571522

Размещено на http://www.allbest.ru/ Содержание Введени е Глава 1. Специфика архетипа т рикстера Глава 2. Особенности актуализации трикстера в романе Ч.Диккенса «Посмертные записки Пиквикского к луба » Заключение Список литературы Введение Т ема нашей курсо вой работы – «Архетип трикстера в романе Ч.Диккенса “ Посметрные записки пикви кского клуба ” » . П ричина обращени я к теме состоит в стремлении и зуч ить характер трансформации мифов о культурном герое-трикстере в процессе формир ования образа трикстера в современной культур е на основании исследования первого рома на английского писателя Ч.Диккенса . Постановк а этой проблемы делает возможным дальнейшие исследования , н аправленные на выяснение причин распространенности и модификаций этого образа. Будучи одной из поистине универс альных фигур в мировой мифологии, трикстер традиционно рассматриваетс я как пародийный спутник (дублер) культурного героя: его враг или неумелы й подражатель-соперник. Трикстер находится на границе игры и действительности. Сама жизнь по трикстеру о формлена особым игровым образом. По правилам, которые он задает, живут вс е окружающие его. Недаром человек чувствует себя игрушкой в руках «случа я», который парализует его волю и действия. Трикстер задает динамику и направле ние развития мира и управляет элементами мира. Культурный герой создает нечто, чему его антипод трикстер придумывает противоположный элемент. Трикстер – это та самая неожиданность, случайность, которая всегда некс тати и которая всегда держит в напряжении, в готовности к ответному дейс твию. Каждый элемент мира оказывается запрограммированным на ожидание своего «отрицания». Задача трикстера не разрушить, а вызвать ответную ре акцию, которая обернется новым созиданием. Пока в мире идет подобный диа лог – мир живет и развивается. Актуальность. Трикстер представляет собой один и з наиболее значимых образов , присутствующий в своих различных манифестациях на всех эт апах человеческой культуры. Актуальность данной курс овой работы заключается в разрешении вопроса об архетипе трикстера , который исследован не до конца , т.к источников на ру сском языке сравнительно мало. Цель : Раскрыть значение о браза трикстера и проанализировать специфику его актуализации в романе Ч . Диккенса «Посмертные записки Пиквикского клуба». Задачи : 1) Сформулировать предс тавление об а рхетипе трикстера ; 2) Проанализировать произведение Ч.Диккенса на предмет выявления архетипа трикстера ; 3) Определить значение , которое прио бретает образ трикстера в романе Ч . Диккен са. Основными методами , применёнными в исследо вании , являются аналитический , сравнительно-истори ческий , описательный и сопоставительный. Структура : курсовая работа состоит из двух глав . Содержание пер вой главы посвящено выявлению особенностей ар хетипа трикстера на основе изуче ния исследовательской литерату ры . Вторая глава представляет собой исследова ние конкретного произведения . Основная задача – показать в произведении Ч.Диккенса «Посм ертные записки Пиквикского клуба» образ трикс тра – Сэма Уэллера и доказать это на соответствующих приме рах из текста. Глава 1 . Специфика архетипа трикстера Трикстер (англ. trickster – обманщик, ловкач), архаический персонаж ранней мифологии практически всех народов земли. Термин введе н в научный обиход американским антропологом Полом Радины м, впервые предпринявшим исслед ование архетипа трикстера в культурологическом анал изе мифологии индейцев виннебаго в 1956 г . Впоследствии трикстер становился предметом исследования множества уч еных – философов, антропологов, культурологов, фольклористов, театрове дов и др. К концу 20 в. в философии и культурологии трикстер был признан одни м из основополагающих персонажей человеческой культуры. Трикстер переполнен энтузиазмом, вносит в действие оживление (проще гов оря, учиняет хаос и беспорядки). Он может открыто издеваться над другими п ерсонажами, в том числе над представителями власти и за это ему редко что бывает, но даже если заслуженная кара настигнет трикстера, то он все равн о не прекратит своей бурной деятельности благодаря своему неукротимом у веселому духу. Часто трикстер выступает под маской божества или полубога: египетский С ет, скандинавский Локи, греческий Геркулес и т.д. В подавляющем большинст ве мифов трикстер – «второй» творец мира; в определенном смысле он явля ется комическим дублером культурного героя. Однако двойственность, амб ивалентность заложена в самом трикстере и является его основополагающ им свойством: он то остроумен, активен, находчив; то – ленив, невежествен и глуп. Для него не существует ни моральных, ни социальных ценностей; он ру ководствуется лишь собственными страстями и аппетитами, и, несмотря на э то, только благодаря его деяниям все ценности обретают свое настоящее зн ачение. От трикстера ведут свою родословную традиционные персонажи народного кукольного театра разных стран: Петрушка, Панч, Пульчинелла, Гансвурст, В идушака, Карагез, Палван-Качал и т.д. Они несомненно обладают трикстеровс кой амбивалентностью, отсутствием нравственного абсолюта, плутовством , коварством, жестокостью и простодушием; склонностью попадать в дурацки е ситуации и при этом выходить из них победителем. Трикстер дает импульс непредсказуемого изменения действительности, иб о вечность возможна лишь при условии «взрывной» проверки того, что возве дено падшим человеком «в ранг вечного». Т рикстер — это ребенок, точн ее, тот, о котором мы можем сказать: «Его душа есть душа ребенка, его дух ест ь дух философа». Это ребенок, еще не отделяющий тела от мира, трогающий соб ственную кожу, враждующий и играющий с частями тела, и первоначально поз нающий их как нечто отстраненное, чуждое. В повседневной жизни человек слеп. Чтобы реальность стала зримой, необхо димы некие исключительные обстоятельства, необходимо творчество. Но эт о не простое творчество, а творчество, не имеющее никакой ценности с точк и зрения социума, творчество, не созидающее, но разрушающее мир. Образ т рикстера зарождается в р анних мифологиях. В наше время т рикстер скорее имя нарицательное, объединяющее множество пе рсонажей фольклора, литературы, искусства, что говорит о хаосе, присущем нынешней культуре в целом, а на заре человеческой истори и каждая культура знала своего т риксте ра, с котор ого, собственно, и брал начало м иф народа, этноса. Трикстериада занимает в исследовательской литературе [1, 2, 4, 5] весьма заметное место. Но в исследо вательской литературе [1, 2, 4, 5] о сн овное внимание привлекала не она [1, 2, 4, 5] , а сам образ трикстера. Радин в исследовании «Трикстер – миф ы североамериканских индейце в» показывает, как по вествование о мифологическом плуте переходит в ск азку о животных. Архетипы находят свое содержание в народных сказаниях, мифах, легендах. Каждая легенда, каждый миф несет в себе скрытый способ решения той или ин ой жизненной проблемы. Хотя вопрос о том, когда, где и каким образом возник миф о Трикстере, не предполагает точного ответа, он не должен отвлекать в нимание читателя от самого героя и от того, как ведется о нем рассказ. Он о пределяет эту манеру в ее основных чертах. Употребление у виннебаго для обозначения Трикстера имени собственного — Вакджункага — не избавляет нас от противоречия, так как из комментар ия Пола Радина нам известно, что, несмотря на затемненную этимологию это го имени, оно означает «Трикстер» или «хитрец» [4] . Как мы видим, это значение имеет глубокие корни. Раз ъяснение, которое дает сам рассказчик, содержит то же противоречие: «Но называя меня так, меня и вправду превратили в Глупца, Трикстера!» Каким бы ни было отношение к этой фразе, от противоречия невозможно избавиться ин аче, как только упразднив самого героя. Герой, однако, гораздо более устой чив и последователен, чем те истории, которые о нем рассказываются. Соединени е культурного героя и «божественного шута» П. Радин относит ко времени п оявления человека в качестве социального существа (в отличие от животно го). В проанализированном им североам ериканском ц икле мифов о Вакджун каге [4] Радин усматривает изображение эволюции человека от природной стихийности к героической сознательности. Специалист по а нтичной мифологии К. Кереньи, признавая фигуру трикстера весьма древней , связывает её с так называемой «поздней архаикой» [4 .С.265 ] , сти лю которой свойственны груборазвлекательные моменты. Двойной аспект восприятия мира и человеческой жизни существ овал уже на самых ранних стадиях развития культуры. В фольклоре первобыт ных народов рядом с серьезными (по организации и тону) культами существо вали и смеховые культы, высмеивавшие и срамословившие божество ("ритуаль ный смех"), рядом с серьезными мифами - мифы смеховые и бранные, рядом с геро ями - их пародийные двойники-дублеры. К.Г. Юнг, основатель аналитическ ой психологии, утверждал, что существуют психические структуры (архетип ы), присутствующие в каждом из нас [2 . С.142 ] . Т.е. так же как гены определяют наше физиологическое развитие, так архетипы опреде ляют характер нашего психологического развития. Он рассматривал трикстера как архетип, воплощающий антисоциал ьные, инфантильные и неприемлемые аспекты «я». Тема трикстера возникает не только в мифической форме, она пр оявляется и у современного человека. Всегда , когда он попадает в сеть «случайностей», которые с явн ой злонамеренностью препятствуют его воле и его действиям, он говорит о «порче» и «сглазе» или о «законе подлости». Юнг определил этот компонент образа, назвав его « тенью » . Он утверждает, что мы не осо знаем того факта, что в карнавальных обычаях и им подобных присутствуют пережитки коллективного образа тени. Под воздействием цивилизации это т коллективный образ постепенно разрушается, оставляя трудно распозна ваемые следы в фольклоре. Но его главная часть внедряется в личность и ст ановится предметом личной ответственности. Чтобы понять, каким образом разн ородные атрибуты, которые мы видим в европейских божествах-трикстерах, н е только уживаются в одном образе, но и взаимодействуют между собой стол ь успешно, что имеют самое широкое распространение, может быть полезно с очетать теорию архетипов Юнга с другими теориями, которые возникли в ход е антропологических, фольклористических и религиозных исследований и могут больше сказать о характере социокультурной и духовной реальност и, например, с представлениями о трикстере как о воплощении позитивного, жизнеутверждающего духа свободы, позволяющего нарушать табу и выходит ь за рамки жестко обусловленного социального контекста. Беспор ядок — н еотъемлемая часть жизни, и т рикстер — воплощенный дух этого беспорядка. Его функцией в а рхаическом обществе, вернее, функцией мифологических сюжетов, о нем пове ствующих, является внесение беспорядка в порядок, и таким образом, созда ние целого, включение в рамки дозволенного опыта н едозволенного. Эти функции сознательно продолжае т плутовской роман. Говоря о трикстерах, необходимо провести грань между мифологическим ге роем и культурным архетипом. К героям-трикстерам относятся персонажи, бо льшей частью принадлежащие мифологии и фоль клору . Таковы Койот, Вакджункага , кролик Манабозо или Вискодьяк у североамериканских и ндейцев, Локки в скандинавском фольклоре, Ворон – в палеоазиатском, Бра тец Кролик в фольклоре афроамериканцев и т.п. Т рикстер – персонаж динамический. Он задает динам ику и направление развития мира и управляет этими элементами мира. Культ урный герой создает нечто, чему его антипод трикстер придумывает бинарн ый элемент. Но не столько для того, чтобы разрушить то, что создано, скольк о для того, чтобы продолжить развитие и созидание. В противном случае жиз нь может вообще прекратиться. Вспомним, сказки всегда оканчиваются свад ьбой, счастливой концовкой и после этого действие прекращается, потому ч то дальше ничего непредвиденного в жизни героев уже не ожидается. К лассическая сфера деятельности т рикстер а – разрушение. Для того чтобы г ерой не потерялся в собственных позитивных качес т вах, его по контрасту оттеняет трикстер. В этом см ысле трикстер – тень героя. Если герой – это демиург, то т рикстер – деструктивен. Если г ерой отвечает за воспроизв едение и генерацию смыслов, то т рикстер ответственен за де генерацию. В любом случае г е рой создает мир и ведает его устройством, располагаясь и укореняясь в це нтре мира. Трикстер – как необходимый противовес центру – кружит, юлит, активирует центробежные тенденции мироздания, возглавляет "заговор пр отив центра". В такой констру кции гармонизация дом инантного героя и рецессивного т рикстера достига ется за счет различных вариантов динамического равновесия. Центрирую щемуся г ерою противопоставлен эксцентричный т рик стер, который имитирует наличие центра в месте, отли чном от того, которое занимает герой, чем заставляет г ероя демонстрировать свои экстраординарные способност и, чтобы вновь и вновь занимать по праву центральное положение. То, что трикстер служит тенью г ероя, следует понимать едва ли не буква льно: трикстер – это пародия на г ероя, но "не в дружб у, а в службу". Г ерой представляет серьезность, т рикстер – стёб. Герой концентрирует энергию для созда ния все более символического порядка, использует "сложные предметы", име ет существенные признаки и снабжен каноническими атрибутами. Трикстер живет энергиями элементарными, – он, в некотором смысле, есть сфокусиро ванная ординарность. Он – как бы профанный персонаж, без ко торого сакральный г ерой теряет значит ельную долю своей притягательно сти и действеннос ти. Однако, и герой, и его т ень служат одному и тому же – укомплектованию мира . Герой отбрасывает тень (т .е. т рикстера), но это отбрасывание подчеркивает, в п ервую очередь, невозможность и нежелательность избавления от тени. Трик стер, со сво ей стороны, то и дело "кидает" г ероя, но не бросает его, а помогает выжить. Они оба зависят друг от друга. Глава 2 . Особенности актуал изации т рикстера в романе Ч.Диккенса «Посмертные записки П иквикского клуба» трикстер роман диккенс герой «Посмертные записки Пиквикского клуб໠— первый роман английского писателя Чарльза Диккенса, впервые выпущенный издат ельством «Чепмен и Холл» в 1 836 - 1837 годах. Вместо того чтобы по предложению издателя Уильяма Холла писать сопроводительный текст к серии картинок художника-иллюстратора Роберт а Сеймура, Диккенс создал роман о клубе чудаков, путешествующих по Англи и и наблюдающих «человеческую природу». Такой замысел позволил писател ю изобразить в своём произведении нравы старой Англии и многообразие че ловеческих типов. «Посмертные записки Пиквикского клуба» заняли сто шестую строчку в спи ске 200 лучших книг по версии BBC 2003 года и вошёл в опубликованный 31 января 2008 год а рейтинг 100 романов, которые п отрясли литературный мир и оказали влияние на всю культуру. В июле 1836 года вышел пятый выпуск « Записок», содержа щий главы 12- 14, в котором появляется находчивый слуга Сэм Уэллер и город Итенсуилл с его бурной политической жизнью. Это выпус к прославил Диккенса и сделал популярным издание «Посмертных записок П иквикского клуба». Успех пятого выпуска принято объяснять тем, что в нём появился Сэм Уэллер. И правда, в его лице Дон Кихот - Пиквик обрел своего Санчо. Сэм (Сэмюел) Уэллер — слуга мистера Пиквика . Он обладает теми качествами, которых так не достаёт его хозяину. Сэм трез во смотрит на жизнь, он находчив, ловок, деловит, изворотлив. Изначально мы видим его чистильщиком обуви в лондонской гостинице «Бел ый олень». Впервые он предстаёт перед читателем облачённым в «полосатый жилет с синими стеклянными пуговицами и чёрные коленкоровые нарукавни ки, серые штаны и гамаши. Ярко-красный платок, завязанный небрежно и неиск усно, обвивал его шею, а старая белая шляпа была беззаботно сдвинута набе крень» [6. С. 107] . Сэм Уэллер вносит в роман искрящееся ве селье; его остроумие неиссякаемо, находчивость в любых жизненных обстоя тельствах вызывает восхищение, а оптимизм и здравый смысл действуют пок оряюще. Красноречие Сэма удивительно, он обладает способностью изрекат ь каламбуры, вызывая смех парадоксально стью, остроумием. Многие из его афоризмов были подхвачены современниками, перешли со страниц в жизнь, получив назв ание «уэллеризмов» . Они приобрели широк ую популярность — юмористические изречения Сэма Уэллера «на случ ай», по большей части им изобретённые, но приводимые обычно с ссылкой на к акой-нибудь анекдотический «источник». Некоторые высказывания являютс я примерами чёрного юмора. С этого дня завязалось знакомство и крепкая д ружба двух людей - главного героя и его архетипа. Вводя в круг действующих лиц Сэма Уэллер а, Диккенс на первых порах лишь варьировал один из созданных им прежде об разов, но затем он с блеском использовал заложенные в нём возможности, и и з второстепенного персонажа Сэм Уэллер превратился в одного из главных героев. Вполне объяснима та прочная дружба, которая устанавливается между Сэмо м и Пиквиком. Их сближают честность и нежелание подчиняться несправедли вости. И когда Сэм добровольно разделяет с Пиквиком заключение в тюрьме [ 6 .С.680] , то делает это не из-за ж елания угодить хозяину, а потому, что он п онимает Пиквика и сочувствует ему. Трезвомыслящий, несентиментальный Сэм – прочная опора для чувствител ьного и доверчивого мистера Пиквика. А у Сэма, с тех пор как он узнал мисте ра Пиквика, естъ кого уважать и любить по-настоящему. До встречи с мистеро м Пиквиком он только поиздевался бы над Джинглем, оказавшимся в беде, но доброта мистера Пиквика благотворно влияет на Сэ ма. Он чувствует все величие бескорыстной человечности. [9. С. 138-140] Сэм Уэллер и Сэмюел Пиквик помогают друг другу и учат друг друга. Это отно шения не слуги и хозяина, а, скорее, отца и сына. Недаром Сэм согласен на раз луку с любимой девушкой, но расстаться с мистером Пиквиком для него нево зможно, ведь мистер Пиквик для Сэма тоже опора – опора духовная. Сэм Уэллер, и никто иной, научил нас, что Пиквик есть принцип; именно Сэм Уэллер выражает постепенно растущее в нас сознание н равственного величия Пиквика, так что он имеет полное право заявить в ко нце концов Джобу Троттеру: «Я никогда не слыхал, заметьте это, и в книжках не читал, и на картинках не видал ни одного ангела в коротких штанах и гетр ах — и, насколько я помню, ни одного в очках, хотя, может быть, такие и бываю т, — но заметьте мои слова, Джоб Троттер: несмотря на все это, он — чистокр овный ангел, и пусть кто-нибудь посмеет мне сказать, что знает другого так ого ангела!» [ 6 . С. 512 ] Но ведь отношения мистера Пиквика и Сэма Уэллера и составляю т главную тему книги; ей подчинены второстепенные темы : тема провинции (праздничное довольст во) и тема Лондона (ужас повсе дневной действительности). Обе они превосходно соединяются в малоза метном эпизоде романа, написанном задолго до того, как началась одноврем енная с «Пиквиком» публикация «Оливера Твиста», влиянию которого часто приписывают мрачные ноты «Записок Пиквикского клуба». Когда мистер Пик вик и Сэм Уэллер покидают Итенсуилл и направляются в Бери-Сент-Эд мондс, чтобы захватить там негодяя Джингля, они наблюдают по пути лирическую с цену из де ревенской жизни. «Когда карета быстро катится мимо полей и фруктовых садов, окаймляющих д орогу, группы женщин и детей, наполняющих решета плодами или подбирающих разбросанные колосья, на секунду отрываются от работы и, заслоняя смугл ые лица загорелыми руками, смотрят с любопытством на путешественников, а какой-нибудь здоровый мальчуган — он слишком мал для работы, но такой пр оказник, что его нельзя оставить дома, — выкарабкивается из корзины, куд а его посадили для безопасности, и барахтается и визжит от восторга». [ 6 .С.138] Как раз в то самое время, когда развертывается эта п асторальная сцена, Сэм Уэллер, хоть он и полон восхищения прелестным дне м, рассказывает мистеру Пиквику о своем несчастливом детстве: «Когда я у драл от разносчика, а к ломовику еще не нанялся, я две недели жил в немебли рованных комнатах... под арками моста Ватерлоо... обыкновенно в темные зако улки таких заброшенных мест забиваются умирающие с голоду, бездомные лю ди». [6.С.250] Даже при том, что Дикк енс часто импровизирует, это соп оставление не каж ется случайной удачей. Здесь в основную линию отно шений Сэма и мистера Пиквика вносится наглядный контраст между идиллич еской деревней (созерцая ее глазами горожанина, Диккенс не желает замеча ть сельскую бедноту, хотя отлично знаком с произведениями ее поэта Крабб а) и безжалостным городом. Сэм, наставник мистера Пиквика, его проводник п о миру, прибегает к тому же «черному юмору», что и Джингль, хотя намерения у него, конечно, другие — благородные. Но мистер Пиквик — тоже спаситель и в известном смысле наставник Сэма, ибо это он дал ему окунуться в счастл ивую, праздничную атмосферу деревенской жизни, где тот мгновенно расцве л — на рождество в Дингли Делле он «ухитрился стать весьма популярным и чувствовал себя как дома, словно родился на этой ферме» [6.С.311]. Стоит ли удивляться, что такой союз, вполне выгодный обеим сторонам, не нарушается у порога Флитской тюрьмы и Сэм дает себя арестовать, чтобы остаться рядом с человеком, который заме нил ему отца и который нуждается в его опеке и житейских наставлениях ни чуть не меньше, чем его родной отец Тони Уэллер — тоже его единомышленни к и человек, исполненный добродушной мудрости. [6. С.507] Перемена к лучшему в характерах героев произведения , в немалой степени обязана прекраснейшему из персонажей – Сэму Уэлл еру . Ка залось бы, стра нно, что Сэм пр идал повествованию серьёзность. Однако это так. Первые плоды его появлен ия почти случайны. К встрече с ним Сэмюэль Пиквик уже не был главным шутом, и шутом стал Сэмюэль Уэллер, а Пиквик, тем самым, начал обретать всё больше простоты, доброй важности, ис тинного достоинства. Кроме того, Сэм оттеснил его от рампы, и он стал слива ться с фоном. Но всё это – частности, главное – в ином. Сэм Уэллер сделал к нигу серьёзной, ибо вместе с ним возникла главная тема Диккенса – то, что Диккенсу было суждено проповедовать всю жизнь, и лучше всего именно тогд а, когда он проповедовал бессознательно. Вместе с Сэмом Уэллером в книгу вошёл английский народ. Этот вечный источник насмешки нигде не воплощён вернее, чем в Сэме Уэллере. Дикк енса объвиняют в преувеличениях, часто он в них и повинен, но не здесь – о н просто сгущает краски, создаёт символ. Уэллер преувеличивает остроуми е бездомного лондонца ничуть не больше, чем полковник Ньюком преувеличи вает достоинство офицера и джентльмена. Животворящий дух бедняцкого бр атства придал книге особую серьёзность и правдивость. Кроме того, отноше ния Пиквика со слугой внесли в литературу то, чего в ней прежде не было. Ко мические писатели нередко рассказывали об умном мерза вце и смешном простаке; но у Ч. Диккенса всё лучше и человечней, ибо хитрый слуга – не мерза вец, а хозяин-простак – не смешон. Сэм Уэллер воплощает весёлое знание жи зни, Сэмюэл Пиквик – ещё более весёлое неведение. Диккенс выразил очень глубокое чувство, порождавшее веру в святость детей, когда поставил наве рху того, кто слабей и простодушней. И сметливость, и наивность прекрасны; обе они забавны. Но сметливость должна быть служанкой, наивность госпожо й. Диккенс очень честно описал Уэллера, и это придало книге одно едва ли зам етное свойство. Здесь нет обычной трогательности – и потому кое-что тро гает сильнее. Резонно полагая, что общий тон смешной, Диккенс придержива лся правил игры. Наверное, только здесь он подавлял свою чувствительност ь, и потому только здесь чувствительное не слащаво. [8. С. 134-137] «Он (Джингль) был еще на пути к «Белому Оленю», когда два толстых джентльмена и один тощий вошли во двор и огляделись по сторо нам в поисках заслуживающего доверия человека, у которого можно было бы навести некоторые справки. Случилось так, что в этот самый момент мистер Сэмюел Уэллер наводил блеск на цветные отвороты сапог, являвшихся лично й собственностью фермера <…> именно к мистеру Сэмюелу Уэллеру прямехоньк о подошел тощий джентльмен. Друг мой, – начал тощий джентльмен. «Он, видно, любит получать советы на даровщинку, – подумал Сэм, – иначе он не воспыл ал бы любовью ко мне». Но вслух он сказал только: – Что угодно, сэр? – Друг мой, – миролюбивым топом заговорил тощий джентльмен, – много у вас в гостинице сейчас постояльцев. Дела небось по горло, а? <…> – Да ничего се бе, сэр, – отве тил Сэм. – В тр убу не вылетим, да и капитала не сколотим. Едим вареную баранину без капер сов, а дадут жаркое – о хрене не думаем. – Э, да вы шутн ик! – сказал м аленький человек. – У меня старш ий брат страдал этой болезнью, – заметил Сэм, может, она прилипчива – мы, бывало, часто спали вместе. – Занятный у в ас старый дом, – продолжал маленький человек, озираясь по сторонам. – Пришли вы на м весточку о вашем прибытии, мы бы его отремонтировали, – ответил невозм утимый Сэм. <…> – Дело вот в ч ем, – сказал б лагодушный джентльмен, – вот этот мой друг (он указал на другого толстого д жентльмена) даст вам полгинеи, если вы ответите на два-три... <…> – Не тревожьт е Джорджа Барнуэлла, – перебил Сэм, с недоумением прислушивавшийся к эт ому краткому диалогу. – Все знают, какой это был казус, но мое мнение, замет ьте, что молодая женщина заслужила виселицу куда больше, чем он. Ну, да все это ни туда, ни сюда. Вы хотите дать мне полгинеи. Отлично, я согласен, лучше я не могу ответить, не так ли, сэр? (Мистер Пиквик улыбнулся.) А следующий воп рос вот какой: какого дьявола вам от меня нужно? – как сказал человек, ко гда ему явилось привидение. – Мы хотим зна ть... – начал ми стер Уордль. – Э, нет, уважа емый сэр... уважаемый сэр, – перебил деловой маленький человек. Мистер Уордль пожал плечами и умолк. – Мы хотим зна ть, – торжеств енно начал маленький человек, – и с этим вопросом обращаемся к вам, чтобы не подым ать тревоги в доме... мы хотим знать, кто у вас здесь в настоящее время прожи вает? <…> [6.С. 112-116] В данном отрывке мы можем наблюдать перв ую встречу Сэма Уэллера с мистером Пиквиком и его друзьями. Уже здесь Сэм предстаёт пред нами весёлым молодым человеком с немного необычным юмор ом и открытым нравом. Он не боится «господ» и не лебезит перед ними, а ведё т себя с ними как равный. Мы видим уже с первых шагов явную благосклонност ь Сэма к мистеру Пиквику, «благодушный джентльмен» - читаем мы мнение авт ора и это отношение самого Сэма. Анализируя следующий фрагм ент из книги, мы можем увидеть, как уже говорило сь р анее, что трикстер может открыто издеваться над другими персонажами, в том числ е над представителями власти и за это ему редко что бывает: «- Есть у вас глаза, мистер Уэллер? – Да, у меня есть глаза, – ответил Сэм, – и в этом-то все дело. Будь у меня вм есто них пара патентованных газовых микроскопов особой силы, увеличива ющих в два миллиона раз, может быть я и увидел бы сквозь лестницу и соснову ю дверь, но коли у меня есть только глаза, то, понимаете ли, зрение мое огран ичено. Услышав такой ответ, который был дан без малейшего раздражения и с велич айшим простодушием и хладнокровием, зрители захихикали, маленький судь я улыбнулся, – вид у королевского юрисконсульта Базфаза был отменно глу пый. После краткой консультации с Додсоном и Фоггом высокоученый короле вский юрисконсульт снова обратился к Сэму и сказал, усиленно стараясь ск рыть досаду. – Поверенные истицы, – пояснил королевский юрисконсульт Базфаз. – Пре красно! Они высказались с большой похвалой о достойном поведении мистер ов Додсона и Фогга, поверенных истицы, не так ли? – Да, – подтвердил Сэм, – они говорили о том, как это великодушно со стор оны джентльменов принять это дело на свой риск и не требовать уплаты суд ебных издержек, если им ничего не удастся вытянуть из мистера Пиквика. При этом весьма неожиданном ответе зрители снова захихикали, а Додсон и Фогг, сильно покраснев, наклонились к королевскому юрисконсульту Базфа зу и торопливо стали шептать ему что-то на ухо. Сэм удалился, нанеся делу мистеров Додсона и Фогга такой ущерб, какой мог нанести, не нар ушая приличий и почти ничего не сообщив о мистере Пиквике, что и бы ло целью, которую он преследовал.» [6.С.412-413] И, нако нец, ещё одна сцена, позволяющая рассмотреть в Сэме Уэллере его непросто й характер и предназначение: «Проследовал мистер Граммер, проследовал мистер Дабли, проследовал пор тшез, проследовал отряд охраны, а Сэм все еще отвечал на восторженные кли ки толпы и размахивал шляпой, словно был вне себя от радости (хотя, конечно , он ни малейшего представления не имел о происходящем), как вдруг его оста новило неожиданное появление мистера Уинкля и мистера Снодграсса. – Что за шум, джентльмены? – крикнул Сэм. – Кто там у них сидит в этой трау рной будке? <…> Ему еще раз в один голос был дан ответ, и хотя слов не было слышно, Сэм догад ался по движению двух пар губ, что они произнесли магическое слово «Пикв ик». Этого было достаточно. В одну минуту мистер Уэллер проложил себе дорогу в толпе, остановил носильщиков и преградил путь осанистому Граммеру. – Эй, почтенный джентльмен! – крикнул Сэм. – Кого вы запрятали в это-вот сооружение? – Назад! – сказал мистер Граммер, у которого, как и у многих других людей, чувство собственного достоинства удивительно возросло благодаря незн ачительной популярности. <…> – Я вам очень признателен, почтенный джентльмен, – отвечал Сэм, – за ваш у заботу о моих удобствах, и я еще более признателен за прекрасный совет д ругому джентльмену, у которого такой вид, будто он только что удрал из кар авана великанов, но я бы предпочел, чтобы вы ответили на мой вопрос, если в ам все равно... Как поживаете, сэр? Это последнее замечание было адресовано покровительственным тоном мис теру Пиквику, который смотрел в переднее оконце. <…> – Назад! – кричал возмущенный мистер Граммер. Чтобы придать силу своему распоряжению, он ткнул медной эмблемой короле вской власти в галстук Сэма и схватил его другой рукой за шиворот - любезность, на которую мистер Уэлл ер ответил, сбив его с ног одним ударом, предварительно и весьма заботлив о уложив под него одного из носильщиков…<…>» [6.С.272-274] «Покровительственный тон» появляется в интонациях Сэма, здесь он уже не слуга, не просто безмолвная тень, постоянно находящаяся рядом и контроли рующая действия главного героя, здесь проявляется защитник, друг, сильна я личность. Он пытается спасти попавшего в его отсутствие в беду главног о героя, пытается отбить его, вырвать из лап врагов. д. Он несомненно облад ают трикстеровской амбивалентностью, склонностью попадать в дурацкие ситуации и при этом выходить из них победителем. Мы видим, безусловно, те черты, которые есть у всяког о трикстера – спокойствие, хладнокровие, и одновременно простодушие ребёнка, как подч ёркивалось выше. Сэм смеётся и над представителями власти, да так тонко, ч то ему за это, фактически, ничего нельзя сделать, но и пропустить мимо ушей глубоко задевающий юмор и ядовитую иронию тоже нельзя – остаётся, скри пя зубами, терпеть. В мифологи и трикстер показан двояким героем, он может быть как отрицательным, злым подстрекателем, сбивающим с пути, так и положительн ым. В произведении Ч. Диккенса мы видим именно последний тип. Писатель пок азал своего героя только лишь с хорошей, положительной стороны – как хо рошего друга, отзывчивого, добросердечного человека и замечательного т оварища. Диккенс показал Сэма как выходца из наро да. Он слуга и в то же время настоящий друг. Он, фактически, встал на одну соц иальную ступеньку с Пиквиком. Вполне объяснима та прочная дружба, которая устан авливается между Сэмом и Пиквиком. Их сближают честность и нежелание под чиняться несправедливости. И когда Сэм добровольно разделяет с Пиквико м заключение в тюрьме, то делает он не из-за желания угодить хозяину, а пот ому, что он понимает хозяина и сочувствует ему. Образ Сэма Уэллера становится в романе воплощением тех качеств и свойст в, которых не хватает мистеру Пиквику. Сэм Уэллер трезво смотрит на жизнь. У него ясный ум человека из народа: он находчив, ловок, деловит, изворотлив . Не случайно Пиквика и Сэма Уэллера сопоставляют с другой классической парой в мировой литературе - странствующим рыцарем Дон Кихотом и его слу гой Санчо Пансой. Действительно, герои Диккенса напоминают героев бессм ертного романа Сервантеса. Только вместо странствующего рыцаря, идальг о Дон Кихота, величественно восседающего на своем Россинанте и облаченн ого в рыцарские доспехи, перед нами - смешной коротенький джентльмен во ф раке, цилиндре и гетрах. Но Пиквика роднит с Дон Кихотом его стремление к д обру и справедливости, его наивное и искреннее недоумение перед неустро енностью жизни. Сэм Уэллер вносит в роман яркую струю искрящегося веселья, его остроумие неиссякаемо, находчивость в любых жизненных труд ностях вызывает восхищение, а его оптимизм, связанный с присущим ему здр авым смыслом, действует покоряюще. Значение Записок определяется не столько описани ем веселых приключений пиквикистов, сколько звучащими в романе социаль ными мотивами. В главах о выборах в городке Итонсвилле Диккенс обращает свою критику против буржуазного парламентаризма, системы обмана, подку пов, шантажа, которая сопутствует буржуазным выборам. Заключение Структура трикстериады и образ трикстера , который содержится в литературных произведениях , восходит к этиол огическому мифу , однако фигура трикстера лише на в литературном тексте сакрального значения . Трикстер-герой , является источником литературы , п оначалу наивной и плутовской , а вп оследствии оч ень утонченной и сознательно художественной. Трикстер-бог , с другой ст ороны — это трансперсональный источник опред еленного стиля жизни и способа познания м ира . В первую очередь , это представление о мире , основанное на том , что человек с уществует в мире обо собленно и самосто ятельно , что он наделен сознанием , воспринимаю щим только чувственные впечатления , которые м огут затем получить научную оценку. Диккенс в своём произведении хорошо ра скрыл характер трикстера , мы поняли смысл и принадлежность этой фигуры, проанализирова в некоторые моменты из романа . Отобрав и проанализировав наиболее значимые с точк и зрения специфики актуализации образа трикст ера элементы романа , мы пришли к следующ ему выводу : значение трикст ера в романе Ч.Диккенса «Посмертные записки Пикв икского клуба» очень велико . Сэм Уэллер показатель социальной среды , он чело век из народа , он умён и ловок, и в нём воплотились те качества , которых нет в добродушном , открытом Пиквике с его консерватизмом, верностью традициям и бытовым педантизмом , а Сэ м , практичный сообр азительный малый , с неиссякаемым чувством юмора и позитива. «Посмертные записки Пиквикского клуба» од ин из ранних романов Ч . Диккенса . Наверное , именно это и повлияло на характер ег о героев и содержание – роману в целом свойственен мягкий и жизнерадостный юмор . Связь с народом и вера в на род , которые были характерны для Диккенса всегда и которые особенно усилились в соц иальных романах 18 50-х годов , продолжал и питать собой творчество писателя . В 1869 г . в речи , произн есенной в Бирминг еме , Диккенс сказал : « Моя вера в людей , которые правят , говоря в общем , ничтожна . Моя вера в людей , которыми правят , говоря в общем , беспредельна» .[10, с . 216-232]. Таким образом , с мысл использования образа трикстера в романе – показать неразрывную связь трикстера и главног о героя . Во многих исследовательских работах трикстер показан как двоякое существо , ст ремящееся скорее к злу , чем к добру , но у Ч.Диккенса мы видим доминирующую сторон у добра , воплощённую в Сэме Уэллере , что и находит свои доказательств а , посл е анализа отдельных моментов из текста. В трикстере , показанном Диккенсом , хорошо продемонстрирована социальная сторона , он предс тавитель народа , умеющий терпеть все обиды и несправедливости , умея найти из всех ситуаций выход . Он не бросает героя , а помогает выжить . Они оба зависят друг от друга . Там , где герой оказывается беззащитен перед прямым воздействием , его охраняет и спасает трикстер , чувствующий се бя в теневых сторонах жизни как рыба в воде. Потому автор и вводит в р оман Сэма – он прост так ж е , к ак и его отец . В нём нет заносчивости и стремления к накопительству или стремл ению обобрать кого-то , он чист , в отличие от всех чиновников , зажиточных и богатых людей , полных глупости и зависти , показанных в романе . Они с Пиквиком похожи в этом , но вс ё же Сэм более п риспособлен к жизни , потому он гармонично смотрится рядом с рассеянным , полным детской непосредственности Пиквиком , он помогает гер ою не сбиться с прямого , поставленного пут и , оберегая его от глупости окружающих. Сэм и Пиквик неразделимы . Сэ м переполнен энтузиазмом , вносит в действие оживление , он следует за героем как тень , действует в его интересах , при э том , не забывая и о себе . Даже создавая семью , Сэм остаётся рядом с Пиквиком . Именно в Сэме показана сторона самоотдачи , граничащей с эгои змом , с одной сторо ны кажется , что он думает только о себ е , но с другой – нужно внимательно вч итаться , чтобы увидеть с каким трепетом и с почти сыновей верностью Сэм относится к своему покровителю. Трикстер обладает плут овством и простодушием ; склон ностью попадать в дурацкие ситуации и при этом выходить из них победителем. О н не должен отвлекать внимание читателя от самого героя и от т ого , как ведется о нем рассказ , но в то же время он защитник . Трикстер - вопло щение позитивного , жизнеутверждающего духа с во боды , позволяющего нарушать запреты и выходить за рамки и ограничения , постав ленные социумом. Л итература 1. Юнг К. Г. Ду ша и миф: шесть архетипов/ К.Г. Юнг. - М. К.:ЗАО « Совершенство», « Port - Royal », 1997. 2 .Юнг К.Г.Собрание сочинений. Психология бессознательного /К.Г. Юнг. Пер. с нем. - М.: Ка он,1994. 3. М.Шильман «ТРИКСТЕР, ГЕРОЙ, ЕГО ТЕНЬ И ЕЕ ЗАСЛУГИ»/ Полилог: Философия. Культурология. Трикстер. Альманах Харьковской гос. акад. Культуры.// Вып. 1. - 2006 . 4. Радин П. Трикстер. Исследование миф ов североамериканских индейцев с коммен тариями К. Г.Юнга и К.К.Кереньи/ П. Радин. – М.:Е вразия, 1998 . – 288 с. 5. Мелетинский Е.М. Лите ратурные архетипы и универсалии/ Е.М.Мелетинский. - М., 2001. 6. Диккенс Ч. «Посмертные за писки Пиквикск ого клуба» / Ч. Диккенс . - 7. Иванова В.В. «Т ворчество Диккенса» /В.В.Иванова. – М.: 195 4 8 . Уилсон Э. «Мир Ч.Ди ккенса» / Пер. с англ. Р. Померанцевой и В. Харитонова. – М.:Прогресс, 1975 9 . «Тайн а Ч.Диккенса» сборник/Всесоюзной гос. библиотеки и ностранной литературы . – М .: 1988. – 718 с. 10. Маркс К ., Энгельс Ф. Соч. 2- е изд., т. 1, с. 542. Боз (Bos) - псевдони м Диккенса. - М.: Гос.изд-во полит.лит-ры, 1959 . – 325 с. Размещено н а Allbest.ru

Приложенные файлы

  • rtf 16673601
    Размер файла: 241 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий