
Но что же такое этот пленник? Это вторая половина двойственного содержания и двойственного пафоса поэмы; этому лицу поэма обязана своим успехом не меньше, если не больше, чем ярким картинам Кавказа. Пленник, это - _герой того времени_. Тогдашние критики справедливо находили в этом лице и неопределенность, и противоречивость с самим собою, которые делали его как бы безличным, но они не поняли, что через это-то именно характер пленника и возбудил собою такой восторг в публике. Молодые люди особенно были восхищены им, потому что каждый видел в нем, более или менее, свое собственное отражение. Эта тоска юношей по своей утраченной юности, это разочарование, которому не предшествовали никакие очарования, эта апатия души во время ее сильнейшей деятельности, это кипение крови при душевном холоде, это чувство пресыщения, последовавшее не за роскошным пиром жизни, а сменившее собою голод и жажду, эта жажда деятельности, проявляющаяся в совершенном бездействии и апатической лени, словом, эта старость прежде юности, эта дряхлость прежде силы, все это - черты _героев нашего времени_ со времен Пушкина. Но не Пушкин родил или выдумал их: он только первый указал на них, потому что они уже начали показываться еще до него, а при нем их было уже много. Они - не случайное, но необходимое, хотя и печальное явление. Почва этих жалких пустоцветов не поэзия Пушкина или чья бы то ни была, но общество. Эта оттого, что общество живет и развивается, как всякий индивидуум: у него есть свои эпохи младенчества, отрочества, юношества, возмужалости, а иногда и старости. Поэзия русская до Пушкина была отголоском, выражением младенчества русского общества. И потому это была поэзия до наивности невинная: она гремела одами на иллюминации, писала нежные стишки к _милым_ и была совершенно счастлива этими идиллическими занятиями
"Кавказский пленник" Пушкина застал общество в периоде его отрочества и почти на переходе из отрочества в юношество. Главное лицо его поэмы было полным выражением этого состояния общества. И Пушкин был сам этим пленником, но только на ту пору, пока писал его. Осуществить в творческом произведении идеал, мучивший поэта, как его собственный недуг, - для поэта значит навсегда освободиться от него.
"Кавказский пленник" есть поэма историческая. Читая ее, вы чувствуете, что она могла быть написана только в известное время, и, под этим условием, она всегда будет казаться прекрасною. Если б в наше время даровитый поэт написал поэму в духе и тоне "Кавказского пленника", - она была бы безусловно ничтожнейшим произведением, хотя бы в художественном отношении и далеко превосходила пушкинского "Кавказского пленника", который, в сравнении с нею, все бы остался так же хорош, как и без нее.
Лучшая критика, какая когда-либо была написана на "Кавказского пленника", принадлежит самому же Пушкину. В статье его "Путешествие в Арзрум" находятся следующие слова, написанные им через семь лет после издания "Кавказского пленника": "Здесь нашел я измаранный список _Кавказского пленника_ и, признаюсь, перечел его с большим удовольствием. Все это слабо, молодо, неполно; но многое угадано и выражено верно".
В художественном отношении "Кавказский пленник" принадлежит к числу тех произведений Пушкина, в которых он является еще учеником, а не мастером поэзии. Стихи прекрасны, исполнены жизни, движения, много поэзии; но еще нет художества.

23. Маша П 1) Статья Вяземского «Вместо предисловия к «Бахчисарайскому фонтану».
Краткое содержание статьи. Классик и издатель разговаривают о новой поэме Пушкина. К. считает, что П. слишком часто пишет и «скоро выпишется». На что И. возражает, что по сравнению с Байроном и Скоттом П. пишет мало. Начинается спор о новом литературном направлении – романтизме. К.: «Завелась какая-то школа новая, никем не признанная, кроме себя самой; не следующая никаким правилам, кроме своей прихоти, искажающая язык Ломоносова, пишущая наобум, щеголяющая новыми выражениями, новыми словами» На что И. возражает, что язык не должен стоять на месте и должен обновляться. Но почему же все на немецкий лад, спрашивает К. А потому, что нет еще «русского покроя в литературе», а может быть, и не будет. И начал это подражание еще Ломоносов, который увлекался поэтом Гюнтером. За ним последовал Карамзин со своей реформой, потом пришли и новые поэты. И вообще – в Гомере, Горации и прочих древних авторах более романтизма, чем мог бы подумать К. А классики, которые рабски подражают древним, совсем не оригинальны. И к тому же до сих пор не определено, что такое «романтический род и какие он имеет отношения и противоположности с классическим». Многие не признают романтизма потому, что у него, в отличие от классицизма, нет еще законодателей, «для романтической литературы еще не было времени усвоиться», и за то ее ругают. Тут К. заметил, что они что-то совсем забыли о П. И. рассказывает, откуда почерпнут сюжет к «БФ». «Предание, известное в Крыму и поныне, служит основанием поэме. Рассказывают, что хан Керим Гирей похитил красавицу Потоцкую и содержал ее в бахчисарайском гареме; полагают даже, что он был обвенчан с нею. Предание сие сомнительно как бы то ни было – сие предание есть достояние поэзии». К. ругается, что изображают поэты всякие небылицы. И тут И. замечает: «История не должна быть легковерной, поэзия – напротив». В общем, они еще поспорили, и в итоге К. ушел с торопливостью и в гневе.

История создания. Статья, о которой идет речь, впервые опубликована в 1823 году, в первом издании поэмы Пушкина. Написал ее В. по просьбе П. Посылая В. «Бахчисарайский фонтан» из Одессы, П. просил написать к поэме послесловие или предисловие, при этом просил писать, вооружившись фактами. Именно: к письму было приложено некое «полицейское послание», которое до современности не дошло. Кроме того, П. рекомендовал В. Воспользоваться «Путешествием в Тавриду» Муравьева-Апостола, где легенда о фонтане подробно описывается. П. просил: «Заворожи все это своей прозой, богатой наследницей твоей прелестной поэзии». Как мы видим, П. высоко оценивал талант В.-прозаика. В. Постарался выполнить рекомендации П., и у него получилась данная статья. Помимо книги Муравьева-Апостола В. расспрашивал Потоцкого и Булгарина, «не упоминается ли где-нибудь о предании похищения Потоцкой татарским ханом». Все это было в небольшой степени отражено в статье. Потом статью печатали в следующих изданиях, а в третьем П. посвятил поэму В.
Но интересна статья тем, что в ней в диалогической форме излагается манифест романтизма.
Книга
Статья Вяземского в книге «БФ» считается шедевром литературной критики и издательского дела. Будучи издателем книги (потом весь тираж у Вяземского перекупил книгопродавец Пономарев, который, как вы понимаете, загнал издание по спекулятивной цене, благодаря чему Пушкин получил гонорар 3000 рублей по тогдашнему курсу (), он гениально построил издание. Получилась концепция триптиха: вступительная статья, само произведение и комментарий. По тем временам это очень необычно.
«Предисловие» как манифест романтизма
Честно говоря, нигде об этом нет. Но я попробую проанализировать сама. В статье намечаются главные проблемы, связанные с продвижением романтизма как направления в России. Критики не понимают, в чем состоит романтизм, осознавая его как нечто противоположное классицизму и ополчаясь на него за это. Они сводят свои нападки к особенностям языка («щеголяющая новыми выражениями») и формы произведения («Ваши отступления совершенно романтические. Мы начали говорить о Пушкине, от него кинуло вас в древность, а теперь забежали вы в будущие столетия»). На это В. иронически замечает, что классики слишком держатся правила триединства. К форме произведения также относится замечание о жанрах. Поэмы классического толка избирали своим предметом нечто возвышенное, а у Пушкина речь идет о фонтане. Но для поэмы романтической это неважно, лишь бы в основе лежало нечто поэтическое.
Претензии критиков также направлены на то, что романтики, так сказать, искажают истину и историческую действительность. Но, как мы помним (см. билет про Жуковского), романтиков меньше всего интересовала окружающая действительность. Они обращались к описанию прошлого, экзотики и т.д., при этом и прошлое, и экзотика были идеализированными, измененными в соответствии с замыслом поэта-романтика. Этого никак не может понять Классик, изображенный в статье. В. справедливо замечает, что «Поэзия часто дорожит тем, что история отвергает с презрением, и наш поэт очень хорошо сделал, присвоив поэзии бахчисарайское предание и обогатив его правдоподобными вымыслами; а еще и того лучше, что он воспользовался тем и другим с отличным искусством». Упрекают романтизм в неясности, на что В. отвечает, что, когда имеешь дело с людьми «понятия деятельного и острого», им не надо все разъяснять, они и так поймут, о чем идет речь, так зачем тратить время?
Но какие требования предъявлять к поэтам-романтикам? В., в соответствии с немецким романтизмом, ценит изображение в произведении мира природы («Цвет местности изображен в повествовании со всею возможною свежестью и яркостью), экзотического колорита («Есть отпечаток восточный в картинах, в самых чувствах, в слоге»), драматизм повествования («В произведении его движения много», «участие читателя поддерживается с начала до конца»).
Статью В. отличает простота и ясность изложения, краткость и иронический тон. Это образец критики того времени. Еще надо сказать, что идеи В. относительно романтизма в некоторых частях пересекаются со статьей Рылеева «Несколько мыслей о поэзии». Рылеев считает, что под романтизмом подразумевается все, что есть оригинального в мировой литературе, т.е. Гомер и Гесиод – первые романтики. Похожая мысль у В., что Гомер – более романтик, чем можно было подумать, потому что он хоть и классический поэт, но никому не подражал, а ведь в это состоит суть классицизма.
Полемика с классиками
Основным объектом нападок в статье стал «Вестник Европы» и его издатель Каченовский, с которым он вел полемику как с противником Карамзина. Одновременно В. Задевает и критиков журнала «Благонамеренный», что видно из названия статьи («Разговор между Издателем и Классиком с Выборгской стороны или Васильевского острова»). Дело в том, что некто из журнала «Благонамеренный» под именем «жителя Васильевского острова или Выборгской стороны» критиковал Вяземского, а вернее, «лаялся» на него.
Реакция критики
В. Получил лестный отзыв о статье от Жуковского. Отклик Пушкина: «Твой Разговор более писан для Европы, чем для Руси. Ты прав в отношении романтической поэзии». Но П. не понравилось, что враги романтизма в статье изображены слабо.
Вообще статья вызвала бурную полемику. Сомнительным представлялось парадоксальное заявление В. об античных авторах как предшественниках романтизма, а также о «германском» воздействии на русскую литературу начиная с Ломоносова. Выдвинутое в полемике с критиками Ж., оно опиралось на теоретические разработки Шлегеля и мадам де Сталь. «Германский» элемент противопоставлялся французскому как национальный и «романтический». В ряде положений статья В. Соприкасалась с теоретическими работми Стендаля.
Белинский считал, что «Предисловие» сыграло значительную роль в освобождении русской литературы от предрассудков французского псевдоклассицизма». Оля
2) «Повести Белкина» Пушкина.
Созданием «Повестей покойного Ивана Петровича Белкина» (1830-31) закончился сложный и длительный процесс становления и утверждения в тв-ве П. худож. прозы.
Собсна, «П.Б»: [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
«Повести» - 1ое завершённое пр-ние П. в прозе. Приписаны условному автору – И.П. Белкину. «Простой пересказ» разного рода происшествий, имевших место в жизни самых обыкн. людей. Но в то же время П. внёс в него столько глуб. гуманного чувства, наблюдательности, тонкого юмора, мягкой иронии + жизнен. правды, что «П.Б.» явл-ся и хронологически, и по существу началом русской худ. реалистич. прозы.
Расширяется круг явлений действ-ти, входящих в сферу его творч. внимания. Картины поместной жизни («Метель», «Барышня-крестьянка»), быт армейского офицерства («Выстрел»), городских ремесл-в («Гробовщик»), мелкого чинов-ва («Станционный смотритель»). П. непосредственно вводит в круг героев «маленького», униженного жизнью чел-а («сущий мученик 14го класса», спив-ся с горя Самсон Вырин в«Ст.смотр.»).
Попытки создать образ «мал.людей» придприн-сь и раньше («Бедная Лиза» by К.), но только П-ну впервые удалось достигнуть такой худож. и жизн. правдивости.
Реальному содержанию «П.Б.» соотв. словесная форма. П. был против карамзинской «поэтической прозы»: стремился не «петь», а говорить в прозе. (Уже в ранних критич. заметках «О прозе»: «Точность и краткость – вот 1ые достоинства прозы». Иронически отзывается о «вялых метафорах», к-рыми соврем-ки пытаются «оживить детскую прозу»).
«П.Б.» отл-ся предельной экономией худ. ср-в. Невелики по объёму, =>«ничего лишнего».
С 1х же строк знакомит нас с героями («Гробовщик»!). Так же скуп и вместе с тем выразителен в обрисовке хар-ров. Почти не даёт описания внешности (вспомним героиню «Метели» и Дуню из «Ст. см-ля»). Почти не останавливается и на душев.переживаниях!%)
Не найдём здесь развёрн. психол. анализа. В то же время облик кажд. пер-жа предстаёт с оч рельефно и отчётливо из поступков и речей (последняя встреча графа и Сильвио в «Выстреле»; разг-р Лизы Муромской и горничной Настей, рассказывающей о встрече с Берестовым). Простейшие ср-ва и приёмы – а какой эффект! «Лучше всего У П. его проза»; «Их [«П.Б.»] надо изучать каждому писателю» (Толстой).

Из лекций:
«Метель». Символ непредсказуемость человеч. жизни. Метель – помощница в жизни героини.
До кучи из лекции: «Пиковая дама» (1833) (НЕ входит в ПБ). Герой (Герман) крайне современен. Мотив наполеонизма. Готов убить графиню во имя своего возвышения.
Недаром в финале повести всё возвращается на круги своя.

24. Маша П 1) «Думы» Рылеева.
Краткое содержание. Из цикла «Думы»: «Смерть Ермака» (1821). Дума посвящена П. А. Муханову, члену Союза Благоденствия, другу Рылеева. Была положена на музыку. В начале думы Рылеев дает комментарий, о чем она. События происходят в XVI веке, когда Сибирь, ее небольшая часть, перешла в руки Грозного. В 1569 году татарский царь Кучум был принят под руку Грозного и обязался платить дань. Но татары совершали набеги на пермский край, и российскому правительству нужно было его охранять. Туда отправили купцов Строгоновых, которые должны были заселить земли. Строгоновы собрали на Волге казаков, из которых 540 пришло в Сибирь, а главой их был Ермак Тимофеев. В течение года казаки грабили татар, взяли Искер, пленили племянника Кучума и три года господствовали в Сибири. Много их погибло. Татары дождались момента и напали. Казаки были вынуждены отступать. Ермак, спасаясь бегством, прыгнул в Иртыш и погиб в его волнах, как Чапаев. После этого несколько лет Сибирь никто не трогал, а потом ее захватили царские войска. Обо всем этом после коммента рассказывается в стихотворной форме. Описывается страшная буря, в которой «Сидел Ермак, объятый думой». Товарищи его спали, чтобы с рассветом отправиться на битву. Ермак рассуждает, что они недаром жили, ибо «Сибирь царю покорена». Но тут нагрянули татары. Кучум, боясь вступить в честный бой, напал на казаков ночью. Всех перебили, а Ермак бросился в воду, но вот какая загогулина! «Тяжелый панцирь – дар царя – стал гибели его виною». И труп его вынесло в берегу.
«Иван Сусанин» (1822). О чем, вы и так знаете. Из деталей – перед основным путем Сусанин успел пересечься с сыном и попросить передать Михаилу Романову, что ему угрожает опасность и он должен немедленно бежать. В основу легло костромское предание, которое рассказал Глинка С. Н. в книге «Русская история в пользу воспитания». Происходит все в 1612 году. Рылеев прославлял Ивана Сусанина не как спасителя царя, а как спасителя народного избранника. Романов был избран на престол Земским собором. Несколько поэтических строк: «Ты сбился, брат, верно, нарочно с пути; но тем Михаила тебе не спасти!» Знаменитая цитата: «Куда ты завел нас?» - лях старый вскричал. «Туда, куда нужно! – Сусанин сказал».
Рылеев – яркий представитель гражданского романтизма. Одной из основных идей романтиков было признание большого общественно-политического значения художественной литературы. В понимании поэтов-декабристов, литература должны была стать действенным средством для передачи передовых общественных идей, высоких гражданских идеалов.
«Думами» Рылеев занялся в 1821-23 году. Всего он их написал больше 20. Пишет их Рылеев с целью дать образцы гражданского поведения. В предисловии к отдельному изданию «Дум» Рылеев попытался объяснить причину обращения к этому особенному жанру и задачи, которые он перед собой ставил: «Напомнить юношеству о подвигах предков, знакомить его со светлейшими эпохами народной истории, сдружить любовь к отечеству с первыми впечатлениями памяти – вот верный способ для привития народу сильной привязанности к родине». Кстати, это предисловие считается своеобразным манифестом гражданского романтизма.
Бестужев считал целью рылеевских «Дум» в том, чтобы «возбуждать доблести сограждан подвигами предков».
Выбор исторических персонажей и событий, их трактовка
Жанр думы, по словам Рылеева, восходит к украинской народной поэзии: «Дума, старинное наследие от южных братьев наших, наше русское, родное изобретение».
«Думы» Рылеева ориентированы на русскую и славянскую историю. Они имеют сильное сходство с жанром исторической баллады. Крупнейшим явлением в этой области была пушкинская «Песнь о Вещем Олеге». Исторические личности, изображенные в «Думах», самые различные: Мстислав удалой, Дмитрий Донской а также герои из простого люда – Ермак, Иван Сусанин. Все они в «Думах» становятся борцами за свободу и независимость родины.
По сути Рылеев занимается мифологизацией истории. В «Думах», как и в поэмах Рылеева, нет объективной исторической правды, но есть гражданская идея, состоящая в прославлении личного мужества, противопоставленного тирании. Помним о том, что Рылеев – все-таки представитель гражданского романтизма. А романтики изображали не окружающую действительность, а обращались к истории, но и историческая действительность была не настоящая, а идеализированная, подчиненная тем целям, которые ставил романтик. Рылеев не стремился к исторической закономерности, он осовременивает историю. Для него важнее всего – героика. Его волнует героическая личность, он хочет пробудить героическое сознание, не сибаритство. Историческим личностям свойственен декабристский идеал. В «Думах» за счет исторического начала усилено агитационно-пропагандистское начало.
«Иван Сусанин». Герой, жертвуя своей жизнью, спасает страну от поляков. Рылеева интересует, прежде всего, идея отказа человека от собственного благополучия и даже жизни ради других. В этой жертвенности он видит свой гражданский идеал.
Судьба Сусанина (гибель за идеалы) чем-то похожа на судьбу самого Рылеева. Перед восстанием декабристов он сказал: «Судьба наша решена! К сомнениям нашим теперь, конечно, прибавятся все препятствия. Но мы начнем. Я уверен, что погибнем, но пример останется. Принесем собою жертву для будущей свободы отечества».
В это же время была создана композитором Глинкой опера «Жизнь за царя». Даже акцент другой – за царя, а не за родину. У Рылеева верноподданнический элемент снижен, его интересуют только высшие гражданские ценности.
Оценка рылеевских «Дум» Пушкиным
Пушкин сурово отнесся к «Думам» Рылеева. Пушкин судил о «Думах» так строго, потому что более глубоко понимал историзм и народность литературы, чем Рылеев.
Вот отрывок из письма Пушкина Рылееву, май 1825 года: «Что сказать тебе о «Думах»?... все они слабы изобретением и изложением. Все они на один покрой: составлены из общих мест. Описание места действия, речь героя и – нравоучение. Национального, русского нет в них ничего, кроме имен (исключаю «Ивана Сусанина», первую думу, по коей начал я подозревать в тебе истинный талант)».
Из письма Вяземскому, май 1825: «Думы» дрянь, и название сие происходит от немецкого dumn (глупый), а не от польского, как казалось бы с первого взгляда».
«Думы» не имеют сюжетного строения и представляют своего рода серию исторических портретов. Они не отличаются единством «Думы» и в стилистическом отношении. В соответствии с тематикой и композицией, в них преобладает лирическое начало, что находит особенно яркое выражение в обильных «фигурах» поэтического синтаксиса (риторические вопросы, восклицания, обращения), придающих изложению ораторский стиль. Но в некоторых «Думах» (например, «Иван Сусанин») заметно стремление автора найти повествовательные формы изложения, отвечающие принципу простого рассказа о событиях. С этим связано и введение в гражданско-патетический стиль «Дум» бытовой лексики.
2) Тема Наполеона в творчестве Пушкина.
Для начала скажу, какие произведения следует упоминать в связи с данной темой.
Лирика:
Петербургский период. «Вольность» (1817)
Южная ссылка. «Наполеон» (1821)
Михайловское. «К морю» (1824)
Болдинская осень. «Герой» (1830)
Кирпичи:
«Евгений Онегин» (1823-1833)
«Пиковая дама» (1831)

Тема Наполеона, также как и личность Наполеона, глубоко волновали Пушкина на протяжении всего его творческого пути. Наполеон в художественном сознании Пушкина – масштабная фигура. При этом отношение к этой теме у него менялось на разных творческих этапах.
В петербургский период свобода для Пушкина – высшее человеческое благо. Это свобода от тиранической власти, но и от бездумной толпы (народа). Свободу Пушкин понимает в высшем философском значении, основываясь на высоких нравственных принципах. Тот, кто покушается на свободу, страшный преступник. В оде «Вольность» (1817) Пушкин развивает просветительские идеи, суть которых в том, что превыше всего Закон, и ни народ, ни цари не должны главенствовать над ним. Только тогда будет «вольность и покой». Наполеон – злодей, потому что нарушил закон, хотя бы он и имел благие намерения в начале своего пути. Свобода не достигается революцией и казнями, и поэтому Наполеон – преступник.
Восходит к смерти Людовик
В виду кровавого потомства,
Главой развенчанной приник
К кровавой плахе Вероломства.
Молчит Закон – народ молчит,
Падет преступная секира
И се – злодейская порфира
На Галлах скованных лежит
«Злодейская порфира» лежит на плечах Наполеона, который, свергнув старую власть (также тираническую и деспотическую), стал новым диктатором. За это Пушкин осуждает его:
Самовластительный злодей!
Тебя, твой трон я ненавижу,
Твою погибель, смерть детей
С жестокой радостию вижу.
Читают на твоем челе
Печать проклятия народы,
Ты ужас мира, стыд природы,
Упрек ты Богу на земле.
Совсем другое отношение к Наполеону видим мы в стихотворении, написанном во время Южной ссылки - «Наполеон» (1821). Оно было написано, когда Пушкин получил известие о смерти Наполеона на о. Св. Елены. Это историческая элегия о «великом человеке». Пушкин в этот период своего творчества стал осмыслять, в чем величие и вина Наполеона. Он приходит к выводу, что Наполеон одновременно сын и палач революции. Он разрушитель свободы, но одновременно и ее ставленник. Противоречивые оценки встречаются на протяжении всего стихотворения. Наполеон оставил по себе «кровавую память» (несомненно, речь идет о казни Людовика XVI и терроре после прихода к власти). Над его урной и «ненависть почила», но и одновременно «луч бессмертия горит». Главная вина Наполеона, считает Пушкин, - в том, что, освободив французский народ от рабства, Наполеон не остановился на достигнутом и захватил всю полноту власти.
Тогда в волненье бурь народных
Предвидя чудный свой удел,
В его надеждах благородных
Ты человечество презрел.
Свобода пропала. Франция променяла «надежды величавы» на «блистательный позор».
Осуждая Наполеона за его преступления, Пушкин не отказывает ему в сострадании. Итог великого человека – одиночество на далеком острове, вдали от родины и о семьи:
Где иногда, в своей пустыне
Забыв войну, потомство, трон,
Один, один о милом сыне
В унынье горьком думал он.
Более того, Пушкин хвалит Наполеона за то, что он «русскому народу высокий жребий указал и миру вечную свободу из мрака ссылки завещал». Действительно, либеральные идеи, идеи о свободе личности появились в России только после заграничного похода, когда одаренная часть молодежи восприняла просветительские идеи Европы.
В стихотворении «К морю» (1824) Наполеон воспринимается как романтик, изменивший ход истории. Он был властителем дум многих людей, и в этом он духовно близок морю, морской стихии, неукротимой и ничем неодолимой. Наполеон в художественном сознании Пушкина – масштабная фигура.
Одна скала, гробница славы
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.
Наконец, в зрелые годы Пушкин рассматривает тему Наполеона в философском плане. Смысл «Героя» (1830) – идея гуманности как мерила исторической личности. Не всякое движение истории ценно, а только то, которое основано на человечности. В стихотворении «Герой» эпиграф не случайно «Что есть истина». Поэт и его друг спорят об истинности легенды о том, посещал ли Бонапарт чумной госпиталь во время египетского похода. Дело в том, что в мемуарах секретаря Наполеона было написано, что эта история ложь. Впоследствии выяснилось, что мемуары были подложными. Друг поэта стремится к исторической правде:
Мечты поэта –
Историк строгий гонит вас!
Увы! Его раздался глас, -
И где ж очарованье света?
Поэт же, для которого Наполеон – настоящий герой («Сей ратник, вольностью венчанный»), несущий в мир вольность народам, легенда дороже всякой исторической правды, так как она возвышает образ героя и, соответственно, пробуждает добрые чувства в других людях.
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран!
По сравнению с ранним творчеством, позиция Пушкина совершенно изменяется. Если в начале творческого пути Пушкин воспринимал Наполеона как тирана и губителя свободы, то в 30-е годы он оправдывает Бонапарта, даже отступая от исторической действительности.
Стихотворение «Герой», написанное во время Болдинской осени, тесно связано с происходящими в то время в Москве событиями. Николай I приехал в Москву, в которой в то время была эпидемия холеры. П одобрял этот поступок царя и, радуясь его человечности, надеялся на прощение ссыльных декабристов в ближайшем будущем. Пушкин очень просил опубликовать это стихотворение без его подписи, чтобы не вызвать подозрения в лести.
В «Пиковой даме» (1831) основная тема – тема Наполеона. Прежде всего, это касается Германна, который являет собой наполеонический тип. Новый герой современности с наполеоническим характером. Черты Наполеона отличают как внешний, так и внутренний облик. По выражению Поля Томского (персонажа), «Этот Германн – лицо истинно романическое: у него профиль Наполеона, а душа Мефистофеля. Я думаю, что на его совести по крайней мере три злодейства». Второй раз Наполеона он напоминает Лизе: «Он сидел на окошке, сложа руки и грозно нахмурясь. В этом положении удивительно напоминал он портрет Наполеона». Германн – Наполеон и душой. Он хищник-стяжатель, имеет характер демонически-эгоистический. Он одержим страстью возвышения, для которой нужны деньги. Он расчетлив: «Расчет, умеренность и трудолюбие – вот мои три верные карты, вот что утроит, усемерит мой капитал и доставит мне покой и независимость!» Тем не менее, эти слова Германна – лишь рассуждения. Он хочет получить все или ничего, как человек страстный и стремящийся к обогащению. Поэтому он в погоне за мечтой идет к старухе, а не продолжает свое бедное, но честное существование.
Герман, хотя он и страстный игрок в душе, не играет, не будучи уверенным в победе (этот герой относится к авантюрно-героическому архетипу, которому нужна только победа). Играть наобум, не зная, удастся ли выиграть – не по нем. Он хочет действовать наверняка, когда точно будет знать секрет беспроигрышной партии. Человек «сильных страстей и огненного воображения», Германн скрытен, честолюбив, азартен в душе, но расчетлив и бережлив почти до скупости. Ради достижения богатства он готов на все: и увлечь молодую девушку, которую он на самом деле не любит, и стать любовником восьмидесятилетней старухи, и даже пойти на убийство. Германн – предтеча Раскольникова, еще одного наполеонического характера. Как и его последователь, Германна за его преступление (обман и почти что убийство, см. кр. пересказ ПД) ждет страшное наказание – проигрыш, стоящий ему не только всего состояния, но и здравого ума.
«Евгений Онегин»
Пушкин потратил на написание романа почти 10 лет. Упоминания Наполеона не раз встречаются в романе. Так, во второй главе:
Но дружбы нет и той меж нами.
Все предрассудки истребя,
Мы почитаем всех нулями,
А единицами – себя.
Мы все глядим в Наполеоны;
Двуногих тварей миллионы
Для нас орудие одно;
Нам чувство дико и смешно.
Лотман: «Отношение П к Наполеону во время работы над второй главой (1823-1824) было сложным. С одной стороны, в условиях реставрации и торжества монархии во Франции фигура свергнутого императора французов была окружена не только политическим, но и личным обаянием. Вяземский писал в 1820 г.: «Наполеон приучил людей к исполинским явлениям, к решительным и всеразрешающим последствиям. „Все или ничего“ вот девиз настоящего. Умеренность не нашего поля ягода».
Однако, с другой стороны, в свете критики романтизма, актуальным для П начиная с 1823 г. выступало другое обличие Наполеона: он становился символом и высшим проявлением всеевропейского эгоизма, в его деятельности подчеркивался политический аморализм и готовность всем пожертвовать личному честолюбию. А эти свойства были для П этическими соответствиями того, что в политике выступало как деспотизм. Наполеон в такой трактовке становился создателем новой тирании.
Наполеон связывался с типом разочарованного эгоиста, которому «чувство дико и смешно», с теми «безумцами», которые «рекли»: «Нет свободы». «Мы», от лица которого написана строфа, вносит голос этого поколения романтических эгоистов. Из него исключены автор, отделенный от тех, кто почитает «всех нулями», ироническим тоном, и Онегин, который «вчуже чувство уважал» и был «сноснее многих». Это отличает строфу от, казалось бы, текстуально близкой к ней XLVI строфы главы первой. Там мысль:
Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей
дается от имени некоторой общей позиции автора Онегина. Здесь, несмотря на некоторое фиктивное «мы», автор, и в определенной мере Онегин, находятся вне очерченного в строфе мира эгоизма».
Интересна еще одна деталь. В кабинете Онегина, куда в седьмой главе попадает Татьяна Ларина, есть бюстик Наполеона:
И лорда Байрона портрет,
И столбик с куклою чугунной.
Эта кукла – и есть бюстик Наполеона Упоминание Байрона и Наполеона в одном смысловом ряду не случайно: оба они воспринимались Пушкиным в этот период (1827-1828) как романтические герои, изменившие ход истории, «властители дум». Так же, как ив стихотворении «К морю», их имена расположены рядом. И хотя автор отмежевывает Онегина от тех людей, которые «глядят в Наполеоны», очевидно, что французский император был для Онегина если не героем, то как минимум авторитетом. Тем более некоторые черты Наполеона присутствуют в характере Онегина: индивидуализм, эгоизм.
Таким образом, тема Наполеона присутствует как в лирике, так и в крупных произведениях Пушкина. По мере творческого развития трактовка этой темы Пушкиным изменялась. Можно сказать, что отношение Пушкина к этой фигуре всегда, даже в конце жизни, было неоднозначным, как, впрочем, и у современников Пушкина. Эта тема оказала большое влияние на литературу последующих десятилетий и особенно отразилась в творчестве Достоевского.

25. Лариса 1) Становление реалистического направления в русской литературе середины 1820-х гг.
1801-1815гг. – борьба классицизма и романтизма. Победа романтизма -> становится господствующим направлением (1815-1825гг). На втором плане начинается становление реализма. Самым значительным в процессе становления реализма стали басни Крылова. Вслед за «Российский Жилблазом» Нарежный создает реально-бытовые повести из жизни украинских помещиков: «Аристион, или Перевоспитание», «Бурсак» и др. Но в своих повестях, как и в романе, он еще не становится реалистом в полном смысле слова.
Пользовались успехом реально-бытовые комедии, изображавшие быт и нравы российской дворянства. Образец – басни Крылова. Появляются комедии молодых драматургов, объединившихся вокруг Грибоедова и Катенина, ставших в оппозицию консервативно-романтическому течению (Хмельницкий, Жандр, Бегичев – интерес к созданию национального театра, до них эту идею выдвигал Муравьев-Апостол). Они отрицали условности классического театра и стремились отразить в комедии черты реального быта и живой речи.
В мае 1823г. Пушкин начинает писать «Евгения Онегина» - русский реализм принял зрелую форму. Новый худ.метод занял место в лит-ре. Одновременно с «Е.О.» В стиле реализма Пушкин пишет трагедию «Борис Годунов», а затем повесть «Граф Нулин», чем противостоит романтикам, с их односторонним утверждением высокого предмета и стиля поэзии. Реалистический характер приобретает лирика П., начиная с 1825г. Помимо П. реалистического направления придерживался Грибоедов. В 1825г. в альманахе «Русская Талия» были напечатаны отрывки из «Горе от ума», получившей широкую известную благодаря чтению ее автором в литературных кругах.
Сам метод реализма складывается в 20-х гг. в творчестве Пушкина и Грибоедова, а в какой-то мере и Крылова. Именно в это время в русской литературе произошел крутой переворот, и она пошла по другому направлению – реалистическому. И хотя «представителей» данного направления было не так много, но были развиты идейно-художественная самостоятельность и своеобразие. Эти творческие начала были затем развиты Гоголем, Лермонтовыми и др. Реализм превратился в широкое и мощное литературное направление.
Белинский признавал великой заслугой Пушкина его обращение к «поэзии действительности». В 20-е гг. Пушкин создает законченную форму реалистического метода в искусстве (чем обогнал чуть ли не всю Европу).
Русский реализм сложился на основе литературно-художественных традиций и достижений прошлого. Даже в творчестве Ломоносова и Державина находили некоторые черты реальной русской действительности (несмотря на тотальную идеализацию). Но наибольшее значение для реализма имело романтическое направление. Романтизм Жука и Батюшкова обогатил ру.лит. худ-псих открытиями, что имело непосредственное значение для реалистическое постановки проблемы характера в литературе. Революционный романтизм обратился к народности, а это тоже шаг к реализму. Кроме того, повлияло и критическое отношение романтиков к современности (к черту идеализацию). Особенно близко к реализму подходили декабристы в своей лирической поэзии. Своеобразие истор. Условий привело к тому, что в худ.методе рус.писателей, начиная с П., ярко выступили черты критического реализма.

Вывод: реалистич.направление, возникшее в рус.лит в сер.20-х гг., было подготовлено предшествующим развитием литературы, в ее различных направлениях и течениях. При всей значимости связи с другими жанрами, реализм был качественно новым худ.методом. Реализм стал худ.открытием П., определившим дальнейший путь рус.лит. Завершился длительный путь становления рус.реализма. Тем не менее, реализм не сразу приняли, ибо предмет повествования недостойный, надо все идеализировать и восхвалять, а тут всё как есть – скучно.
Черты реализма у П:
- в «Кавказском пленнике» - критически, с реалистической трезвостью оценивает молодежь 19в., ее отношение к свободе. Но в целом это еще романтическое произведение.
- в «Цыганах» - тоже еще романтизм, но т.н. «критический романтизм»
- «Евгений Онегин» - энциклопедия русской жизни, подлинно живые образы реальных русских людей, роман о современной поэту действительности.
- «Борис Годунов» - реальные проблемы. Проблема самовластья и крепостного права, проблема народа, его роль в государстве. Б.Г. – это пьеса о народном мнении, предопределяющем судьбу власти, о народном движении, решающим исход общественной борьбы, о народных массах, творящих историю (ну, не без тоталитарного пафоса). Такая проблематика историч. Трагедии требовала реалистического худ.метода.

У Гриба:
- «Горе от ума» - обрисовка характеров, взращенных тем общественно-политическим укладом, разоблачению которого посвящена комедия. «Живая картина московских нравов», «зеркальность сцен».

Егор 2) Политическая лирика Пушкина до 14 декабря 1825 г.
Основной круг мотивов лирики Пушкина в первые лицейские годы (18131815) замкнут рамками так называемой «легкой поэзии», «анакреонтики», признанным мастером которой считался Батюшков. Молодой поэт рисует себя в образе мудреца-эпикурейца, беспечно наслаждающегося легкими радостями бытия. Начиная с 1816 г. преобладающими в лицейской поэзии Пушкина становятся элегические мотивы в духе Жуковского. Поэт пишет о муках неразделенной любви, о преждевременно увядшей душе, горюет об угасшей молодости. В этих ранних стихотворениях Пушкина еще много литературной условности, поэтических штампов. Анакреонтические и элегические стихотворения Пушкин продолжает писать как в эти, так и в последующие годы. Но вместе с тем выход в середине 1817 г. из «монастырских», как называл их поэт, лицейских стен в большую жизнь был выходом и в большую общественную тематику.

Пушкин начинает создавать стихотворения, отвечающие мыслям и чувствам наиболее передовых людей русского общества в период нарастания в нем революционных настроений, возникновения первых тайных политических обществ, ставивших своей задачей борьбу против самодержавия и крепостничества.

В своих, так называемых «вольных стихах» («Вольность», «Чаадаеву», «Noel. Сказки», «Деревня», убийственно острые политические эпиграммы) Пушкин становится выразителем дум и чаяний этих передовых кругов, «эхом русского народа», каким он уже в ту пору сам себя начинает ощущать.

Много позднее в явно нецензурном по политическим причинам варианте одного из своих последних стихотворений «Я памятник себе воздвиг нерукотворный...» Пушкин подчеркивал, что «он восславил свободу» «вслед Радищеву», автору «Путешествия из Петербурга в Москву» и оды «Вольность». Правда, в своих стихах этой поры Пушкин, подобно многим декабристам, возлагал надежды на просвещенного монарха, который силой своей верховной власти мог бы осуществить необходимые преобразования ввести конституционный «закон», освободить крестьян. Это говорит о том, что Пушкин по своим политическим взглядам был умереннее Радищева, прямо призывавшего и в оде «Вольность» и в «Путешествии из Петербурга в Москву» к революции.

Однако пушкинские стихи, пронизанные пафосом вольнолюбия, сочетающие передовые идеи с небывалой дотоле силой художественной выразительности, имели громадный общественный резонанс, являлись своего рода декабристскими поэтическими прокламациями. Они распространялись в многочисленных списках; отдельные строки их такие, как «Тираны мира! трепещите! // А вы мужайтесь и внемлите, // Восстаньте, падшие рабы!» приобретали в восприятии читателей современников смысл еще более широкий, чем тот, который вкладывал в них сам Пушкин: получали характер прямых мятежных призывов, революционных лозунгов. Поэт становится певцом декабристской революционности и вместе с тем признанным литературным учителем поэтов-декабристов, начиная с самого значительного из них, Рылеева.

В послелицейской лирике Пушкина петербургского периода (1817 первая половина 1820 г.), как в известной мере и позднее, продолжают бытовать многие темы, мотивы, жанровые формы, характерные для лицейских лет творчества поэта; но они получают новое весьма знаменательное развитие. Так, в посланиях Пушкина к своим друзьям сочленам дружеского литературного общества «Зеленая лампа» (оно являлось вместо с тем негласным филиалом ранней декабристской организации «Союз благоденствия») традиционные анакреонтические мотивы окрашиваются в оппозиционно-политические тона. В одном ряду с Вакхом и Кипридой поэт воспевает «свободу». Это слово все чаще приобретает в его стихах несомненное политическое звучание. Есть в дружеских посланиях Пушкина и недвусмысленные выпады «насчет небесного царя, а иногда насчет земного». Вместе с тем в некоторых его стихах «анакреонтика» углубляется до подлинного проникновения в дух античности. Образец этому стихотворение «Торжество Вакха» (1818), которое представляет существенный шаг вперед по сравнению даже с таким замечательным стихотворением Батюшкова этого рода, как «Вакханка».

О чрезвычайно большом общественно-политическом значении «вольных стихов» Пушкина нагляднее всего свидетельствует постигшая поэта первым из всех причастных к декабристскому движению суровая правительственная кара: шестилетняя ссылка. Причем царь, до которого дошли стихи Пушкина, воспевшего «вслед Радищеву свободу», как известно, сперва намеревался сослать его, вслед Радищеву же, в Сибирь или заточить в Соловецкий монастырь. Только благодаря энергичным хлопотам влиятельных друзей (в частности, Карамзина) удалось добиться замены этой меры высылкой на юг сперва в Екатеринослав, затем в Кишинев и Одессу.

Период южной ссылки (май 1820 июль 1824 гг.) составляет новый, романтический по преимуществу, этап пути Пушкина-поэта, имеющий очень важное значение для всего дальнейшего творческого его развития. Именно в эти годы в соответствии с одним из основных требований романтизма все нарастает стремление Пушкина к «народности» национальной самобытности творчества, что явилось существенной предпосылкой последующей пушкинской «поэзии действительности» пушкинского реализма.

Поэт не только полностью отвергает рассудочные «правила» классицизма, регламентирующие и выбор объекта изображения, и жанры, и стиль, но и все более преодолевает салонно-литературную узость «нового слога» Карамзина, а также во многом связанные с ним условности и штампы элегического стиля школы Жуковского Батюшкова; он открывает все более широкий доступ национальной народной языковой стихии «просторечью» (см., например, его стихотворение «Телега жизни», 1823). Поэт все тверже и увереннее выходит на свой самостоятельный творческий путь, открывая тем самым качественно новый «пушкинский период» (по терминологии Белинского) в развитии русской литературы.

Подобно своим передовым современникам, Пушкин в 18201823 гг. страстно увлекается вольнолюбивым, мятежным творчеством Байрона главы европейского революционного романтизма (по собственным словам, от него «сходит с ума»).

В революционно романтические тона окрашивается южная политическая лирика Пушкина. В обстановке вспыхивавших в Европе национально-освободительных движений (особенно сильное впечатление произвело на поэта происшедшее в непосредственном соседстве, в Молдавии, греческое восстание под предводительством лично знакомого ему Александра Ипсиланти), в тесном общении с членами наиболее революционного Южного общества декабристов политические взгляды Пушкина приобретают особенно радикальный характер. В своих кишиневских стихах он славит «воинов свободы»: вождя сербского национально-освободительного движения Георгия Черного («Дочери Кара-Георгия», 1820), греческих повстанцев («Гречанка верная не плачь, он пал героем...», 1821); воспевает освободительную войну (стихотворение «Война», 1821) и «тайного стража свободы» классическое орудие борьбы с тиранией кинжал («Кинжал», 1821). В написанном примерно в то же время, что и «Кинжал», послании к одному из видных деятелей Южного общества декабристов, В. Л. Давыдову, поэт прямо выражает надежду причаститься «кровавой чаши» революции.

Но в противоположность многим поэтам-декабристам Пушкин не ограничивает себя рамками политической лирики, хотя она и занимает очень видное место в его творчестве не только в эти годы, но и на протяжении всех последующих лет. Если поэт-декабрист В. Ф. Раевский в своих стихах 1822 г., написанных в тюрьме, обращаясь к Пушкину, восклицает: «Как петь любовь, где брыжжет кровь»; если глава «Северного общества» Рылеев заявляет: «Я не поэт, а гражданин», то Пушкин наряду с созданием вольных, политических стихов воспевает жизнь во всем ее многообразии и богатстве. «Пою мои мечты, природу и любовь // И дружбу верную...» пишет он в послании к Чаадаеву 1821 г.

Вместе с тем вольнолюбивым духом проникнута и интимная лирика Пушкина этих лет, одними из основных мотивов которой являются мотивы изгнанничества и жажды свободы: новое послание к Чаадаеву (1821), «К Овидию» (1821), «Узник» (1822), ставший популярнейшей народной песней, «Птичка» (1823).

Равным образом горячо откликаясь на основные политические проблемы современности, будучи автором пламенных гражданских стихов, Пушкин всегда остается великим поэтом-художником. Высокие гражданские мысли неизменно облечены у него в замечательную художественную форму, возведены на степень большого и подлинною искусства. И это имело громадное значение для развития всей русской художественной литературы.

На почве романтизма начал складываться и пушкинский историзм стремление познать и отразить народную жизнь в ее движении, дать конкретное художественное изображение данной исторической эпохи. Это также явилось существеннейшей предпосылкой последующего пушкинского реализма. Но и в романтический период пушкинского творчества это уже приносило замечательные плоды. Так, в противоположность «Думам» Рылеева, написанным на темы русской истории, но содержавшим в себе весьма мало национально-исторического, в противовес их схематизму и отвлеченной дидактике, родственным классицизму XVIII в., Пушкин пишет свою «Песнь о вещем Олеге» (1822), в которой замечательно передает дух летописного рассказа, его, как он сам это определяет, «трогательное простодушие» и поэтическую «простоту». Эти черты получат полноценное художественное воплощение в созданном три года спустя образе летописца Пимена.
Еще более ярким образцом пушкинского историзма является в своем роде этапное стихотворение «Наполеон», написанное в 1821 г. в связи со смертью Наполеона. Сам Пушкин называл поначалу это стихотворение «одой». Но оно имеет глубокое принципиальное отличие от од XVIII в.: не только дает строго последовательное и вполне реальное, лишенное какого бы то ни было условного мифологического реквизита изображение исторической деятельности Наполеона, но и осмысляет эту деятельность во всех ее противоречиях, в ее сильных и слабых сторонах. Именно на основе этого осмысления, резко противостоящего традиционно-односторонней оценке Наполеона как «хищника» и «свирепого тирана» оценке, которой следовал и сам Пушкин в своих лицейских стихах (см., например, «Наполеон на Эльбе», 1815), поэт даст три года спустя замечательную по своей диалектической остроте и глубине политическую характеристику Наполеона: «Мятежной Вольности наследник и убийца» («Недвижный страж дремал...», 1824). В этой характеристике подчеркнута и историческая закономерность возвышения Наполеона в результате французской революции XVIII в., и предательство им завоеваний революции: провозглашение себя императором и сосредоточение в своих руках абсолютной власти.

Углубляющийся историзм Пушкина заставляет его все пристальнее вглядываться в события современности и стараться осмыслить их историческую сущность. Поражение одного за другим западноевропейских национально-освободительных движений, усиливающаяся реакция Священного союза, возглавляемого императором Александром I, разгром кишиневской ячейки «Союза благоденствия», арест В. Ф. Раевского все это наносит тяжелые удары по политическому романтизму Пушкина, по его надеждам на неизбежное близкое торжество освободительного движения «народов» против «царей».

В стихотворении «Кто, волны, вас остановил...» (1823) поэт еще продолжает призывать революцию:
Взыграйте, ветры, взройте воды,
Разрушьте гибельный оплот!
Где ты, гроза символ свободы?
Промчись поверх невольных вод.
Но он все меньше и меньше верит в действенность этих призывов; в его стихах начинают все громче звучать ноты скепсиса и неудовлетворенности окружающим, проявляется ироническое отношение к «возвышенным чувствам», к романтическому восприятию действительности. Эти настроения сквозят в послании 1822 г. «В. Ф. Раевскому» («Ты прав, мод друг...»), в черновом наброске «Бывало, в сладком ослепленье...» (1823) и, наконец, в обобщающем все эти мотивы стихотворении «Демон» (1823), являющемся одним из значительнейших произведений данного периода.

К темам разочарования в дружбе, в любви, развивающим и углубляющим аналогичные мотивы ранних элегий Пушкина, присоединяется теперь новая тема разочарование в «вольнолюбивых надеждах», признание тщетности порывов к свободе. Сперва поэт, верный романтическому культу «героев», готов винить «народы» в том, что они не поддержали своих вождей и рабски терпеливо сносят невольничий ярем («Свободы сеятель пустынный...», 1823). Однако острый кризис романтического мировосприятия вызывает в Пушкине потребность более трезвым, «прозаическим» глазом взглянуть на действительность, увидеть ее такой, какая она есть. И проявляется это именно в пересмотре поэтом своей прежней восторженной романтической оценки «героев».

Еще раньше, в уже упомянутом стихотворении 1821 г. «Наполеон», романтически приподымая образ французского императора, излюбленного героя поэтов-романтиков, Пушкин вместе с тем подчеркивал его безмерное честолюбие, крайний эгоизм, жажду личной власти и презрение ко всему человечеству. Эти «наполеоновские» черты Пушкин начинает считать теперь типичными для романтического героя-индивидуалиста, «современного человека», видя в них выражение духа эгоистического века, века зарождающихся буржуазных отношений. В начатом как раз в особенно острый момент кризиса «Евгении Онегине» поэт прямо заявляет: «Мы все глядим в Наполеоны, // Двуногих тварей миллионы // Для нас орудие одно...» Вообще приступ к работе над романом в стихах «Евгений Онегин» центральным произведением всего пушкинскою творчества был наиболее ярким выражением и результатом кризиса романтического мировосприятия поэта (см. об этом подробнее в примечаниях к «Евгению Онегину» в т. 4).
Примерно в это же время Пушкин постепенно переоценивает личность и деятельность столь героизированного им несколько лет назад вождя греческого восстания Александра Ипсиланти; полное свое выражение это нашло в написанной позднее, уже в 30-е гг., повести «Кирджали», где симпатии Пушкина явно на стороне не героя-индивидуалиста, а «миллионов» рядовых участников восстания. Но складывалось такое критическое отношение уже в пору южной ссылки.
В новой, «северной» ссылке, в Михайловском, Пушкина со всех сторон обступил мир русской народной жизни. Находясь в окружении русской природы, вступая в близкое соприкосновение с крестьянами, слушая сказки и песни няни, поэт непосредственно приобщался к глубоко захватившему и пленившему его русскому народному творчеству. В его произведениях углубляются черты «народности» национальной самобытности и, в прямой связи с этим, все определеннее утверждается «поэзия действительности» реализм.

Пушкинская лирика 18241825 гг. не была замкнута в эгоистический круг «самолюбивых», узколичных переживания поэта, она откликалась на все зовы жизни, на «все впечатленья бытия». По-прежнему широко развернуты в ней мотивы дружбы, любви (третье послание Чаадаеву: «К чему холодные сомненья..», «Ненастный день потух..», «П. А. Осиповой», «19 октября», «Сожженное письмо», «Храни меня, мой талисман..», «Я помню чудное мгновенье...» и т. п.). Звучит в стихах этих лет и тема гонения («К Языкову», «19 октября»). Особенно значительна в этом отношении историческая элегия «Андрей Шенье» (1825), посвященная трагической гибели столь любимого Пушкиным французского поэта. Здесь в упор поставлен вопрос о двух возможных для писателя путях творчества активном участии в общественной жизни, в борьбе за свободу народа или уходе в спокойную, частную жизнь, в интимные радости: наслажденья дружбой, любовью. По существу Пушкин возобновляет здесь давнюю тему знаменитою «Разговора с Анакреоном» Ломоносова и решает ее именно так, как в свое время решал Ломоносов. Долг поэта служить «пользе общества». Когда возникает необходимость выбора между личным счастьем и благом «отечества», народа, поэт безусловно обязан выбрать путь «гражданина».

В «Андрее Шенье» победа «гражданина» буквально врезывается в сознание читателя острым стилистическим приемом того же рода, что и переход от стихов к прозе в «Разговоре книгопродавца с поэтом», необыкновенно выразительной сменой метров. Традиционный минорно-элегический размер шестистопный ямб, в который облечены интимно-лирические раздумья Андрея Шенье, внезапно в момент резкого перелома его душевного состояния, когда в поэте, поддавшемся было «малодушным» чувствам, снова пробуждается «великий гражданин», сменяется мажорным, энергическим четырехстопным ямбом:
Погибни, голос мой, и ты, о призрак ложный,
Ты, слово, звук пустой...
О нет!
Умолкни, ропот малодушный!
Гордись и радуйся, поэт:
Ты не поник главой послушной
Перед позором наших лет;
Ты презрел мощного злодея... и т. д.
В «Андрее Шенье» сказывается ограниченность политического мировоззрения Пушкина (неприятие им якобинского периода французской революции, которое поэт разделял со многими декабристами и которое неоднократно заявлялось им в его политических стихах «Вольность», «Кинжал»). Но насквозь пронизанное прежним вольнолюбивым духом, явно снимающим горький пессимизм стихов о сеятеле, пушкинское стихотворение звучало в русской общественно-политической обстановке того времени в высшей степени революционно. Недаром цензура изъяла из пего больше сорока строк, которые позднее начали ходить в списках под названием «Стихи на 14-е декабря». Властям «дух» этого сочинения казался столь предосудительным, что именно в связи с ним, уже после торжественного возвращения Николаем I Пушкина из ссылки, за поэтом был установлен секретный полицейский надзор, который продолжался до самой его смерти.

Вольнолюбием пронизан и ряд других стихотворений Пушкина этой поры: таково, например, уже упоминавшееся послание к Языкову («Издревле сладостный союз...») и в особенности обобщающая и подымающая на новую ступень анакреонтику послелицейских лет мажорно-оптимистическая «Вакхическая песня» с ее знаменитой призывной концовкой здравицей, возвещающей неминуемую победу «разума» над «ложной мудростью», света над тьмой: «Да здравствует солнце, да скроется тьма». По-видимому, в конце 1824 г. набрасывает Пушкин остро-иронические стихи о Екатерине II «Мне жаль великия жены». Продолжает поэт «подсвистывать» и своему давнему недругу главе русской и европейской реакции, царю Александру I; весьма вероятно, что именно к этому времени относится эпиграмма «Воспитанный под барабаном..», не дошедший до нас еще один ноэль, о котором Пушкин упоминает в письме к брату от 20 декабря 1824 г., добавляя, что за него он может попасть «в крепость», острая «вольная» шутка «Брови царь нахмуря...», наконец, уж совсем мятежные строки чернового наброска «Заступники кнута и плети...». Создание этою наброска, видимо, находится в связи с признанием Пущина, по время посещения им Михайловского, о существовании тайного общества и подготовке вооруженного переворота. Тогда же написан и целый фейерверк пушкинских эпиграмм; зтот боевой жанр был весьма популярен в поэзии того времени, издавна культивировался Пушкиным и доведен им до небывалой меткости и силы. Таковы, например, эпиграмма на Каченовского «Охотник до журнальной драки...»; знаменитый ответ своим литературным противникам «Ex ungue leonem» и в особенности «Сказали раз царю...», новая эпиграмма на бывшего одесскою начальника Пушкина графа Воронцова, по доносам которого поэт и был выслан из Одессы в глухое псковское захолустье. Эпиграмма эта, не уступая по силе негодования и презрения прогремевшей одесской эпиграмме Пушкина на того же Воронцова «Полу-милорд, полу-купец...» продолжает и развивает тему последней: предсказание поэта сбылось; бесстыдно подлаживаясь к царю, лжелиберал Воронцов из «полу-подлеца» стал подлецом полным. По-видимому, тогда же Пушкин набросал одно из самых сильных сатирических своих произведений, оставшееся незавершенным стихотворение «О муза пламенной сатиры!» которое, по свидетельству одного из осведомленных современников, близкого приятеля поэта, С. А. Соболевского, Пушкин хотел предпослать в качестве введения замышлявшемуся им отдельному изданию своих эпиграмм.

Новым освободительным гуманистическим духом проникнута не только политическая лирика Пушкина; и любовные его стихи исполнены столь большой силы, искренности и чистоты чувства, противостоящих как лицемерно-патриархальной, феодально-аристократической, так и буржуазно-мещанской морали, что при всем их глубоко личном характере они являются яркими проявлениями нового передового общественного сознания.

Страшное потрясение Пушкина известием о разгроме вооруженного восстания декабристов и жестокой правительственной расправе над ними особенно остро отозвалось именно па лирике поэта. После исключительного расцвета пушкинской лирики в первые семнадцать месяцев пребывания в Михайловском, за восемь месяцев 1826 г. (выехал из Михайловского 4 сентября) Пушкиным написано, не считая немногих мелочей и черновых отрывков, всего семь стихотворений, причем на содержании большинства из них прямо или косвенно отразились мысли и переживания поэта, связанные с трагическим исходом восстания декабристов. Так, странное равнодушие, с которым поэт писал о смерти еще недавно столь любимой им женщины («Под небом голубым страны своей родной...») объясняется тем, что он как раз в это время узнал о казни пяти декабристов, о чем сделал пометку в рукописи стихотворения. Прямо связано с разгромом декабристов стихотворное послание к П. А. Вяземскому: «Так море, древний душегубец...».

26. Лариса 1) Первые лит. общества: «Вольное общество любителей словесности, наук и художеств»; «Дружеское литературное общество»
Оживление русской общественно-политической жизни в первые годы 19в. нашло отражение в развитии и обострении идейной борьбы. Ее предметом становятся вопросы о государственном и общественном устройстве страны, о самодержавии и крепостном праве. Потребность объединить силы побудила группу представителей передовой общественной мысли организовать Вольное общество любителей словесности, наук и художеств. Оно было учреждено в Петербурге 15 июля 1801г. (первоначально под названием Дружеского общества любителей изящного) по инициативе Борна и Попугаева и на первых порах состояло из нескольких молодых людей, окончивших гимназию при Академии наук. Общество объединяло не только литераторов, но и молодых ученых и художников. Так, в числе первых его членов были астроном Дмитриев, филолог Востоков, составитель «Словаря древней и новой поэзии» Остолопов, профессор Г.А. Глинка, художник Иванов, скульптор Теребенев. Но преобладали среди членов Общества литераторы. Это Пнин, Каменев, Измайлов, Радищев (сын того Радищева, который написал «Путешествие из Петербурга в Москву»), Писарев, Батюшков.
Среди членов Общества было немало разночинцев и вообще людей, не принадлежащих к привилегированной среде, социально ущемленных. Например, Попугаев был сыном мастера, а Пнин был побочным сыном князя Репнина, Каменев – сыном купца, Борн – учителем русского языка.
Объединению этому надлежало занять видное место в истории русской литературной и общественной жизни начала XIX в., поскольку оно являлось гнездом молодых писателей и публицистов, продолжавших своей деятельностью линию философского и социально-политического радикализма, связанного на русской почве в первую очередь с именем Радищева. Вольное общество с наибольшей полнотой и четкостью выражало в русской литературе 1800-х годов становление буржуазно-демократических тенденций и в этом смысле служит важным соединительным звеном между Радищевым и декабристами. А собственно литературная практика ряда участников Вольного общества сыграла немаловажную роль в формировании того литературного процесса, который подготовил творчество Пушкина.
Как писал попугаев, «предметом упражнений своих избрало Общество словесность, науки и художества, с целью взаимно себя усовершенствовать в этих трех отраслях и способствовать их усовершенствованию». Их девиз: «Согласием растут малые дела, несогласием уничтожаются великие». Просветительские идеи нашли выражение в периодических изданиях, которые выпускались Обществом или были с ним связаны. В 1802 и 1803 гг. вышли 2 части альманаха «Свиток муз», а в 1804г. – единственный номер журнала «Периодическое издание Вольного общества любителей словесности, наук и художеств» (проникнитесь глубиной и оригинальностью названия данного журнала). К направлению Общества были близки журналы «Северные вестник» (1804-1805) и «Лицей» (1806), издававшиеся Мартыновым, «Журнал русской словесности» (1805) Брусилова, члена Общества, «Цветник» (1809-1810) Измайлова и Бенитцкого, «Санкт-Петербургский вестник» (1812), созданный по решению общества. Три общественных вопроса стали основными на страницах журналов: крепостное право, государственное устройство, просвещение. Мнение высказывались различные, были значительные расхождения в частностях, но все они осуждали крепостное право, выдвигали требование строгой законности и ограничения абсолютизма, пропагандировали необходимость широкого просвещения. Так, «Северный вестник» отстаивал необходимость лучших законов и новых просветительских мероприятий. Там была опубликована переводная статья «Опыт о Великобритании», восхвалявшая английскую конституцию. А в «Журнале российской словесности» в 1805г. посмертно был напечатан диалогический этюд Пнина «Сочинитель и цензор», где автор возражал против предварительной цензуры и отстаивал общественную полезность истины.
Наиболее полным изложением общественно-политических взглядов русский просветителей 19в. явилась изданная в 1804г. книга Пнина «Опыт о просвещении относительно к России», где автор усматривает причину общественного зла в невежестве народа. Поэтому просвещение – путь к общему благу. Пнин также выступает против деспотизма. Власть должна не повелевать, а управлять, т.е. наблюдать правосудие, сохранять законы, распространять просвещение. Однако Пнин не поднимался до революционности, хотя и выдвигал в своей книге требование освободить крестьян: «Снять оковы с народа, возвратить людей человечеству, граждан – государству». За это книги Пнина были конфискованы с мест продажи, а переиздание запрещено.
В 1807г. анонимно вышла 1-я часть трактата Попугаева «О благоденствии народных обществ», где автор выступал против крепостного рабства и социального неравенства. Выступлением против крепостного права явился очерк Попугаева «Негр», прочитанный автором в Обществе в 1801г. и дважды опубликованный. Понимая политическую злободневность очерка, Попугаев в 1-й публикации снабдил его подзаголовком: «Перевод с испанского», что в целях маскировки нередко делали литераторы того времени. Кроме этого, они пользовались образами угнетенных невольников различных колониальных стран для критики крепостного права в России, рассчитывая на то, что читатель сует применить нарисованную картину к русской крепостнической действительности.
Но ни Пнин, ни Попугаев не были сторонниками народовластия. Они не считали, что для достижения общественного блага нужно ликвидировать сословный строй и монархию. Залог свободы – в соблюдении законов, в справедливости и просвещении. Оба остаются на просветительских позициях.
Вольное общество любителей словесности, наук и художеств играло наиболее прогрессивную роль в 1-й период своего существования (1801-1807). В конце 1803 г. Вольное общество было официально утверждено правительством. При этом нужно сказать, что учредители общества Борн, Попугаев и Волков выступали за сохранение прежней интимной обстановки дружеского объединения, новые же члены, во главе с Д. И. Языковым, настойчиво стремились к тому, чтобы вывести общество на более широкую дорогу, и одержали в этом отношении победу. Споры по данному вопросу служили отражением более глубоких противоречий, корни которых лежали в идеологической сфере. Уже на самых первых порах «дружеское сословие» раздирали ожесточенные распри. Общество раскололось на две «партии». Первую из них составляли Попугаев и Борн, к которым примыкали еще некоторые из членов-учредителей. Вторая партия возглавлялась Д. И. Языковым, А. Е. Измайловым, Н. А. Радищевым и объединяла большинство «новых» членов общества. Некоторые участники кружка, как, например, А. Х. Востоков, занимали промежуточную нейтральную позицию.
15 июля 1805 г. президентом общества, вместо И. М. Борна, был избран И. П. Пнин, стоявший по целому ряду важнейших социально-политических вопросов правее Попугаева и Борна. С именем И. П. Пнина связана попытка консолидации сил Вольного общества и еще большего расширения круга деятельности. Старания эти были прерваны кончиною Пнина.
В 1807 г. языковская «партия» одержала в Вольном обществе полную победу: Попугаев и Борн были забаллотированы на выборах, президентом стал Д. И. Языков, а секретарем А. Е. Измайлов. Общество вступило в новый период существования и, вместе с тем, стало приходить в явный упадок. Под руководством Д. И. Языкова, а вслед за ним Д. В. Дашкова и Н. И. Греча, оно превратилось в совершенно нейтральную в политическом отношении организацию, литературно же придерживалось карамзинистской ориентации. В 1811 г. из общества были окончательно вытеснены Попугаев и Борн. В конце 1812 г. общество прекратило свои занятия с тем, чтобы возобновить их через четыре года уже на совершенно иной основе и в ином составе. Это по существу уже новое общество («Измайловское» по имени своего председателя А. Е. Измайлова, или «Михайловское» по месту заседаний в Михайловском замке), сохранившее от прежнего времени одно лишь название. Объединяя множество мелких литературных сотрудников Измайловского журнала «Благонамеренный», Вольное общество просуществовало до середины 1820-х годов, всегда оставаясь на периферии «большой» литературной жизни.
Дружеское литературное общество - недолговечное русское литературное общество, существовавшее в Москве в 1801 году.
Объединение литераторов-единомышленников из воспитанников и позднее выпускников Московского университетского пансиона складывалось в конце XVIII века. Инициатором общества был Андрей Иванович Тургенев. В 17971800 он возглавлял предромантический литературный кружок в пансионе, оформившийся в 1801 году как Дружеское литературное общество.
Цели общества: поиски новых эстетических идеалов, служение добродетели и истине. В круг интересов Общества входили не только художественные произведения, но также философские и политические сочинения. А речи, произносимые на собраниях, посвящались не только литературным, но и морально-общественным вопросам. Так, Жуковский выступал с речами о дружбе, о страстях, о счастье. Андрей Тургенев произнес речь, в которой восхвалял любовь к отечеству как высшую добродетель человека, ссылаясь на «величайших героев древности», «воспаляющих» потомков к великим делам. В его речи, произнесенной после убийства Павла I и вступления на престол Александра I выражается надежда, что новый царь откажется от того, чтобы перед ним «пресмыкались во прахе рабы» и благословит «все предприятия» своих сынов. Члены Дружеского общества разделяли надежды передовых людей начала века на предстоящие преобразования в государстве. Мерзляков говорил о внешних препятствиях, лежащих на пути молодого писателя (бедность и образ правления), а также о том, что «русская литература не имеет еще собственных образцов во всех родах сочинения, русские писатели рождаются, ТАК СКАЗАТЬ (цитата), во французской библиотеке). Воейков осуждал депотизм. Другая часть общества – Жуковский, Александр Тургенев, Михаил Кайсаров, Родзянко – придерживались значительно более умеренных взглядов, выдвигая на первое место вопросы морали, личных, а не общественных добродетелей.
Первое заседание состоялось 12 января 1801г., где были утверждены «Законы Дружеского литературного общества». В него вошли, помимо А. И. Тургенева, братья Кайсаровы, Мерзляков, Жуковский, Александр Тургенев, Родзянко. Объединенные родством и воспитанием (большинство членов Общества были воспитанниками пансиона при Московском университете), связанные с масонской традицией, выросшие на чтении повестей Карамзина, члены Общества открывали новую литературную страницу. Увлечение штюрмерской литературой, молодым Шиллером сочеталось в их сознании с политическим бунтарством, жаждой свободы. Призывы к борьбе с тиранами получали в обстановке последних месяцев павловского царствования вполне конкретное политическое звучание. Ведущая группа членов Общества осуждает и придворное искусство XVIII века, и «легкую поэзию» карамзинистов, требуя героики и гражданственности. Одновременно выдвигается и другое требование народности. На заседаниях Общества в доме Воейкова в Москве, у Девичьего монастыря, разгоралась острая полемика. Андрей Тургенев, Мерзляков, Воейков и Андрей Кайсаров стремились придать диспутам политическую окраску, а в литературном отношении ориентировались на Шиллера. Жуковский и Александр Тургенев склонялись к литературным принципам Карамзина и стремились ограничить заседания моральными и эстетическими дискуссиями. Поклонник Стерна Михаил Кайсаров проповедовал скептическую философию Беркли, а Семен Родзянко был настроен религиозно-мистически. Именно благодаря молодым спорам, искренности исканий начинающих поэтов Общество стало не только важнейшим событием в творческих биографиях его участников, но и вехой в развитии русской литературы. На заседании общества молодые русские писатели и поэты размышляли о путях лучшей службы Отечеству, искали идеал истинного сына Отечества, гражданина, патриота. На заседаниях общества был сделан, в частности, доклад А. И. Тургенева «К Отечеству», где автор призывал слушателей деятельно служить отечеству, «быть его сынами, с опасностию всего жертвовать его благоденствию». Доклады участников «Дружеского литературного общества» дошли до нашего времени и являются памятниками русской философской мысли н. XIX в. На основе программы и устава общества была составлена программа литературного кружка «Арзамас». В ноябре того же года оно перестало существовать. В Дружеском литературном обществе, как в фокусе, сошлись основные направления молодой литературы 18001810-х годов: романтизм Жуковского, гражданская поэзия, связанная с традицией XVIII века и идеями Просвещения (Мерзляков), и преддекабристское идейно-литературное движение (Андрей Тургенев, Андрей Кайсаров). 2) Социальная и нравственная проблематика в романе Пушкина «Капитанская дочка».
В 30-е гг., в связи с резко усилившимися крестьянскими волнениями, в которых современники готовы были видеть начало «новой пугачевщины», Пушкин в ряде своих произведений настойчиво обращается к наиболее острой и волнующей проблеме русской социально-общественной действительности – теме крестьянского протеста, крестьянского восстания. Наиболее широко и непосредственно эта тема развернута в исторической повести «Капитанская дочка».
В этом произведении с особенной силой проявилось сказавшееся в Пушкине, начиная с «Бориса Годунова», стремление быть верным «истине исторической». При создании «Капитанской дочки» он соединил в себе художника и исследователя-историка. Пушкин едет на места, где происходят изображаемые им события, расспрашивает свидетелей тех событий. Для верного воссоздания эпохи Пушкин обращается к произведениям художественной литературы 18в., особенно к произведениям Фонвизина. На основе их он воспроизводит быт и характеры персонажей. Например, фигура незадачливого гувернера-француза, мосье Бопре. Эта фигура не только представляет, так сказать, собирательный образ французов-учителей, высмеивающихся в сатирической литературе 18в., но и перекликается с французом-учителем из «Путешествия из Петербурга в Москву» (хоть убейте, не помню, где он там был). У Пушкина мосье Бопре показан без сатиры, в мягких юмористических тонах. Капитан Миронов, его жена и «кривой поручик» - люди простые и неученые, с весьма ограниченным кругозором. Они не лишены типических недостатков своего времени. Белинского возмущало «правосудие» капитанши Василисы Егоровны, полновластно распоряжавшейся своим простодушным супругом и всем хозяйством его «фортеции». Но в то же время эти простые люди, представители рядового провинциального офицерства, которые живут простой и немудреной жизнью, умирают подлинными героями, бесстрашно отдавая свою жизнь за то, что они считают своим долгом.
Петр Андреевич Гринев рисует свои детские годы в чертах, прямо повторяющих историю воспитания фонвизинского недоросля. Белинский называл характер Гринева «ничтожным» и «бесцветным». Однако Пушкин показывает характер Гринева в становлении, движении, развитии. По началу – перед нами, действительно, беспечный и легкомысленный помещичий сынок, бездельник-недоросль, с рождения записанный в сержанты гвардии и мечтающий о веселой, исполненной удовольствий жизни столичного гвардейского офицера. Эти черты наглядно проступает при встрече Гринева в Симбирске с гусарским офицером Зуриным и в грубом обращении с преданным ему Савельичем. Однако это лишь показная «взрослость», в душе Гринёв раскаивается, и сразу после отъезда из Симбирска просит прощения у Савельича. Его доброта также сказывается и в щедром подарке неизвестному мужику, который спас его во время бурана, а также в жалости к изувеченному башкирцу (помните, который без языка был), и в то, как рискуя всем, он бросился на выручку захваченному пугачевцами Савельичу. Глубина натуры проявилась и в любви Гринева к Маше Мироновой, ради которой он готов был на любые опасности. Под действием суровой школы его хорошие черты и задатки окрепли и закалились.
Образ Гринева-отца напоминает образ Стародума, в котором Фонвизин выразил свой идеал истинного дворянина. Не имея образованности Стародума и его передовых взглядов, Гринев-отец похож на него своей патриархальной простотой, честностью, глубокой принципиальностью. В лице Гринева-отца Пушкиным дан глубоко жизненный, правдивый, разносторонний образ – сочетание положительных черт с недостатками, присущими ему как представителю своего времени и своего класса: суровое обращение с женой, крутая расправа с французом-учителем и в особенности возмутительно-грубый тон письма к Савельичу. С другой стороны, его неподкупная честность, прямота, твердость духа и характер внушают к нему уважение.
С такой же разносторонностью дан в романе единственный безусловно отрицательный образ – сосланный в Белогорскую крепость «за душегубство» богатый столичный гвардейский офицер Швабрин. Он умен, образован, у него меткий глаз и острый язык, он интересный собеседник. Одновременно с этим, он лишен моральный устоев, ради личной выгоды готов совершить любой бесчестный поступок. Пушкин показывается, как под влиянием конкретно-исторических условий, в определенной общественной среде мог сложиться подобный характер. В образах Гринева и Швабрина заключенный социальные обобщения, непосредственно связанные с пушкинской концепцией двух «дворянств» - коренного, т.е. старинного дворянства, сыгравшего в свое время важную роль в русской истории, но потерявшего свое былое значение в эпоху непрерывных дворцовых переворотов, циничного фаворитизма (представителями этого дворянства являются Гриневы) и выдвинувшейся как раз в эту эпоху, развращенной ею новой знати, лишенной исторических традиций, чувства чести, долга, послушных прислужников самодержавие, алчных хищников, грабящих страну и народ. Швабрин как раз является представителем такой новой знати, бойко болтающим по-французски и презирающим свое, отечественное, народное. Его переход на сторону Пугачева продиктован не только стремление сохранить свою жизнь, уничтожить соперника и принудить Машу Миронову выйти за него замуж, но и расчетом, в случае успеха Пугачева (Швабрин воспринимает его в соответствии с характером эпохи в качестве очередного дворцового переворота), сделать при нем карьеру.
В главах, в которых тема Маши Мировой развертывается наиболее широко, даны эпиграфы, взятые из народных песен, пословиц. Из семнадцати эпиграфов, данных в романе, десять заимствованы из народного творчества. Это не только окружает роман Пушкина особой атмосферой народности, но и вполне соответствует его содержанию. В сюжет «Капитанской дочки» не только введено большое количества персонажей из народа, но многие из них развернуты в яркие полновесные художественные образы (например, полярным друг другу, но одинаково порожденным крепостнической действительностью образам Савельича и Пушкина).
Савельич наивно убежден, что крепостные крестьяне существуют лишь для того, чтобы всю жизнь работать на своих господ и находиться в их полном подчинении. Но его преданность своим господам далека от рабской приниженности (в ответ на письмо Гринева-отца он с упреком пишет «я не старый пес, а ваш верный слуга). Большое внутреннее благородство его натуры раскрывается в его бескорыстной привязанности к Петру Гриневу. Образом Савельича Пушкин наглядно и убедительно опровергал тех современных ему дворян-крепостников, которые заявляли, что крепостные не способны ни на какие благородные чувства и поступки.
В литературе до Пушкина установилась традиция изображения Пугачева в качестве исчадия зла. Пушкин же постарался дать его образ со всей доступной ему «истиной исторической». Образ бунтаря предстает в романе Пушкина во всей его суровой социально-исторической реальности. Пугачев беспощаден по отношению к своим врагам, к тех, кто не хочет признавать законность его власти (жестокая расправа после взятия Белогорской крепости). Но он говорит Гриневу: «Ты видишь, что я не такой еще кровопийца, как говорит обо мне ваша братия». Пугачеву в высшей степени присуще чувство справедливости. Он вступается за слабых, обездоленных, обиженных (например, когда Гринев заявляет, что уехал в Белогорскую крепость чтобы спасти «сироту, которую там обижают», Пугачев, узнав, кто посмел такое совершить, обещает повесить Швабрина, чтобы знал «каково у меня своевольничать и обижать народ). В то же время Пугачев способен испытывать глубокую признательность, он помнит доброту людей (собственно, заячий тулупчик-с). Пушкин особенно ярко показал в Пугачеве те черты – «смелость и смышленость», - которые он считал характерными для русского крестьянина и вообще для русского человека. Пугачев отличается широтой и размашистостью души (Казнить, так казнить, жаловать, так жаловать: таков мой обычай»), вольным и мятежным духом, героической удалью и отвагой. Пугачев также наделен «веселым лукаством ума, насмешливостью и живописным способом выражаться», которое Пушкин считал характерным свойством русского человека – «отличительной чертой в наших нравах».
В период работы над «Историей Пугачева» и «Капитанской дочкой» Пушкин особенно много размышлял над проблемой народного, крестьянского восстания. В противоположность Радищеву Пушкин не верил в возможность успеха, а отсюда и целесообразность народного крестьянского восстания. Устами Гринева он называет пугачевское восстание «бунтом бессмысленным и беспощадным». Вместо исчадия ада в образе Пугачева предстает яркое воплощение многих существенных черт русского национального характера. «Капитанская дочка» - поиски путей к сближению с народом. В то же время Пушкин убеждается в невозможности объединения дворянина с крепостным крестьянином в общей борьбе против угнетающего политического строя. «Весь черный народ был за Пугачева Одно дворянство было открытым образом на стороне правительства выгоды их были слишком противуположны», - пишет Пушкин в «Истории Пугачева». Гринев, являющийся положительным представителем своего класса, сберег свою честь незапятнанной, хотя и был связан с Пугачевым крепкой взаимной симпатией. В этой иллюзии, основанной на «уважении к человеку, как человеку», Белинский видел смысл пушкинского гуманизма.
В историческом романе Пушкина мы переносимся их патриархальной дворянской усадьбы центральных областей России в маленькую глухую крепость на далекой степной окраине; из затерянного в бесконечных снежных просторах казачьего постоялого двора и простой крестьянской избы в великолепную резиденцию императрицы Екатерины II. Перед нами проходят меткие типические образы людей того времени – провинциального и столичного дворянства, высшего и низшего офицерства, солдат, казаков, крепостных крестьян, безропотно несущих свое иго, и крестьян, восставших против своих угнетателей. И все эти обобщенные, типические образы обладают яркой индивидуальностью, показаны с исключительной психологической и исторической правдой; все они поставлены в определенные условия места и времени, несут на себе характерные черты данной исторической эпохи.
Не будучи, в силу классовых особенностей своего мировоззрения, сторонником крестьянской революционности, Пушкин, как мыслитель и художник, стремился раскрыть корни крестьянских движений и их характерные особенности. Сама постановка этой темы Пушкиным, который, хотя и не принимая методов крестьянской расправы с помещиками, сочувствовал угнетенному народу, приобрела, в условиях николаевского режима, выдающееся общественное значение. Проблема крестьянских восстаний является содержанием «Истории Пугачева», она отражена в «Капитанской дочке».
Выступив в печати как историк, Пушкин уже самым выбором в герои Пугачева бросил вызов дворянскому обществу и дворянской историографии. Он прекрасно учитывал это и вынужден был собственные концепции маскировать и самую полемику свою с традиционными взглядами давать в завуалированном виде. Однако истинные точки зрения самого Пушкина вскрываются ныне с абсолютной несомненностью, свидетельствуя об общей прогрессивности пушкинской «Истории», ее полемичности, ее попытке намекнуть на подлинную сущность облика Пугачева.
Жизнь и интересы помещиков, быт и характер крепостных, типы и судьбы дворянских «недорослей», зарисовки жизни военных и суда, быт захолустных крепостей, скрывающих «старинных людей», порой смешных в повседневной жизни, но умеющих в минуты необходимости становиться героями, батальные сцены, картины пытки, положение забитых народностей, очерки придворного круга Екатерины и, наконец, в центре всего впервые ставшая предметом художественного изображения «пугачевщина», таков громадный круг тем и предметов, охваченный Пушкиным в сравнительно небольшом романе.

Широта проблематики выводит "Капитанскую дочку" за пределы жанра исторического романа. Материал истории послужил Пушкину отправной точкой для создания многопланового произведения. "Капитанская дочка" - это и семейная хроника Гриневых, и роман-биография самого мемуариста Петра Гринева, и роман воспитания (история становления характера дворянского "недоросля"), и роман-притча (судьбы героев - развернутая нравственная максима, ставшая эпиграфом к роману: "Береги честь смолоду").
Проблематика романа, его жанровые и сюжетно-композиционные особенности обусловлены избранным Пушкиным типом повествования и самой фигурой рассказчика.
Проблематика романа включала, помимо вопросов, связанных с крестьянским восстанием, нравственные, национальные, философские, психологические аспекты. Представление пугачевского бунта как значительного исторического события привлекало внимание к фигуре предводителя. Обрисовка его образа была связана с исследованиями народного характера. С другой стороны, противостоящее Пугачеву дворянство было представлено как социальный слой, имевший глубокие традиции (проблемы чести, совести, службы), но находившийся в переходном состоянии, благодаря влиянию просвещения, знакомство с которым формировало личность. Внимание к субъективным оценкам происходящего потребовало психологической проработки образов. Наконец, изображая переломное время в жизни России, автор продолжал исследование проблемы "маленький человек в большой истории" (с ней связано название романа), что вносило в освещение событий философский оттенок. Поступки героев мотивированы воспитанием, условиями формирования характера, бытовым укладом, зависящим в то же время от своеобразия внутреннего склада.

Положение и требования народа, взаимоотношения помещиков и крестьянства и проблемы государственной внутренней политики, крепостное право и морально-бытовые стороны жизни дворянства, обязанности дворянства перед народом, государством и своим сословием – таковы основные вопросы, поднятые Пушкиным в повести. Важнейшим из них является вопрос об историко-политическом смысле и значении крестьянского восстания.
Политическое сознание восставшего крестьянства Пушкин характеризует как стихийное. Типичной стороной, основой этого сознания является, однако, отчетливое понимание каждым участником движения его социальной направленности. Пушкин очень ясно показывает это в сцене приезда Гринева в Бердскую слободу. Караульные крестьяне захватывают Гринева и, не задумываясь о причинах странного явления, каким им должен был показаться добровольный приезд офицера к Пугачеву, не сомневаются в том, что “сейчас” или на “свету божьем” , но “батюшка” прикажет повесить дворянина-помещика. Но это типическое с разной силой логики и действия появляется у бердского караульного, у мужичка на заставе в “Пропущенной главе” , у Андрюшки – земского, у белогорских казаков, у ближайший помощников Пугачева. Пушкин показывает различные ступени этого сознания и, таким образом, добивается индивидуализации образов. Вместе с тем создается и единый образ восставшего народа.

Краткий пересказ (briefly.ru):
В основе романа лежат мемуары пятидесятилетнего дворянина Петра Андреевича Гринева, написанные им во времена царствования императора Александра и посвященные «пугачевщине», в которой семнадцатилетний офицер Петр Гринев по «странному сцеплению обстоятельств» принял невольное участие.
Петр Андреевич с легкой иронией вспоминает свое детство, детство дворянского недоросля. Его отец Андрей Петрович Гринев в молодости «служил при графе Минихе и вышел в отставку премьер-майором в 17 году. С тех пор жил в своей симбирской деревне, где и женился на девице Авдотье Васильевне Ю., дочери бедного тамошнего дворянина». В семье Гриневых было девять человек детей, но все братья и сестры Петруши «умерли во младенчестве». «Матушка была ещё мною брюхата,  вспоминает Гринев,  как я уже был записан в Семеновский полк сержантом». С пятилетнего возраста за Петрушей присматривает стремянной Савельич, «за трезвое поведение» пожалованный ему в дядьки. «Под его надзором на двенадцатом году выучился я русской грамоте и мог очень здраво судить о свойствах борзого кобеля». Затем появился учитель француз Бопре, который не понимал «значения этого слова», так как в своем отечестве был парикмахером, а в Пруссии солдатом. Юный Гринев и француз Бопре быстро поладили, и, хотя Бопре по контракту обязан был учить Петрушу «по-французски, по-немецки и всем наукам», он предпочел скоро выучиться у своего ученика «болтать по-русски». Воспитание Гринева завершается изгнанием Бопре, уличенного в беспутстве, пьянстве и небрежении обязанностями учителя.
До шестнадцати лет Гринев живет «недорослем, гоняя голубей и играя в чехарду с дворовыми мальчишками». На семнадцатом году отец решает послать сына на службу, но не в Петербург, а в армию «понюхать пороху» да «потянуть лямку». Он отправляет его в Оренбург, наставляя служить верно «кому присягаешь», и помнить пословицу: «береги платье снову, а честь смолоду». Все «блестящие надежды» молодого Гринева на веселую жизнь в Петербурге разрушились, впереди ожидала «скука в стороне глухой и отдаленной».
Подъезжая к Оренбургу, Гринев и Савельич попали в буран. Случайный человек, повстречавшийся на дороге, выводит заблудившуюся в метели кибитку к умету. Пока кибитка «тихо подвигалась» к жилью, Петру Андреевичу приснился страшный сон, в котором пятидесятилетний Гринев усматривает нечто пророческое, связывая его со «странными обстоятельствами» своей дальнейшей жизни. Мужик с черной бородою лежит в постели отца Гринева, а матушка, называя его Андреем Петровичем и «посаженным отцом», хочет, чтобы Петруша «поцеловал у него ручку» и попросил благословения. Мужик машет топором, комната наполняется мертвыми телами; Гринев спотыкается о них, скользит в кровавых лужах, но его «страшный мужик» «ласково кличет», приговаривая: «Не бойсь, подойди под мое благословение».
В благодарность за спасение Гринев отдает «вожатому», одетому слишком легко, свой заячий тулуп и подносит стакан вина, за что тот с низким поклоном его благодарит: «Спасибо, ваше благородие! Награди вас Господь за вашу добродетель». Наружность «вожатого» показалась Гриневу «замечательною»: «Он был лет сорока, росту среднего, худощав и широкоплеч. В черной бороде его показывалась проседь; живые большие глаза так и бегали. Лицо его имело выражение довольно приятное, но плутовское».
Белогорская крепость, куда из Оренбурга послан служить Гринев, встречает юношу не грозными бастионами, башнями и валами, а оказывается деревушкой, окруженной деревянным забором. Вместо храброго гарнизона инвалиды, не знающие, где левая, а где правая сторона, вместо смертоносной артиллерии старенькая пушка, забитая мусором.
Комендант крепости Иван Кузьмич Миронов офицер «из солдатских детей», человек необразованный, но честный и добрый. Его жена, Василиса Егоровна, полностью им управляет и на дела службы смотрит как на свои хозяйственные. Вскоре Гринев становится для Мироновых «родным», да и сам он «незаметным образом [] привязался к доброму семейству». В дочери Мироновых Маше Гринев «нашел благоразумную и чувствительную девушку».
Служба не тяготит Гринева, он увлекся чтением книг, упражняется в переводах и сочинении стихов. Поначалу он сближается с поручиком Швабриным, единственным в крепости человеком, близким Гриневу по образованию, возрасту и роду занятий. Но вскоре они ссорятся Швабрин с издевкой раскритиковал любовную «песенку», написанную Гриневым, а также позволил себе грязные намеки относительно «нрава и обычая» Маши Мироновой, коей эта песенка была посвящена. Позже, в разговоре с Машей, Гринев выяснит причины упорного злоречия, которым Швабрин её преследовал: поручик сватался к ней, но получил отказ. «Я не люблю Алексея Иваныча. Он очень мне противен»,  признается Маша Гриневу. Ссора разрешается поединком и ранением Гринева.
Маша ухаживает за раненым Гриневым. Молодые люди признаются друг другу «в сердечной склонности», и Гринев пишет батюшке письмо, «прося родительского благословения». Но Маша бесприданница. У Мироновых «всего-то душ одна девка Палашка», в то время как у Гриневых триста душ крестьян. Отец запрещает Гриневу жениться и обещает перевести его из Белогорской крепости «куда-нибудь подальше», чтобы «дурь» прошла.
После этого письма для Гринева жизнь стала несносной, он впадает в мрачную задумчивость, ищет уединения. «Я боялся или сойти с ума, или удариться в распутство». И только «неожиданные происшествия,  пишет Гринев,  имевшие важное влияние на всю мою жизнь, дали вдруг моей душе сильное и благое потрясение».
В начале октября 1773 г. комендант крепости получает секретное сообщение о донском казаке Емельяне Пугачеве, который, выдавая себя за «покойного императора Петра III», «собрал злодейскую шайку, произвел возмущение в яицких селениях и уже взял и разорил несколько крепостей». Коменданту предложено «принять надлежащие меры к отражению помянутого злодея и самозванца».
Вскоре уже все заговорили о Пугачеве. В крепости схвачен башкирец с «возмутительными листами». Но допросить его не удалось у башкирца был вырван язык. Со дня на день жители Белогорской крепости ожидают нападения Пугачева,
Мятежники появляются неожиданно Мироновы даже не успели отправить Машу в Оренбург. При первом же приступе крепость взята. Жители встречают пугачевцев хлебом и солью. Пленных, среди которых был и Гринев, ведут на площадь присягать Пугачеву. Первым на виселице гибнет комендант, отказавшийся присягнуть «вору и самозванцу». Под ударом сабли падает мертвой Василиса Егоровна. Смерть на виселице ждет и Гринева, но Пугачев милует его. Чуть позже от Савельича Гринев узнает «причину пощады» атаман разбойников оказался тем бродягой, который получил от него, Гринева, заячий тулуп.
Вечером Гринев приглашен к «великому государю». «Я помиловал тебя за твою добродетель,  говорит Пугачев Гриневу,  [] Обещаешься ли служить мне с усердием?» Но Гринев «природный дворянин» и «присягал государыне императрице». Он даже не может обещать Пугачеву не служить против него. «Голова моя в твоей власти,  говорит он Пугачеву,  отпустишь меня спасибо, казнишь Бог тебе судья».
Искренность Гринева поражает Пугачева, и тот отпускает офицера «на все четыре стороны». Гринев решает ехать в Оренбург за помощью ведь в крепости в сильной горячке осталась Маша, которую попадья выдала за свою племянницу. Особенно его беспокоит, что комендантом крепости назначен Швабрин, присягнувший Пугачеву на верность.
Но в Оренбурге Гриневу в помощи отказано, а через несколько дней войска мятежников окружают город. Потянулись долгие дни осады. Вскоре случаем в руки Гринева попадает письмо от Маши, из которого он узнает, что Швабрин принуждает её выйти за него замуж, угрожая в противном случае выдать её пугачевцам. Вновь Гринев обращается за помощью к военному коменданту, и вновь получает отказ.
Гринев с Савельичем выезжают в Белогорскую крепость, но у Бердской слободы они схвачены мятежниками. И снова провидение сводит Гринева и Пугачева, давая офицеру случай исполнить свое намерение: узнав от Гринева суть дела, по которому тот едет в Белогорскую крепость, Пугачев сам решает освободить сироту и наказать обидчика.
По дороге в крепость между Пугачевым и Гриневым происходит доверительный разговор. Пугачев отчетливо осознает свою обреченность, ожидая предательства прежде всего со стороны своих товарищей, знает он, что и «милости государыни» ему не ждать. Для Пугачева, как для орла из калмыцкой сказки, которую он с «диким вдохновением» рассказывает Гриневу, «чем триста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью; а там что Бог даст!». Гринев делает из сказки иной нравственный вывод, чем удивляет Пугачева: «Жить убийством и разбоем значит по мне клевать мертвечину».
В Белогорской крепости Гринев с помощью Пугачева освобождает Машу. И хотя взбешенный Швабрин раскрывает перед Пугачевым обман, тот полон великодушия: «Казнить, так казнить, жаловать, так жаловать: таков мой обычай». Гринев и Пугачев расстаются «дружески».
Машу в качестве невесты Гринев отправляет к своим родителям, а сам по «долгу чести» остается в армии. Война «с разбойниками и дикарями» «скучна и мелочна». Наблюдения Гринева исполнены горечи: «Не приведи Бог видеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный».
Окончание военной кампании совпадает с арестом Гринева. Представ перед судом, он спокоен в своей уверенности, что может оправдаться, но его оговаривает Швабрин, выставляя Гринева шпионом, отряженным от Пугачева в Оренбург. Гринев осужден, его ждет позор, ссылка в Сибирь на вечное поселение.
От позора и ссылки Гринева спасает Маша, которая едет к царице «просить милости». Прогуливаясь по саду Царского Села, Маша повстречала даму средних лет. В этой даме все «невольно привлекало сердце и внушало доверенность». Узнав, кто такая Маша, она предложила свою помощь, и Маша искренне поведала даме всю историю. Дама оказалась императрицей, которая помиловала Гринева так же, как Пугачев в свое время помиловал и Машу, и Гринева.
27. Ира 1)
Кюхельбекер был личностью незаурядной. В лицее над ним потешались (Пушкин: «и кюхельбекерно, и тошно»), в зрелости его мало читали. Но вместе с тем тот же Пушкин уважал К., Рылеев называл его «прелестным человеком», разборчивый на знакомства Грибоедов увидел в нем собрата-поэта.

Становление поэта К. неотделимо от становления его политических взглядов. Взять хотя бы его «Словарь» - свод философских, моральных, политических и литературных вопросов. П. в черновиках стихотворения «19 октября 1825 года» называет его «Наш словарь» - так высоко ценили друзья мнение Кюхельбекера. В процессе создания словаря К. вступает в «Священную артель» - одно из первых преддекабристских тайных обществ (там же были Вольховский, Пущин, Дельвиг). За стихотворение «Поэты» К. грозила ссылка, но его спас Дельвиг – для поездки в Италию в качестве секретаря Д. вместо себя советует взять Кюхельбекера, который знает много языков. К. уехал в Европу с концами. Там бушевали революции, там принимались конституции, он общался с Гёте и пропагандировал русскую литературу. К. возвращается в Россию, но ему здесь не рады. Он вновь примыкает к декабристам. В день восстания он ведет себя, как герой боевика – с оружием в руках поднимает массы, пытается вести за собой гвардейских солдат, стреляет в князя Михаила Павловича и ему одному удалось бежать с площади. Поймали его в Варшаве, дали 15 лет каторги. Каторгу заменили одиночным заключением – 10 лет. Потом ссылка. Но он выжил, продолжал писать, даже после того, как ослеп. Умер в 1846 г., дома, в окружении семьи.

Со стихами сложнее – нигде ничего не нашла, так что просто пройдусь по списку:
«Жизнь» (1820) Экзистенциальное стихотворение из 8 стихов (по-русски – строчек), в котором поэт говорит, что в юности юноша «полон пылающих дум, дерзостный в гордых мечтах», а потом приходит скука, разочарование в жизни и любви. Только дружба и остается. Но не просто дружба, а «избранных неба любимцев, чистых, высоких умов, пламенно любящих душ».
«19 октября 1837 года» «Блажен, кто пал, как юноша Ахилл» - в расцвете лет, на пике творчества. Погиб Пушкин. Он уже встретился с Дельвигом, с Грибоедовым. А поэт стоит над могилой своих друзей «в ночи, беспомощный и хилый», над могилой их общих надежд и устремлений. Он пережил заточение, изгнание, но теперь в нем нет «святого божества», он увяз в «болоте» повседневности. Среди трупов своих друзей он и сам «труп бездушный».
Очень грустное стихотворение. Я серьёзно.
«Участь русских поэтов»
«Горька судьба поэтов всех племен; // Тяжелее всех судьба казнит Россию». Рылеева повесили. Поэтов «бросают в черную тюрьму», «морят морозом безнадежной ссылки». Некоторые болеют. Некоторые стреляются. (это К., не я, пишет). По-моему, самая интересная мысль здесь: «Или же бунт поднимает чернь глухую, // И чернь того на части разорвет». Вот так вот, ратуют поэты за свободу народа, а народ их не ценит. До старости хорошие поэты доживают редко. Такая участь.

Статья «О направлении нашей поэзии, особенно лирической, в последнее десятилетие»
Ломоносов, Петров, Державин, Капнист Были в России великие поэты. Но преемников у них нет. Оду вытеснили элегия и послание. Ода – высшее проявление чувств, там героический пафос, это гимн. А что есть элегия? Размышление о себе, о своем внутреннем мире. Послание – ущербная элегия. Или сатирическая замена «Милостивой государь NN» на «чувствительный певец! Тебе определен бессмертия венец!» И всё в элегии и послании мнится, зыбко, тревожится, все мечта, призрак, нечто. Более того, они все похожи. Прочитав Жуковского, можно уже не открывать никого другого – то же самое. И всё это пришло из Германии, из Англии. Наши поэты в 17 лет – старики, которые видят только «туманную луну», которая «уныла и бледна».
Нам нужна своя поэзия, народная, которая будет вмещать в себе богатство русского языка, а не переводы с немецкого и французского, русский менталитет, а не их «туманные луны» (в пример ставится «Светлана» Жуковского и «Руслан и Людмила» Сами-знаете-кого. Боратынский и Пушкин, конечно, мне друзья, но это не мешает им быть хорошими поэтами. Читайте их.
Вильгельм Карлович Кюхельбекер. Конец.
2) Поэма Пушкина «Полтава».
Краткое содержание
Эпиграф: Мощь и слава войны, изменчивые, как и люди, их суетные поклонники, перешли на сторону торжествующего царя. Байрон.
Песнь 1. У Кочубея (генеральный судия) было богатство, деньги и власть. И еще была дочь-красавица Мария (в реале Матрена). И кто к неё только не сватался – всем отказывала. И вот к ней сватается Мазепа, старый гетман, друг Кочубея, крестный отец Марии. Ему отказывают. Ночью Мария сбегает.
Родители вдруг понимают всё: и почему она женихов динамила, и почему так на гетмана смотрела. Кочубей в ярости. Хочет мести.
Русь крепнет, Петр правит, Карл идет. На Украине кричат, что надо бы нагрянуть войной на ненавистную Москву (прям, как сейчас). Гетман верен Петру, никого не слушает
Кочубей злобствует. Он вспоминает, как дружил с Мазепой, от этого ему еще обиднее. Он придумал план мести. Шлет Петру донос на Мазепу, как будто тот предатель. Вступает в заговор с Искрой – тайным обожателем Марии.
Мазепа на самом деле плетет козни и договаривается с Карлом. Но в ответ на донос сам царь шлет ему утешенья за клевету и требует казнить Кочубея и Искру. У Мазепы вдруг просыпается совесть. Ему жалко Марию и ее родителей. (П. в прим. пишет, что на самом деле Мазепа совестью не мучался)
Песнь 2.Мазепа и Мария выясняют, кто кого больше любит. Мария говорит, что ради М. пожертвовала семьей. М. спрашивает ее, если бы ей пришлось выбирать, кого казнить, отца или его, кого бы она выбрала. Она говорит, что его. Он ловит ее на слове.
«Тиха украинская ночь». Допрос Кочубея Орликом. Казнь.
Мария спит у себя, к ней ночью приходит мать и сообщает, что пока она тут спит, отца казнили. Мария не верит, потом вспоминает разговор с Мазепой, понимает, к чему он вел, и умирает от горя.
Народ расходится с места казни, Мазепа, чувствуя вину, спешит домой. Узнает о смерти Марии.
Песнь 3. Личное горе М. не мешает ему общаться с Карлом.
Москва ждала шведов, но шведы завернули в Украину. Тогда-то Мазепа и раскрыл свои планы.
Петр рвет на себе волосы и шлет дружины на место действия.
Разговор Мазепы и Орлика в палатке. Мазепа признается, что не верит в удачный исход сражения, он разочаровался в Карле. Он уже чувствует близкое поражение.
Описание поля грядущей битвы. Перед войском выступает Петр. Боевой дух солдат поднимается.
Битва. «И смерть, и ад со всех сторон». Мазепа задумчив. Русские выиграли.
Карл и Мазепа бегут лесами. Мазепа видит знакомый хутор.
Ночью ему снится Мария. Она говорит с ним сначала ласково, а потом рассказывает, что ее мать открыла ей глаза – Мазепа не тот, за кого она его принимала. Видение исчезло. (по другому толкованию текста, Мария не погибла от радостной новости, а бежала с матерью на казнь Кочубея, но опоздала, и после обе в ужасе и скорби бежали; Мария притом сошла с ума, и видение Мазепы – не видение, а настоящее явление полоумной дуры).
Утром Карл и Мазепа навсегда покидают Россию.
«Прошло 100 лет» Петра помнят, всех остальных забыли. Только предания остались.

В 1828 году П. снова обращается к теме Петра, пишет поэму «Полтава».
«П.» - героическая поэма. В центре ее – изображение Полтавского боя как великого исторического события, поставившего Россию на одно из первых мест в Европе. О знаменитом изображении Полтавского боя Белинский писал: « картина Полтавской битвы начертана кистью широкою и смелою, она исполнена жизни и движения: живописец мог бы писать с нее, как с натуры».
В «П.» героическое воплощено в своем конкретно-историческом облике, дается как реальная история народа, то, что сохранилось в памяти народной. Образ самого Петра также героичен, но в обрисовке его П. не прибегал ни к искусственной героизации, ни к романтическим эффектам. Петра окружает реальная обстановка. И в самой грандиозной картине Полтавского боя нет ничего условного, официально-помпезного, риторического. Возвеличивая подвиг и мужество русского воинства, П. отдает должное и силе противников – шведов. Однако дает почувствовать, что Карл и его войско не воодушевлены ничем высоким, тогда как Петр и русская армия исполнены патриотизма, уверенности в победе, за ними возникает образ всей России.
Изображение огромного исторического события сочетается в «П.» с изображением трагедии личности, с романтическим сюжетом трагедии любви Марии к Мазепе.
Образ Марии, ее любовь и судьба позволяли Пушкину написать романтическую поэму, но в «П.» он пошел дальше. Любовь Марии П. обосновывает психологически (Дездемона Шекспира).
Отнюдь не романтический герой и сам Мазепа. П. даже противопоставлял свою «Полтаву» байроновской поэме «Мазепа», в которой образ М. дан в романтическом плане, оторвано от конкретно-исторической обстановки. П. стремится правдиво развить характер Мазепы как хитрого и коварного интригана-изменника, одержимого не столько старческой страстью к молодой девушке, сколько жаждой власти и честолюбием.
«П.» - опыт П. в создании реалистической поэмы на историческую тему. Здесь он сочетает жанр старой героической поэмы с новой, лирико-эпической, созданной романтизмом, что соответствовало двум основным темам «П.».

28. Аня С 1) Статья Белинского «Иван Андреевич Крылов».
(Основное знание, кот. нужно вынести из этой статьи – это понятие народности, её воплощение у Крылова, ещё.. есть непопулярная «Ода» Крылова думаю, можно её и не читать, т.к. ода и есть ода, ещё.. классификация басен Крылова ( 3 категории). Есть немного о произведения Крылова, кот. не стали популярными, т.к. комедии, либретто к Операм не его конёк, и заключительная часть посвящена роли Крылова в рус. культуре, объясняется почему ему надо поставить памятник. здесь главное проникнуться!)
Историческую роль Крылова раскрыл Белинский: великий баснописец внёс в русскую поэзию народность, явившуюся у него «Главным и преобладающим элементом». Рассматривая басню как род сатиры( «сатира есть поэзия басни»), Белинский видит заслугу Крылова в том, что он сделал нравоучительную басню сатирической и тем самым «создал русскую басню». Но заслуга Крылова не сводится к жанровому новаторству. У него изменяется самый характер сатиры, изменяется худж. метод. «В баснях Крылова, - пишет Белинский, - сатира делается вполне художественною; натурализм ( или в современной терминологии реализм) становится отличительно характеристическою чертою его поэзии».
Народность – первое достоинство литературы, высшая заслуга поэта. Звание "народный" возвеличивает, потому все во что бы то ни стало прежде всего хотят быть "народными", а потому уже и талантливыми. народность - есть своего рода талант, который, как всякий талант, дается природою, а не приобретается какими бы то ни было усилиями со стороны писателей. Без таланта творчества невозможно быть народным; но, имея талант творчества, можно и не быть народным.
Пример: в громозвучных стихах Ломоносова нет ничего русского, кроме слов, - никакого признака народности. Даже в одах Державина только изредка промелькивают стихи народности.
Достигают народности только те, которые о ней вовсе не заботятся, стараясь быть только самими собою.
Поддельная народность:
отрекаются в своих сочинениях от сословия, к которому принадлежат, от образованности, которою, обязаны воспитанию, даже от той доли здравого смысла, которою не обделила их природа! (путают понятие народность с простонародностью)
"О волны балтийские! - восклицает один из них: - важно и почтенно уважили вы меня, примчавши из немецкой нехристи к православным берегам пароход с моим другом!" Другой восклицает к своему приятелю (называя его, ради народного эффекта, однокашником и однокорытником): "Молодец ты, братец ты мой, дока и удалец! Бойко и почтенно пьешь ты пенную влагу за Русь и за наше молодое буйство, ясно и восторженно бурлит в тебе бурсацкая кровь разымчивою, пьяною любовью к родине; мил ты мне, дока и буян вдохновенный!"
Третий идет дальше: он проклинает науку, изрыгает пьяные хулы на просвещение, - и все это во имя народности, не подозревая, в простоте ума и сердца своего, что это совсем не народность, а площадная простонародность, тем более возмутительная, что она накидная, притворная, следовательно, лишенная той наивности, которая красит даже и глупость и пошлость, делая их смешными.
четвертый. отличает простонародность, или тривиальность, от народности, и он не хочет первой, а добивается последней. он объявляет себя избранным свыше органом народной славы, благовествующим колоколом великой судьбы своей родины.
Торопиться ему нечего, и ему не беда, если к трем стихам четвертый придумается через год или через два: мозаика мыслей и стихов требует терпения и времени, как и живописная мозаика. Он избегает слов площадных и гоняется только за словами и оборотами старого летописного языка. Главное дело: стихи были бы гладки и звучны, резали бы зрительный нерв читателей фосфорическою яркостию красок, раздражали бы его слух колокольною звучностью озадачивали бы его ум внешнею глубокостию изысканной мысли. в этих стихах нет ни одного истинно русского, живого, теплого слова, в них все искусственно и поддельно и часто недостает смысла. В них Русь показывается такою, какою она в действительности никогда не была и какою она существует только в маниловской фантазии сочинителя, что в ее представлении старое и навсегда прошедшее смешивается с новым настоящим и неведомым будущим.
Подобными примерами бесплодного рыцарского обожания народности богата не одна русская литература. Посмотрите на Виктора Гюго: "Собор парижской богородицы" ("Notre Dame de Paris"), а тот же собор, воссозданный В. Гюго, давно уже обратился в карикатурный гротеск, в котором величественное заменено чудовищным, прекрасное - уродливым, истинное - ложным... А вот Беранже наоборот большая умничка его песни пелись целым народом, людьми грамотными и безграмотными, царь французских поэтов... Н. предузнал народную славу Б. еще в ее колыбели, в какой бы сфере деятельности ни суждено было ей проявиться... И в самом деле, "песенник" скоро всеми признан был великим поэтом не одной Франции и национальнейшим поэтом самой Франции.
Бессмертный гений посылается не в награду самоотвержения, трудов и молений. -
« А озаряет голову безумца,
Гуляки праздного...»
надо родиться народным, чтоб выразить своею личностию характеристические свойства своих соотечественников. в одном черты народности обозначены слабо, вяло и незаметно, а другой представляет собою хотя и резко, но зато не такие стороны народности, которыми можно было бы гордиться.
Народным делает человека его натура. тоскливое, усильное желание быть народным ест первый признак отсутствия способности быть народным. Есть счастливые натуры, которым даже даром дается все то, чего другие, более бедные натуры, и трудом получить не могут. Вот эти счастливые баловни природы иногда проживают всю жизнь свою, почти не догадываясь о своем значении и беспечно, лениво пользуясь славою, которая далась им даром. К таким натурам принадлежал наш Крылов.
Организация одного вмещает в себе лучшие, высшие стороны национального духа; организация другого обнимает собою менее характеристические стороны народности; один
выражает собою многие, другой весьма немногие стороны субстанции своего народа. качество народности есть великое качество в поэте:. Народный поэт есть явление действительное в философском значении этого слова: если б даже поэтический талант его был не огромен, он всегда опирается на прочное основание - на натуру своего народа, и во внимании к нему выражается акт самосознания народа. народность в поэте есть своего
рода гениальность, не всегда в смысле глубины и многосторонности, но всегда в смысле оригинальности?
Один из так называемых критиков объявил же некогда, что если б ему нужно было унести с собою в кармане все, что есть лучшего в русской литературе, - он взял бы _только_ басни Крылова и "Горе от ума" Грибоедова.
Сравнение с Пушкиным
В поэзии Пушкина отразилась вся Русь, со всеми ее субстанциальными стихиями, все
разнообразие, вся многосортность ее национального духа. Крылов выразил - и надо сказать, выразил широко и полно - одну только сторону русского духа - его здравый, практический смысл, его опытную житейскую мудрость, его простодушную и злую иронию. Многие в Крылове хотят видеть непременно баснописца; мы видим в нем нечто большее. Басня только форма; важен тот дух,
который точно так же выражался бы и в другой форме. Басни Крылова, конечно, тоже
басни Крылова - не просто басни: это повесть, комедия, юмористический очерк, злая сатира, словом, что хотите, только не просто басня.
Руссизмы в языке и в понятиях. Этим-то уменьем чисто по-русски смотреть на вещи и схватывать их смешную сторону в меткой иронии владел Крылов с такою полнотою и свободою. О языке
его нечего и говорить: это неисчерпаемый источник руссизмов; басни Крылова нельзя переводить ни на какой иностранный язык. Множество стихов Крылова обратилось в пословицы и поговорки, которыми часто можно окончить спор. В "Крестьянин и Овца" эти элементы очевидны: в ней нет никакой морали, никакого нравоучения, никакой сентенции; это просто - поэтическая картина одной из сторон общества, маленькая комедийка, в которой действующие лица говорят каждое сообразно с своим характером и своим званием. Кто-то и когда-то сказал, что "в баснях у Крылова медведь – русский медведь, курица - русская курица в лучших баснях Крылова нет ни медведей, ни лисиц, хотя эти животные, кажется, и действуют в них, но есть люди, и притом русские люди. Басня с моралью и сентенциями: Лисица и Сурок чтоб она целиком могла войти, как сцена, в комедию Грибоедова, если б Грибоедов написал комедию - "Взяточник" нужно только имена, зверей заменить именами людей да переменить последний стих из уважения к взяточникам, которые хоть и плуты, но все же имеют лицо, а не рыльце. Есть люди, которые с презрением смотрят на басню, как на ложный род поэзии, и потому не хотят ценить высоко таланта Крылова. басня, как сатира, есть истинный род поэзии. басня может заключать в себе элементы высших родов поэзии, как например, комедии; сама басня так, как она есть, не может быть заменена никаким другим родом, как бы он ни был выше ее. Басня-сатира, была и всегда будет прекрасным родом поэзии, пока будут являться на этом поприще люди с талантом и умом. Роды поэзии всегда были и всегда будут одни и те же: они изменяются, сообразно с национальностями и эпохами, в духе и направлении, но не в форме. Эзоп не годится для нашего времени. Выдумать сюжет для басни теперь ничего не стоит, да и выдумывать не нужно: берите готовое, только умейте рассказать и применить. Рассказ и цель - вот в чем сущность басни; сатира и ирония - вот ее главные качества. Крылов, как гениальный человек, инстинктивно угадал эстетические законы басни. Можно сказать, что он создал русскую басню. Басни Крылова можно разделить на три разряда: 1) басни, в которых он хотел быть просто моралистом и которые слабы по рассказу; 2) басни, в которых моральное направление борется с поэтическим; и 3) басни чисто сатирические и
поэтические (потому что сатира есть поэзия басни). ( классификация представлена так же в Ирином билете). ( биографии + особенности натуры Крылова .. у Иры.. вроде смотреть..)
( наверное.. можно было обойтись и без неё?! ..(()
Твери, написал либретто комической оперы "Кофейница"
Не думая быть баснописцем, он думал быть драматургом. Он написал трагедию "Клеопатра" и как, по замечаниям знаменитого Дмитревского, признал ее неудачною, написал другую - "Филомела". Обе они не попали ни на театр, ни в печать. Наконец он пробовал себя даже в оде.
ОДА
Всепресветлейшей, державнейшей,
великой государыне,
императрице Екатерине Алексеевне,
самодержице всероссийской.
На заключение мира России со Швециею,
которую всеподданнейше приносит
Иван Крылов
1790 года, августа ...дня.
здесь идёт длинный скучный рассказ-подлизалово, как раньше, бывало, ссорились и дрались и убивали и лили реки крови финн (имеется в виду, швед) и русский, и вот сейчас бог войны вновь призывает устроить кровопролитие, но появляется Минерва (aka Екатерина II) и заключает мир, и всем хорошо, и не летят пули и ядра, трепещут флаги и т.д., слава императрице
Эта ода напечатана в Петербурге, в 4-ю долю листа, на десяти страницах. Она доказывает, как трудно писателюне заплатить дани своему времени. Крылов не был особенным почитателем этого рода поэзии, исключительно завладевшего тогда всею русскою литературою, и зло подтрунивал над одистами. Не знаем подлинно, он ли был издателем журналов "Зритель" и "Почта духов" в этих журналах, он жестоко нападает на кропателей од. Статьи Крылова, помещавшиеся в этих изданиях, все сатирического содержания и все направлены преимущественно на модников, на модные магазины, принадлежавшие иностранцам, на употребление французского языка в образованном русском обществе и на невежество. В "Зрителе" есть даже восточная повесть Крылова - "Каиб"; она отзывается аллегорическим и
моральным направлением, но истинное достоинство ее составляет дух сатиры, местами необыкновенно меткой и злой. "Зритель, ежемесячное издание 1792 года. В Санкт-Петербурге, 1792 года, в типографии Крылова с товарищами". печатался в собственной типографии Крылова. В 1793 году Крылов вместе с Клушиным издавал ежемесячный журнал "Санктпетербургский Меркурий", печатавшийся тоже в _типографии Крылова с товарищи_. В то же время Крылов посвящал свои труды театру: в 1793 году написал он комедию "Проказники" (в прозе, в пяти актах) и оперу "Бешеная семья" (в трех действиях); в 1794 написал он комедию "Сочинитель в прихожей" (в прозе, в трех актах). Кажется, что ни одна из этих пьес не была напечатана , но, должно быть, они были играны на театре, потому что обратили на автора внимание императрицы Екатерины II, которая пожелала видеть Крылова.
И наконец-то, после неудачных опытов в драматургии, Крылов обратил своё перо к басням. Первые басни И. А. Крылова были опубликованы в 1788 г. в журнале "Утренние часы». Басни Крылова начали часто появляться только в "Драматическом вестнике", издававшемся в 1808 году. ("Ворона и Лисица", "Дуб и Трость", "Лягушка и Вол", "Ларчик", "Волк и Ягненок", "Слон на воеводстве", "Лисица и Виноград", "Крестьянин и Смерть", "Слон и Моська" и др) эти басни вошли в первое издание "Басен" Крылова, вышедшее в следующем (1809) году. В 1807 году Крылов навсегда распрощался с театром, напечатав комедии "Модная лавка" и "Урок
дочкам". Эти комедии возбудили в публике того времени величайший восторг; в "Драматическом вестнике" даже напечатаны два стихотворных послания к Крылову
( след. часть статьи.. как раз и посвящена памятнику, кот. надо воздвигнуть Крылову)
Исторические эпохи в жизни народа имеют свои памятники. Дмитрий Донской, Ермак, Пожарский, Минин, Сусанин, Петр Великий, Александр Благословенный, Суворов, Румянцев, Кутузов, Барклай
мирные подвиги:
Памятники Ломоносова, Державина, Карамзина красноречиво о том свидетельствуют. Сии памятники, сии олицетворения народной славы, знамения умственной жизни и духовной силы населяют пространство нашего необозримого отечества. ( вот и Крылов тоже достоин)
Русский ум олицетворился в Крылове и выражается в творениях его. Басни его - живой и верный отголосок русского ума с его сметливостью, наблюдательностью, простосердечным лукавством, с его игривостью и глубокомыслием, не отвлеченным, не умозрительным, а практическим и житейским. Стихи его отразились родным впечатлением в уме читателей его. Все возрасты, все знания, несколько поколений с ним ознакомились, тесно сблизились с ним, начиная от восприимчивого и легкомысленного детства до охладевшей и рассудительной старости, от избранного круга образованных ценителей дарования до низших степеней общества, до людей, мало доступных обольщениям искусства, но одаренных природною понятливостью и для коих голос истины и здравого смысла, облеченный в слов животрепещущее, всегда вразумителен и привлекателен. более, нежели литератор и поэт. Голос его раздавался в столицах и селах, на ученических скамьях детей, под сенью семейного крова, в роскошных палатках и в храминах науки и просвещения, в лавке торговца ив трудолюбивом приюте грамотного ремесленника.
Памятник Крылову воздвигнут будет в Петербурге. (памятник может быть только здесь, слава его родилась в Петербурге все его знали, он прекрасен!!!)
Совет, тому, кто захочет сваять из снега или прочего материала Крылова:
не нужно будет идеализировать свое создание. следует быть верным истине и
природе. Пусть представит он нам подлинник в живом и, так сказать, буквальном переводе. Пусть явится перед нами в строгом и верном значении слова вылитый Крылов. Тут будет и действительность и поэзия. Тут сольются и в стройном целом обозначатся общее и высокое понятие об искусстве и олицетворенный снимок с частного самобытного образца, в котором резко и живописно выразились черты русской природы в проявлении ее вещественной и
духовной жизни.
2) Онегин и Чацкий как «герои времени» (20-х годов 19 века).
Что происходило в России в начале 20-х годов XIX века? В ответ на усиление правительственной реакции в стране стали зарождаться тайные политические общества, ставящие своей целью коренное преобразование жизни на гуманной и справедливой основе. Столкновение человека декабристских взглядов с дворянами-реакционерами находит отражение в произведениях писателей, которых декабристы считали своими союзниками и соратниками. Чацкий герой комедии А. С. Грибоедова "Горе от ума", а Онегин герой романа А. С. Пушкина "Евгений Онегин". Писатели изобразили в своих произведениях разные, противоположные характеры. Онегин образованный человек, но "лишний" для общества, а Чацкий передовой человек своего времени. Оба героя – раскрывают собой образ лишнего человека ( что за ересь?). У Грибоедова на первый план выходит - общ-политич. кофликт,но есть ещё и любовный, а у Пушкина - только любовный.
Онегин и Чацкий – романтические герои. Основная черта - романтическая - противопоставление себя обществу. Это люди, кот исповедуют иные ценности, чем большинство люди нов века, кардинально отличаются от старого - 18
У этих героев мы найдем не только различие в характерах, но и сходство в происхождении, воспитании и образовании. И Чацкий, и Онегин учились и воспитывались под руководством иностранцев-гувернеров. О Чацком мы узнаем, что он образованный человек, который занимался литературным трудом, был на службе у министров, жил за границей. Но пребывание там лишь расширило его умственный кругозор, а не сделало поклонником всего иностранного. Онегин по сравнению с грибоедовским героем получил поверхностное образование. ...французубогой,Чтоб не измучилось дитя,Учил его всему шутя...
Впоследствии Онегин значительно пополнил свои знания. Он в совершенстве владел французским языком, "легко мазурку танцевал и кланялся непринужденно". Этих познаний и умений было вполне достаточно, чтобы заслужить благосклонность света, который "решил, что он умен и очень мил".
Ч. более политически настроен ( по сравн. с Онегиным), действие « Г от У»происходит до декабристского восстания. Оба они склонны к сильным переживаниям, чувствительны. только Онегин многое перечувствовал в своей молодости, потом он разочаровался, тк не видел соответствия своим чувствам.

В характере Чацкого можно заметить дерзость, непримиримость к равнодушным или консервативно настроенным людям. Он любит родину, с сердечной теплотой говорит о ней: "Когда ж постранствуешь, воротишься домой, и дым Отечества нам сладок и приятен!" Чацкий человек умный, горячий, но у него под маской иронии скрыто чуткое, отзывчивое сердце. Он может, как и все люди, смеяться и грустить, может быть зол и резок, но другом будет верным и надежным. Горячий и пылкий, он удивительно похож на молодого Пушкина. "Остер, умен, красноречив, в друзьях особенно счастлив", говорит о нем Лиза. Он немного наивен и неискушен в житейских делах. А Онегин... Кто он? "Чудак печальный и опасный, созданье ада иль небес, сей ангел, сей надменный бес"? Нет, не ангел, не демон. Онегин собирательный образ, "в котором отразился век и современный человек изображен довольно верно с его безнравственной душой, себялюбивой и сухой, мечтанью преданный безмерно, с его озлобленным умом, кипящим в действии пустом". У него нет в жизни любви и привязанности. Со скукой, недовольством и раздражением едет Евгений к своему умирающему дяде. Для него главное наследство. Онегин равнодушен к болезни родственника и ужасается необходимости изображать опечаленного племянника. Он ведет типичную для "золотой" молодежи жизнь: балы, прогулки по Невскому проспекту, посещение театров. Но ему все это давно приелось. Ему было скучно с теми людьми, с которыми он вынужден общаться. Жизнь, которую он вел, не устраивала его, но и перемена обстановки не смогла повлиять на Онегина. И в деревне им овладела та же скука.
Чацкий - это человек передовых взглядов. Он полон светлых идей преобразования общества, с гневом обличает пороки старой Москвы. Его глубокий ум дает ему веру в жизнь, в высокие идеалы. Чацкий возмущен крепостным правом, тем, что помещик может обменять своих верных слуг, которые "не раз и жизнь, и честь его спасали", на трех борзых собак. Он желает служить "делу, а не лицам". "Служить бы рад, прислуживаться тошно", отвечает он на упреки и нравоучения Фамусова.
Онегин же томился, задыхался в своей среде и не знал сам, чего он хочет. Евгений много читал, пробовал заняться литературным трудом, но "труд упорный ему был тошен; ничего не вышло из пера его". Он не знал, чем занять свой ум, Чацкий серьезно готовился к деятельности на благо отечества. Даже его идейный противник Фамусов отдает должное его способностям, говоря: "Он славно пишет, переводит". Все твердят о его высоком уме.
Онегин критически относится к укладу жизни дворянского общества, но не предпринимает серьезной попытки что-либо изменить, он далек от декабристских прогрессивных идей.
Чацкий активно отстаивает свободу мыслей, мнений, признает за каждым человеком иметь собственные мнения и убеждения и открыто их высказывать. Он стоит за развитие национальной культуры, за единение интеллигенции с народом. Его возмущает преклонение русских дворян перед французскими модами, языком, их оторванность от своих национальных корней. Чацкий высокого мнения о своем народе, а Онегин бесконечно далек от него.
А как проявляют себя в дружбе и любви наши герои? В фамусовском обществе у Чацкого нет друзей. Его здесь ненавидят, даже объявляют сумасшедшим, потому что не признают его взгляды на жизнь, его убеждения. Стоит заметить, что Чацкий постоянно употребляет местоимение "мы", так как считает себя не одиноким в стремлении к переменам. Его друзьями являются те, кто представляет "век нынешний", но Грибоедов лишь упоминает об этих людях, вводя в пьесу внесценические персонажи.
Онегин был неразлучен с Ленским. Несмотря на то, что друзья были похожи на "лед и пламень", их многое объединяло. Ленский делился с Онегиным своими взглядами и личными переживаниями, он доверял ему. Но Онегин необдуманным поступком вызвал у Ленского чувство ревности, горькой обиды и разочарования в любви и дружбе. Онегин хладнокровно принимает вызов и убивает на дуэли единственного друга, не испытывая к Ленскому ни малейшей неприязни. Он думает только о том, как оценит его поведение поместное общество, которое он совершенно не уважает. Больше Общего у Ленского с Чацким. Им присущи «благородное стремленье и чувств и мыслей молодых, высоких, нежных, удалых», «жажду знаний и труда и страх порока и стыда»,     недостает знания и понимания действительности. «Сердцем милый невежда», они воспринимает людей и жизнь как романтик-мечтатель. Идеализируют обыкновенную девушку. Непонимание людей, восторженная мечтательность и приводят к трагическому концу при первом же столкновении с действительностью. Образованные, культурные люди. «вольнолюбивые мечты».
В основе любви Онегина к Татьяне тоже лежит себялюбие и эгоизм. В своем первом объяснении с ней он чистосердечно признается, что ему чужды сильные, глубокие чувства. Чацкий же любил Софью серьезно, видя в ней будущую жену. Любовь для него не "наука страсти нежной", как для Онегина. Из-за любви к девушке Чацкий возвращается в общество, которое ему глубоко противно. Ему пришлось до дна выпить чашу страданий.
Чацкий смело и отважно борется за все новое, передовое, за новую Россию, но его нельзя поздравить с победой. Он уезжает из Москвы, чтобы "искать по свету, где оскорбленному есть чувству уголок". Но мы уверены, что он останется борцом, который будет и дальше продолжать свою деятельность ради свободы Отчизны. Онегин в конце романа тоже испытывает крах своих надежд на счастье, но в отличие от Чацкого он сломлен этим горем. Если у грибоедовского героя, кроме любви, была общественно-полезная деятельность на благо родины, то у Онегина такого дела нет. Эти герои по сути - один и тот же тип только показан в разное время развития образа. Кто знает, возможно ещё год и Чацкий превратился бы в того Онегина, который переехал в деревню, подальше от светского общества и его утех. Ч. скорее всего тоже разочаруется потом. Тип героя тот же, но показан в разное время и в разных ситуациях. Один тип - это не случайность, т.к. оба автора изображали то, что видели вокруг и что сами переживали.
Грибоедов и Пушкин создали в своих произведениях яркие реалистические образы, вобравшие в себя типические черты людей эпохи 20-х годов XIX века. Они продолжают оказывать влияние на духовное формирование новых поколений.

29. Миша 1) Пушкинский круг писателей: принципы объединения. Полемика о «лит. аристократии»
Надеюсь, этот билет никому не попадётся Пушкинский круг писателей - наследие карамзинистов и "Арзамаса". Пушкинская плеяда - Дельвиг, Боратынский, Вяземский, Языков, Веневитинов, Кюхельбекер, Давыдов. Пушкин в этом кружке - первый среди равных. Остальные признают его первенство, но это именно дружба, а не подчинение. Остальные стремились ему подражать, а Пушкин заимствовал у них идеи для переосмысления. Дельвиг - самый близкий друг Пушкина. Основные жанры – народная идиллия и романс. Жанр восходит к фольклору. Нейтральный литературный язык, выбор сюжетов и грамотная композиция - то, что отличает дельвиговскую "русскую песню" от настоящей. Ощущение античного мира идиллии. Боратынский - философская лирика. Философия - французский рационализм 18 века. Политическая поэзия ограничивается одной эпиграммой на Аракчеева (когда совсем нельзя было молчать), автобиографической нет вообще. Начал с эпикурейских эротических стихов, потом занял нишу поэта-философа с поэзией мысли. Жизненный идеал Боратынского - "высокое равнодушие": не принцип "моя хата с краю", а "возгонка страсти до творческого состояния". На Боратынском закончилась пушкинская эпоха и началась лермонтовская. Вяземский - поэт мыслей (множественное число, в отличие от Боратынского). Вначале именно он цементировал круг поэтов-новаторов. Единой философской идеи у него нет, но есть множество остроумных мыслей. Один из первых русских либералов. Критично относился к немецкой литературе и философии, зато очень чутко реагировал на новые веяния романтизма. Критик, автор "народной" поэзии, создатель первых историко-биографических очерков, после 1825 сохранил свою оппозиционность лучше Пушкина. Языков - один из лучших мастеров поэтического слова. Звукопись, неологизмы, интересные поэтические формы. Учился в Дерпте (ныне Тарту), писал стихи об унылой рабской России. Потом прошёл "путь из кабака в церковь". Кабак здесь - это не только пьянка, но и политический трёп. Писал молитвенные стихотворения, стал правым славянофилом, начал пользоваться штампами из публицистики и в итоге деградировал. Этот пушкинский круг составлял так называемую "литературную аристократию". Проповедовали искусство для избранных, презирали чернь и сетовали на "железный век", жестокий к поэтам. Им противостояли журналисты и массовые коммерческие писатели типа Булгарина, сплотившиеся вокруг журнала "Московский телеграф" и его главреда Полевого (который, собственно, и провозгласил роман Булгарина лучшей заменой устаревшей прозе Карамзина. Принцип Пушкина, провозглашённый им в 1822 в критической статье о прозе, - "изящная простота" в противовес "важной простоте" архаистов и изысканности карамзинистов: вместо "рано поутру" те писали "едва первые лучи восходящего солнца озарили восточные края лазурного неба".
В общем, говоря о полемике о «литературной аристократии», надо сказать, что одни были за элитарную литературу, другие - за массовую, и одним беллетрическое творчество Булгарина нравилось, а другим – нет).
Булгарин писал массовые нравоучительные романы для мещан и грамотных крестьян (которых считал "средним классом" и опорой российской власти). Дидактическое бытописательство, разделение персонажей на положительных и отрицательных (с говорящими именами), авантюрная интрига и минимум психологизма. Образец - роман "Иван Выжигин". Прообраз массовой культуры, по определению враждебной аристократической литературе пушкинского круга писателей. Булгарин ссылался на то, что его книжки покупают, и предсказывал смерть литературной аристократии. Он сходится с "Московским телеграфом" Полевого, и этот журнал начинает проводить антиаристократическую политику в своих рецензиях. Полемика была довольно бурная, не выступал только ленивый, но что-то серьёзное и принципиальное написал только Пушкин, споривший с Полевым об особенностях русского исторического процесса. АСП не хотел переносить на русскую почву выводы французских историков о закономерностях процесса и ставил вопрос об особенностях национальной истории и судьбах социальных групп, в первую очередь дворянства. Этот последний вопрос, собственно, и был центральным в полемике о литературном аристократизме: “Литературная газета”, где печатался Пушкин, последовательно отводила обвинения в сословных пристрастиях, подчеркивая в то же время, что именно просвещенное дворянство является прежде всего хранителем исторической и культурной традиции и тех норм социальной этики, которые позволяют ему сохранять относительную независимость от правящих верхов. В этих спорах вырабатывалась историческая и социальная концепция Пушкина, получившая отражение в набросках критических статей и повестей 18291830-х гг.; следы ее есть и в “Медном всаднике”. 2) Тема народа и власти в трагедии Пушкина «Борис Годунов»
Краткий пересказ:
Посвящается памяти Карамзина
Сцена 1: в кремлёвских палатах князья Шуйский и Воротынский обсуждают царя, который уже месяц не выходит из женского монастыря. Шуйский рассказывает, что возглавлял расследование смерти царевича Димитрия и совершенно точно установил, что заказал его Годунов, однако никому этого не сказал, ибо Годунов был правой рукой царя Фёдора и мог его уничтожить: "я сам не трус, но также не глупец и в петлю лезть не соглашуся даром". О самом Годунове говорят, что он из "силовиков", зять палача и сам в душе палач. Зато они, потомки Рюриковичей, имеют больше прав на престол.
Сцена 2: на Красной площади думный дьяк объявляет народу, что завтра весь православный люд будет митинговать с хоругвями у Новодевичьего монастыря и просить царицу благословить Бориса на царствие.
Сцена 3: Девичье поле и Новодевичий монастырь. Народ облепил все ограды, крыши, колокольню и даже кресты, все ждут чего-то. Народ волнами падает на колени. Замечательный диалог: "О чём там плачут? – А нам как знать? то ведают бояре, не нам чета ... Все плачут. Заплачем, брат, и мы". Тут выясняется, что Борис согласился-таки править.
Сцена 4: заседание в Кремле. Царь Борис обещает хорошо править и говорит, что ждёт содействия бояр. Те обещают верно служить, после чего царь с боярами уходят поклоняться гробам предыдущих властителей и устраивать всеобщий пир со свободным входом. Остаются Шуйский с Воротынским. Последний говорит ему, что, мол, ты был прав, когда давеча сказал... Шуйский: ничего я не говорил, ты ничего не слышал. И вообще, там оформляют подлизалово, моё отсутствие могут заметить.
Сцена 5: келья в Чудовом монастыре. Монах Пимен пишет последнюю на сегодня заметку и размышляет о том, что когда-то другой такой же монах найдёт эти тексты и будет их так же переписывать. Рядом просыпается Григорий, которому приснился кошмар: он забирается на высокую башню в Москве, все показывают на него и смеются, он падает, и так три раза подряд. Пимен предлагает ему смиряться и не жалеть, что ушёл в молодости в монастырь, ибо всё суета. Григорий спрашивает его о смерти Димитрия: Пимен в то время как раз был в Угличе, где произошло убийство. Пимен, пустившись в воспоминания, говорит, что царевич был бы ровесником Григория.
Сцена 6: палаты патриарха. Патриарх обсуждает с игуменом Чудовамонастыря побег Отрепьева, объявившего, что будет царём на Москве. Патриарх решает не докладывать об этом царю и обещает еретика изловить и отправить пожизненно на Соловки. "Ересь, святый владыко, сущая ересь".
Сцена 7: в царских палатах двое стольников обсуждают любовь царя ко всяким колдунам и гадалкам. Тут выходит царь в плохом настроении, стольники уходят, и царь произносит монолог: правлю спокойно, предсказывают удачное правление, но не прёт меня власть. Народ умеет любить только мёртвых правителей, а его, живого и хорошего, ненавидят
и обвиняют во всех смертных грехах, включая голод, с которым он боролся, пожар, после которого он восстанавливал город, и смерть жениха его дочери. Единственное спасение - совесть, если она чистая. А у него там пятно и мальчики кровавые в глазах.
Сцена 8: корчма на литовской границе. Кроме хозяйки сидят Григорий и двое бродяг. Бродяги говорят, как им весело бухать и горя не знать, а Григорий в это время выясняет у хозяйки, как пройти к Луёвым горам (литовская территория, где его не достанет Кровавая Гебня). Хозяйка говорит, что кого-то ловят, а посему граница закрыта, но есть тропинка
в обход застав. Тут входят приставы с ориентировкой на разыскиваемого и думают, с кого бы содрать денег. Григорий, как самый грамотный, берётся зачитать ориентировку, и перечисляет приметы, глядя на одного из старцев. Тот вдруг тоже оказывается грамотным, отбирает у него бумагу и читает, что там на самом деле написано. Григорий понимает,
что это провал, выхватывает кинжал и убегает.
Сцена 9: московский дом Шуйского, большая попойка, все молятся за царя, потом уходят. Пушкин остаётся и говорит Шуйскому, что Димитрий жив. Неважно, Димитрий это или самозванец какой, а важно, что за ним стоят католические попы и дворянство. Пушкин говорит, что не будет возражать, если Бориса свергнут, ибо тот закрутил гайки и выстроил
вертикаль.
Сцена 10: в царских палатах царевич чертит карту всея Руси, царевна целует портрет умершего жениха. Входит царь, произносит монолог о пользе просвещения и географии в частности, потом входит доносчик и докладывает, что у "мятежного рода Пушкиных" какие-то сношения с Литвой и с Шуйским. Тут входит сам Шуйский и говорит, что явился
самозванец. Царь приказывает наглухо закрыть границу и спрашивает у Шуйского, расследовавшего убийство, точно ли царевич убит.
Сцена 11: дом пана Вишневецкого в Кракове. Самозванец общается с католическим попом, к нему приходят племянник Пушкина, Курбский,какие-то поляки, опальные москали, мятежные казаки и прочие лузеры, желающие принять сторону Отрепьева.
Сцена 12: замок воеводы Мнишка в Самборе. Танцы. Из разговоров становится понятно, что Марина Мнишек охмуряет самозванца, и дело идёт к свадьбе.
Сцена 13: ночь, сад, фонтан. Отрепьев раскрывается перед Мариной. Марина: пока не возьмёшь власть в Москве, близко ко мне не подходи.
Сцена 14: самозванец и Курбский переводят полки через литовскую границу.
Сцена 15: экстренное заседание царской Думы. Бояре обещают быстро покончить с самозванцем и привезти его в Москву. Патриарх предлагает привезти из Углича чудотворные мощи Димитрия, чтобы все поняли, что он действительно мёртв. Шуйский отговаривает всех от этой затеи: мол, нас обвинят в кощунственной эксплуатации святыни ради удержания власти.
Сцена 16: равнина близ Новгорода-Северского. Поляки легко бьют русских и обращают их в бегство.
Сцена 17: площадь перед собором в Москве. В соборе поют вечную память Димитрию и подвергают анафеме Отрепьева. Входит юродивый в железной шапке, ему подают милостыню, дети её отнимают. Тут выходит царь, и юродивый просит: вели этих детей зарезать, как зарезал ты царевича Димитрия. Царь приказывает охране не трогать его, а юродивый называет его Иродом.
Сцена 18: Севск, самозванец допрашивает пленного русского. В Москве страх, террор, тотальная слежка и постоянно казнят тех, кто много болтает, зато русских войск - 50 тысяч. У самозванца 15 тыс.
Сцена 19: лес. Лжедимитрий и Пушкин после поражения оплакивают убитых товарищей и коня Лжедимитрия.
Сцена 20: палаты московского царя. Отрепьев разбит, но вновь собрал войско и опять угрожает стране. Царь: "Нет, милости не чувствует народ: твори добро - не скажет он спасибо; грабь и казни - тебе не будет хуже". Затем царь умирает и завещает своему преемнику-сыну избрать советником Шуйского и постепенно затягивать гайки. Перед смертью царь принимает схиму.
Сцена 21: ставка русских войск. Приводят Пушкина, и он говорит: войско наше слабое, но с нами общественное мнение, а значит - сила. Присоединяйтесь или проиграете. Командующий русскими войсками Басманов долго мнётся и в итоге переходит на сторону Лжедимитрия.
Сцена 22: Лобное место. Другой Пушкин рассказывает народу, кто теперь главный. Народ стихийно решает идти вязать преемника царя Бориса.
Сцена 23: дом преемника окружён народом. Проходят несколько бояр со стрельцами. Из дома раздаются крики и звуки борьбы, после чего бояре объявляют народу: наследники Бориса выпили яду, Димитрий - ваш новый царь. Ура? Народ безмолвствует.

По лекциям:
Выбор темы: Смута - самое драматическое время в истории России (хотя Рылеев и просил его написать трагедию про кровавый режим Ивана Грозного). Пушкина больше интересует проблема власти, противопоставляющей себя народу.
Задача преобразования театра. До этого русский театр опирался либо на французскую придворную классицистическую драму (Корнель, Расин и Ко), либо на романтическую субъективную драму байронического толка. Пушкин пишет, что европейская драма родилась на площади и составляла развлечение народа. Держится на трёх пружинах воображения: смех, жалость и ужас. Этой основы практически не было в России. Русская традиция опиралась на авторскую драму а-ля французский классицизм.
Главные требования – соблюдение истинности страстей, правдоподобие чувствований, предполагаемых обстоятельств. Для Пушкина важна объективность. Пушкин ставит перед собой задачу написать пьесу, якобы произошедшую от площадных представлений. То есть создать традицию, которой не было.
Он не ставит перед собой задачу Открыть Страшную Историческую Правду, а, пользуясь лишь архивами Святогорского монастыря и "Историей" Карамзина (писался БГ в Михайловском), написать драму о характерах и об исторических причинно-следственных связях, пусть даже не слишком достоверную.
Годунов похож на шекспировского Ричарда Третьего, но тот гротескно негативный, а БГ - искренний патриот, к тому же с совестью.
Пушкин отказывается от деления на действия и явления. Собранье пёстрых сцен (не пронумерованных). Отказ от соблюдения трёх единств.
Образ Годунова не совсем плохой. Он сторонник просвещения, любит свою семью и понимает многие закономерности истории.
Образ народа неоднозначен. Впервые показана его роль в истории. С одной стороны, народ - это Пимен и юродивый (высокое этическое начало), с другой - безмолвное быдло. "То ведают бояре - не нам чета" - свидетельство политической необразованности и наивности народа.
Мятежные Пушкины и поляки говорят, что они сильны мнением народным. Народным мнением легко манипулировать, а финал открытый. Народ безмолвствует то ли в знак согласия, то ли в знак осуждения.
Итого: Впервые осознаётся роль народа в истории. Проблема власти,
противопоставляющей себя народу. Власть неизбежно кровавая, но царь не
так и плох, и даже совесть у него есть. Народ - носитель Истины и в то
же время управляемое стадо, не вмешивающееся в собственные внутренние
дела.

30. Маша Т 1) Творчество Ф.Н. Глинки.
Уйдя в отставку «за болезнью» (1806 г.), Ф.Н. Глинка дебютировал в качестве литератора.
Литературная позиция Глинки изначально определялась стремлением к оригинальному синтезу эстетики Карамзина и оппонентов карамзинизма. С 1808 г. он публиковал стихотворения, заметки в журнале «Русский вестник» (издавался старшим братом – С.Н. Глинкой),  полемически направленном против карамзинистского «Вестника Европы», и одновременно напечатал первую свою книгу – «Письма русского офицера», в которой демонстративно апеллировал к примеру «Писем русского путешественника» Карамзина. (Так, ребятки, вспоминаем потихоньку Татаринову :))))
Современники осознавали своеобразие «синтетической» поэтики Глинки. Вначале Пушкин недоброжелательно относился к творчеству Глинки, но позднее, впрочем, Пушкин придал трактовке творчества Глинки вполне позитивный вид: «Изо всех наших поэтов Ф.Н. Глинка, может быть, самый оригинальный».
В 1810 г. Глинка издал стихотворную историческую трагедию «Вельзен, или Освобожденная Голландия». Реальные события конца XIII в. показаны здесь в предромантическом духе (условный «северный» колорит, злодейства, убийства и т.п.), однако действие лишено конкретно-исторических особенностей и преображено в обобщенный тираноборческий текст – «призыв к брани против иностранного вторжения, против Наполеона».
Годы после войны 1812 – 1814 гг. и до восстания декабристов – время наибольшего влияния Ф.Н. Глинки на русскую литературу. Он становится председателем авторитетного Вольного общества любителей российской словесности. Основное произведение Глинки этих лет – существенно дополненный (по сравнению с изданием 1808 г.) вариант «Писем русского офицера». Центральное место в «Письмах русского офицера» принадлежит теме «священной» (автор настаивал на таком определении) войны 1812 г. Глинка в качестве очевидца привел множество ценных подробностей, описал падение Смоленска, Бородино и др. битвы, дал панегирическую характеристику полководцев М.И. Кутузова, М.Б. Барклая-де-Толли. Война 1812 г. для автора – народная и освободительная. Кроме того, (взято из билета Серёжи) в «Рассуждении о необходимости иметь историю Отечественной войны 1812 года» Глинка, восхищаясь самоотверженностью и мужеством простого народа, спасшего отечество, призывает писателей прославить подвиги народных героев. Этой задаче будет отвечать слог, исполненный «важности, силы и ясности». Но он должен быть понятен «не для одних ученых, не для одних военных, но для людей всякого состояния, ибо все состояния участвовали в славе войны и в свободе Отечества.»
Поэтическое решение темы наполеоновских войн было предложено в лирическом сборнике «Подарок русскому солдату», куда вошли стихотворения о сражениях и героях. Пафос батальной лирики Глинки составляет призыв к борьбе за свободу. В стихотворениях из книги «Подарок русскому солдату» автор развивал традиции военной лирики В.А. Жуковского, К.Н. Батюшкова (песенная форма, исполненный сентиментального уныния протагонист) и в то же время пытался адаптировать их к пониманию «солдата», т.е. простых людей, которых считал творцами победы. Такое отношение к народу подкреплялось верой Глинки в необходимость народного просвещения и в благотворительность.
В «народной книге» «Лука да Марья», адресованной «сельским чтецам, деревенским грамотеям», Глинка изложил серьезное нравоучительное содержание (обличение пьянства, сопровождаемое сопоставлением трудолюбивых русских крестьян со спаивающими их евреями-кабатчиками) нарочитым фольклоризированным слогом (сказ, использование просторечия, поговорок). Но «Народная книга» – вопреки надеждам автора – не стала народным чтением, однако некоторые стихотворения Глинки вошли в репертуар народной песни. 
Стихотворения Глинки, опубликованные в «Полярной звезде» (журнал, с которым он сотрудничал. Он также сотрудничал с «Военным журналом» и журналом Вольного общества любителей российской словесности – «Соревнователь просвещения и благотворительности»), принадлежали к популярным в литературе поэтическим жанрам, но, как правило, оказывались не следованием традиции, а полемикой с ней. Так, баллада «Ворожба» явно задумана как реплика на тему «Леноры» Г. Бюргера: у Глинки девушка, дерзнувшая обратиться к гаданию и тем самым нарушившая религиозный запрет, погибает, а ее жених остается жив.
Вообще Г. любил апеллировать к библейским мотивам (занимался переложением псалмов – с Семена Полоцкого начинается эта традиция). «Плач плененных иудеев»– переложение 136 псалма, опыт «священной поэзии», которая к тому времени приобретала все большее значение в творчестве Глинки. Библейский текст истолковывался как протест против всегдашней общественной несправедливости. Кроме религиозных мотивов, в творчестве г. возникают масонские мотивы. Масоны сделали достаточно много для развития просвещения. Масоны – тайная организация, делающая ставку на знание, доступное только просвещенным.
Глинка-прозаик печатал в «Полярной звезде» аллегории – поэтическую прозу, подчиненную морализаторской установке. Например, аллегория «Незнакомый знакомец» открывалась лирическим пейзажем, построенным на контрасте природной гармонии с людской суетой. Эта зарисовка функционирует как прелюдия появления демонического персонажа, наделенного романтическим обаянием, но олицетворяющего порок. В финале он чудесным образом изгоняется из общества, однако увлекает за собой неосторожного юношу.
В 1826 г. – уже в период гонений – вышли сборники Глинки «Опыты аллегорий, или Иносказательных описаний в стихах и прозе» и «Опыты священной поэзии», в которых он суммировал эксперименты, заявленные в «Полярной звезде».
Оказавшись после тюремного заключения и следствия в ссылке, Глинка продолжал печататься, и затем творческая активность не оставляла его на протяжении всей долгой жизни.
Известной писательницей и переводчицей была также жена Глинки Авдотья Павловна. Ее книга «Жизнь Пресвятой девы Богородицы» (1840) была весьма популярна среди современников и выдержала около 20-ти изданий.
В заключение скажем, что в стихотворениях Ф. Глинки отсвечивается ясная его душа. Стихи поэта благоухают нравственностью. Проза его проста, благозвучна. Литературное наследие писателя очень велико. Он сумел выпустить трехтомное итоговое собрание сочинений.
2) «Бахчисарайский фонтан» Пушкина как романтическая поэма. Белинский о поэме.
Краткий пересказ:
В своем дворце сидит грозный хан Гирей, разгневанный и печальный. Чем опечален Гирей, о чем он думает? Он не думает о войне с Русью, его не страшат козни врагов, и его жены верны ему, их стережет преданный и злой евнух. Печальный Гирей идет в обитель своих жен, где невольницы поют песнь во славу прекрасной Заремы, красы гарема. Но сама Зарема, бледная и печальная, не слушает похвал и грустит, оттого что её разлюбил Гирей; он полюбил юную Марию, недавнюю обитательницу гарема, попавшую сюда из родной Польши, где она была украшением родительского дома и завидной невестой для многих богатых вельмож, искавших её руки. Хлынувшие на Польшу татарские полчища разорили дом отца Марии, а сама она стала невольницей Гирея. В неволе Мария вянет и находит отраду только в молитве перед иконой Пресвятой Девы, у которой горит неугасимая лампада. И даже сам Гирей щадит её покой и не нарушает её одиночества. Наступает сладостная крымская ночь, затихает дворец, спит гарем, но не спит лишь одна из жен Гирея - Зарема. Она встает и крадучись идет мимо спящего евнуха. Вот она отворяет дверь и оказывается в комнате, где пред ликом Пречистой Девы горит лампада и царит ненарушаемая тишина. Что-то давно забытое шевельнулось в груди Заремы. Она видит спящую княжну и опускается перед ней на колени с мольбой. Проснувшаяся Мария вопрошает Зарему, зачем она оказалась здесь поздней гостьей. Зарема рассказывает ей свою печальную историю. Она не помнит, как оказалась во дворце Гирея, но наслаждалась его любовью безраздельно до тех пор, пока в гареме не появилась Мария. Зарема умоляет Марию вернуть ей сердце Гирея, его измена убьет её. Она угрожает Марии Излив свои признания, Зарема исчезает, оставив Марию в смущении и в мечтах о смерти, которая ей милее участи наложницы Гирея.
Желания Марии сбылись. Пушкин размывает сюжет, но читатель догадывается, что ночная угроза З. не была пустой. Гирей не вернулся к Зареме. Он оставил дворец и вновь предался утехам войны, но и в сражениях не может Гирей забыть прекрасную Марию. Гарем оставлен и забыт Гиреем, а Зарема брошена в пучину вод стражами гарема в ту же ночь, когда умерла Мария. Вернувшись в Бахчисарай после губительного набега на села России, Гирей воздвиг в память Марии фонтан, который младые девы Тавриды, узнав это печальное предание, назвали фонтаном слез.
Мир героев
Гирей (паша) один из трех центральных персонажей поэмы, хан, владелец гарема; имя условно Гиреями (Гераями) звали практически всех крымских ханов; в надписи на «реальном» фонтане Бахчисарая упоминается Крым-Гирей да и польскую княжну Марию Потоцкую пленил, по легенде, др хан. Отрыв Г. от истории принципиален; его страдания это страдания человека, соприкоснувшегося с другой цивилизацией. Г. оказывается своим собственным антагонистом. Ибо, полюбив плененную им польку-христианку Марию, он шаг за шагом отступает от своих восточных привычек; его уже не услаждает страстная любовь грузинки Заремы, ставшей в плену мусульманкой; он позволяет польке уединиться и считается с ее чувствами, в том числе с чувствами религиозными. В итоге смиренная, лишенная всякой страстности красота европейки производит в душе Г. переворот. Потеряв Марию и казнив (видимо, убившую ее) Зарему, он не в силах более наслаждаться ни гаремом, ни даже войной: «...в сердце хана чувств иных / Таится пламень безотрадный». Слезная настигает Г. подчас даже во время сечи. И как конфликт Заремы и Марии отражает борьбу между «мусульманским», восточным, «христианским», европейским, началами, проникшими в его сердце, так воплощает ее и «фонтан слез», устроенный в память о двух во всем противоположных возлюбленных Г.
Зарема наложница и пленница хана Гирея; добровольно и страстно дыша счастьем, любит его. Она не в силах смириться с новым выбором любовника и властелина с его привязанностью к новой пленнице, польской княжне Марии. Прокравшись ночью в ее «полумонашескую келью», 3. произносит бурный монолог, в котором исповедь смешана с угрозой, а слезы с гневом. Из этого монолога мы узнаем, что 3. не просто «грузинка», но когда-то, до того как попала в гарем, была христианкой. Зарему воспитала мать, а Марию отец. Обе связаны по праву рождения с христианской. Но если встреча Гирея с Марией разрушает его «магометанскую цельность», то его встреча с 3., напротив, наложницу отторгает от христианства.
Теперь о поэме как таковой
Возникновение замысла знаменитой «татарской поэмы» поддается датировке, хотя и несколько обобщенной. Легенда о Гирее и Марии дошла впервые до Пушкина в Петербурге. Он услышал это сказание от одной из своих знакомых, что и определило план, идею и стиль поэмы: «Я суеверно перекладывал в стихи рассказ молодой женщины», писал поэт 8 февраля 1824 года А. А. Бестужеву (т.е. поэма написана во время его ссылки в Михайловское). Из другого письма Пушкина от 29 июня того же года к Бестужеву явствует, что именно эту рассказчицу крымского предания слушатель-поэт полюбил тогда «без памяти». Но чувство его не встретило ответа, и он решил скрыть от всех имя этой ранней посетительницы Тавриды, вдохновившей его на прелестнейшую стихотворную новеллу. Позднейшие пушкиноведы много сделали для расшифровки имени этой незнакомки. Они назвали восемь современниц поэта в качестве возможных вдохновительниц «Бахчисарайского фонтана» и объектов любви его автора.
Поэма «Бахчисарайский фонтан» продолжает поиски Пушкина в жанре романтической поэмы. Романтическая тема в творчестве Пушкина получила два различных варианта: есть героический романтический герой («пленник», «разбойник», «беглец»), отличающийся твёрдой волей, прошедший через жестокое испытание бурными страстями, и есть страдающий герой, в котором тонкие душевные переживания несочетаемы с жестокостью внешнего мира («изгнанник», «узник»). Страдательное начало в романтическом характере теперь приобрело у Пушкина женское обличье. «Бахчисарайский фонтан» разрабатывает именно этот аспект романтического героя.
В «Кавказском пленнике» всё внимание было уделено «пленнику» и очень мало «черкешенке», теперь наоборот хан Гирей фигура не более чем мелодраматическая, а действительно главным героем является женщина, даже две Зарема и Мария. Страдательное начало изображено в лице двух персонажей ревнивой, страстно влюблённой Заремы и печальной, утратившей надежды и любовь Марии. Обе они являются двумя противоречивыми страстями романтического характера: разочарование, уныние, безнадежность и одновременно душевная пылкость, накал чувств; противоречие решается в поэме трагически смерть Марии не принесла счастья и Зареме, поскольку они связаны таинственными.
Белинский о «фонтане»:
По мнению Пушкина, "Бахчисарайский фонтан" слабее "Кавказского
пленника". С этим нельзя вполне согласиться. В "Бахчисарайском фонтане"
заметен значительный шаг вперед со стороны формы:
стих лучше, поэзия роскошнее, благоуханнее. В основе этой поэмы лежит мысль
до того огромная, что она могла бы быть под силу только вполне развившемуся
и возмужавшему таланту. Очень естественно, что Пушкин не совладал с
нею и, может быть, оттого-то и был к ней уже слишком строг. В диком
татарине, пресыщенном гаремною любовию, вдруг вспыхивает более человеческое
и высокое чувство к женщине, которая чужда всего, что может пленять вкус азиатского варвара. Чувство, невольно внушенное Марией Гирею, есть чувство романтическое, рыцарское, которое перевернуло вверх дном татарскую натуру деспота-разбойника. Сам не понимая, как, почему и для чего, он уважает святыню этой беззащитной красоты.
Гирей несчастную щадит:
Ее унынье, слезы, стоны
Тревожат хана краткий сон,
И для нее смягчает он
Гарема строгие законы.
Мария взяла всю жизнь Гирея; встреча с нею была для него
минутою перерождения, и если он от нового, неведомого ему чувства,
вдохнутого ею, еще не сделался человеком, то уже животное в нем умерло,
и он перестал быть татарином. Итак, мысль поэмы - перерождение (если не просветление) дикой души через высокое чувство любви. Мысль великая и глубокая. Но молодой поэт не справился с нею, и характер его поэмы в ее самых патетических местах является мелодраматическим_. Хотя сам Пушкин находил, что "сцена Заремы с Мариею
имеет драматическое достоинство, тем не менее ясно,что в этом драматизме проглядывает мелодраматизм. Но в этой картине молодого художника опытный взгляд знатока
видит несомненный залог будущего великого живописца:
страсти кипят в его душе, но для выражения их он не выработал
еще простой и естественной манеры.
Несмотря на то, в поэме много частностей, обаятельно прекрасных.
Портреты Заремы и Марии (особенно Марии) прелестны, хотя в них и
проглядывает наивность несколько юношеского одушевления. Но лучшая сторона
поэмы, это - описания, или, лучше сказать, живые картины Крыма. В них нет этого элемента высокости, который так проглядывает в "Кавказском пленнике" в картинах
дикого и грандиозного Кавказа. Но они непобедимо очаровывают этою кроткою и
роскошною поэзией.

При этой роскоши и невыразимой сладости поэзии, которыми так полон
"Бахчисарайский фонтан", в нем пленяет еще эта легкая, светлая грусть, эта
поэтическая задумчивость, навеянная на поэта чудно прозрачными и
благоуханными ночами востока и поэтическою мечтою, которую возбудило в нем
предание о таинственном фонтане во дворце Гиреев. Описание журчания фонтана
дышит глубоким чувством и составляет превосходный музыкальный финал.


Заголовок 1 Заголовок 215

Приложенные файлы

  • doc 17459563
    Размер файла: 1 MB Загрузок: 0

Добавить комментарий