415190

Размещено на http://www.allbest.ru/ Содержание Введение 1. Чарльз Диккенс – писатель, человек и кри тик общества 2. " Домби и сын " - общественная панорама и первый успех автора 3. Предметные символы в романах Ч. Диккенса Заключение Литература Введение Предметный мир Диккенса отличает его писательский талант и преданност ь с воему искусству, не ослабевавшие до самой его кончины. Его частная и общественная жизнь интере сна тем, что она питает собой его великие романы, а его взгляды - тем, что про ясняют их смысл или же входят с ними в противоречие. Потомки унаследовал и этот мир, порож денный воображением Чарльза Дик кенса. Его романы были великими образцами искусств а, одновременно высокого и развлекательного: Диккенс не разделял между с обой эти два понятия. В каждом его романе возникает свой особенный предм етный мир, и судить о нем, разумеется, надо по-особому. Поэтому тема рефера та остается актуальной и зн а чимой. Объект исс ледования: творчество Чарльза Диккенса. Предмет исследования: роль предметного мира в роман е Ч.Диккенса и авторская позиция в его воспроизведении. Цель исследования: определить место и роль предметн ого мира в отражении действительности и авторских позиций Ч.Диккенса. На пути к поставленной цели решались следующие задачи: определение мест а Ч.Диккенса как художника в миро вой литературе, поиск предметных источников его творчества и путей его развития, выявление особенностей предме тных символов в романах Ч.Диккенса. Методы исследования: эмпирические, эвристические, обработки данных. Реферат строился на книге Э . Уилсон " Мир Чарльза Диккенса " , учебниках по зарубежной литературе дл я высших учебных заведений. Основная гипотеза о том, что пред метный мир в романах Чарльза Диккенса основан на личном опыте автора, ег о переживаниях и размышлениях получила подтверждение в процессе работ ы. 1. Чарльз Диккенс – писатель, человек и критик обществ а Чарльз Диккенс родился 7 февраля 1812 года в мелкобурж уазной семье в небольшом домике на одной из располож енных террасами улиц Портсмута - этого о живленного портового города почти в центре южного побережья Англии. Уме р он 9 июня 1870 года, возле знаменитого своим собором города Рочестера в граф стве Кент, приблизительно в тридцати милях юго-восточнее Лондона, в небо льшом загородном доме Гэдсхилл-Плейс, который, подобно владениям многих людей с хорошим доходом, подвергся значительным и дорогостоящим перест ройкам. Диккенс был критиком общест ва и активно занимался благотво рительностью, отдавал много сил издатель скому делу и журналистике, был прекрасным оратором, даровитым актером, н аблюдательным путешественнико м и любителем длин ных прогулок - поначалу дневных, в шумной компании д рузей, а с годами все чаще ночных, в одиночку; он был сведущим дилетантом-ю ристом , и чуть менее сведущим дилетантом-фокусником, был гипнотизером, страстным организатором праз дничных увеселений и неуемным их участником всякий раз, когда в доме собирались гости - детвора или старые приятели,- в особенности на рождество и, уж конечно, на святки. Его доброму отношению к людям - чужим и близким - отчасти мешали проявления присущ ей ему неуживчивости, желания, во что бы то ни стало настоять на своем. Но для большей части современников, как на родине, так и за гра ницей Диккенс олицетворял семейное счастье. Многие обстоятельства, омр ачающие для нас эту идиллическую картину, вообще не были известны при жи зни писателя и стали достоянием гласности лишь более чем через полвека п осле его смерти. Но даже в его время этот образ заметно, хоть и не полностью, потускнел в глазах иных е го друзей и читателей из-за его разъезда с женой в 1858 году, на двадцать трет ьем году брака. Странное противоречие между бедностью и невзгодами посл едних лет его детства и блестящим успехом, достигнутым, по общему мнению, во взрослой жизни, выявилось для публики лишь посл е его смерти благодаря его другу, которому он когда-то поведал свою истор ию. Его влюбчивость и жестокие неудачи с женщинами, ра зумеется, получили огласку лишь спустя много лет после его смерти; и все ж е они, наверно, никогда не будут известны нам настолько, чтобы положить ко нец романтическим измышлениям. Он был хорошим сыном, весьма скептически воспринимавшим своих никчемных родителей, и хорошим, любящим отцом, зача стую строго критиковавшим своих детей, недовольство которыми все росло, по мере того как они становились старше. Кроме того, хотя в душе и в делах с воих он был настоящим христианином, его разновидность христианства был а и остается неприемлемой для многих представителей церкви. В Общественной Жизни (эти слова применительно к Диккенсу можно писать ли шь с большой буквы, столь много он брал на себя и столь велика была заслуже нная им известность), а также и в частной жизни он принимался за все с неви данной энергией, что и состарило его раньше срока. От природы он был спосо бен к бурной радости и затяж ным приступам меланхолии, переходившей часто в тяжелую депрессию. И труд у , и игре он предавался с больш им пылом, чем позволяло его здоровье. Подобная жизнь, неизбежно исполненная противоречий и странностей, дела ла Диккенса очень своеобразным человеком. Впрочем, существовало и сущес твует великое множество весьма преуспевших в жизни людей со своими скры тыми семейными неурядицами, неуравновешенным характером, невероятной энергией и сложными, полными противоречий взгляда ми на жизнь. Таким образом, книги Ч.Диккенса , как бы своеобразна ни была каждая из них, где-то сливаются вме сте и образуют, подобно произведениям других великих художников, единый завершенный мир - Мир Чарльза Диккенса. 2. " Домби и сын " - общественн ая панорама и первый успех автора Роман " Д омби и сын " с самого начала имел потрясающий успех; книга расходилась ог ромными тиражами. Это был заслуженный успех: с " Домби и сыном " искусство Диккенса неизмеримо выросло. Образом Поля Домби Д иккенс начал свое беспрецеде нтное предметное исследован ие детского взгляда на жизнь, за что, среди прочего, литература всегда бу дет в долгу перед ним. В нем ни к огда до конца не умирали мучительные воспоминания о собственном детств е, однако дети его ранних произведений недалеко ушли от своих предшестве нников в литературе XVIII века: это марионетки, чужой волей руководимые существа. Оливер Твист, придурковатый Смайк, медленной смерт ью умирающие подростки в " Оли вере Твисте " и " Лавке древносте й " - эти д ети до крайности пассивные фигуры, мы в них не верим. Бейли-младши й только тогда по-настоящему оживает, когда в почетном качестве ливрейного грума Монтегю Тигга начинает дале ко не идеальную взросл ую жизнь, какой живет, наприм ер, Ловкий Плут, а он вообще не знал детства. Что каса ется малютки Нелл, " дитяти " , как ее обыкновенно называют, то э то настолько своеобразное выражение чувств, владевших автором и вымога емых у читателя, что о ребенке, как таковом, здесь просто нечего сказать. Поль Домби открыл новые пред метные горизонты. Вереницу детей, пощаженных смерт ью, Диккенс рисует жертвами двух взглядов н а жизнь: во-первых, утилитарист ского, экономического взгля да на молодежь, как только нос ителей памяти и сообразительности, своеобразной губки, всасывающей все возможную информацию, в чем и в идит от них пользу об щество, по строенное на денежных отношениях; во-вто рых, кальвинистского взгляда на детей как сатанинское отродье. Обе эти т очки зрения совершенно явно исходят из XVIII века, и обе никак не вяжутся с диккенсовским миром л юбви и воображения. Поль Домби и молодые Г рэдграй нды из " Тяжелых времен " - жертвы именно экономического взгляда н а жизнь; Эстер Саммерсон, героиня " Холодного дома " , Пи п из " Больших над ежд " и Джо, подметал ьщик улиц,- в русле второй традиции. Дэвиду Копперфилду доводится испытать эту концепцию в панси оне Мэрдстонов: " ...Мрачная тео логия Мэрдстонов превраща ла всех детей в маленьки х ехидн и внушал а, что они порт ят друг друга " . Первая часть " Домби и сына " масте рски развенчивает взгляд на ребенка как потенциальную экономическую е диницу, хотя в будущем Поля, сына мистера Домби и наследника крупнейшего торгового дома, ждет богатство и высокое положение. Рассказ о воспитании Поля сначала у миссис Пипчин, а затем в " академии " доктора Блимбера исполнен юмора, сочувствия и немногословен. Из первой четверти книги, кажется, нельзя выбросить ни единого слова. Все, кто считает правил ьно поставленное образование основой общественного процветания, важне йшими в творчестве Диккенса назовут первую часть " Д омби и сына " , ибо это самые впечатляющие картины дурного воспитания и п роистекающих от него последствий . Здесь же и верный способ сделать Поля " старообразным " ребенком, поскольку, отстаивая свою индивидуально сть, он избавляется от той негативной, пассивной характеристики, которая у прежнего Диккенса была обязательным показателем детской наивности. П оль тоже наивен, но от такой наивн ости не поздорови тся. " Ну, сэр,- сказала миссис Пи пчин Полю,- как вы думае те, буде те ли вы меня любить? " - " Не думаю, что бы я хоть немножко вас полюбил,- ответил Поль,- я хочу уйти. Это не мой дом " .- " Да, это мой " ,- ответила миссис Пипчин. - " Очень гадкий дом " ,- сказал Поль. Если бы Диккенс оборвал " Д омби и сына " на смерти Поля, то получился бы впечатляющий очерк того, как человек, поправший детские чувства, губит одновременно и свою душу. Диккенс став ит вопрос более пр едметно и шире: он показывает , как переламывает жизнь бесчувственного и непрекл онного духовного урода, как о на воспитывает его, уч ит любить. Он показывает этот п роцесс воспитания на широком общественном фоне, равно представив силы с мерти, захватившие командные посты в обществе, и силы любви, обреченные з анимать куда более скромное положение в среде смешных, незлобивых и прос тодушных людей. Было бы натяжкой сказать, что Диккенсу полностью у дался его Новый завет, но то, что он мыслит свою притчу в дух е сам оновейшего завета - непр еложный факт, в чем читатель убеждает ся, читая подряд на одной странице, как чудаковатый, душевно щедрый капитан Катль " перед отходом ко сну всегда прочиты вал для собственной пользы божественную проповедь, некогда произнесен ную на горе " , и что " благоговение Роба Точильщика к боговд охновенному писанию... воспитывалось посредством вечных синяков на мозг у, вызванных столкновением со вс еми именами всех к олен иудиных " . По сравнению с поздними шедеврами Диккенса в " Домби и сыне " еще немало пром ах ов - здесь впервые опробовались многие средства и к омплексы художественного выражения, лишь в будущем доведенные до совер шенства. Однак о оторвать первую часть романа - историю Поля - от книги в целом - значит рассып ать весь роман. Его содержание - отношени е мистера Домби к любящей, но не замечаемой им дочери, Флоренс, и эта глуби на мельком открывается уже в превосходной IV главе, в здрав ице Уолтера Гэя: " П ью за Домби - и Сына - и Дочь! " Как выясняется, первая часть книги, повествующая о детстве и смерти первого наследника мистера Домби, искуснейшим образом переплетена со второй, где рассказано о роковом, купленном за деньги вто ром браке мистера Домби и о крушении его над ежд пол учить второго наследника. В месте обе части и образ уют роман, в котором сквозной станет мысль о том, как крушение всех надежд откроет мистеру Домби глаза на любовь его дочери, ни разу за все время не п околебавшуюся, хотя и встречавшую с его стороны только безразличие и пре зрение. Приведем маленький пример единства обеих частей, д абы показ ать, с какой непринужденностью и как точ но ведет Диккенс предметный сюжет . В первой части миссис Пипчин выступает в качестве одной из лж енаставниц маленького Поля; комический характер, она в то же время тяжел ая, ожесточившаяся эгоистка, оплакивающая опрометчивое участие своего покойного супруга в делах Перуанских копей, и к судьбе маленького Поля и его сестры она подходит с соб ственной меркой. Она объявляет могущественному мистеру Домб и: " Много говорится всяких глу постей о том, что молодежь не следует вначале слишком принуждать, а нужно прибегать к ласке, и прочее, сэр. В мое время никогда так не думали, и незаче м думат ь так теперь. " Заставляйте их " - вот мое мнение " . Много лет спустя мистер Домби возьмет миссис Пипчи н к себе экономкой, чтобы выказать своей второй жене полное недоверие к е е способности управлять громадным хозяйством. Жена сбежит от него, дела придут в полное расстройство, а сам мистер Домби только что не впадет в де тство. Тогда-то миссис Пипчин и выскажет вновь свои нестареющие истины, н а сей раз уже в адрес самого великого человека. " Какой вздор! - гово рит миссис Пипчин, потирая нос,- по моему мнению, с лишком много шу ма поднимают из-з а этого. Вовсе это не такой замечат ельный случай! Людям и раньше случалось попадать в беду и поневоле расст аваться со своей мебелью. Мне это, во всяком случае, выпало на долю!.. Жаль, ч то ему не приходилось иметь дело с копями. Они бы испытали его терпение " . Прежде чем упомянуть еще о многих художественных н аходках, посредством которых Диккенс то успешно, то с меньшим успехом ск репляет повествование, нелишн е заметить, что в " Домби и сыне " он впервые дал исчерпывающую обществе нную панораму, к чему стремился с самого начала своей творческой деятель ности. Он впервые, и притом единственным толчком, сразу ввел в роман высше е общество; более того, он втянул его представителей в противоборство це нностей, образующее основную идею романа. Еще большей удачей Диккенса, и совсем неожиданной для него, каким мы его до этого знали, стала другая пара светских людей, во площающих наивное и доброе в жизни так же убедительно и трогательно, как и самые непритязательные его герои. Разглядеть духовное начало за мишур ной свет ской оболочкой - это б ыла счаст ливая мысль. В расп оряжении разбитого болезнями и снедаемого безден ежьем кузена Финикса всего и есть, что несколько б есцветных шуток о парламенте (в былое время) и спортивных рассказов; одна ко поведение и рассуждения к узена убедительно показывают, что и среди бессмысленной клубной жизни можно сохранить достато чно сердечного тепла. В " Домби и сыне " Диккенс также впервые показал людей труда, причем не преступниками и не преданными слугами: эт о машинист мистер Ту дль и его жена, кормилица Поля,- люди независимые, живущие со смыслом, добрые и немн ого бестолковые, что, естественно, заставляет проникаться большим к ним уважением. В сущности говоря, в романе выведены все классы общества, и ни о дин из них не испытывает на себе тех мелкобуржуазных предрассудков, кото рые сам Диккенс разделя л еще со времен " Очерков Боза " . Таким образом, " Домби и сын " - знако вое произведение Ч. Диккенса, которое определяет основной предмет и моти в его творчества. предметный роман писатель символ 3. Предметные символы в романах Ч.Диккенса Нельзя сказать, что так же хорошо Диккенсу удались художественные символы. Море как выразитель смерти и заповеданного бессмертия - слишком широкий, сму тный символ. Чувствуется его могучая стихия , когда умирающий Поль спрашивает: " О чем говорят волны? " М оре безучастно к парализованной и умира ющей ветренице миссис Скьютон: " Она лежит и прислушивается к ропоту оке ана. Н о речь его кажется ей непонятной, зловещей, и у жас отражен на ее лице, а когда взгляд ее устремляется вдаль, она не видит ничего, кроме пустынного пространства между небом и землей " . В конце этой главы миссис Скью тон умирает, символика моря простирается уже в мертвое и горь кое будущее ее дочери, Эдит, второй супруги мистера Домби, и Диккенс вдруг впадает в риторику, которая уже находится на грани смешного: " И к ногам Эдит, стоящей здесь в одиночес тве и прислушивающейся к волнам, прибиваются влажные водоросли, чтобы ус телить ее жизненный путь " . Железная дорога, как и море, тоже главенствующий пр едметный символ в романе, и, ви димо , более удачный. Прежде вс его, он идеально соот ветствуе т социальному содержанию романа: высокомерный тор говец-индивидуалист Домби - выходец из прош лого, железная дорога для него - олицетворение самой смерти, он так же боится ее, как оби татели Садов Стеггса, чьи дома оказались помехой на пути новой, северной линии. Диккенс не упускает случая показать, как страшилище прогресс изме няет жизнь иных обывателей в лучшую сторону. Казалось бы, с имволика ясна: железные дороги - это прог ресс, и Диккенс его приветствует. Но вот под колесами экспресса погибает страшной смертью мистер Каркер - заведующий, негодяй и несостоявшийся соблазнитель Эдит, и же лезная дорога выступает в знакомой роли возмездия, так что ни о каком про грессе уже не приходится говорить. И все ж е " Домби и сына " можно было бы отнести не толь ко к числу блестящих романов, но и в разряд блистательных побед искусства, есл и бы не его главные героини - Флоренс и Эдит Домби. По двергнись они испытанию смехом и жалостью, как слу чилось с мистером Домби, - тогда бы это были живые люди. Мистер Домби - без сомнения, один из самых удавшихся маниакальных героев Ди ккенса, в нем буквально все просится быть высмеянным. И поскольку он мужч ина и стесняться с ним нечего, то он и удостаив ается этой чести. Эдит Домби - прекрасная дама, и посему она выше сочувствия, выпадающего на долю простых смертных, она ли шена смелости показаться смешной и обаяния сделать глупость. В " Домби и сыне " , как уже говорил ось , есть отзвуки собственного детст ва Диккенса. Роман был дописан в марте 1848 года в Брайтоне, где маленький Пол ь разговаривал с волнами , и гд е так страшно умирала миссис Скьютон. В феврале 1849 года там же, в Брайт оне, он начал " Дэвида Копперфилда " - роман, более всех других впитавший авто биографический материал: " Мне кажется, я смог здесь весьма искусно переплести правду с вымыслом " . Вплоть до октября 1850 года выпуски " Дэвида Копперфилда " расходились с громадным успехом ; какие бы недостатки и достоинст ва ни находили в романе, одно можно сказать наверное: после бегства в прош лое, во времена мятежа Гордона, после бегства за границу Диккенс как к пос леднему прибежищу вернулся к самому себе. В создании романа участвовали и некоторые внешние обстоятельства. Еще и з Швейцарии Диккенс живо обсуждал с мисс Кутс проект создания приюта для падших женщин. После очень тщательной подготовки места и отбора подходя щих кандидаток (в основном из заключенных) в ноябре 1847 года в Шепердс Буш от крылся приют " Урания " . В общественной деятельности Дикке нса это один из самых славных эпизодов. Он близко вникал в дела приюта до с амого 1858 года, когда разъезд с женой расстроил отношения с мисс Кутс. Его ча стная благотворительность не была широковещательной, публика, в сущнос ти, и не знала об этих филантропических начинаниях. Статья о приюте " Урания " , напечатанная в 1853 году в " Домашнем чтении " под названием " Дом для бездомных женщин " , была, ка к и большинство публикаций там, без подписи автора. Приют был основан на е вангельских заповедях, в нем царили строгая дисциплина и дружеское, расп олагающее отношение к подопечным, далекое, кстати, от ханжества. Многим с воим обитательницам приют помог эмигрировать, выйти замуж и безбедно су ществовать. " Призыв к падшим ж енщинам " (1846), имевший целью отоб рать наиболее подходящие кандидатуры, поражает взволнованным, даже выс окопарным слогом : " В э том г ороде есть дама (мисс Кутс) , которая из окон своего до ма видела по ночам на улице таких, как вы, и сердце ее обливалось кровью от жалости. Она принадлежит к числу тех, кого называют знатными дамами, но он а глядела вам вслед с истинным состраданием, и бо пр ирода создала вас такими ж е, как она сама, и мысль о с удьбе падших женщин не раз тревожила ее, лишая сна. Она решила на свои сред ства открыть в окрестностях Лондона приют " . Интереснее посмотреть, как отз ывается в его прозе однажды уви денное, н аблюденное. В январе 1849 года, за месяц до начала работы над " Дэвидом Копперфилдом " , он вместе с друзьями, художниками из " Панча " Личем и Марком Леманом, совершил поездку в Норфолк. Повод был совершенно в духе Диккенса - побывать в Стэнфилд-Холле близ Нориджа, где незадолго до этог о произошло зверское убийство. Впечатления были не из весел ых, и приятели поспешили в Ярму т. Они проб ыли там два дня, сходили в Лоустофт. Здесь-то Диккенс, наверное, и увидел до рожный указатель с надписью " Бландерстон " : не похоже, чтобы он побывал в самой деревне. Но эта надпись стала зна ковой для его нового романа. Месяцем позже это мимо летное дорожное впечатление станет названием дер евушки, в ко торой родился Дэвид Копперфилд, чем зао дно с самого начала будет приглушен автобиографический м омент книги. Эта же поездка под готов ит и все сцены с Легготи в Ярму те, и потрясающую картину шторма, во время которого погибнут Стирфорт и Хэм. Реально ощу щаемый знаковый и локальный колорит сцены кора блекрушения убеждает, что если запал публициста часто уводил его в сторо ну, то, напротив, острый глаз репортера был благотворен для Диккенса-худо жника. " Дэвид Копперфилд " был любимым творением Диккенса, и удивл яться здесь нечему. " Не побоюс ь сказать, я никогда не воспринимал эту вещь спокойно, она владела мной всецело, когда я писал ее " , - признавался он несколько лет спустя. Поначалу выпуски романа расходились скромнее, чем " До мби и сын " , но очень ско ро роман стяжал огромный успех - и дом а, и за рубежом. Несколько лет спустя, осев в сибирской ссылке и получив ра зрешение читать, Достоевский первым делом попросит эту новинку Диккенса. Влияние " Дэвида Копперфилда " на тво рчество Дос тоевского несомненно " . " Дэвид Копперфилд " прежде всех других романов Диккенса по читался чем-то вроде " классик и " . Если бы критиков попросили назвать английский роман, достойный встать в ровен ь с шедеврами всех времен - " Вой ной и миром " , например,- они бы почти едино душно назвали " Дэвида Копперфил да " . Эта высокая оце нка была тогда без всяких поправок унаследована от викторианцев. И сегодня роман высоко ставят критики, у него очень много читателей, но сегодня его не будут равнять с высочайшими образцами мировой литературы или с другими творениями Дикк енса. Написанный от первого лица, это самый сокровенный, или, как принято г оворить, " психологический " , роман Диккенса воссоздает жизнь по от голоскам и подск азкам памяти. С этой точки зрения роман сделан превосходно. Оглядываясь на прошлое, Дэвид постоянно вопрошает себя: вот, слу чилось одно, потом другое - зна л ли я каким-нибудь чувством, чем все это обернется в жизни? И убеждается, ч то да, были признаки, знаки, был о предчувствие страха, тревоги и печали; но искусство книги помогает заб ыть, что она произведение искусства, создание Диккенса, и мы уже всецело вверя ем себя Дэвиду Копперфилду, бре дущем у в поисках смысла прожитых лет, и обычно мы склоняемся к тому, что Дэвид неоценимый провод н ик, что все именно так и было,- настолько легко и бере жно распутывается ткань воспоминаний, настолько она осязаем а и предметна . И это пр и том, что в романе гораздо ме ньше " действительности " , чем в других произведениях Дикк енса, что в нем преимущественно изображается духовная жизнь героя, парад оксальным образом " Дэвид Копп ерфилд " более других " реальная " , предметная вещь. Отчасти это происходит потому, что за Дэвидом Копперфилдом мы постоянно ощ ущаем весьма реальног о Чарльза Диккенса. Но главно е - это виртуозная смена повествовательных регистр ов, оркестровка голосов и подголосков, доносимых памятью . " Дэвид Копперфилд " прекрасно выполнен и в том отношении, чт о воспоминания о прошлом служат герою одновременно уроком жизни. Распут ывая прошлое, он понимает, что нельзя жить мечтами и что, повторяя " жиз нь не грезы, жизнь есть подвиг " , он учится в оспитывать в себе волю, подчиняется дисциплине, до лгу - иными словами, он учится " подлинному счастью " . Еще он учится тому, что романтическая любовь показы вает любимую в кривом зеркале, что в итоге она приносит нам горечь разоча рования и настоящую беду. Это замечательно показано на судьбе самого Дэв ида: одна избалованная девочка-жена, мать Дэвида, повторяется в другой, До ре, выборе уже самого Дэвида. Но Диккенс не удовлетворяется одним случае м, и повторение темы в различн ых сочетаниях составляет особую прелесть и предме т романа. Дэвид боготворит своего д руга Стирфорта, которого уже ис портило о божание собственной матери; обожанием портит племянницу старый Дэн Пег отти; во всем потакает своей девочке-жене доктор Стронг; слаживается и ру шится романтический брак тетки отца Дэвида мисс Бетси; слепая привязанн ость мистера Уикфильда к своей дочери, Агнес, также губительна, но уже для него самого. К недоумению сегодняшних критиков, все это будто бы цепь не связанных между собой историй - Диккенс далек от того, чтобы акцентиро в ать их взаимоотражение, - но, закрыв книгу, вы как одно из самых сильных впечатлен ий запоминаете мастерское варьирование темы и пре дметной канвы романа . Прибавьте высокое искусство ситуаций, характеров, виртуо зное повествование - и станет ясно, почему " Дэвид Копперфилд " в известном смысле шедевр. Но, вдумываясь, вы начинаете ловить себя на неприятной мысли о том, что самый задушевный роман Диккенса одно временно очень неглубок, что в нем сглажены все углы, обойдены все подвод ные камни, что это в худшем смысле слова законченный викторианский роман . Таким образом, предметные символы в романах Чарльз а Диккенса составляют собственные переживания автора, его видение жизн енных обстоятельств, анализ вариаций предмета исследования. Заключение Жизнь Чарльза Диккенса была полна противоречий и т рагических случайностей, которые впоследствии стали предметом его тво рчества, символическими знаками и сюжетными линиями его романов. Подобная жизнь, не избежно исполненная противоречий и странностей, делала Диккенса очень своеобразным человеком, а еще более влиял а на его творчество , вызывая неоднозна чную реакцию читателей на его романы. Роман " Домби и сын " с самого начала имел потрясающий успех; книга расхо дилась огромными тиражами. Это был заслуженный успех: с " Домби и сыном " искусство Диккенса неизмеримо выросло. Образом Поля Д омби Диккенс начал свое беспрецедентное предметное исследование детск ого взгляда на жизнь, за что, среди прочего, литература всегда будет в долг у перед ним. Нельзя сказать, что так же хорошо Диккенсу удались художественные символы. Море как выразитель смерти и заповеданного бес смертия - слишком широкий, смутный символ. Железная дорога, как и море, тож е главенствующий предметный символ в романе, и, видимо, более удачный. Пре жде всего, он идеально соответствует социальному содержанию романа: выс окомерный торговец-индивидуалист Домби - выходец из прошлого, железная д орога для него - олицетворение самой смерти . Роман " Дэвид Копперфилд " более других " реальная " , предметная вещь , даже своего рода ше девр. Но, в то же время самый за душевный роман Диккенса одновременно очень неглубок, в нем сглажены все углы, обойдены все подводные камни, и это в худшем смысле слова законченный викторианский роман. Таким обр азом, предметный мир романов Ч. Диккенса своеобразен, противоречив и в по лной мере отражает миропонимание самого автора. Литература 1. Диккенс Ч. Домби и сы н. – М.: Худож. лит., 1986. – 235 с. 2. Диккенс Ч. Ж изнь Дэвида Копперфильда, рассказанная им самим. - М.: Худож. лит., 1986. – 345 с. 3. Уилсон Э. Мир Чарльза Диккенса. – М.: Прогресс, 1975. – 320 с. 4. Чарльз Дикк енс // История зарубежной литературы XIX века. Ч. 2. Кн.1. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1970. - С.89- 115. 5. История зар убежной литературы. – М.: Просвещение, 1972. – 623 с. Размещено на Allbest.ru

Приложенные файлы

  • rtf 16673604
    Размер файла: 193 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий